The Benefits of Smoking

Imagine Dragons — Natural (на повтор)

— Да пошёл ты нахуй, — хлопанье двери и топот ног по лестнице. Каждый день одно и то же. Честно говоря, я уже порядком заебался. Беру пачку сигарет и выхожу на балкон. Сажусь за столик и пододвигаю пепельницу к себе. Когда она уже съебётся насовсем из моей жизни? Я смотрю на вечерний Сеул. Постепенно начинают загораться первые вечерние огни, и город совсем преображается. Я улыбаюсь и делаю очередную затяжку. В квартире стало так тихо и спокойно с её уходом. Впервые за очень долгое время я слышу свои мысли. Хорошо. — Привет, сосед, — ты перескакиваешь через невысокие перила балкона и идёшь прямо ко мне. — Сколько раз я тебя просил так не делать? — спокойно спрашиваю я тебя, заранее зная ответ на этот вопрос. — Да похуй, — отмахиваешься ты и садишься напротив меня. Тянешься к моей пачке с сигаретами и берёшь одну. Подкуриваешь. Мне не нравятся курящие девушки, но ты настолько гармонично смотришься с ней, что я готов тебе простить этот твой маленький недостаток. — Где твоя «это»? Я расплываюсь в улыбке. Меня всегда забавляло как ты её называешь. — Мин Юнги теперь кот, который гуляет сам по себе, — потягиваюсь на кресле, наблюдая за твоей реакцией. — Да ладно, — ты ошарашена. Вдруг ты подрываешься с кресла и прыгаешь мне на руки, крепко обнимая. — Юнги, наконец-то кровь начала приливать обратно в твой мозг. Поздравляю! — Твою мать, не ори ты так. Поднимаю голову и смотрю на тебя. Впервые в жизни я подмечаю, что ты невероятно красивая. Сердце пропускает удар. Прядь волос упала на твоё лицо, и я решаю поправить её. Ты завороженно смотришь на меня, впрочем, я уверен, что сейчас наши выражения лиц одинаковые. Кладу ладонь на твою щеку и глажу её. Провожу пальцем по твоей нижней губе и лишь тогда замечаю, что ты не дышишь. Я запускаю руку в твои волосы и притягиваю твоё лицо ближе к своему. Смотрю на тебя в упор, пытаясь найти ответы на свои вопросы. А потом то, к чему, по твоим словам, лишь недавно начала приливать кровь, снова отключается. Я касаюсь твоих губ своими сначала осторожно, боясь спугнуть тебя. Ты пока не отвечаешь, но и не отталкиваешь. Слегка надавливаю на твой затылок и ранее безжизненное тело отзывается. Ты целуешь меня в ответ, крепко обнимая меня за шею. Я позволяю себе углубить поцелуй, и из твоей груди вырывается тихий стон. Воздуха становится катастрофически мало, тело пылает словно в огне, и мне хочется быть с тобой максимально близко. — Я забыла свой… Так ты решил променять меня на эту малолетнюю шалаву? — над нашими головами раздаётся пронзительный крик. У меня закладывает ухо. Какого хуя она вернулась? Ты подрываешься с моих коленей, словно ошпаренная, и чуть ли не бѐгом идёшь к своему балкону. Перескакиваешь обратно и лишь тогда оборачиваешься. «Это» всё ещё орёт, но я практически ничего не слышу, отдавая всё своё внимание тебе. Ты смотришь на меня в последний раз и скрываешься в своей квартире.

***

Прошёл месяц после того фатального события на балконе. Она уже давно переехала и насовсем оставила меня в покое, как и ты. Мы не виделись с тобой уже месяц и это сводило меня с ума. Я каждый день задавался вопросом: куда ты могла пропасть. Твоя мать ничего толкового мне не сказала, но дала твой номер телефона. Ты же взяла и добавила меня в чёрный список. Хочу на тебя разозлиться, обозвать жалкой мелкой тварью, но не могу. Что ты, блять, со мной сделала? Я вхожу в дом и иду к лифту. Нажимаю на кнопку и терпеливо жду, когда он приедет на первый этаж. Двери открываются, и я вхожу. Хочу уже нажать на кнопку нужного этажа, как вдруг слышу до боли знакомый голос. — Подождите-подождите, — ты бежишь на всех парах и буквально влетаешь в лифт. — Спасибо, — ты слегка кланяешься и лишь тогда замечаешь кто именно здесь. — Блять, — я жму на кнопку и двери закрываются. — Не то слово, — спокойно произношу я, стараясь никоим образом не выдать своих истинных эмоций. — Как жизнь? — буднично произношу я. — Неплохо, — ты дрожишь. Боишься. И правильно делаешь. — Вот, вернулась наконец-то. А ты как? — Тоже нормально. Заходи вечером на кофе с сигаретой. Расскажешь всё в подробностях. — А-а, я курить бросила, — ты слегка заикаешься и тяжело дышишь. Слегка приподнимаю бровь. Лжёшь. — Вот и славно. Тогда просто приходи на кофе, — я мягко тебе улыбаюсь. Ты напрягаешься ещё больше. — Только сделай это по-человечески, через дверь. Ты киваешь и почти сразу же скрываешься за дверью своей квартиры. Вечером ты так и не пришла.

***

Прошло ещё две недели. Ты снова пропала. С каждым днём я злился всё больше и больше, но не на тебя, а на себя. За то, что позволял тебе приходить ко мне и тайком курить на балконе; рассказывать тебе всё о своей жизни и знать всё о твоей; но больше всего за то, что позволил себе влюбиться. Сейчас я понимаю, что независимо от того поцелуя, если бы ты пропала из моей жизни — как делаешь это сейчас, — я бы это заметил. И мне было бы так же тяжело, как и сейчас. Я взял пачку сигарет с барной стойки и вышел на балкон. Каково было моё удивление, когда я заметил в одном из кресел тебя. Ты спокойно сидела и курила. На тебе была простая белая футболка до середины бедра, а волосы были связаны в высокий конский хвост. Ни грамма макияжа, такая естественная и моя. — Долго ждёшь? — спрашиваю я, падая в соседнее кресло. — Я здесь с того момента, как ты вошёл в квартиру, — отрешённо отвечаешь ты. — Я же просил тебя войти в квартиру по-человечески, — подкуриваю сигарету и делаю глубокую затяжку. — Так совсем теряется дух авантюризма, который присущ всем нашим встречам, не находишь? — ты улыбаешься той озорной улыбкой, по которой я уже успел так сильно соскучиться. Я невольно улыбаюсь тебе в ответ. Ты смотришь на меня прямо и открыто, нервно сглатываешь вставший в твоём горле ком. Набираешься храбрости, прежде чем спросить меня о чём-то. У меня несколько вариантов. Что ж, интересно что ты выберешь. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — и ты выбираешь самый тупой вопрос из всех, которые могла бы мне задать. — Я? — переспрашиваю и делаю ещё одну затяжку. — О, мне нужно о многом тебе сказать. С чего начать? — говорю максимально спокойно, но своего взгляда не отрываю. — Могу начать с того, что я охуеть как соскучился. Или же спросить, какого хуя ты уехала так ничего и не сказав; почему не отвечала на мои звонки; почему не дала возможности объясниться, — не заметил, как докурил и потушил бычок в пепельнице. — Проще говоря, у меня дохуя вопросов. А ты, ничего не хочешь мне сказать? — последние два предложения я выплёвываю со всем присущим мне ядом. Ты ещё никогда не видела меня в таком состоянии. В порыве злости я сбрасываю со столика кружку с недопитым с утра кофе, но ты даже бровью не пошевелила, когда хрупкий фарфор разбился о плитку. Я ничего не понимаю. Ты тушишь недокуренную сигарету в пепельнице, встаёшь с кресла и подходишь ко мне. Садишься ко мне на колени и всматриваешься в моё лицо. Берёшь его в ладони и наклоняешься к нему. Легко касаешься своими губами к моим и улыбаешься. — Я тоже скучала, Мин Юнги. Я первый впиваюсь в твои губы поцелуем, пытаясь показать тебе в нём насколько сильно мне тебя не хватало, в каком отчаянии я находился все эти полтора месяца. Судя по всему, ты чувствуешь себя не лучше. Мы оба рады, что эта пытка закончилась. Я подхватываю тебя под ягодицы и бережно вношу в квартиру. Иду к спальне. Я бы мог трахнуть тебя прямо на балконе, или же сделать это в кухне или в гостиной, ведь они находятся гораздо ближе, но я не хотел поступать с тобой так же, как и со всеми своими предыдущими пассиями. Ты — не они. С тобой я хочу поступать правильно — насколько это, конечно, возможно. Мы входим в спальню, и я аккуратно усаживаю тебя на кровать. Опускаюсь перед тобой на колени и беру твою ногу в свои руки. Нежно целую твою щиколотку и продолжаю подниматься поцелуями вверх. Ты едва слышно стонешь. Когда я добираюсь до внутренней стороны бедра, тебя уже заметно потряхивает. Я смотрю снизу в твоё лицо и читаю на нём нетерпение. Целую сквозь влажную ткань трусиков средоточие твоего желания. Из твоей груди вырывается тихий всхлип. — Юнги, — шепчешь ты. Этот стон для моих ушей слаще мёда. Ты отстраняешь мою голову и наклоняешься ко мне, чтобы поцеловать. — Я не могу больше терпеть, — говоришь ты сквозь поцелуй. Сама стягиваешь с себя футболку и трусики. Ты стоишь передо мной совершенно нагой, а я не могу оторвать взгляд от твоего идеального тела. Тянешься к моей футболке и ловко от неё избавляешься. То же самое проделываешь и с джинсами. Притягиваешь меня к себе и глубоко целуешь. Я аккуратно кладу тебя на кровать и медленно вхожу в твоё податливое тело. Ты протяжно стонешь, а мне настолько хорошо, что срывает крышу. — Быстрее, — шепчешь мне на ухо, а я готов сделать всё, что ты попросишь. Я набираю темп, а твои стоны становятся всё громче. Через некоторое время я начинаю буквально вдалбливаться в твоё тело и чувствую, как твоё тело сотрясает оргазм. Несколько секунд спустя к пику пришёл и я. Я лежал на твоей груди, пытаясь привести дыхание в норму. Чертовски хотелось так уснуть, но я переживал, что тем самым раздавлю тебя, поэтому перекатился на соседнюю половину кровати. Укрыл нас одеялом и обнял тебя за талию, прижав к своей груди, чтобы ты и не думала о том, чтобы куда-нибудь смыться. — Давно? — спрашиваю я. Ты прекрасно понимаешь о чём я. — Около двух лет, — спокойно отвечаешь. — А ты? — Такое ощущение, что всю жизнь, — целую тебя в обнажённое плечо и краем глаза замечаю твою довольную улыбку. — Так что с курением? — решаю перевести я тему. — А что с ним? — Ты же бросила, — лукаво улыбаюсь я. — Разве что, бычком о землю, — отвечаешь ты. Через несколько минут я слышу мирное посапывание. Теперь всё будет хорошо. Всё наконец-то встало на свои места.