Пробел

Страшно было уже тогда, когда с незнакомого номера пришел самый обыкновенный адрес. Ни слова больше, ни слова меньше, только маленькая приписка в конце, что долги нужно отдавать и что сообщение, как собственно и номер, необходимо удалить. Хотелось туда ехать меньше всего на свете, потому что предположений было целое море, в голове был чертов хаос и банально трясло от кончиков пальцев и до кончиков волос. Олсен убедила себя в том, что картина, которая сложилась в голове, это всего лишь чертова выдумка. Утром, наблюдая новости о сгоревшем дотла клубе, убедила и в том, что все кончено. Сказка продлилась недолго: Рин больше нет. А теперь Агата сидела в кафе, в котором не было ни души, и регулярно кидала взгляд на сотовый, с каждой секундой прошедшего времени все сильнее чувствуя, что ей тут не место. Чем дольше она здесь сидела, тем больше становилось желание просто встать и уйти. Когда напротив нее сел тот, кого вчера довелось встретить, сердце почти что остановилось. - Как ты... - и больше слов банально не было. Исчезли, растворились, будто окончательно выветрились, как и все мысли в голове. Вчера был дым, могла быть иллюзия, галлюцинация, мозг сам мог представить картину, которой никогда и не было. Но ничего из этого не объясняло того, что она видела сейчас. - Ну здравствуй, Агата, - ухмыльнулся... ее отец. Все совпадало до каких-то деталей. Даже взгляд сейчас, смотрящий на нее, был точно таким же, каким он был всегда у папы, без злых и холодных ноток. - Как дела? Девушка быстро поднялась, не в силах смотреть в эту сторону, как он схватил ее за руку и снова заставил сесть. Тело пробрала дрожь. Взгляд искал, за что зацепиться, лишь бы не глазеть на него. Не могло со вчерашнего дня все это не выветриться. - Разве не хочешь, наконец, познакомиться, милая? - спросил вампир, притягивая и поворачивая ее голову по направлению к себе же. Агате хотелось банально посмеяться ему в лицо на это. - Мы ведь так ни разу, получается, с тобой и не виделись? А тут - первое же знакомство, и все так официально: с угрозами, шантажом и сделкой. - Кто ты такой? - Ах да, - усмехнулся он, отдаляясь и отпуская руку девушки. В голове не связывалось то, что он говорил, с самим образом, который предстал перед Олсен. Это... не ее отец. - Я Равен Берч. Никогда не слышала? Агата медленно повела головой из стороны в сторону. Ее девичья фамилия в совокупности с совершенно незнакомым именем резала слух. - Я твой дядя, - завершил он свою характеристику, спокойно и пристально осматривая Агату. - Не переживай. Ты не первая и не последняя, кто путает меня с твоим отцом. И я нисколько не удивлен, что ты ничего не слышала обо мне. Но... когда-то наше знакомство должно было произойти. И сейчас, кажется, только дошло. У Агаты был дядя, был некий неизвестный ей брат отца, который давненько переметнулся на чужую сторону, к вампирам. О нем никто не говорил, не было никаких следов его в их доме, о вампирах в семье говорить в принципе было не принято. Тем более в семье Берч. Как-то между прочим лишь его упоминал отец, просто так, между строк. И ни разу при этом не сказал, что тот практически его копия. - Помнишь про услугу? - спросил Берч, все еще пристально смотря в самую душу. Агата была уверена, что зрелище было, что надо: на лице ее всяко высвечивалась целая масса эмоций. - И что тебе нужно? - Ничего сверхъестественного, - усмехнулся он. - Защита. Прямо сейчас, пока Джонс не приехал в этот город. Как думаешь, справишься? Сложно было даже поверить ушам. Их связывал чертов договор, причем настоящий, без шуток, с пометкой на теле Агаты и жуткими последствиями при невыполнении. И все, что просил ее дядя, заключалось в защите. Пусть и не плевой, пусть и достаточно энергозатратной, но все-таки выполнимой задачей. Не было даже предположения, что это могло быть связано с тем, что у них когда-то была одна фамилия. Берч - это скорее проклятая метка, а не привилегия. - И это все? - уточнила Агата. - Просто защита? - Сейчас это важнее всего прочего, не думаешь? Пребывая все в том же заторможенном состоянии, Агата достала мобильник, написав Крису. Идея вешать на вампира защиту не блистала сейчас изыском. Идея просить дать нужное заклинание и того была страшнее, но метка жгла даже при мысли о том, чтобы избежать выполнения условий. Вряд ли Крис бы проигнорировал просьбу без вопросов дать то, что нужно. Но прочитал он моментально. - Как та девушка? - тихо спросила Олсен, взглянув на вампира перед собой. Тот как раз поднялся, кивнув в сторону выхода, явно намереваясь покинуть заведение. - Жива, если это так можно назвать, - произнес он. - Но лучше бы ты дала ей сгинуть в том заведении. - И почему же? - Потому что она все равно не выживет с учетом всех обстоятельств. Проживет днем больше или меньше - это уже не важно, но вампиром сейчас быть слишком невыгодно. И в чем-то он определенно был прав. Телефон в руке Агаты завибрировал. Девушка взяла тот в руки, читая пришедшее сообщение. Как и положено: без вопросов, без попыток понять, зачем Олсен вообще нужно было это заклинание. Будто в Криса кто-то вселился и вот так просто распоряжался его знаниями. - Ты можешь за ней присмотреть? - уточнила Агата, проходя взглядом по заклинанию и осознавая, что сейчас копает себе самую глубокую яму из всех. - Просто присмотреть. - Как интересно, оказывается, получается... не думал, что кто-то из моей семьи относится к вампирам чуть лучше, чем к крысам. Агата обернулась, проверяя окрестность на наличие людей, а потом подошла вплотную к дяде, расстегивая рубашку на его теле. Рука, что теперь могла сравниться по температуре с его телом, коснулась голой кожи на груди. Глаза зацепились за первое же слово. Олсен прекрасно помнила, что поставить защиту - не такая трудная задача. Этому учили еще с детства. Потому что поставить - одно, держать этот щит - совершенно иное. Ведьма ослабевает, когда защищает кого-то, кроме собственно себя. Не их, похоже, специфика. Слова, которые дал Крис, спокойно сложились в заклинание, а через руку, что Агата положила на чужую грудь, рванула энергия, окутывая вампира в кокон и исчезая. Дело пяти минут, которое будет на протяжении всего оставшегося времени потихоньку выкачивать по несколько единиц сил. Метка на теле Олсен, которая твердила о ее долге, исчезла в тот же момент. - А ты мне даже нравишься, - усмехнулся Берч, отодвигаясь и самостоятельно застегивая пуговицы снова. Агата чувствовала на нем свою защиту, чувствовала, как из нее ушли силы, как их теперь связывала невидимая нить. Странное, по сути-то, ощущение. Ей оно было не знакомо. - Никогда не думал, что будет какой-либо смысл говорить с кем-то из семьи. - Не поверишь, - ответила она, - я тоже. Смотреть на того, кто был копией ее отца, все еще было больно. До жути. До чертиков. Но Агата все-таки посмотрела, стараясь никак не ассоциировать его внешность с отцовской. Различия все-таки были. Вероятно, не слишком значительные, но точно были. Просто у Олсен тоже была не идеальная ко всему прочему память. - Могу я узнать твой настоящий номер? - спросила она, обращая на себя его внимание снова, как только вампир намеревался уже уйти. Берч обернулся, присмотревшись к ней и явно решая для себя, нужно ли это ему вообще. Необходимо было прямо сейчас придумать хоть что-то: - Чтобы знать, как она там. - А я-то думал... - протянул вампир. Но поднял-таки руку, раскрывая ее ладонью вверх. - Давай телефон. Агата передала мобильник в тот же миг, наблюдая за тем, как он набрал на ее сотовом свой же номер. Как только звонок поступил, в его кармане послышалась громкая вибрация. Олсен кивнула и приняла свой телефон в руки. Все это было чертовски странным совпадением. В ее семье было множество скелетов в шкафу - с этим невозможно было поспорить. Но как же все-таки ненормально было вот так в какой-то момент столкнуться с одним из них. - Удачи, Агата, - произнес вампир, исчезая. Взгляд был опущен на экран мобильного. Равен Берч. Олсен даже не знала, что брата отца зовут именно так. И это, наверное, было смешнее всего. Так просто отказаться от семьи было только в духе Берч. Олсен все еще чувствовала себя неспокойно. И это преследовало ее и тогда, когда она в машину села, и тогда, когда поехала отсюда, все дальше и дальше отъезжая от этого проклятого места. С самого утра, как только она проснулась, Меган сказала лишь одну-единственную вещь, настояла буквально на том, чтобы Агата пребывала дома. Олсен хватило на час. Одна смс - и она была уже за несколько километров. Телефон молчал. От Дерка - ни слова. Чем был занят все это время Крис - неизвестно. Одно только то, что он ответил сейчас, было предзнаменованием чего-то положительного. Трясло лишь от одного упоминания фамилии Джонс. Как только глава этой Гвардии будет здесь, к черту полетит все окончательно - в этом сомнений не было никаких. Как только Агата припарковала машину и вышла из нее, сразу же столкнулась взглядом с Крисом, стоявшим рядом с домом. Пробрало еще сильнее, стоило только увидеть его. Ведьмак негативно относился к этому дому, держался подальше от всей своей семьи, в том числе брата, и специально максимально отдалился от них. Иногда именно поэтому Агата чувствовала в нем родственную душу. - Что-то случилось с Дерком? - спросила она, подходя к нему. Выглядел Крис тоже плохо, будто из него мимолетом этой ночью выкачали все силы. Слава богу, был хотя бы жив и, похоже, здоров. В отличие от собственного брата. - Нет, - ответил он. - С него достаточно. Я думал, он уже дома. - Вероятно, у него их много. Крис с трудом отошел от стены, покачнулся, будто потерял последнюю опору, а потом приобнял Агату, уткнувшись ей в плечо. Временами казалось, что ближе нет никого. Он ведь ей никем по сути-то не был, их общение во многом и было скорее вынужденным, а привязанности к нему было больше, чем ко всем двум семьям вместе взятым: что к Берч, что к Олсенам. - Почему Джонс должен приехать? - спросила Агата, отстраняясь. Крис поморщился, будто съел сейчас целый лимон. - Его семья была убита этой ночью. Жена и ребенок, - ответил он холодным тоном, вышибая из Агаты весь дух разом. Эта новость погрузила сознание в еще больший хаос. Вампиры буквально вырыли себе одну большую братскую могилу за одну ночь. - Не думаю, что эта новость приведет его в восторг, даже если семья для него была не так ценна. - Они были здесь? - Да. - Но почему?.. - Потому что она была беременная, и ей было рекомендовано отказаться от постоянных перелетов, - ответил Крис, посмотрев ей прямо в глаза. И если до этого казалось, что это и есть начало конца, то сейчас сомнения отпали окончательно. Джонс никогда не отличался стойким и покладистым характером. Он буквально построил целую империю. И пострадать за действия единиц теперь должны были все. Крис горько усмехнулся: - Я понятия не имею, что теперь делать. Он пройдется по всем. - Ты можешь уехать? - Ты реально думаешь, я сделаю это? - Крис, тебя уже обвиняли в том, что ты им помогаешь, - почти что прикрикнула на него Агата, сделав шаг вперед. Он вряд ли находился дома, когда она ему написала. Он откуда-то моментом достал заклинание, которое способно укрыть вампира. Значит, искал недавно его сам. - Ты не можешь так рисковать. Если он приедет... - Я связывался с Евой, - моментально перевел он тему. - Знаешь, что будет с семьей Грин, когда он приедет? И знаешь, сколько здесь таких, как она? У меня хотя бы, благодаря тому же Джонсу, есть преимущество. - Твое право неприкосновенности? Ты серьезно рассчитываешь на него после произошедшего? - Джонс собрал вокруг себя конченных консерваторов, которые терпеть не могут вампиров. Подумай сама, Агата: правила и скрепы для них - это все. Это единственное, на что можно положиться в нынешних обстоятельствах. Гвардия не имеет права трогать меня, пока у них не будет конкретного доказательства моей причастности. - А ты причастен? - Думаешь, я бы сыграл свою роль в убийстве беременной жены с ребенком? - ответил он вопросом на вопрос, вызывая тошнотворное чувство в груди. Конечно, нет. Не должен был. Не тот Крис, которого Агата, по крайней мере, знала. - Дело сейчас не в этом. Я пришел сюда, чтобы сказать лично: Ева подвергнется пыткам. Пока мыслей на этот счет не было никаких. Пока Агата даже понятия не имела, к чему он вел, потому что ей, вот уж действительно, не было дела до Грин. Олсен могла хоть трижды выразить сочувствие ее семье, ее сыну и мужу, но сейчас и при нынешних обстоятельствах ее проблемы казались иголкой в стоге громадного сена. Однако взгляд Криса все еще оставался серьезным и пробирающим до самых костей. - Ты ведь к чему-то ведешь, так? - уточнила Олсен. - Почему меня это должно волновать? Я ее видела единственный раз в жизни, когда она... - Вот поэтому. - Прости, что? Когда она пришла. Когда она, не думая ни о чем, заявилась в этот дом. Когда Меган ее пустила. Накладывая слой за слоем то, что произошло, можно было прийти к самому логичному выводу: если из нее начнут вытаскивать все до последней капли, то дойдут до этого дома. До их семьи. - Она пришла сюда, - произнес Крис, показывая на их дом. - Подумай сама, что это будет значить для Гвардии, когда они докопаются до этого. И что это будет значит в частности для тебя и твоих детей, Агата. Марк и без того конкретно проебался в отсутствии Джонса. У него осталось не так много времени, чтобы обзавестись хотя бы какой-то информацией. Единственный ее источник, который находится в их руках, эта девчонка. И ведь это было действительно страшно - зависеть от слов совершенно незнакомого человека. - Я сделал максимум из того, на что был способен, чтобы эта информация в случае чего умерла вместе с ней, - продолжил ведьмак. - Но я не всесилен. Отвези детей к Меган и скажи, чтобы она присмотрела за ними и, если что-то пойдет не так, настояла на том, что эти двое дома не были уже давно. Марти и так был у нее долгое время, это могут даже подтвердить. Приплюсуй туда и Диану. - Я тебя поняла. Крис уже хотел было развернуться, чтобы, вероятно, убраться восвояси, как сразу же остановился. Думал он недолго, но их недолгое общение по сообщениям сегодня не должно было остаться так просто незамеченным, насколько бы он ни был загружен в этот день. Олсен повернулся вполоборота. - Кого бы ты ни защищала сегодня... - все-таки высказал он, вводя в сильное оцепенение. По коже пробежались мурашки. - Агата, серьезно, будь осторожнее. Связь с вампиром, о которой узнает хоть одна живая душа, слишком дорого тебе обойдется. - Я даже не рассчитывала, что ты скинешь мне заклинание так скоро. - Я сам нашел его не так давно. - Зачем? - Мы не будем друг друга спрашивать об этом - и этого будет достаточно, хорошо? Не было никаких лекций и претензий, коими осыпал бы кто угодно другой. Крис в действительности отличался от всех, кого Олсен знала когда-либо. За это стоило быть благодарной. - Что бы ты ни задумал, будь осторожен, - кинула она ему вслед. - Буду. Внутри все полыхало самым ярким и сильным пламенем, как в том клубе этой ночью. Агата коснулась ручки двери, зашла в свой дом и остановилась посреди зала. До слуха доносились голоса детей из другой комнаты, когда как гостиная, в которой она находилась сейчас, пустовала. Если бы пустовал весь дом, то, наверное, она бы просто закричала, чтобы хотя бы таким образом скинуть с себя все это дерьмо, отвлечься, освободиться. Камень, что висел на шее, тянул безвозвратно вниз. Прорвало неожиданно и резко. Сама она осталась недвижимой, буквально замерла на своем месте, лишь прикрыв глаза, когда как часть ее, та самая душа, о которой говорит каждый встречный, отделилась от тела. Астральная проекция была не видима никому, кроме тех, кто уже давно пересек черту того света. В ней можно было кричать, сколько влезет. Вокруг все враз преобразилось, будто бы Агата оказалась в совершенно ином месте, не в своем доме вовсе, а где-то в параллели. Глаза горели, будто в них кто-то налил кислоты. Ей нельзя было пользоваться способностью вообще, а уж тем более - с такой силой и мощью, которая проявлялась сейчас. Сделать с этим все равно ничего было нельзя. Взгляд коснулся стола. Сила начала работать на полную катушку, связываясь с предметами интерьера и сканируя их историю. Астральный мир хранил слишком много информации. Способность видеть - это куда больше, чем просто смотреть сквозь стены или какую-то плевую грань между живыми и мертвыми. Агата знала это, но никогда еще не испытывала. А сейчас смотрела на стол, за которым сидела в тот раз Ева, и буквально видела ее образ, расплывчатый и нечеткий, который расплывался облаком и собирался вновь. - Крамер мог вынести приговор, - говорила она. Агата подошла ближе, касаясь рядом стоявшей Меган, которая также была лишь проекцией ее воображения и ничем иным. Та растеклась под ее рукой облаком дыма, а потом собралась снова. Ее она будто и не замечала, смотря преимущественно в сторону Грин. Олсен помнила этот момент. Прекрасно помнила, что скажет Ева следом: - Но он не мог его исполнить, не имел никакого права этого делать. По закону нужно время на исполнение приговора, когда как мой муж был убит аккурат после его вынесения. Я не верю во что-то, что можно назвать правосудием, когда дело касается Гвардии. Вы должны меня понять. Произошел ступор, потом резкая перемотка, будто в ускоренной съемке. И вот уже Евы здесь не было: были только они с Меган, стоявшие друг напротив друга. - У вас это семейное - подставлять Криса? - спросила тогда она, вообще не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Меган, как и в тот раз, усмехнулась, прокрутив в руке ту вещичку, похожую на старинную побрякушку. - Вампира обнаружили. Он имел дело со всей семьей, а не только с ее мужем. У Евы нет шансов. - Знаешь, у Криса его тоже не было. Предоставь выбор моему сыну, помогать или нет. Не думаю, что он будет рад, если ты решишь все за него. Стало больно. Эти картинки резали глаза все сильнее, становилось поистине сложно смотреть, нечего говорить о том, чтобы это хоть как-то игнорировать. Необходимо было взять себя в руки, просто успокоиться, закрыть глаза и перенаправить всю энергию в тело, чтобы не ослепнуть за один раз полноценного использования этой уродской способности. Агата не могла. Чтобы уметь что-то контролировать нужно было как минимум иногда этим пользоваться, а она это не делала ни разу. Если быть предельно точным, ни разу не доходила до такого. И теперь, схватившись за голову, могла лишь мотать вокруг время, но никак - выбраться из этого замкнутого круга. Образы тех, кто здесь постоянно находился, мелькали вокруг с невообразимой скоростью. Пока перемотка не дошла до момента, который захотелось остановить. - А у тебя кишка тонка-то не будет переспать с женой Марка Крамера? - усмехнулась Анита, восседая за столом, словно королева. Рядом сидел Дерк и смотрел на нее так, как давно ни на кого, казалось бы, не смотрел. Агата помнила этот момент. Помнила, как отлучилась на время, потому что ей поступил звонок, помнила даже, что это было связано с матерью. А теперь смотрела на то, как ее собственный муж целовал Крамер, как пытался стянуть с нее одежду и разложил прямо так на столе. Выкинуло из астрала моментально. Как только Агата открыла глаза, она не видела ничего. - Мам? - услышала она справа от себя голос Дианы. Девочка стояла буквально в метре. Агата, приподнимаясь, ухватилась за диван рядом, дрожа от обуревавших эмоций. - Ты снова не видишь? - Да, милая, - произнесла она. И теперь не были различимы и очертания, образы, хоть что-нибудь. Она просто не видела, будто отрубили ночью свет с концами. И небольшие проблески остатка зрения не позволяли думать, что теперь оно полностью восстановится. Теперь уже - точно нет. - Диана, позвони пожалуйста в такси, хорошо? Мы сейчас съездим к бабушке. - Тебе помочь? - произнесла она. Агата ухмыльнулась. Потом прикрыла глаза, сильно сжав веки, чтобы отворить их снова. На секунду картинка чуть восстановилась до отдельных очертаний больших предметов вокруг. Потом снова погасла. - Мама справится сама, Ди, - ответила Олсен. - Не переживай. И хотелось бы добавить, что переживать стоило теперь другому человеку.