i-80

Утром машина завелась. Чихая, дергаясь рывками, она поползла по дороге со скоростью, которую засмеяли бы даже подбитые на все четыре лапы черепахи. И это, честно говоря, напугало Тайлера еще сильнее. Он ведь так и не решился выйти с утра из машины, отсиделся в тесном убежище, скрючившись сильнее, чем младенец в утробе, лишь бы и взглядом не встречаться с Тем-Названия-Чему-Он-Не-Знал. О том, что на дороге осталась канистра, он вспомнил минут через десять после того, как тронулся, но возвращаться не стал. Животный страх, пережитый ночью, все никак не отпускал его, и Тай усиленно гнал от себя мысль, что выйти все-таки придется — когда он увидит раскуроченную машину, и одновременно с тем надеясь, что ее нет, что ночной диалог был бредом, наваждением — и только. Но она была. Были свороченные столбики, развороченная обочина и — облепленная глиной, помятая, лежащая на боку, будто дрыгающий копытами жеребенок, тойота. На шильдике плясал солнечный луч, создавая издевательски идиллическую картину. Вокруг звенел стремительно нагревающийся воздух, а за обочиной — там, где была пропаханная передним бампером пустошь, густела тишина. Дрожащими руками Тай отстегнул ремень, медленно, крошечными шажочками обошел машину, приблизился к выбитым столбикам и позвал: — Джордааан, эй!.. Он знал, что ему вряд ли кто-то ответит, но осматривать труп, как предлагал призрак, посетивший его накануне, было выше его сил. Впрочем, на память пришло еще кое-что — фраза «Долго проживешь потом, зная, что из-за тебя кто-то умер?». — Не из-за меня! — отчаянно крикнул он, сжав кулаки, — не из-за меня же! Виднеющиеся вдалеке холмы, казалось, возвратили его крик расплывчатым эхом, и Тай, решившись, сделал шаг вперед. Он оступился, подвернул ногу и съехал вниз, чуть не впечатавшись в днище носом. Грязный, измученный, он едва встал, ухватившись за нависшее над ним колесо, молясь всем богам, включая языческую Праматерь, чтобы машина не погребла его под собой, перевернувшись, и выбрался из готового захлопнуться капкана. Он не хотел смотреть в салон, опасаясь, что реальность окажется куда ужаснее ночного посетителя, но взгляд сам собой зацепился за верхушку длинного шва с разлохматившимися веревочками, выбившимися из закрепа. Поспешно отвернувшись, будто увидел что-то стыдное, Тай подошел к багажнику, внутренне осуждая себя за готовность украсть у, возможно, трупа, и в то же время уговаривая себя, что в данный момент это будет не кража, а вопрос его выживания. Багажник был заперт, и вместе с досадой Тайлер почувствовал облегчение. Господь отвел, не дал руки замарать. Еще бы знать, зачем Провидение привело его сюда. Неужели затем, чтобы… Он зажал нос пальцами на всякий случай и решительно двинулся к водительской двери. Там, внутри, действительно был человек. Тай не стал проверять — в сознании ли тот, он, наконец, сообразил сделать то, что должен был сделать с самого начала — сразу, как увидел место катастрофы. Выхватив телефон, он натыкал «911» и, дождавшись ответа оператора, зачастил «Я на i-80, сразу за съездом 205, здесь машина съехала в кювет, внутри один человек». Ему задавали уточняющие вопросы, он отвечал на них. Его уверяли, что помощь скоро придет, но про себя Тай знал, что не станет дожидаться помощи, он не хотел и минуты лишней провести здесь. Отбив звонок, он прошептал: — Эй, Джордан, держись, тебя спасут. И похромал обратно. Обходя «тойоту» по дуге, он увидел на заднем стекле листок, надпись на котором заставила его губы растянуться в улыбке — «не нравится, как я еду? пожалуйся на меня мамочке!» и цифры телефона. Уж ЭТО он точно делать не хочет, но… чееерт… он снова достал телефон, набрал ряд цифр и, не поздоровавшись, вытолкнул из себя: «Мэм, ваш сын попал в аварию на i-80. Он… просил сообщить вам. Полиция уже едет». В трубке раздались рыдания и Тай, пробормотав «плохая связь, мэм, я надеюсь, все будет хорошо», отбил звонок. Уже после он сообразил, что надо было включить режим анонимного звонка, а так он сдал себя с потрохами, и теперь уж точно не избежит почетного звания первого подозреваемого. К черту, к черту все. Он отдал почти навязанный ему долг и волен делать все, что только пожелает. Когда он, цепляясь за траву, поднялся наверх, к машине, трасса шумела, как и положено звучать трассе. Будто где-то за несколько миль отсюда открыли ворота, и машины, что томились перед запрещающим барьером, рванули покорять территорию, как первые поселенцы. Первую же фуру, просигналившую ему басовитым гудком, Тай проводил слезами умиления. Он не один, теперь он точно не сгинет тут. Он не вернется на i-80 ни за какие блага земли. … Он вернулся туда в первую же ночь, которую провел в домике, что был целью его путешествия. Полузаброшенная база отдыха почти не функционировала — из сервиса, предоставляемого когда-то владельцами, остался лишь объезд территории охранником, да мелкие ремонтные работы. По меньшей мере, окна и двери были целыми, водопровод работал, и плитка не искрила. Впрочем, последнее интересовало Тая меньше всего — он под завязку «заправился» в сетевой забегаловке, и переполненный желудок отомстил ему возвращением в кошмар. Он снова был в машине, только теперь на переднем сиденье, и Нечто, давившее на стекло, пробилось в салон, и теперь натужно билось о преграду, пытаясь добраться до его сердца. Тай пытался отползти, отмахивался, но грудь все давило. Очередной раз махнув рукой, он услышал глухой звук и жужжание. То был телефон, с которым он уснул. Просто телефон, который звонил. Тайлер слишком долго выбирался из лабиринта сна, и звонящий, видно, потерял терпение — на экране высветился значок пропущенного вызова. Решая, перезванивать или нет, Тай открыл приложение и скрипнул зубами, увидев, что звонок шел с номера, куда он сам звонил только однажды. Не так и давно. Похоже, его доброта начала аукаться ему, но совсем не так, как обещают в сказках. Пока он рефлексировал, телефон ожил снова, и Таю пришлось ответить. Не прятаться же… Он не успел сказать «Привет!», как на него обрушилась лавина слов. — Привет, это Джош! Ты тот чел, который позвонил маме об аварии, и я звоню сказать, что мама очень хочет поговорить с тобой. — Я ничего не знаю, — прохрипел Тай, — просто ехал мимо. — Окей, — в голосе звонящего зазвучали нотки раздражения, — скажи, откуда ты узнал наш номер? — Джордан попросил меня… — ДЖОРДАН ЛЕЖАЛ В МАШИНЕ С РАЗБИТОЙ ГОЛОВОЙ! — взорвалась трубка, — он ничего не мог тебе сказать . — Там… там была табличка, ну то есть листок на заднем стекле — позвоните маме, если я плохо веду. Не себя веду, а веду машину, — глупо уточнил Тайлер. — Там нет никакой таблички. Я видел тачку после того, как ее подняли. Ты ничего не хочешь объяснить? — Ее могли спиздить, — губы не слушались, и в эфир выпала мешанина согласных, но Джош его прекрасно понял. — Полицейские еноты? Не смеши меня. Прикол в том, что на машине нет твоих отпечатков. Как ты это сделал, а? — Эмм… нууу. Я был бы дебилом, когда бы сначала пристукнул водителя, а потом позвонил его маме, не находишь? — Реально, так и было бы. Но если что — короче, я настроен на христианское всепрощение, а ложь — смертельный грех. Так что на самом деле случилось с моим братом?