Замаскированные изъяны.

Елена.

Пять месяцев спустя.

      Голос капитана, призывающего пристегнуть ремни безопасности, вывел меня из состояния добровольной комы. Зевнув, я повернулась на другую сторону и попыталась размять затекшие во время полета мышцы.       Господи, я ненавижу летать!       Честно говоря, это был мой третий полет в жизни, но первый, когда я летела одна. В прошлый раз со мной был Мэтт: он держал меня за руку, шутил и всячески отвлекал от панических мыслей. Скажем так, я слишком много раз смотрела «Пункт назначения». Я до сих пор не знаю, как Мэтт смог уговорить меня поехать с ним и его друзьями на озеро Монро для хай-дайвинга. Даже название звучит больно. Помню, как была горда собой, когда забралась на скалу. Правда, перед самим прыжком я сделала то, что все говорят не делать, я посмотрела вниз. В ту же секунду ноги приросли к земле, отказываясь двигаться. Момент моего возможного триумфа закончился истерикой, и Мэтту пришлось нести меня вниз на руках.       Я зажмурила глаза, чтобы не дать волю слезам.       Пытаясь отвлечься, я вытащила свой рюкзак из-под кресла и достала iPod. Можете назвать меня старомодной, но я не могу избавиться от этого маленького девайса и люблю, когда музыка находится отдельно от сообщений, игр, фотографий и всего того хлама, которым заполнен телефон любого подростка. В последнее время она стала для меня источником спокойствия.       Насладиться любимыми песнями мне помешал строгий голос: — Извините, мисс, — я посмотрела наверх и увидела улыбающегося бортпроводника. — Все электронные устройства должны быть выключены или переведены в авиарежим во время посадки, — он произнес заученную фразу.       Я кивнула в знак согласия и выдернула наушники из ушей. Идея с отвлечением не удалась.       После стрельбы нашу школу закрыли. Сначала нас отправили раньше на летние каникулы. А после всех распределили по школам в соседних городах. Мистик Фоллс — маленький тихий городок, в котором все друг друга знают. После трагедии о жертвах и их родных знали и в ближайших городах. Первый день в новой школе был похож на зоопарк. Все смотрели на меня, жалели, перешептывались, показывали пальцами. Все это закончилось для меня панической атакой, после чего на меня стали смотреть, как на сумасшедшую. Больная, странная, чокнутая — я слышала это все.       Я выдержала две недели, после чего отказалась идти снова в школу. Честно говоря, я отказалась делать почти все. Я ела нерегулярно и действовала на автопилоте. Отказалась видеться с друзьями и знакомыми, не отвечала на телефонные звонки, даже когда звонила Викки. Летом я пыталась быть сильным плечом для нее, но каждый раз, когда мы виделись, воспоминания о ее брате накрывали меня с такой силой, что я не могла справиться с потоком чувств.       Мои родители, мои бедные родители, они испробовали все. Давали мне время, разговаривали со мной, отправили к психологу. Думали мне нужно открыться постороннему человеку. Как такое может помочь? Я не хотела быть тем, кто затягивает всю семью в пучину депрессии, но я не знала, как разорвать это цепь.       Четыре дня назад мой отец позвал меня в гостиную. Спускаясь вниз, я услышала приглушенный разговор родителей. Зайдя в комнату, я увидела плачущую маму и уставшего отца. Папа указал на стул напротив них. — Мы поговорили с твоей мамой, — сказал он. — Мы думаем, тебе нужно сменить обстановку. Мы поговорили с твоим психологом, она согласна с нами, — добавил он, как будто это должно было сделать ситуацию легче. Слезы побежали по моим щекам. — Я не могу уехать! — закричала я. — Мэтт здесь! Я видела, как мои слова заставили маму начать плакать сильнее. Она встала с дивана и сделала несколько шагов по направлению ко мне. — Елена, — обняла меня мама. — Пожалуйста, выслушай нас. Тебе нужно продолжать жить. Я не прошу тебя забыть о Мэтте. Мы все любили его. Услышав его имя, я не смогла сдержать громкий всхлип. — Он всегда будет в наших сердцах, — продолжила она. — Но ты должна жить дальше для себя, для Мэтта. — Прошло всего пять месяцев, — навзрыд зарыдала я. — Вы двое ведете себя, как будто я восьмидесятилетняя старуха, живущая с кошками и до сих пор оплакивающая свою детскую любовь, — я не могла сдержать истерику. — Дайте мне время! Мама выпустила меня из рук и подошла к отцу. — Мы поговорили с тетей Дженной, и она согласна, чтобы ты пожила у них до конца учебного года, — безапелляционно сказала мама. — Вы пытаетесь отослать меня в Джорджию? — мое сердце бешено забилось.       Моя тетя Дженна была младшей сестрой мамы. В то время как мама вышла замуж за папу и осталась жить в Мистик Фоллс, тетя закончила Уитморский университет, получила диплом дизайнера и переехала в Атланту. Я скрестила руки на груди. — Можете забыть об этом: я никуда не поеду. Громкий удар кулаком по столу заставил меня дернуться от неожиданности. — Я не позволю своей дочери спустить свою жизнь в туалет, сидя все время в комнате и плача из-за парня, который не может вернуться. То, что случилось, — ужасно. Но изменить ничего невозможно. Ты поедешь к Дженне. Мэтт умер. Тебе надо смириться. — А если я откажусь? — Тогда будь готова завтра вернуться в школу. — Когда я уезжаю?       Почувствовав соприкосновение самолета с землей, я наконец-то смогла выдохнуть с облегчением. Слишком резко встав, я ударилась головой о верхнюю панель. — Господи! — вскрикнула я. Прижимая сумку к груди, я шла по терминалу в поисках уборной. Помыв руки, я взглянула на свое отражение в зеркале и увидела девушку, которая не имела никакого сходства с прежней мной. Опухшие круги под глазами и потрескавшиеся губы придавали мне безжизненный вид. Я сняла резинку с волос, наблюдая, как тусклые темные волосы каскадом падают на плечи. Привычно смуглая кожа казалась серой. Покачав головой, я проигнорировала ранее неизвестное мне чувство неуверенности и вышла из ванной.       Я услышала свое имя прежде, чем крошечные ручки обняли меня за талию. Я посмотрела вниз и увидела горящие невинные глаза, смотрящие на меня с обожанием. — Я так рада, что ты приехала и будешь жить с нами, — сказала моя кузина, широко улыбаясь и гордо демонстрируя мне несколько выпавших ранее передних зубов. — Привет, Джози, я тоже рада быть здесь, — соврала я, улыбаясь ей хорошо отрепетированной улыбкой. Я не могла сказать пятилетней девочке, что меня заставили приехать сюда. Джози взяла меня за руку и потянула через толпу. — Нам будет так весело! Мамочка и папочка купили мне новых Барби, и ты выглядишь совсем, как одна из них. Я разрешу тебе играть с ней и… — Джози, детка, дай нам с папой возможность поздороваться с Еленой, а потом ты сможешь рассказать ей все о своих Барби, — сказала Дженна, заключая меня в объятия. — Как ты видишь, мы все очень рады твоему приезду.       Мои опасения, что поездка до дома будет неловкой оказались тщетными. Всю дорогу кузина рассказывала о школе, друзьях, своих куклах и кукольном домике, который ей купили в прошлом месяце. Моя челюсть практически упала на колени, когда мы подъехали к большому каменному дому. — Красивый дом, — сделала я комплимент, отстегивая ремень безопасности. Я открыла дверь и почувствовала, как теплый воздух ударил мне в лицо. — Спасибо, — ответила Дженна, выходя из машины. — Подожди, когда увидишь комнату, которую я для тебя приготовила. — Я тоже помогала маме! — подбежала ко мне Джози. — Не нужно было так беспокоиться, — я посмотрела на тетю, и она ответила мне улыбкой. Она взяла меня за руку и сжала ее. — Поверь, мне было это в радость. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя как дома. Плюс, дизайн интерьеров — моя страсть. Твой приезд — это еще одно повод делать то, что я люблю.