Тайлер не слышит криков

Не спится. Бессонница - новая чума, поразившая все континенты. От неё не спасается ни бедный, ни богатый. Ни якобы счастливый, ни якобы несчастный. Ни чёрный, ни белый, ни жёлтый, ни... Тайлер моргает, глядя в потолок, и зевает. В доме тихо и спокойно. Джозефу это не нравится. Он спускается вниз, игнорируя скрипящие половицы, и отправляет Джошу смс: "Я люблю сны, в которых всё хорошо, но ещё больше я их ненавижу. Может, мне было бы лучше, если бы я видел тебя там. Почему ты не приходишь ко мне во сне?" - потому что Тайлер решает, что раннее утро - самое подходящее время для откровений и прочей лабуды, которой нас кормит культура. - Доброе утро, Тай, - старший Джозеф заходит на кухню и совершенно не ожидает столкнуться там с мамой. Мда. Вот так неловкость. - Доброе утро, - он выдавливает из себя улыбку, потому что для родителей ты существуешь только в неопределённо-счастливом настроении. - Как спалось? Тайлер садится за стол и прячет открытые руки под столешницу, боясь и опасаясь. То ли за себя, то ли за маму. - Замечательно. Будешь кофе, сынок? - Да, конечно, - Джозеф кивает и смотрит на выцветшую светло-зелёную кофту женщины. Она давно не покупала себе одежды. - У нас сегодня тренировка начинается пораньше. Скоро игра, тренер никого не щадит. Боль пронзает острыми копьями горло, но Тайлеру не привыкать, потому что он всё время врёт. - Ты исправил испанский? - спрашивает мама, ставя перед сыном кружку со спасительным напитком. Баскетболист-неудачник заглядывает в её карие глаза и чуть улыбается: - А как же иначе? - Тайлер наспех выхлёбывет горькую жидкость. Видимо, женщина забыла, что он не пьёт такой крепкий кофе, даже чтобы проснуться. - Мне нужно на тренировку. Конечно, Джозеф мог не врать. Он мог сказать, что не собирается исправлять испанский, не собирается идти на тренировку и не собирается оправдывать чужих ожиданий, но это почему-то всегда выше его сил. Тайлер может быть равнодушным мудаком для кого угодно, но только не для собственной матери. С этой миссией уже давно справился его отец. /// Он идёт вниз по улице, не зная, как убить время до начала занятий, на которые совершенно не хочется идти. Незачем. Пустая трата времени и ресурсов. Ах да, это же Америка. Значит, всё в порядке. Если мудаки могут просиживать штаны в правительстве, то школьники могут просиживать штаны на уроках. Тайлер нащупывает в кармане кредитную карту и решает, что он может позволить себе потравиться жареным картофелем и отвратительным кофе из Макдоналдса. В круглосуточных ресторанчиках по утрам пусто, и Джозеф рад, что ему не придётся толпиться у прилавка, чтобы получить заказ. Гудение на кухне успокаивает. Туда-сюда, быстрая еда, быстрая жизнь и быстрая смерть. Замечательно. - Дебби, не воруй мой соус, - слышит Тайлер откуда-то из глубины столиков. Слух не подводит Джозефа: он слышал этот голос всего три раза в жизни и точно знает, что тот принадлежит не кому иному, как Брендону. А там, где Ури, всегда он. Джош Дан. Тайлер моргает. Джош не ответил на его сообщение. Тайлер не нужен Джошу. А если Тайлер никому не нужен, то Тайлеру... Он бредёт через полупустой зал, натыкаясь на пару одноклассников и одну престарелую парочку у окна. Джозеф не мог обознаться, и он идёт дальше, думая, что же сказать при встрече. "Привет. Прости за ужасное сообщение". "Привет. Прости за ужасное сообщение. Я больше так не буду". "Привет. Ты мне нравишься, Джош. Это плохо". - Привет, - Тайлер выдавливает из себя вялое подобие дружелюбия, уставившись на Брендона в ужасной чёрной рубашке и ужасно красивую девушку рядом с ним. - О, Тай, - они, видимо, спорили до этого о соусе и картошке, но сейчас Ури отвлекается, - привет. Как дела? - Всё нормально, - он проглатывает "всё вообще-то не так-то хорошо, как кажется, и ты меня не интересуешь, где твой друг с цветными волосами?". - Как сам? Джозеф не решается сесть, поэтому наблюдает, как подруга Брендона крадёт у него пару длинных картофелин. Она подмигивает баскетболисту, но он решает оставить это без внимания, потому что сейчас его интересует всего один человек. Единственный в своём роде. - Знакомься, это Дебби, - Ури приветливо улыбается, и его улыбка похожа на оскал. - Эй, не воруй мою еду! - Но я голодна! - девушка пожимает чуть загорелыми плечами. На улице конец октября - почему она, чёрт возьми, полураздета? Почему они вообще выглядят так, будто только что вернулись из Калифорнии?! - Э. Я Тайлер, - Джозеф не знает, куда деть взгляд, потому что рука Брендона бродит по бедру Дебби. - А Джош с вами? - Привет, Тайлер, - улыбается девушка, но её приветствие остаётся без всякого внимания. - Он в машине, - музыкант машет головой в сторону двери, и Тайлер на автомате поворачивается, боясь, что его парень-твиттер застыл на пороге и смотрит на него с плохо читаемым выражением на лице, как будто они в отстойном фильме. - Отрубился ещё часа два назад. Слабак. - Понятно, - но Джоша нет на пороге. - Можно... можно я пойду к нему? - Мои двери всегда для тебя открыты, - смеётся Брендон, и его рука поднимается чуть выше. - Но помни, что ебать спящих людей - плохо! - Катись к чёрту, - шепчет себе под нос Тайлер. Тот явно не в себе: весёлый, но мрачный, как сказал бы Джош. Вернее, мрачный, но весёлый. И почему Дан не приходит к нему во сне и не отвечает на сообщения? Ах да, он слишком занят своим дружком-наркоманом. Часть Джозефа говорит: "Джош такой же, как его родители". Другая часть пытается убить свою соседку. Тайлера тошнит, но он делает заказ, прихватив ещё один кофе. Что ему сказать? Что он должен произнести, чтобы всё вмиг уладилось и стало спокойно? Они же... они же даже не были друзьями или близкими знакомыми. Так, просто пару раз пересеклись не в то время не в том месте и выборочно поговорили о случайных вещах. Но это не помешало Джошу глубоко запасть в ледяное сердце Тайлера. Наверное, если бы у Тайлера не было сердца, то он бы всё равно нашёл под своей кожей место для этого невероятного парня. До машины Брендона остаётся пара шагов, когда все внутренности Джозефа начинают кричать, что побег - это лучшее решение всех проблем. До машины Брендона остаётся один шаг, когда он замечает спящего на заднем сидении музыканта и его сердце с катастрофически громким "ух" падает вниз. И что-то внутри Тайлера решает, что Джош ни за что не должен знать об одной неосторожности, которая может разрушить всё, что у них есть, и всё, чего у них нет. Он открывает дверцу, молясь судьбе (к богу - вопросы и никаких ответов), чтобы Дан не открыл глаза раньше времени, пока баскетболист-неудачник не сотрёт свой неудавшийся след. Он словно живописец, который впервые открыл SAI. Он словно вор, застывший у Джаконды. Он роется у Джоша в штанах. На телефоне Дана нет пароля, и ему, наверное, нечего скрывать. Тайлер открывает их переписку, и он не может не улыбнуться, заметив, что их диалог называется "люк скайуолкер". Джозеф читает собственное сообщение, и он, вероятно, не должен лишать Джоша права знать, что чувствует баскетболист-неудачник. Но он не может. Не может быть слабым, нуждающимся, сломанным, отчаянным и влюблённым. Влюблённым? Тайлер бросает взгляд на сомкнутые губы Джоша. О боже. Тайлер не умеет любить. Тайлер удаляет сообщение. А после он всего лишь возвращает телефон на место, а после приглаживает волосы, высунувшись наполовину из салона. Всё в порядке. В конце концов, Джошу не нужно знать ничего из того, что Тайлер хочет скрыть. Если бы они были в романтическом фильме, то Джозеф был бы обязан разбудить парня с самыми очаровательными завитушками поцелуем. Но, кажется, он забыл почистить зубы. И они определённо не в романтическом фильме. Даже близко. Тайлер слегка трясёт Джоша за плечо. Джош хмурится во сне, поэтому Тайлер не унимается и трясёт музыканта сильнее. - Доброе утро, - говорит он, отодвинувшись на приличное расстояние, потому что Дану нельзя умереть из-за запаха изо рта Джозефа. Отстой. Дверка автомобиля хлопает достаточно громко, чтобы Джош разлепил глаза. - М? - музыкант похож на очаровательного заспанного ежа и котёнка одновременно. Может быть, немного на суриката. Или Чубаку. Синего Чубаку. Ох нет. - Я принёс тебе кофе, - Тайлер старается звучать очень бодро, хотя и прикрывает рот ладонью. - Не знаю, как ты относишься к картошке фри и нагетсам, но... - Тайлер? - Джош разлепляет глаза, и его лицо немного опухло от бессонной ночи. Баскетболисту-неудачнику почти стыдно, но он слишком сильно ждал этой случайной встречи. - Или Блурри, - Джозеф протягивает ему стаканчик с кофе. - Или Люк. Тайлер улыбается, и его улыбка правда похожа на улыбку. - Доброе утро, - он протягивает Джошу кофе. - Завтрак в постель? Романтично, - треугольник-наколка снова оказывается в предельной, практически опасной близости от неуклюжих пальцев баскетболиста. - Не обольщайся. Сейчас произойдёт вторжение инопланетян и мы застанем апокалипсис в этой убитой машине. - Не бойся, я знаю марсианский и смогу спасти нас, - Джош наклоняется к коробке передач и вставляет в радио один из поцарапанных дисков. - Как хорошо, что Брури любит всякую романтическую поебень. Типа... ты что-нибудь слышал о Joji? Тайлер качает головой и отпивает немного кофейно-молочной смеси. Он видит, как вытягивается лицо Джоша в радостной улыбке, и тепло сразу же разливается по пищеводу. - Joji так же хорош, как отбит. По салону проходит нежная мелодия, и волосы Дана растворяются в приятном голосе. - Я думал, что ты слушаешь... что-то другое. - А это не я, - Джош залезает в пакет из Макдоналдса и вынимает всё содержимое. - Это мой злой двойник. - Кто ты и что ты сделал с панком Джошем? - Тайлер открывает сырный соус, доверив парню барбекю. - Джошуа Уильям Дан должен умереть, - лицо музыканта на пару секунд застывает в поддельной серьёзности, а после он начинает смеяться. - Вау! Ты взял два моих любимых вкуса. Джошуа. Звучит как искусство. - Ха, меня проконсультировало марсианское посольство? - Джозеф макает нагетс сначала в один, а после в другой соус. - Я висел на проводе два часа, расспрашивая о традиционном марсианском фаст-фуде. - Я польщён, - Джош следует примеру Тайлера. - Но истинные марсиане предпочитают нагетсы с мороженым. - Вы настоящие извращенцы в плане еды. - Земляне зовут это "гастрономизмом". - Может, гастрономиальностью? - баскетболист ухмыляется. - Может, - музыкант пожимает плечами. - Знаешь, это очень забавно. - Почему? - Тайлер не слышит музыки, хотя отчаянно пытается вслушаться. - Ты снился мне сегодня. Джозеф макает нагетс в сырный соус: - И что я делал в твоём сне? - Ну, мы стояли на сцене. Вернее, ты был на сцене, и все смотрели на тебя. Я тоже смотрел, хотя был рядом. Ты играл какую-то ужасную попсовую херню, а потом повернулся и спросил: "Ну как?" Я ответил: "Нормально". Но тебе это не понравилось, и ты стал кричать: "Это недостаточно для такого таланта, как я!" Я пытался тебя успокоить, а потом... ты разбудил меня, и я, если честно, сначала испугался, что ты пришёл мстить мне в реальности. - О, - Тайлер не должен был удалять сообщение. - Поверь, моя кара будет страшна. Джош усмехается, и сырный соус мажется по его верхней губе: - Не сомневаюсь. Джозефу почему-то кажется, что Господь наградил его языком именно для этого момента. Он мог бы слизать эту грёбаную химическую смесь с лица музыканта и, блядь, полностью вылизать его, но нет. Он забыл почистить зубы. Ничего не выйдет. Соси, Господь. Соси, Тайлер. - Почему ты спишь в машине? - спрашивает Джозеф, пытаясь унять сердце, которое из пяток поднимается прямо к горлу. - Я поругался с родителями и ушёл из дома. - Что? - Тайлер не верит своим ушам. - Я поругался с родителями, - медленно повторяет Джош. - И ушёл из дома, - заканчивает за него баскетболист. - Это... это по-панковски. Кажется, твой злой двойник всё-таки не съел твои мозги, а ты всё это время обманывал меня! Как не стыдно! - Ага, - парень-твиттерская птичка отпивает немного кофе, и Тайлер следит за движением его кадыка. Сердце следует тем же маршрутом. Сначала вверх, потом вниз. - Они, блядь, могут точно гордиться мной. Какое-то время они сидят молча, жуя нагетсы и слушая романтические песни с глубоким подтекстом. В определённый момент Джозефу начинает казаться, что Дан по-наглому подпевает. Он поднимает взгляд с еды прямо на музыканта - жёлтый соус всё ещё на его губах, - и тот действительно вторит песне: - Я ждал всю свою жизнь, чтобы понять, что я желал тебя. Джош, чуть подтанцовывающий с длинной палочкой картофеля в руке, улыбается Тайлеру. Тайлер не должен был удалять сообщение. Тайлер улыбается в ответ и пытается раскачаться в ритме медленной баллады. Может быть, тогда бы они смогли поговорить о чувствах, как в романтическом фильме. Джош вытягивает руку с картофелиной. Тайлер делает то же самое. Они тратят несколько секунд, бессовестно изображая бой джедайскими мечами, как истинные дети капиталистов. Но Джозеф уже проиграл заранее. Может быть, тогда бы они смогли поцеловаться. - Ты можешь не торопиться, и я обещаю, я не буду лгать, - губы у Дана наверняка такие солёные, что хватит на целое море. Джозеф утонул заранее. - Тымненравишься. - Что? - Джош моргает. - Joji мне нравится, - Тайлер не должен был удалять сообщение. - Он совсем не панковский. - А ты и не панк. - Покажи мне свои татуировки, - Джозеф чешет нос, и он всегда старается потрогать своё лицо, чтобы убедиться, что оно на месте. - Не разглядел вчера? - Джош снимает чёрную толстовку и остаётся в неизменной чёрной футболке. - Был занят заёбыванием тебя, - парирует Тайлер. - Я впечатлён, - Дан показывает на своё запястье с небольшим мечом, а после поднимает вторую руку, где на том же месте нарисован щит. - Что думаешь? - Нормально, - баскетболист вскидывает брови, но умудряется упасть. - Это недостаточно для такого таланта, как я, - музыкант меняет голос, делая его на пару октав выше. - Эй! Я, вообще-то, не такой пискля! - Да ладно? - Абсолютно, - Тайлер пинает его коленкой. - Выпендрёжник. Ты никакой не Чубака, а полноценный Хан Соло. - Думаю, неполноценный. Джозеф цокает, а после не выдерживает и, протерев пальцы об штаны, проводит ими по рукам Дана. От одной коричневой родинки до другой. У него немного выступают сизые вены, и Тайлеру хочется поцеловать их. - Моя мама говорила, что родинки - это поцелуи ангелов, - зачем-то вспоминает он. - Моя мама утверждала, что мои руки похожи на карту. - Тогда мы можем уехать куда угодно, - Джозеф буквально заставляет себя поднять взгляд так, чтобы не начать пялиться на губы Джоша. - Куда мы помчим, Хан Соло? - Смена ролей? Ладно, тогда... к звёздам. - Разве это не из "Титаника"? Или метафора? - Возможно, - Джош закатывает глаза, а после черпает пальцем остатки соуса-барбекю и рисует Тайлеру усы. - Я плох в метафорах. - У нас так много общего, - а ещё бы Тайлер с удовольствием облизал его пальцы. И не потому, что он всё ещё голоден. - Я плох абсолютно во всём.