Сущность Дьявола

***

Неделя в Хогвартсе пролетела незаметно. Жаловаться на скучную жизнь не приходилось, поскольку у Анны, как и у любого другого пятикурсника, было катастрофически мало времени на собственную жизнь. Учёба резко заполонила всё свободное время, посему приходилось как-то выживать. Для Дориана такой режим оказался феноменально удобным. Он привык всегда упорно заниматься и как можно меньше проводить время впустую. Тем более, это был его последний год в качестве студента. Брат и сестра старались видеться чаще, чтобы не терять общение и помогать друг другу привыкать к новой жизни. Только родной душе итальянка могла доверить самые сокровенные мечты и страхи. Каждый вечер она рассказывала Дориану, как провела день, а тот, в свою очередь, делился успехами в учёбе. За неделю он быстро освоился, как в плане общения, так и в плане учебного процесса. — Профессор Флитвик хвалит меня, — немного заносчиво проговорил юноша. — Это плохо, — отзывалась Борджиа. — Теперь ты будешь ещё больше гордиться собой. Дориан и не думал менять имидж в новой школе. Пару-тройку человек он уже сумел задеть, и остался этим чрезвычайно доволен. Анна всё больше боялась, как бы он не связался со слизеринцами, ведь их мания чистой крови может передаться и ему. Он много времени проводил с Малфоем, что явно не казалось радужной перспективой. — Да брось, — отмахивался парень. — Драко, конечно, совершает кучу глупостей, но он славный, Бель. Достаточно умён в зельеварении и квиддиче, а это уже неплохо. — Что-то я не отметила его особенных способностей на уроках, — не отступала девушка. — Он много ленится, — Дориан пытался выгородить приятеля. — Вчера мы разговорились с ним насчёт Оборотного зелья, и я думаю, он влёгкую сварил бы его. Анабель не стала спорить — с Дорианом это бесполезное дело. Однако червь сомнения упорно стачивал все доводы: она и сама на Слизерине, значит не так уж и далека от человека, которого считала отъявленным негодяем. Однако девушка с яростью отгоняла навязчивые мысли. Всё-таки казалось, что Распределяющая шляпа могла допустить какую-то ошибку, недосмотреть и отправить итальянку не туда, куда следовало. Она отчаянно цеплялась за эту соломинку и надеялась, что ещё не поздно всё исправить. Выходные пришли незаметно. Первая неделя выдалась довольно тяжелой, но невероятно интересной. Особенно Анна «ценила» уроки профессора Амбридж. — Я рада всех вас видеть, дорогие ребята, — елейным голоском вещала профессор. — Итак, палочки убрать. При этих словах миловидная женщина хохотнула, невольно лица всех слизеринцев искривились в полнейшем отвращении, но ни один не посмел что-то возразить. У каждого были влиятельные родственники в Министерстве Магии и никто не хотел портить репутацию. — Профессор, существуют заклинания, которые требуют лишь практической отработки, — произнесла Анабель тихим голосом. Казалось, ни один мускул не дрогнул на лице профессора. Амбридж и не думала показывать свои истинные эмоции, дурацкая улыбка всё ещё была натянута. — Мисс, я склонна предполагать, что Министерство Магии — это достойнейшая организация, я также считаю, что оно вполне сможет подобрать вам преподавателя, знающего своё дело. Никакие палочки вам не понадобятся, дорогие. Следуя нашей программе, вы сможете освоить даже самые сложные заклинания на теоретическом уровне. Анна выгнула бровь. — В этом году, согласно программе, мы будем проходить заклинание Патронуса, не так ли? Как же его освоить, если мы не будем практиковаться? — Согласно Декрету об образовании номер… Брюнетка не смогла сдержать смеха и тихонько фыркнула в кулак. Профессор Амбридж не стерпела такого вольного поведения. Натянув ещё более раздражающую улыбку, она произнесла: — Мисс… — Борджиа, — уточнила девушка. — Мисс Борджиа, я думаю, что вам будет полезно разобрать эту тему и разрешить все противоречия. Вы напишите мне небольшой доклад на тему «Теоретический подход к изучению тёмных искусств и соответствующая защита от них» размером с… — жаба осмотрела комнату, — с шириной этого кабинета и… Класс охнул, параметр был приличный. –…и длиной в три руки. Анабель побелела. Эта женщина сумасшедшая? Что она себе позволяет! Итальянка поднялась из-за парты, руки дрожали, а скулы сжаты настолько сильно, что слизеринка случайно прокусила обе щёки. Тео дёрнул её за рукав и усадил обратно. Он произнёс: — Профессор, я думаю, Анабель справится. Продолжите урок. — Юноша, у вас большое будущее, — Амбридж, мягко кивнув головой, улыбнулась и пройдя к своему столу, взмахнула палочкой. Тотчас на доске появилась тема урока. Всё остальное время брюнетка сидела молча — она не нашла, что ответить профессору. «Какая же я тряпка, если идти против системы, то до конца. Я как последняя трусиха закрыла рот и стерпела все эти оскорбления», — внутри бушевало негодование. В эти выходные девушка решила заняться домашней работой Амбридж. Она нашла довольно много информации по этой теме: Министерство Магии активно продвигало именно такую систему образования. Дориан, узнав историю с Долорес, вскипел. — И она позволила себе так поступить с тобой?! Бель, устало откинув пергамент, произнесла: — Да, Дори. Но я не буду жаловаться и просто отомщу ей. — Нет, я завтра же поговорю с ней и она отменит это наказание. — Дориан… — Анна, я не позволю унизить свою сестру! В воскресное утро слизеринка решила отправить письмо родителям. — Здравствуй, ранняя пташка! — радостно крикнул Тео, приветствуя зевающую сокурсницу. Анна вздрогнула от испуга: — Привет, Тео. Рядом с Ноттом итальянка заметила ещё одну фигуру. Блондин пил кофе, аккуратно держа чашку и хищно глядя на девушку. — Ciao, Anabel. Spero di non interferire con la tua arroganza? (Здравствуй, Анабель. Надеюсь, я не помешаю тебе своей наглостью? итал.) Вопреки тому, что девушке совсем не импонировал Малфой, она улыбнулась. — Не помешаешь. Не знала, что ты говоришь на итальянском. — На английском, итальянском и французском. Хотел выучить немецкий, но поступил в Хогвартс. Драко вновь вызвал улыбку на её лице. — Куда собираешься, Анабель? — поинтересовался Теодор. — Решила отправить сову родителям, уже давно не писала. Нотт махнул другу. Тот, оторвавшись от трапезы, произнёс: — Можешь взять моего ворона. Доставит быстро и без проблем, здешние совы иногда путают адреса, — без особого интереса произнёс Драко, даже не взглянув на неё. Анабель недоуменно уставилась на Теодора. — Просто мы как раз обсуждали, что ему неплохо было бы как-то отплатить тебе. Ну, за случай с Поттером, — закончил Нотт. — Милый Тео, если бы Малфой захотел как-то меня отблагодарить, то он явно сделал бы это раньше. Не надо его заставлять, — произнесла Анна, сверкнув глазами. — Милая Анабель, уверяю тебя, Драко ооочень неловко, — сказал слизеринец, толкая блондина ногой под кофейным столиком. — Чудно, но я делала это ради Гарри, а не ради него, — подытожила Борджиа. — Мне пора, всего хорошего.

***

Совятня оказалась не самым живописным местом в Хогвартсе. Здешний завхоз отличался абсолютной нечистоплотностью и совершенно не занимался замком. Поколдовав над обителью крылатых, Анабель привела её в относительный порядок. Она выбрала сову посимпатичнее, та что сидела на самой верхушке. Собственной птицы у неё не было, в Италии не принято их держать. Лису Марселлу девушка привезти не решилась, слишком вольнолюбиво было животное, находиться в четырёх стенах ей бы не понравилось. Анна вынула из кармана небольшой кусочек пергамента и свернула его в трубочку. Затем прикрепила к лапе совы и наказала: — Поместье Борджиа. Ответ пришли мне в факультетскую гостиную. Сова согласно буркнула и, мощно оттолкнувшись, взлетела. Когда прохлада раннего утра заставила Бель зябко поёжиться, она решила, что оставшееся время проведёт с Дорианом. Но парень огорчил её: гора домашнего задания не давала отдышаться. Пришлось самостоятельно организовывать свой досуг. Хорошо, что Тео тоже был свободен. За эту неделю Анна узнала о Нотте достаточно, чтобы сделать положительные выводы. Парень и правда был неплох, вот только грешил манией чистой крови. Хотя слизеринка не сильно его винила, всё-таки воспитание сделало своё дело. Теодору тоже понравилась Анабель — замечательный собеседник и довольно разносторонняя личность. Кажется, им суждено было стать если не любовниками, так уж точно хорошими друзьями. Соседка Анабель — Дафна — так и не приехала. Видимо, у девушки были проблемы посерьёзнее, чем трудная дорога. Борджиа конечно же не поверила россказням Паркинсон о Швейцарии, здесь явно замешано что-то другое. Итальянка склонна подозревать в этом Тёмного Лорда. Сейчас он с жаром собирает бывших Пожирателей, и такая чистокровная семья, как Гринграсс вполне могла бы быть его приспешником. Но это были лишь домыслы, Анабель мало знала об аристократическом обществе Шотландии, а на одних предположениях далеко не уйдёшь. Панси упорно молчала и лишь отнекивалась по поводу Дафны. Что ж, Анабель не особо волновала судьба незнакомки, поэтому яро допытываться она и не собиралась. Ближе к вечеру, когда Анна сидела за ужином и вместе с Тео грустно ковыряла вилкой в тарелке, к девушке подбежали Уизли. Они вызвали массу недовольства у слизеринцев, которым откровенно не нравилось присутствие близнецов за их столом. Но рыжики не обратили никакого внимания на них, они с горящими глазами схватили Анабель под локти и утащили с собой. Найдя укромное местечко за колонной, братья тихим голосом произнесли: — Белоснежка, всё получилось! Борджиа сообразила, что речь идёт о шалости. — Мы договорились с профессором Дамблдором! Он любезно разрешил нам воспользоваться Большим залом завтра с восьми до девяти вечера. То есть, мы вполне сможем устроить лотерею свиданий! — Что? Ребята, я думала, что вы организуете какой-нибудь вечер посиделок или что-то в этом роде, но… Лотерея! Уизли захохотали, видимо, такую реакцию они и ожидали получить. — Всё пройдёт гладко, обещаю, — успокоил её Фред. — Но нам тоже нужно принять участие. Мы с Джорджем разослали анонимные письма всем ученикам Хогвартса, начиная от четвёртого курса. Всё-таки мы бы не хотели извращать сознание малышни, — добавил Джордж. А, собственно, почему бы и не принять участие? Ясное дело, это не будет чистой воды свидание, но приятно провести время всё же удастся. К тому же, новые знакомства не помешают. — Ну так что, по рукам, Белоснежка? — хором спросили близнецы. Анна радостно кивнула, близнецы поспешили обнять итальянку. — Завтра в семь часов у дверей Большого Зала. Мы, как организаторы, не должны опаздывать. — Не волнуйтесь, рыжики, я обязательно приду. Уизли, счастливые и готовые переполошить весь Хогвартс, унеслись восвояси, а слизеринка решила немного прогуляться, подышать свежим воздухом перед сном. Ворота замка не были заперты, поэтому Анабель без проблем шмыгнула на улицу. Девушка нисколько не пожалела о своём решении — как только она выбралась на лужайку, то сразу ощутила невероятную легкость и свободу. Бабье лето в самом разгаре и в воздухе витал запах спелых яблок. Этот аромат напомнил Анабель Германию. Сразу перед глазами предстал освещённый солнышком Мюнхен, в котором жили бабушка и дедушка. Миссис Адельманн и Анна часто любили готовить штрудель для домашних, когда вместе собирались в узком семейном кругу. Мистера и миссис Адельманн не стало пять лет тому назад. Они погибли в один день. Анабель долго не могла пережить эту утрату, совсем перестала разговаривать и замкнулась в себе. У неё не укладывалось в голове, что она больше никогда не увидит «ди гроссэльтерн» (дедушка и бабушка). Однако жизнь идёт своим чередом и смерть преследует нас везде, поэтому Анна смогла смириться, что когда-то всё заканчивается. Но запах бабушкиного штруделя она запомнит навсегда. Так, прогуливаясь и погрузившись в свои мысли, девушка медленно двигалась к окраине. Справа от неё стоял домик лесничего: шторы плотно закрыты, а массивный замок на двери избушки свидетельствовал о том, что мужчина ещё не прибыл домой. Солнце медленно клонилось к закату, вот уже час она изучала хогвартские окрестности. В Запретный лес и не думала идти, не зря он так называется. Сейчас ей ни к чему опасности и неприятные встречи. Борджиа уже собиралась двинуться в обратном направлении, как увидела, что в ворота юркнула тёмная фигура. Это явно мужчина, судя по короткой стрижке и мускулистым плечам. Неизвестный быстро шёл по направлению к замку. Девушка свернула навстречу, обгоняя незнакомца справа. Когда она поравнялась с ним, то сумела рассмотреть получше. Это был молодой парень, на вид немногим старше неё. С первого взгляда можно однозначно заявить, что он довольно симпатичный: глаза орехового цвета глубоко посажены, густые ресницы обрамляли их, прямой нос и высокие скулы придавали ему сходство с грифоном, однако пухлые губы малинового оттенка смягчали образ. Он имел миловидную внешность и явно пользовался одобрением женского пола. Парень усмехнулся и остановился около Борджиа. — Мадам, у вас такой взгляд, будто вы подозреваете меня во всех смертных грехах. Анна широко улыбнулась, откинув прядь тёмных волос. — Прошу прощения, но таинственный образ не оставляет мне иного выбора. Я с вами не знакома. Молодой человек выгнул бровь и фыркнул. — Между прочим, я тоже вас не знаю. Так они и стояли, внимательно рассматривая друг друга и пытаясь переглядеть. Парень сдался. — Меня зовут Оливер Вуд, я выпускник Хогвартса. Но вас я раньше тут не видел. — Меня зовут Анабель Борджиа. Я студентка из Италии, перевелась в Хогвартс в этом году. — Что ж, приятно познакомиться, Анабель. Он протянул мощную руку и девушка с удовольствием её пожала. Добродушный взгляд вызвал доверие. В замок возвращались уже вместе. — Итак, Оливер Вуд. Что ты здесь делаешь? Оливер немного растерянно ответил: — Профессор Дамблдор отправил мне срочную сову. Пишет, что мадам Трюк в отъезде и крайне необходима замена. Вот я и примчался сюда. — Да, с преподавательским составом сейчас что-то неладное. То профессор Хагрид, теперь мадам Трюк, ещё и эта Амбридж… — Кто? — поинтересовался Вуд. — Я в точности не знаю, кто она, — начала слизеринка. — Мне объяснили, что её прислали из Министерства Магии, потому что Дамблдор не нашёл учителя Защиты от Тёмных искусств. Оливер нахмурил брови, он явно о чём-то задумался. — Да, с этой должностью всегда какие-то проблемы, — ответил он спустя несколько минут. — Слышала эту историю, — согласилась девушка. — Скверное дело. Вуд молча кивнул. — Кстати, уже поздний вечер. Давай я провожу тебя до гостиной. На каком ты факультете? В этот момент Бель пожалела, что вообще подошла к Оливеру. Ей хотелось провалиться сквозь землю или разорвать Распределяющую шляпу на куски. Что делать? Врать? Нет смысла. Вуд всё равно теперь её преподаватель, узнает, что она его обманула — будет хуже. Ничего не оставалось, как сказать правду. — Слизерин, — тихо ответила девушка, осознав, что парень ожидает ответ. Тот ничего не сказал, они шли в звенящей тишине. Лишь стук каблуков девушки сопровождал их на всём пути. Когда дошли до подземелья, упершись в тупик, Борджиа произнесла: — Большое спасибо, профессор Вуд, — она попыталась дружелюбно улыбнуться, но выходило кривовато. — Никаких проблем, — мягко ответил Оливер. — Можно… Ммм… Один вопрос, — обратилась девушка, немного запинаясь. Утвердительный кивок Оливера позволил ей продолжить. — На каком факультете ты… вы учились? Оливер, собираясь уже уходить, ответил: — Гриффиндор, Анабель. Борджиа прикусила губу и искренне пожалела, что задала вопрос. Пожелав ей спокойной ночи, парень удалился. Анна, тяжело вздохнув, поплелась в гостиную.

***

Несмотря на довольно скверную погоду, которая вдруг резко изменилась по сравнению со вчерашним днём, Анабель была в приподнятом настроении. Случай с Вудом дал ей пищу для размышлений: правильный ли факультет определила ей шляпа? Возможно, тут какая-то ошибка. Анна решила расспросить об этом Панси. Сидя на завтраке и отчаянно поедая овсяную кашу будто бы в последний раз, Панси бормотала: — Анабель, Распределяющая шляпа никогда не ошибается! — Паркинсон вытерла рот салфеткой и откинула в сторону, чем вызвала отвращение у первокурсника. Борджиа грустно опустила голову. Надо же, никогда не ошибается… Так к чему Анабель все эти муки? Может быть, атрибут что-то хотел ей сказать? — А чего ты так завелась? Слизерин не нравится? — съязвила Панси. — Да всё не так уж и плохо, просто чувствую себя не в своей тарелке, — ответила девушка, параллельно наблюдая за гриффиндорским столом. Счастливые ученики смеялись и что-то нашёптывали друг другу, отчаянно хохоча. Когда Борджиа повернула голову влево, то увидела слизеринцев, которые сидели с самыми кислыми минами на свете, словно жизнь была для них мукой. — Не волнуйся, — вдруг сказала Панси непривычно мягким голосом. — Тебе тяжело, потому что ты перешла в новую школу, в конце концов, переехала в другую страну. Такое состояние ожидаемо, тебе пришлось столько всего пережить. Борджиа взглянула на преподавательский стол. Непривычно видеть там Оливера, учитывая, что он был раза в три моложе всех остальных преподавателей. Вуд ощутил на себе чей-то взгляд и оглянулся по сторонам. Наткнувшись на слизеринку, лучезарно улыбнулся; девушка раскраснелась, такое чувство, будто сквозь мрачные тучи проглянул лучик света. Он поднял кубок с тыквенным соком и, произнеся одними губами «Ваше здоровье», опорожнил его. Анабель рассмеялась и почтенно наклонила голову в знак уважения. Общение с Вудом прервал Тео, смачно плюхнувшийся на скамейку напротив девушек, при этом он умудрился разбрызгать сливочный соус, который попал прямо в лицо Паркинсон. Та, жуя бутерброд с ветчиной, со злостью взглянула на Нотта. — Не обижайся, Панс, я случайно, — миролюбиво произнёс парень. — Ммм, кстати, чего ты так набросилась на еду? Не многовато ли тебе, скоро бока будут свисать. Паркинсон завизжала что есть мочи и замахнулась на Теодора. Анна тоже невольно улыбнулась, наблюдая за разыгравшейся драмой. Да, иногда и на Слизерине бывает весело. Всё испортил Малфой, так некстати севший за стол. Он был чернее потолка Большого Зала и, казалось, вот-вот кого-нибудь доведёт до слез. — Панси, твой визг слышен с лестницы, — начал блондин, растягивая слова. — Будь потише. Паркинсон повернулась к Борджиа и девушки одновременно закатили глаза. Началось. — Наша важная особа сегодня не в духе, — подначивала Анна Драко. — Тише всем, не будите в Малфое зверя. Панси издала короткий смешок и дала пять соседке. В это время к столу подбежал Дориан. — Аннннааааа! — бум! Парень налетел на девушку и чуть не свалился вместе с ней со скамьи. — Да что с вами сегодня происходит?! Анна стряхнула с себя брата и поправила выбившуюся прядь волос. — Лотерея близнецов, — уточнил Тео. — Классная идея, кстати. Я слышал, ты принимала участие в её создании? Итальянка немного покраснела и утвердительно кивнула. — Ну что ж, мы все решили принять участие, — сказала Паркинсон. — Прошла всего неделя, а я уже так устала.  — А ты будешь участвовать? — поинтересовался Борджиа. — Да, Фред и Джордж поставили мне это как условие. Я не думаю, что это будет именно свидание, однако очередное знакомство не помешает. Теодор прыснул. — Смотря для кого. Такие как Забини, Селвин, Тендер воспользуются этим вечером, чтобы затащить девушку в постель, — при этом Нотт многозначительно указал и на Драко. Бель чуть не стошнило при мысли о том, какие грязные дела вытворяет Малфой. — Вовсе нет, дорогой Тео. Я использую этот вечер по-особенному, — ответил аристократ, хищно оскалившись. — Затащить в постель я могу в любое время, а такая возможность выпадает раз в жизни. — Анабель, если кто-то начнёт тебе… — Я справлюсь, Дори, — отрезала сестра. Дориан вздохнул. — Так что, это будет очень интересная игра, — оскалился Драко. — Дориан, ты примешь участие? Борджиа надменно поднял голову и посмотрел на когтевранский стол. Малфой обернулся, чтобы проследить за кем наблюдает итальянец. К столу серебристо-синих медленно, словно паря в воздухе, приближалась Полумна. На её лице играла блаженная улыбка. — Чёрт, Борджиа, ты можешь закадрить любую девчонку, они же на тебя гроздьями вешаются… А тебе нравится… Лавгуд?! Дориан нахмурился. — С какой стати мне должна нравиться какая-то грязнокровка, их можно использовать в любой моме… Последовал удар, Анна стукнула Дориана ложкой по лбу. — Мерлин, Анабель! Что ты вытворяешь? — Ещё раз скажешь это слово… Я за себя не ручаюсь. Дориан закатил глаза и трансфигурировал ложку в букет орхидей. К факультетскому столу уже неслась профессор Макгонагалл. — Что вы тут устроили, молодые люди? Будьте потише, в конце концов, вы тут не одни! Малфой уже хотел что-то сказать, но не успел. Панси пролепетала: — Простите, профессор. Мы не будем шуметь. Драко недоуменно взглянул на Паркинсон, та сразу сменила тон. — Чего уставился, остолоп? Мы вообще-то старосты и нам не нужны лишние проблемы. — Ах да, я и забыл. Извините, — съязвил Драко. — Ну так что, Борджиа, когда ты успел втрескаться в Лавгуд? Блондин взъерошил волосы и подпёр рукой подбородок. — Да с тех пор, как я её увидел. Она безумно красивая… Но сколько бы я ни старался к ней, ну, в общем подобраться… — Борджиа заметно нервничал, видимо тема любви была для него щепетильной. Анна ни разу не видела брата в таком состоянии, поэтому это было для неё ново. –…она, — взволнованно продолжал итальянец, — не реагирует на мои ухаживания. Уже три дня я пытаюсь завязать с ней разговор, но она будто смотрит сквозь меня и не замечает. Я уже и не знаю, что сделать. Надо признать, слизеринцы хранили достойное молчание. Всем хотелось дико захохотать, ведь никто даже и представить не мог, что Полумна может кому-нибудь понравится, а тем более, Дориану. — Знаешь, Дориан, я могу дать тебе один совет. Ну, как девчонка, — встрепенулась Панси. — Не пытайся понять Лавгуд, это бесполезно, у неё свои тараканы в голове. Просто найди к ней подход и принимай её такой, какая она есть. А иначе, у тебя не получится и двумя словами с ней перемолвиться. Борджиа пожал плечами. — Хотя… Есть у меня одна идея! Он тут же ринулся с места и побежал к гриффиндорскому столу. Схватив близнецов, блондин умчался с ними в неизвестном направлении. Итальянка нахмурилась. — Не понимаю, что с ним происходит. Он никогда так себя не вёл. — Не заморачивайся. Любовь меняет людей. — Это уж точно, — вздохнула брюнетка. — Ладно, посмотрим, что из этого выйдет. Минуты тянулись за минутами, хмурый понедельник отличался обычной серостью и скукой. Но для Анабель каждый день, проведённый в Хогвартсе, был праздником. Она с удовольствием изучала новые науки, открывала тайны мироздания.

***

После очередного урока Минерва Макгонагалл вернулась в кабинет, чтобы наконец-то выпить чаю и отдохнуть от шумных обитателей замка. Работа в Ордене Феникса, разведка, многочисленные собрания измотали и так шаткое здоровье женщины. Дамблдор не смог не заметить как в последнее время подавлена Минерва. Раздался стук в дверь. Профессор аккуратно поставила изящную чашечку на блюдце, быстрым движением стряхнула с одежды крошки имбирного печенья и спокойным голосом произнесла: — Войдите. В кабинет заглянула профессор Стебль, а точнее, её шляпа. Помона робкими шагами вошла в помещение, притворив за собой дверь. — Ох, Помона, это вы. Что ж, проходите, проходите. Не хотите ли имбирных тритонов? — Нет-нет, благодарю, Минерва. У меня к вам дело. Профессор Макгонагалл опустила голову и с серьёзным видом взглянула из-под полукруглых очков. — Что-то стряслось? — О нет, не переживайте. Я лишь хотела одолжить камин, знаете ли, переправить весточку на площадь Гриммо. Женщина от неожиданности выронила коробку с тритонами, которые упали прямо на мраморный пол. — Вот досада. Не переживайте, Помона, вы можете воспользоваться им в любую минуту. Благодарно кивнув, миссис Стебль подошла к камину. Пока она выполняла свои поручения, Минерва спросила: — Как вам новые ученики? Оправдывают ли свои знания? — Да, весьма способные. Конечно же, девочка не так хорошо всё усваивает, как юноша, но она в разы старательнее. Анабель постоянно интересуется новой темой и старается доискаться истины любым путём. Феноменальное упорство! Минерва издала смешок, но тут же прикрыла рот рукой. — Знаете, Помона, я ведь могу сказать то же самое и о своём предмете. Чрезвычайное старание… Жаль, что мистер Борджиа не так упорен, как его сестра. Однако он настоящий гений! Мыслить подобным образом… Это что-то невероятное. Думаю, он далеко пойдёт, если научится использовать свои способности. Стебль вздохнула. Закончив дела и отойдя от камина, она присела на краешек стула. — Уфф, это точно. Девочку бы мне на факультет, она идеально подошла бы для Пуффендуя. Вот только я искренне не понимаю Распределяющую шляпу, что с ней вдруг случилось… Минерва сняла очки и отложила их в сторону. Под глазами у неё залегли огромные синие круги — следы чрезвычайной усталости. Двумя пальцами она потёрла переносицу. — Я тоже об этом задумалась, как только закончилось распределение. Альбус в тот же вечер заперся в своём кабинете, о чём-то беседовал со шляпой. Представляете, Помона, ни одним словом со мной не обмолвился. Женщина издала возглас удивления и покачала головой из стороны в сторону. — Удивительное дело! Минерва, мы же с вами знаем о чудачествах Альбуса, у него на всё есть свой ответ.

***

День подходил к концу. Радостные ученики торопились на ужин, предвкушая сегодняшнее веселье. Как никак учёба начинала надоедать, всем нужно было немного расслабиться. — Жаль, конечно, что алкоголя не будет, — угрюмо произнесла Паркинсон. — Я точно знаю у кого есть парочка бутылок, — заговорщицки прошептал Тео. Он взглянул на когтевранский стол, компания последовала его примеру. Ну конечно же, Дориан! Этот молодой человек познакомился с половиной Хогвартса, хотя прошла всего неделя обучения. Он уже был любим, его звали в различные компании и парень буквально разрывался. — В любом случае, сегодня не самый удачный день, — строго вставила Анна. — Будни всё-таки. Ужин прошёл быстро, через пятнадцать минут компания уже направлялась в гостиную, где столпилось рекордное количество народа. Ученики заранее сделали все свои уроки, чтобы ничего не помешало осуществлению их планов. Конечно, согласились не все, многие уже были в отношениях и лотерея свиданий им ни к чему. Однако были и одиночки, которые с радостью восприняли это событие. Хоть Слизерин и недолюбливал Гриффиндор, близнецов они особо не трогали, потому что те поставляли им либо алкоголь, либо развлечение. Панси, Драко, Тео, Крэбб, Гойл и Забини уселись на свободный диван. — Жалко, что Дафна этого не застанет, — с грустью сказала Паркинсон. Анабель и не представляла, кто такая Дафна, а посему и не сильно расстроилась её отсутствию. Чтобы скоротать время, Борджиа решила почитать журнал. Она обнаружила его на одной из скамеек на лужайке, и всё никак не нашла удобного момента прочесть. Открыв случайную страницу, принялась читать и вдруг расхохоталась на всю гостиную. — Прошу прощения, — она прикрыла рот рукой и немного покраснела. Анна зачитала вслух: В экспериментальном отделе колдомедиками лечебницы Св.Мунго была выявлена система определения чистоты крови. Она гласит, что по фамилии можно выявить, принадлежит ли данный человек к аристократической ветви или же нет. Исходя из количества букв в фамилии того или иного волшебника, составляется специальная таблица…» — Анабель пролистнула страницу. — Так вот, проще говоря, чем короче фамилия человека, тем маловероятна его принадлежность к чистокровному роду. Наступило секундное молчание, а затем раздался невообразимый хохот. — Погодите-ка, тут пишут, что такие фамилии, как Бёрк, Гамп, Нотт, Блэк, Гойл подвергаются серьёзным сомнениям, — сквозь смех читала итальянка. — Так значит, Нотт и Гойл, вы грязнокровки, — с ухмылкой произнёс Драко. Те прыснули, Тео не остался в долгу: — Малфой, ты и сам принадлежишь к Блэкам, так что ты полукровка. Ребята ещё долго смеялись, статья была наиглупейшей и явно высосана из пальца. У всех были большие сомнения насчёт этих псевдогенетиков, выдуманных автором. — Кстати, дай-ка журнал, — Панси потянулась через Крэбба и взяла из рук Борджиа журнал. Она лихо присвистнула: — Оооу, так это же «Придира»! Все разом загоготали и пустили по рукам несчастную газетёнку. На недоуменный взгляд Анны Забини ответил: — «Придира» — это журнал Ксенофилиуса Лавгуда, отца нашей Полоумной. — О, не показывайте это Дориану, его точно удар хватит, — со смешком ответила Анабель. Настало время идти, Анна попрощалась со слизеринцами, сказав, что ждёт их через час. У дверей Большого Зала её уже ждали близнецы. В их глазах плясали огоньки, предвещавшие, что сегодня будет нечто особенное. — Привет, Белоснежка, — Фред поднял слизеринку и закружил. — Что с вами? Почему такие радостные? — поинтересовалась Анна. Джордж открыл замок и массивные двери распахнулись. — Узнаешь! — ответил он. Девушка вошла в Зал. Так непривычно было видеть его без студентов и преподавателей. Пустующее помещение выглядело как-то несуразно, Анна уже привыкла, что здесь всегда шумно, весело, повсюду слышен смех и радостные возгласы ребят. Джордж будто прочитал её мысли: — Не волнуйся, сейчас мы всё преобразим. Начали с того, что трансфигурировали факультетские столы: они ровной стопкой легли побоку от дверей. Теперь, когда им ничего не мешало и образовалась куча свободного пространства, ребята наколдовали стулья. — Зачем они вам? — удивилась Анна. — Видишь ли, Белоснежка, мы придумали оригинальный способ соединить наши одинокие сердца, — драматизировал Фред. — Каждый заполнит небольшую анкету, кинет свой пергамент в кубок и вуаля! Мы подберём ему или ей пару! — Мамма мия! — не удержалась итальянка. — Вы настоящие гении. — Попридержи свои итальянские словечки, моя дорогая! — галантно ответил Фред. — Все ещё впереди. Организовали Большой Зал довольно быстро. Украшать помещение не стали, всё-таки оно им понадобится лишь на час. — Кстати, а что за кубок вы возьмёте? — О, это всего лишь реквизит, обошёлся нам в несколько галеонов, — небрежно отметил Джордж. — На его использование нас вдохновил Кубок огня, в прошлом году он выбирал чемпиона каждой школы, участвующей в Турнире Трёх Волшебников. — Мы тогда не смогли попасть на турнир из-за возраста, но в этом году научились кое-каким полезным чарам, — вставил Фред. Джордж усмехнулся и чуть не выронил из рук одну из свеч. Брюнетка, быстро среагировав, взмахнула палочкой и свечка повисла в воздухе. — Ничего себе реакция. — Да ладно, Джордж, это было ожидаемо, — отмахнулась итальянка. Близнецы раскрыли рты. — Ты нас различаешь? — Да, с первого дня знакомства. А что? Они выпучили глаза и удивленно посмотрели друг на друга. — Нас никогда никто не различал, даже братья и сестра. Если только родители… — Да, вас непросто отличить, вы действительно очень похожие близнецы, — усмехнулась слизеринка. — Только вот у Фреда руки немного длиннее, а у Джорда на голове торчит вихрь. Джордж инстинктивно пригладил волосы. Фред, удивленно рассматривая руки, сопоставлял их величину и хмурил брови. — Так, вроде бы закончили. О, осталась минута, давайте уберём лишнее. Близнецы резво собрали весь мусор, поставили кубок на постамент в середину зала и встали в позу. Как только часы пробили восемь, двери распахнулись. Сначала вошла группа гриффиндорцев, они смело занимали стулья и громко улюлюкали, предвещая шалость. Последними вошли робкие пуффендуйцы, боявшиеся, что это какая-то ловушка и что преподаватели их строго накажут. — Итак, дорогие ученики Хогвартса, — с пафосом начал Фред, подмигнув какой-то темнокожей гриффиндорке. — Я, мой брат и очаровательная мадам Борджиа рады приветствовать вас. Джордж взмахнул палочкой, массивные двери захлопнулись, наложив заклятие Оглохни, брат позволил Фреду продолжить. — Всё совершенно легально, дамы и господа. Профессор Дамблдор в курсе происходящего, поэтому прошу вас, без паники. Сейчас у преподавателей некий Визенгамот, каждую неделю они проводят учебный совет. У нас с вами не так много времени, нужно поторопиться. Естественно никто из профессоров не знает о нашей шалости, посему, находясь здесь, вы автоматически признаёте своё согласие с нашими правилами. Итак, объясню вкратце. Вы видите этот прекрасный кубок. Как и в прошлом году, вам нужно будет кинуть туда лист пергамента, предварительно заполненный. Это и будет являться вашей анкетой. Уверяю всех, мы долго колдовали над этой штуковиной и добились феноменальных успехов! Это не просто жалкая игрушка, а целый механизм, который подберёт вам пару, исходя из ваших вкусов и интересов, поэтому дерзайте! Около стойки лежат те самые пергаменты, на каждом из которых написаны вопросы, вам нужно будет дать на них краткий ответ. Всем понятно? В Зале стояла тишина, все были озадачены и одновременно поражены фантазией близнецов. — Браво, — только и промолвила Джинни Уизли. Все начали хлопать и улюлюкать. Даже скупые слизеринцы удостоили рыжиков жидкими аплодисментами. — Что ж, это всё, конечно, безумно весело и шаловливо, — начал возникать противный голос. Малфой. — Но не волнуйся, твою шкуру уж точно никто не сдаст, — продолжила Грейнджер. Драко взглянул на неё и в его глазах ясно читалось чувство презрения. — Прекрасно, — в одно слово он попытался вложить огромную дозу ненависти и жёлчи. Близнецы неизменно продолжали: — Итак, насчёт три все берём листочки и идём заполнять. У вас пять минут. Раз, два… Три!!! Толпа учеников ринулась к кубку, началась потасовка и кто-то даже успел подраться. Слава Мерлину, обошлось без травм. Анна взяла листок последней. Когда она села на стул и выпрямила пергамент на коленях, то прочла три вопроса, которые были записаны аккуратным почерком: 1. Наиболее предпочитаемый цвет. 2. Личный существенный недостаток характера. 3. Наиболее предпочитаемое время для свидания. Чёрт, какой же это детский сад. Какая-то глупая анкета, о чем вообще думали Фред с Джорджем. Анна выцарапала на пергаменте три слова: чёрный, гнев, полночь. Слизеринка долго думала над вторым вопросом, пыталась выявить в себе самый ужасный недостаток. В голову лезло разное: нерешительность, слабость, обидчивость… Но Анабель осознала, что больше всего она страдает из-за своего гнева. Настоящей аристократке, а тем более Борджиа, не подобает такое качество, как гнев. Она должна контролировать свои эмоции и не давать им выплеснуться наружу. Так учил её отец. Однако Анабель часто страдала вспышками безудержной ярости, когда ей хотелось смести всё на своём пути. Резко прозвучал гонг, близнецы оповестили всех о том, что время закончилось. — Быстро бросайте свои листочки внутрь! Ребята хлынули огромным потоком, чуть не сбив двух братьев с ног. В кубок со всех сторон летели пергаменты, кто-то скомкал свой листок и бросил через все головы. — Есть! — раздался победный возглас. Теодор. Скоро всё затихло, как только кубок начал светить красным пламенем и пускать искры. Ученики отошли от атрибута на безопасное расстояние, дабы какой-нибудь шальной огонёк не прожёг дыру в лице невнимательного студента. Вскоре первая записка уже дымилась в руках одного из близнецов. — Ханна Аббот! Светловолосая девушка с блаженным лицом подбежала к близнецам. В её руках оказался пергамент фиолетового цвета. — Здесь сказано место и время встречи. Но имя не написано, — встрепенулась Аббот. — Всё совершенно анонимно, дорогуша, — строго произнёс Джордж. Ему не хватало крылышек за спиной и лука со стрелами для полного сходства с купидоном. Так кубок по очереди выбрасывал имена участников. Каждый получил свой пергамент обратно. — А теперь, самое главное, леди и джентльмены, — громогласно объявил Джордж. — У каждого участника на пергаменте указано время и место, это может быть как раннее утро, так и поздний вечер. Так что, дерзайте, юные и пылкие сердца. Только прошу вас, конфиденциальность, друзья, полная конфиденциальность. Все загалдели и направились прямиком на выход. Анна осталась, чтобы убрать беспорядок в Зале. Быстро управившись и попрощавшись с Фредом и Джорджем, она кинулась в гостиную. Несмотря на поздний вечер, в факультетской гостиной было людно и шумно. Курсы поменьше с завистью смотрели на обугленные куски пергамента, а остальные обсуждали друг с другом детали выбора и делились надеждами относительно своей второй половинки. — Чушь какая, — ворчал Малфой, потирая ушибленное плечо. — Да ладно, Драко. По-моему, даже забавно, — пробасил сидящий рядом Гойл. — Что ж, ну конечно, близнецы Уизли настолько великие гении, что смогли заколдовать кубок и наделить его способностями аргументированного отбора. Не силься, Гойл, всё равно и слова не поймёшь, — ухмыльнулся Малфой. — Не особо и сложно, если освоить Конфундус и пару отборочных заклятий, — вставила Бель. — Едва ли, — съязвил Драко. — Не согласна, если знаешь, чего хочешь, то можно справиться за несколько дней. — Неужели? — Представь себе, — парировала та. Малфой только хмыкнул, взглянув на неё так, будто она и сикля не стоит. Борджиа перевела свой взгляд на чёрный, местами обугленный, листочек пергамента. Сверху была вычерчена тонкая светлая полоска со знаком, напоминающим перевёрнутую двойку. Неожиданно раздался шум. Это Дориан пробивал дорогу к слизеринцам через остальных. — Чего здесь столько народу скопилось? — он недовольно плюхнулся на диван, забрав у одной из старшекурсниц бутылку сливочного пива и не забыв очаровательно подмигнуть в знак благодарности. — Я, пожалуй, пойду, — Анна резко встала, собираясь направиться в свою комнату. — Не засиживайся, Дориан. Она зашла в комнату, попутно захлопнув дверь. Мысли о Слизерине не оставляли её в покое, и она всё время думала только об этом. В руках итальянка по-прежнему держала кусок пергамента. Развернув его, девушка решила прочесть, что там написано: «Астрономическая башня. Полночь» Мамма мия! Как же она сможет найти это место, если даже при свете дня ужасно ориентируется в замке. Вот чёрт. Придётся спрашивать у Панси, иначе она точно заблудится. Раскинув руки, девушка легла на кровать. Она решила немного поспать перед встречей, чтобы не тратить понапрасну время. Часы пробили полночь. Борджиа резко распахнула глаза и сразу же поняла, что опоздала. Уже полночь и её тайный «возлюбленный» явно негодует, что она не пришла. Придётся бежать и как можно быстрее. Панси спала на соседней кровати, будить её уже поздно да и вряд ли она сообразит спросонья. Вспомнив всё, что она знала о башне, девушка помчалась в назначенное место. Выйти из подземелья и достигнуть замка было не так трудно, а вот дальше начинался настоящий ад. Завхоз Филч и его кошка, о которых Анна слышала самые ужасные вещи, наверняка сейчас шныряют по замку. Нужно быть максимально осторожной. Неужели она будет рисковать своей репутацией и местом здесь ради какой-то глупой шалости? Да, это полный бред. Однако Анабель так долго провела время взаперти, так долго ждала свободы, что сейчас наказание волновало её меньше всего. Она наконец-то почувствовала свободу и то, что кому-то нужна, помимо брата и родителей. Ведь это она подала близнецам гениальную идею и именно Борджиа помогла её осуществить. Весьма глупое достижение, но всё же… Тем временем, Бель поняла, что не осознаёт, куда идти дальше. Пришлось опять воспользоваться помощью картин. Конечно же, те спали, сладко посапывая. Разбудив какую-то миловидную крестьянку, которая облокотилась на корзинку с фруктами, Борджиа обратилась за помощью. — А чего ты ходишь в такое позднее время, дитя? — немного строго спросила девушка. У Анны уже заканчивалось терпение, и она, собрав весь свой гнев в кулак, чтобы окончательно не закричать на весь Хогвартс, произнесла: — Если через секунду ты не подскажешь мне путь до Астрономической башни, не задавая глупых вопросов, то я применю заклинание ножниц и разрежу тебя на мелкие куски. Крестьянка ахнула, задрожав и выпучив глаза, она выронила все фрукты на пол. — П-прямо и налево, — промямлила та. Анна кивнула и понеслась прочь. Девушка ещё долго бегала по картинам, будила их обладателей и рассказывала о странной слизеринке, которая вдруг пригрозила ей. Картины, раздражённые внезапным пробуждением, шикали на селянку и гнали домой, мол, совсем с ума сошла. Итальянка, отдышавшись и переведя дух, медленно поднималась по винтовой лестнице. Высота была приличная и Анабель немного дрожала от страха. Войдя на площадку, которая была крайне тесна для двух людей, девушка ощутила порыв ветра прямо в лицо, отчего рефлекторно улыбнулась. Прямо у парапета, слегка облокотившись на перила, стоял молодой человек. Видно, он был здесь уже давно, потому что рядом стояла банка с колдовским огнём и несколько пледов. Хорошо подготовился. Он нервно стучал пальцами по перилам, кажется, заждался свою спутницу, а может, вообще отчаялся, что она придёт. Борджиа сделала несколько шагов, чтобы парень смог её услышать, иначе от резкого звука он бы точно свалился вниз. — Не утруждайся, я давно понял, что ты тут. Топать надо тише, — раздалось недовольное бормотание. — Уж не ожидал, что спутница, которую мне выберет Кубок, имеет свойство опаздывать. Он так резко развернулся, что Анабель сама чуть не упала вниз. После случая в Академии она не очень любила лестницы. Спустившись вниз на две ступеньки, попыталась рассмотреть незнакомца, потому что его голос был знакомым. А вот парень, видимо, сразу её узнал: — Мерлин, Борджиа, это ты?! Чёрт, Малфой. Анабель захотелось расхохотаться: вот к кому она так бежала и боялась опоздать. — Проспала, да? — недовольным тоном сказал Драко. — А потом небось неслась через весь замок, чтобы удовлетворить своё любопытство. Девушка осмелилась подняться выше и подойти к парапету. Её волосы трепал ветер, и только от этого настроение было хорошим. — Если бы я знала, что тут будешь ты, то продолжала бы спать, — без всякого интереса ответила Борджиа. Малфой её совсем не привлекал, она не могла оторваться от прекрасного вида на окрестности Хогвартса. Ночью пейзаж особенно чудесный. Небо, усеянное звёздами, навевало спокойствие и умиротворение. В глазах защипало от усталости и очень хотелось спать. — Полагаю, можно расходиться, — скучающе предложила девушка. — То есть, я зря ждал, Борджиа? — опять недовольно бурчал Драко. — Считай, подышал воздухом. — И всё? — Надеешься на что-то большее? Хитро прищурившись, итальянка вперила взгляд в Малфоя, который сейчас выглядел слегка растерянным. — С тобой? Ты это серьёзно? Я, конечно, нормально отношусь к Дориану, но не хочу иметь такие тесные контакты с его сестрой, — впервые за все время Малфой улыбнулся над своей гадкой шуткой. — Не волнуйся, ты сегодня ничего не поимеешь. — Ещё не поздно. Желающих увидеться со мной сейчас наберётся целая толпа. — Да, чтобы дать тебе смачный подзатыльник и скинуть отсюда. — Рискнёшь попробовать? Брюнетке надоело препираться и тратить своё время впустую. Она бы хотела уйти, но завораживающая панорама неба и свежий воздух будто приковали её к площадке. — Знаю, о чём ты думаешь, — сказал Драко, смотря в глаза, в которых отражались звезды. — Я тоже сразу полюбил это место. Почти никто не знает о нём. Я нашёл его случайно, когда практиковался в квиддич, решил поправить прутья и взлетел на эту площадку. — Чудно, — вставила Анна. Ей совсем не интересно выслушивать историю нахождения этого места. — Не хочешь выпить? Есть сливочное пиво, — поинтересовался Малфой, не обращая внимания на равнодушие Анны. — Чего ты такой любезный? Я знаю тебя неделю, но сразу поняла, что ты тот ещё засранец. Драко наливал в бокал пиво. — Я всегда говорю правду и снимаю розовые очки с тупиц, которые думают, что этот мирок так и пышет идеальностью. — Это называется бестактность. — Это истина. Кто не хочет с ней мириться, тот всегда найдёт оправдание и забьётся в уголке своего воображения. — Это их выбор. — Я думал, ты такая же, Борджиа. Наивная девчонка, которая всегда надеется на хорошее. Дориан очень боится, что ты разочаруешься в действительности, это разобьёт тебе сердце, — просто ответил Драко. Анабель глотнула сливочного пива, которое предложил Малфой. В самом деле, Хогвартс за несколько дней кардинально её изменил. Когда она научилась так парировать? В мыслях девушка часто отвечала колкостью матери или брату, но никогда не смела произнести это вслух. Но она была такой. Всегда. Ей просто не удавалось показать истинную натуру своим родным, которые привыкли видеть её милой девчонкой с наивными мечтами. Здесь всё по-другому. Она боролась за себя, за репутацию, в конце концов, за нормальную жизнь. Тут Борджиа никому не позволит себя задеть. — Дориан в самом деле думает, что я всего лишь младшая сестра, которую он должен защищать всю жизнь. — Вполне нормальное желание старшего брата, — констатировал Драко. — Но я сама могу за себя постоять, и скоро ему придётся в этом убедиться. Анна нахмурилась, но не повернулась к Драко. Она продолжала смотреть вдаль, маленькими глотками проглатывая пиво. Странный вкус. — А что касается тебя, — вдруг оживилась Борджиа. — Ты всегда был таким… — Можешь не продолжать, — съязвил Малфой. — Ещё раз повторюсь: ненавижу нюней, грязнокровок и святого Поттера. — Так уж сильно ненавидишь грязнокровок? Я думаю, что если бы не твоё воспитание, то ты бы сносно к ним относился. Возможно, даже подружился. Аристократа покоробило от такой неприятной возможности. — Грязнокровки сунулись туда, куда им не следовало. Это не их мир, они посягнули на чужое, — произнёс Драко с интонацией ярого ревнителя чистой крови. — Ты никогда не думал, что грязнокровки — это просто частица волшебства, которая случайно попала в мир маглов. Или, например, это какая-то ошибка и волшебник просто попал не в то измерение… Драко захохотал, да так громко, что казалось, будто он разбудил всю школу. Вовремя сообразив, парень быстро притих. — Значит, я не ошибся. Ты действительно наивная. В мире маглов не существует волшебства, и если уж оно попало туда каким-то образом, то наверняка было поглощено. — В Италии волшебники и маглы тесно сотрудничают, будь то мода или еда. И мы до сих пор сохранили тайну. — Везение, — небрежно буркнул собеседник. — Когда-то Италия пожалеет об этом, маглы поднимут восстание и все магическое сообщество будет рассекречено. Анна лишь закатила глаза, глупые рассуждения напыщенного аристократа. Они все ещё стояли у парапета в опасной близости. Но Анабель будто и не хотела отходить, она смело смотрела вниз. Ей откровенно нравилась сегодняшняя ночь, теперь девушка будет приходить сюда часто. Холодало. Борджиа подняла с пола один из пледов и укрыла им свои плечи. — Предусмотрительно, — отозвалась она, все ещё не глядя на собеседника. — Я наизусть знаю эту площадку. В первый день так не хотелось отсюда уходить, но я совсем продрог. Ещё научился создавать колдовской огонь, хорошая штука. Драко замолчал. Спустя время он начал рыться в карманах. Достав пачку с сигаретами, закурил. Почувствовался запах спелой вишни и ягод. — Что это? — поинтересовалась Борджиа. — Колдосигареты, — ответил юноша. — Когда раскуриваешь их, то слышится мелодия. Эта пачка вроде как от «Ведуний»… Бель с удивлением взяла в руки сигареты и увидела на обложке группу молодых ведьм, держащих в руках музыкальные инструменты. На упаковке значилось: Поцелуй в летнюю ночь. — Ничего себе. Действительно интересно. Раздалась музыка, какая-то тихая мелодия, наполненная тончайшими звуками. Такая умиротворяющая и размеренная… — Я тоже как-то курила. Магловские сигары с Кубы, подаренные отцу, — уточнила девушка. Драко усмехнулся. — Ты? Ни за что бы не поверил, ты же сама невинность. Теперь была очередь Анны смеяться. — Родители тоже так думали, пока Дориан не застукал меня. Да, тогда ей досталось хорошо. Парень, взбешённый вредной привычкой сестры, устроил такой скандал, что, казалось, всё поместье дрожало. Анабель взяла одну сигарету и прикурила её колдовским огнём. Медленно выдыхая аромат ягод, она закрыла глаза. Блаженство. Время всё шло и даже плед уже не грел, нужно возвращаться в гостиную. — Знаешь, я тут подумала, — начала Анна. — Волдеморт уже возвратился, я верю Дамблдору и знаю, что ждёт нас и весь мир дальше. Но почему-то мне так всё равно, будто я уже достигла, чего хотела и мне пора на покой… — Странные рассуждения для такой маленькой девочки, — язвил Малфой. — У меня тоже был такой период, когда я думал, что обижен всем светом… — Ты же считаешь, что весь свет тебе должен. — Ну, к этому я пришёл не сразу. Пока Грейнджер не открыла глаза… — Драко осёкся. Он повернулся к ней и произнёс: — Чёрт, наверное, в этом будет стыдно признаться, тем более, мне. Я был влюблён в эту заучку первые три курса, пока она хорошенько не дала мне в нос. Я отрицал всё это, но, Мерлин правый, чувства не обманешь. И после её удара я понял, что она не принцесса, а вот я принц. Меня хотели многие и посвятить свою жизнь одному человеку я не смог бы. Тогда и появился плохой Малфой. Я начал травить всех, кто хоть как-то не подходил к моим стандартам чистоты и достоинства. Анна выронила сигарету. Окурок упал ей на туфлю и она пнула его ногой вниз. — Я и не думала, что ты… Но отчего-то болела голова, итальянка уже и не помнила, как нашла сюда дорогу. Слова путались, мысли в хаотичном движении носились в голове. Драко, докуривая вторую сигарету, как бы невзначай произнёс: — Болит? Ничего, это нормально. Жаль, что до гостиной не сможешь дойти, дорогу наверняка уже забыла. «Откуда ему это известно?» — Ты что, читаешь мысли? — Нет, просто знаю о простейшем зелье Забывчивости, двойная доза. Борджиа все ещё недоумевала, о чём он? — Видишь ли, Анна, я всерьёз не интересуюсь подобными играми и лотереями, они мне ни к чему. Я могу воспользоваться любой, стоит мне только щёлкнуть пальцами, — Малфой гадко ухмылялся, подходя ближе и ближе. — Чёртов ублюдок, ты подлил мне его в пиво? — крикнула девушка. Она пнула стоявший рядом стакан и тот со звоном откатился в угол, разбившись вдребезги. Малфой поднял подбородок. Теперь в его лице читалось лишь одно чувство победы. — Мне нужно кому-то выговориться, просто расслабиться. Ты действительно думаешь, что я по душевной доброте высказался тебе? — Ты мог сказать мне всё и без зелья. Я бы всё равно молчала. Анабель понимала, что уже не может держаться на ногах. Зелье обладало эффектом снотворного и она безумно хотела спать. В голове звучало лишь одно: нужно поскорее убираться отсюда, пока этот псих ничего не натворил; нужно добраться до пергамента с пером и срочно записать всё. Малфой заставил её прижаться к стене, пульс зашкаливал. Но, кажется, парень и не думал что-то делать. — Надеюсь, ты поймёшь меня, Анабель. Я просто хотел найти себе собеседника и, увы, им оказалась ты. Завтра ты уже ничего не вспомнишь и будешь думать, что просто проспала лотерею. Мне бы хотелось оставить тебя здесь, но ты замёрзнешь от холода. Извини, тащить на себе девушку через весь замок я не смогу. Придётся сделать так, чтобы Филч тебя сам нашёл. Можешь сказать, что страдаешь лунатизмом или что-то в этом роде. Должно сработать. До скорого, Борджиа. Анна уже спускалась по лестнице, шатаясь и еле держась. Она схватилась за поручни и через силу волочила ноги. «Чёртов Малфой, я убью его!» Её рука соскользнула с перил и она, свалившись с лестницы, упала прямо у входа в башню. Малфой, криво усмехнувшись, перешагнул через Анабель. — Прости, Борджиа, я должен был кому-то высказаться. Схватив палочку, Анабель направила Патронус Дориану. Всего два слова: я в беде. Итальянка уже хотела обличить Малфоя, но не смогла записать Патронусу что-то ещё. Её рука дрогнула, в последний раз взглянув на спину уходящего блондина, она отключилась.