2.
29 октября 2018 г., 04:43
2.
На Карнаку неожиданно обрушились дожди — дело обычно для Морли или Тивии, особенно в весенний период, но редкое на Серконосе. Ветер пригонял темные тучи, которые то и дело распарывали вспышки молний, и торговцы торопливо прятали вынесенные на улицу товары, а люди закрывали ставни. Грозы неистовствовали над городом несколько дней — пока с неба не грянул дождь из жаб. Александрия Гипатия объяснила, что такое бывает при сильных ветрах, принесла Корво тяжелые книги в мягких переплетах, содержащие описание похожих случаев — но простой люд кинулся обивать порог Аббатства.
После — отхлынуло за ночь море, оставив на песке остовы разбитых лодок, морские звезды да кораллы и раковины. На этот раз у Гипатии не нашлось предположений. Случись нечто подобное раньше — Корво был бы уверен, что в одну из ночей ему явится Чужой и парой скупых намеков слегка разгонит туман неведенья. Теперь ему больше не снились сны.
Корво, подобно многим другим, направился в Аббатство.
Одна из сестер Ордена Оракулов, молодая женщина по имени Морвин, согласилась переговорить с ним; ее сопровождал Смотритель в маске, осторожно, будто престарелую матушку, поддерживал под локоть.
— Может быть, вы могли бы рассказать мне, что случилось? — спросил Корво.
— Вам не положено этого знать, — глухо сказал Смотритель.
Морвин положила узкую ладонь ему на запястье, слегка повернула голову — создавалось ошибочное впечатление, будто она способна видеть оскаленную маску.
— Брат Феликс, герцог встревожен, как и все мы.
Что бы сказало Сердце, направь его Корво на этого Смотрителя? Что он желает свою сестру, что ему нравится выбивать признания, что он прикармливает бездомных котов?
— Конечно, сестра, — пробормотал брат Феликс.
Морвин повернула голову к Корво. Ему стало интересно, как нынче выглядят ее глаза под повязкой.
— Мне жаль, ваша светлость, но, боюсь, то, что я расскажу, не развеет вашу тревогу. В ту ночь мы — все как одна — увидели тьму, — она вздохнула. — Когда мы открыли глаза, она не развеялась.
***
Возвращался во дворец Корво в дурном расположении духа. Джозеф, один из его людей, даже поинтересовался, не нездоровится ли ему.
В спальне было прохладно — горничная, закончив уборку, забыла прикрыть окно. Едва переступив порог, Корво направился к нему — и замер на полпути, почувствовав запах сигар. Из всех его друзей и союзников курил лишь Паоло — но Паоло не явился бы к нему в спальню без приглашения и весомого повода.
— Здравствуй, Аттано, — хрипловато сказал человек, голос которого Корво сразу узнал.
— Дауд, — сухо поприветствовал он.
— Полагаю, ты не ожидал меня здесь увидеть, — подсказал Дауд. — Поверь мне, я не стал бы мозолить тебе глаза без важной причины.
Корво закрыл окно. Передернул плечами.
— Думаю, ты бы не стал, — согласился он. — Что тебе нужно?
— Слышал, ты справился с Далилой, — неожиданно сказал Дауд. — Хорошая работа.
Корво наконец повернулся. Дауд сидел в тени и раскуривал сигару; годы его пощадили — он почти не изменился.
Корво вдруг снова почувствовал себя молодым и отчаявшимся — он не узнал собственный голос, когда сказал:
— Почему ты говоришь мне это? Что ты вообще знаешь о Далиле?
— Кое-что знаю, — спокойно сказал Дауд. — Я думал, что покончил с ней. Годы спустя оказалось, что у меня не вышло.
Он невесело ухмыльнулся.
— Если ты здесь из-за нее... — начал Корво.
Дауд покачал головой.
— Нет. Хотя, может, и из-за нее тоже. Знаешь, Аттано, есть что-то сверхъестественное в том, как нас то и дело связывает судьба, а мы то и дело... — он резко поднялся, и ладонь Корво метнулась к пистолету — он едва успел одернуть себя; Дауд пришел не затем, чтобы убить его, в этом Корво был уверен.
— Выпьешь? — предложил он.
Дауд изучающе посмотрел на него. Медленно кивнул.
Пока Корво разливал бренди, Дауд продолжил:
— У тебя исчезла метка, верно? У меня тоже. Уверен, так случилось со всеми, подобными нам. Причина в том, что в Бездне больше нет Чужого. Это... — он шумно выдохнул. — Это моя вина.
— Проклятье, — сказал Корво, протягивая ему бокал. — Хоть что-то плохое в мире — не твоя вина?
Он подозревал нечто подобное с того утра, когда проснулся с чистой ладонью. Не думал, конечно, что это будет Дауд — но однажды он убил Императрицу, и теперь, годы спустя, его клинок пронзил бога.
Воистину, вряд ли в мире найдется другой убийца со столь же блистательной карьерой.
Дауд принял бокал с осторожностью, постаравшись не коснуться пальцев Корво.
— Я правда должен отвечать на этот вопрос? — поинтересовался он. — Как бы то ни было, Аттано... я в очередной раз ошибся. Я думал, что без Чужого мир станет лучше.
— Но он не стал, — сказал Корво.
— Нет.
Они молча выпили.
— То, что происходит сейчас, — произнес Корво. — С ведьмами, с Оракулами. С морем...
Дауд кивнул.
— Поэтому я здесь. Ты знаешь, Аттано, Чужой не был первым. И теперь Бездне нужна новая жертва — иначе она продолжит сочиться в мир, где ей не место.
У Корво пересохло во рту.
— Ты хочешь, чтобы я...
Дауд нахмурился на мгновение, потом его глаза расширились.
— Нет, Аттано, — быстро сказал он. — Нет. Это не ты.
