В омуте страха

Наша любовь как ветер — ты её не видишь, но чувствуешь… Невысказанная любовь — тяжкое бремя. Любовь — это единственное, чем она ещё не болела.

Из прошлой главы: Только сегодня ты ему пригодился, а завтра по его заданию тебя расстреляют, поставив возле стены. Да не только тебя, любого… — рыжеволосая не договорила, Войт залепил ей звонкую пощечину, на что та лишь усмехнулась. «Василиса, Норт, Дейла, Драгоции и Лазарев, Резникова, завтра же вечером вылетаете в Москву и остаетесь в квартире по адресу, данному ниже, до решения всех проблем, думаю, пробудете не меньше трех недель.» Погода нагоняла нереальную тоску. Пускай, там, в Москве, с ней будут друзья, но отец сейчас у Астрагора и ему необходима ее помощь. Константин честно признался, что у подростка шансов вытащить Огнева-старшего самостоятельно и посадить Астрагора нет без потерь, и им лучше будет уехать, пока взрослые разберутся с Рунисом, подпортившим жизнь каждому из них. Да и Нортон знал, что ему предстоит побывать в гостях Драгоция, Василиса была приманкой, да, не обычной, а такой, которая сама могла выдать необходимую информацию, однако этого не сделала. Потому поездка в Москву, которая может затянуться даже на пару месяцев неотложна. Для Василисы эта вражда с Астрагором и переживания об этом были постоянными и сильными, в какой-то период ее буквально не отпускал страх, но благодаря советам Фэша, она смогла встать на позицию. И в последний месяц все шло еще как-то более-менее, появился отец и перенял ситуацию в свои руки. Оставлять маму, которая только сегодня вышла из комы тоже не хотелось, а поехать она не могла из-за состояния здоровья и в принципе. Больницу можно было найти, конечно, и в Москве, да и там больше гарантий на безопасность, ведь вся его шайка в последнее время перебралась в Питер, но Лисса была непреклонна.

***

Лисса сосредоточенно, безотрывно смотрела на стену. Ей было немного не комфортно, что она оставила дочь на многие месяцы, поначалу намеренно, для того чтобы обезвредить Астрагора — человека, который постоянно рушил жизнь ей, ее друзьям и близким, а после ее состояние ухудшилось. Нортон говорил, что Василиса очень переживала из-за ее состояния, это трогало, но одновременно она так же не понимала, как могла бросить дочь. Покинули бы страну и не возникли бы проблемы… но никто же не знает наверняка, какой вариант верный. Муж хотел отправить их из Питера в Москву, но Лисса запротестовала, не могла оставить мужа одного, ведь только из-за нее он вляпался в это дело. Да и из больницы ее еще не выписывали, и после выписки ей придется часто приходить, проверяться, она тогда сильно ударилась головой, появилась доброкачественная опухоль. Однако сильные эмоциональные переживания, потрясения, стресс отправили молодую женщину в кому. Дверь тихо открылась и прошла молодая рыжеволосая девушка с перебинтованным плечом, разбитой губой и несколькими заметными синяками. Женщина ужаснулась, глядя на свою дочь, но главное что она жива, остальное позднее.  — Мама, — громко воскликнула девушка. Когда ей сказали, что она умерла, мир будто ушел из-под ног, а то, что перед глазами сейчас она видела родного человека, было самым большим счастьем, ведь на ее спасение надежда была слишком мала. Со всех ног она подбежала к ней, крепко прижавшись и пряча слезы. Две недели назад она видела ее с закрытыми глазами и кучей трубок, а сейчас живую и, даже немного радостную. Василиса боялась уверенно отвечать на ее расспросы о появлении синяков, ссадин, перевязанного плеча и разбитой в кровь губы, ей не хотелось ее расстраивать и уж тем более огорчить тем, что папа находится у Астрагора и Константин думает, как вытянуть его оттуда. Но Миракл — друг погибших родителей Фэша, увы, все ей рассказал. Это и стало перевесом в ее отношении к временному переезду в Москву. Теперь она точно останется здесь. Имя в паспорте тоже будет не «Джессика Вольген», а что-то другое. За нее все слишком переживали. Василисе столько всего ей хотелось рассказать, но долго задерживаться в палате было нельзя, да и маму через час переведут в другое отделение. Ей так не хватало ее поддержки, теплых слов, самой любимой искренней улыбки.

***

До самолета оставалось три часа и девушка решила собрать необходимые вещи. Она частенько на каникулах ездила в Москву с отцом из-за ресторанного бизнеса, оставаясь у бабушки Нерейвы. Но когда ее не стало, ездить стала реже. Да и все ее друзья в Питере. Она чувствовала себя беглянкой. Да, началась взрослая игра и ее и остальных хотят обезопасить, но было непросто признать, что родители остаются в «эпицентре возгорания». Мало ли, что может случиться, она не переживет второй их гибели, это будет выше ее сил. Василиса достала огромный чемодан и закинула любимые и необходимые вещи, сама наскоро натянула черные брюки, белую свободную толстовку с капюшоном, такие же белые кроссовки и черную куртку. Отбросив мороки с прической и оставив их распущенными, грустно оглядела комнату, дом и, благодарно передав чемодан Нику и крепко обнявшись, села в машину Константина. Там уже сидел Норт, вышедший из дома самым первым. Рыжеволосая уткнулась в окно автомобиля, осматривая дом. Наконец вышла Дейла, закрыла их обитель, и, приняв помощь брата дотащить чемоданы, села на переднее сидение, поздоровавшись с Лазаревыми. В аэропорту они встретились с Драгоциями и Маришкой, которых довез Миракл. Василисе повезло сесть вместе с Дейлой и Нортом, впереди были Фэш, Захарра и Маришка, а левее Ник. Захарра вытеснила брата на место Ника, а самого Лазарева позвала к себе. Можно вечно смотреть на три вещи: как горит огонь, течет вода и как воркуют друг к другом Ник и Захарра — сделала для себя заключение Огнева. И впервые за много лет рыжеволосая вдруг поняла, как ей не хватало этого общения с братом и сестрой. Ей всегда хотелось восполнить эту пропасть, но когда Норт взял над ней опекунство и они только начали жить все вместе, Василиса боялась, что ей будет больно их терять и им, наверное, тоже. Стоило только вспомнить, сколько слез она пролила тогда… а потом боялась, что это может повториться снова и отталкивала от себя людей. И как только они умудрились поладить с Захаррой, принимая во внимание то, со сколькими людьми у Василисы общение просто уходило в прошлое? И Огнева не жалеет, что познакомилась с Драгоциями поближе. Даже не смотря на то, что с Фэшем все так запутанно. Ее грузила эта поездка в Москву. Как тут думать обо всем этом, когда ее отец там, у врага, а мама все еще в больнице, в Питере, где люди Астрагора в курсе каждого ее еще не сделанного шага? И как только они узнали о Джессике Вольген?

***

Пятикомнатная просторная квартира в центре города, вблизи школы, в которую им предстоит ходить все время, что они тут пробудут. Светлые и яркие комнаты, с красивой мебелью. В четырех из них есть рабочий стол, двуспальная кровать и шкаф для вещей, пятая — огромный зал с плазмой, панорамным окном и балконом. Кухня-столовая, не менее маленькая и очень уютная. Квартира снята и оплачена на три месяца. Василису все только сильнее угнетало. Ребята быстро осмотрели все комнаты и заняли ту, которая им понравилась. Василисе хотелось поселиться либо с Захаррой, либо с Дейлой. Но Драгоций подселилась к Лазареву, что и стало завершением к тому, что они-таки начали встречаться. А Дейлу в соседней комнате привлек большой туалетный столик, зеркало и огромный шкаф для вещей. Там уже раскладывалась Маришка и они поселились вместе. Василисе ничего не оставалось, как выбирать между братом и Фэшем или сплавить этих двоих в одну комнату. Но спать на одной кровати друг с другом они отказались сразу же. Василиса особо не задумываясь выбрала Норта, но после вспомнила, что брат — не лучший сосед по комнате. Ей даже было жутко однажды оказаться в его комнате. Заботливый, конечно, но не лучший кандидат. С другой стороны, Фэш не лучше. И Василиса со вздернутым носом отправилась в комнату брата. Дверь оказалась заперта.  — Норт, открывай, я знаю, что ты там, я с тобой жить буду, — барабанила в дверь рыжеволосая.  — Уходи, я не буду с тобой жить, ты чистюля и не будешь давать мне высыпаться! — прокричал брат, не открывая двери.  — Я это запомнила, — пригрозила девушка, и поплелась к Фэшу. У Драгоция же дверь была открыта.  — Фэш, я с тобой буду жить, — бросив чемодан на пол, сказала Василиса и улеглась на широкую мягкую кровать, — ты же уступишь мне кровать, а сам поспишь на диване, — безнадежно предложила Огнева.  — Размечталась, — усмехнулся парень.  — Тоже мне, джентльмен, — съязвила девушка, — можешь выйти? Мне переодеться нужно, — попросила она.  — А если нет? — Василиса с нескрываемой злостью оглядела парня, тот поднял руки вверх и вышел. Василиса стянула с себя толстовку с брюками и искала в чемодане домашний топ и джоггеры, но дверь неожиданно открылась, — я тут забыл кое-что, — выглянула голова парня и стала осматривать комнату в поисках чего-то, но подняла взгляд на Огневу и в Фэша полетела подушка, — а у тебя, оказывается грудь есть, — Василиса прикрылась вещами, которые разложила на кровати, взяла еще пару подушек и принялась атаковать сожителя.  — Похотливая морда, вали отсюда нафиг, — кричала она, попадая подушками в кого угодно, но не в Фэша. Переодевшись, Василиса все-таки догнала Фэша и легко побила его своими кулачками. После они все вместе поужинали. Беседа шла свободно и только Фэш и Маришка смотри друг на друга без интереса или презрительно.

***

Василиса долго ворочалась на совсем неуютном и жестком диване. «Ну, Драгоций, спит, наверное, как младенец» — прошептала рыжеволосая.  — Нет, — ответил Фэш. Время на часах показывало два часа ночи, но сна не было ни в одном глазу. Фэш вспоминал о маме и Селене, которая улетела после гибели отца, Василиса о Питере… Фэш посмотрел на рыжеволосую, которая встала к окну и одиноко смотрела вдаль.  — Пойдем за мной, — предложил Фэш, Василиса кивнула. Драгоций сказал надеть куртку и они пошли к лифту и поднялись на самый последний, пятьдесят четвертый этаж, после вышли на крышу. Перед ними открылся прекрасный вид на ночную столицу, можно было многое увидеть, словно на ладони. От восторга у девушки закружилась голова и она чуть ли не провалилась в прекрасную пропасть с множеством огней, но Драгоций быстро среагировал и поставил ее на ноги.  — Спасибо, Фэш, — щеки Василисы предательски запылали.  — Да не за что, смотри, какая красота, — перед ними расстилался город-милионник. Под ними яркие фонари и высотные здания, макушки счастливых людей, не спящих в эту волшебную ночь. Фэш молчал, Василиса тоже. Они наслаждались видом и, втайне друг от друга, обществом друг друга. Василиса стояла прямо над пропастью, зажмуривая глаза от легкого ветерка, несущего свежесть. Позади к ней подошел Фэш, крепко обняв. И все что было и будет — совершенно не важно. Эта теплая минутка тишины и покоя, когда все, что только могло быть необходимым, у тебя уже есть. Чувство полноценности заставляло тонуть в эйфории, организм требовал близости, хотел почувствовать родное тепло рядом с собой. Девушка повернулась к Драгоцию, в ответ крепко обхватив его, а сама смотрела прямо в его глубокие глаза. Фэш провел рукой по ее щеке и нежно, боясь потерять тонкую нить этого восторженного момента, ожидаемого каждым, поцеловал ее.  — Василиса, извини меня за те слова, я просто не так выразился. Я ничуть не жалею. Ты можешь думать сколько хочешь, столько, сколько надо. Ты будешь моей девушкой? — ветер не мешал Василисе понять каждое его слово, произнесенное с любовью и лаской. Вместо ответа, рыжеволосая сама потянула его за воротник куртки и улыбнулась ему в губы.  — Такой ответ тебя устроит? — Драгоций показал ямочки и крепко обнял. Более того, она давно для себя ответила на его вопрос. Он ей определенно нравится, зачем скрывать чувства от себя и от него. Лучшего момента, к сожалению, может и не настать.