храню в памяти

Джеймс Поттер, определённо, мог бы добавить в магловскую книгу рекордов Гиннесса графу под названием «бесконечные попытки покорения сердца любимой девушки». Не зря же его однокурсники любили шутить на столь больную для Сохатого тему, сопереживать ему, а иногда и вовсе недоумевать, почему его выбар пал именно на Лили Эванс. Красивая рыжеволосая нимфа, старательно хлопочущая над котлом на зельеварение, улыбчивая и звонко смеющаяся. Такой Лили была со всеми, но только не с ним. Стоило Джеймсу подмигнуть ей, отбросить невинный комплимент или, дурачясь, дотронуться до мягких локонов, Эванс сразу же преображалась в грозную львицу, готовую испепелить его одним только взглядом колдовских изумрудный глаз. — Поттер, дай пройти, пожалуйста, — хмурясь, говорила она, а Джеймс, присвистнув, думал о том, что пьянеет даже от одной интонации её мелодичного голоса. — Поттер, ты так смотришь, словно впервые видишь меня. — Понимаешь, Эванс, ты, как видение, — звучало бредово, но Джеймс все же решил произнести то, что первое взбрело в голову. — Так спешишь ускользнуть от меня при первой удобной возможности. Лили качала головой в ответ, перекидывала через плечо сумку и уходила, оставляя на прощание лишь слабый шлейф духов. Джеймс смотрел ей вслед, вздыхал, а в груди щемило. Неужели, она не понимала, что своей холодностью ранила его? Но он не спешил опустить руки. Конечно, правильно говорили, что насильно мил не будешь, но в то же время, если он безразличен Эванс, то почему она обращала внимание именно на него? На их факультете и помимо него многие стремились устроить настоящий бедлам, а она осыпала замечаниями лишь его вместе с друзьями-мародерами. — А, может, правда, Джим, — после третьей бутылки огневиски Сириуса тянуло философствовать. — Стоит переключиться на кого-то ещё, а? Эванс — классная девчонка, но сколько ты будешь бегать за ней? До старости? К утру Бродяга забывал о своих пьяных советах, но Джеймс все же невольно прокручивал в голове его слова, представляя себя стариком, зовущим Эванс, все такую же, с вихрем пламени в волосах, веснушчатую и совершенную, на свидание. Становилось обидно и больно. Но представить себя рядом с другой очаровательной и милой девушкой категорически не получались. Потому что ни одна из них не заставила бы испытать столько чувств, сколько вызывала в нем Лили. Она была, словно мечта. Далёкая и одновременно близкая, а главное — родная. Глядя на неё, Поттер знал, что все в его руках. И лишь одна Лили умела так красиво улыбаться. Эванс, Мерлин её побери, до невозможности волшебное создание. «Поправочка», — весело присвистывая, размышлял он, — «Волшебное и упрямое». Ну, разве мог он упустить такое чудо и доверить кому-то? Бродяга, слушая его аргументы, пророчил им скорую свадьбу: Эванс точно будет сражена наповал, когда узнает, что их Олень в душе романтик. Ремус хлопал его по плечу и советовал не вести себя, как осел в те моменты, когда староста львиного факультета спорила с ними. Однако скидывать с себя броню независимости Лили не спешила, продолжая одаривать Поттера нелестными эпитетами. «Прости, но я не принцесса, которую нужно спасать, да и ты не похож на прекрасного принца, Поттер» «Поттер, я взрослая девочка, без тебя справлюсь». «Хочешь помочь мне? Как мило. Будь добр, оставь тогда меня в покое». Это её вечное «Поттер» отдавалось эхом в голове. Неужели ей так нравилась его фамилия? Джеймс помнил, как неудачно пошутил на эту тему: — «Поттер» из твоих уст звучит, как мантра, Цветочек! — Ты неисправимый дурак! — Когда Лили разворачивалась, её медные локоны бурлящим водопадом ниспадали на плечи, сама она уверенно шла вперед, а по коридору разносился стук каблуков. Джеймс же, оставаясь наедине со своими мыслями, вновь чувствовал себя идиотом. Но разве можно сохранять спокойствие и холодный рассудок рядом с такой девушкой? Когда Эванс находилась рядом, мозг отказывался нормально соображать и выдавал самые невероятные предложения для покорения сердца рыжеволосой старосты. А с недавних пор Эванс и вовсе перестала с ним разговаривать. И все из-за того, что Джеймс под конец матча выделывал на метле чересчур опасные приёмы, не желая отдавать победу скользким змеям. Однако в решающий момент Поттера задели охотники, он не удержал равновесие и рухнул на землю. И последним, что он услышал, был девичий крик. И Джеймс был готов поклясться в том, что протяжное и взволнованное «Джееймс!» сорвалось именно с губ его Лили. Он знал, что она порою наблюдала за ним во время тренировок и переживала. А сейчас и вовсе чертовски испугалась, потому что в её зеленоватых глазах отразилось что-то неописуемое, когда она ворвалась в больничном крыло. Словами не передать, как Джеймсу было приятно осознавать, что Цветочек первая со всех ног прибежала к нему. — Всё хорошо, Эванс, можешь не бояться, я не умираю, — Поттер хохотнул, подмигнув ей. Голова у него трешала, но он почти не чувствовал боли, сконцентрировав все внимание на Лили. Она была так близко, что хотелось обнять её. — А кто боится? Ты заставил всех поволноваться, не только меня , — Лили строго посмотрела на него. — Вечно ты все понимаешь так, как тебе хочется, Поттер. А потом он попытался поцеловать её, но Эванс огрела его по лицу тетрадкой, которую зачем-то притащила с собой на матч. После произошедшего инцидента они не разговаривали целую неделю, вернее, Лили старательно игнорировала Джеймса. Если раньше Лили хмурилась во время очередных шалостей знаменитой четверки, результатом которых служил перевернутых вверх дном класс, старалась разнять перепалки со слизеринцами, отвечала каждый раз отказом на его приглашения, то сейчас она глядела на Джеймса чересчур спокойно и просто проходила мимо. Наверное, в её планы не входило тратить свое драгоценное время на такого «наглого дурака», как Джеймс Поттер». Джеймса такое поведение со стороны Лили раздражало, но он не мог долго злиться на неё. А ещё он чертовски соскучился по ней. И в конечном счете Поттер решился на отчаянные меры. Когда Эванс и другие его однокурсницы отправились к озеру, он потащился за ними и, устроившись возле дуба, стал играть на гитаре, задорно улыбаясь. Он пел песню Tee-set — Linda. Но вместо того, чтобы строго следовать тексту песни, он все-таки переделал одну весьма существенную деталь.

Lily, Lily, my Lily, Lily, Lily, I love you. The magic of your eyes, The spirit of your soul, The presence of your love, My whole life through.

Улыбка расползлась по его лицу, когда он заметил, как маска равнодушия Эванс в один миг растворилась. Конечно же, девушка не смогла спокойно отреагировать на его выходку. Когда Поттер только-только запел вторую строчку «far away from you, my lovely Lily», она тут же узнала мотив песни, но никак не ожидала, что он будет петь именно про неё. Щеки Лили в миг покраснели. Хотелось провалиться сквозь землю, ведь наверняка вновь разгоревшуюся между ними мелодраму скоро начнут обсуждать все её однокурсники. Хотя чему она, собственно, удивляется? Ей надо было вернуться в замок сразу же после того, как она заметила силуэт Поттера. Когда парень появлялся поблизости, Лили тут же забывала о спокойной жизни, ведь он своими выходками и бесконечными ухаживаниями не давал ступить ни шагу. А самое банальное было в том, что подружки Лили иногда вставали на сторону Поттера. Вот и сейчас Алиса хихикнув, уже слегка толкнула её в бок, а Марлин и вовсе сказала, что лучше ей подойти и поговорить с Поттером. Он, видите ли, старается! Конечно, старается! В очередной раз ставит её в неловкое положение! Лили устало вздохнула, немного нервно заправив прядь рыжих волос за ухо. Желание вернуться в замок вновь посетило её, однако мимолетно взглянув на Поттера, встретившись с его теплыми кофейными глазами, она вдруг поймала себя на мысли, что сейчас он выглядит очень милым: очки слегка съехали на бок, с вечно лохматой шевелюрой играл ветер, а самом он так задорно и ласково улыбался, что она не смогла не улыбнуться в ответ. И что на неё только нашло? Лили вновь смутилась. Конечно, Джеймс был замечательным товарищем и если так подумать, несмотря на все дурацкие выходки, он был хорошим парнем... Но Лили не могла понять, почему из всех мальчишек, вечно нарушающих правила (а таких ведь не мало было на её факультете), раздражал её именно Джеймс Поттер. В этот момент Поттер подмигнул ей, и Лили, качнув головой, развернулась и побрела вперед по тропинке. Она, определённо, перестала обижаться на него из-за внезапного поцелуя, но в то же время в груди сердце бешено танцевало. Ей было хорошо, даже прекрасно, но не спокойно. Наверное, когда-нибудь она сможет разобраться со столь запутанным клубком смешанных чувств, что возникал в её душе сразу же после мимолетного столкновения с Джеймсом, но не сегодня. Да и если она сейчас не уйдет, то самооценка Джеймс вновь взлетит до небес или же он все испортит очередной нелепой фразочкой. Пока Лили медленно ступала по тропинке, до неё доносились отголоски пения Джеймса, и она вновь заметила, что уголки губ непроизвольно дернулись вверх.

I remember how I met you that night, With your eyes you simply called me over. And the flames of our roaring inside, Air of music played, I felt in clover.