Сущность Дьявола

***

Страх. Липкие щупальца, пропитанные вязкой чёрной субстанцией, издающие отвратительный чавкающий звук, тянулись к ней, словно руки сотни людей, хватали воздух, будто бы представляли из себя единый живой организм, чующий её запах в темноте. Смех. Надрывистый, сумасшедший и такой знакомый. Персефона Ланнистер хохотала ей в лицо, насмехаясь над беспомощностью девушки. Конец. Щупальца добрались до конечностей, лентами обвивая руки и ноги, погружая её в лужу гнили и мрака.

***

— НИКОГДА!!!

Анна вскочила с кровати, споткнулась о ножку и схватилась за ручку шкафа. Обернувшись, она прижалась к дверце, пытаясь слиться с ней и спрятаться от невидимой угрозы. Борджиа тяжело дышала, ей не хватало воздуха. Ногтями она впилась в дерево и оставила неровные короткие дорожки. Разбуженный Малфой недовольно повёл бровью. Разлепив глаза, он сел на кровати и внимательно посмотрел на слизеринку, которая ответила ему безумным взглядом. Одеяло свисало на пол, одежда и прочие аксессуары валялись на полу, дрожавшая Анна в одном белье стояла у шкафа, озираясь по сторонам. Он устало поднялся и подошел к ней. В который раз. — Тише, это просто сон, — она не сразу позволила подойти к себе, но мягкое прикосновение вернуло к реальности и блондинка охотно обвила руками шею Драко. — Я больше не могу, не могу! Каждый день… Кошмары мучали Анабель с момента возрождения. Персефона добралась и до больного сознания, уничтожая несчастную изнутри. После той ночи с Драко кошмары сломали баррикаду и ворвались в мозг. Ей казалось, что она сходит с ума. — Всё будет хорошо. Ты проснулась, это просто сон и ничего больше, — он шептал эти слова, целуя её в лоб. — … будет хорошо, — повторяла Борджиа. Она засыпала в его постели каждую ночь на протяжении месяца. Ей было уютно и тепло с ним, но Анна так и не вспомнила ничего, что в прошлом связывало бы со слизеринцем, несмотря на однозначную подсказку чёрной субстанции. Он терпеливо строил новые воспоминания, стараясь поддерживать во всём, однако Анабель слишком зациклилась на уходе Оливера и не могла ответить взаимностью. Одеваясь, парень поправлял прическу, в это время Анна натягивала брюки. — Меня это не устраивает. — Что? Обычные брюки, что в них такого? — Ты поняла, о чём я. Плевать на брюки. Итальянка промолчала. — Я не хочу проводить с тобой ночи. Мне хорошо и тебе, судя по всему, тоже нравится. Но если бы я хотел, то нашёл кого-то больше подходящего на роль девушки лёгкого поведения, — утвердительно произнёс Малфой, грозно хмурясь. — Ммм, так я для тебя всего лишь… — Ты придираешься к словам, скажи мне да или нет. — Возможно. — Ничего среднего, только конкретику. — Ты излишне настойчивый. Он стукнул кулаком по стене, в паре сантиметров от её лица. — Серьёзно? Ты веришь в то, что сказала? Анна, я не временный парень, с которым можно развлечься. — Мне хорошо с тобой и пока я не хочу что-то менять. Я плохо тебя знаю. — Ты не знаешь вовсе. Но я уже зарекомендовал себя, как надёжного и любящего. Прошёл месяц, сколько мне ещё ждать? Она хлопнула блондина по плечу и открыла дверь. — А если придётся всю жизнь? — спросила Борджиа, обернувшись. — Смогу. Но только если буду знать, что когда-то всё равно получу своё.

***

Сильный удар в плечо, Анабель пошатнулась и опасно накренилась. Джинни, придерживая её за талию, аккуратно поставила на ноги. — Прекратите, ей же больно! — вскричала рыжая. Преподаватель хохотал, сальным взглядом окидывая фигуру Анны. — Мисс Борджиа, я в последний раз спрашиваю вас. Всё может закончиться прямо сейчас. Она подняла голову и посмотрела на Кэрроу взглядом, не сулящим ничего хорошего. — Кто подсунул в мой кабинет эту тварь? — мужчина потряс рукой, в которой держал мёртвого зверька. Анна еле держалась, чтобы в ярости не наброситься на Амикуса. — Не думаю, что Тёмному Лорду понравится, как обращаются с Анабель Борджиа, — гордо произнесла блондинка. Она блефовала, но Пожирателю смерти стало неловко. — Скоро бал, дорогая Анабель. Не хочу калечить вас, вы должны выглядеть прекрасно. Если кто-то из шайки жалких гриффиндорцев попадётся с поличным, я заживо сожгу каждого! Всё ещё потрясая трупом животного, он отходил вглубь кабинета. Джинни быстро подобрала друзей и, еле ковыляя, протащила в коридор. Борджиа охнула, когда Уизли задела её за плечо, всё тело саднило, а разбитая губа кровоточила. — Вот как обращаются с истинными аристократами, — насмехалась знакомая слизеринка, сторожившая вход в кабинет. Анабель помнила её, видела как-то на факультете. Но в последнее время над её персоной часто насмехаются, поэтому итальянка привыкла игнорировать едкие замечания. Пообещав расправиться с хамкой позже, она распрощалась с друзьями и двинулась в подземелье. Месяц назад с Борджиа стали происходить изменения. Кровь перестала свёртываться, стекая голубым ручейком из раны. Об этом знали лишь родные и узкий круг близких друзей. Мать считала, что всему причиной последствия ритуала Волдеморта, очевидно, он отыскал то, за чем так долго гнался и нужный элемент уже в его руках. Если это правда, то скоро всё закончится. Гарри в большой опасности. Она свернула в другую сторону и вышла наружу. Мысли о грядущем вызвали волнение, и ей нужно было успокоиться. Поздняя осень превратила и без того серый пейзаж Хогвартса в туманную пелену. Деревья без единого листочка стыдливо прикрывались голыми ветками, пожухлая трава скрипела под ногами девушки. Блондинка прошлась по поляне и свернула к Гремучей иве. Дерево, не отличающееся мирным нравом, лениво повернулось к гостье, поскрипывая ветками. На всякий случай волшебница отошла назад, оно могло ударить без предупреждения. Из норы под деревом кто-то выбежал. Наверное, обычное животные здешних лесов, может, лукотрус. Ива недовольно скрипнула и со всей дури обрушила громадную ветку на то место, где стояло существо. Впрочем, маленький пакостник ловко увернулся и скрылся в чаще леса. Бель покинула одинокое дерево, обогнула восточное крыло замка и перешла на медленный шаг. Здесь начинались владения Запретного леса и уходить дальше слизеринка не решилась. Тогда она прошлась мимо хижины Хагрида. Хотела поздороваться, но решила, что сейчас не лучшее время. Ей стало неловко: за всё время они с лесничем пересекались взглядами и короткими кивками, но были недостаточно близки для общения. Борджиа запахнула тёплое чёрное пальто, зябко поёжившись. Холодный ветер ударил в лицо, разворошив причёску, итальянка недовольно убрала прилипшие пряди. Впереди виднелась гладь Чёрного озера. Анна присела на единственную лавку, с которой открывался прекрасный вид. Осьминог, вываливший щупальца на поверхность, лениво ударил по воде, образовав небольшие волны. Анабель никогда не боялась его, хозяин озера вполне дружелюбен, если к нему не лезли назойливые младшекурсники. Иногда обитатель издавал глухой звук, похожий на белый шум, видимо, так он общался. — Привет, — от неожиданности девушка вздрогнула, чуть не ударив незнакомку. — Привет, испугала! — констатировала Анабель, обнимая Паркинсон. Под скулой несчастной красовался внушительных размеров синяк. В последнее время губы Панси были обветренными и разбитыми, словно ей не раз приходилось получать по лицу. — Выглядишь, как настоящий боец, — хмыкнула подруга. — Уже теряю это ощущение, когда ты просто девушка, которая любит ухаживания и внимание. Теперь приходится выживать, чтобы тебе не сломали все кости. — А что Тео? — Пока он отвлекает десятерых, я пытаюсь прикончить двух. — Логично. Паркинсон укуталась в коричневую мантию и лениво зевнула. — Устала от заданий. Анна сочувственно похлопала её по плечу. — Я бы предпочла рисковать жизнью, чем сидеть в четырёх стенах. — Забавно, когда-то в детстве я была этим одержима. Считала, что все наши желания и цели обязательно сбудутся, если мы будем верить в них и просить у Мерлина. Но с возрастом поняла, эта жизнь не создана для удовольствия и наслаждения, боль, которую мы испытываем — всё, на что способно это жалкое существование. — Ты отличный Пожиратель, он будет посылать тебя на самые опасные задания и истощать, высасывая все соки. Поэтому у тебя такое настроение, Панси. Не позволяй ему рушить жизнь, я почему-то чувствую, что скоро всё закончится: либо Гарри победит, либо Тёмный Лорд убьёт его. — И что дальше? Опять жить и пресмыкаться? — Ну, думаю, некоторое время уйдёт на поимку ревностных членов Ордена Феникса, а в это время Тёмный Лорд будет строить свой идеальный мир. Думаешь, когда он освоит все измерения, то будет ошиваться в мире волшебников? Чёрт, нет. Он будет упиваться могуществом где-то на вершине этой иерархии. Паркинсон рассмеялась. — Скажи ты мне это год назад, я бы послала тебя к целителям. Но сейчас это всё так реально и странно… Несколько минут они молчали, наблюдая за серым пейзажем осенней Шотландии, думая каждый о своём. Панси произнесла: — Через полтора месяца бал. Прямо в разгар Рождества. — Умираю от предвкушения, — съязвила блондинка. — Говорят, случится что-то грандиозное. Уж не знаю, как реагировать. — Если это не новость о Гарри, звезде Ориона или о том, что сообщество стоит на грани апокалипсиса, я не иду. — К сожалению, выбирать не приходится. — Скажу, что болит голова. — Тогда тебе её снесут с плеч. — Считай, ты меня заинтересовала. Анабель засунула руки в карманы в надежде согреться. — Ого, совсем забыла. Итальянка выудила неожиданную находку и покрутила в руках. — Белый клевер? — Панси сощурилась. — Не смотри на меня так. Я впервые за учебный год решила сделать уборку в комнате. Кстати, после твоего переезда остались ещё некоторые вещи, даже сумка Дафны в шкафу пылится. — У тебя депрессия? — С чего ты взяла? — Только такие люди могут не убираться в комнате месяцами. — Ой, да прекрати. Ты же знаешь, я провожу больше времени у Малфоя. А потом зашла в комнату и стало как-то стыдно, он чистоплотнее меня! — С детства такой. Ни пылинки, как будто прямиком из магазина красавчиков. Панси подняла цветок на свет, но жалкие солнечные лучи, еле пробивающиеся из-за грозовых туч, мало чем помогли. — А знаешь, я что-то слышала об этом цветке. Белый клевер очень редкий в наших краях. — Откуда тогда взялся? Дафна притащила? — Не думаю. По крайней мере, я никогда не видела, чтобы она держала цветы в руках. Панси принюхалась. — Я обещаю… Борджиа посмотрела с недоумением. — Что? — Я обещаю, — повторила Панси. — Белый — знак чего-то там… Точно не уверена, но это вроде как обещание. Самураи в Японии обкладывали себя белым клевером, когда совершали самоубийство, если не смогли спасти господина. Они обещали отомстить за него в следующей жизни. Итальянка фыркнула. — Чушь собачья, просто занесло ветром или прицепился за одежду. Выброси его, давно уже должен завять. Она ещё раз повертела цветок в руке и бросила в озеро. Клевер некоторое время кружился по воде, но очередной взмах щупальца заставил его потонуть. — Пошли в замок. Как посмотрю на воду, сразу холодом обдаёт.

***

Невилл Долгопупс робко постучал в дверь, бодрый голос разрешил войти. Анабель обложилась книгами. На коленях лежал свиток, исписанный вдоль и поперёк. Мятая рубашка болотного цвета была вся заляпана чернилами, пока Анна что-то обводила на другом пергаменте. — Невилл, надеюсь, ты быстро и с хорошими новостями. Очередную плохую весть я могу не переварить. Она поджала губы и критически взмахнула палочкой, ненужный пергамент вспыхнул за секунду, превратившись в пепел. Девушка дунула на ладонь и пепел, вместо того, чтобы развеяться, обратился в прекрасных бабочек. Борджиа улыбнулась и посмотрела на Невилла, в следующую секунду она уже стояла на ногах. — Чёрт возьми, как ты здесь оказался?! Перед ней стоял Рон Уизли. Она побледнела, покраснела, а затем и вовсе позеленела от злости. Итальянка не могла держать себя в руках. Как он посмел? Когда повсюду снуют Пожиратели смерти, он заявился вот так, без предупреждения! Борджиа втолкнула молодых людей в комнату и захлопнула дверь, наложив соответствующие чары. Уизли улыбался, гордо глядя на Анабель. — Вижу, ты пакостишь этим прихвостням наравне с остальными? — Да, и надо признать, делаю это по-слизерински. Попалась всего лишь раз. — Ну, Невилл, видимо, не такой искусный. Долгопупс хмыкнул, а затем охнул и погладил распухшую губу. — Мне пора, — констатировал он, — нужно поговорить с Макгонагалл. Рон, оставайся здесь, исчезнем тем же путём. Гриффиндорец ушёл, плотно закрыв дверь. — У нас немного времени. Честно говоря, мне нужна твоя помощь. Рональд нервно вышагивал по комнате, заложив руки за спину. — Я не могу сказать тебе всего, никто из близких не посвящён. Гарри, я и Гермиона очень боимся, что тех, кого мы любим, начнут пытать. — Это случится в любом случае. Но вы правы, важную информацию лучше держать в секрете. — Ты знаешь про крестражи? — Да, косвенно. Но это ваша задача. — Мы в поисках. — Так почему ты не с ними? Анабель попала в точку. Она устало опустила глаза, заметив, как изменилось выражение лица Рона. — Я во всём виноват, разозлился и по глупости наговорил лишнего. Потом ушёл, а теперь не могу их найти. Как ни старался, всё равно впустую. Борджиа внимательно его слушала. — С ним Гермиона, а значит, она всё предусмотрела. Рон, я не знаю, где они. Мне бы хотелось помочь тебе, но напасть на их след тяжело. Да я и не придумаю, что сделать в такой ситуации. Он разочарованно опустил голову. — Не отчаивайся. Думаю, что всё будет здесь, Рон. Он и Гарри… Я чувствую, что встреча произойдёт. Гарри не стерпит того, что Снегг теперь директор. — Он придёт в ярость, — вздохнул Рон. — Именно. Анабель резким движением отодвинула свитки в сторону и посадила друга на кровать. — Вы ещё встретитесь. Я уверена в этом! — Но мне нужно сейчас! Анна, мы с Гарри и Гермионой путешествовали отшельниками долгое время. Они не знают многого, не понимают, что могут попасться. Итальянка закусила губу. — Зная, как Поттер любит произносить его имя… Что ж, это определённо может быть опасно. Рональд вдруг глупо хихикнул, совсем как наивная третьекурсница: — Недавно видел Оливера и его семью. Им удалось переехать в безопасное место, сейчас многие уезжают, чтобы спасти свои семьи. При звуке его имени Анабель побледнела. Как будто бабочки, которые она только что наколдовала, порхают в животе. — Он с теплом вспоминал о тебе, просил передать привет. — Если увидишь его ещё раз, скажи, что я в порядке. И безумно по нему скучаю, — уже смущённее добавила слизеринка. Раздалась сирена — громкая, разрывающая перепонки. — О, чёрт. Мне пора, Анна. Рыжий сорвался с места и опустил ручку двери. — Рон, ты их найдёшь. Я уверена, что если чего-то желаешь, оно обязательно сбудется. — Спасибо, Анна, я верю. Оставайся в комнате, тебе лучше не попадаться. Девушка кивнула и проводила его тяжёлым взглядом.

***

Две недели прошли как в тумане. Слизеринка благодарна Оливеру за всё, но почему он ушёл, оставил её нести этот груз одной. — Панси, что слышно об элементе? — тихо проговорила Борджиа, запивая батат соком. — Я думаю, что что-то происходит, — заговорщицки поделилась девушка. — Он ведёт себя странно, да и этот бал… Из головы не выходит. — Да обычное сборище Пожирателей, не больше, — отмахнулась Бель. — Я верчусь среди них с детства. Такое событие бывало лишь дважды, и после каждого из них объявлялась война. Но мне тоже хочется надеяться, что я ошибаюсь. Задумчиво переварив её слова, Анна погрузилась в себя. Если Волдеморт добрался до звезды Ориона, значит, в скором времени он придёт и за ней. Или дождётся официального бала? А может, версия матери является правдой и Тёмный Лорд сначала уберёт Поттера. Появление Рона взбудоражило. Она не представляла троицу порознь, и почему-то казалось, что это не кончится добром. Лишь вместе они смогут достигнуть цели, а Гарри — единственный, кто может победить Волдеморта. Звон посуды отвлёк итальянку. Она испуганно обернулась и обнаружила, что Деннис Криви лежит на полу. Инстинктивно Борджиа вскочила, пытаясь подойти и оказать помощь, но гриффиндорец, сделав сальто в воздухе, сумасшедшими глазами уставился на волшебников. В голове блондинки пронеслась мысль — сошёл с ума. Поднялась суматоха, кто-то завизжал, все гриффиндорцы рассыпались в стороны. Панси прижала руку ко рту и с непониманием смотрела на обезумевшего. Деннис выгнулся снова. На этот раз он запрокинул голову назад настолько сильно, что, казалось, хотел встать на мостик. В такой странной позе он простоял пару минут, а затем с оглушительным криком ринулся на подошедшую ближе всех Анабель. — Мерзавка! Отродье грязной крови! Тварь! Потаскуха Дьявола!!! Он бежал на неё, клацая зубами. От шока Борджиа даже не смогла сдвинуться с места. Снегг ринулся на помощь, преподаватели вытаскивали палочки, но Деннис двигался с невероятной скоростью. Анна закрыла лицо руками, предвидя неизбежность столкновения. Перед ней блеснул луч света, но Криви ловко увернулся. Внезапно кто-то мощным ударом оттолкнул её в сторону. Малфой обернулся чёрным дымом и встал перед гриффиндорцем. Обезумевший, не теряя времени, смачно вцепился в руку Драко, тряся головой. Его позвоночник выгнулся до предела. Казалось, что ещё прогиб — и он сломается пополам. Снегг мощным ударом отбросил студента в сторону. Деннис ударился об стенку, но через секунду встал, как ни в чём не бывало. — Мерлин, что это, чёрт подери, такое? — выругался испуганный Финниган. Кто-то наколдовал верёвки, которые крепко опутали Криви. Он брыкался и клацал зубами, но страшнее всего был взгляд — яростный, мстительный и кровожадный. — Так выглядит сумасшествие, — шепнула профессор Вектор Помоне. Пока Кэрроу уводили орущего Криви, Северус вместе со Слизнортом приблизились к Малфою. Анна уже ухаживала за слизеринцем, он шипел от боли, когда она колдовала над его раной. — Если это заразно, нужно немедленно изолировать и мистера Малфоя. — Я не буду находиться рядом с этим чокнутым! — У вас нет выбора! Мы заставим его выпить зелье сна. Криви намеревался кого-то укусить, значит, это очень опасно, — отрезал Снегг. — Северус, но как же заболел этот мальчик? — Стебль трясущимися руками сжимала соломенную шляпу. По лицу зельевара пробежала тень. — Не знаю. Но пока не выясним, нужно обезопасить всех. Срочно созовите собрание, всем ученикам немедленно в свои комнаты, по четыре человека, как раньше. Слизнорт одобрительно кивнул и оповестил всех учеников. На удивление студенты Хогвартса не поддались панике, они быстро выстроились в ряд своего факультета и исчезли из Большого зала в комнаты. — Анабель, пожалуйста, — Драко с мольбой глядел на девушку. — Я не брошу тебя, — блондинка сжала здоровую ладонь. Снегг ухмыльнулся. — К сожалению, придётся. Мы не знаем, что произошло. Пока нужно изолировать обоих. — Но, как же… — Думаю, так будет лучше. Не переживай, главное, не забудь забрать, когда выпишут, — Малфой подмигнул, пытаясь за фальшивой улыбкой скрыть страх. У Анабель затряслись руки.

***

Хогвартс походил на улей разъярённых пчёл. Те ученики, которые согласились продолжить обучение, в панике связывались с родными и спешили покинуть стены замка. Но профессора Снегг, Слизнорт, Макгонагалл и Стебль перекрыли все выходы. Территорию Хогвартса запрещено покидать. Неизвестная болезнь, поразившая Денниса Криви, могла распространиться, а пока не найден очаг, ученикам приказали оставаться на своих местах. Энди и Мораг, появившиеся в замке позже остальных, ликовали. — Наконец-то что-то интересненькое. А то уже надоели разговоры про Тёмного Лорда и Поттера, — отзывался Кроуфорд. Панси и Анабель, забившиеся в одну комнату, тряслись от страха. — Чёрт побери, — ругалась Паркинсон, — почему никто ничего не знает? Анна волновалась. Как только в её голове возникал разъярённый взгляд Денниса, девушку пробирало до дрожи. Ведь он нёсся именно на неё, и если бы не Малфой, то на месте жертвы оказалась бы она. Драко рисковал жизнью. Он принял форму дыма на глазах всех учеников, фактически рассекретил себя, как Пожирателя смерти. Кинулся навстречу ещё большему осуждению и презрению со стороны учащихся. Ради неё. — Он герой, — констатировала подруга. — И, кажется, всё ещё влюблён в тебя. — Если бы ты была на моём месте, Драко или Тео поступили бы также. Панси фыркнула. — Я не из тех, ради кого сворачивают горы. — Мерлин, Панси Паркинсон! Прекрати романтизировать поступки Малфоя. Я безмерно ему благодарна, и, конечно, удивлена, потому что не ожидала такой быстрой реакции. — Но невозможно отрицать тот факт, что он для твоей жизни сделал больше, чем кто-либо! — И ты абсолютно права. Но я уже прошла этот этап. Если Драко мне нравится и я даже позволяю ему обнимать меня во время сна… — Стоп, ты же не любишь ночные обнимашки, — подруга лукаво улыбнулась. — Ты вообще видела, какие у него руки крепкие? Так вот, я хочу построить новые воспоминания, но и не забывать прошлое. И Драко тоже хочет начать всё заново. Брюнетка удручённо кивнула. — Анна, он тебя любит. И я думаю, что ты должна признать ваши отношения. Малфой никогда не будет просто любовником, не в его правилах. Девушка согласно кивнула. Но сейчас ей меньше всего хотелось думать об этом. — Знаешь, у меня, кажется, развился синдром Поттера. В любых переделках всегда в центре внимания я. И это уже становится отнюдь не смешным. Панси сочувственно хлопнула подругу по плечу, не преминув вложить в него силу. Кто-то ударил в гонг. По всей территории Хогвартса раздался неприятный звук, а затем произнесли: — Студенты, в замке объявлен карантин. Никто не сможет выходить или входить на территорию Хогвартса по особому распоряжению директора. Прошу вас отказаться от авантюр, совет преподавателей вынужден наложить заклинания, поэтому любые попытки сбежать или впустить посторонних лиц сразу же будут пресечены. Все меры предприняты исключительно ради вашей безопасности. Девушки переглянулись, говорила Макгонагалл. — Мощное заклинание, — задумчиво произнесла Анна. — Так изменить свой голос. Присоединившийся к девушкам Тео заметно нервничал. — Это плохо. Думаю, никто не захочет находиться рядом с заразными, сейчас начнётся переполох. — Мы не знаем, что это такое и откуда оно, — твёрдо ответила блондинка, с неодобрением глядя на Нотта. Их прервала Панси: — А они, похоже, знают. Троица выглянула в окно. По лужайке, покрытой пожухлой травой, следовали пятеро неизвестных. Бодрый шаг свидетельствовал о спешке и неотложности дела. Волшебники облачились в кипельно-белые мантии, на спине которых изображён красный крест. На руки они натянули плотные перчатки, нос и рот закрыты необычными масками, походившими на маггловские, за исключением того, что от них шёл густой пар. Все пятеро прибыли с громоздкими чемоданами красного цвета. — Это особый отдел больницы Святого Мунго! — взволнованно констатировала Паркинсон. — Они уже успели их оповестить. Дела плохи. Итальянка затряслась, на глазах выступили слёзы. — Панси, пожалуйста, скажи, что ничего серьёзного не происходит! Пожирательница смерти взяла её за руку. — Анна, прекрати. Он бы всё равно заразился. — Шанс, что он контактировал бы с Криви ничтожен! Это я виновата! Если он умрёт по моей вине, я себе этого не прощу. — Не драматизируй, — осадил Тео, внимательно глядя на девушку. За два года черты его лица огрубели, а характер приобрёл стержень. Слизеринка отодвинула руки Панси от своего лица. — Пошёл ты, прихвостень. Казалось, пара мгновений и они вцепятся друг другу в глотки, но Теодор сдержанно произнёс: — Ему никак не поможет твоя паника. Подумав, Борджиа ответила: — Ты прав. Она направилась к двери. Нотт дёрнул её за рукав. — С ума сошла? Так ты только распространишь заразу. — Плевать. Я лучше рискну и увижу его ещё раз, чем потом сожалеть об этом всю жизнь. — С Драко ещё ничего не произошло, а ты уже похоронила его. — Уйди с дороги. Анна дёрнулась и вскрикнула. Тео отскочил. — Мерлин… Она схватилась за спину. — Что происходит? Ты её ударил?! — Паркинсон подскочила к подруге. — Я не трогал, Панси! Даже не прикасался. Бель согнулась. — Спина!!! Паркинсон опасливо приподняла мантию. Спина была в порядке, но девушка по-прежнему корчилась от боли. — Ей нужно к мадам Помфри, — встревоженно констатировала брюнетка. — Ерунда, просто слишком сильно дёрнулась, — Борджиа распрямилась и поморщилась. — Уже всё проходит, просто защемило. — Всё равно сходи. — Сначала к Малфою. Не дожидаясь ответа друзей, она выскочила за дверь и понеслась в Больничное крыло. В холле столпились ученики, кто-то бранился, кто-то кричал и звал на помощь. Несчастный Филч расталкивал толпу и пытался прорваться к Кэрроу, но все безуспешно. — РАЗОШЛИСЬ!!! РАЗОШЛИСЬ, ГЛУПЫЕ ДЕТИ! — Амикус брюзжал слюной, разбрасывая заклинания направо и налево. Кто-то упал полностью обездвиженным, некоторые ученики нападали в ответ. — Подавись! — Лиза бросила в Кэрроу парочку отборных заклятий. — Отходим, — закричал Невилл, прикрывая спиной толпу. Они явно проигрывали, и теперь разбегались по комнатам. Девушка пробежала мимо, пока разъярённые Кэрроу и Филч её не заметили. Когда она попала в коридор, ведущий в лазарет, то натолкнулась на преграду, как будто магический купол не давал ей пройти. Борджиа попыталась надавить руками, но с каждой попыткой её отбрасывало всё дальше. — Бомбардо Максима! — мощный взрыв припечатал её к стенке. Она поморщилась, но сдержала подступающие слёзы боли. Купол спал, однако Анабель понадобилось приложить немалые усилия, чтобы миновать преграду. В воздухе висели сирены, светящиеся красным светом. При приближении человека раздавался оглушительный вой, разрывающий перепонки. Анна, ещё не отошедшая от удара, силилась сбежать от надоедливого звука, но сирены гнались за ней, пока она не влетела в Больничное крыло. Борджиа стояла на пороге и отмахивалась от назойливых защитников порядка. Неизвестные пятеро, которых она видела из окна, уставились на неё. В руках держали огромный шприц, размером с дубинку, который собирались вколоть в Денниса Криви, брыкающегося на постели. Несмотря на то, что парень был связан и магически закреплён, его нечеловеческая сила прорывалась наружу. — Дрянь! Я знал, что ты придёшь, дьявольское отродье! Они всё знают о тебе!!! Знают, мерзавка! Он плевался и визжал, клацая зубами в сторону девушки. Один из неизвестных не стал тянуть и резким движением воткнул длинную иглу в шею гриффиндорца. Тот перевернулся, гаркнул и вскоре обмяк. Стеклянные глаза, покрытые пеленой, невидящим взглядом уставились на Анабель. Она поёжилась. — Мисс Борджиа, вы отдаёте себе отчёт, что натворили? Это неслыханная дерзость! — Макгонагалл быстро направлялась к девушке. Она упёрла руки в бока и теперь походила на матушку Рона. За Минервой стояли деканы факультетов и директор. Кэрроу девушка не увидела. Каждый из преподавателей помещён в сферу, они спокойно передвигались, но никто не мог прикоснуться к ним — миниатюрный купол защищал от любых контактов с заражёнными. — Глэдис, прошу вас, раз уже Анабель здесь, обезопасьте её, — декан Гриффиндора обратилась к высокой женщине, одной из пяти. Она приспустила маску и Анна увидела её орлиные глаза, которые буквально вцепились в Борджиа. Глэдис медленно приблизилась к слизеринке, обошла её. Анна готовилась к тому, что сейчас над ней начнут колдовать, но специалист вдруг резко задрала её мантию. — Заражённая, — только и выдала специалист. Блондинка дёрнулась и отскочила, подальше от странной женщины. Четверо коллег схватили её за руки. — Следите, чтобы она не укусила вас или не обслюнявила. Также не прикасайтесь к её крови, — предупредила всех Глэдис. Борджиа трусливо попятилась. — Что происходит? Я не… не заражена! Я была в комнате! Какой-то мужчина пробасил: — Достаточно одного контакта с заражённым, чтобы подхватить этот вирус. Мы не знаем, с чем столкнулись, но это может убить тебя, детка. Не дури, ты на первой стадии, тебе ещё повезло. Снегг покачал головой. — Возможно, мисс Борджиа имела близкий контакт с мистером Малфоем, но после заражения он не прикасался к ней. — А вдруг, Драко уже был заражённым? — усомнилась Помона. — Она общается со многими слизеринцами. Их нужно запереть, — твёрдо произнёс Флитвик. — С моими учениками она тоже дружит, да и мистер Криви мог заразить кого-то ещё, — задумчиво сказала Минерва. — Все соседи Денниса, включая его брата, уже в изоляторе. Предлагаю оцепить факультеты Гриффиндор и Слизерин. — Совершенно точно! — пропищал Филлиус. Видимо, он сильно переживал за судьбу своих когтевранцев. Минерва что-то передала Помоне и та кинулась в кабинет Поппи Помфри. Глэдис уговорила аристократку не противиться и пообещала, что она увидит Драко. — Не паникуй. У заражённых мы установили конкретные симптомы: жар, головная боль, боль в спине и раздражённость. Когда ты вошла, я заметила, что ты придерживала спину. — Я ударилась о стену, ваша чёртова защита чуть голову мне не разбила! — Это единственный раз, когда у тебя болела спина? Анна виновато опустила глаза. Женщина вздохнула. — Это что-то неизведанное, но при этом очень яростное и агрессивное. Судя по словам профессоров, Деннис никогда таким характером не отличался, поэтому мы имеем дело с опасным заболеванием. Не волнуйся, мы о тебе позаботимся. Женщина не говорила мягко, скорее строго. Даже слова ласки и заботы в её интерпретации звучали сухо, но Борджиа полностью доверилась этой волшебнице. Ей казалось, что она знает своё дело. Изолятор находился чуть дальше лазарета. Колдомедики решили перевести Денниса в другое помещение, чтобы заражённые не наблюдали за развитием его заболевания. Как только они вошли, все вдруг рассыпались по местам. — У каждого из вас разные стадии вируса, не заражайте друг друга ещё больше! — прикрикнула Глэдис. Уложив больную на одну из коек, она сообщила ребятам что-то ещё и удалилась. Всё это время девушка пыталась найти глазами Малфоя. Драко лежал в конце палаты. Он не разговаривал и не вставал, лишь тупо пялился в потолок. При появлении Анабель нахмурился, но промолчал. Анна недоуменно взглянула на парня. Но подойдя к нему, разглядела связывающие его ремни с металлическими застёжками. — Почему ты здесь? — блондин устало взглянул на девушку, коснувшись её руки. Она испуганно вздрогнула, но не отодвинулась. Драко горько усмехнулся. — Я ещё не настолько болен, чтобы нападать на тебя и кусать. — Ты уже знаешь? — Что можно заразиться от укуса, крови или слюны? Да, слышал, — спокойно, но язвительно проговорил парень. — Я тоже заражена, но не знаю как. — Не от меня точно. Я тебя целый день не видел. — Ага. Сырой диалог явно не клеился. Малфой любовно погладил подушечки пальцев Анны. — Спина болит? — спросила девушка. — Ничуть. Только голова. В подтверждении этого он правдоподобно сморщился. — Странно всё это. Они пытаются отследить очаг возникновения, но как тут можно… — Борджиа осеклась и взглянула на гриффиндорцев, которые под её взглядом стремительно занялись собственными делами. В общем, в изоляторе находилось не больше семи человек, не считая Анну и Драко. Это были соседи Криви и пара его знакомых. Наверняка к ним вскоре присоединится кучка слизеринцев, с которыми общалась Анабель и, возможно, кто-то ещё. — Освободи меня, — просьба слтзеринца прозвучала твёрдо. Итальянка опешила. — Ну, Драко… Я думаю, есть веская причина так с тобой обращаться. Он взглянул на неё холодно, почти что с равнодушием. — Анна, — тон стал требовательнее. Что-то происходило. Но Анабель не могла уловить его настроение и понять истинные мотивы. — Хорошо. Она вдруг резко стянула металлические застёжки и ослабила ремни. Малфой быстро избавился от оков и, потирая запястья, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — У тебя жар, — на лбу Малфоя действительно выступил пот. Драко рассеянно потрогал щеки. Затем произнёс что-то нечленораздельное и избавился от рубашки, кинув её под кровать. — Не стесняйся, — просто ответил он на странный взгляд слизеринки. — Одолжу? — Борджиа потянулась к тумбочке Малфоя, на которой лежали фрукты, положенные заботливыми домовиками каждому больному. Когда девушка протянула руку к зелёному яблоку, аппетитно поблёскивающему в углу, Драко уставился на вену, которая просвечивала сквозь тонкую кожу шеи. У него возникло непреодолимое желание вцепиться в неё зубами. Она надкусила фрукт. Малфой явственно ощутил, как работают челюсти, почувствовал запах её кожи и волос. Руки сами потянулись к Борджиа. — Анна, иди ко мне. Ничего не подозревающая итальянка пожала плечами и протянула руки к Драко. Объятия показались ему мукой. Возникло доселе неизвестное ощущение: во рту выделился какой-то секрет или рецептор. Походило на реакцию организма, который предвкушает вкусный ужин. — Я люблю тебя, — прошептал блондин. — Звучит, будто прощаешься, — настороженно произнесла слизеринка. — Не перебивай, — ему с трудом удавалось сдерживать гнев. Его топила волна чувств, захлёстывая с головой. — Анна, пристегни меня и позови этих целителей. — Ты что-то ощущаешь? — Много чего. Я должен сказать им, описать… симптомы, — он медленно преображался, предложения давались с трудом. Борджиа ничего не ответила. Глаза заслезились и она опустила их, делая вид, что застегивает кожаные ремни. Затем рывком встала с кровати и посмотрела на Малфоя. Он кивнул ей, выдавив улыбку. — Скорее! Сюда! Целители пришли быстро. Преподаватели, защищённые сферами, шли за ними, но передвигались медленнее. Все столпились около Драко. Заболевшие, выдерживая расстояние, пялились на слизеринца, отпуская гнусные шутки. Вперёд вышел третий из пяти. — Глэдис, записывай, — обратился он к женщине. — Драко, ты с нами? Не теряй сознание, контролируй разум. Сопротивляйся. Он говорил чётко, сухо и отрывисто, не тратя времени на прочие нежности. — Вкратце опиши, что чувствуешь. У нас немного времени. — Жарко, очень жарко, — Малфой выдохнул. — Все чувства обострены, слышу лучше. — Дальше, — невозмутимо продолжал специалист. — Слышу… Слышу кровь в венах. — Драко, не теряйся! Говори. — Двигается. — Что двигается? У тебя видения? — Нет. Оно. Драко вдруг вскочил на кровати, с легкостью избавившись от ремней. Анна отошла назад и теперь с удивлением глядела, как Малфой обернулся к целителям, обнажая спину. Гладкая кожа натянулась, обнажив язвы на спине, по периметру позвоночника. Глэдис спокойно произнесла: — Мистер Малфой, вернитесь в постель, пожалуйста. Драко улыбнулся. Борджиа никогда не видела его таким, словно кто-то прилепил к слизеринцу другое лицо. Только сейчас все заметили, как он избавился от оков. Руки неестественно выгнулись, словно не имели костей. Они свисали вдоль тела и болтались, когда парень двигался. Малфой просто выскользнул из ремней. Пятеро стояли беспомощные. Было видно, что каждый из присутствующих сдерживал крик дикого ужаса и непонимания, но и ученики, и преподаватели, и целители сохраняли молчание. На очередную просьбу специалиста Драко замахнулся неестественно длинной рукой. — Прекрати! — выкрикнула итальянка. Но как только она это сделала, то сразу пожалела. Анна трусливо попятилась к двери. Жуткая, почти сумасшедшая улыбка Малфоя и его блестящие глаза, наполненные холодной яростью… Нижние конечности заражённого удлинились, и он, не отрываясь от кровати, протянулся через всю комнату к Борджиа, приблизившись прямо к лицу. — Мы будем вынуждены применить к вам насилие, мистер Малфой, — чётко промолвил Снегг. Драко не реагировал. — Думаешь, ты такая уж идеальная? Никто не будет за тобой бегать, потому что ты не важная персона. Ты ждёшь это, желаешь внимания, но ты слишком завралась в своей лжи. Врешь себе, Дориану, мне. — Это говоришь не ты. — Это я, ты и сама знаешь правду. Лгунья. Знаешь что? Ты ворвалась в нашу жизнь и… Последовала вспышка и Малфой упал. Ноги приобрели прежнюю форму, а руки так и остались болтаться. Анабель дышала глубоко, она ощущала, как паника и истерика подступают к горлу. — Спокойно. Анабель, верно? молодая девушка подступила к блондинке. — Д-да, — запинаясь, выдала слизеринка. — Тихо, тихо. Я налью тебе чая. Иди к своей кровати, мы переведём его к Деннису. — Со мной будет так же? — она заплакала, утирая предательские слёзы рукавом мантии. Не успели взрослые ответить, как к девушке подступил парень из Гриффиндора. Он был младше девушки, поэтому Анабель не знала его имени. — Мы тоже больны, но пока никто никому не угрожает. Не волнуйся, чего быть, того не избежать. Я, кстати, Уорик Эдкинс. — Спасибо, — коротко поблагодарила она. Глэдис прокашлялась. Волшебник, говоривший басом, произнёс: — Мисс Борджиа, ваши палочки изъяли, но вы всегда можете позвать на помощь. Все больные под контролем и охраной. К сожалению, мистер Эдкинс прав, все вы, возможно, заражены. Соседи Денниса пользовались общими вещами, поэтому мы вынуждены держать вас здесь. На некоторое время вы будете отделены от остального мира. Представьте, что произойдёт, если вирус распространится? На смену страха пришла холодная ярость. Ум прояснился. — А что будет с нами? Мы не подопытные крысы. Вы должны увезти нас всех в больницу, чтобы целители помогли нам. Здесь нет серьёзного оборудования, — глаза бунтовщицы приобрели тёмный оттенок. Макгонагалл возмущённо цокнула. — Мисс! Эти колдомедики — лучшие в своём деле, они специалисты по заразным напастям. Мои коллеги никогда бы не оставили детей в беде, — твёрдо высказалась Минерва, при этом многозначительно глянув на Снегга. Тот фыркнул. — В таком случае, нужно найти Панси и Тео. Если я заражена, они наверняка уже с симптомами. — Мы передали Хогвартсу сообщение. Все, кто близко контактировал с заражёнными, или же чувствует себя нехорошо, должны доложить дежурным преподавателям, их расставили в каждом коридоре. Во всяком случае, мы заметили, что болезнь, да и любая магическая инфекция, часто проявляет себя в первые часы. Думаю, к закату мы уже будем знать всех больных в лицо, — сообщил последний из пяти: молоденький парень высокого роста. Борджиа не могла разглядеть его лица из-за маски, но бархатный голос внушал доверие. — Надеюсь, что так, — с вызовом ответила девушка. Пару часов прошли как в тумане. Анна пыталась чем-то себя занять, но все мысли путались и отвратительное чувство страха за своё будущее не покидало несчастную. Уорик больше ничего не сказал. Пятеро колдомедиков считали, что гриффиндорцы могли заразиться, однако за всё это время никто из них не проявил симптомов. Остальных же волновало другое: почему поведение Драко сильно отличалось от поведения Денниса? Ведь кроткий Криви никогда не проявлял агрессии, а вот реакция Малфоя вполне понятна: он всегда плевался желчью, когда ему было страшно. Но что же происходило с парнем, когда болезнь захватила его разум? Неужели неизвестный вирус пробуждал потайные желания заболевшего? Всё то, что он не мог осуществить в реальной жизни. Драко никогда бы так не сказал. Иначе зачем ему ухаживать за Борджиа? Но девушка считала, что его слова были правдивы. Она действительно лгунья; обманывая себя, обманывала и других: Оливера, Дориана, родителей. Последние, впрочем, настрадались сполна. Письма от родных заваливали окна лазарета. Получать их можно, но отвечать нельзя, вдруг вирус распространяется и другими путями. У Анабель было преимущество: она умела отправлять Патронуса. И хоть сообщение короткое, оно всё-таки немного успокоило родных. Колина Криви трясло от страха больше всех. Несколько человек лежали на смежных кроватях, вполголоса переговариваясь между собой, однако брат Денниса с момента появления Анны произнёс всего несколько коротких фраз. Борджиа чувствовала, что Колин в ужасе, но не от страха умереть, а из-за волнения. Он боялся потерять брата. Ситуацию усугубляло то, что к нему запрещено подходить. На все вопросы целители отвечали неопределённо. —… красный крест, — раздалось напротив. Анабель лежала в левом крыле комнаты. Все кровати были пусты, кроме её. В правом крыле койки заняли гриффиндорцы — друзья и соседи Денниса. — Что это? — поинтересовалась она, глядя на младшекурсников. — Отдел больницы Святого Мунго. Занимаются заразными болячками, — чуть резче, чем следовало, ответил мальчик с веснушками. — И что? Они какие-то особенные? — Вообще-то, да! Они настоящие профи, — энергично ответил Уорик. В этот момент распахнулась дверь. Колдомедики, выдерживая безопасное расстояние, ввели Теодора и Панси. — Мерлин, вы тут! — облегчённо и радостно поприветствовала Анабель. Впрочем, Тео был не сильно довольным. — Мне нужно отлучится по делам, — флегматично, но твёрдо говорил он. — Я не могу проторчать тут всю жизнь. — Парень, это всё для вашего блага, — сурово произнёс мужчина-специалист. Паркинсон сжала его руку и прошептала так, чтобы услышал только слизеринец: — Он поймёт. Ты же не скрываешься. Нотт отрешённо кивнул и сел на свободную кровать, вальяжно взбив подушку. — Ты как? Болит что-то? — участливо поинтересовалась Анна. — Пока неплохо, — отозвалась Панси, снимая мантию и опуская рукава. — Как Драко? Борджиа отвернулась, сделав вид, что помогает брюнетке достать одеяло. — Его перевели в основную палату, ничего не говорят. Панси вздохнула. — Что за чёрт?! Появилось ниоткуда. Хоть бы этот Деннис очнулся, может скажет наконец, куда вляпался. Раздался треск, это Колин вскочил с кровати. — Он не при чём! Деннис просто болел, а потом это всё произошло. Он не знал! — Но тем не менее всё пошло от него. Так что, он явно знает больше, чем кажется, — бесстрастно ответила Паркинсон. Колин прокричал что-то ещё, явно неприятное для Панси, и снова лёг в постель, укутавшись в одеяло с головой. — Чокнутый, — заключила слизеринка. Последняя реплика Панси потонула в гамме цветов и звуков. Борджиа вдруг показалось, что воздух стал каким-то неестественно прозрачным, каждая пылинка видна, как на ладони. Звуки исказились, будто их пропустили через маггловский магнитофон. Панси встревоженно встала, но когда подруга подняла голову, то та с криком отскочила. Глаза Анабель походили на плод воображения сумасшедшего. Они покрылись пеленой, но сквозь неё было видно, как вздулись капилляры, как расширились зрачки. Однако самое главное — то, как Анна смотрела. Она вложила во взгляд всю злобу, презрение, безумство, раздражение и ещё море эмоций, не суливших ничего хорошего. — Чтоб ты сдохла, уродливая убийца! — эти слова прозвучали, разрезая тишину. Словно острый нож вонзили в подтаявшее масло. — Ч-что? — удивлённо спросила Панси, сдерживая слёзы. Кто-то из гриффиндорцев позвал подмогу. Целители прибежали, столпившись у входа. — Анабель, прошу тебя, не делай резких движений, — произнесла Глэдис, добавив уже шёпотом, обращаясь к молодой девушке, — Хелена, пробирку. Анна не отрывала взгляда от Панси. Тео встал, закрывая её спиной. — Что я вижу? — издевательски произнесла блондинка. — Тео, Тео… Странно, что после того, что между нами было, ты защищаешь свою маленькую дрянь. — Перестань, — предостерегающе произнёс Нотт. —… как мы трахались в твоей комнате, пока она выполняла грязные делишки Тёмного лорда. Панси побледнела, будто кто-то дал ей пощёчину. Она согнулась и всхлипнула. — Ты знаешь, что этого не было, — на удивление спокойно ответил брюнет. — Да? Я вот так не думаю. Вших. Пролетавший дротик не угодил в цель. — Оставь себе, Глэдис, — нагло усмехаясь, продолжала Борджиа. Она прошлась по комнате. — Грешники. Все вы грешники, жалкие, мерзкие существа, которые так хотят, чтобы их пожалели, — итальянка почесала локоть. Затем, схватив одного из младшекурсников, она прижала его спиной к себе. — Я буду жрать его плоть, если кто-то хоть на шаг приблизится ко мне! Положите свои палочки на пол. Живо! Целители тут же опустили волшебные инструменты, видно, никто не ожидал, что агрессия Анабель зайдёт дальше угроз. Борджиа впилась зубами в горло мальчика, откинув его в сторону. — Отвратительно невкусно, — констатировала Анна. Голова закружилась. Она и до этого чувствовала себя так, словно находилась под действием дурмана, но после крови ощутила ещё больший прилив сил. Кто-то вскрикнул и пытался подбежать к гриффиндорцу, чтобы оказать ему помощь. Но Анна сама отпихнула несчастного парня. — Записывай, — приказала заражённая. — Эйфория от человеческой плоти. Помощник мгновенно начал строчить. Панси обернулась к итальянке. — Персефона. Ты ведёшь себя, как она. На миг девушка будто очнулась. Вирус, проникший глубоко в мозг, атаковал разум. Но организм боролся и слизеринка почувствовала укол в сердце. — Я знаю, что ты чувствуешь себя отвратительно. Такая же была и Ланнистер, когда вцепилась мне в горло. Ты — это она. Лишь жалкая копия, пытающаяся украсть её величие. Анабель взревела и кинулась на Панси, однако колдомедики уже успели поднять волшебные палочки. Борджиа упала на спину, оглушённая Глэдис. — Не такая… — вскрикнула она. Затем наступила тьма.

***

Анна спала без сновидений. Точнее, так думала она. Девушка стояла в тёмной комнате, где не раздавалось ни звука. Лишь тихий шёпот временами нарушал тишину, но и он сошёл на нет. Итальянка силилась заорать, вызвать кошмар или попытаться проснуться, но ничего не изменилось: только тишина и тьма. — Аааа!!! Она резко поднялась, отчего закружилась голова. Хотела встать и кинуться прочь, но не смогла: кожаные ремни туго стягивали запястья и лодыжки, не давая возможности даже подумать о бегстве. — Анабель! Она повернула голову. И снова закричала. Справа от неё сидел Малфой. Весь его вид оставлял желать лучшего, однако он старался держать лицо и не показывать свою боль. Лицо юноши испещрили вздутые вены, левый глаз нельзя было назвать человеческим — он покрылся белой оболочкой и, казалось, его содержимое вот-вот вытечет. Двигался он совершенно свободно. Видимо, вирус перестал воздействовать на мозг и теперь уничтожал тело. Драко захотел приблизиться, но Анна отпрянула. — Не бойся, я не трону тебя. Девушка понимала, что он находится в сознании, но весь его образ пугал её. Она опустила глаза и разглядела на собственной коже похожие метаморфозы. Вены, чёрные и вздутые, проглядывали сквозь белую кожу. — Это происходит со всеми. Дай мне объяснить. Слова потонули в какофонии звуков, будто весь мир решил разом закричать. Вокруг неё сновали люди, кто-то плакал, кричал, смеялся и ругался. Всё вышло из-под контроля. Ряды коек уходили вдаль. Анабель подумала, что испытывает галлюцинацию, такое количество кроватей не могло поместиться в маленькой комнате. Драко позвал на помощь. — Нам нужны ещё люди. Экстренные в соседней комнате, на тридцать шестой обильное кровотечение, пятьдесят восьмой попытался вырвать себе зубы, — та самая девушка, которая пыталась успокоить Анну ранее металась между коек, раздавая указания. — Ч-что происходит? — Анабель пугливо дёрнулась. Уставший специалист затараторила: — Некогда объяснять, доверяй только Драко, он из переживших. Не разговаривай ни с кем. Нам некуда класть всех, поэтому пришлось совмещать стадии. Судя по тому, что ты очнулась, всё в порядке. Лежала ты долго, но с этим разберёмся потом. Назови полное имя и скажи сколько пальцев видишь. — Анабель Клариссия Борджиа. Семь. — ответила девушка. — Драко, развяжи её. Я приду, как только освобожусь. Малфой поспешно поднялся. Он нагнулся над кроватью, стараясь прикрыть волосами левую сторону лица. — Всё хорошо. Если она сказала, что ты пережившая, значит, всё в порядке, — блондин суетливо развязывал ремешки. — Объясни, что происходит. Ты меня пугаешь. Малфой пояснил: — Происходит эпидемия. Пятеро этих специалистов из Красного креста — отдел Святого Мунго. Пришлось вызвать подмогу, потому что в этой дыре начала происходить какая-то чертовщина. Ты пропустила худшую часть. — Что за эпидемия? Вирус распространился? — Да. Его не удалось сдержать карантином. Ученик за учеником, даже преподаватели — никому не удалось улизнуть. Мест не хватало, пришлось применить чары незримого расширения. Никакие связи мне не помогли отсюда выбраться. Тёмный Лорд знает об этом, он и велел сделать из Хогвартса тюрьму для всех больных, — Драко развязал Анну, шепча важные вести. Она потёрла запястья, а затем пошарила в тумбочке в поисках зеркала. — У каждого свои стадии. Вирус индивидуален и изменяет сознание по-разному. Хелена едва сумела остановить одного из Пуффендуя, дурак хотел разжечь Адское пламя. Сначала вирус атакует мозг, а затем тело. Мы из переживших, тех, что проснулись. Они называют это комой. Специалисты лечили нас от множества вирусов, но возвращались обратно после сна далеко не все. — Сколько? — Анна схватилась за голову. — Ты спала дольше всех. Столько раз я терял надежду, но заставлял себя верить. Я знал, что ты сильная, маленькая мисс Борджиа. Анабель обняла его. Так сильно и крепко прижала к себе, слово после долгой разлуки. Малфой усадил её на колени и заключил в кокон объятий. — Я знаю, что наговорил много лишнего. — Забудь. Это всё болезнь. Мне тоже стоит извиниться перед Панси. Драко побледнел. Анна отстранилась. — Скажи мне, что она проснулась вместе с Тео. Борджиа не хотела слышать его ответ. — Боюсь, у неё шансов почти не осталось. Она проснулась, но… Паркинсон из тех, кто очнулся плохо. — Что значит плохо? — Ты слышала Хелену, у некоторых бывают кровотечения. Отовсюду. Из глаз, носа, рта… Его не остановить магически, нет никакого способа. Они поддерживают её жизнь, но у Панси пара дней. Все те, кто проснулся плохо, не выживали больше трёх дней. Она осела на пол у кровати, трясясь от страха. — А остальные? Джинни, Невилл, Луна? — Вошли в кому недавно. Они из поздних заражённых, — прояснил слизеринец, с трудом сдержав гримасу презрения. Девушка потёрла глаза, это не могло быть правдой. Что случилось с Хогвартсом? И откуда взялась эта странная болезнь? Кто смог пронести хворь в замок незамеченным? — Этот Красный крест выяснил что-то о вирусе? — Немного. Он похож на естественный отбор, выживают не все. Они пытались сделать иммунитет сильнее, ставили опыты на Деннисе, но бестолку. — Деннис погиб? — Удивительно, но держится. Я бы предпочёл, чтобы он сдох вместо Панси. — Нет! Может, их эксперименты работают? Ведь Деннис ещё жив. — Он истекает кровью похуже Паркинсон. Блондинка закусила губу. Почему-то ей казалось, что и специалисты и преподаватели упускают важную деталь. Нужно начать с появление вируса в замке. — Драко, мы выглядим… Странно и пугающе. — Колдомедики дают зелье, оно справляется с этой стадией. Всё будет в порядке. Он как-то болезненно улыбнулся, тряся руку Борджиа. Словно эти дни превратили его в безумца. — Ты должен помочь мне. — Не влезай в проблемы. Они рыскали по всему замку, в каждой комнате. Ничего не нашлось. — Надо проверить нас, первых заразившихся. — И это проходили. Даже ставили эксперименты над мёртвыми телами, — уже тише добавил он. — Родителям учеников, конечно, не распространялись, но выхода не было. Малфой по-прежнему дёргался, но всё это было лишь следствием странного заболевания. — Впрочем, специалистам удалось что-то отыскать… — неопределённо промолвил Драко. — Слушаю. Он осёкся и заговорил тише. — Не хочу, чтобы эти осквернители трепались. — Ближе к делу! — У тех, кто уже умер проблемы с кожей. Это возникает после смерти, не могу сказать точно. — Может, трупные пятна или следы гниения? — Анна едва заметно поморщилась. — Нет, другое. Слышал, что тот громила из пяти говорил, будто кожа покрыта струпьями. — Но почему именно у мёртвых? Драко пожал плечами. — Вирусу удалось как-то выйти наружу. Хорошо, что успели подловить на территории, дальше не распространился. Умер только кальмар в Чёрном озере, местные жители — русалки, тритоны и прочие твари — эвакуированы на сушу. Пожиратели очищали озеро весь день, вытаскивали труп кальмара, но вернули обратно не всех. Анна усмехнулась. — Дай угадаю, тритонов забрали в казематы Тёмного лорда? — Немногих. Ему от них что-то надо. Итальянка вздохнула. — Они провели вскрытие? Что-то обнаружили? — Это комплекс заболеваний. Поражены все органы. В мозгу отсутствуют важные отделы… Какая-то чушь, такого быть не могло. Анна нахмурилась. — Как допустили, что вирус вылез наружу? — Никого не выпускали. Предположили, что кальмар мог заразиться ещё до карантина. — Смешно. Надо было бы потереться об него, чтоб наверняка. — Не знаю, но проверили всех существ, они не успели заразиться. Подошла Глэдис. — Здравствуй, как успехи, Анабель? — Спасибо, мне лучше. Я чувствую себя хорошо. Она вымученно улыбнулась и продолжила: — Скажу правду, силы на исходе. Многие умерли, многие выздоровели. Будто кто-то расчищает поле боя перед войной… Она нервно засмеялась. Странное поведение женщины не вязалось с её образом. — Мы сможем отсюда выйти? Вдруг они снова заразят нас, — возмущался Драко. —Боюсь, что сейчас непростое время, мистер Малфой. Но вам пока нечего бояться… Анна перебила словесный поток слизеринца. — Что вы сказали? Расчищает путь для войны? Глэдис, заполняя свиток, бросила Анабель: — Ах, это я так, к слову. Некогда великий полководец произнёс эту фразу, когда в стане воинов начался мор. Девушка замерла, лихорадочно соображая и соотнося факты в своей голове. — Может быть, одной из сторон выгодно на время вывести соперника из строя. Вдруг этот вирус занесли в Хогвартс? — Прекрасное слово, как нельзя кстати подходит к ситуации, — подчеркнула колдомедик. — Вирус отражает все симптомы инфекционных заболеваний, но его распространение похоже на яд, который атакует мозг. Струпья, конечно, классические для оспы, но мои коллеги так и не поняли, как могут быть совмещены совершенно разные заболевания. Ох, детка, да что я говорю… Выявление незнакомого вируса, инфекции крайне сложный процесс. Итальянка рассердилась. — Так почему вокруг этого чёртова озера до сих пор не снуют половина министерских работников? У вас целая туша кальмара для изучения! — Хотел бы я знать. Все уже похоронили нас, — поддержал Драко. Глэдис прикусила губу. На соседней койке Симус Финниган принимал лекарство от целителя, не переставая стонать. — Всё не так просто. Больница Святого Мунго уже работает над этим, однако никаких зацепок так и не нашли. Волшебники из отдела магических происшествий взяли пробы почвы, воды, всех растений. Но яд местной флоры не вызывает таких симптомов… Борджиа стукнулась об изголовье. — Мерлин, осторожнее, — махнул Драко Малфой. Глэдис как-то стушевалась, поправила несуществующие складки на мантии и произнесла: — Подростки вроде вас думают, что всё знают. Но мы опытные волшебники, никто не пропустит важную деталь. Анна поднялась с кровати, чуть прихрамывая. — Пропустили. Я знаю, в чём дело. И прошу вас не винить меня, потому что если я не сумею спасти Панси и остальных, то всё будет напрасно.

***

За Анабель гнались по меньшей мере восемь человек. Она обогнула коридор второго этажа и нырнула под картину, которая закрывала тайный ход. Волшебной палочкой, которую удалось стащить из кабинета Глэдис, она расчищала путь. Никто не поверит ей, пока девушка сама не покажет. Никто. Ей удалось мельком глянуть на Панси, находившуюся среди тяжело больных. Множество присосок и трубок было присоединено к телу, от этой картины Борджиа стало ещё страшнее. И это чувство подгоняло блондинку, каждая секунда могла стать последней. Неужели все студенты умрут, прежде чем специалисты догадаются, что это за болезнь? Сзади раздались крики, мелькали вспышки. Её нагоняли. Анна устало плелась, бежать девушка уже не могла. Еле добравшись до ворот, она попыталась их открыть. Но, видимо, Министерство магии серьёзно отнеслось к карантину. Слизеринка использовала несколько заклинаний, но когда те не помогли, то она взорвала двери. — Простите, я всё починю! — виновато крикнула Борджиа. В одной рубашке, удлиненной снизу, она бежала по лужайке. Снег лежал плотными сугробами. Когда она коснулась холодной земли, ступни буквально обожгло. Она бежала, стараясь не замечать, как немеют конечности, самое сложное ждало впереди. В этот момент Анабель пожалела, что бросила тот цветок в озеро. Белый клевер наверняка уже пошёл ко дну или его растрепали полуслепые гриндилоу. Но если есть возможность его найти, то девушка была готова на всё. Плотная корка льда, покрывающая озеро, не дрогнула, когда Анна тяжёлыми шагами прошла к центру. Присев в позе лотоса, она закрыла глаза и представила предмет: — Акцио белый клевер! Пару секунд ничего не происходило, но чуть позже она ощутила еле заметный толчок. Словно магия прорывалась наружу. — Депримо! Дефодио! Слизеринка увидела его. Тот самый странный цветок, который стал теперь главным подозреваемым. Но отверстие во льду оказалось слишком большим. Едва Анабель вытащила цветок из ледяной воды, как по озеру пошли огромные трещины. В воздухе раздался треск, не предвещающий ничего хорошего. — Беги! Молодой парень из Министерства магии, гнавшийся за ней вместе с остальными представителями, кричал с берега. Анна смотрела на озеро несколько секунд, а затем громко ойкнув, кинулась к берегу. Когда до суши оставалось немного, лёд обвалился. — Нет! Она нырнула под воду с головой. Снег, казавшийся ей чертовски холодным, был не сравним с ледяной водой. Горло сразу обдало льдом, словно его заморозили, руки быстро немели и плохо слушались. Борджиа вынырнула. Оставшиеся силы она потратила на то, чтобы зацепиться руками за глыбу. Дыхание прерывалось, каждый вдох отдавался болью в лёгких. — Давай руку, — призывно кричал молодой человек. Она протянула дрожащую ладонь и спаситель потихоньку вытащил девушку на берег. Она не могла нормально дышать. Работник Министерства трансфигурировал тёплый плед и укутал Анну. Цветок валялся рядом. Остальные волшебники уже приблизились к озеру. — Мисс Борджиа, вы будете подвержены… — Я нашла причину вируса! Нашла! Она трясла белым клевером. — Его яд, — итальянке всё ещё тяжело дышать. — Там что-то есть, изучите! Она отрывисто кричала, бросая улику к ногам Министерских. К ней наконец-то прислушались, аккуратно упаковав и изъяв цветок. Обессиленная слизеринка упала на руки молодому парню. Она выполнила свою задачу и смогла спасти друзей.

***

— Странно, что Макгонагалл тебя не оставила после уроков. Профессор Бабблинг всерьёз разозлилась на меня, когда я не успела подготовить доклад о современных рунических справочниках, — рассуждала Анна в Большом зале, накладывая кашу. Прошло некоторое время с момента эпидемии. Многие выздоровели, в том числе сама Анабель и её друзья. Жизнь возвращалась в прежнее русло. Невилл задумчиво потёр подбородок. — Дисциплина ужесточилась. Преподаватели в курсе, чем мы занимаемся после уроков, поэтому они жалеют нас. Но Кэрроу следят за всеми, теперь приставили ещё людей. Надо же как-то отыгрываться! — Я боюсь, что Алекто или Амикус распалятся и пустят в кого-то смертельное заклинание. — Не думаю. Им здорово влетит, если пострадает чистокровный. Слышал, что наш великий лорд бережёт чистокровок. — Зато осквернителям и полукровкам достанется нехило. — Это точно. У них теперь новая тактика: запугивать родных. Здорово работает и наоборот. Я всерьёз начал переживать за бабушку. — Гарри рассказывал, что она крепкая старушка. Не волнуйся, у неё есть, чем угостить этих дрянных Пожирателей. Они с ненавистью взглянули на Долохова, который вальяжно разложил ноги на столе, уплетая завтрак. — Животное, — прорычал Долгопупс. — Скоро настанет наше время и они пожалеют, — твёрдо ответила Анна.

***

Поместье Борджиа, царившее в запустении после смерти молодой наследницы, снова ожило. И хоть Анна редко посещала его и больше не жила с родителями, она с уверенностью могла назвать его своим домом. Домовики изрядно поработали, вернув ему былое величие. Внутри дома всё сверкало чистотой, специально к приезду гостей. Дориан вышагивал по столовой, раздавая указания. Он был слегка напряжён и в то же время невероятно окрылён. Приподнятое настроение парня объяснялось прибытием семейства Гонсалес. — Наконец-то, мы их нашли, — бормотал он под нос, когда мать спустилась вниз. Пару минут спустя на пороге дома Борджиа стояли дорогие родственники. Мистер и миссис Гонсалес заметно изменились. Подобным образом выглядели все, кто находился в бегах. Это было привычным состоянием в такие времена. Разговорившись, они поведали Борджиа страшную тайну. — Парцифаль затаил злобу на нас. Уж не знаю, чем мы ему насолили, но он так рьяно искал вашу дочь, — тараторила миссис Гонсалес. — И уже нашёл. Не представилось случая отомстить ей, но он так и ждёт, когда она станет не нужна Тёмному Лорду. Уж тогда он займётся ею основательно, — с пренебрежением высказалась Мелисса. — Вы всегда можете на нас положиться, Лео, — пообещал мистер Гонсалес. — Мы сделаем всё, что в наших силах. Женщина усмехнулась. — Боюсь, что это врагам будет нужна помощь. Красавица Анабель… Она и сама уничтожит, если захочет. Чрезвычайно волевая малышка, — любовно добавила она. Борджиа усмехнулись. — Поведайте-ка нам, что произошло со старым добрым Хогвартсом. Слышал, там беда, — поинтересовался итальянец. Леонардо устало махнул. Дориану пришлось рассказать всё вместо него. С минуту Гонсалесы тупо глядели друг на друга. — Инфекция? — недоуменно повторила миссис Гонсалес. — Она самая, — кивнула Мелисса. — Демон снова чуть не убил нашу дочь. — Ну, так просто она не сдаётся, — твёрдо возразил мистер Гонсалес — человек, знавший детей Борджиа с самого детства. Родители усмехнулись. — Какие планы на будущее? Если оно вообще возможно. — Мамма-миа! Мы и сами не знаем. Благо, наши сын уже взрослый и сам может о себе позаботиться, а мы уж как-то выкарабкаемся. — Простите нас, — взмолилась миссис Борджиа. — Мы не хотели, чтобы проблемы нашей семьи затронули и вас. Лео иногда поддерживает связь с Орденом Феникса. Может, попросить, чтобы вам дали убежище? Говорят, Дамблдор лично следил на тем, чтобы обезопасить невинных. — О нет, Мелисса, не стоит. Мы семья, в наших жилах течёт кровь общих предков. Она взяла руку миссис Борджиа и сжала её. — Не только мы находимся в бегах. Большинство чистокровных семей, которые не хотят быть в его услужении, вынуждены покинуть родные места. Всё только начинается. Скоро весь мир погрязнет в хаосе, — миссис Гонсалес вознесла руки к небу, беспомощно качая головой. — Единственное, что сейчас важно — беречь наших детей. Они в большой опасности, — согласился её муж. — Дориан, Анабель особенная сеньорита, за ней нужно присматривать. — Несомненно, — блондин поднял бокал красного вина. — За победу! Две семьи хором повторили: — За победу!

***

После происшествия в Хогвартсе Снегг постановил ужесточить дисциплину. Кэрроу, ответственные за порядок, не преминули воспользоваться своим положением. Жизнь Анабель вернулась в прежнее русло. Странно было сознавать, что всего пару шагов отделяли её от смерти. Опять. — Ты помнишь сны? — она гладила Драко по руке, лёжа у него на груди. — Когда инфекция поразила мозг. Он хмыкнул. — Я потерял счёт времени. Но помню одно: мне всё время было холодно. — А у меня тьма. Мгла. Так черно, что глаза не могли привыкнуть к темноте. Он прижал её к себе. — Постоянно смотрел за тобой. Ты так долго не приходила в сознание. Последний раз я ощущал подобное… Драко осёкся, но Борджтиа ответила за него: — Когда я умерла. Всё нормально, понимаю. — Что ты чувствовала в этот момент? В то лето я не мог думать ни о чем, кроме того, что тебе было больно и ты умерла в мучениях. Мне всегда было плевать на собственную жизнь и смерть, но тогда я струсил как девчонка. Подумал, что могу помочь тебе. Она глубоко вздохнула. Нужно об этом говорить и почаще. Тогда Анабель будет легче принять и забыть. — Я слышала всех. Наверное, после смерти ты обретаешь покой и можешь только наблюдать за любимыми. Хуже всего видеть родителей и близких. Как вы все рыдали над гробом… Я помню, что сумела прийти на собственные похороны. Сначала кричала и билась в истерике, потому что меня никто не видел и не слышал, а потом просто наблюдала. Если я что-то и знаю о той стороне, то думаю, родным не стоит переживать постоянно. Слёзы матери и её состояние рвали мне душу. Я была в заточении и мне снова и снова приходилось переживать всё, будто бы она тянула меня обратно, а я сопротивлялась. — Настоящие родители всегда будут любить тебя, — как-то горько ответил Драко. Она приподнялась на локтях и взглянула ему в глаза: — Что значит настоящие? Драко закрыл глаза и притянул её обратно. — Мои не стали бы рыдать, — выдал он. — Мёртвым слезами не поможешь. Они нужны живым. — Да, но мои привыкли быть холодными и равнодушными. Не представляешь, как я всегда удивлялся… Мать с утра до ночи держала осанку, никогда не горбилась. С самого детства она несколько часов сидела прямо, чтобы выработать привычку. — Аристократия Англии своеобразна. — Она жестока, называй вещи своими именами. Я знаю много благородных семей из Франции, Америки, Германии, Австрии, даже Болгарии, Сибири. Но нигде нет таких правил — глупых и ненужных. — А что ты считаешь важным? Уметь надевать маску? — Я думаю, что скрывать эмоции должен каждый. Мы были бы неуязвимы, если бы нами не руководили чувства. Моя маска приросла к лицу, я привык надевать её раньше, чем научился разговаривать. Блондинка качнула головой. — У меня похожее детство. Я всегда была бездушной куклой, и это вызывало сомнения и слухи. Итальянцы не могли понять, почему я держалась чопорно и отстранённо. Но я знала, что никогда не смогу иметь друзей, потому что всегда рискую быть разоблачённой. Моя кровь — моё проклятье. — Да, моя кровь и моё проклятье, — повторил Драко.

***

Дориан сидел на тумбочке, свесив ноги вниз. — Прекрати уже шаркать, раздражает, — взвыла Анабель, хлопая парня по колену. Он ловко перехватил её руку, поднялся и закружил в вальсе. — Что ты делаешь? — смеялась сестра, пока брат выполнял очередной пируэт. — Мы же идём на бал, а на балу все аристократы танцуют. Борджиа сразу убрала руку. — Ну, а чернь кланяется в ноги и подтирает слюнки важным особам, — продолжила девушка. — Домовики — не чернь. — Магглы тоже? — Не думаю, что у Тёмного Лорда такое раздутое эго. — Конечно, они не будут убирать огрызки со стола. Он подвесит их за лодыжки и каждый, кто захочет поиздеваться или развеять скуку, сможет дать им пару тумаков. Быть слугами для них слишком большая роскошь. Дориан сжал челюсть, выступили желваки. — Ты утрируешь. Не волнуйся, если до этого и дойдёт, то мы всей семьёй исчезнем оттуда быстрее, чем он щёлкнет пальцами. Анна осела на кровать. — Больше всего я боялась именно такого расклада событий. Тёмный Лорд должен либо убить их, либо завербовать. Другой вариант означает, что у него есть коварный план. — Тебе не приходило в голову, что он таким способом пытается переманить их? Мы из Италии, Бель, там всегда поддерживали тесную связь с магглами. Она вздохнула. — Тогда я ещё больше его не понимаю. Родители, конечно, влиятельные волшебники, но не настолько, чтобы интересовать его. — Думаю, так он пытается с тобой сотрудничать. — Зачем? Тёмный Дорд в любое время может получить моё сердце или же высосать всю кровь. — Вдруг ты как Гарри Поттер. — Тогда у него ещё больше поводов для убийства. В конец концов, Дориан сдался и просто пожал плечами. — Что говорят родители? Мама уверяет: всё хорошо, но даже сквозь письмо я чувствую, что она нервничает, — боязливо поинтересовалась сестра. — Так и есть, это не может не вызывать подозрений. Но родители отказались от убежища, когда Дамблдор был при жизни, да и сейчас Орден Феникса посылал им неоднократные письма с предложением помощи. Ты на хорошем счету у своих знакомых и их родителей, — он подмигнул Анабель. — Бежать и скрываться не имеет смысла, это означало бы, что они выбрали одну из сторон, но держать нейтралитет сейчас опасно, можешь попасть под перекрёстный огонь. Анабель закусила губу: — Всё сложнее и сложнее. — Главное найти подходящее решение. Отец связался с Орденом, те предложили ещё один вариант: стать двойными агентами. Работёнка не из лёгких, но только так они смогут держать относительный нейтралитет. — Чушь, Тёмный Лорд отличный легилимент. — Пока он не предложил им стать Пожирателями смерти, присматривается. Да и Парцифаль под рукой не даёт покоя. Родители поставят ультиматум — они станут верными союзниками, если Парцифаль не будет угрозой и перестанет быть важным для него. Анна расхохоталась. — Хочется и плакать и смеяться. Ультиматум… Одно это слово приведёт его в ярость и заставит убить их. — Подумай, что они могут предложить? Если влиятельные люди имеют статус и авторитет, то легко могут найти нужную информацию, дать те связи, которые необходимы, собрать верных сторонников, а те ещё и ещё. И всё это взамен на безопасность от одного его сторонника, в конце концов, они могут помочь дискредитировать Парцифаля и доказать ему, что у него другие цели. Дориан энергично размахивал руками и жестикулировал. Глаза Анны приобрели яркий жёлтый оттенок — она заинтересована. — Что-то в этом есть, но план шаткий, на грани осуществления. — Приходится довольствоваться тем, что есть. — Но как они вышли на него? Просто отправили ему душевное письмо? — подозрительно спросила сестра. — О, нет. С тех пор, как ты покрасилась в блондинку, совсем разучилась думать! Анна швырнула в него подушку. — Ты от рождения такой! Так что, я бы поспорила, кто из нас глупее! — О, я закончил Когтевран, дорогая. До меня давно дошло бы, что делать первый шаг — опасно. Особенно от тех, кто никогда не стремился с ним сотрудничать и чья дочь находится под его влиянием. Тёмный Лорд пригласил их на бал, и это действие сподвигло родителей придумать срочный план. Видимо, жест доброй воли сразу вызвал у них подозрение. Борджиа растерянно опустила руки. — Действительно… — протянула слизеринка. — Я бы тоже заподозрила неладное. — Он непредсказуем, поэтому к балу и встрече с ним стоит подготовиться основательно. Просто так приглашения не присылают, да и отказ означал бы пренебрежение и личное оскорбление. Анабель поджала губы, но согласилась. — Всё это как-то сыро и нестройно, план плохо вяжется с реальным осуществлением. — Не слишком об этом думай. Чем естественнее ты себя ведёшь, тем меньше подозрений. У нас один выход — проверить теорию в действии. — И что ты подразумеваешь под естественным поведением? Пресмыкаться перед ним? С минуту поразмыслив, Дориан ответил: — Страх. Тёмного Лорда нужно бояться.

***

Мягкие хлопья снега неторопливо опускались на землю. Тысячи снежинок атаковали Шотландию, укрывая её плотным белоснежным одеялом. Поместье Борджиа, украшенное к наступающему Рождеству, сверкало чистотой и блеском. — Карла! — нетерпеливо позвала миссис Борджиа. — Да, сеньора, — послушно откликнулась служанка, в считанные секунды представ перед хозяйкой. — До позднего вечера мы покидаем поместье. Передай на кухню, что рождественские блюда должны быть готовы к празднику. Без опозданий! Карла кивнула и покинула залу. Разминувшись с домовиком, по лестнице спустился Дориан. Он был одет в дорогой смокинг чёрного цвета с классической бабочкой и тёмной мантией. — Не понимаю, зачем везде развесили эту омелу? Пахнет лесом, не люблю этот запах, — ворчливо произнёс Борджиа-младший. — Это дань празднику. За окном может происходить, что угодно, хоть война миров, но пока мы в силах сделать хоть что-то для хорошего настроения, будем пытаться, — нравоучительно ответила мать. Вслед за Дорианом спустился Леонардо, который в качестве наряда на бал решил выбрать смокинг стального цвета, в тон своим глазам. — Омела… Как прекрасно! Чрезвычайно много воспоминаний. — Брось, ты же художник. Вы, служители искусства, всегда во всём видите прекрасное, — саркастически передразнил Дориан. Борджиа-старший лишь усмехнулся и приобнял жену. — Когда и у тебя будет та, которую ты сможешь целовать под омелой, будешь развешивать её везде, где только можно, — он издевательски подмигнул сыну и притянул Мелиссу к себе. Сын закатил глаза. Последней спустилась Анабель, которая надела длинное платье чёрного цвета, с полупышной асимметричной юбкой. Лиф имел достаточно глубокий вырез, который блондинка подчеркнула изящным украшением с драгоценным камнем. — Ты очаровательна, детка, — просияла мать, облачившаяся в изумрудное платье А-силуэта и перстнем с фианитом на безымянном пальце. Обе женщины надели перчатки, как того требовал дресс-код. Дориан снова усмехнулся. — Решили нацепить на себя все украшения, что имелись в доме? — Стереть бы тебе эту гаденькую улыбочку, — процедила сестра. —Будь аккуратнее с тем, что ешь, а то вдруг кто-то решит подлить тебе зелье-слабительное. Родители прыснули. Анабель победно хмыкнула и двинулась к выходу. — Так держать, — язвительно ответил Дориан. Трансгрессия прошла успешно. Новая резиденция Волдеморта, расположенная в особняке Лестрейндж, не могла не поразить роскошью убранства. Поместье аристократов, славившихся своей чистой кровью и древностью рода, имело шикарный вид. С каждым хозяином особняк расцветал и становился средоточием тёмных сил. Ни один потомок древнего рода не отличался добродушием, гостеприимством и мягким нравом. Вот и теперь нынешний хозяин — Рабастан Лестрейндж — почтил за честь решение Волдеморта сделать из его поместья резиденцию. — Это что такое? — поинтересовалась Борджиа, указывая на дорожку. — Судя по всему, гравий, — задумчиво проговорила Мелисса. — Зимой?! — Гравий из перемолотых костей, — констатировал Дориан. — Анна, смотри вперёд и улыбайся, за сегодняшний вечер ты увидишь много чего странного. Глаза итальянки засветились коричневым цветом, она гордо прошагала мимо, сжав кулаки. — Успокойся, коричневый не идёт под цвет твоего платья, — меланхолично посоветовал старший брат. — Я в ярости, — по слогам ответила она. — Держи маску и скрывай эмоции. И он, и Парцифаль, и остальные змеи сделают всё, чтобы вывести нас из себя и уничтожить. Играй, будь хитрой и изворотливой, будь слизеринкой, чёрт побери, — выдал Дориан. — Диктуй свои правила, мы не можем потерять родителей и друг друга. Он сжал её руку. Он всегда рядом с ней. Анабель закрыла глаза и выдохнула, затем сделала шаг и ещё один. Пустив в глаза врагов флёр, сделала вид, что находится в предвкушении интересного вечера. — Идите вперёд, — тихо проговорил Леонардо. — Мы вас нагоним. Нужно переговорить с некоторыми… людьми. Осваивайтесь. Брат с сестрой двинулись дальше. Поместье Лестрейндж, выполненное в стиле барокко, выглядело внушающим и роскошным. Усадьба передавалась по наследству от отца к старшему сыну, поэтому обитель древнейшей аристократии всегда носила отпечаток своего хозяина. Судя по всему, Рабастан довольно небрежен — поместье выглядело богато, но запущено. Колонны и арки увиты плющом, а стены покрыты потрескавшейся краской. Но тем не менее, резиденция Волдеморта выглядело величаво, под стать новому повелителю. Дориан и Анабель вошли в поместье, брат галантно придерживал девушку за локоть. — Мистер и мисс Борджиа-младшие! — провозгласил вышколенный слуга, стоящий у входа и встречавший гостей. Взяв у них верхнюю одежду, он удалился. Бал начался. Почти все гости уже прибыли и тотчас обратили внимание на итальянцев. Анабель гордо подняла голову, стараясь держать осанку ровной, Дориан лишь ослепительно улыбнулся, показав свою визитную карточку, чем очаровал женскую половину праздника. — Начал с козырей? — еле слышно произнесла блондинка. — Надо же кому-то в семье быть чуточку приветливым и улыбаться. — Не в том месте разбрасываешься талантами. Сестра высвободила руку и бодрым шагом двинулась вглубь залы. Зазвучала тихая музыка, вероятно, что-то из классики, для блондинки она осталась лишь приятным фоном. До столика с напитками оставались считанные шаги, когда перед девушкой выросли трое. Мужчина с жёсткими каштановыми волосами, белоснежная улыбка которого выглядела скорее плотоядной, чем приветливой, поклонился. — Рад приветствовать вас в моём скромном доме, мисс Борджиа, — произнёс он. Анна сделала лёгкий реверанс и протянула руку, чуточку нахально подняв бровь. — Мистер Лестрейндж, это честь для меня. Я как раз искала вас, чтобы поприветствовать и поблагодарить за роскошное убранство вашего поместья. Для меня, как для ценителя прекрасного, чрезвычайно приятно лицезреть это произведение искусства. Рабастан усмехнулся, мгновенно уловив фальшь в её голосе. — Что вы, не стоит. Я слегка запустил обитель моих предков, но уверен, теперь всё изменится. — Не сомневаюсь. Не представите мне ваших спутников? — Борджиа перевела взгляд на женщину и мужчину, судя по всему, они были парой. Рабастан проговорил: — Ах да, это мой брат — Рудольфус Лестрейндж со своей супругой Беллатрисой. Мужчина с длинными спутанными волосами такого же цвета, что и у брата, поприветствовал девушку. Нездоровый цвет лица свидетельствовал о том, что Пожиратель смерти болен, и серьёзно. Беллатриса же, наоборот, светилась от счастья. Казалось, весь страх, смущение, ложь питали эту женщину, придавая её жизни смысл. Пышная копна тёмных волос скрывала острые скулы и выдающийся лоб. Затянутый до предела корсет подчеркивал и без того тощую фигуру женщины. Она не стала церемониться и быстрым движением притянула Анабель к себе, проговорив ей на ухо: — Очень рада видеть в своём доме Борджиа. Вы для меня огромный секрет, дорогуша, не разочаруй повелителя. Отпустив ошарашенную слизеринку, Беллатриса сказала уже громче: — Я многого ожидаю от этого вечера, надеюсь, мы будем видеться чаще, друг мой. Хищно облизнувшись, она подняла подол платья и бросилась наутёк, к другим гостям. — Простите Беллу, — просто выдал Рудольфус. — Она сама не своя во время беременности. Анабель раскрыла рот, позабыв об этикете. — О, я… Мои поздравления, — она обернулась, всё ещё глядя на корсет Пожирательницы смерти. — Уверена, ребёнок будет счастливым. Рабастан и Рудольфус поклонились и отправились восвояси. Анна наконец нашла взглядом Тео. Плюхнувшись на изящную кушетку, гостья подозвала слугу: — Пунш, пожалуйста. И пару бокалов шардоне, если можно. Запуганный прислужник быстро кивнул и убежал выполнять поручение. — Ай-ай-ай, вечер только наступил, а ты уже напиваешься, — пожурил Теодор. — И тебе пламенный привет, — вздохнула Анабель. — Как тебе семейка Лестрейндж? Не сгрызли, пока здоровались? — Я вовремя закрыла пасть. Хотя должна признать, что Белла удивительная. — Ты почти сделала ей комплимент. Обычно её называют жестокой стервой или сумасшедшей. — Вовсе нет, она милая. Есть что-то притягательное в её безумии. — Уже разболтали тебе о будущем наследнике? — Ага, на то и рассчитывали. — Что-то я сомневаюсь, что Рудольфус… — Я тебя поняла, сиди тихо. Нам не нужны проблемы. Теодор согласно кивнул и опустошил бокал. — Что пьёшь? — Водку. Анна одобрительно хлопнула его по плечу и улыбнулась. — Рада тебя видеть. — Я тоже, но мне пора. Ещё увидимся, мисс Анабель Борджиа. После разговора с Ноттом остались приятные впечатления, она глупо улыбнулась и поправила складки платья. Даже спустя столько месяцев слизеринец положительно влиял на её настроение, пусть поведение его сильно настораживало. Начался бал. Ведущие Пожиратели смерти открывали торжество, плавно кружась под мелодию оркестра. Анабель нашла родителей и теперь они с Дорианом глядели, как мужчины и женщины изящно кружатся в танце. С краю танцпола блондинка заметила родителей Драко. Аккуратными движениями Люциус галантно вальсировал, поддерживая Нарциссу. — Посмотри на этих, — шепнул Дориан, указывая на левый фланг танцующих. Действительно, это была необычная пара. Амбициозность и харизма мужчины и женщины выдавали непокорных особ. Если бы Анабель не встретила их в такой обстановке, то наверняка восхитилась гордыми осанками, презрительными взглядами и языком тела, который так и кричал о свободе и самодостаточности. — Кто они? — поинтересовался Дориан. — Шелби и Изольда Бёрк, — небрежно ответил Леонардо. Дочь заметила с какой интонацией отец произнёс эти имена. Видимо, они отличались свирепостью по отношению к магглам. Квикстеп и венгерский вальс пролетели незаметно. Борджиа-младшая совершенно не участвовала в бале, отдавая предпочтение напиткам. — Панси, нельзя столько пить, — произнесла девушка, одолев свой пунш и шардоне. — Уф, давай сделаем передышку. Мои вон как зажигают, — Паркинсон указала на пару, которая резво двигалась на танцполе. — Не уметь танцевать — это позор, — выдохнула блондинка, надкусывая клубнику. — И правда. Хоть такие балы бывают и не часто, но раз в несколько лет можно размяться. — Ты уже танцевала? — Да, быстрый фокстрот — мой любимый танец, потащила Тео сразу, как услышала музыку. — Я виделась с ним. Как он? Ничего? — Борджиа старалась быть ненавязчивой и равнодушной, но от Паркинсон нельзя было ничего утаить. — Он тоже спрашивает о тебе. Мы обязаны своей жизнью… — Пожалуйста, не хочу вспоминать тот кошмар, стараюсь забыть его как страшный сон. —Ладно, тогда пропущу самую сопливую часть, — Панси весело рассмеялась и отпила вина. — Я собственно о чём. Думаю, вам с Теодором нужно поговорить. — Паркинсон, это в тебе алкоголь говорит. — Брось, я только разогрелась. Пару бокалов не смогли бы заставить меня сказать такие умные вещи, — она упала на руки Анны и засмеялась. — Острожно, держи лицо. — Всё равно Тёмного Лорда здесь нет. Могу я хоть немного нарушить этикет. Борджиа отпустила Паркинсон и встала. — Схожу подышать воздухом. Она быстрым шагом направилась к балкону, с которого открывался изумительный вид на вечерний пейзаж южной Шотландии. Блондинка поёжилась от зимнего холода, но мороз обжигал и отрезвлял. Ветер обдувал лицо. Она размышляла о проведённом вечере, который оставил положительные эмоции, если не считать странное поведение Беллатрисы. Однако сердце было неспокойно, чутьё подсказывало: всё не так просто. Властное движение прервало мысли. Приятный парфюм, оставляющий за собой шлейф, словно обладатель аромата подчиняет себе всё вокруг. Рука неизвестного удобно устроилась на её талии. — Выглядишь превосходно, мисс Кучапроблем, — этот голос она не могла спутать ни с чьим. Анабель обернулась. Одной рукой Малфой обвил её талию, а вторую положил на спину, прижав её к себе. Он был одет в тёмно-вишнёвый смокинг с золотыми вставками, аккуратно уложенные волосы поблескивали в отражающемся свете. — Дьявольски хорош, — промолвила Анна, поднимая голову и оценивающе глядя на молодого человека. — Взаимные подобострастия окончены? — вежливо поинтересовался Драко, заправляя прядь волос девушки за ухо. — Ох, этот жест, — она двинула головой вслед за его рукой. — Будто очередной донжуан собирается меня соблазнить. Они рассмеялись и двинулись к столику. В это время Паркинсон ворковала с каким-то молодым человеком, который подавал ей безалкогольные напитки и, не стесняясь никого, весело хохотал. Итальянка кашлянула, выдавая своё присутствие. — Прошу прощения, милая сеньорита, — спохватился парень. — Анабель Борджиа, рад приветствовать. Драко недоуменно глянул на него. — Моё имя Калеб Бёрк. — О, я видела ваших родителей, — Анна протянула руку, молодой человек галантно поцеловал её. Периферическим зрением блондинка заметила, как слизеринца передёрнуло, но он сохранял самообладание. — Позвольте угостить вас напитком, — предложил Бёрк. — Спасибо, я буду пунш. Пока Калеб разыскивал слугу, Драко по-собственнически зарылся носом в волосы спутницы, итальянка от неожиданности покраснела. — Скажу один раз, — он шумно выдохнул, прижав её сильнее. — Мне не нравится Бёрк и то, как он обхаживает мою девушку. Красавица удивилась. — Твою? Кажется, я пропустила этот момент. — Будь повнимательнее, Анабель. Анна открывала и закрывала рот, не зная, что ответить. — Ууу, провокатор. — Умеешь танцевать? — он вдруг посерьёзнел. — Конечно, что за вопросы?! — Танго? — Да! — Удивительно, у тебя же обе ноги левые, странно было бы предположить, что ты хорошо двигаешься. — Ох, ты опять меня провоцируешь. — Именно. Приглашаю тебя на танго, мисс Борджиа. Раздалась характерная музыка. Анна принципиально согласилась, чтобы утереть нос заносчивому Драко. Пар, решивших исполнить танго, было не так много. Когда Анабель в сопровождении Малфоя встала в позу в сердце танцпола, молодые люди привлекли всеобщее внимание. Дориан еле сдерживала смех, глотая хихиканье, Мелисса и Лео удивлённо наблюдали, воздерживаясь от комментариев. Лицо же Нарциссы и Люциуса светилось от удовлетворения. Блондинка откинула полы платья, эффектно затмив соседнюю пару. Она встала ровно, гордо выпрямив спину и чуть вздёрнув подбородок. Драко усмехнулся и положил руку чуть ниже лопаток, Анна приняла соответствующую танцу позу и накрыла его шею ладонью. Танец начался! Итальянка грациозно перемещала носок каблука, двигаясь по оси. Драко резкими, но в то же время плавными, движениями кружил её в танце — медленно, медленно, а затем ускоряясь. Кто-то восхищённо ахнул. Анабель знала: все взгляды и рукоплескания принадлежат им, что ещё больше подстёгивало. Малфой играл с ней. Он нарушал ритм танца и вновь восстанавливал, совершая с её телом невероятные движения. Игривая музыка добавляла танцу страсть и интригу. Анна обогнула его бедро и согнула ногу, плотно устроившись на мужчине. Драко схватил её за внутреннюю часть ноги и слегка приподнял, она закружилась и оказалась зеркально ему. Слышалось тяжёлое дыхание, глаза пробежались по взбухшей венке на лбу. Ногтями она вцепилась в его шею и надавила. — Заводишь? — Сдавайся. Танец подходил к концу. Анабель сделала последнее круговое движение и топнула ногой, запрокинув вторую на бедро парня. Малфой протянул руку и провёл ею вдоль шеи девушки, заставив её опустить голову вниз. Раздались рукоплескания, зрители совершенно не скупились на аплодисменты и свисты. Борджиа нашла взглядом Дориана и тот поднял бокал, одобрительно качнув головой. Малфой всё ещё придерживал её. — Могла бы и вовсе придти без одежды, — недовольно заметил он. В голосе чувствовалась сталь. — Что? — невинно спросила партнёрша. — Твоё декольте не соответствует дресс-коду, слишком вульгарное. — Прошу прощения, в следующий раз я обязательно спрошу ваше мнение, мистер Малфой. — Я всего лишь хотел сказать, что не обязательно выставлять на показ то, что и так видно невооружённым глазом. — Мастер завуалированных фраз. В этот момент все замерли. Казалось, будто исчез сам воздух. Раздались хлопки, сначала негромкие и далёкие, а затем явственные. По правую сторону от оркестра располагалась аналогичная платформа, внезапно по воздуху прошла рябь, а затем чары спали и Анабель еле сдержалась, чтобы не крикнуть. Волдеморт собственной персоной явился на праздник аристократии, точнее, он его и не покидал, инкогнито наблюдая за весельем его соратников. Лицо тёмного волшебника не выражало абсолютно ничего, словно он этого и добивался. Повелитель медленно подходил к танцполу, не прекращая хлопать в ладоши. Взмах палочки. Всё вокруг, включая столики с напитками и закусками, исчезло, остались пару длинных дубовых столов с жёсткими скамьями. — Прошу вас, дорогие гости. Вы, наверное, утомились танцами. Отдохните. Его реплика звучал издевательски. Мёртвая тишина сопровождала бал, оркестр давно замолк. Лишь трое были непомерно довольны: Рабастан, Рудольфус и Белла. Они с самого начала знали, что хозяин наблюдает за торжеством, изучает каждого Пожирателя смерти, его поведение и характер, как он ведёт себя в непринуждённой обстановке. — Признаться, я не увидел сожаления в ваших глазах. Меня не было на этом празднике, а вы ощущали себя прекрасно, — сейчас Тёмный Лорд похож на обиженную школьницу, которой не уделили достаточного внимания. Остановившись около Панси, он продолжил: — Отрадно наблюдать за тем, как вы счастливы. Конечно, многие из вас испытывают страх при виде меня. Что ж, это естественно. Однако я доволен, человеческие пороки, игры и козни — признаться, не думал, что способен лицезреть такое многообразие грехов, вы превзошли все мои ожидания! Панси пошатнулась, готовая упасть вперёд головой. Однако Волдеморт приблизился к чете Борджиа. — Вы вели себя достойно. Я ни разу не пожалел, что пригласил представителей благородного и знатного рода на мой скромный праздник. Правда, иногда мы совершаем ошибки молодости, которые непростительны взрослым. Он остановился около Анабель, приблизившись вплотную к её уху, девушка услышала шипение. — Каково вам, моя дорогая? Быть в центре внимания и упиваться этим моментом? Это же не первый ваш дебют. Тёмный Лорд не требовал ответа. Он утверждал. — Прекрасный танец, исполненный чувствами. Однако они опасны для вас, однажды эти самые сантименты сыграют с вами злую шутку. Позвольте заметить, вы прекрасно смотритесь в союзе с Драко Малфоем. Анна постаралась придать голосу твёрдость. — Молодость всё прощает. Эти слова рассмешили Волдеморта. Его смех — раскатистый и надрывный — заполнил залу, отдавшись эхом. — Молодость… Чудесное время для вас. Главное, не зайти слишком далеко. Анна дрогнула, уловив акцент на последние слова. Он продолжал: — Меня чрезвычайно тронула ситуация в Хогвартсе. Я милосерден и погибель детей, носителей чистой крови, признаться, взбудоражила и меня. Расскажите нам, Анабель, что же произошло в замке? Волдеморт не отходил от девушки, прохаживаясь за её спиной. Лео и Мелисса Борджиа равнодушно смотрели на эту картину, равно как и Дориан, они превосходно владели собой. — Мой Лорд, позвольте мне объясниться, — влез Кэрроу. — Я разве давал слово тебе? Амикус вмиг стушевался и замялся. Волдеморт повернулся к итальянке. — Персефона Ланнистер, — её голос дрожал из-за тяжёлых воспоминаний. — В комнате Хогвартса остался прощальный подарок — белый клевер, заражённый оспой и ядом. Блондинка не видела лица Тёмного Лорда, однако ощутила лёгкое, секундное напряжение. Затем он задумчиво проговорил: — Как интересно. Персея всегда была взбалмошной, это вполне в её духе, мисс Борджиа. Хотя должен признаться, союзник из неё не самый лучший. Волдеморт наконец двинулся дальше. Анна выдохнула, закусывая губу. Реддла нисколько не интересовали жизни студентов, ему важнее было узнать, что думает по этому поводу Анабель. — Снегг… Северус восседал в начале стола, по правую руку от Волдеморта. — Да, мой Лорд. Они принялись разговаривать о последующих миссиях, о том, какие международные связи лучше подключить. У Борджиа было время отвлечься и уйти в свой мир. Раздалось шипение. Мерзкое, скользкое чавканье сопровождало огромную змею, которая неторопливо ползла по зову хозяина, она вела себя агрессивно и пыталась напугать гостей. Блондинка давно присматривалась к этому существу. Она напоминала её питомца — Плюшку. В детстве итальянка серьёзно увлекалась змеями и подобными им существам. Так что, знала много интересной информации. Но сильнее всего Борджиа любила легенду о маледиктусе — волшебнике, чья кровь проклята от рождения. В конце концов, несчастный должен был превратиться в животное и навсегда утратить человечность. Почему-то Анабель считала, что её судьба схожа с проклятым. Она ведь тоже вынуждена быть носителем необычного Дара, который невероятно опасен, нежели полезен. Вот и сейчас Бель внимательно присматривалась к Нагайне. Конечно, осторожно, чтобы животное не обратило на неё внимание и, чего доброго, не вздумало напасть. «Глаза… Такой осознанный взгляд, словно её заперли в клетку. Как и меня тогда, во времена Персефоны». От раздумий слизеринку отвлёк Волдеморт: — Всё таки я хочу почтить ещё одних наших гостей. Шелби и Изольда Бёрк с сыном Калебом. Семья чуть заметно поклонилась. Мужчина произнёс: — До недавнего времени мы скрывались в холодных землях Ирландии, но Тёмный Лорд великодушно предложил нам присоединиться. Я рад, что древний знатный род наконец вернулся в родные земли. Волдеморт улыбнулся, словно довольный питомец. Калеб подмигнул Анабель, казалось, семью Бёрк нисколько не пугало присутствие повелителя. Анна рассмотрела молодого человека. Это был брюнет, с тёмными волосами и бровями, слегка смуглый и чем-то похожий на Теодора. Его яркие зелёные глаза напоминали хищника, притаившегося в зарослях. Коварная улыбка и глубокий взгляд привлекали внимание итальянки, и она решила, что находит его весьма симпатичным. Волдеморт глянул на Борджиа: — Я в глубоком замешательстве, Леонардо. Шелби был рад нашему союзу и с удовольствием присоединился. Почему же такой богатый и влиятельный род, как ваш, отказывается служить мне? — он спросил прямо, ожидая такого же ответа. Лео прошёлся взглядом по Пожирателям смерти, презрительно окинув толпу. Волдеморт облизнулся. — Тёмный Лорд, мы благодарны за приглашение на сие торжество. Моей семье действительно понравились и окружение, и атмосфера. Однако я в недоумении, неужели представители знатного рода Италии должны брататься с мелкими английскими аристократами? Прошу прощения, если оскорбил ваших подданных, но я считаю, что мы слегка выбиваемся из толпы. Волдеморт расхохотался, на этот раз Анабель и сама еле сдержала улыбку. Отец нашёл решение. Пожиратели смерти выглядели оскорбленными. Некоторые зароптали, но Леонардо даже не удостоил их взглядом. Волдеморт подошел к нему и пожал руку. — Леонардо, твоё честолюбие всегда вызывало уважение и восхищение. Но скажи мне, разве в роду Борджиа не было осквернителей? — Признаю. Мы терпеливо относимся к таким… волшебникам. С начала существования редкие случаи осквернения крови решаются радикальным путём: волшебник больше не носит фамилию Борджиа, он выбирает имя своего возлюбленного. — Прекрасно, прекрасно, — довольно промолвил повелитель. — Если любишь, отказываешься от всего. Похвально. Он призадумался, посмотрел на Анабель и выдал: — Но не кажется ли тебе, Леонардо, что род Малфоев слегка бедноват? Твоя дочь выбрала себе в спутники не такого родовитого, как она сама. Лео усмехнулся, гордо взглянув на слизеринца. — Драко ещё придётся добиться руки моей дочери и доказать, что он её достоин. Анна закрыла глаза и сжала челюсти, чтобы не закричать. Драко, сидевший рядом задышал чаще и свирепее. — О, мой драгоценный мальчик, — пролепетал повелитель. — Леонардо, готов ли ты нести ответственность за эту семью? — Тёмный Лорд, моя дочь своенравна, и не каждому удастся усмирить её характер. Мы не торопим события, однако если Анабель решится на этот союз, я буду помогать своей дочери вместе с сыном и женой. Люциусу и Нарциссе пора перестать совершать промахи, это важно для блага их сына. Но если Драко покажет себя с лучшей стороны, то я всегда готов оказать покровительство талантливому волшебнику. — О, дела сердечные… Слышали, мои верные подданные? Вы недостаточно хороши для меня. Улыбка исчезла с его лица. Он стукнул палочкой и по полу поползла сначала маленькая трещина, разверзшаяся в огромную пропасть. Столы оказались на самом краю, это был очень тонкий намёк. — С этого дня я буду карать промахи жестоко. Вы должны отдавать все силы для службы, вы должны дышать верностью и послушанием. О! Думаю, дальше мы будем обсуждать дела поважнее, чем благородные союзы сердец. Дети мои, оставьте родителей для взрослых разговоров. Калеб, тебя попрошу задержаться. Анна встала с остальными подростками. Подняв полы платья, коснулась руки мамы. — Всё хорошо, уходите с Дорианом, мы прибудем позже. Брат мотнул головой. — Я остаюсь, — настоял парень. Сестра кивнула: сейчас она явно не настроена спорить. Волдеморт проводил всех взглядом. — Мисс Борджиа, надеюсь, вы не забыли о нашем уговоре. — Я всё помню. — Берегите себя. Она кивнула и спешно покинула особняк. Поискав глазами Панси, девушка увидела, как Нотт махнул в сторону ворот. — Что случилось? — Найди Драко. Он в ярости, ему сейчас нужна поддержка. Борджиа взглянула на Панси, которая положила голову на плечо Теодора, она тихо плакала, закрывая рот рукой. — Их убьют из-за речи твоего отца. — В каком смысле? Что ты говоришь? — Он больше не потерпит промахов! А они сильно облажались, Анна. Извини, не могу распинаться перед тобой, я же и пальца твоего не стою. Тео мотнул головой, жалостливо глядя на Анабель. — Не сейчас, — прошептал парень. На глаза Борджиа навернулись слёзы. Слова Паркинсон глухим ударом отозвались в сердце, словно тысячи осколков вонзились в спину. Она развернулась и бросилась прочь, в сад.

***

Сад Лестрейндж выглядел устрашающим, во тьме ночи он пугал своими причудливыми растениями, многие из которых могли оказаться свирепыми стражниками поместья и напасть на девушку. Она шла вдоль изгороди. Накидка нисколько не согревала, но Анабель не спешила трансгрессировать, будто наказывала себя. В голове крутились мысли о дьявольских силках и словах подруги. Панси права, речь отца, может быть, спасла её положение, но создала худшее для других Пожирателей смерти. Парцифаля не было, как иронично. Он бы непременно пригласил Анабель на танец. Она споткнулась на каблуках и упала на колени. Сквозь тонкую ткань платья ощутила холодный снег, но даже не попыталась встать. Закрыв руками лицо, итальянка дала волю чувствам, горячие слёзы полились по щекам, обжигая кожу. Раздался хруст снега, кто-то приближался. Анабель мигом взмахнула волшебной палочкой и привела лицо в порядок, встала и отряхнулась. — Не надо, — произнёс самый нужный ей человек. Драко обнял её и она уткнулась носом в его грудь. За короткое время он стал таким родным и близким, она привыкла к его запаху, объятиям, заботе. — Пора трансгрессировать, нос красный, — констатировал блондин. Он всё ещё злился, но не мог вымещать злобу на ней. Борджиа кивнула. — Переместимся ко мне, не хочу оставлять тебя одну. Он взял её за руку и аппарировал. Анабель обессилено упала на подушку, когда Драко довёл её до комнаты. — Хочешь побыть один? — участливо поинтересовалась она, когда Малфой двинулся к двери. — Какое-то время. Борджиа не винила его. Самолюбие парня сильно задели, да и Тёмный Лорд прилюдно унизил его семью. Терпеть такие оскорбления, не имея возможности дать ответ — нелёгкое испытание. Через два часа он вернулся. Анабель не спала и смотрела в потолок. Домовик Клара отчиталась перед Борджиа, та в свою очередь пообещала вернуться на следующий день, к Рождеству. — Скажи родителям, чтобы не волновались, я хочу побыть одна. — Но мисс… — Клара, не сообщай им моё местонахождение. Я приеду, как только захочу, пока что мне нужно побыть вдали. — Слушаюсь, — пролепетал домовик. Итальянке жаль служанку, но иначе она не могла. Анабель скучала по собственному дому, однако вернуться туда было бы большой ошибкой — жить под слежкой она не могла. — Тебе принесли горячий шоколад? — Да, спасибо, очень вкусно, — блондинка указала на пустую чашку, стоящую около кровати. Он внимательно посмотрел на Борджиа, словно что-то хотел сказать. Вздохнул и произнёс: — Родители передали послание. Они с Паркинсонами, Ноттами, Гойлами, Крэббами и Бёрками остаются в Лестрейнд-парке. — Так называется их поместье? — Да, оно самое древнее из всех английский дворов. Драко подошел к шкафу и вытащил одежду. Анна призадумалась: — Очень красивый дом. Я бы хотела себе такой же, архитектура… — Выполнена в стиле барокко. Тогда ещё он не был так распространён, у них в услужении находился иностранный архитектор, в обмен на свою свободу построивший этот дом, он один из первых в этом архитектурном направлении. — Отличный экскурс. Спасибо, — язвительно ответила слизеринка. Драко подошел к ней и пнул каблуки в сторону. — Переоденься. Это моя старая комната, здесь куча домашних вещей. Родителей не будет, так что, если стесняешься тут ночевать, не стоит. — С чего ты взял, что я останусь? — Домовики доложили, что сюда трансгрессировали твои слуги. — Так что же? Мне можно остаться, потому что твоих родителей не будет? Малфой развернулся так резко, что Анабель пожалела о сказанном. — Не знаю, что они нашли в тебе, — прошипел Драко, — но почему-то отец и мать тебя очень любят. Даже приглашали на рождественские каникулы, но в последний раз ты так улетела из нашего дома, что они даже не успели спросить, как тебе спалось. — А ты что-то нашёл во мне? — она скинула платье и надела длинный свитер, который болтался по колени. Малфой отвернулся, терпеливо ожидая, пока девушка накинет одежду. — Играешь недотрогу? — усмехнулась Борджиа. — По-моему, глупо вести себя как джентельмен после всего, что между нами было. — Предпочтешь, чтобы я пялился на тебя? Она промолчала, вдруг почувствовав, как устала. Ноги ныли, голова болела. Малфой скинул платье на изумрудного цвета пуфик и лег рядом, итальянка стиснула зубы. — Хватит швырять мои вещи, они не виноваты в том, что ты… — Что я? Говори, смелее! Недостоин нашей принцессы? Не так родовит, как твоя семья? Он вскочил, задев ночник, тот со звоном упал на пол и разбился. — Репаро, — спокойно произнесла девушка. — Ты отлично понимаешь, что отец сказал это для моей безопасности, да и для твоей тоже. Когда ты пытал меня на глазах всех этих Пожирателей, я не возникала и не швыряла твои вещи! — Ещё бы ты возникала! Я спас нам жизнь. Если бы не Круциатус, твоё сердце лежало бы в коробочке под подушкой Тёмного Лорда. Борджиа встала напротив Малфоя, их отделяла кровать. — Тогда ты должен понимать, что сегодняшняя ситуация обеспечила нам будущее! Ты и твоя семья поднялись в его глазах! — Огромное спасибо за одолжение. Всегда мечтал о богатой невесте, которая будет баловать меня дорогими подарками! Если доживу до следующего дня рождения, подари мне мешок золота. Он замолчал, скрестив руки. — Видимо, твои слова о том, что я зазнавшаяся стерва, привлекающая к себе внимание — правда? — Точно такая же, как слова, которые ты сказала Панси. Ну и как тебе Нотт? —язвительно плюнул Драко. — Да пошёл ты. Она кинулась к двери. Хозяин поместья закатил глаза и последовал за ней. — Ну и куда ты собираешься? — Домой. — На улице темно и холодно. Прекрати капризничать! Гости могут трансгрессировать только у ворот. — Значит, я буду идти до ворот. В темноту, в холод и одна. Она хлопнула дверью, Драко пустился бегом. Он схватил её у самого порога, как только девушка спустилась по миниатюрной лесенке. Перед Малфоем прошёл домовик. С Анабель на плече, которая брыкалась и кричала, парень гаркнул: — Все вон. Оставьте дом пустым. Домовик послушно кивнул и щёлкнул пальцами, раздалось эхо ещё нескольких щелчков. — Стыдно показывать свои слабости и позориться? О, великий наследник рода Малфоев, прости, что заставила униженно бежать за назойливой девчонкой. Малфой прошёл мимо комнаты, вернулся на несколько шагов и открыл дверь. Он буквально втащил взбешённую Борджиа в спальню. — Извини, мне трудно тащить тебя до твоей комнаты. Анабель поправила волосы, которые запутались на лице. Опустилась на подушку и поинтересовалась: — Обидел, так ещё и толстой назвал? — Совсем непросто волочить за собой сопротивляющуюся фурию. — Что ты… Он закатил глаза и улёгся на неё, Анна подёргалась и недоуменно глянула на него. — Если ты думаешь, что я хочу сейчас… — Нет, просто думаю, что так разговор будет идти лучше. Ты никуда не пойдёшь, тем более в таком разъярённом состоянии. — Ты хоть раз дашь мне закончить фразу? — Нет. Он поцеловал её: страстно, напористо и слегка покусывая. — Весь вечер хотел это сделать, — промямлил парень в губы. Анабель промычала что-то недовольное и попыталась скинуть его, на что Драко рыкнул и схватил обе руки, подняв над головой. Девушка ощутила, как задыхается от его напора, уносясь всё дальше от реальности. Она высвободила одну руку и коснулась щеки, погладив скулы. Затем перевернулась и уселась сверху. — Молчи, — итальянка предупредила ехидное замечание. Затем, под недовольный взгляд партнёра, схватила его за шею вытянутой рукой. Второй рукой она расстегнула ремень брюк. Драко слегка ударил её во внутреннюю сторону локтя, отчего она неуклюже плюхнулась ему на грудь, потеряв равновесие. — В танго ты была грациознее, — шепнул парень, схватив её за бёдра. Они снова поцеловались, жадно изучая тела друг друга. Наконец, Анабель окончательно избавила себя и Драко от одежды и прильнула к главной части его тела. Он тихо застонал, притянув её за волосы. Малфой открылся с совершенно другой стороны. Было очевидно, что такой опыт для него первый. Анна позволила ему почувствовать себя уязвимым, и он наслаждался сладким пленом. Она встала на колени, кровать жалобно пискнула и прогнулась. Они стали единым целым, тем, о чём так давно мечтали. Все правила и принципы рухнули, как карточный домик, сладострастие заполнило душу, комнату, весь мир. Распущенные волосы слизеринки превратились в крепко натянутый хвост в кулаке Малфоя, он опустил её голову вниз. Резкий толчок. В импульсивные движения вложил всю злость и обиду сегодняшнего дня. Широко раздвинутые руки почти обхватывали кровать, сжимали шёлковые простыни, ногти впивались в ладони сквозь тонкую ткань. Протяжные и глухие стоны превратились в отрывистые, приглушённые крики. Пара слилась, словно однородная энергия. Эта ночь осталась в их воспоминаниях навсегда — маленький оазис в засушливой пустыне, потухающий огонь в полной темноте. Они отдали друг другу всю свою любовь, обиды превратились в наслаждение, недосказанность компенсирована душевной близостью. — Я люблю тебя, — произнесла Анна. На часах значилось 5:48.

***

Рождество всегда было тёплым семейным праздником для Борджиа. Дориан занимался его подготовкой заранее, руководил организацией ужина для всей семьи. Жизнь продолжалась, несмотря на смерти и лишения. Волшебники пыталась жить и ценить каждое мгновение, которое могло оказаться последним. Анабель прибыла домой вечером, после того, как удирала от родителей Драко через сад. — Всё в порядке? — к дочери подлетела Мелисса, которая принялась ощупывать её на предмет повреждений. — Мам, хватит, — она недовольно убрала её руку и поплелась наверх. Дориан отдавал домовикам последние указания в библиотеке. Анна проходила мимо, стараясь быть незаметной. — Слон вернулся домой. Только ты так топчешься, — крикнул вдогонку брат. Она захлопнула дверь комнаты, словно затворник. Приняла горячую ванну и собралась с мыслями. Неудобных вопросов не избежать, да и домашние наверняка догадываются, у кого она проводила эту ночь. Несмотря на то, что в доме царил праздник, Анабель нацепила брюки-клёш и укорочённый свитер, не слишком заботясь о внешнем виде. Раздался стук в дверь. Через секунду на пороге её комнаты оказался отец, он ласково улыбнулся и против воли дочери притянул её к себе. — Слишком многое пришлось пережить после твоего возвращения. И я больше не хочу тебя терять, Анабель Клариссия. Она потерлась носом о внушительных размеров руку и шмыгнула, сдерживая слёзы: — Если я догадалась о твоём плане, то Тёмный Лорд раскусил давно. Я ценю, что ты пытаешься вытащить нас всех, но вам скоро придётся бежать. — Никогда бы не подумал, что буду вынужден скрываться и чего-то опасаться. Он дал ясно понять, что его сила растёт, а значит, и армия тоже. И когда она достигнет пика своего могущества, нам ничего не останется, как присоединиться. — Что насчёт Гонсалесов? — уныло поинтересовалась дочь. — Они в бегах. Мы с матерью делаем всё возможное, чтобы Парцифаль не настиг их. Этот сумасшедший слишком много себе позволяет и я это так не оставлю. Анабель прижалась сильнее. Что-то родное и забытое в её сердце встрепенулось, хотелось очутиться в прошлом, в детстве, где единственной проблемой был её Дар. А теперь на неё охотится могущественный волшебник, который не успокоится, пока она не умрёт. — Что я сделала не так? — Борджиа трясло. — Почему с самого детства он преследует меня? Леонардо вздохнул и присел на корточки перед девушкой: — Я люблю тебя. Ты моя дочь, моё наследие. Впредь я хочу, чтобы ни ты, ни твой брат не скрывали от нас с мамой ничего. Мы всё вытерпим и выдержим, если будем доверять друг другу. Это не твоя война, Анабель Клариссия, ты должна оставаться подростком, у которого сейчас самая прекрасная пора в жизни. Мне горестно, что вы вынуждены воевать, что зачастую судьба родителей зависит от их детей. За наши ошибки всегда расплачиваетесь вы, доченька. Обещаю, что никогда не дам тебя в обиду Парцифалю, он падёт. Анабель расплакалась и обняла отца. Леонардо однажды потерял своего ребёнка, это послужило жестоким уроком, он будет беречь её, заботиться, уделять больше внимания. Анна не заслужила страдать в таком юном возрасте, она должна жить счастливо. Рождественский ужин прошёл в тесном семейном кругу. Впервые за много месяцев в доме раздавался смех и слышались задушевные разговоры. Слизеринка чувствовала себя любимой и нужной, словно её завернули в старый, тёплый плед и погрузили в детские воспоминания. Поздно вечером вся семья собралась в гостиной. Домовики крутились тут же, убирая за хозяевами и наряжая ёлку. — Зигмунд, ну куда же? — Мелисса взмахнула палочкой и огромная красная звезда оказалась на вершине дерева. Эльф смущённо хихикнул и щёлкнул пальцами: ёлочные шарики засверкали, переливаясь всеми цветами радуги. — Прелестно, — похвалила Анабель, пока все домовики выстроились около ёлки. Клара, смахивая слёзы счастья, заворчала: — Будто первый раз видите! Собрались туточки! А делами кто будет заниматься? Мигом на кухню. Леонардо рассмеялся, его бархатистый смех заразил и окружающих. Эльфы высыпали в коридор и двинулись по делам. Мелисса повисла на шее мужа и крепко прижалась к нему. — Опять эти нежности, — возмутилась Бель, закатив глаза вместе с Дорианом. Леонардо чмокнул жену, обнимая её в ответ и прикрывая предплечье коричневой мантией.

***

Удар. Ещё один удар. Звонкая пощёчина, которую Анабель Борджиа отвесила Драко Малфоя, отдалась эхом в пустом поместье. С Рождества прошло пару месяцев и только сейчас она узнала пренеприятнейшие известия. — Их перевели сюда полторы недели назад, я сказал сразу, как узнал, — прошипел Драко, хватая итальянку за руки. Она оттолкнула его к стене и протараторила в ответ: — Гнусный Пожиратель смерти! Гадкий Малфой! Слизеринка отошла от молодого человека и склонилась над тремя заключёнными, которые с удивлением смотрели на эту картину. — Анабель, я думаю, вам не стоит… — сердечно промямлил старик, сконфузившись. — Мистер Олливандер, прошу прощения. Я рада вас видеть, только жаль, что при таких обстоятельствах. Он улыбнулся вымученно. Пожилой мужчина, над которым годы давно уже взяли вверх, выглядел совсем плохо: видимо, Волдеморт не стеснялся использовать самые изощрённые методы пыток. Рядом с ним стояли Полумна и Дин. — Крюкохвата они оставили напоследок, — грустно констатировал парень. — Что? — поинтересовалась Анабель, развязывая общую верёвку заключённых. — Нас пытали. Гоблина оставили последним, думаю, скоро он к нам присоединится. Драко решительно подошел к девушке. — Их нельзя освобождать. Не будь глупой, иначе нам всем влетит. Полумна осторожно прикоснулась к руке Борджиа: — Малфой прав, Анна. Мы вернёмся в темницу, спасибо, что освободила, — она мечтательно закрыла глаза от удовольствия. —Верёвка действительно немного мешала. Ты не должна подвергать себя опасности. — Но… — Иди, Анабель, — согласился Дин. — Если ты нас отпустишь, тебя накажут, а нас найдут и убьют. Она помедлила, но вынуждена была запереть пленников обратно. — Я никому не позволю обращаться с вами грубо и сделаю всё, что в моих силах. Голодать вы не будете, я обещаю. Скоро вернусь. Пленники поблагодарили свою спасительницу. Однако блондин не разделял её мнения: — Сюда прибудут Лестрейнджи и некоторые Пожиратели. Они будут следить за ними, возможно, Тёмный Лорд захочет выбить из них информацию и запытать до смерти, а ты делаешь только хуже! — Замолчи! Это ты виноват! Если бы сказал раньше, я могла бы их спасти. Аристократ иронично рассмеялся. — Думаешь, он отдаст их тебе в качестве подарка на День рождение? Даже если бы ты молила его, села бы вместе с ними. Твои родители сделали всё возможное, но даже их влияние не поможет тебе спасти весь мир. Я не устану повторять, ты уже умерла однажды, и жертвовать вторым шансом ради каких-то жалких грязнокровок и осквернителей — глупость. Отключи эмоции, они убьют тебя. Он яростно выругался и двинулся прочь, а Анабель так и осталась стоять беспомощной. Она боялась за пленников, ведь на её глазах могли убить невинных людей. И что бы Драко Малфой не говорил, их нужно выручать.

***

Пасхальные каникулы Анабель провела в поместье Малфоев. Несмотря на двусмысленные намёки Дориана и явно неодобрительные взгляды родителей, она возвращалась туда снова и снова. Полумна чувствовала себя лучше всех, восстановление происходило на удивление быстро. Её раны почти зажили благодаря чудодейственной настойке растопырника. Однако мистер Олливандер чах с каждым днём, итальянка рассказала родителям о случившемся и они снабдили её парочкой сильных заклинаний и целительных зелий, однако мастеру волшебных палочек необходимо настоящее лечение в больнице. — Они контролируют Министерство магии, думаю больница Святого Мунго тоже под их надзором, — огорчённо произнёс Дин Томас, когда Борджиа предложила эту идею. Она зло посмотрела на парня и тот мгновенно умолк. — У меня почти получилось вас вызволить, — с сожалением начала Анна. Но они постоянно тут снуют… Не волнуйтесь, мистер Олливандер, я не оставлю вас. Вы не умрёте здесь, — твёрдо пообещала девушка. Мужчина тепло улыбнулся и взял её за руки: — Не стоит, моё дело пропащее. Дорогая, а знаете, я помню вашу палочку. Наипрекраснейшая! Только не забывайте, что я вам сказал, она не должна подчинять себе хозяина, вы владеете ею. Анна энергично закивала, усаживая Олливандера обратно на стул. Крюкохват, чьи раны не переставали кровоточить с момента прибытия, завистливо смотрел на эту сцену. — Вам нужно больше времени для заживления ран. Эти рубцы от кнута Беллатрисы? — Они самые, — ворчливо подтвердил гоблин. — Он отравлен, поэтому ощущения болезненнее. Не волнуйтесь, я для вас что-нибудь придумаю. Крюкохват неожиданно порозовел и слегка кивнул. — Волшебники нечасто бывают добры к моему народу. — Я считаю, что все существа равны, — миролюбиво высказалась блондинка. — Тогда я не понимаю, что вы делаете здесь, среди Пожирателей смерти. К тому же, ещё и слизеринка, — презрительно заметил гоблин. — Не сильтесь понять. Я не гриффиндорка и не пуффендуйка, я не собираюсь дорожить и спасать жизни всех вокруг. В первую очередь, я убью и уничтожу ради своих близких. Ради семьи. С этими слова она развернулась на каблуках и двинулась прочь, плотно прикрыв решётку темницы. Пленники знали, что эта смелая и непокорная девушка вернётся, и будет возвращаться до тех пор, пока не высвободит несчастных. Волдеморт, к большой радости для Анабель, редко посещал Малфой-мэнор, посему жители и гости поместья были предоставлены самим себе. Люциус и Нарцисса получили шанс исправить ошибки. Драко не особо радовала такая перспектива, ведь именно по настоянию Борджиа-старшего и его рекомендаций насчёт Малфоев последние были удостоены милости повелителя. Однако любое решение лучше неминуемой смерти, и наследнику чистокровного рода приходилось с этим считаться. — Посещай их реже, — коротко шепнул Драко, делая вид, что обнимает девушку. — Они начали что-то подозревать. Итальянка притянула Малфоя к себе и ответила: — Помоги им сбежать, больше Тёмный Лорд мне не поверит. Он повёл головой в сторону. Другого ответа она и не ждала. Злость на Драко давно прошла, уступив место бессилию и ноющей головной боли из-за недостатка сна. С самого утра она спешила в поместье, чтобы собрать достаточно новостей и информации, однако бывалые Пожиратели смерти не торопились слишком ей доверять, всё ещё оскорбленные словами Борджиа, и присматривались к его дочери. В её присутствии они мигом замолкали и перебрасывались лишь парой дежурных фраз, но Анабель умела подслушивать и вычленять нужную ей информацию. Драко часто отлучался на задания, пылкость, с которой он старался выполнять мелкие поручения хозяина была вызвана оскорбительными замечаниями в адрес семьи и его самого. В конечном счёте, Волдеморт усмотрел в нём потенциал и поручил дело посложнее.

***

Сегодняшний день начался как обычно, в последнее время Лестрейнджи обосновались в Малфой-мэноре и стали чувствовать себя как дома. Само собой, это не могло не вызвать раздражения у домашних. — У нас нет выхода, — шептала Нарцисса в столовой. — Они уже заняли гостиную. — При всём уважении к твоей сестре, — медленно начал Люциус, — но её присутствие начинает меня раздражать. — Предложишь иной вариант? Хочешь попросить хозяина переместить его подданных в другое место? Драко закатил глаза. Анна, сидевшая рядом и лихорадочно соображавшая, не обращала внимание. Компании отъявленных головорезов она с радостью предпочла Малфоев. — Анабель, дорогая, — ворчливый тон Нарциссы сменился на елейный. — Ты голодна? — Благодарю, миссис Малфой, нет. Могу ли я переговорить с Драко пару минут? — Весь дом в вашем полном распоряжении, — громогласно объявил Люциус. Сын коротко кивнул, как бы соглашаясь и быстро вышел из столовой, таща Анабель за руку. Когда дверь закрылась, Борджиа остановилась и поправила мантию. В столовой раздалось перешёптывание: —… невозможно, брось. — Сейчас не самое лучшее время для внуков. И я рада, что они спят на разных кроватях. — Анна засыпает с Драко под утро, видимо, кошмары её не отпускают. — Бедная девочка, сколько всего ей пришлось… Драко схватил итальянку и повёл в коридор первого этажа, подальше от родителей. — Куда ты всё время несёшься? — недовольно буркнула блондинка, вырывая руку. — Не хочу, чтобы ты слушала то, что они говорят мне каждый день. — Мог бы и намекнуть, что я задержалась у вас в гостях. Но не волнуйся, я тут ради другого. — Никто тебя не гонит, — он схватился за голову. — Все пытаются влезть в мои отношения, выяснить, что же там интересного, — саркастически произнёс Драко. — Это твои родители, конечно, им хочется знать, с кем ты проводишь время и спишь. — Ну, это уже слишком. Он нахмурился и затем резко улыбнулся. — Голубые глаза. Я тебе нравлюсь? Анабель не удержалась и усмехнулась в ответ: — Может быть, ты вроде как ничего. Они обнялись и прижались друг к другу ближе. Мистер Малфой прав, Анабель могла засыпать дома или в его поместье одна, но под утро всегда оказывалась рядом с Драко, потому что именно с ним ей спокойнее всего. Сон блондина чуток и каждый раз, когда кошмар пытался овладеть ею, он прогонял его. Борджиа взглянула в глаза слизеринцу, он слегка приподнял её подбородок и опустил взгляд на губы, Борджиа вдруг ощутила непреодолимое желание поцеловать его. Но поцелую не суждено было случиться. Раздался грохот, кряхтение, весь дом будто переполошили. Пара бросилась к источнику шума. — Кто их впустил? — возмущённо гаркнула Беллатриса, глядя на кучку мужчин не слишком опрятного вида. Их одежда была забрызгана кровью и грязью, а давно нечёсаные волосы, походившие на патлы, небрежно свисали на плечи. — Тише, дамочка, — вперёд вышел высокий худощавый мужчина средних лет. Его глаза были подведены чёрной краской и весь образ неизвестного выдавал в нём разбойника. Позади стояли ещё несколько мужчин. Вместе они держали трёх пленников, связанных волшебными верёвками, Драко больно ущипнул Борджиа, чтобы она не закричала на весь дом. Девушка не слышала споров, она оцепенела от страха и отчаяния. Паника захлестнула её огромной волной, и чтобы не упасть и выдать свой страх, она присела в кресло. «Я не могу спасти даже Полумну, что же делать в этой ситуации?» Анабель буквально не могла пошевелиться. В последние дни она чувствовала большую ответственность за Полумну, Дина, Олливандера и даже Крюкохвата. Ей пришлось врать Дориану, чтобы он тут же не ринулся спасать бывшую девушку, однако такой поворот судьбы привёл её к безвыходному положению. Драко строго взглянул на возлюбленную. Таким же взглядом на неё смотрел брат, приказывая отключить эмоции и надеть маску равнодушия. Анна встала и попыталась вести себя непринужденно, лицо приобрело отстранённое выражение, лишь прозрачный цвет глаз выдавал её тревогу и шок. Благо, Белла и остальные были слишком заняты пленниками егерей. — Вы посмотрите получше, видите шрам? А на девчонку гляньте! Та самая грязнокровка, что вместе с ним путешествует, мэм! Он это, ясен цапень, и волшебную палочку мы прихватили. Вот, сударыня… Троицу разделили, пинками притащив в большую залу. Гермиона сжалась в углу, её трясло, видимо, они долго убегали и скрывались от егерей, потому что на лице гриффиндорки были видны маленькие царапины — следы веток деревьев. Рон выглядел бледным и испуганным, вместе с остальными он беспокоился за свою судьбу и осматривал помещение в надежде найти выход или какую-нибудь зацепку, которая поможет им сбежать. Но всё сводилось к одному — они не выберутся отсюда, слишком много Пожирателей смерти. Больше всего итальянку поразил человек посередине. Он выглядел, как минимум, странно и пугающе: кожа на лице натянута как барабан. Прямо над парнем висела огромная хрустальная люстра, свет которой отражался на розовом лице. Казалось, стоит дотронуться до кожи и лицо лопнет, как шарик. Глаза заплыли и уродец не мог ничего понять, хотя щурился и силился разглядеть предметы и людей — яркий свет заставлял его прикрываться ладонями. Но для Анны не было сомнений, что это Гарри. Гермиона и Рон ни при каких обстоятельствах не бросили бы его одного. Девушка аккуратно подошла ближе. — Кто эти люди? — произнесла она издалека. Белла хищно устремилась к ней. Дорогу ей преградила миссис Малфой. — Не тронь, — твёрдо произнесла она. Сестра сжала плечи Нарциссы. — Цисси, пойми! Если поймали мальчишку Поттера, то он всё вам простит! Никто из нас больше не будет испытывать на себе гнев хозяина! — глаза женщины загорелись нездоровым азартом. Егеря недовольно перешёптывались. — Позвольте, позвольте, — протянул высокий мускулистый мужчина. Приглядевшись, Анна поняла, что смутно припоминает эти полуволчьи черты лица. Густые бакенбарды и борода делали его похожим на зверя, жёлтые зрачки пристально вглядывались в Беллатрису. Борджиа вспомнила егеря: в ночь убийства Дамблдора он был вместе с другими Пожирателями, попавшими в замок. Фенрир Сивый. — Это наша добыча, мы поймали их в лесу! Беллатриса развернулась к нему и Струпьяр испуганно крякнул. Борджиа не могла представить, какое лицо у неё было, но через секунду она вернула самообладание. — Несомненно. Но сначала нужно доказать, что это Поттер. Его лицо изуродовано. Нарцисса шумно втянула воздух. Затем обратилась к сыну: — Драко, подойди. Видимо Нарцисса посчитала сына более готовым к такому повороту событий. Она хорошо его знала, и сейчас не сомневалась — Драко лишнего не скажет и сориентируется, как себя вести. Борджиа еле кивнула ему головой, Малфой поджал губы и опустился на корточки перед пленниками. Гарри старался не смотреть ему в глаза, но даже издалека слизеринка различила светлый шрам на его лбу, где кожа особенно сильно натянута. Длинные волосы скрывали изуродованные черты лица, но Анна уверена, что с Гермионой и Роном их лучший друг. Оборотень заскрежетал зубами, как бы поторапливая сына Малфоев, блондин бросил на него презрительный взгляд. — Ну что, Драко? — с жадным интересом спросил Люциус Малфой. — Это он? Это Гарри Поттер? — Не уверен. — Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! Люциус пихал сына, чтобы он подошёл вплотную к Поттеру, однако Драко старался не замечать шрам и маленькие, заплывшие зелёные глаза, а уповал на обезображенное лицо. Малфой-старший нетерпеливо заёрзал и принялся сам осматривать Гарри, Анна вздрогнула, когда он пробормотал что-то про шрам на лбу. — Вы шутите? — саркастически процедила она. — Неужели простым егерям удалось бы поймать Поттера? Наверняка это всего лишь школьники, ищущие приключений. А вот этот уродец… Что ж, возможно, его атаковали докси. Она окинула троих равнодушным взглядом и обернулась к Драко. — Здесь нечего делать. Блондин пожал плечами и собирался проследовать за Анабель, но громкий окрик Лестрейндж остановил обоих. — Что-то вы оба не горите желанием услужить хозяину! Глупцы, понимаете, что вас ждёт, когда вызовите его и передадите Поттера?! Струпьяр возмущённо гаркнул: — Дамочка! Мы рассчитаем на хорошее вознаграждение. Беллатриса вытащила из кармана приличную горсть монет и кинула в лицо егерям, будто те не стоили и её мизинца. — Ну-ка, погодите… — Люциус схватил Грейнджер за воротник куртки и бросил в середину залы, туда, где сидел Гарри. Яркий свет ослепил её. — Грязнокровка Грейнджер! — ахнул Малфой. Нарцисса опустила голову и сжала губы, Драко коснулся её и руки и коротко кивнул, Анна дрожала. — Ты же водилась с этой девчонкой, да? — грубо обратилась Беллатриса. — Персефона рассказала, как эти малыши пытались освободить тебя. — Узнаёшь грязнокровку? Анабель побледнела, когда Лестрейндж посмотрела на неё. — Мы не были близкими подругами, — отрезала девушка. — Но да, я полагаю, что это она. Конечно, сильно изменилась… Чокнутая тётка победно хмыкнула. — Значит, этот рыжий дружок тоже приятель Поттера? — она схватила Рона за волосы и потрясла им как трофеем. — Вшивый Уизли, плодитесь, словно гномы. Уж я-то выбью спесь из вашей опороченной семейки. Анабель присела на кресло, закинув ногу на ногу, Гермиона пожирала её взглядом. — Я не думаю, что это Поттер. У него целая сеть единомышленников и все они будут закрывать его собой. Так что, скорее всего перед нами отвлекающий манёвр, его друзья путешествуют с подставным другом, чтобы про это прознали Пожиратели смерти. Белла, задравшая рукав мантии, чтобы вызвать Тёмного Лорда, остановилась. Люциус оттолкнул её и попытался сам связаться с хозяином. — Продолжайте, — безучастно проговорила Борджиа. — Если он увидит, что его вызвали по пустякам, то обрушит свой гнев на всех. Грязнокровка и Уизли ему ни к чему, они даже под страхом смерти не отдадут Поттера. Речь блондинки прервала какая-то потасовка. Лестрейндж направила палочку на егерей и душила их магическим способом. — Где вы нашли меч? — брюзжала она, тыча клинок ему в лицо. — Снегг отправил его на хранение в мой сейф в Гринготтс! — Он был у них в палатке, — прохрипел Фенрир. — Отпусти меня, я сказал! Он упал на колени и зарыдал, Анабель еле держалась, чтобы не закричать. Драко положил руку ей на плечо. Нарцисса и Беллатриса принялись ожесточённо спорить. — Прекрати распоряжаться в моём доме! Если я позволила тебе находиться здесь, то это не значит, что… — Этот меч очень важен для хозяина, и если он узнает, что Поттер до него добрался, нам несдобровать, Цисси! — Лестрейндж, безумная от природы, разъярённо шептала. Она прижала меч к груди, словно дитя. Егеря тут же разбежались по углам, Люциус всё ещё держал руку над Чёрной меткой. — Драко, отведи в подвал этих щенков, — Беллатриса разрезала веревку и швырнула парней к ногам Малфоя-младшего. Те попытались встать, но Люциус направил на них волшебную палочку. — Даже не смей, Люциус! Они нужны живыми. А с мечом мы ещё разберёмся, вызывать хозяина опасно. Тут нужно сначала всё хорошенько обдумать, — она задумчиво глядела на рукоятку. — Грязнокровку оставьте, я ещё поговорю с ней. Как девчонка с девчонкой! Нарцисса окончательно вышла из себя. — Не смей использовать моего сына, как посыльного! В это время Белла передала палочки Борджиа. — Исполняй, Цисси, если тебе дорога жизнь! Лучше бы мы переправили их в мой дом, там условия получше, — она хищно облизнулась и Анна представила тёмные подвалы и галереи, сплошь усеянные жуткими пыточными приборами. Девушке удавалось сохранять спокойствие, и хоть она была бледна, ни один мускул на её лице не дрогнул, когда итальянка взглянула на парней. — Лучше посадить их к другим пленникам. Трансгрессировать они не смогут, а мы переждём действие яда и сможем убедиться настоящий ли это Поттер. Рон заскрипел зубами. — Не трогайте её! Нет, пожалуйста! Ах ты, мерзкая дрянь! Он вцепился зубами в ногу Борджиа, она взвизгнула и попыталась его оттащить, но Уизли трепал её, словно бешеный пёс. Драко мгновенно подлетел к гриффиндорцу и отвесил ему пинок в нос, тот вскрикнул и упал в сторону. Люциус связал его и Гарри магическими верёвками. — Чёрт, — блондинка прижимала мантию к окровавленному укусу, пытаясь скрыть голубую кровь, ручейком стекавшую по её ноге. Белла внимательно смотрела за ней. — Драко, помоги, — Нарцисса подтолкнула замеревшего Малфоя. Анабель махнула рукой. — Всё в порядке, я нормально, — она быстрым движением привела себя в порядок, взмахнув волшебной палочкой. — Я сама их отведу. — Эй, псина, помоги голубкам, — приказала Лестрейндж оборотню, который, трусливо поджав хвост, прятался за креслом. Сивый окинул всех тяжёлым взглядом, но Беллатрисе не ответил. Итальянка, подтолкнув пленников, направила на них волшебную палочку и заставила идти, Драко пошёл следом. Они прошли коридор и свернули влево, здесь дошли до массивной двери, ведущей в подвал. — Пройди вперёд и посвети, — попросила блондинка. — Нужно за теми пленниками присмотреть, вдруг чего ещё учинят, — она схватилась за больную ногу. Фенрир рыкнул. Впрочем, спорить не стал. — Надеюсь, она мне оставит от девчонки хоть шматочек! — размечтался он, спускаясь вниз. —Ну хоть пару разочков укусить мне обломится, а, рыжий? Анабель пульнула в оборотня заклинанием и в последний момент применила заклятие Левитации, чтобы грохот от падения не вызвал подозрения Пожирателей смерти. Втащив Фенрира в соседнюю галерею и заперев, обернулась к парням. Звук её голоса потонул в крике. — АААА, ААГХХХХХ! — безумный стон сменился протяжным кашлем, будто кто-то ударил по животу. — Гермиона! — заорал Рон. Гарри ударил его по щеке. — Кончай орать, иначе сейчас сюда сбегутся все Пожиратели! Анабель открыла дверь подвала и впустила туда пленников. — Драко, помоги развязать верёвки. Драко! Он стоял на лестнице, не решаясь спуститься, его сковал страх. — Помоги мне, Драко. — Он не станет, — уверенно промолвил Гарри. Малфой кивнул. Аристократка вздохнула и принялась распутывать узлы. — Можешь ничего не говорить, Рон, спасибо, что откусил мне половину ноги. — Чёрт побери, Борджиа, хватит играть на два фронта, тебя так убьют по случайности. — Хватит быть идиотом и думать, что я на плохой стороне, если вожусь со слизеринцами. Малфой направил палочку на Гарри. — А теперь, Поттер, отойди к стене. — Что? — изумлённо промолвили Рон и Анна. — Отойди к стене, Поттер, иначе я убью тебя! Анабель выпучила глаза, смотря на Драко. — Нет. — Анна, если они сбегут, он убьёт нас всех. Отойди в сторону, я закрою подвал. Итальянка не могла шевельнуться. — Ты предаёшь меня, так же, как в тот день, когда я умерла. — Анабель, я потерял тебя тогда. Если ты снова им поможешь, ты погибнешь. Только Поттер и его дружки имеют неприкосновенность, все остальные мрут как мухи, когда пытаются его защитить. — Я знаю, ты не такой. Ты так не поступишь, — она зарыдала, протягивая к нему руки. — Ради тебя и семьи я поступал и хуже. Борджиа вытянула палочку. — Тогда и ты прости меня, что я сделаю это снова. Драко хотел сказать что-то ещё, но впервые в жизни итальянка была быстрее. Его тело упало на лестницу, вызвав шум, в зале мгновенно затихли крики и голоса. — Драко? — крикнул Люциус. — Мистер Малфой, всё в порядке, я споткнулась! Она старалась придать голосу беззаботность, но в душе чувствовала себя паршиво. — Анабель, ты верно… — начал Рональд, кладя руку ей на плечо. — Не надо, — отрезала девушка. В это время Гарри отчаянно пытался найти помощь. Он держал какой-то предмет в руках и просил, чтобы его и друзей вызволили из тюрьмы. — У нас минута. Какой план? —протараторила Борджиа. Хлоп. Раздался характерный для трансгрессии звук и комната, наполненная светом из дезилюминатора Уизли, озарила небольшую фигурку, казавшуюся значительно выше в тени. — Доб… — Анна прижала к себе Рона, закрыв ему рот рукой. — Чёрт побери, ты вообще умеешь держать рот на замке? Он промычал что-то невнятное и та отпустила его. Крики Гермионы на секунду замолкли. —… привести гоблина. Нужно быть уверенным в подлинности меча. Итальянка ринулась наверх и заперла пленников. Оттащив Драко в галерею, где лежал Сивый, она поправила мантию и пошла навстречу Хвосту, который собирался привести Крюкохвата Беллатрисе. — Отойди в сторону, — грубо потребовал он. — Где Драко? Борджиа ударила его в лицо кулаком и взмахнула палочкой, чтобы его истошный крик не услышали сверху. — Боже мой, Хвост, я же всего лишь обработала рану! Фу, прибери свою рвоту, меня сейчас тоже стошнит. Слизеринка театрально фыркнула и изобразила шаги Хвоста, который удалялся наверх. Сама же оттащила его в темницу, туда, где сидели её друзья. Крюкохват уже был наготове. Он с опаской взглянул на девушку, но позволил проводить себя до гостиной. Беллатриса недовольно щёлкала пальцами. — Что с Хвостом? Где Сивый и Драко? — Я решила, что лучше они будут сторожить дружков Поттера. Я знаю их давно, вместе с Дином и Полумной они смогут выбраться. Хвоста стошнило при виде моей раны, побежал убирать остатки рвоты. Беллу передёрнуло. — Почему ты не осталась? Фенрир нужен здесь, я почти закончила с грязнокровкой. — Я когда-то была знакома с ними. Они могут вскружить мне голову речами про дружбу, не хочу искушать себя. Беллатриса прищурилась и взглянула на Анабель. — Я тебе не доверяю, — она обошла девушку. — Тебе и вправду лучше держаться от них подальше, вдруг захочешь сбежать к Ордену Феникса. Нарцисса схватила её за руку. — Прекрати обижать моих детей! — Отпусти меня! Сейчас никому нельзя доверять. Даже тем, кого считаешь истинными чистокровными. Тут же от злости Лестрейндж пнула Крюкохвата и прогремела: — Ну? Настоящий ли это меч? Отвечай! Анна вернулась в подземелье, наблюдать за издевательствами женщины далее она не могла. Гарри и Рон встретили её мрачными взглядами, у их ног мешком валялось тело Хвоста, железная рука которого сжимала шею. На посиневшем лице читался вопрос: «за что?». — Что вы с ним сделали? — ужаснулась блондинка. — Он очнулся и пытался встать, мы хотели заставить его молчать. Секунда промедления и жалости… Я сказал Хвосту, что он обязан мне жизнью. Рука задушила его, когда он решил отплатить долг. Я виноват в его смерти, — сокрушённо пробормотал Гарри, закрывая лицо руками. Анабель обняла его. — Не время. Сейчас войны и будут жертвы, даже среди тех, кого мы знаем. Соберись, нам ещё нужно вызволить тебя отсюда. В соседней галерее послышался стон, Фенрир очнулся. Гарри схватил палочку и отключил его снова. — Нужно, чтобы он помнил моё нападение. Иначе у тебя возникнут проблемы, — пояснил Поттер. Борджиа окинула взглядом подвал, кроме Рона и Гарри там не было никого. Видимо, Добби удалось переправить заключённых в безопасное место. Сверху послышался возглас торжества. — Меч подделка? Прекрасно, теперь можно вызывать Тёмного Лорда. Секунду спустя Гарри зашипел и схватился за голову, щупая взбухший шрам. — Он скоро будет здесь, — предупредил гриффиндорец. Радостная Лестрейндж произнесла: — Зовите Фенрира. Думаю, он заслужил после того, что сделал для хозяина. Эй, Сивый, — крикнула Белла. — Можешь состряпать из грязнокровки и гоблина хороший суп. Анабель в панике взглянула на парней. — Гарри, ты должен избить меня. — Что?! — Они не поверят, что я не смогла отразить заклинания и предупредить их. Гриффиндорец ошалело глядел на слизеринку. — Нет, Анабель. У тебя не будет алиби, идём с нами! Добби поможет тебе трансгрессировать в безопасное место и скрыться. — Моя семья будет в опасности. Гарри, сделай это для меня, я не смогу уйти отсюда. Снова послышался стон. Малфой просыпался. — Давай же! — прикрикнула итальянка. — Флиппендо! — Рон схватил палочку Гарри и выпустил вместе со своей двойное заклинание. Анна почувствовала, как поднимается в воздух и летит по коридору к противоположной стене Удар. Она врезалась в кофейный столик и, хорошенько приложившись к дереву, рухнула мешком вниз. Все, кто был в гостиной, замерли, глядя, как по голове блондинки течёт тонкая струйка крови. В гостиную вбежали Рон и Гарри, Уизли с помощью волшебной палочки обезоружил Лестрейндж, а Поттер пульнул заклинанием в Люциуса и тот, накренившись в кресле, рухнул в огонь. Парни ловко увернулись от заклинаний остальных Пожирателей. — СТОЯТЬ! Беллатриса за неимением палочки обратилась к холодному оружию. Она сжимала маленький кинжал у горла Гермионы. — Хотите узнать насколько у неё грязная кровь? — Рон пискнул и положил волшебную палочку на пол, Гарри повторил его движение. Сумасшедшая злорадствовала. — Невежливо расстраивать женщину в положении. А ну-ка, отошли от волшебных палочек. Белла бросила Гермиону на пол, словно тряпичную куклу — бледная гриффиндорка не подавала признаков жизни. Только Лестрейндж подошла к парням, как над головой раздалось странное дребезжание, будто начиналось землетрясение. Секунду спустя на волшебницу и несчастную Грейнджер упала огромная люстра, Добби победно спрыгнул и отряхнул ладошки. Рон с окровавленным лицом вытащил подругу из-под осколков. Нарцисса кричала от боли, стекло воткнулось ей в глаз, Крюкохват держал меч, пытаясь приподняться. Поттер нацелил три палочки, лежавшие на полу, в Люциуса, и тот, сделав пируэт, грохнулся в угол комнаты. Беллатриса, которую, казалось, нельзя было ничем ранить, поднялась, убирая волосы от лица: — Добби! — вскрикнула она. — Ты! Это ты обрушил люстру? Крошечный домовик наставил трясущийся палец на свою бывшую хозяйку. — Не тронь Гарри Поттера! — пропищал он. — Убей его, Цисси! — завопила Беллатриса, но тут опять раздался треск, и палочка Нарциссы, вылетев у нее из рук, приземлилась у дальней стены. — Ах ты, дрянная мартышка! — зашлась криком Беллатриса. — Как ты смеешь отнимать палочку у волшебницы? Как смеешь не слушаться хозяев? — У Добби нет хозяев! — пропищал он в ответ. — Добби — свободный домовик, и он пришел спасти Гарри Поттера и его друзей! От шока Беллатриса хватала ртом воздух, Нарцисса обессилено упала в кресло. В комнату вбежал Малфой, Гарри и Рон уже успели схватить палочки, Гермиону и несчастного гоблина, который всё не отпускал драгоценную реликвию. Аристократ кинулся к компании, но те уже успели трансгрессировать. — НЕТ! — вскричала Беллатриса и в последней момент, когда образ пленников ускользал всё дальше и дальше, она метко швырнула серебряный кинжал. Женщина не знала, попала ли она в цель, но была точно уверена, что её прощальный подарок отправился в назначенное место. Гарри почувствовал, как теряет сознание, Волдеморт уже успел прибыть в поместье. Поттер жалел лишь об одном: если Анна умрёт из-за него, он никогда себе этого не простит.

***

Удар. Снова удар. Борджиа стояла парализованная от страха, не в силах шевельнуть конечностями. Промах, каждый раз промах. Люциус и Беллатриса, расшвыривая Пожирателей смерти и гоблинов кинулись к двери, минуя груду тел. Все, кто не успел скрыться, рисковали быть убитыми прямо здесь и сейчас. А виновник всему — маленькая чаша, похищенная из сейфа Лестрейнджей. Анна наблюдала из гостиной, что творилось в небольшой комнате — кабинете Волдеморта. Резиденция Рабастана и Рудольфуса, где находилась сейчас Анабель, по праву называлась кровавой обителью. Каждый день Волдеморт карал Пожирателей смерти за их промахи и вербовал новых сторонников. Белла, ползая на коленях перед кабинетом господина, стонала от душераздирающего стыда — она не справилась, подвела своего хозяина. Презрительное выражение лица девушки сменилось на жалость. Эта женщина за столько лет так и не научилась любить по-настоящему, и в первую очередь себя. Голова Анны почти перестала болеть, Рональд сделал то, что должен был. В этот день погибли все егеря — за то, что оказались рядом, когда он был в гневе. Нарцисса получила перелом конечностей, Люциус шрамы по всему телу, а Драко часовые муки за то, что его родители и любимая совершили ошибки. Слизеринка смотрела на его страдания не в силах пошевелиться, и если бы не приход Леонардо, Малфой долго не протянул. Но настоящую боль и ужас вызвало не жестокая пытка Волдеморта, а то, что она увидела на предплечье отца выжженную Чёрную метку. Радовало одно — Борджиа предупредил Орден Феникса и с его разрешения стал двойным агентом, однако это было лишь началом конца, куда втянута вся семья Лео. Анна прекратила общение с родителями. Все труды, которые направлены на сохранение их жизни, а главное, достоинства, канули в Лету. Дориан и мать оставались нейтральными, но получение метки было лишь вопросом времени. Сама итальянка погрязала во лжи и страданиях, боли и потерях. Вся грязь, фальшь и искусственность преображали и её: она стала отстранённой. — Я обещаю, что тебя не тронут пальцем, — отец пытался поддержать дочь. — Зато тронут моих близких. Ты теперь слуга, — бросила она, указывая на метку. — План не сработал и я вынужден стать союзником. — Ты потерял себя. Если бы вы приняли помощь Ордена Феникса и скрылись, то сохранили свою жизнь. Сохранили себя. Я нужна ему живой, чтобы быть ресурсом в развязке войны. Когда его армия будет состоять из сотни и сотни воинов, им нужно будет быстро латать раны, а вы бы жили той жизнью, которую заслужили. Лео присел на корточки. — Наша жизнь — наши дети. И я бы потерял всякую честь и достоинство, когда позорно сбежал, оставив дочь в опасности. Я боялся этого всю свою жизнь, я знал, что кто-то захочет воспользоваться и сделать из тебя нескончаемый запас алмазов или других ресурсов. Я твой папа и я не допущу этого. Но что могло быть хуже того, что сейчас происходило в её жизни? Что ждёт девушку дальше? Будущее, где она каждый день собирает себя по кусочкам после очередного наказания Тёмного Лорда. Сейчас ей хотелось только одного — к Оливеру. Он бы точно нашёл те самые слова, которые заставили бы Анабель идти дальше. Подняться с колен, посмотреть опасности в глаза и наперекор всем врагам идти и идти. Вуд всегда знал, как поднять ей настроение, какой дать совет и как заставить её чувствовать себя сильной. Драко хорошо понимал Анну и знал, что никогда не заменит ей Оливера. Все вопросы, которые он задавал ей насчёт их взаимоотношений, оставались неотвеченными. И Малфой чувствовал, как теряет её. А чего он ожидал? Та жизнь, в которой он вынужден вертеться, не создана для счастья и радости. Здесь можно выкроить время для любви, но нельзя жить в любви. Потому что хозяин уничтожит всё, что отрывает слугу от дела, всё, чем он когда-либо дорожил. После освобождения пленников Анабель переселилась в свой дом. Ей грела душу мысль, что она помогла спастись им. По приезде в Мюнхен блондинка отправила короткую весточку вместе с Патронусом: всё обошлось, она в порядке. Обратной связи не ждёт, потому что за ней постоянно следят. Пожиратели могли быть уже на хвосте, однако Анна должна была предупредить Орден Феникса о планах Волдеморта. Прежде всего она узнала, что все члены семьи Уизли находятся в убежище, Джинни не вернулась с Пасхальных каникул, а Невилл совершенно пропал и Полумна не может с ним связаться. Борджиа подумывала о том, чтобы навестить его бабушку Августу, однако она могла зацепить хвост и подставить старушку, поэтому итальянка решила вернуться в Хогвартс и разузнать последние новости. Она отошла от дел и могла спокойно жить, пока Волдеморт не прикажет ей отдать свою кровь и завершить ритуал, но это существование нельзя назвать размеренной жизнью. Итальянка не спала, всё время оглядываясь, смотря в окно по ночам. Однажды она заметила две фигуры в чёрных плащах, которые озирались по сторонам, явно что-то ища. Но спустя полчаса слуги Тёмного Лорда внезапно исчезли, так же, как и появились, завидев хозяйку дома в спальне.

***

Анабель снова собиралась в дорогу. Маленький чемодан, доверху набитый скромными пожитками, уже самостоятельно спускался по лестнице, пока она заплетала волосы. Раздались два хлопка. Анна поспешно спустилась вниз и прильнула к двери, заглядывая в глазок. У ворот стояли двое неизвестных, высокий забор скрывал лица и итальянка видела лишь их ноги. Спустя пару минут она уже приветствовала Дориана и Драко. — Чем могу быть обязана? Они молча поглядели на неё и Анабель поняла, что ребята шутить не склонны. — Думаю, сейчас тебе лучше не отправляться в Хогвартс, — лаконично пояснил её парень. — Все, кроме Слизерина, подняли бунт и прячутся от Пожирателей смерти, предположительно, в выручай-комнате. Те немногие, кто ещё остался там, подвергаются давлению и страдают их родные. Недавно Долохов наведывался к бабушке Невилла. Анна похолодела. — Я так и знала. Брат потрепал её по плечу. — Не труси, всё в порядке. Старуха оказалась им не по зубам. Драко молчал. — Мы ходим по лезвию, Анабель. В любой момент Тёмный Лорд решит избавиться от моей семьи, и я всё больше склоняюсь к тому, чтобы попросить помощи у Ордена. Он скривил губы, словно произнесённые слова ранили парня в сердце. — Думаю, уже поздно, — с сожалением ответила девушка, привлекая его к себе. — Орден — не Пожиратели смерти. Они добряки и я думаю, что можно хорошо надавить на жалость, — Малфой вдохнул запах её волос и зарылся в них. Борджиа нетерпеливо прищёлкнул языком. — Нежности потом. — А ты куда-то торопишься? — поинтересовалась сестра. — Есть пару дел. Итак, резюмируем. Как я и говорил, разубедить Бель невозможно, но я всё же попрошу. Анна, оставайся дома, так мне будет спокойнее. — Так будет спокойнее и маме с папой и Тёмному Лорду, даже Парцифалю. Но я не затворник, я должна что-то делать, помогать и поддерживать. Дориан сжал плечи блондинки. — Береги себя, поняла? Прошу, не заставляй меня напоминать, каково было нашей семье тогда. Она кивнула. — Я буду осторожна. В конце концов, мы что-нибудь придумаем. — Что-нибудь… — повторил Дори. Он отошёл в сторону и закрыл глаза руками. — У меня плохое предчувствие. Я вернусь, как только смогу. — Не торопись, реши все важные дела. Мы обязательно встретимся. Борджиа кивнул и исчез в воздухе. — А ты чего молчишь? — Анабель обратилась к Малфою. — Не хотел вмешиваться в семейный разговор. Идём? Они схватились за руки и аппарировали. Приземлились на мостовой недалёко от Хогсмида. Анна заозиралась вокруг, недоумевая, что происходит. — Почему мы не у ворот? — Понятия не имею, — ответил Драко. Он побродил по дороге и решил, что нужно пройти через деревню в замок. — Придётся прогуляться, принцесса, — Малфой галантно подай ей руку, блондинка жадно схватила ладонь парня. Несмотря на веселье и иронию, которую излучал аристократ, выглядел он отвратительно. Огромные серые пятна под глазами занимали половину лица, на лбу выступили морщины, скулы стали острее. На улице холодало и пара решила ускорить шаг. Всё время, пока слизеринцы шли, они обменивались свежей информацией и дальнейшими планами. — Скоро что-то случится, — хмуро поведал блондин. — Но меня в это не посвящают, Панси была на собрании, заскочу к ней позже и спрошу. Поблизости виднелись первые домишки, людей на улице не оказалось и слизеринцы беспрепятственно дошли до центра. Но вдруг парень согнулся и зашипел. — Чёрт тебя дери! Он поднял рукав и перед девушкой предстало отвратительное зрелище: метка опухла и кровоточила, словно кто-то приложил к ней раскалённую кочергу. — Что происходит? — обеспокоено поинтересовалась Борджиа. — Он зовёт меня, — сжимая зубы, проговорил Драко. — Метка горит так сильно, потому что ему срочно нужно моё присутствие. Извини, Анна, я должен… — Всё хорошо, — холодно ответила девушка. — Это всё равно не прекратится, иди быстрее. — Попробуй трансгрессировать. Я не хочу оставлять тебя одну. — У тебя нет выбора, забыл? Не беспокойся, я справлюсь. Она помахала ему рукой и двинулась дальше, не оборачиваясь. В конечном счёте, девушка не понимала, почему злится на него, во всём виноват хозяин, который умело манипулирует Малфоями. Анабель не помнила, как дошла до центра деревеньки. Все её мысли занимал парень, и она почему-то ощущала тревогу, беспокойство. Позади раздались быстрые шаги и звук голосов. Она обернулась и увидела, как небольшая компания двигается в её направлении, гогоча и смеясь. В следующую секунду на неё накинулся высокий молодой человек с каштановыми волосами. — Оливер! — только и успела пискнуть итальянка, когда парень поднял её в воздух и закружил. Она радостно засмеялась и обняла его, крепко сдавливая рёбра. Рядом с другом стояли близнецы Уизли, Билл и Чарли; Анна плохо знала последних, но они уже успели зарекомендовать себя, как вежливые и благородные волшебники. — Что вы здесь делаете? — изумлённо поинтересовалась девушка. — Галеоны, — Фред подкинул в воздух фальшивую монету, созданную во времена ОД, чтобы оповещать его членов о собрании. — Горят уже не первый день. Невилл сказал, что в Хогвартсе намечается что-то грандиозное, мол Гарри Поттер поблизости. Ну, мы и решили позвать подмогу. Он махнул на братьев и Вуда. — Что происходит? Я слышала об этом, но никто не говорил мне. — Странно. Орден Феникса и все наши сейчас прибывают в замок, говорят, нас ждёт великое событие. А ты почему одна тут расхаживаешь? Такой красивой девушке опасно бывать в обществе пьяных Пожирателей, — подмигнул Чарли. Она зарделась и усмехнулась. — Мне не привыкать. — Знаем, что ты с семьёй двойные агенты, — понизил голос Фред. — Мы об этом, конечно, стараемся не распространяться. Аристократка кивнула, охотно веря. — А где твой Малфой? — Оливер отодвинулся от девушки и с неприязнью задал вопрос. — Тёмный Лорд срочно созывает всех. Кажется, Гарри действительно что-то предпринял. Она задумчиво уставилась на Хогвартс, видневшийся вдалеке и поблёскивающий огоньками. — Нам сейчас нельзя светиться, — объяснил Билл. — Воющие чары сняли, всё перевели на замок. Но скоро комендантский час, так что, нужно поспешить скрыться, чтобы не нарваться на патруль, — поторопил Билл. — Ты с нами? Слизеринка энергично закивала, хватая Оливера под руку. Ей столько нужно было ему рассказать, да и ребята могли поделиться новостями. Они шли в противоположную сторону, в трактир «Кабанья голова». Борджиа всё верещала, рассказывая Вуду о событиях последних месяцев. Итальянка не могла обижаться на него, ей казалось, что это время жалко тратить на ссоры и выяснение отношений. Оливер слушал внимательно, иногда рассказывая о своей жизни, близнецы Уизли тоже поведали пару свежих новостей. — Вы сделали что? — глаза девушки округлились. — «Поттеровский дозор?» — Мы бы и тебя пригласили, жаль только, что ты была под слежкой. А так, думаю, этот выпуск разлетелся бы, как горячий тыквенный пирог. Билл произнёс: — Думаю, что ваше радио здорово воодушевило всех наших. Папа каждый раз терпеливо подбирал пароли, чтобы выйти на нужную волну. Затем, вздохнув, он продолжил: —Ты знаешь, что Добби погиб? Анна остановилась. — Как?! Билл с сожалением опустил глаза. — Когда ребята трансгрессировали из поместья Малфоев, — девушку передёрнуло от воспоминаний, — Беллатриса успела кинуть кинжал, который попал в эльфа, бедняга скончался за секунды. Гарри ужасно переживал и решил похоронить его по-человечески, вырыв могилу руками. Она находится на отмели, около нашего коттеджа «Ракушка». Добби умер свободным эльфом. Анна зажимала рот рукой, чтобы не заплакать. Несчастный Добби… Она разделяла мнение Гермионы и всегда жалела домовиков. То, что случилось с ним — настоящий ужас, уродливая изнанка войны, кошмар, в который волшебники ввергли магических существ. — За Добби, — прошептала Анабель. — За Добби, — хором повторили парни. Компания свернула за угол, на всякий случай озираясь по сторонам. Но в деревеньке действительно не было ни одного Пожирателя смерти. Трактир, в котором когда-то впервые собирался Отряд Дамблдора, напомнил Борджиа счастливые и беззаботные дни. Она даже улыбнулась, когда увидела знакомые стены, ведь именно в этот год девушка умерла. Так странно было посещать это место, словно та, прошлая, жизнь была миражом. Аберфорт, грозный мужчина с пышной бородой, возмутился, когда нежданные гости застали его в кровати. — Я вам что, вокзал Кинг-Кросс? А ну, проваливайте! Джордж похлопал его по плечу и отодвинул картину с миниатюрной девочкой, сзади которой виднелся небольшой проход. Слизеринка с большим удивлением влезла вслед за остальными. — Боишься темноты, Белоснежка? — задорно проговорил Джордж. — Откуда ты взял это слово? — Маггловские сказки, странное имечко, не правда ли? Его носит лесная нимфа с белоснежной кожей. — Как мило, — съязвила итальянка. Прошло пару минут и в глаза идущих впереди Оливера и Билла ударили косые лучи света. Дверь проёма распахнулась. Анабель не сразу осознала, куда попали путники. Несколько секунд она привыкала к свету, но как только разлепила глаза, то увидела, что перед ними стоят, как минимум, пятьдесят человек. — Ух ты, — только и выдавила девушка, откладывая чемодан в сторонку. Гарри, Рон и Гермиона стояли в центре, окружённые толпой. Студенты кричали, перебивали друг друга и, судя по всему, находились в крайнем возбуждении. Только сейчас Борджиа осознала — то, чего она так боялась, началось. Всё случилось неспроста: метка Драко, неожиданная встреча с близнецами, Оливером, Биллом и Чарли, появление Гарри в замке. Волдеморт знает, что он тут, видимо, собирается встретиться с гриффиндорцем и покончить раз и навсегда. А это значит, что сегодня Анна будет принесена в жертву, ритуал свершится здесь. Она отшатнулась и шагнула в проход. Первым порывом было убежать, скрываться, просить помощи, у Борджиа никогда не было той храбрости и отваги, как у её друзей. По крайней мере, девушка так считала. Гарри согнулся пополам, сидя на мягком пуфике. Он держался за голову и напряжённо соображал. Слизеринка подняла руку вверх. Ну уж нет, с неё хватит, сегодня она вступит в бой со своими страхами. И пока неожиданно накатившая смелость не поубавилась, Анабель выпустила в воздух сноп зелёных искр. — У него болит голова, не галдите. Все обернулись и посмотрели на слизеринку. Кто-то принялся обнимать её, Гермиона расцеловала в щёки. Однако не все разделяли радость встречи. — Пожирательница смерти! — выкрикнули из толпы. Итальянка отстранилась от гриффиндорки и нашла взглядом своего обидчика — Чжоу Чанг. Почему-то Анабель не была удивлена такой реакции, она понимала, почему многие студенты сторонятся её. Будучи закадычной подругой тёмных прислужников, итальянка когда-то подвергалась одержимости, не каждый решался довериться ей вновь. — Слушай, она спасла нам жизнь, — вступился Дин Томас. — Лечила наши раны, помогла сбежать Гарри, Рону, Гермионе, Полумне, Олливандеру, гоблину и мне! — с очередным именем он кричал всё громче. — Именно, — хором выдали близнецы. Трое лучших друзей также энергично закивали в поддержку Анны. Но Чанг не убедили слова гриффиндорцев: — Для вас она сделает, что угодно. Но если кто-то из нас попадёт в беду и ей придётся выбирать между тем, спасти ли нас, рискнув своей жизнью, или же убежать, мы все понимаем, что выберет слизеринка, — Чжоу буквально сверлила взглядом блондинку. Выступил Невилл: — Она знала наши планы. Ну, когда ОД бунтовал, Анна терпела наказания вместе с нами. — А я всё же напомню про тот случай в особняке Малфоя! — не унимался Дин. — Она спасла нас всех, хотя если бы выдала Тому-Кого-Нельзя-Называть, то приобрела бы больше выгоды. В конце концов, Чжоу, Гарри важен для него. Чанг бросила взгляд на бывшего парня. — Она предаст его, я уверена. Как предала Мариэтту. — Её предала собственная болтливость, — решилась произнести девушка. — Замолчи! Чжоу топнула ногой. — Я понимаю тебя, я тоже не верю ей до конца, — Долгопупс обратился к когтевранке. — Но она знает много, мы можем лишь верить ей на слово. Анна приподняла бровь, недоуменно глядя на друга. — Ничего личного, Анабель. На мою бабушку напали, а мы с тобой как раз обсуждали в тот день… На глаза Борджиа нахлынули слёзы. Она инстинктивно сжалась, но постаралась сохранять спокойствие. — Анабель ненавидела меня, но спасла от тех щупалец в Министерстве магии, — тихо произнёс Рон, приподнимая рукав. Я сказал ей последнее место, где видел Гарри и Гермиону перед уходом, но она и не подумала кому-то растрепать. Невилл нахмурился. — Никто из нас не знает друг друга наверняка. Я думаю, Анабель можно доверять, потому что ничего другого нам не остаётся. Он пожал плечами. —Да пошёл ты, — Борджиа толкнула его плечом и направилась к выходу. — Анна! АННА! — Оливер побежал за ней, но она уже скрылась за коричневой дверью. Невилл закрыл проход рукой. — Есть вероятность, что ты больше не сможешь зайти сюда. Снаружи опасно, снуют Пожиратели. Дослушай Гарри, потом найдёшь её. Ей надо успокоиться. Оливер бешеными глазами посмотрел на Долгопупса. Ему показалось, что тот находился под действием Империуса, Невилл никогда не вёл себя так. — Так что нам делать, Гарри? — воодушевлённо подпрыгнул Фред. Гарри не на шутку разозлился, неописуемая боль в шраме свидетельствовала о том, что у них больше нет времени. Взглянув на Гермиону, Поттер кивнул. — Слушайте все, мы ищем одну вещь…

***

Анна спускалась по лестнице на шестой этаж. Сердце бешено колотилось, а глаза застилали слёзы. Она попыталась замедлить шаг, но ноги несли её вперёд, подальше от всего происходящего. Скоро Волдеморт узнает, что Гарри в замке, это дело времени. А значит, если Анабель и Гарри рядом, то уже ничего не помешает ему осуществить задуманное. Сегодня восторжествует зло. Слёзы страха и отчаяния ручейками стекали по щекам. Анна, такая сильная и независимая, рыдала, убегая от проблем, недоверия и опасности. «Как ты могла думать, что после всего ужаса, на который Волдеморт обрёк семьи этих несчастных подростков, они будут верить тебе?». «Ты заигралась. Ты больше не двойной агент. Ты давно выбрала сторону и теперь пытаешься сохранить как можно больше жизней. Но это не выживание, это война. Здесь нужно уметь не только спасаться, но и убивать. Чем больше врагов ты сокрушишь, тем быстрее закончится война». Мысли девушки добивали, заставляли собраться, но Борджиа сильнее трясла головой, стараясь избавиться от них, больше не хватало сил бороться. Внезапно она остановилась. Перед ней с неба опустился светящийся шар — Патронус. Он взглянул на неё, пробежался вокруг, осмотрелся и испарился. Это был Дориан, брат искал сестру. Анабель внимательно глядела на Патронуса, который уже испарился, оставив после себя серебристую дымку. — Ауч! Осторожнее! — сквозь неё проплыло невнимательное привидение. Молодая девушка обернулась и с презрением глянула на незнакомку. — Не подобает дамам сидеть на холодном полу. Анабель покачала головой, изображая зануду. Затем встала, отряхнула мантию и двинулась дальше, к картине с тремя поросятами. Если Дориан её ищет, то не стоит уходить далеко. — Хррррююю! — раздался протяжный визг и трое маленьких свинов радостно потрясли пяточками. Анабель улыбнулась и погладила их по спине. В пустом коридоре никого не было. Ученики уже спали, а Филч, судя по всему, бродил на нижних этажах. Раздались шаги. Анна испуганно обернулась. — Люмос! — прошептала девушка. Но кто-то мигом погасил её огонёк. — Нокс! — прохрипел низкий голос, довольно грубый и нахальный. Блондинка попятилась. — Я ищу профессора Снегга, — мигом выпалила она. Сальный взгляд пробежался по фигуре слизеринки, остановившись на выпуклостях. Резким движением мужчина подхватил её за талию, откинув палочку в сторону. — АААА…мхркхаа, — Амикус зажал ей рот рукой и прижал к стене. Поросята на картине дружно взвизгнули, упав на пол. Он гадко улыбнулся, подтягиваясь к её уху: — Наконец-то мы одни, не правда ли, итальяночка? Он облизал мочку, спускаясь ниже, к горлу. Левой рукой Пожиратель смерти коснулся её бёдра, оттянув нижнее бельё. Анабель неистово закричала, отталкивая его от себя. — Убери свои руки, животное! Борджиа ударила его в пах. Кэрроу рыкнул и схватился за причинное место, осев на пол. Палочка вылетела из рук и упала рядом. Борджиа всё ещё тяжело дышала, не в силах сообразить, что делать дальше. Ценный миг ускользал с каждой секундой и нужно было бежать, как можно дальше. — Что здесь случилось? Дориан, подошедший как раз вовремя, бегло осмотрел сестру. Судя по её всхлипываниям и тому, как она пыталась опустить юбку, брат понял всё мгновенно. Борджиа изменился в лице. — Он тебя тронул? Тронул?! — Дориан встряхнул её. Он закивала, отодвигаясь за спину брата. Недолго думая, блондин ударил лежащего Кэрроу ботинком в нос, тот заскулил ещё сильнее и попытался отползти назад, к палочке. Дориан пнул её в сторону. Схватив Амикуса за воротник, он снова и снова наносил ему удары кулаком, позабыв о волшебстве. Сейчас он был только братом, чью сестру обидел гнусный мерзавец. Анна закричала. — Дориан! Дориан, ты его убьёшь! Амикус уже не морщился от боли, лишь висел, как тряпичная кукла. Анабель оттолкнула Кэрроу и схватила Борджиа-младшего за кулак. — Он заслужил! — взревел Дориан. — Заслужил! — Кэрроу того не стоит, Дориан. Пожалуйста, пойдём. Она успокоилась и повела брата в обратную сторону, итальянец выдернул руку и поправил мантию. Анабель остановилась в туалете, со злостью смывая с себя неприятное происшествие, рьяно оттирая шею и уши. — Он приставал к тебе раньше? Почему ты не говорила? Что хотел сделать этот ублюдок? — засыпал вопросами Дориан, когда сестра вернулась в коридор. Его всё ещё трясло от адреналина. — Я успела его оттолкнуть и ударить. Не могла убежать, я испугалась. Он закрыл глаза и шумно вздохнул. — Почему ты здесь одна? Я же просил Драко за тобой приглядывать. — Тёмный Лорд срочно вызвал, я сама добралась в замок. — Я ему устрою взбучку. Я же сказал, что тебе опасно находится одной, слишком много людей хотят тебе зла. Анна повисла на руке Дориана, прямо как в детстве. — Ну не занудствуй. Я в порядке, уже успокоилась, Драко не виноват, что у его хозяина срочные дела. — Это значит, что папа рядом с ним. Ты знаешь, что Тёмный Лорд стягивает все силы? Он знает, что Гарри Поттер в замке, отец предупредил мать, она направляется сюда. Что-то будет. Бель похолодела. Она знала, что, возможно, Волдеморту уже известно местонахождение Поттера. Гарри может не знать, что он близко, нужно срочно предупредить. — И кстати, почему ты так далеко от подземелья? — Дориан задумчиво оглядел коридор. — Некогда объяснять, мне срочно нужно кое-что сделать. Найди маму, я найду папу. — Анна, куда ты соб… Но девушка уже ринулась в противоположную сторону. — БУДЬ ОСТОРОЖНА! — закричал Дориан.

***

Оказалось, что известие Анабель не было для кого-то новостью. Пока она добежала до гостиной Гриффиндора, потоки испуганных учеников чуть не сбили её с пути, утащив с собой. Анна повернула обратно и вот уже неслась в выручай-комнату. — Чёрт, я пропустила как в неё попасть… — бормотала она, ощупывая стену. — Ну же! Борджиа беспомощно ударила кулаком до стене. Бесполезно, комната упорно хранила свою тайну. Итальянка разозлилась не на шутку. Как она могла капризничать в такой момент? Нужно было доказать Невиллу чего она стоит и остаться вместе со всеми. Тем более, девушка не хотела выпускать из виду Оливера. Борджиа решила, что обязана действовать. Она спустилась на нижний этаж, собираясь снова ринуться в Большой зал, где мог быть Гарри. На бегу столкнулась с двумя учениками. Когда блондинка поднялась, то увидела перед собой того, кого искала. — Гарри, мне нужно тебе сказать! — Анна! Она прижала его к себе. — Больше я не оставлю вас. Я выбрала сторону, Гарри, можешь во мне не сомневаться, — от перевозбуждения она еле сдерживала себя, прыгая на месте. — Мы с Роном и Гермионой никогда в тебе не сомневались. С того самого момента, когда ты отдала жизнь за нас. На глаза Анабель навернулись слёзы. — Я тоже думаю, что ты всегда была доброй, на стороне Ордена Феникса. И твоя семья не злодеи, — как всегда мечтательно добавила Полумна. — Полумна, — Борджиа обняла и её. — Прости, что говорила тебе гадкие вещи. Извини, что сомневалась хорошая ли ты пара моему брата. И прости, что моя смерть оборвала ваши отношения. Полумна махнула рукой. — У тебя странные мозгошмыги. — Дориан в замке, пожалуйста, обещай, что найдёшь его. Взгляд Лавгуд, обычно мечтательный и рассеянный, вдруг изменился. Как будто она услышала что-то, что может изменить её жизнь. — Обещаю, — тихо произнесла девушка. Гарри нахмурился. — Анабель, времени нет, отравляйся в Большой зал. Я предупрежу тех, кто остался в выручай-комнате. Он уже рядом, почти у замка, всех студентов срочно эвакуируют. — Ты же знаешь, я не уйду. — Я и не сомневался. Итальянка ободряюще кивнула им и понеслась в Большой зал, Дориан уже должен был встретить мать. Огромный поток учеников преградил путь девушке. Ей пришлось потратить изрядное количество времени, чтобы добраться вместе со всеми. Брата она так и не нашла. — Где профессора Слизнорт и Снегг? — поинтересовалась она у проходящих мимо первокурсников-гриффиндорцев. Они хихикнули в кулак. — Говорят, директора свергли и он сбежал. А вот слизеринцы уже в Большом зале, расталкивают всех, чтобы удрать первыми. Борджиа быстрым шагом направилась к столу факультета, из знакомых она видела лишь Кассиуса. Он держал сестру за руку и внимательно всматривался в толпу. — Кас, что происходит? — Привет, — он устало обернулся к Борджиа. — Ищу Миллисенту и Блейза. Но, кажется, они уже улизнули. Видимо, придут снова уже с хозяином, — намного тише произнёс парень. — Слизнорт беседует со всеми, спросил, хочет ли кто-то остаться защищать Хогвартс. — Я останусь, — твёрдо произнесла девушка. — Анна, из хорошеньких остаются только полукровки, которым терять нечего. Уходи, иначе он убьёт тебя в тот же момент, когда увидит, за кого ты. Я люблю Хогвартс, но воевать за осквернителей — это подписать себе смертный приговор. — Ты же знаешь, что я не отступлю. — Хотел бы я бросить вызов ему и поставить семью на ноги. Но моя сестра… Он опустил глаза на девушку, стоящую рядом. Борджиа поняла его, если бы Анна была на месте Дориана, то поступила бы так же. — Я не осуждаю. Панси и Тео с тобой связывались? — Уже с ним, вот-вот будут штурмовать Хогвартс. — Паркинсон наверняка вся в слезах. — Ей нельзя, ты же знаешь. Она вновь понимающе кивнула. — Ты видел Дориана? Он должен быть где-то здесь, встречать маму. — Я видел их, они исчезли в толпе. Анабель поблагодарила Кассиуса. В этот момент огромная куча людей присоединилась к эвакуации, девушка видела в толпе членов Ордена Феникса, уже прибывших в замок. Гарри оббегал глазами Большой зал, видимо, искал друзей. — Ты в порядке? — участливо поинтересовалась слизеринка. — Да, не могу найти Рона и Гермиону. От разговора их отвлекла Макгонагалл. — Мисс Борджиа, ваш брат и мать присоединились. Что насчёт вас? — она строго оглядела девушку, будто ожидая, что та даст слабину. — Если моя семья здесь, то нет и речи о том, чтобы отступить. Я буду сражаться за Хогвартс. Профессор Макгонагалл потрепала её по плечу. — Анабель, если вам нужно будет сказать Драко Малфою нет и обезоружить его, готовы ли вы будете дать отпор близкому человеку? На какое-то время итальянка позабыла, что теперь они с Драко по разные стороны баррикады. — Профессор, я сделаю всё возможное, чтобы остановить Волдеморта. Даже если придётся сражаться с близкими мне людьми. Предательские слёзы в который раз за этот вечер душили девушку, ком в горле не давал дышать, но она знала, что обязана была сказать это. Ей придётся выступить против человека, который когда-то вернул её к жизни. Вдруг в стенах замка раздался голос. Как будто говорил кто-то рядом, однако его слышали все, кто находился на территории Хогвартса. — Я знаю, что вы готовитесь к битве. Студенты в ужасе замолкли, оборачиваясь, пытаясь найти источник звука. Однако голос исходил из ниоткуда и одновременно отовсюду. Волдеморт давил на моральное состояние студентов, которые и так переживали не лучшие времена, многие испугались, некоторые заплакали от страха. — Ваши усилия тщетны. Вы не можете противостоять мне. Я не хочу вас убивать. Я с большим уважением отношусь к преподавателям Хогвартса. Я не хочу проливать чистую кровь волшебников. Анна издала нервный смешок. Трудно поверить в благие намерения волшебника, разрушающего всё до основания на своём пути. Она хотела закрыть уши, как это делали многие, однако слова Волдеморта заполняли воздух, от его голоса невозможно было сбежать. — Отдайте мне Гарри Поттера, — сказал голос Волдеморта, — и никто из вас не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю школу в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы получите награду. Даю вам на раздумье время до полуночи. Бель с трудом разобрала последние слова. Голова закружилась и ей стало дурно, она почувствовала, что носом идёт кровь. Кто-то предложил отдать Гарри Волдеморту, но друзья и сторонники Поттера, которых в этом зале было намного больше, закрыли его от слизеринцев. Анна, шатаясь, подошла последняя, встав между мальчиком, который выжил и своим факультетом. Кровь стекала по лицу, мантии, руки были запачканы, но Анабель стояла ровно, твёрдо глядя на своих однокурсников. — Предательница, — послышался шумок в толпе зелёных. Макгонагалл взяла под руку девушку. — Факультет Слизерин покинет стены замка. Анна, прошу вас, вы нуждаетесь в мадам Помфри. Девушку взяла под руку колдомедик. — Детка, ты переутомилась, — трясущимися руками Поппи взмахнула палочкой. Всё исчезло и итальянка свободно задышала. Только сейчас она заметила, как смотрели на неё остальные ученики. Видимо, очень немногие знали, что у Борджиа голубая кровь. Эрни, любопытный до чёртиков, поинтересовался: — У твоих родных тоже такая кровь? — Нет, только у меня. — Чудеса, — удивлялся Макмиллан. В этот момент Минерва кричала на гриффиндорца. — Криви, не может быть и речи! Вы слишком юны! Анабель с восхищением смотрела на младшекурсников, которых Макгонагалл пришлось с силой выгонять и эвакуировать. Анна подошла к Гарри. — Какой у тебя план? — поинтересовалась девушка, пока Кингсли расставлял приоритеты и назначал посты. Гарри сжимал голову. — Рон и Гермиона будто сквозь землю провалились, я без них не могу трезво думать. — Они ушли куда-то по делу, иначе не оставили бы тебя. Можешь посоветоваться со мной, я дам беспристрастный ответ! Она пыталась улыбаться и держать настрой, чтобы возрастающая паника не захлестнула с головой. — Я знаю, что Волдеморт использует крестражи. Он заключает частицу души в какой-то особый предмет. Мы уже поняли, что это факультетские символы, я был в гостиной Кандиды. Помнишь тот день, когда ты сбежала с помощью перстня Ланнистер? — Думаешь, Волдеморт мог сделать из него крестраж, когда Персефона заключала с ним союз? Нет. Она бы не отдала его, слишком он дорог. К тому же, я не помню их разговор, она постаралась скрыть от меня этот момент. В драгоценности была большая сила, когда Снегг и Гермиона спасали меня. Он уничтожен, я знаю это точно. Однако про Кандиду можно подумать… У неё же была диадема? — Да, или тиара, что-то вроде украшения для волос. Но говорят, что диадема пропала много лет назад. Анна прикрыла рот рукой. — Что? Что? — взревел Гарри, прочтя в её взгляде осмысление. — Гарри, в тот день, когда я сбежала! Ты прав! Помнишь, эта сумасшедшая рассказывала вам легенду об основателях? Что ты помнишь о Кандиде? — Она пришла в Хогвартс с детьми. — Именно! У Когтевран была дочь, которая сбежала с диадемой, основатель до последнего скрывала её уход и умерла, так и не увидевшись с дочерью. — Но тогда мы окончательно потеряли диадему. Ведь если Елена утащила её с собой, то наверняка, она отправилась в могилу вместе с хозяйкой. — Елена умерла, верно. А теперь пораскинь мозгами и подумай, кто призрак факультета Когтевран? Молодая девушка, её зовут Серая Дама. Дориан рассказывал, что она молчалива и скромна, будто хранит какую-то тайну. Я уверена, что именно она дочь Кандиды Когтевран — Елена. Гарри не пришлось уговаривать. Он спешно поблагодарил девушку и бросился на поиски Серой Дамы. Теперь у него была хоть какая-то зацепка. Тем временем, срок отведённый для выдачи Поттера истёк. Анна бежала по Большому залу, пытаясь найти мать и брата. Наконец, девушка наткнулась на них у самого входа. — Мама! — она кинулась к ней. Мелисса ободряюще улыбнулась. — Детка, я так рада видеть тебя. Где Драко? — Мы расстались в Хогсмиде, он нужен Тёмному Лорду. — Сейчас ему нужен каждый человек. Твой отец успел вырваться, он занял пост на башне, чтобы следить за нападениями с воздуха. Я собираюсь присоединиться к нему, в этот день Волдеморт поймёт, что мы больше не на его стороне. Скажи мне, дорогая, ты видела Гарри? — Он делает всё возможное. Если Гарри найдёт средство победить его, то сегодня мы избавимся от Волдеморта навсегда. — Всё будет хорошо. Прошу тебя, спрячься. Я разговорилась с Молли и её семьёй, чудесные волшебники, она спрятали свою дочь в выручай-комнате, присоединись к ней, Анна. Моё сердце будет не на месте, если Парцифаль или кто-то ещё доберётся до тебя. Итальянка качнула головой, мать мгновенно всё поняла. Она схватила дочь за плечи. — Анабель, это не шутки! Ты думаешь, он оставит попытки пленить тебя? Ты последнее звено в его плане. — Мама, я буду с ней рядом, — заверил Дориан. Мелисса с сомнением глянула на детей. — Все эти годы ты приглядывал за ней, Дориан. Не давай сестру в обиду, прошу тебя, как только кого-то из вас постигнет опасность, отправляйте Патронуса. Немедленно. Она обняла детей на прощание и крепко поцеловала. Стараясь скрыть слёзы, миссис Борджиа шагнула вперёд, поднимаясь по лестнице к мужу. — Дориан, он убьёт меня? —Анабель овладела паника. — Не позволю. Анна, я буду беречь тебя, обещаю. К брату и сестре подошли близнецы. — Не труси, Белоснежка, мы будем рядом. Все уже предупреждены, что ты нуждаешься в защите, как и Гарри. Мы же не хотим, чтобы кто-то открыл врата и выпустил оттуда кучу монстров. Нашему миру и так хватает проблем, — задорно произнёс Фред. — Это уж точно, — подтвердил Вуд. Анна обняла его. — Пожалуйста, береги себя, Оливер. И больше не бросай меня, — произнесла девушка. — Обещаю, — мгновенно произнёс гриффиндорец. Дальнейшая реплика Джорджа потонула в оглушительном крике. — Война началась, — крикнул Бруствер.

***

Соратники Волдеморта атаковали все позиции. Натиск, с которым обрушил свой удар тёмный маг, шокировал. Первыми потерпели поражение северные стены, великаны снесли их одним махом. Обошлось без жертв, однако начало битвы показало, как серьёзно настроен Волдеморт. Анна выбежала из Большого зала и принялась встречать «гостей» у входа в школу. Пожиратели смерти хлынули огромным потоком спустя полчаса. Внешняя оборона сломлена, Орден Феникса отступал внутрь, но лучники и занимающие высотные позиции прекрасно справлялись с натиском дементоров и прочей летучей нежити. Помона Стебль вместе с Трелони и некоторыми пуффендуйцами организовали воздушную атаку в замке. Они скидывали ядовитые растения и стеклянные шары на головы незадачливым Пожирателям смерти, оглушая их и выводя из боя. Соратники Волдеморта не скупились на заклинания и с первых минут битвы применяли самые опасные, включая Непростительные. Но защитники Хогвартса, окрылённые и возбуждённые, не собирались так просто сдавать позиции. Создавалось впечатление, словно каждый из них принял дозу Феликс Фелицис, так искусно они отражали заклинания противника. Анабель пробежала мимо перекрёстного огня, она потеряла Дориана из виду и теперь пыталась найти. Впереди боролись Долохов и Оливер, которые так быстро лавировали, что Анна на секунду засмотрелась на их ловкость и мастерство. — Фурункулус! — Борджиа направила палочку на Антонина, тот взревел, мгновенно покрываясь нарывами. Анна поймала палочку, которую он уронил и сломала пополам. Оливер шутливо поклонился, а девушка бросилась дальше, огибая второй и третий этажи. Сбоку от неё неожиданно появился Пожиратель смерти с зелёными волосами, который стремительно атаковывал какую-то старушку. — Ступефай! — навстречу паре выпрыгнул Невилл. Пожилая женщина потрепала парня по щеке и Анна с удивлением обнаружила, что это бабушка Невилла. С каждой минутой слизеринка всё больше отдалялась от брата, чуть ли не рыдая, она стремглав неслась сквозь пыль. Борджиа видела, как Дориан поднялся на этаж выше, сражаясь с Мальсибером. Итальянка увидела перед собой Хагрида, который огромными кулачищами раскидывал кирпичи, многие из них попадали Пожирателям прямо в лицо. — Хагрид! — О, Анабель! И ты туточки! Уж не Гарри ли случаем ищешь? — Нет, Хагрид, ты видел Дориана? Я потеряла своего брата. — А? Блондин такой? Рослый! — Да. Ты видел его? — Так он же с близнецами был. Эх, тьфу, поди уже и скрылись. Давай-ка я сейчас быстро кликну их, рядом они должны быть. Радостная Анна быстро замотала головой. — Нет-нет, раз уж тут, я найду. Она бросилась вперёд, на ходу скидывая плотную мантию — огонь борьбы распалил и теперь Борджиа решила влиться в битву. — Дориан! Дориан! Впереди была разрушена стена, пыль стояла столбом и Анна зашлась кашлем. Вдруг в воздухе что-то засвистело и в следующую секунду итальянка закричала от боли — ухо пригвоздили к картине с жабами. Девушка попыталась дёрнуться, но тут же оставила эту идею. — Что Борджиа, больно? Маленькая дрянь, решила предать Тёмного Лорда? Разгоняя пыль, вперёд вышла Астория, которая вращала в левой руке второй нож. Анна похолодела, Гринграсс серьёзный противник, не имеющая, к тому же, хоть каплю стыда. — Отвали, Астория, — Анабель плюнула ей в лицо. Прекрасно понимая своё положение, девушка, однако, не думала унижаться перед Пожирательницей смерти. Та схватила её за горло: — Если ты думаешь, что я буду как твоя собачка Драко, то ты глубоко ошибаешься. Астория ударила по лицу, итальянка охнула и попыталась атаковать её, но Гринграсс ловко выбила палочку из рук. Тем временем, пыль оседала и уже было видно остальных Пожирателей смерти и Орден Феникса. Анна отчаянно надеялась, что кто-то из последних заметит её безвыходное положение и бросится на помощь. — Как же ты бесишь меня, шавка, — неугомонная замахнулась и ударила блондинку в нос. Анабель закричала. Гринграсс направила палочку на девушку. — Авада Кедав… Бам. Кто-то ударил Асторию сзади щитом от рыцарских доспех. Она пошатнулась, схватилась за голову и разжала пальцы — палочка затерялась на пыльной плитке замка. — Потерпи немного, — Оливер резким движением выдернул кинжал, Анна сморщилась, но не издала ни звука. — Поганый осквернитель, — Гринграсс, не смотря на мощный удар Вуда, поднималась. Анабель мигом швырнула палочку противника в толпу. Оливер схватил Асторию за плечи, скрутив ей руки. — Давай, Анна, другого шанса у тебя не будет! Борджиа не пришлось повторять дважды, в один прыжок она оказалась рядом с Пожирательницей. — Передавай дружкам привет в аду. Слизеринка вонзила кинжал в горло Гринграсс и повернула несколько раз. Девушка упала, красивое лицо свела страшная судорога, мгновенно пол залила кровь Астории, которая билась в конвульсиях. — Ты вовремя, — девушка улыбнулась Вуду. — Анабель, я сделал это один раз, поэтому не побоюсь сделать и второй. Я люблю тебя, — мимо них пролетел Пожиратель, упавший головой вниз. Оливер пригнулся, загородив итальянку. — Я не хочу больше терять тебя и меня плевать на Малфоя, потому что больше его для меня не существует. И я сделаю всё, чтобы быть с тобой. Я знаю, что ты тоже чувствуешь ко мне что-то. — Так держать, Оливер! — закричал Билл, который боролся сразу с двумя Пожирателями смерти. Чарли пожал ему руку и отразил красную вспышку, пролетевшую в сантиметре от Оливера. Внезапно гриффиндорец притянул Анну и поцеловал. Его поцелуй был наполнен нежностью и искренними, тёплыми чувствами. — Астория! Астория! Борджиа обернулась, над телом сестры склонилась Дафна. Светлые волосы кровавыми сосульками болтались на хрупких плечах, а руки судорожно сжимали рану на шее сестры. Та ещё дышала, но затем, дёрнувшись, захрипела и испустила дух. Дикий крик Дафны заполнил коридор и она, не сдерживая слёзы, встала. Наконец, её взгляд остановился на Борджиа, всё ещё державшей поблёскивающий кинжал врага, с которого стекала алая кровь. — Рррраааа! С воинственным кличем слизеринка бросилась на сокурсницу, совершенно позабыв о магии. Борджиа увернулась и попыталась схватить палочку, но Гринграсс мощным ударом отпихнула её в сторону. Анабель почувствовала, как сместились рёбра. Оливер произнёс: — Аква Эрукто! Мощная струя воды оттолкнула Дафну, ноги спутались и она зашлась судорожным кашлем. Однако разгневанную девушку ничто не могло остановить. Дафна одним прыжком схватила щит и, прикрываясь от заклинаний Оливера добралась до палочки. Взмах — огненный кнут ударяет Вуда по лицу. Охнув, он отправляет ответное заклятие, которое попало в Пожирателя смерти с короткими ногами. Дафна подскочила в доли секунды. Она схватила его за грудки и выбила волшебную палочку. Борджиа слышала, что Астория всегда была сильнее Дафны, но сейчас разъярённая сестра превосходила все ожидания. Анабель угрожающе наставила магический атрибут и прокричала: — Отпусти его, иначе убью! Руки тряслись. Она сама не верила в свои слова. Дафна держала Оливера за горло. — Не боишься промахнуться? Ты убьешь его по своей вине. — Я сказала отпусти. Поверь, уж я-то не промахнусь. Парень смело крикнул. — Анна, давай. Дафна сжала горло Вуда сильнее. — Знаешь, что я сделаю? Я убью всех, кто тебе дорог, чтобы ты жила с этим горем, сучка. Ты дрянная тварь, которая посмела отнять жизнь у моей сестры! — девушка сорвалась на крик. — Она вынудила меня! — ответила блондинка. — Самое обидное, что ты пальца её не стоишь, бездарность. Но не волнуйся, я даже не дам тебе попрощаться. Дафна взмахнула палочкой, полыхнуло зелёным. Борджиа даже не успела среагировать. Она смотрела на эту сцену, как в замедленной съёмке. Оливер обмяк в руках Дафны и та отбросила его, словно ненужную игрушку. Последний взгляд Вуда… Он не был подвержен страху или боли, он улыбался глазами, словно хотел посмертно запечатлеть образ любимой. — Нет! НЕЕЕЕЕЕТ! НЕТ! Нет! Нет! Нет… Её крик угасал, Анна бросилась к нему, позабыв о Дафне, которая тут же исчезла в толпе. — Нет, нет, нет! — повторяла Анабель, схватила гриффиндорца за шею, трясла его, пыталась привести в чувство. — Оливер, Оливер, пожалуйста, не смешно! Оливер! ОЛИВЕР! Кто-то тянул её за собой, она обернулась лишь на миг, чтобы увидеть лицо Дориана и Полумны. — Бель, этот этаж вот-вот рухнет. — Я не уйду, Дориан. Не уйду! Она сжимала тело Вуда, его руки. Полумна, глотавшая горячая слёзы, с завидной силой оттаскивала Борджиа. Брат поднял его и спустил в нишу, где прежде стояла статуя. — Я обещаю, мы вернёмся за ним. Кто-то толкнул Лавгуд и развернул лицом к стене. — Полумна, куда ты смотришь? — взревел Рон. Он указал на оглушённого Блейза. — Фред погиб, — констатировал подошедший к ним Билл. Его трясло и он не мог успокоиться, лицо покрылось красными пятнами, и казалось, что в следующую секунду он сойдёт с ума от горя. — Оливер тоже, — Анна махнула на безжизненное тело, аккуратно лежавшее в нише. Гарри обнял рыдающую итальянку. — Нам нужно бежать. Остался последний крестраж — змея Волдеморта. — ПЛЕВАТЬ Я НА НИХ ХОТЕЛА. ОЛИВЕР!!!! — Анабель, пожалуйста, нам нужно бороться дальше. Мы в бой, — отрывисто произнёс Билл, указывая на Чарли. — Перси и Джордж убиты горем и мы нужны семье. Анна, я понимаю твои чувства. Он любил тебя, все его мысли действительно занимала ты, и он хотел сделать тебе предложение. Накануне вечером сказал, что если вы переживёте эту ночь, он будет бороться с Малфоем не на жизнь, а на смерть. Блондинка, добитая его словами, сползла по стене, закрыв лицо руками. — Сейчас не время, Билл, — сурово произнёс Дориан, поднимая сестру. Полумна уже вступила в борьбу с Руквудом. Девушка встала. — Дори, будь с ней. Береги её, я отыщу родителей. — Всё будет хорошо! Он пульнул в Руквуда жёлтый луч и сестра на негнущихся ногах побрела дальше. Внутри неё бушевал огонь, она обязана найти Дафну и убить самой жестокой смертью.

***

Из-за взрыва в замке образовалась огромная дыра, которой решили воспользоваться пауки. Огромные акромантулы, щёлкая жвалами, ворвались в замок. Анна высматривала в толпе родителей, но не могла их найти. — Кингсли, вы не видели моих родителей? — обеспокоенная дочь обратилась к Брустверу. — Они на передовой с акромантулами, — ответил волшебник, увернувшись от зелёного луча Пожирателя смерти. Анабель обогнула лестницу и бросилась вперёд. Внезапно ноги стали заплетаться и, в конце концов, она окончательно упала на пол. Прямо перед ней вырос громадный паук, размером с несколько машин. Отвратительный запах секрета, выделяемый этим чудовищем, заполонил воздух. — Ннна! Паук отлетел далеко назад. — Это моя добыча, — прогремел чей-то голос. Анна поползла назад, не желая встречаться с его обладателем. — Куда же ты? — Парцифаль вырос из ниоткуда. Блондинка вскрикнула и бросилась бежать. Она обогнула лестницу, ещё одну, резво растолкала борющихся и поднялась выше. Парцифаль бежал следом. — Анабель! — Лео кричал дочери. — Я здесь! Мучитель рассмеялся. — Беги, дорогая, беги. Ты ещё больше вовлекаешь меня в эту игру. Девушка, подгоняемая страхом и отчаянием, бежала всё дальше по коридору. Кто-то поймал её на бегу за талию. — Анна! Наконец-то я нашёл тебя,— Малфой прижал её к себе. — Не время, Драко, он гонится за мной. Слизеринка вывернулась из рук аристократа и побежала дальше. Парцифаль, оглушив Драко со спины, бросился следом. Борджиа побежала по винтовой лестнице, поднимаясь на Астрономическую башню. Заблокировав вход, она отступила к парапету. На запасной лестнице раздались шаги, девушка не успела запереть дверь, как она распахнулась. Анабель вскрикнула, но тут же замолкла — перед ней стояли родители. — Мы бежали за вами. Где этот чёртов ублюдок? — выругался отец. Борджиа еле дышала. Взмахнув палочкой, отправила Патронус Дориану. Дверь задрожала, баррикада была снята. На площадку проникло чёрное пятно, которое обернулось Парцифалем. Он ослепительно улыбался, предвкушая трапезу. — Как прекрасно, вся семья в сборе. — Жалкий трус, не тронь мою дочь! — взревел Борджиа-старший. Они вступили в бой. Ловкие и меткие выпады обоих не могли не восхищать, блестящая техника борьбы удивляла и поражала. Мелисса и Анабель присоединились к главе семейства. К несчастью, Парцифаль прекрасно парировал выпады, его щитовые чары срабатывали мгновенно. Даже втроём они не могли остановить его. — Думаете, я не подготовился, жалкие Борджиа? Великая династия, благороднейший и древнейший род не может справиться с одним волшебником? Я знал, Анна, что ты будешь прикрываться спинами родителей. Леонардо яростно взмахнул палочкой и Парцифаль согнулся пополам. Откашлявшись, он произнёс: — Неплохая попытка, Лео. Но всё же! Он сделал выпад и Мелиссу отбросило к стене. Следующим заклинанием Парцифаля Анна получила удар в висок. На площадку взбежали Малфой и Дориан. — Хватит! — вскрикнул Драко. — Она нужна Тёмному Лорду. Неужели ты думаешь, что он похвалит тебя за её смерть? Парфицаль на секунду остановился. — Не лезь не в своё дело, щенок. Я не собираюсь убивать нашу маленькую пташку, просто немного подправлю ей личико. Он взмахнул палочкой и Леонардо сковали железные прутья парапета, он оказался в ловушке. Тщетно мужчина пытался вырваться, холодный металл крепко держал его. Дориан и Малфой напали на Парцифаля. Анна попыталась привести в чувство мать и освободить отца, однако расправившись с парнями, Парцифаль снова обратил внимание на девушку. — Не тронь мою дочь! Мелисса из последних сил напала на Парцифаля, но он лишь усмехался, играючи отражая её попытки. Малфой был прикован к стене, не в силах вырваться. Дориан освободил отца и они пришли на помощь Мелиссе. — Мне надоела эта игра, пора заканчивать. Он отбросил мужчин в сторону и отправил Мелиссу к Малфою, Парцифаль словно приклеил их намертво. Одним движением итальянец отбросил палочку Анабель. Он поднял её в воздух и произнёс: — Ты слишком заигралась, малышка. Пора мне показать тебе твоё место. Она осталась висеть в воздухе, а Парцифаль большими пальцами руки надавил на её глаза. Анна заорала нечеловеческим голосом. Внизу послышались голоса, борьба стихала, но девушка не ощущала ничего кроме боли. — Нет! Леонардо схватил дочь за щиколотку и отбросил в сторону, к Дориану. Разозлённый Парцифаль схватился за палочку, но мужчина откинул её в угол. — Хочешь выяснить всё по-мужски? Что ж, я задушу тебя и твоего бездарного сына. А затем воспользуюсь твоей дочерью, и ещё раз, ещё раз… Леонардо взревел и набросился на Парцифаля, разбив ему нос. Тот сжал руками горло противника, пытаясь задушить. Борджиа не мог шевельнуться, но ногами ему удалось откинуть Парцифаля. Затем, схватив его за грудки, принялся бить об пол. Итальянец взревел и поднялся на ноги, сбросив с себя Лео. Они вновь сцепились, пересиливая друг друга. — Дорогой, осторожно! — Мелисса испуганно глядела за спину мужа. Лео оглянулся назад. Парцифаль схватил его за горло и снова принялся душить. Силы мужчины были на исходе, он сделал последнее усилие и отбросил руки врага, схватив Парцифаля за корпус. Анна смотрела на отца не в силах ему помочь. Девушка будто читала его мысли и прежде, чем Леонардо произнёс эту фразу, она знала, каким будем его следующий шаг. — Я люблю вас, семья. — НЕЕЕТ! — заорал Парцифаль. Лео накренился и оттолкнулся от площадки. Сломанный парапет, прутья которого болтались в воздухе, не защитил их от падения. Борджиа знал, на что идёт. Он был не в силах победить Парцифаля, вся его семья, уставшая и обессиленная, не могла дать отпор могущественному волшебнику. Они летели вниз, продолжая бороться. Но смысла в их действиях не было, оба умирали. Парцифаль попытался обернуться без помощи палочки, однако Леонардо крепко сжимал его, не давая выскользнуть из цепкой хватки. Через несколько секунд раздался глухой стук. Анна ринулась к краю площадки и увидела на земле два искореженных тела, которые лежали в неестественных позах, свидетельствовавших о неминуемой гибели мужчин. — Папа! Папа… Она звала его и тянула к нему руки. Драко схватил девушку за талию и оттащил от края, точно так же, как Дориан держал Мелиссу. — Лео! ЛЕОНАРДО, НЕТ!!!!! Анна рыдала на руках Малфоя, сдирая на себе волосы, кусая до крови губы. — Это я! Из-за меня! ИЗ-ЗА МЕНЯ! Дори рыдал, обнимая мать. Но он был мужчиной, он остался единственным, кто смог защитить семью. Сломленный горем когтевранец держал Мелиссу, которая рвалась за Леонардо. — Мама, пожалуйста! Мама, его не вернуть. Борджиа-младший произносил эти слова, глотая солёные слёзы, сам не веря в то, что это правда. Женщина неистово кричала. Этот крик не сравним ни с чем. Такие эмоции испытывают люди, у которых отняли смысл жизни, сердце которых разбилось вдребезги, умерло вместе с тем, кто занимал в нём главное место. Мелисса глядела на парапет пустыми глазами, словно дементоры отняли её душу. После душераздирающего крика наступило молчание. Широко раскрытые глаза были совершенно пусты и, казалось, оставалось ещё немного до того момента, когда она сойдёт с ума. Драко, вцепившийся в одежду Анабель, похолодел. В горле стоял ком и он не мог поверить, что всё происходящее с ним — реальность. В конце концов, Анна, потерявшая лучшего друга и отца, захлёбывающаяся в собственном горе, потеряла сознание.

***

— Вы храбро сражались, — говорил этот голос. — Лорд Волдеморт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови — утрата и расточительство. Лорд Волдеморт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым. А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнется снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей — кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час. Слова, произнесённые Волдемортом, долетали отрывками до сознания миссис Борджиа. Она встала с колен и выпрямилась, взгляд стал осознанным, но в нём появилось кое-что ещё. Вся семья медленно спустилась с Астрономической башни. Анна шла под руку с Драко, который буквально нёс её на плече. В конце коридора первого этажа Дориан остановил парня. — Иди к своим, отыщи родителей, — он старался говорить убедительно, однако при упоминании самых близких людей его голос дрогнул. — Если ты появишься перед остальными, тебя разорвут на части. Малфой отстранённо кивнул и глянул на Анабель. — Я позабочусь о них, — твёрдо ответил блондин. Он говорил холодно, но вразумительно. Дориан остался единственным, кто смог защитить семью. Теперь парень — глава рода и на его плечи легла ответственность за сестру и мать. Малфой обернулся и исчез в проёме разбитого окна. Борджиа побрели в сторону улицы. Они шли быстрым шагом, у массивных дверей приостановились. Глянув друг на друга, семья опустила головы. Прошла минута, та самая минута в память Леонардо Борджиа. Астрономическая башня была самой высокой точкой на территории Хогвартса. Упасть с неё означало одно — неминуемая гибель. Никакие магические средства и зелья не смогли бы спасти жизнь человеку, который сорвался с головокружительной высоты. Леонардо Борджиа лежал лицом вверх, на спине, широко раскинув руки. Его глаза были закрыты, из носа стекала маленькая струйка крови, которая соединилась в кровавый ручей вместе с ужасной раной головы. Ноги и руки сломаны и конечности находились под неестественным углом. Борджиа был похож на сломанную куклу. Мелисса, не сдержав эмоции, упала рядом с Леонардо. Она билась о землю и неистово кричала. Все, кто стоял рядом, содрогнулись, услышав боль женщины, потерявшей любимого человека. Дориан закрыл лицо руками. Он осел на траву и его совершенно не заботило, испачкается ли его костюм и как он будет выглядеть в глазах окружающих. Надменный взгляд вмиг исчез. Анабель впервые видела, как Дориан плачет навзрыд, тихонько шепча какие-то слова. По щекам текли слёзы и она даже не осмелилась подойти к отцу, чтобы попрощаться. Ей хотелось убежать далеко, чтобы не видеть этого искореженного тела и кровавый ручей. Парцифаля рядом не оказалось. Видимо когда Волдеморт отзывал Пожирателей смерти, кто-то подхватил и его. Мелисса прорыдала около тела Леонардо несколько минут. Затем пара неизвестных Анабель волшебников мягко отстранили её и водрузили тело Леонардо на носилки. Когда отца уносили в общий зал, где находились все умершие, слизеринка смотрела вслед не отрываясь. Она помнила его слова, сказанные им перед Рождеством, и они врезались ей в память, как талисман. Разбитая на части Мелисса еле держалась на ногах. Дориан помог ей дойти до Большого зала, где волшебники прощались с теми, кто умер. Стенания, крики боли, последние вздохи слышались ещё в коридоре. Анна набрала в грудь побольше воздуха, чтобы выдержать тяжкий груз эмоций, обрушившихся на неё. Никогда ещё Большой зал не был наполнен таким количеством страданий и муки. Казалось, всё средоточие отчаяния собралось в этом помещении. Спёртый воздух, запах крови и пота, бесконечные рыдания и крики… Анабель прошла к семье Уизли, которые склонились над телом Фреда, на губах мертвеца ещё играла предсмертная улыбка. Глаза были закрыты и создавалось впечатление, будто ему снился приятный сон. Таким Анна запомнила его навсегда: решительным, юным весельчаком, который смеялся над опасностью и с легкостью преодолевал преграды. Только вот смерть забрала его слишком рано, но он умер достойно, умер в битве за то, что любил и во что верил. — Анна, наши соболезнования, — Джинни, красная и опухшая от слёз, тронула блондинку за плечо. Итальянка лишь кивнула и махнула рукой: не стоит, уделите внимание вашему горю. Рядом с Фредом лежали Римус, Нимфадора и Оливер. Бель почти не знала Тонкс, но была наслышана о её храбрости. Мать, только родившая ребёнка, смело бросилась в бой, чтобы отстоять мир, где её сын будет расти свободно, не боясь ничего. Люпин… Он был так рад рождению ребёнка. Оборотень, вынужденный терпеть порицания общества, гонимый отовсюду и нашедший счастье так поздно. Люпин и Тонкс умерли за то, что любили и во что верили. Оливер лежал дальше остальных. Его родителей и брата здесь не было, и Анабель стояла напротив него одна. Билл, Чарли и мистер Уизли подошли попрощаться и проводить Вуда в последний путь вместе с Борджиа. Артур снял с головы колпак и опустил голову. Так они стояли все вместе молча, не находя слов. — Спасибо, что спас мне жизнь, Оливер Вуд. Ты навсегда останешься в моём сердце, как самый смелый, отчаянный, благородный волшебник из всех, кого я встречала. Ты удивительный, Оливер. Я люблю тебя и часть меня погибла вместе с тобой. Спи спокойно. Надеюсь, ты счастлив там… Последнюю фразу Анабель проговорила шёпотом, потому что подступающий к горлу ком заставлял её задыхаться и глотать предательские слёзы. Оливер умер за то, что любил и во что верил. Он навсегда останется с Анной и будет освещать ей дорогу, когда кажется, что выхода нет. Будет помогать ей вставать с колен и бороться дальше, когда кажется, что силы на исходе. Будет ликовать вместе с ней, когда она почувствует, что абсолютно счастлива. Она не будет видеть рядом с собой его проницательные и такие родные глаза цвета мёда, ощущать крепкие объятия, самые нужные слова от самого дорогого человека, но всегда будет знать, что где-то с небес ей улыбается звезда-покровитель, что рука об руку её сопровождает хранитель, который отдаст свою жизнь ещё раз не задумываясь. — Не представляю, как сообщить Роберту или его родителям, — выдавил из себя мистер Уизли. С минуты присутствующие помолчали, затем Артур собрался с силами и взмахнул палочкой. Серебристый зверёк покорно кивнул и исчез. Анабель поблагодарила мистера Уизли за то, что нашёл в себе силы уделить время чужому горю и сообщить родителям Оливера о его смерти. — Мистер Уизли, мне очень жаль. Я знала Фреда. Он вымученно улыбнулся, несмотря на слёзы, стекавшие по запылённым щекам. — Мой сын герой. Анна ни секунды в этом не сомневалась. Блондинка ощутила чей-то взгляд, обернулась и стала озираться по сторонам. В дверях стоял Гарри. Смесь эмоций на его лице не поддавалась описанию, так взволнован, ошарашен и напуган он был. Анна твёрдым шагом двинулась к нему. Она миновала один труп за другим: вот лежит Лаванда Браун со вспоротой яремной веной, около которой безутешно рыдает женщина с янтарным цветом волос — её мать; неподалёку лежит труп Криви, который обступили три волшебника — родители и младший брат. Отец бил землю кулаками, а мать прислонилась к стене, чтобы не упасть. Сам же Деннис выглядел совершенно потерянным и всё бормотал какие-то бессвязные слова. Анабель прошла мимо, стараясь отвести взгляд, чтобы не видеть этого горя. Потому что её сердце не выдержало бы ещё больше отчаяния, боли, наполняющей всё нутро девушки, просто некуда было деться. Гарри смотрел на неё, слегка нахмурив брови и опустив глаза, словно провинившийся школьник. Борджиа ощущала к нему… злобу? За то, что не сдался раньше? За то, что не согласился на личный бой с Волдемортом? И все глядели на него. Каждый человек, находившийся в зале смотрел на Гарри Поттера со смешанными чувствами. Анабель подошла ближе. На секунду ему показалось, что она вот-вот залепит ему пощёчину, накричит, попытается ударить или вовсе обвинит его в смерти близких людей. Но… Она обняла его настолько крепко, насколько была способна. Волшебница чувствовала на своём плече что-то тёплое и влажное — слёзы гриффиндорца. Он плакал, содрогаясь всем телом, обнажая душу. Борджиа аккуратно отстранились, схватив его за плечи. — Что бы ты сейчас не ощущал, Гарри, что бы не предпринимал, пообещай мне, что не пойдёшь к нему! Посмотри на этих людей. Они отдали за тебя жизнь и готовы с новыми силами идти в бой. Мой отец, Оливер, Фред, Колин, да все, кто умер знали, на что шли и ради чего. Сделай так, чтобы их смерти значили хоть что-то. Чтобы они не были напрасными! Волшебники в Большом зале зашумели, раздался одобрительный гул. Они всё ещё готовы бороться и теперь их подгоняло горе и чувство мести. Усталость сменилась воодушевлением. Гарри выдохнул, слегка шатаясь. — Спасибо, — произнёс он одними губами. Поттер развернулся и удалился быстрым шагом. Анна не стала догонять или останавливать, слишком много взвалилось на его плечи. Гриффиндорцу необходимо побыть одному, собраться с мыслями и силами, чтобы вступить в неравный бой. Девушка вернулась к родным: нужно почтить память умерших в последнюю минуту. Мелисса, склонившаяся над Лео, плакала, утирая слёзы грязным рукавом мантии. Дориан взглянул на сестру и утвердительно кивнул. Анна ни за что не покинет битву, пока не отомстит за Оливера. И он это знал. Они оба решили, что лучше будет отправить мать домой или подальше отсюда, чтобы Волдеморт её не достал. Эта битва не для неё, Мелисса потеряла слишком многое.

***

Анабель думала, что самое худшее произошло с ней в тот момент, когда отец падал вниз. Когда кричала мать и рыдал Дориан. Но она ошиблась. Чувство, разрывающее нутро, ощущение неизбежности и страха, который протягивает руки к тебе. «Гарри Поттер мёртв… Мёртв.» — Дориан, — шептала Анна. — Мне страшно. Он стоял неподвижно, пытаясь сохранить самообладание, лихорадочно обдумывая план бегства, как одновременно защитить мать и увести отсюда сестру. Рядом возмущались гриффиндорцы и выжившие защитники Хогвартса, которые неистово кричали, надрывая глотки. «Гарри мёртв… Мёртв». — Невилл сейчас наглядно покажет вам, что будет со всяким, у кого хватит глупости мне сопротивляться, — произнёс Волдеморт. Анабель будто очнулась, она тряхнула головой, пытаясь отогнать страх и усталость. Младшая Уизли, которая сидела на коленях, в куче золы и песка, содрогалась от рыданий. Полумна гладила её по волосам. — Джинни, соберись, — твёрдо произнесла итальянка, хватая её за плечо. — Мне страшно, но мы должны. Джинни отняла руки от лица. Девушка встала, но продолжала плакать. В это время Волдеморт нахлобучил появившуюся ниоткуда Распределяющую шляпу Невиллу на голову. Борджиа не могла понять, почему же Долгопупс не снимет её, зачем же позволяет Волдеморту насмехаться над собой? Но лишь когда раздался душераздирающий крик Невилла, слизеринка поняла, что парень вынужден гореть заживо, заколдованный стоять неподвижно. — Хватит! Анабель кинулась вперёд, скидывая горячий артефакт на землю. Она поморщилась от ожога, однако продолжила тушить шляпу и гриффиндорца, поливая магическим огнём. Как бы то ни было, Волдеморт не предпринимал никаких действий, лишь наблюдал за картиной. Анабель освободила Долгопупса. Чумазая, испачканная в крови и пыли, она гордо подняла голову, откидывая назад пряди волос. Волдеморт расхохотался и захлопал в ладоши, сначала медленно и по нарастающей, издевательски приближаясь к итальянке. — Мисс Борджиа, я был о вас лучшего мнения. Хотя, в чём-то вы и правы, мне было бы жаль, если бы Невилл, будучи благородных кровей, скончался позорной смертью. Стоит немного поработать с его сознанием и мы получим отменного Пожирателя смерти. Не так ли, Беллатриса? Лестрейндж вышла вперёд, гадко ухмыляясь сгнившими зубами. — Мы с Невиллом отлично проведём время. Вот увидишь, тебе понравится, — она слегка высунула язык, — ведь твои родители были в полном восторге. Долгопупс сделал выпад, скалясь и поднимая волшебную палочку, при этом он крепко сжимал полусожжённую шляпу. Волдеморт остановил Беллу рукой, указав на её живот, просвечивающий через мантию. — Мисс Борджиа, игры кончились. Как оказалось, ваш отец не был таким уж верным союзником. Впрочем, дети не должны повторять ошибок родителей. Мелисса выделилась из толпы. — Закрой свой рот, — отчеканила женщина. Молли Уизли одобрительно сжала её руку. Анабель видела лицо Нарциссы, которое тут же побледнело. Волдеморт прищурился. — В тебе говорит гнев, моя дорогая Мелисса. Однако я буду милостив к вашей семье, хоть вы и предали моё доверие. Анна Борджиа, перейди на мою сторону, отдай свою кровь для ритуала и тогда я оставлю твоего брата и мать в живых. Горькая утрата вашей семьи не должна повториться. В моей армии Пожирателей смерти ты будешь смотреться идеально. Анабель сама не понимала, что ощущает: гнев, несправедливость, страх, чувство мести? Всё на свете. — Мой повелитель, — начал Люциус. — Ты смеешь говорить со мной? —просто поинтересовался Волдеморт. — Драко, полагаю, твой отец держит слово за тебя. Блондинка видела, как тряслись губы у Малфоя, как он вцепился в ладонь матери, как не хотел её разжимать. Тёмный Лорд подозвал его к себе. — Мой мальчик, вы будете счастливы, если Анна решит присоединиться. Направь её решение в нужное русло, — шепнул он. Драко подошел к Анабель, он обнял её и аккуратно отодвинул прядь волос. Девушке хотелось ударить Малфоя, сказать ему самые гадкие слова. — Уходи с Дорианом и матерью. Ты в ритуале не выживешь. Я задержу его, беги в Италию. Он произнёс эту фразу на одном дыхании. Анна заглянула в глаза юноше: там не было страха, лишь готовность спасти её любой ценой. Волдеморт взмахнул палочкой и между двумя враждующими лагерями образовался круг. Постепенно очертания стали вырисовываться чётче, один символ за другим. Белла разложила сердца элементов из коробок по точкам в круге. Осталась одна ниша, принадлежащая Анабель. Борджиа взглянула на мать и Дориана. Один лишь миг и брат бежит следом: — АННА! Не смей, Анна! АНАБЕЛЬ! Полыхнуло красным и огненная стена отделила брата от сестры. Он кричал, бился о преграду, мать бежала следом, но всё в пустую — им не преодолеть круг. Драко стоял молча, оцепенев от неожиданности. Анна села в центр круга и закрыла глаза, моля Волдеморта о том, чтобы всё прошло быстро, чтобы им не пришлось снова испытать это чувство безысходности, когда она умрёт. Он обещал, что оставит семью в живых, и та надеялась, что слово Волдеморта будет сдержано. Молли, Макгонагалл и Флитвик пытались разбить огненную преграду, однако Тёмный Лорд лишь смеялся над жалкими попытками. Одно движение рукой и троица была отброшена назад, на руины замка. Дориан смотрел на Анабель со смесью жалости и скорби. Он снова плакал, сбивая кулаки в кровь, пытаясь прорваться, однако заклинание неумолимо — парень оставался позади. Мелисса, которая несколько минут назад рыдала и билась в истерике, собралась. В её взгляде Анабель прочла холодную решимость и готовность бороться за дочь. Она схватила Дориана за руку и начала шептать какие-то слова. Он кивнул и сын с матерью начали производить манипуляции. Волдеморт молча глядел на то, как огромный поток синего огня ворвался через отверстие в сердце ритуала. Анна закрыла глаза и дрожащими руками подняла палочку. Мелисса нахмурила брови, ожидая действий дочери. — Протего! — вскрикнула девушка, останавливая чары брата и матери. Они пошатнулись, но остались стоять на ногах. Синее пламя исчезло и ритуал продолжился. Реддл, будучи крайне довольным собой, прогрохотал: — Анабель сделала свой выбор. Она поступила правильно. Больше нет смысла сопротивляться и бороться, преклонитесь передо мной и я пощажу ваши жизни. Борджиа скривилась, услышав мерзкие слова Волдеморта. Но Гарри мёртв и больше никто не сможет одолеть тёмную силу. Она попыталась успокоиться и не замечать, что происходит вокруг. Единственная надежда всех, кто остался жив — это пробуждение той силы, за которой гнался Волдеморт. Неужели древний ритуал разбудит невероятную мощь, которую сможет обуздать волшебник? Пусть даже такой великий. Однако его планам не суждено сбыться. Как только Анна подумала о спасении, случилось сразу несколько странных вещей. Все вдруг перестали сопротивляться, накал страстей спал и волшебники уставились на огромную фигуру, которая в предрассветном тумане вырисовывалась всё отчётливее. — ХАГГИ!!! Слизеринка, наблюдавшая за всем из-под купола защитного заклинания, отшатнулась. Она слышала, что великаны приняли участие в борьбе, но находясь в замке, с ними не сталкивалась. Первыми отреагировали слуги Волдеморта. Откуда-то сзади поднялись уродливые существа, похожие на троллей-переростков. До сих пор Анабель их не замечала и сочла за огромные серые валуны. Затряслась земля. Борджиа показалось, что она застонала от тяжести противоборствующих. Раздались крики. Девушка обернулась и увидела, как из леса, в противоположной от великанов стороне, послышался топот сотни ног. Это были кентавры, которые наконец-то решились принять участие в битве и помочь родной земле. Град стрел посыпался на потерявших бдительность Пожирателей смерти. Они закричали и разбежались в разные стороны. Армия Волдеморта рассредоточилась. Он в ярости швырял заклинания, стараясь обезопасить Беллатрису, которая так и норовила ринуться убивать. Битва продолжилась. Проигравшие воодушевились и снова ринулись в бой, не обращая внимание на боль и усталость. Из-за суматохи Анна потеряла из виду Дориана и мать. — Бомбардо Максима! — раздался взрыв и купол рухнул. Девушка отлетела вперёд. — Никогда не умела пользоваться этим заклинанием, — пробурчала она, потирая спину. Волдеморт в ярости взглянул на сбежавшую пленницу и двинулся в её сторону. Анабель бежала, однако летевший за ней Тёмный Лорд был быстрее. — Получай! — выкрикнул Невилл. Раздался страшный хруст и шипящий звук. Змея, грустно блеснув глазами, упал на землю, поражённая мечом Гриффиндора. Анабель, не питавшая особой любви к животному, ужаснулась. Вместо трупа змеи к ногам Невилла упала голова женщины. Она была уже не молода, однако выглядела прекрасно. Правда, неухоженный внешний вид свидетельствовал о том, что она уже давно свыклась с этой сущностью. Всё-таки Борджиа оказалась права, змея — это маледиктус. Проклятая душа наконец обрела покой. Волдеморт остановился. Доли секунды он наблюдал за трупом Нагайны, а затем взревел. Окрестности Хогвартса огласил страшный крик, будто вырвали душу Тома Реддла. Невилл избежал смерти, кто-то выставил защитные чары прежде, чем Анна успела ему помочь. Девушка оглянулась в поисках спасителя, но не увидела никого, кто мог бы спасти жизнь гриффиндорцу. — Гарри?! Где Гарри? — ревел Рубеус. Мужчина, вынужденный держать на руках мёртвого Поттера, пробасил ещё раз, а затем замолчал, горько оглядывая всех вокруг. «Сначала исчезло тело Парцифаля, теперь Гарри… Что происходит?» Девушка пригнулась, над ней пролетел гиппогриф. «Значит, Гарри позаботился о том, чтобы последний крестраж был уничтожен», — размышляла итальянка, стараясь быть внимательнее и не попадаться под перекрёстный огонь. — Анна! Кто-то звал её. Бель широко улыбнулась и огибая лужайку, побежала к крыльцу замка. Но добежать ей так и не удалось. Кто-то схватил за ворот и оттолкнул в сторону. — Смотри по сторонам, девчонка Борджиа, — рыкнул Сивый. Она попятилась назад, щупая мокрую траву в поисках палочки. Великан, чуть не зацепивший огромной рукой волшебницу, приложился дубинкой в паре метров от неё. — Ты… Ты спас меня? — прокричала она. — Я был должен Малфоям, передай им, что долг уплачен. Он ухмыльнулся, обнажив ряд жёлтых, гнилых зубов. Она кивнула, наконец добравшись до палочки. — Что произошло? — Драко, расталкивая борющихся, пробирался к блондинке. — Сказал, что уплачен какой-то долг твоей семье. Он спас меня, великан чуть не пришиб своей дубинкой. Малфой скривил губы, но промолчал. Он поднял Борджиа и поцеловал её, крепко обнимая. — Давай сбежим, найдём родных и трансгрессируем. Волдеморту конец, я слышал, что недотёпа Долгопупс убил его змею и с ним что-то произошло. Анабель отрицательно покачала головой. Драко встряхнул её. — Почему? — Я не могу бросить их всех, не могу! Гарри больше нет, они все погибнут, никто не противостоит ему! Я должна помочь Ордену справиться. Он отошёл на шаг, не веря своим ушам. — Ты снова делаешь это. Снова!!! Драко кричал на неё. — Ты уже умерла однажды за этот чёртов Орден, твой отец мёртв, потому что спас тебе жизнь! А ты рискуешь ею ради тех, кто этого не оценит! Зрачки налились кровью, весь вид Малфоя свидетельствовал о крайнем возмущении. — Знаешь, почему мы разные? Потому что ты трус, Драко Малфой. Где ты был? Почему я не видела тебя в битве? Всё это время ты, поджав хвост, спасал только родных! Ты не помог Гарри, который вытащил тебя из огня. Удивлён? Да, я знаю о твоём позорном бегстве! Она кричала на него, стыдясь за каждое сказанное слово. — Оливер умер за меня! Я не могу бросить всё, чтобы сбежать. Дориан и мама знают, я останусь здесь до конца! Мерлин, мне не важно, будет ли этот конец счастливым. Я должна убить Дафну, заставить страдать её! Он вновь скривил губы, будто девушка говорила о чём-то омерзительном: — Мстишь за этого осквернителя? Анабель надеялась, что слова, сказанные Драко, были лишь плодом усталости и агрессии, но он произнёс их с холодной расчётливостью. Секунда и… Удар. Блондинка отвесила слизеринцу звонкую пощёчину. — Больше никогда не попадайся мне на глаза. Всё конечно. Она толкнула его плечом и метнулась в замок. Битва разгорелась не на шутку. Симус Финниган сражался с уже уставшим Долоховым. Чуть подальше Джастину наносил удар Бёрк. Анна, удивлённая появлением Калеба, поспешила к пуффендуйцу. — Бёрк! Он отвлёкся, отражая удары Джастина, даже не глядя на него. — Ох, сеньорита! Прошу прощения, не поздоровался. Калеб метнул в блондинку зелёный луч, так, что Анабель еле успела увернуться. Она уставилась на волшебника. — Пошла вон, отродье. Иначе займусь тобой. Борджиа поняла — он захотел всего лишь её припугнуть. Иначе бы убил, отправив точное заклинание. Вдруг жёлтый луч поразил Симуса в лицо, он покрылся страшными нарывами. Финч-Флетчли побледнел и ринулся к парню, Бёрк преградил ему дорогу и швырнул в конец Большого зала. Анабель хотела бы помочь, но заметила в толпе Дафну. Она кинулась за ней, но та была быстрее. Несколькими взмахами волшебной палочки она расчистила путь Беллатрисе, которая с жутким смехом нападала на несчастных подростков. Гермиона и Джинни, пытаясь сдерживать Лестрейндж, отходили к преподавательскому столу. — Ауч! — Борджиа инстинктивно отскочила. Кто-то ударил её по щиколотке острым предметом. — За что? — удивилась Анабель, обнаружив около себя маленького существа — здешнего домовика. — Долой Пожирателей смерти! —пропищал эльф. — Я с тобой согласна, — поддержала девушка. —Пожалуйста, не надо меня колоть. Эльф недоуменно глянул на слизеринку, а затем виновато опустил глаза. — Прошу прощения, мэм! Но Борджиа уже не слушала. Она снова бросилась вдогонку за Дафной. Наконец-то ей удалось нагнать слизеринку, она схватила её за волосы и дёрнула на себя. — Куда бежишь, дрянь?! Гринграсс развернулась, пнула преследовательницу в живот и схватилась за волшебную палочку. Итальянка, уставшая до предела, поднялась, выплёвывая кровь изо рта. — Думала, что если победила мою сестру, удастся справиться со мной? Я сильнее Астории, хоть этого и не показываю. Дафна действительно обладала мощными навыками. Недаром Тёмный Лорд посылал их на задания с самого детства. Битва подходила к концу. Пожиратели смерти валились с ног, поражённые студентами Хогвартса. Мимо девушки пролетел Пий Толстоватый и врезался в песочные часы факультета Пуффендуй. — Прости, Анна,— виновато выкрикнул Ли Джордан. Бель отвлекалась на минуту, чтобы кивнуть гриффиндорцу. Гринграсс снова исчезла, сбежав по более важным делам. Недовольно рыкнув, итальянка кинулась на поиски. Слизнорт, Макгонагалл и Кингсли точными взмахами волшебной палочки посылали одно заклятие за другим, но Волдеморт яростно парировал их. Троица выбивалась из сил, в то время, как Тёмный Лорд легко наносил им поражение. Опасаясь за жизнь своей самой верной последовательницы, Реддл держал Лестрейндж при себе. К Гермионе и Джинни присоединилась Полумна, но даже в таком составе они не нанесли женщине хоть какого-нибудь существенного удара. Белла быстрыми взмахами палочки расправилась с девушками: Джинни получила кровавую отметину на лице, Полумне полоснули по плечу огненным кнутом. Гермиона сражалась до последнего, но Лестрейндж повалила её на лопатки и вскинула вверх. Анабель поймала Грейнджер на лету, остановив падение. Борджиа поправила свисающий рукав кофты и ринулась в бой. Беллатриса лаконичными и аккуратными движениями наносила итальянке удар за ударом. Не успели Джинни и Полумна помочь девушке, как Лестрейндж заставила Уизли, Лавгуд и Борджиа столкнуться и покатиться клубком в угол Большого зала. Она хохотала и насмехалась над девушками: — Мне нравится играть с вами, дамы! Я высосу все ваши силы и убью каждую. Анна, охая и кряхтя, поднялась, предусмотрительно пододвинув Полумну в безопасное место, но её уже опередила вскочившая на скамью Молли Уизли. — Не тронь моих девочек, мерзавка! Лестрейндж издевательски парировала удары миссис Уизли, однако вовремя сообразила, что противница намного опытнее предыдущих. Она нанесла Беллатрисе несколько ударов по лицу, отчего красная и злая Пожирательница смерти пришла в бешенство: — Что станет с твоими детьми, когда я их убью? — Пожирательница дразнила Молли, выводя на эмоции, но женщина не поддалась на её провокации и уверенными движениями надвигалась на Беллу. В конце концов, луч зелёного света прошёл мимо щитовых чар Лестрейндж. Ещё раз хохотнув, она вдруг замолкла, затем опрокинулась навзничь и испустила дух. Анна захлопала в ладоши вместе с остальными защитниками замка. Наконец-то, Беллатриса Лестрейндж повержена. Ярость Волдеморта, достигшая предела, выплеснулась наружу. Он с лёгкостью отбросил троих соперников и они отлетели к противоположной стене через весь Большой зал. Девушка не была уверена, останутся ли они живы, потому что оглушительный треск, вызванный их падением, заставил её сильно усомниться. Дафна, ещё сохранявшая силы, металась между Перси и Аберфортом, она с легкостью их оттолкнула и метнула Непростительное заклинание в Дамблдора. Итальянка вовремя подоспела, защитив мужчину. Затем, выйдя вперёд, закрыла их спиной. — Ищите другого соперника. Она моя забота. С минуту Гринграсс вертела палочку в руках, подражая Беллатрисе. — Спешишь отомстить, безнадёжная? — Я никуда не тороплюсь. Тебе, наверное, жутко обидно, что талантливый волшебник Оливер вместе со мной уничтожил твою поганую сестричку? Сколько же она кичилась своей мощью, сама даже не дожила до конца битвы. Гринграсс рыкнула. — Закрой рот! — Может ты и спаслась бегством, как последняя трусиха, зато у твоей сестрички такой возможности не было. Дафна, закинув палочку в карман, бросилась на Анабель, сбив её с ног. Она разбила ей нос и ударила в челюсть. Девушка увернулась, так, что удар пришёлся в полуразрушенную плитку пола. Приспешница тёмных сил взревела от боли. Анабель отбросила её с себя, пнув по спине. — Иммобулюс! — Флиппендо! — успела парировать Дафна. Анна увернулась от собственного заклинания и взмахнула палочкой. Дафна опережала её на шаг. Теперь все уставились на то, как две блондинки пытались побороть друг друга. Слизеринка увидела, как Майкл Корнер взмахнул палочкой, и тут же крикнула: — Нет! Я сама! Гринграсс гадко усмехнулась, продолжая отправлять заклинание за заклинанием. Итальянка проигрывала, отступая назад. Борджиа прыгнула на стол, противница за ней. Она прогнулась под Пожирательницей смерти и сделала кувырок вперёд, удержавшись на шаткой поверхности и оказавшись сзади Дафны. Кто-то восхищённо ахнул. Анна ударила её в спину, перевернула и села сверху. Гринграсс попыталась скинуть девушку, но та крепко удерживала её. — Давай сюда, — издевалась Борджиа, ломая палочку противницы пополам. Но Дафна глядела по сторонам. — Руквуд, помоги! — Перси тут же парализовал его, подмигнув Анабель. — Макнейр! — но и этого Пожирателя настиг Орден: Хагрид перекинул его через весь зал в сторону двери. Дафна гневно сверкнула глазами. — Чувствуешь приближающуюся смерть? Никто тебе не поможет, дрянь, — издевалась Анна, которая наконец-то почувствовала себя хозяйкой положения. — Драко, Драко! Анабель захотелось рассмеяться. Неужели она всерьёз думает, что Малфой ей поможет? Они повздорили, но слизеринец никогда не встанет на её сторону. — Нет, — холодно ответил Драко. — Ради неё? Думаешь, она такая уж хорошая? Твоя любимая Борджиа целовалась с осквернителем Вудом перед тем, как я убила его. Анну охватила ярость. Как она посмела? Гнев сменился предвкушением. Глубоко внутри проснулся зверь отмщения, лишние мысли покинули холодный разум. Вертя палочкой в воздухе, Борджиа провела от уха до уха, оставляя на лице блондинки страшную предсмертную улыбку. Дафна зашлась воем, но когда Анабель с остервенением принялась её душить, беспомощно захрипела. Борджиа била Гринграсс о дубовую поверхность стола, намереваясь размозжить череп, слизеринка тряслась, как беспомощная кукла. Несколько секунд спустя итальянка отняла руки. Светлые волосы Дафны, перепачканные в крови, упали на лицо. Глаза помутнели и огонёк жизни, полыхавший в них, угас. Анабель взглянула на Драко со смесью сожаления и стыда. Ему не пришлось задавать вопрос, правда ли это. Малфой развернулся и двинулся прочь. Тем временем, Волдеморт, поражённый гибелью лучших сторонников, посылал смертоносные заклятия направо и налево. Он склонился над Беллой, чтобы убедиться в её смерти. — АААААРГХ! — волшебник метнул зелёный луч в сторону Молли. Всё происходило так быстро, что Анна не успела даже закричать. Зато неизвестный спаситель успел и в это раз. Между миссис Уизли и Волдемортом образовалась преграда — защитное заклинание. Наконец, герой решил показать себя. Девушка увидела, как вытянулось от удивления лицо Тёмного Лорда и проследила за его взглядом. У стены стоял Гарри. Гарри Поттер. Он был живым и невредимым. Анабель видела, как подкосились ноги Джинни. Кто-то захлопал в ладоши, кто-то закричал от радости, однако борьба ещё не окончена: Гарри и Волдеморт сцепились в схватке. Это было поистине интересное зрелище. Гарри прекрасно владел палочкой и все с упоением наблюдали за битвой двух волшебников. Один из них должен умереть и итальянка молилась, чтобы у Поттера в запасе было что-то ещё, ведь даже лучшие волшебники не смогли одолеть Реддла. Значит, у гриффиндорца должно быть какое-то оружие. Аристократка металась по Большому залу, пытаясь уследить за действиями разъярённых. Дуэт переместился на улицу через разбитое панорамное окно. Оба упали на руины первого этажа, но быстро поднялись. Однако, как и предполагала девушка, Гарри Поттер слишком слаб, чтобы одолеть своего противника. Он был на грани смерти, но не переставал что-то твердить Тому Реддлу, пока тот пытался зацепить парня. — О чем они говорят? — итальянка обратилась к семье. — Мы можем послушать, но всё это не имеет смысла. Нужно помочь Гарри! Мелисса решительно двинулась вперёд, но Волдеморт откинул её, как игрушку вместе с Артуром и Невиллом, продолжая душить гриффиндорца. Дориан бросился помогать матери, Бель схватилась за голову. Что же предпринять? Ещё секунда и единственный шанс волшебного сообщества умрёт. — Анна! АНАБЕЛЬ! Дориан неистово закричал и девушка похолодела, увидев, как Борджиа держит на руках мать. Он был весь в крови, заляпанная мантия валялась рядом и разорванной тканью парень пытался прижать рану Мелиссы. Видимо, когда Волдеморт откинул миссис Борджиа, она напоролась на кусок металла. Живот проткнула тонкая балка, похожая на меч. — Нет, мама, нет! — скулы сводило судорогой. Так не должно было случиться. — Доченька… Женщина глядела на неё печальными глазами. Анна отходила всё дальше. — НИКОГДА! Волдеморт не обращал на остальных внимания, он сжал руки на горле Поттера. Каждый, кто пытался к ним приблизиться, натыкался на мощную преграду. Однако волшебник почему-то не торопился убивать Гарри, он завороженно слушал его. Мелисса истекала кровью. Дориан пытался сдерживать кровотечение. С помощью Молли, которая незамедлительно привела Поппи Помфри, им удалось затянуть рану тонкой плёнкой. — Мне понадобятся некоторые зелья. Оставайтесь здесь, миссис Борджиа, не шевелитесь. Я скоро. Она была немногословна. Женщина кивнула и аппарировала, Дориан держал мать за голову. — Мама, пожалуйста, я не могу потерять тебя. Потерпи, ещё немного, тебе помогут. Он обливался слезами, гоня от себя мысль, что потеряет сегодня ещё одного члена семьи. Молли Уизли бережно ухаживала за раной, но времени было мало. Анна бежала от замка. Каждому показалось, что сердце девушки не выдержало и она решила покинуть поле битвы, и никто не осудил её за это решение. Однако Анабель заботило другое. Волдеморт убьёт Гарри, её мать умрёт, если она не сделает этого. Тысячи книг и сведений о других мирах, изученных ею за весь год, дали подсказку: то, что спит под землёй, может многое — это мощная сила, самая могущественная из всего, что существует. Она окропила точку в центре круга своей кровью и легла посередине. Ритуал, прерванный ранее, должен закончиться. — Давай же, что нужно делать? —слизеринка пыталась тронуть своё сердце, размазывала кровь по алтарю, ничего не происходило. — Тёмный Лорд глупец, — она направила палочку на горло, чтобы все слышали её голос. Волдеморт обернулся к Анабель. — Я догадывалась, что ты сильно переживал за ритуал и решил оставить его напоследок. Однако теперь я завершу его, по своей воле! Девушка кивнула на круг. — Дурная девчонка, ты не знаешь, что делаешь!!! Он на секунду отвлёкся, ослабив хватку. Гарри получил фору. Поттер тут же вскочил и направил палочку на врага. — АВАДА КЕДАВРА! — завопил Волдеморт. — Экспеллиармус! Все, кто находился рядом завороженно наблюдали за двумя волшебниками. Это поистине грандиозный момент, когда вершилась история. Анна считала, что деление на добро и зло бывает только в сказках, однако сейчас противоборствующие стороны олицетворяли тёмную и светлую силы. Волдеморт с ужасом следил за тем, как медленно угасает зелёный луч, выпущенный из его палочки. Наконец, волшебный артефакт взлетел над головой великого чародея и попал прямо в руки Гарри. Анна ожидала, что произойдёт дальше. Теперь Поттер применит к противнику Непростительное заклинание? Однако ему не потребовалось уничтожать Волдеморта. Очевидно, крестражи потеряли свою силу и Тёмный Лорд потерпел поражение. Он упал навзничь, раскинув руки. Мантия вдруг показалось на несколько размеров больше. В конце концов, Том Реддл, сморщенный и маленький комочек, перестал существовать. Итальянка замерла. На мгновение ей показалось, что она забыла, как дышать, словно вокруг неё высосали воздух. Она встала с земли и бросилась к семье. Волшебники уже вовсю ликовали, поздравляя Гарри с победой. Постепенно до всех стало доходить, что пришёл конец тирании Волдеморта. Первым делом Анабель отыскала мать — она лежала бледная на коленях Дориана. Поппи Помфри осуществляла странные манипуляции над её телом, прижимая рану какими-то листьями. — Рана хорошо затянется, но вам всё равно необходимо отправиться в больницу Святого Мунго. — Спасибо, Поппи. Я твой вечный должник, — женщина аккуратно опустила руку на носилки, которые наколдовал её сын. Борджиа-младший уже успокоился, вытирая слезы с запылённой щеки. — Мама? — Анабель бросилась ей на шею. — Милая, осторожно, меня только залатали, — она поморщилась, поглядывая на рану. — Мелисса, не тяните, отправляйтесь сейчас же. Боюсь, ещё ничего не обошлось. Дориан энергично закивал, отпихивая сестру. — Я передам её Кингсли, он сейчас отправляется с первым потоком, — парень указал на портал, который предусмотрительный Бруствер соорудил для тяжело раненых. — Мама, мы навестим тебя очень скоро. Есть ещё нерешённые дела. Мелисса, заглянувшая в глаза сыну, кивнула. — Я знаю, что вы позаботитесь о нём. За меня не переживайте, сделайте всё, как надо. Последняя фраза потонула в слезах. Вдова не забывала о том, кого потеряла сегодня. Когда раненые оказались в безопасном месте, Анабель схватила Дориана за руку, чтобы никогда не отпускать. Они двинулись туда, где и должны были быть всё это время. Волшебники, отдавшие свою жизнь за родной Хогвартс, за мир без тирании тёмного волшебника, лежали в ряд. Кого-то уже успели упаковать в мешки, но Анна остановила Невилла, который собирался повторить процедуру с Борджиа. — Невилл, спасибо… — она махнула рукой и парень, мгновенно поняв её желание, отступил. Дориан нагнулся к телу и прошептал: — Прости, отец. Прости, что подвёл тебя. Прости, что не был тебе достойным сыном и подводил каждый раз, когда ты нуждался во мне. Я люблю тебя. Обещаю, что буду делать всё, как ты велел: беречь семью и следить за процветанием нашего рода, — он скрывал слёзы от разбитой горем сестры, но она чувствовала эмоции брата и крепко сжала его плечо, чтобы он знал: она рядом всегда. — Colui che è colpevole invano sorseggia dalla coppa. Дориан закончил прощальную речь словами-символикой клана Борджиа. Анабель легонько тронула его по щеке, утирая слезу. Дориан взмахнул палочкой — на груди у Леонардо оказался пышный венок из плюмерий и мака — символ забвения и новых начинаний. Итаьянка уловила смысл. — Надеюсь, ты будешь счастлив в другой жизни, папа. Когда придёт время, мы присоединимся к тебе. И я очень жду нашей встречи. Обещаю, мы сделаем всё, чтобы прославить наше имя. Блондин наколдовал небольшой скромный гроб. Он доверил отправку мёртвых Невиллу Долгопупсу. Перед тем, как покинуть стан умерших, они подошли к Оливеру попрощаться. Анна не сдержала своих слёз, её душило отвратительное чувство вины и стыда. Сможет ли девушка когда-нибудь посмотреть в глаза его родным, чтобы сказать, что он умер из-за неё? — Не вини себя, — брат сел на корточки напротив сестры. —Каждый из нас выбрал путь сам и остался защищать Хогвартс сознательно. Ни одна сегодняшняя смерть не была напрасной, Бель. — Тогда почему так больно? —прошептала девушка. — Потому что ты знаешь: все мы поступили правильно. Оливер понимал, ради чего рискует жизнью, и нам тяжело прощаться с теми, кто оказался героем, кто отдал жизнь, чтобы его родной человек наслаждался жизнью под мирным небом. Они обнялись.

***

Брат и сестра возвращались в Большой зал уже успокоившимися. Они приняли ту участь, которая их постигла, приняли смерти близких и осознали, что им ещё есть ради чего жить. Драко и его родители пытались ретироваться, но их арестовали вместе с остальными Пожирателями смерти. Они оставались гордыми, несмотря на загнанный вид. — Освободите их, — приказным тоном сказала Анабель одному из работников Министерства. Он косо взглянул на девушку. — По приказу временно исполняющего полномочия Министра магии… Анабель дёрнула его за ворот. — Они не преступники, тебе ясно? Они знали об Ордене, о двойных агентах и не сдали Волдеморту планы моего отца. Им угрожали, Малфои выполняли поручения под страхом смерти. И судить их будут по строгости магического закона, — блондинка шикнула на работника, — они не звери, чтобы их связывать. Они никого сегодня не убили и даже защищали. Так что, никуда Малфои не денутся, не переживай. Дориан увёл Анну подальше, чтобы не разгорелся скандал. — Анабель, поговори с Драко. Ему нужна поддержка. — Он сказал, что Оливер… — Он ревнует и любит тебя. И наверняка считает это всё изменой. — Меньше всего я сейчас хочу думать об этом. Давай сначала… Но договорить девушка не успела. Свод Большого зала затрясся, полуразрушенные стены окончательно рухнули и волшебники чудом успели вскочить с факультетских скамей, чтобы отбежать к восточному крылу помещения. Раздался оглушительный ор. Такого крика Борджиа не слышала даже от великана, будто нутро земли решило взбунтоваться против войн волшебников. — АРГХХХХХХ!!! Анабель в страхе вжалась в стену, до боли сжав руку брата. — Мерлин, что это? — восклицали Уизли. — Конец света, — предположил Аберфорт. — Неужто судный день, — плаксивым голосом промолвила Чжоу Чанг. Никто не решался выглянуть наружу, откуда раздавался звук. Лишь в голову Анны пришла идея происхождения этого страшного звука. Она осторожно вышла вперёд, мелкими шажками преодолевая расстояние. — Борджиа, вернись обратно! —крикнул Драко, освобождаясь от оков родительских рук. — Я знаю, что это, — диким голосом произнесла девушка. Она сжалась от страха и готова была умереть от остановки сердца, но продолжала идти. — Анна, прекрати строить из себя героя. Хватит снова… — Помолчи! — прикрикнула слизеринка, прикладывая указательный палец ко рту. Раздались шаги, в Большой зал вбежала троица. — Что случилось? Великаны взбунтовались? — предположила Гермиона. Но один лишь Грохх смирно стоял у окна, мечтательно ковыряясь в носу. Его сопли свисали с западного крыла, в разбитое окно. Раздался свист. Бель отпрянула и исчезла в нише, где стояли песочные часы Когтеврана. — БОБО! — завопил Грохх, он вскрикнул и снёс южную стену, отчего восточная опасно затряслась. — Хагрид, чёрт побери, успокой своего братца! — возмущался Рон. — Грошик, Грошик тихо! — Рубеус плавно взмахивал руками. — БОБО! — ещё больше закричал великан. В конце концов, Анна не вытерпела и глянула в окно, вовремя отбежав от огромной сопли Грохха. — Мамма-мия… pace in terra agli uomini amati dal Signore… Гарри недоуменно взглянул на неё. — Чего? Сначала несколько самых смелых подошли к итальянке, затем все оставшиеся, любопытство которых взяло вверх над страхом, присоединились. Подозрения Анабель Клариссии Борджиа оправдались. За сегодняшний день несчастные волшебники повидали много страшных вещей и казалось, что всё позади. Но то, что предстало перед ними, затмевало даже Тёмного Лорда.

***

В лучах утреннего солнца, освещавшего полуразрушенный замок, отражались три фигуры. Они были в десятки раз огромнее самых габаритных великанов, так что, Грохх в сравнении с ними выглядел не больше таракана. — Ритуал сработал, — произнесла Анабель. — Мерлин, кто это?! — Молли прижала руку ко рту. Вдруг один из древних монстров громыхнул: — Кто мы? Неужели ваш мир настолько примитивен, что вы даже не знаете о нашем существовании? Казалось, будто миллионы голосов закричали в один миг. Существо говорило искажённо, словно его слова пропустили через маггловский граммофон. Все трое вдруг щёлкнули пальцем. Руины, да и сам замок, исчезли. Волшебники оказались на пустоши. Пару минут фигуры осматривали их, затем поворачивая головы по сторонам, стали смеяться. Земля затряслась и Анабель упала на стоявшего рядом Симуса. Каждое движение этих существ, каждый вздох вызывали утробный звук и волну вибрации. Монстры, поняв свою ошибку, поспешили исправиться. Они присели на корточки. С минуту ничего не происходило, затем фигуры стали уменьшаться в размерах, приобретая человеческие масштабы. Если несколько мгновений назад они были огромными каменными фигурами с потрескавшимися от старости лицами и яркими огоньками вместо глаз, то теперь приобрели человеческий рост, однако облик их снова претерпел метаморфозы. Первая фигура представляла собой рослого человека, который ничем не отличался от обычного волшебника, если бы всё его тело не было покрыто густой серой шерстью. Горящие глаза так и остались похожими на маленькие огоньки. На руках существа вдруг выросли огромные когти и даже палочка Анны была короче каждого из них. Он усмехнулся, блеснув белоснежными зубами. Итальянка могла бы посчитать его похожим на Фенрира, однако это существо было намного симпатичнее грязного оборотня. К тому же, он выглядел величественно, чем-то напоминая благородного волка. Второй монстр выглядел, как настоящий аристократ. Это был мужчина с высоко поднятой головой, который с высокомерием и презрением осматривал окружающих. У него был бледный цвет лица, которое в лучах утреннего солнца слегка поблёскивало. Так же, как и у первого, его глаза приобрели цвет пламени костра. В руках незнакомца оказалась трость, на которую он, впрочем, не опирался. Роскошный наряд, судя по всему ему не одна тысяча лет, идеально сидел на его обладателе, подчёркивая мужественность фигуры. Зачёсанные назад волосы образовывали аккуратную причёску и лишь некоторые пряди хаотично свисали на лицо. Он тоже улыбнулся, обнажив целый ряд остро заточенных зубов, отчего некоторые студенты отпрянули назад. Однако больше всего блондинку поразили его глаза. Если у первого во взгляде читалась решимость и озорство, то второй как будто гипнотизировал. Он смотрел изучающе-внимательно и Анабель буквально ощутила, что хочет подчиняться ему и не смеет противиться. С трудом оторвав свой взгляд, девушка взглянула на последнего незнакомца. Он был, пожалуй, самым удивительным из всех. Одна половина тела была красной, а другая белой. Всё, включая кожу, крылья, длинный хвост и усы, выдавало в нём волшебного существа. Монстр смешно повёл бровями и причмокнул, оглядывая столпившихся волшебников. Его хвост пару раз дёрнулся и осел на землю. Существо также имело красные глаза, но если его товарищи заряжали энергией, притягивали гипнозом, то он обладал совершенно удивительным взглядом. Анабель ощутила невероятную тоску, словно все положительные и отрицательные эмоции нахлынули разом. Что-то заболело и она захотела вспороть себе грудную клетку, чтобы вытащить сердце, которое разрывалось на части. В голове послышался смех, затем плач, мольба и стон удовольствия. Всё перемешалось. Но Анна поняла, что делал с ней монстр: заставлял осмыслить свою жизнь, вспомнить всё хорошее и плохое, как будто ей показали фильм с её историей. Нарушило молчание существо посредине. — И вот так вы приветствуете титанов? — он развёл руками, театрально обидевшись. Первый потрепал его по плечу: — Будет тебе, Кронос. Они освободили нас. Существо по имени Кронос своё мнение, впрочем, не изменило. Он продолжал осматривать каждого с неподдельным презрением. Зато первый был существенно добрее, чем все остальные. Несмотря на пугающую внешность, он показался девушке добродушным. — Наверняка вы не знаете о том, какую силу разбудили? — мягко поинтересовался полуволк. Никто не решался подать голос, все завороженно закивали. — Боюсь, нам придётся продемонстрировать, — зевнул третий. Оно небрежно взмахнуло рукой. Словно по мановению волшебства защитников Хогвартса окружили огромные горы. — Это что? Какая-то шутка? — удивленно переспросил Джордж, разглядывая пейзаж вокруг. — Климен, ты всегда любил эффектные жесты. Двуполое существо оскалилось и театрально откланялось. Почему-то Анабель Климен напоминал карнавал, веселье, всю несуразность этого мира, эпатаж. Наконец, первый топнул ногой. Наступила мгновенная тишина. Анна невольно подумала — вот он, конец. — Я знаю, что вы волшебники, населяющее магическое сообщество. — Меня зовут Кай. Он усмехнулся, взмахнув когтями. — Я знаю, что некоторые из вас посвящены в тайну существования других измерений: вампиров, оборотней, демонов, гоблинов и эльфов, русалочьего королевства. Но многие из вас будут удивлены, узнав, что возможно перемещаться между мирами. Всё потому, что вы не посвящены в тайну мироздания, вы низшие существа, мир хаоса и раздора, измерение, куда отправляют в качестве изгнания. Здешние оборотни и вампиры — лишь оболочка настоящих тёмных существ. Кай нахмурился. — Но волшебники — единственные, кто обладал знанием, как пробудить могущественную силу, которая будет править всеми измерениями. Все легенды и мифы в ваших культурах, все природные явления, все эмоции, сантименты и характеры, все ваши решения, мысли, необдуманные шаги, вся ваша плоть и кровь — всё это мы. Мы есть, но нас и не существует. Мы — титаны, которые были заперты врагами многие миллиарды лет назад. И мы ждали, когда кто-то будет обладать достаточным знанием, чтобы освободить нас. Он рыкнул, оглушив всех, кто стоял рядом. Анабель закрыла уши. — Юная леди, неужели вы та самая, кто поработила этот мир, кто так нуждался в силе, чтобы разбудить нас? Слизеринка отчаянно замотала головой, отодвигаясь к семье. — Это всё Волдеморт. Волшебник, который принёс в жертву Дары, — Драко закрыл её спиной. Нарцисса шикнула на него, но он отдёрнулся. Климен расхохотался, промокнув шёлковым платком усы. — Великий волшебник? Тот, что разделил душу на семь частей? О, это просто глупец. Титаны презирают существ, чьи помыслы примитивны. Кронос опустил трость. — Дитя, ты разбудила нас. Ты отдала свою боль, напитав нас этой великолепной пищей из отчаяния и страха. Ты продала свои чувства. Полагаю, за мать? Борджиа прошептала: — Да. Кронос усмехнулся. — Мы появились из хаоса и пустоты. Наша мать — бесконечность, а отец — небытие. Но вы, низшие существа, развили сантименты до невозможности! Ваша цивилизация самая удивительная из всех. Они констатировали позорное положение волшебников в иерархии остальных существ, не пытаясь оскорбить или унизить. Титаны будто озвучивали факт. Климен шаловливо повертел хвостом. — Кажется, пора вам, волшебники, стать мудрее и сильнее. Ваша неосведомлённость объясняется исключительно тем, что вы являетесь ресурсом для других миров — вампиры питаются вами, оборотни отправляют сюда тех, кто оказался юродивым, а демоны и ангелы пожирают души и крадут их. Вы — расходный материал. Самое унизительное и оскорбительное, что ваш мир даже не знает об этом. Лишь немногие, посвящённые в эту тайну или владеющие тонкой ниточкой, ведущей к её раскрытию, либо поплатились жизнью, либо вынуждены держать свои взгляды при себе, потому что им не поверит никто. Кронос остановил его жестом руки. — Ты пугаешь их, брат мой. Как же ощущают себя непосвящённые, которые впервые вынуждены слушать это? Дориан завертел головой, пытаясь отогнать от себя эти мысли. Кронос произнёс: — Мальчик мой, это всё не игра. И возможно, что каждый из вас считает, будто разум покинул границы дозволенного. Однако хочу предупредить вас: титаны вернулись, наша сила невероятна и мы можем всё — излечить, найти, наказать, убить, стереть ваше имя со страниц истории или даже заставить близкого человека навсегда забыть вас. Джордж двинулся вперёд, несмотря на то, что Симус пытался его удержать. Разбитое лицо Финнигана, шрамы от уродливых нарывов делали его похожим на тролля. Уизли ловко увернулся и подошёл вплотную к Кроносу. — Если титаны проснулись и если вы так сильны, — он говорил твёрдо. Итальянка в первый раз видела Джорджа таким серьёзным, без тени улыбки, — вам подвластно всё, мы уже убедились, — он махнул рукой на величественные горы. — Вы правы в одном, мы отдаёмся чувствам, и именно они могут причинить нам самую страшную боль. Анабель осознала, что, вероятно, она никогда не знала Фреда или Джорджа. Девушка научилась их различать, но всегда считала парней единым целым. Они просто не могли быть поодиночке, слишком крепкая связь соединяла близнецов. Климен подошел к Кроносу. — Брат, позволь мне. Титан схватил Уизли за голову, сжав двумя руками его виски. Артур кинулся вперёд, но тут же вернулся на место, не в силах пошевелиться. Но Джордж не кричал и не страдал, Климен заглянул ему в глаза. Анна стояла в первых рядах и видела выражение лица парня. Он улыбался сквозь слёзы. Взгляд Климена, вызвавший воспоминания аристократки, похоже, поразил и Уизли. Титан нахмурился, но сдержал эмоции. — Все те, кто думают, что сила бесконечна, ошибаются. Мы можем многое, но есть то, что неподвластно даже великим. Смерть входит в их число. Вы пережили бойню, и я знаю, сколько боли вы испытали. Возрождение ослабило меня, но я насытился с первых секунд вашими страданиями, потому что всё, что вы сейчас представляете — это открытая рана. Волшебники потеряли многое, и надеюсь, что это даст вам понимание — война и кровопролитие должны остаться в прошлом. Джордж вернулся на место, продолжая блаженно улыбаться, и Анабель всерьёз испугалась за его психическое здоровье. Титаны встали в ряд. Выглядели они величественно на фоне остальных волшебников. Анна осмелилась задать вопрос: — То есть ритуал сработал? И вы та самая сила, которая была заключена в недра земли? Хорошо, вы великие существа и родоначальники всего. Но в чем ваша цель? Вы хотите власти? Поработить все миры? Кай рассмеялся. — Власть нужна лишь глупцам. Мы вернулись к тому, что создали сами. Все эти миры — наших рук дело. Однако теперь детище должно отплатить сполна, — он грозно размахивал когтями. — Когда-то все измерения были равны. Волшебники стояли в один ряд с гоблинами, ангелы с вампирами. Что творится сейчас? Наши сердца обливались кровью, когда мы смотрели, как жестоко уничтожали измерения. Вас поработили, но и вы поработили других. Гоблины и эльфы… Ниже их только мир людей. Но магглы, как вы их зовёте, теперь даже не являются частью иерархии. Кронос обнажил клыки: — Нас предали собственные дети. Заточили далеко под землей, где мы вынуждены страдать, наблюдая за этой несправедливостью! Войны, нарушение баланса, обманы и интриги… Существа перешли все дозволенные границы! Но теперь мы займём своё место, там, где нам и положено быть. Все молчали, боялись сказать хоть слово. Но итальянка не унималась. Она не могла понять, что же будет с ними? И не опасно ли выпускать эту силу? — И что будет? Вы сделаете все миры равными? Мы никогда не будем обладать могуществом демонов, которые украли даже нашу магию. Молли Уизли подпёрла бока: — Девочкой овладел демон! Мы заслужили быть наравне. Возмущение нарастало, наконец Скай произнёс: — Титаны — это наши прародители. Вы измените всё? А как же наши жизни, родные и близкие? При это словах, три фигуры, сохранявшие терпение и спокойствие, улыбнулись. — Юноша, вы правы. Мы прародители всего, что существовало изначально. Оборотень, вампир, ангел с демоном. Нам полагалось враждовать и спорить, как всем братьям. Однако мы пошли против бесконечности и небытия — наших предков. Анабель вдруг поняла всё. — Вас заточили, потому что никому не нужно равновесие. Никакой вампир не хотел считаться с гоблином. Кронос улыбнулся. — Именно так, дитя. Создатели стали неугодны. Теперь всё изменится, наши дети будут равны. — Уже поздно. Придётся уничтожить всех и создать новых детей, потому что волшебники, по крайней мере, не будут никогда считаться с гоблинами тли эльфами. Климен усмехнулся. — Ну, не стоит так себя недооценивать. У волшебников ещё есть шанс, ведь именно вы освободили титанов, теперь мы подарим вам свободу. Тем временем, двое титанов собирались что-то предпринять. Кай взмахнул когтями и рыхлая земля исчезла, оставив место неглубокой яме. Кронос произнёс: — Ты готов? Без тени сомнения оборотень вырвал огромный коготь. Брызнула кровь. Мадам Помфри инстинктивно кинулась вперёд, однако тут же остановилась, наблюдая за моментальной регенерацией тела. — Разорви меня горнулья! — ужаснулся Рональд. Кронос также быстро вырвал собственный клык. Крови было мало, но все поморщились и издали возмущённые звуки. — Ауч, — Джинни скорчила гримасу. Климен оставался последним. Видимо, он должен был отдать что-то от ангела и демона. Титан всего лишь вырвал по перу с обеих крыльев. Гарри выступил вперёд: — Что вы собираетесь делать? Ритуал гласил, что сила разбуженная из недр земли, будет подчиняться волшебнику. Волдеморт надеялся укротить вас. Кай выгнул бровь. — Неужели? Боюсь, он жестоко ошибался. Вы должны быть благодарны, мы дарим вам силу, которую у вас отняли. Поттер стушевался. — Мы только что закончили войну. Люди устали и хотят мира. — Вы его получите,— отрезал Кай. Они прошептали какие-то слова и взялись за руки, их глаза заблестели. Мгновенно поднялся вихрь, который окутал защитников Хогвартса. Парвати вскрикнула и прижалась к Скаю. Анабель вдруг почувствовала усталость, которая буквально заставляла валиться с ног. Малфой кинулся к ней. — Анна. — Драко. Он заглянул в её бордовые глаза: — Тебе страшно? — Да. — Что бы ни случилось, я люблю тебя. Анабель не успела ответить. Вихрь поднял волшебников вверх, все закричали. — Вы обещали спасти нас! — крикнула Гермиона титанам. Кронос пробасил: — Вашей жизни ничего не угрожает. Вы переродитесь. Анна ударилась обо что-то. Она ощутила, как кровь стекает по её голове, всё ныло и болело. А затем тьма.