Шаман и нити времени

      Показав гостям их комнаты, которые в разные времена занимали многие духовные наставники, приезжавшие к Герту за советом или обучением, Владимир, как и обещал, отправился ставить машину Кристины. Место под навесом, где когда-то располагались конюшни, было уже занято, потому автомобиль пришлось оставить на улице. Благо погода обещала быть тёплой.       Гостям ещё нужно время, чтобы расположиться и нет смысла торопить их к ужину. Понимая это, юный шаман решил, прежде чем вернуться в дом, принести из колодца ещё ведро воды, чтобы сразу поставить чай.       Оставшись один, он много анализировал поведение Андрея и каждый сделанный им вывод был неутешителен, однако сейчас его больше беспокоило другое:       – Интересно, почему госпожа Мея так задержалась? Ей же просто надо было вернуть обратно песок. Может что-то случилось?       Уже неся воду в дом, он то и дело поглядывал в сторону сада, надеясь разглядеть в сгущающихся сумерках уже ставший знакомым силуэт жрицы. Но всё было тщетно. Глухая отдалённая обеспокоенность всё больше перерастала в самую настоящую тревогу. В конце концов, Владимир принял решение отправиться в сад на поиски.       Багряное солнце уже перестало освещать землю, а тусклый свет закутавшейся в облака луны не мог его заменить. Дорога становилась всё более невидимой глазу, но шаман шёл вперёд уверенными шагами. Преодолев выложенный гравием участок, он остановился, снял обувь и, оставив её на краю сада, двинулся дальше. Владимир невольно улыбался, ощущая приятную прохладу и мягкость земли, однако босая прогулка была предпринята вовсе не для того, чтобы ощутить это блаженство. За время обучения у жрицы юноша сильно повысил своё мастерство, и теперь, просто ступая по земле, он мог почувствовать всё, что находится вокруг него и под ним, хотя радиус этого обзора был ещё невелик.       Как же он был удивлён, когда впервые ясно ощутил, что под его ногами от особняка до самого холма таится огромное подземелье с множеством лестниц и строений. Вскоре он обнаружил ещё одну не менее загадочную тайну – при открывшейся способности отчётливо видеть спрятанный здесь храм, центр этого строения оставался для него совершенно невидимым. Словно его специально стёрли с проецируемой в мозгу картинки. Владимир сразу понял, что это место было обложено дополнительными и куда более сильными печатями, охраняющими нечто крайне ценное.       Сейчас, приближаясь ко входу, он был почти абсолютно уверен, что Мея находится в том сокрытом кругу. Юноша подошёл к неистово цветущей сирени, и, взглянув на строение, спрятавшееся за её раскидистыми ветвями, дёрнул за ручку. Как и следовало ожидать, дверь не поддалась. Проход был закрыт для непосвященных.       – Значит, она всё-таки здесь, – неожиданно раздался голос позади.       Владимир резко обернулся. Недалеко от него, скрытый густой ночной тенью цветущей сливы, сидел Андрей.       – Что ты здесь делаешь? – спокойно спросил шаман, хотя сам недоумевал, как он мог не заметить присутствия человека.       – Да ничего особенного, – ухмыльнулся собеседник, поднимаясь из тени. – Просто любовался видами и ждал ужина.       «Да как это возможно? – вновь изумился Владимир, усиленно пытаясь найти объяснение происходящему. – Почему даже сейчас, когда я его вижу, почти не ощущаю его присутствия?». Всё это выглядело слишком странным и, вспомнив свои подозрения, шаман вдвойне насторожился.       – Зачем ты лжёшь? Ведь, судя по твоему первому вопросу, ты здесь кого-то ждал.       – Завидная наблюдательность для мальчишки. А я уже чуть было не записал тебя в тугодумы.       – Что? – машинально произнёс Владимир, не поняв, к чему клонит собеседник.       – В общем, полагаю, я ждал здесь того же, кого и ты.       – Если ты о господине Герте, то…       – «Господине»?! – неожиданно расхохотался Андрей. – Нет, Герт мне не нужен. Я говорил о Мее.       Владимир мгновенно встал в боевую стойку, а Андрей с ехидной ухмылкой на губах оценивающе посмотрел на него. Повисла колючая пауза, которую вскоре нарушила усмешка гостя.       – Я так понимаю, ты здесь очередной ученик, польстившийся известностью наставника.       – Кто ты? – пропустив мимо ушей издёвку, твёрдо спросил шаман.       – Глядя на тебя, могу предположить, что ты и сам догадался. – Владимир выпрямился, найдя подтверждение своей догадке. – А вот, кто ты? – с интересом добавил Андрей, внимательно рассматривая татуировку собеседника.       – Могу предположить, что, глядя на меня, ты и сам догадался, – парировал парень, усмехнувшись.       – Откуда тебе знаком этот рисунок? – ожидая подобного ответа, тут же задал новый вопрос собеседник, демонстративно указав на чёрно-зелёный рисунок на шее шамана.       Тёмную змею, выделяющуюся на коже, можно было увидеть даже в опустившихся сумерках, тем более что юноша стоял в свете почти созревшей желтой луны.       – Ты правильно догадываешься… Леонард, – медленно и с плохо сдерживаемым триумфом проговорил Владимир, всем телом ощущая то непередаваемое чувство, когда ты понимаешь, что поиски всей твоей жизни завершены, цель достигнута, враг прямо перед тобой. – Это змея, нарисованная на твоей тайной шкатулке, где ты хранил свой дневник.       – Паршивец, как ты до него добрался? Ты его расшифровал?!       – Дедуль, на потомков не сердятся за подобные проказы и желание побольше узнать о прошлом семьи.       Леонард заскрежетал зубами. Перерождаясь в другом теле, он не мог просто вернуться в дом и забрать свои вещи. Ему было известно, что после его смерти его род порвал связь с Гертом, измельчал и развалился. Он также знал, что семья запомнила его, как чернокнижника и обложила его кабинет замками и запретами. Потому всё это время Леонард был спокоен за свои тайны. Кто же знал, что спустя полтора века, когда уже никто не озабочен своей родословной, в этой семье найдётся глупец, осмелившийся узнать всю подноготную его прошлого.       – Что-то ты разговариваешь без должного уважения к предкам, юнец, – не желая более шутить, грубо проговорил Леонард.       – Я и мой род слишком многого лишились благодаря тебе, так что можешь забыть об уважении потомков. Всю жизнь я пытаюсь найти способ исправить последствия твоих ошибок. Но с тех пор, как я узнал всю правду, решил: главная моя задача – защитить Её от тебя.       – Что? – не поверил своим ушам Андрей.       – Я не позволю тебе забирать её!       Отголосок этой фразы эхом прокатился по погружённой в сон округе.       – Хочешь сказать, что жрица будет твоей? – сквозь зубы процедил Леонард.       – Нет, но…       – Ясно, так это просто щенячья преданность хозяину, да?       – Господин Герт мой мастер, а не…       Андрей, перебив собеседника второй раз, разразился неприятным смехом.       – Ты полагаешь, что он заслуживает подобного раболепства от своих учеников?! Готов поклясться, что ты, как и я когда-то, не знаешь ничего о его прошлом. Как может он купаться в уважении после того, как предал собственного учителя?       – Что ты несёшь?       – А ты думал, что твой обожаемый Герт – святоша? Ты ни черта о нём не знаешь! Это из-за него госпожа Мея оказалась в оковах и до сих пор не обрела свободу. Она этого не заслужила! И я сделаю всё, чтобы избавить её от этой надоедливой обузы.       Владимир вдруг перестал понимать, что происходит. Слова Леонарда, произнесённые с такой верой в их правоту, били в самые тёмные углы незнания и оказывались очень действенными. Сомнение липкой чёрной лентой усердно прокрадывалось в сознание.       – Быть этого не может… – теряя уверенность, пробормотал юноша, невидящим взором глядя на своего предка.       Леонард едко усмехнулся.       – Ещё как может.       – Ты просто пытаешься оправдать свои действия, очерняя в моих глазах Учителя. Но это бесполезно. К тому же, жрица никогда тебя не простит за твои собственные действия.       – Простит. Её сердце не знает злобы. Потому Герту и удаётся так легко её использовать. Кто-то должен положить этому конец, вот я и пришёл, чтобы забрать Мею из этой тюрьмы.       – Ты и пальцем её не тронешь!       – А ну заткнись, сопляк! Как ты смеешь говорить без должного уважения о моей невесте?! – и парень с силой ударил Владимира в живот.       Тот согнулся пополам, но Андрей знал, что действие было куда слабее предполагаемого. У его противника оказался отличный пресс. Владимир же застыл скорее от удивления, чем от боли.       – Это ты сейчас так госпожу Мею назвал? – процедил шаман.       Собеседник молчал. Сейчас золото его глаз напоминало этот металл не только цветом, но и холодом. Поднявшийся порыв ветра теребил воротник его рубашки-поло, создавая забавный контраст весело махающих светлых уголков и потемневшим от злости лицом самого Андрея.       – Я ведь правильно понял, что традиции христианства и иных религий здесь не причём… – Владимир медленно выпрямился и, словно стрелой, пронзил взглядом Леонарда. В чёрных зрачках танцевало пламя. – Ты заставил её связать ваши души? Да как ты посмел?!       В этот же миг кулак Владимира просвистел в воздухе и угодил точно в челюсть Андрею. Но тот в последнюю секунду отстранился, и удар прошёл мимо. Задетый яростными обвинениями Леонард тут же парировал удар, но к его удивлению противник ни на йоту не уступал его реакции и силе.       «Всё же надо признать, из Герта вышел отличный наставник, по крайней мере, в том, что касается боевых искусств» – промелькнуло в голове бывшего ученика.       Однако времени на раздумья не было, Владимир наносил один за другим быстрые и точные удары.       – Неужели ты за столько лет не сообразил, кого она действительно любит?       – Да это любой сообразит, кроме него самого! – сбивая летящий в лицо кулак с его траектории, выпалил Андрей.       – Тогда как ты мог опуститься до такой низости?! Как ты мог её так ранить?       – Я спасал её, а не ранил, идиот! Да откуда тебе, паршивцу, знать, каково это, – сбив с ног противника, высокомерно проговорил парень, – каждый день видеть этот взгляд полный печали и одиночества, пока наш многоуважаемый придурок в очередной раз пытается где-то вновь пробиться на этот свет, чтобы вновь наполнить её жизнь бесполезной погоней и страданиями. Герт никогда не видел дальше собственного носа. Увлечённый своей погоней, этот глупец так и не заметил, что делает больно прекрасной женщине, что смиренно ждёт его и любит больше жизни. Как я хотел помочь ей!       – Тебя об этом не просили! – Не поднимаясь, ударил по ногам Андрея Владимир. Тот рухнул рядом и неожиданно расхохотался:       – Ошибаешься. Моё благородное желание было столь сильно, что дух из высшей параллели явился мне и рассказал, как это сделать.       «Апаричинна?» – пулей пронеслось в голове шамана.       – Поверь мне, я знаю, каково это – разочароваться в своём Мастере, – поднимаясь, примирительно заговорил Леонард, видя смятение во взгляде своего потомка. – Тебе придётся смириться с этим. Герт далеко не такой безгрешный, каким хочет казаться. Насколько мне известно, он давно знает способ освободить Мею, но, как видишь, ему больше по душе наблюдать за её мучениями. Нет. Я не позволю так издеваться над моей Меей. – Андрей перевёл взгляд на центр храма, где должна была быть жрица, и отчеканил каждое следующее слово: – Я вернулся, чтобы забрать её и вам меня не остановить.       Владимир щёлкнул пальцами, сжимая кулак. Бессильная злость от неимения нужных аргументов, способных парировать все эти жестокие обвинения, постепенно захватывала его изнутри.       Неужели Апаричинна, и правда, спустился к Леонарду, решив, что надо остановить Герта? Шаман отказывался в это верить. Но тогда кто это мог быть? Слишком много вопросов, на которые у него не имелось своего варианта ответа. Такая обезоруженность исступляла.       Его Учитель действительно оставался для него покрытым тайнами, хотя порой Владимиру казалось, что он знает о нём даже больше Меи. Ведь Герт всегда контролировал свои чувства при ней. Лишь когда жрица засыпала, то из него невольно просачивалась любовь к ней. Герт даже не замечал, что часто гладит янтарную змею, когда что-то читает или подолгу о чём-то думает. Нет. Все ощущения Владимира сейчас кричали о том, что в его Мастере нет злости или дурного умысла. В отличие от человека, стоящего перед ним.       «Просто надо успокоиться. Злость ослепляет не только глаза, но и сердце», – с этой мыслью Владимир разжал пальцы и спокойно поднялся.       Его ладони мирно висели в воздухе, ощущая приятную мягкость ветра. Очистив разум, юноша вновь взглянул на своего противника. Леонард, решив, что сломил психологическое наступление мальчишки, с усмешкой, застывшей на лице, отошёл в тень дерева, откуда продолжил тихо наблюдать за происходящим в глубине подземного храма. Владимир только сейчас заметил, что парень был босой, как и он.       «И правда, каким бы ни был этот Леонард, не стоит забывать, что он тоже ученик Герта. Это значит, что мне следует обострить все свои чувства на сто процентов и ожидать от него всего».       Готовясь к неизбежному бою, шаман прислушался к дыханию противника, стоящего в трёх метрах от него. Тот что-то бормотал себе под нос, полностью погрузившись в наблюдение. Порыв ветра донёс обрывки его фраз: «Чёртов барьер… я тебя почти не вижу…».       «А ведь я и вовсе не вижу госпожу Мею, пока она находится в самом центре. Возможно, что даже сейчас он духовно сильнее меня. Значит, просто так его обездвижить не получится, а, судя по рассказу Кристины, и простые физические приёмы будут бессильны. Нужно что-то помощнее. Интересно, Мастер обучал его Дракону Молнии?»       В этот момент Андрей перевёл взгляд на выпрямившегося во весь рост парня, ещё недавно потухший взор которого, горел с новой силой.       – Я бы не советовал тебе продолжать нашу беседу, лучше иди напои вечерним чаем дам, ты ведь, наверняка, в этом доме для подобных целей и болтаешься.       Владимир, пропустив очередную издёвку Леонарда молча сменил стойку ног, приготовившись к бою.       – Всё таки что-то задумал? – скептично цокнул Андрей, размыкая руки, которые до этого держал, скрестив на груди.       – Задумал проводить тебя до ворот особняка и указать направление дальнейшего пути.       – Остроумно, – повёл бровью Андрей. – Самомнения тебе не занимать. Мальчишка, признаю, ты силён, но разница в опыте у нас колоссальна.       – Это мы ещё посмотрим!       И в этот момент всё произошло так быстро, что ни звук, ни даже само время не успели сойти с места. Владимир ринулся на врага и сразу настиг его благодаря отточенному навыку мгновенного набора скорости. При этом приёме трудно контролировать смену положения, потому необходимая позиция рук принимается заранее. Стойка Владимира представляла собой вытянутые вперёд два кулака: один на уровне грудной клетки, другой у солнечного сплетения. Даже при идеальной реакции противник успевает отбить лишь одну руку. Второй удар всегда настигает свою цель.       Это была одна из трёх тайных техник Дракона Молнии. Владимир ещё не отточил их все, но «Крылья Дракона» он выполнял безупречно. Решив, что настала пора опробовать их в деле, он, не дав Андрею даже приготовиться к бою, ударил в полную мощь этого ужасающего приёма.       Спустя сотую долю секунды битва была завершена. Владимир лежал на земле, чувствуя, как всё его тело немеет, а в голове пульсирует кровь на месте ушиба. Широко распахнутые чёрные глаза с абсолютным непониманием взирали на победный оскал стоящего над ним Андрея.       – Как? – прохрипел парень, истратив на вопрос последние силы.       – Крылья Дракона – сильная вещь. Эту атаку невозможно остановить… Если только, конечно, ты не знаешь самый сильный приём древней комбинации – когти Дракона Молнии.       Услышав название единственного приёма, способного отбить использованную им технику, Владимир сразу понял, что произошло. «Крылья Дракона» позволяют парить и с немыслимой скоростью переносить удар до далеко стоящего противника, однако «Когти», описывая круг вокруг себя, сбивают с траектории любую атаку, ударяя с сумасшедшей скоростью и силой. Это последний и самый сложный приём комбинации.       Чувствуя, как досада подползает к горлу, Владимир попытался успокоиться и приподняться. Однако у него ничего не вышло: позволив привстать, оперевшись на локти, тело вновь выключилось. Андрей, глянув на исказившееся от онемения лицо противника, вальяжно подошёл и, присев рядом с побеждённым, с чувством собственного превосходства прошептал:       – Похвальное мастерство для сопляка, но, как я и предупреждал, твои жалкие потуги не в силах остановить меня. – И сполна насладившись чувством победы, он вновь поднялся и торжественно проговорил: – Запомни, юнец, мы с Меей связаны узами судьбы, потому твоя задача: как только она выйдет на поверхность, тихо посапывать в землю, наблюдая, как я её увожу. И не смей!..       – Что здесь происходит? – неожиданно послышался женский голос позади Леонарда, такой знакомый, что по его сильной спине пробежала секундная слабость.       Парень медленно повернул голову, проклиная себя за слишком сильное сосредоточение на противнике. Из-за дерева, под которым он недавно сидел, показалась тонкая фигурка Лены. Лёгкая одежда трепетала на ветру, с лица сошёл весь цвет, и в свете луны был ясно виден лишь ужас, отражённый в глазах девушки.       – Андрей, что ты такое говоришь? Как ты связан с Меей?..