Второе дыхание

Знаешь о чем я мечтаю, просыпаясь рано утром? О загородном, тихом домике, о жизни, где мы не могли бы прятаться от всех, о жизни с тобой. Хочется взять тебя за руку и никогда не отпускать. Мы так близки душой и одновременно далеки друг от друга. Есть миллион вещей, которые я хотел бы сделать для тебя, но я знаю, что обязан ограничиваться. Я люблю тебя, Скайлор. *Целую тебя в обе щёчки и губы* твой к.

И маленькое корявенькое сердечко — стали, наверное, отправной точкой Скайлор. Она, взяв свою написанную только вчера записку, побежала в сад. На улице холод лижет плечи, а ещё темень страшная — ночь. Единственный свет падает только с окон дома Юнгхва и то не доходит до тропинки. В кустиках, что вдоль дорожки в сад, где-то в беспросветной темноте слышится стрекотание кузнечиков. А ещё до дрожи страшно, когда прямо над головой пролетает ворон, мрачно каркая. Скайлор с Каем, из-за ограничений в доме Юнгхва стараются не попадаться на глаза его жителям и самому хозяину — Ллойду. Но не видиться кажется страшной и невыносимой пыткой для обоих, из-за этого, когда-то, придумали ночные свидания в самом неприметном уголочке сада под низкими ветвями вишни. Так они встречались примерно неделю, но позже у Кая появились неотложные дела ночью и чтобы не расстраивать девушку, он пообещал каждый день заносить в сад и ложить в щельку деревца весточку. Скайлор, пройдя тропинку, завернула в сторону дереву и заметила лёгкий огонёк, светящийся сквозь ветви вишни. Девушка, затаив дыхание, подбежала к деревцу, медленно "ныряя" в листву. А ещё Кай знает как сильно девушка боится темноты. Скайлор, улыбаясь, подхватила своеобразный светильник с веточки и, посветив на тонкий ствол, достала из пояса свою весточку, написанную для определенного человека, и, на последок нежно оставив невесомый поцелуй на пергаменте, аккуратно положила его в щельку. Хоть и была очередь Скайлор оставлять весточку, Кай, похоже, всё равно пришёл и оставил здесь свой светильник. Девушка, обняв покрепче лампу, побежала в дом.

***

- Ты такой кислый, - усмехается Коул. - Знаешь, всё-таки ты мог бы выказать хоть немного уважения и улыбнуться мне. - тот, отпив вина, беззвучно ставит бокал на стол. - Знаешь, всё-таки я мог бы вообще сейчас не слушать твои речи, - лукаво улыбнулся Кай. - А свернуть твою башку. Вино, кстати, вкусное. - Согласен. - хмыкнул парень, откидываясь на спинку кожанного диванчика. - Так где ты говоришь его величество Ллойд, что не почтил меня своим присутствием, м? - с нескрываемой издёвкой спросил он. - Дела у него, - Кай, откупырив вторую бутылку вина, с плеском залил бокал на два пальца. - А я как его правая рука - Как верный пёс. - перебивает Коул. - Заткнись. - переводит на него холодный взгляд Кай, приподнеся к губам бокал с янтарной жидкостью. - А я как его правая рука, отвечу на все твои вопросы от его имени. Ровно через полчаса у меня обед, - парень кладет с еле уловимым звуком бокал на стол, смакуя на языке вино. Полусухое. - Так что время пошло, можешь приступать к вопросам. - Ты слишком пунктуален. - Какой есть. - цокает Кай. Этот тип омерзителен — единственная мысль парня. Коул слишком пронзительно смотрит, улыбается с такой фальшью, что впору скривить рот, что, собственно, и делает всю встречу Кай. И плевать он хотел на это уважение, его вообще не спрашивали хочет ли он этой встречи. Такой сбор проходит чуть ли не каждый месяц из-за участившихся "приятностей" обеих сторон. Коул бесстыдно пересекает границы Ллойда и Ллойд наплевательски относится к поставленным правилам. В общем-то встаёт вопрос, какого чёрта тут делает Кай, но не тут то было. На самом деле, Ллойд нашёл альтернативу и теперь на все встречи с Коулом, с человеком от которого у него, мягко говоря, глаз дёргается, отправляет Кая, тем самым отмазываясь от всех забот. Эти двое детей — как бы выразился Кай — ведут подпольную войну уже давно. Коул пересекает четко поставленные границы, перевозя кокс через их дороги, а Ллойд в долгу не остаётся и то "нечаянно" человек Коула почему-то умирает, то "нечаянно" какая-то бомбочка взрывается в картеле Коула. Оба знают кто в этом причастен, а Ллойд лишь невинно хлопает глазами. Отношения очень напряжённые и Кай с удовольствием понаблюдал бы за всем этим цирком в сторонке с покорном в руках, вот только Ллойд распорядился иначе. Теперь же он обязан терпеть эту мозговыносящую морду напротив ещё бесконечных полчаса и заинтересованно поддакивать, поддерживая разговор. А нихуя не хочется. - Как дела у Нии? - вдруг неожиданно спросил Коул и, заметив как тот окаменел, усмехнулся ожидаемой реакции и продолжил. - Слышал, у неё есть молодой человек. - Думаю, раз ты в курсе, что у нее есть молодой человек, неправильно спрашивать о таком. - Мне бы тебя сейчас спрашивать что правильно, а что нет. - помрачнел Коул. У него будто зрачки ещё темнее стали, всю радужку заполняют, грозятся Кая в этой темноте утопить, а тот, попивая виски, с преспокойным видом сидит, с огнем играется, знает, что раздражает и про себя усмехается. - Да. - В любом случае, я хотел поговорить с тобой не об этом, а о Ллойде. О Нии мы поговорим, когда я стану твоим зятем - Коул не успевает договорить, как его тут же перебивает неудержимый звонкий смех Кая. Он терпеливо ждёт, пока тот успоится и сотрёт выступившиеся слезинки и продолжает. - Ллойду передай, что я его в порошок сотру, если ещё раз моего человека тронет. - Ты слишком самоуверен. - улыбается Кай и тянется за бокалом. - А со вторым, - тот делает глоток. - Ты слишком самоуверен два. - Может это вы глупы, раз не воспринимаете меня всерьёз? - вскинул бровь Коул и, последовав примеру Кая, тоже потянулся за бокалом, пригубив край. - Вы оба зависите друг от друга. - серьезно начал парень. - Но если порассуждать, кто кого вытеснит, то тебя, однозначно, вытеснят. И я говорю так не потому что, ты меня бесишь, а потому что ты бесишь Ллойда. И поверь мне на слово, те кто бесит Ллойда долго не живут. - Кай, выпив всё содержимое бокала, чуть сморщился встал с диванчика. - А зависите друг от друга потому что, пусть и иногда, но соблюдаете вами же поставленными правилами, чтобы не проливалось невинной крови. - Но при желании я пролью, - вмиг настиг его Коул, с хрустом сжимая кулаки. - Умою весь этот город кровью и утоплю в нём Ллойда. - Коул, грубо толкнув того плечом, вышел из бара в сопровождении охраны. Кай, уставившись на только ему видимую точку, задумался о словах Коула, вот только его думы прервал писклявый голос бармена, просящий за счёт. Кай, выудив купюры из грудного кармана кимоно, кинул их на столешницу и, бросив короткое "Сдачи не надо", вышел из душного помещения.

***

Иви, на носочках пройдя коридорчик, со скрипом открыла раздвижную дверь и беззвучно вошла в свою комнатку. - Иви! - Скайлор с порога, накинувшись, крепко-крепко обняла девушку. Она соскучилась. Очень. Сердце в бешенном темпе билось от одной лишь мысли, что с ней что-то будет. Скайлор очень сильно надеялась на расскаяние девушки, на которое можно было, конечно, не рассчитывать, и на милость Господина. И если с первым она прогадала, то со вторым, рассматривая живую девушку с головы до пят, на нахождение ушибов, царапин и ран, слава богу, нет. - Как ты? Все в порядке? Почему ночью не ночевала в комнате? Или ты.. о Господи. - Что? Нет же, - закатив глаза, уверила та. Виски несщадно ноют, а во рту не было ни крошки. Иви, сев на скрипучую кровать, похлопала по простыне рядом, приглашая. - Меня позвал Ллойд вчера вечером. И нет, - тут же помотала головой девушка, на расширенные глаза напротив. - Я просто уснула в его комнате. - Я так переживала, Иви. - Скайлор, присев, обняла ту. - Знаешь, что он мне сказал. - Что? - оторвалась от нее девушка, настораживаясь. - Что теперь я прислуга в его доме. - тихо ответила она, будто зачитывая себе приговор. Скайлор же подбадривающе похлопала по плечу. Она знает как та его ненавидит, ей это ровняется смерти. Но с одной стороны Скайлор рада, что Господин не предпринял никаких пыток в качестве наказания за побег, а просто стал, похоже, держать ее рядом. - Что бы ты делала на моем месте? Ты бы подыграла ему? - оторвала от дум Иви. Конечно она планировала спросить об этом, как бы ей стыдно не было. Нужно посоветоваться, узнать правильно ли она поступает и чем ей это грозит. В любом случае первый шаг уже сделан и если Ллойд и заметил что-то неладное, не принял всерьез, а отступить Иви может всегда. Ведь так? - Подыграла бы ему с чем? - подозрительно сощурила глаза Скайлор. - Ну.. - потянула та, смотря в сторону. - Ты хочешь сказать, подыграть ему в любви? Ты свихнулась? - лицо Скайлор исказилось гримасой непонимания. - Хотя.. - Что? - тут же оживилась девушка. - Если его намерения на твой счёт не серьезны, то можно попробовать. - хмыкнула та. - Обычно такие люди, как он, не долгие в отношениях, если можно так вообще назвать. Я не особо доверяю ему и тебе не следует. Я не хочу чтобы он тебе больно сделал. Но чтобы в твою головушку не взбрело, знай, я всегда рядом. - Я знаю. - по-детски пробурчала Иви и обняла ее, зарываясь в шею. Нет — думает Скайлор — она одна такая одновременно сумасшедшая и невинная. Одна такая, которая в голову самого богатого и влиятельного человека засела и долго ещё останется в памяти.

***

Ния, прошмыгнув в ближайшую беседку, села и, отдышавшись, начала оглядываться. Они с Джеем договаривались встретиться в парке в их беседке, в которой они обычно сидят, в секрете от Кая. Ладно девушка сознательно опоздала, чтобы лишний раз пощекотать нервы парню, но Джей опаздывает. Впервые. Нии уже начинает казаться, что тот вовсе забыл о встрече и, наверняка, опять пыхтится у своей новой будь она сто раз проклята работе. Ния, скрестив руки на груди, откинулась на спинку сидения. Она решает подождать пару минут и если он не придёт, она как ни в чём не бывало пойдёт дальше и зайдёт в свою любимую пекарню. Люди проходят мимо беседки и оборачиваются на одинокую девушку. Нию это начинает раздражать. - Я пришёл, - запыхавшись, юркнул в беседку Джей и, на ходу обняв девушку, плюхнулся рядом. Его рубаха перекошена, лямка сумки с плеча спала и вид такой запыхавшийся. - Вижу. - Ты чего? - Джей выпрямился и обеспокоенно взглянул на Нию. На самом деле у него появился большой заказ, за который обещают щедрое вознаграждение. Дочь одного капитана, миловидная девушка Хью, хочет портрет на свое восемнадцатилетие и Джею это огромная честь. Но опоздал он не из-за этого, а из-за того, что по пути, повозка с фруктами одного старого человека упала, заслонив и так узкий проход. Парню показалось неуважительным пройти мимо и не помочь, из-за этого он помог аккуратно расставить овощи в повозку, за что дали ему румяное яблочко, в качестве вознаграждения. После того как они собрали все фрукты, Джей побежал в парк, держа в руке яблоко. Оно было ярко-красным и напомнило ему то любимое красное кимоно Нии. Он решил, что как только встретит ее отдаст яблоко в руки девушки. - Да ничего, - раздраженно кинула та. - Я просто сидела и ждала тебя. Неужели нельзя было хотя бы на минутку оторваться от своих очень "важных" дел и не провести часик со мной? Я замёрзла. - Прости. - Джей, виновато опустив голову, повернулся уже был к сумке за фруктом. - Ты только и делаешь, что просишь прощения. Знаешь, иногда мне кажется, что у тебя появилась другая. А знаешь почему? Потому что ты постоянно пропадаешь в доме за изрисованным холстом, потому что ты так мало времени отводишь на меня. Просто скажи, что у тебя другая, скажи, что я тебе надоела и покончим с этим. Я ненавижу постоянно ждать тебя, ненавижу думать, представлять в голове, что ты с другой. - Перестать думать только о себе, Ния, - лицо Джея выражает вселенскую усталость, а ещё огорчение. Он безмолвно передал фрукт в руки непонимающей девушки и, встав, отряхнул рубаху и направился в сторону дома. Почему она его не понимает? Она думает лишь о себе. Нельзя же быть такой эгоистичной, не думает ли она, что он, может быть, попал в беду? Почему сразу левая девушка? Да Джей никогда в жизни бы не засмотрелся на другую. Зачем ему это надо? Он бы, правда, уделял девушке больше времени, ухаживал как следует, но у него работа, ему нужны деньги. Но почему она этого не понимает? Ей сродни работа что-то сверхъестественное, на ее руках никогда не были мазоли, а ноги не тоскали на себе тяжестей. Но почему она не понимает, что у Джея нет супер-брата с деньгами, что Джей просто, мать его, художник, который почти не ест, только и рисует. Зарабатывает искусством, зарабатывает маслом по холсту и нет, он не нуждается в другой жизни. Он нуждается в понимании. Джей любит смотреть на счастливое лицо Нии, когда тот ей приносит ее любимые цветы. Парень за один букет горбатится над тремя холстами сразу, а взамен голое "ты меня не любишь?". Джею бы заорать на весь город, потрясти ее за плечи, но силы давно иссякли и желание, кстати, тоже. Ему бы просто пойти домой, лечь на холодную постель, посчитать сколько заказов на завтра он успеет написать, да вернуться в обычный размеренный быт, лишь бы стереть из головы этот эгоизм. Потому что плохо, потому что больно, потому что неприятно, потому что до жути обидно. Джей, закрыв за собой дверь, мягко соприкосается лбом с ее поверхностью.

***

Иви, предварительно, два раза постучав, вошла в комнату. В ее руках был поднос с тарелкой пасты в соевом соусе и ароматным мясом. За ее спиной тоже вошла девушка, только с подносом на котором разложены были чайник, с терпким мятным чаем, пузатая чашка и десертом, в виде рисовых пирожков. Если вторая девушка, в общем-то выглядела спокойной, то Иви выглядела слегка нервной. Она то и дело смотрела под ноги, надеясь не оступиться и донести эту чёртову пасту в целости и сохранности до Господина. Добравшись мелкими шажками до стола, она, положив серебряный поднос перед Ллойдом, начала раскладывать приборы. Девушка чувствует на себе пронизывающий взгляд изумрудных глаз, а ещё этот вязкий аромат лайма и лесных орехов завлекал в крепкие объятия. Вдохнешь — опьянеешь. Иви, потянувшись на другую сторону, чтобы поставить чашку с соусом, почувствовала горячее дыхание у уха. - Завтра я хочу, чтобы ты мне принесла и завтрак, и обед и ужин. - его изумрудные глаза казались сейчас ещё темнее, ультрамариновый отблеск во взгляде не предвещали ничего хорошего, а губы расползались в ухмылке. - Разбухнешь. - медленно проговорила та и уже собиралась уйти, как ее тут же перехватывают за руку и усаживают на колени. Вторая девушка, быстро всё расставив, удаляется. - Хочу чтобы ты составила мне компанию. - парень, поудобнее усадив, взял палочки и начал накручивать на них пасту. - Много чего хочешь. - А ты всё такая же капризная, как я в пять лет. - Ллойд, крупно намотав, приставил к губам девушки пасту. Та, покосившись, всё же приняла лапшу. - Я принесла тебе эту пасту, не для того, чтобы ты меня кормил. - шипит девушка, уворачиваясь от второго "самолётика". - Я ел уже. - спокойно отвечает Ллойд. - И на вечер мне приносят не пасту, а лазанью или лёгкий салат из оливок. - Неженка. - кривит рот та. - Запоминай меню, тебе пригодиться в будущем. - усмехается парень, сжимая бока девушки, под злющий, ядовитый взгляд Иви. Ему нравится. Очень. Особенно когда поглаживаешь поясницу, они выгибается кошкой и грудью касается его накаченной груди. А потом этот промелькнувший стыд во взгляде и попытки отвернуться. Картина на миллион. - В моем будущем это точно не пригодится. - На твоём месте я бы не был так уверен. - ухмыляется Ллойд и, подхватив девушку, направился к кровати. - Ты не доел. -сконфуживается та. - Подождёт. - шепчет прямо в губы и, опрокинув на лопатки, нависает сверху. - Остынет. - девушка пытается увернуться, выйти из этого крепкого захвата, но ее руки тут же перехватывают, вжимая в простыни, а по шее вверх поднимается горячее дыхание, лижет, опаляет и добирается до уха. Больно кусают мочку и шепчат: - В твоём будущем есть только я. - Нет. - ее голос дрожащий, слабый, впору смеяться от такого ответа. Она, что будто в лапах хищника, дрожит, смотрит своими большими глазами, в которых, наверное, все звёзды вселенной скопились, светят яркими созвездиями, тайны хранят. В этих чистых, блестящих, глубоких глазах, захлебнуться, утонуть бы, слиться с ними в одно. - Повтори. - хрипит тот сверху. - В моем будущем, - голос стал ещё тише, ещё писклявее, девушка будто сейчас совсем исчезнет, расплывется под этим испепеляющем взглядом изумрудных глаз. В них зрачки всё чернее становятся, радужку заполняют и в этом липком страхе девушку топят. - Тебя нет. Ллойд, зарычав, поддается вперёд, припадая к губам, и настойчивым поцелуем вгрызается изголодавшим зверем. В нём кровь бурлит, по венам-сосудам разливается, силу даёт и он ещё крепче сжимает костлявые запястья, чуть ли не хрустя. На языке чувствуется металлический привкус крови — чей, не понятно. В Ллойде внутренний зверь кувыркается, "моё" твердит, когтями скребётся, ближе хочет, ни миллиметра между. Так нужного воздуха вдруг стало мало, а Ллойд заставляет собой дышать, не отрывается, лишь больше засасывает. Девушка млеет в ощущениях, о сильную грудь скребётся, отвечать не успевает и пора бы его оттолкнуть, втянуть в лёгкие воздух, но эти жёсткие губы, что сминают в недопоцелуе, все клапаны срывают, подчиниться приказывают. И Иви подчиняется, потому что по другому не может, потому что хорошо настолько, что готова задохнуться, лишь бы ни на миллиметра между, лишь бы ещё теснее, ещё глубже. Он уже вместо крови в венах течет, разливается, тепло изнутри дарит, свое собственничество показывает. Эти сильные руки до синяков сжимают бока, бёдра и эта боль приятна, она новые, доселе неизведанные чувства дарит и девушка, как самый сумасшедший мазохист, ещё и ещё хочет. Потому что с Лойдом всегда крышечностно, горячо и ново. С ним дышать приятно, внюхиваться в этот дрязнещий аромат лайма, впитать в себя, в кровь литрами впускать. Потому что нереально, потому что с ним как дома, так тепло и хорошо, так приятно и уютно. Эти руки, что так правильно смотрятся на бедрах девушки, эти жёсткие губы, что завлекают в оголодавший поцелуй и эти тёмные глаза — девушка от них дуреет. Ллойд испивает ее как последний источник, никак напиться не может, а потом переходит на медленный, ленивый поцелуй. Кусает — лижет, ловит язык — играется и всё по новой, так мягко, так нежно, в новых красках, в новых ощущениях и сейчас бы расплыться лужицей, в пыль превратиться. Это всё настолько необычно, настолько приятно, что и девушка, неосознанно за губами напротив тянется, сама ухватиться пытается. Ловит — сминает, языком контур проводит, снова и снова тянется, а ее вновь на лопатки опрокидывают. Ллойд нависает сверху, дышит рвно прямо в раскрасневшиеся губы и смотрит, насмотреться не может. С этой девушкой поцелуй такой интимный, такой запоминающийся, всё не так как с другими, что-то новое, что-то неизведанное. - Запомни, - его голос хриплый, томный, такой приятный, слух ласкающий, что впору вскрыться. - Никому тебя не отдам. Моя. Эти слова навеки зататуировались в голове, теперь уже их серьёзность чувствуется: губами, что пульсируют от притока крови, бедрами, что приятно ноют от сильных рук.

-Твоя. - где-то за подворками сознания отвечает голос.