Честный репортаж

Ник вытянул затекшие ноги и отвернулся от экрана. Пресс-конференция президента катилась по своим рельсам, и кроме бесконечно освещаемого вспышками фотоаппаратов лица Мэтью Элиса ничего не показывали. Так что Ник прикрыл глаза и просто слушал. — Мистер президент! Страна не успела оправиться от терактов Мандарина… — С чего вы взяли? — Элис оборвал репортера, но сделал это очень ровным голосом. — Эти страшные катастрофы, ваше похищение… — залепетал тот, но Элис продолжал отрицать: — Я сижу здесь, говорю с вами. А последствия терактов устранены. Как и их виновники. Элис Нику нравился. Ник знал, с каким скрипом шли неоднозначные медицинские реформы, и видел — собственной задницей ощущал — какой пиздец творится во внутренней безопасности. Но недобитые зачатки правильного американца внутри гордились таким президентом. В конце концов, тупость генералитета не на его совести. Там такие зубастые сидят — захочешь, не выкинешь, да еще и живым из драки не выйдешь. Элис был таким, каким должен быть американский президент — сильным, спокойным, стойким к острым вопросам. Он уверенно шел ко второму сроку. Репортер тоже был из упертых: — И все же, весна две тысячи тринадцатого года стала большим потрясением для нас всех. Трудно представить, что было бы со страной, если бы Тони Старк… Ник скривился. Он, в общем-то, знал ответ на этот вопрос. На месте Элиса сидел бы его бывший заместитель, в календаре добавился новый траурный день, а больше — ничего. Год это чертовски много для человеческой памяти. –…И теперь террористы захватывают Аполлон Хауз. Всего несколько кварталов от Белого Дома! — Да. Они обезврежены, а девяносто пять процентов работников и посетителей центра не пострадали в ходе спасательной операции. Не знаю как вы, а я считаю это поводом для гордости. — Мистер президент! — запищал тонкий женский голосок. — Что вы думаете о речи Капитана Америки? — Я бы взял его себе в пресс-секретари, — послышались тихие смешки. — Но не думаю, что он согласится. Каждый из нас должен делать то, что получается у него лучше всего. Несмотря на ораторские таланты Стива Роджерса, думаю, главный его талант в ином. — Мистер президент, — голос пониже и постарше, — а что вы скажете по поводу вашей ежегодной встречи с журналистами? Мы все видим, что именно они стали объектом атаки. Вы не боитесь? Возможно, вы проведете мероприятие не за городом, а в Белом Доме? Охрана здесь внушает больше доверия, хотя ваша служба безопасности и прохлопала ваше похищение год назад. Элис помолчал с минуту, в повисшей тишине звонко стрекотали камеры. — Не боюсь. Ни за себя, ни за журналистов, которые будут приглашены. Это особое мероприятие, и я не изменю ни даты, ни места проведения. Мы не должны идти на уступки террористам, а это именно они и есть. — В пять процентов погибших входили несколько людей из того избранного десятка, что посещают вас регулярно. — Мы почтим их память. Но трагические события делают нас сильнее и открывают для нас новые лица нашей силы. В напряженную беседу снова вклинилась писклявая девчонка: — Может быть, вам стоит пригласить Капитана Америку для защиты? Ответил ей генерал Росс. Он сидел с президентом все это время, но молчал. Здесь не стерпел, схватил микрофон: — Президентской охране не требуются помощники из числа «особенных». Меры защиты усилены в несколько раз, мы используем самые современные технологии. Фьюри фыркнул, потирая сухим пальцем глаз. Его отвлекла трель компьютера. Он резко развернулся, сворачивая затянувшийся треп и открывая декодирующее приложение. «Подобран ключ. Расшифровано пятнадцать процентов данных. Информация непоследовательна, разбита на куски. Оценка времени дальнейшей расшифровки: шесть дней. Показать результат?» Ник не был уверен, что у него есть еще хотя бы сутки, не то что шесть дней. — Показать, — приказал он. Поиск по ключевым словам из досье Стрэнджа наконец дал результаты. Перед глазами как раз высветилась карточка с его именем и фотографиями. Текст и правда расшифровался, но звучал весьма бредово. «Стивен Винсент Стрэндж. Докторская степень по нейрохирургии. Практикующий хирург. Недавно попал в аварию. Дальнейшая карьера под вопросом. Уровень опасности — два. Своенравен, неподконтролен, не имеет отношения к властным структурам. Система предсказывает повышение уровня опасности в ближайшие несколько лет до критической отметки — десять. Подтверждений найти не удалось, но система настаивает. Необходима дополнительная проверка объекта или рекалибровка системы». «Озарение» вообще не должно анализировать гражданских без запросов. Система была спроектирована для защиты космического периметра от вторжений и контроля за известными террористическими группировками. Разрешение на оценку гражданских проходило только в случае их связи с ведущими от военизированных структур ниточками. Прогноз на несколько лет? Опасность для кого? Ник перешел к следующему куску вытащенной информации. «Центр — Пиранье: …иступайте немедленно! Сообщайте обо всем подозритель… Пиранья — Центру: Дэйн успел что-то разболтать! Про меня! Вы должны…» Центр. Пиранья. Центр. «Прямой связи с Каракуртом с текущей даты не осуществляется. Исключительно через Мурену». «Распоряж… Снять наблюдение за Честером Геллертом. Сол… установил чип слежки за… до… Более не требуется… …прос: возможна ли безопасная деактивация со стороны или необходимо повторное привлечение…та?» Ник краем сознания уловил нехарактерный треск провода и отшатнулся от компьютера за мгновение до того, как тот разлетелся на оплавленные куски. Провода взлетели вверх, осыпая искрами стол и ковролин. Бросив на встроенную в столешницу панель плащ и сбив зарождающееся под ногами пламя, Ник смог вытащить чип. Раскаленный металл обжег кожу, но Ник все равно спрятал его во внутреннем кармане. В следующий миг свет в кабинете погас и сработала система пожаротушения, заливая все поверхности водой. Окна и дверь отказывались разблокироваться, и Ник остался в темноте наедине с шепотом водораспылителей. За дверью послышались шаги, но Ник отпрянул за шкаф. Дверь открылась — кто-то снял блокировку с той стороны, снял его личную блокировку, с его уровнем доступа… Сбой в системе из-за пожара? Тот же сбой, что не давал снять затемнение стекол? Очень мило. — Директор Фьюри? Сэр? Ник толкнул шкаф, прячась за валящейся грудой папок. Их взрыла очередь выстрелов. Да уж. Выдав себя, нападавший ругнулся и зашагал прямо к шкафу. Фьюри переполз правее, за металлическую стенку. Он зажмурился, когда распахивалась дверь, так что его не ослепило, и у него была фора. Ник подскочил на ноги резко, ровно за спиной шагнувшего слишком далеко убийцы. Удар — тот развернулся, но Ник проскочил под его рукой, пропуская выстрел, вбившийся в стену. Еще удар — Ник вжал убийцу в столешницу, захватывая его локоть так, что новая очередь пропахала потолок. Убийца был силен. Он смог вывернуться и уже готов был стрелять снова, но следующий выстрел прозвучал от двери и пришелся прямо в его голову. Он мешком рухнул на пол, давая Нику разглядеть силуэт в двери. — Привет, Алекс. — Ник сплюнул кровь, упираясь в столешницу. Алекс оглядел комнату, убрал хеклер в кобуру и долбанул кулаком по выключателю. На этот раз свет загорелся. Вода перестала литься. — Работаем в одном здании, а обедали вдвоем последний раз в девяносто шестом. — В две тысячи первом, — поправил Ник. — Ну да, тогда тебя террористы заставили ко мне прийти. Теперь даже они не в силах. Не мог пригласить меня менее оригинальным способом? Ник прочистил горло, протер лицо влажной ладонью и посмотрел на тело у своих ног. — Мне чертовски повезло, что ты оказался рядом, — выдохнул он, глядя на Алекса. С предельной серьезностью в глазах и голосе, прижимая руку к груди, до сих пор ощущая тепло сквозь ткань. — Не без этого, — качнул тот головой. Он оглядел Ника, задержал взгляд на ладони и бесцеремонно, привычно, как в том самом девяносто шестом, ощупал ребра. — Уверен, что не сломал? Ник быстро распрямился, заставляя руку Алекса соскользнуть. — Уверен. Я знаю, что такое сломанные ребра. Это не они. — Ник, — Алекс смотрел исподлобья. — Ты агент высшей пробы. Но не молодеешь. Возраст хорош для мудрых решений, но оперативную работу нам пора бы отложить. — Пока она находит меня сама. — Это-то я вижу, — Алекс уперся рукой в бок. — В Щ.И.Т.е становится небезопасно, — выдохнул он, переворачивая тело носком ботинка и разглядывая. Кровь на лбу. Форма агента, стандартное оружие. Бейджа с именем нет, но системе безопасности понадобится полсекунды, чтобы распознать личность по лицу. — Возможно, ты даже не представляешь — насколько, — задумчиво ответил Ник. — А может быть, и лучше тебя. Нам правда стоит пообедать вместе пару раз. И мы должны запустить «Озарение» как можно скорее. — Что? Нет, Алекс! Как раз наоборот. Мы должны отложить запуск. — Ник, — Алекс подавился удивленным смешком. — Тебя только что чуть не пристрелили в собственном кабинете. Нам нужна проактивная система безопасности. Она нужна еще вчера, еще год назад, мы отстаем в этой гонке, как выразился твой золотой мальчик, со «злом». И «Озарение» — наш единственный шанс на победу. — Нет, — ответил Ник, не разрывая контакта глазами. — Что-то происходит, и это значит, что нужна дополнительная проверка. Просто дай мне время на расследование. — И если ты что-то обнаружишь? — саркастично вскинул бровь Алекс. — Что тогда? Годы работы выкинем? — Тогда мы оба будем счастливы, что хеликэрриеры остались на земле, — и в эти слова Ник вложил все тревоги последних дней. Алекс прикусил губу. Он услышал, действительно услышал. — Хорошо. Уже у двери он встал вполоборота и добавил: — Только ты притащишь Старка на именины моей племянницы. Дверь за ним закрылась, и Ник подумал, что если все закончится хорошо, он устроит праздник и племяннице Алекса, и себе. Пригласит Мстителей полным составом. Если все закончится хорошо. Хотя бы сносно.

* * *

Центр — Мурене: Ты был прав. Это не сработает. Фьюри скоро уедет из Трискелиона на своем автомобиле. Предположительно с чипом. Устраняем. Снимаю с Солдата статус строгой секретности, сейчас главное устранить, уже не важно, если засветится. Мы дошли до эндшпиля. И выведите Солдата на прямую линию связи со мной. Мурена — Центру: Знайте, что вы приняли верное решение. Центр — Мурене: Я не принимаю других. Исполняйте без болтовни. Живо.

* * *

Занимающийся рассвет окрашивал светлые дома розовыми мазками. Ночная прохлада еще трепала ветерком волосы, но будто знала, что ей осталось всего ничего. Мурашки бегали по затылку и словно внутри живота. Стив волновался. Он проснулся от писка телефона — пришло сообщение. От таких сообщений просыпаешься сразу, до вскипевшей крови бодрым. Его звал на встречу Том. Не на благотворительный обед или ланч в кафе… после их последней встречи Стив и на такое-то не рассчитывал, а Том просил о немедленной встрече в парке, совершенно безлюдном в такое время. Стив уже не мог уснуть и принесся к месту встречи за десять минут. Не он один торопился — Том появился практически сразу. Одетый как для пробежки, на плечах он нес свой крупный рюкзак. — Спасибо, что пришел, — короткое рукопожатие, и он, не отпуская руку Стива, потянул того к скамье. Когда они сели, Том все же отдернул пальцы. — Не за что, я всегда рад встрече. — Не думал, что настолько, — пробормотал Том и потер уголок губы, выразительно глядя на Стива. Тот повторил его жест — на пальце осталось белое. Подсохшая зубная паста. — Хотя я и забыл, ты же сталкер. Кому рассказать, ведь не поверят. Удобное прикрытие — быть Капитаном Америкой? Можно ведь все что угодно провернуть и потом просто улыбнуться в камеру, никто не заметит. — Том. — Стива не задевали нервозные шутки, но они только распаляли тревогу. — Прости. Но знаешь, у тебя замечательная улыбка. Очень красивая. Стив сжал одну ладонь другой, а Том добавил: — Я бы за нее точно многое простил. — Ты поэтому здесь? Мне улыбнуться? — Я здесь, потому что мне больше не к кому обратиться. — Том залез в рюкзак и вытащил оттуда тонкую черную папку. — Пару месяцев назад я разбирал старые фотографии, я только-только переехал в Вашингтон тогда. И вот, — он ткнул пальцем в размытый силуэт на крыше, за водонапорной башней. Если приглядеться, можно было различить человека, который что-то держал в руках. Нечто, похожее на палку или снайперскую винтовку. Том перевел дыхание и произнес: — Я уверен, что это Зимний Солдат. — Кто? — Легенда. Убийца-призрак. Тихий ассасин. Ему приписывают убийства Кеннеди и принцессы Дианы, но их, сам понимаешь, всем подряд приписывают. Другие его дела выглядят куда интересней. В смысле более пугающими. Он убивает тихо, остается не пойманным, но следом за этими смертями всегда следует хаос. Точечные удары, приносящие смятения больше, чем целый теракт. И я думаю, что он активизировался в последнее время. — Убийство Кеннеди? Сколько бы ему было сейчас лет? Этому Солдату? Том прикрыл глаза. — Возможно, их много, или кто-то сейчас использует разрекламированный раньше образ. Но возможно и другое. Ты, мистер Бэннер, не говоря уж о Торе… Я после битвы за Нью-Йорк расширил границы реального. Стив еще раз посмотрел на снимок. — Да, этот человек похож на снайпера, но почему именно Зимний Солдат? Почему активизировался в последнее время? — Я занялся расследованием. Сначала списал силуэт на глюк камеры, на богатое воображение, но он никак не шел из моей головы. Знаешь, прямо занозой засел. Я вообще-то так себе журналист. Мне фотографировать нравится, показывать другим, что я вижу. Но здесь не отпускало. Я должен был расследовать. Вот, что у меня есть. — Он достал несколько страниц, исписанных от руки. — Это интервью. Я их взял куда больше, но тут как с НЛО, «очевидцев» полно, толку маловато. И еще… В руки Стива легли газетные вырезки и копии газет — древних газет, выпущенных едва ли позже пятидесятых. Чужие снимки с такими же размытыми силуэтами, которые Том обводил красным маркером. — Я убежден, он существует. Я не могу заняться этим открыто, я прячу это даже от Энн, потому что не хочу подвергать ее риску. Это все очень опасно. Стив перебирал сомнительные доказательства. Смотрел на выписанные Томом итоги. Все сводилось к следующему: ловкий, быстрый, сильный, тихий, безжалостный. С металлической рукой — левой — не отличающейся по функциональности от живой. На руке красная звезда, много связей с Советскими территориями. Прекрасно владеет любым оружием или использует подручные средства. Все это можно было смело делить на два. Или умножать. Ничего точного. — Ты хочешь, чтобы я воспользовался возможностями Щ.И.Т.а? Или что? Том уперся локтями в колени и уронил голову на руки, зарываясь пальцами в распущенные волосы. — Не знаю, Стив. Не знаю. Я думаю, он понял, что я слежу. Стив хотел приобнять Тома. Но не двигался с места, потому что не знал, сколько в этом желания ободрить Тома, а сколько — прикоснуться к Баки. И от этой мысли все желание начинало отдавать горчащей подлостью. — С чего ты взял? — Со мной связался журналист из «Пульса», журнал такой малотиражный. Джейкоб Коллинс. Он тоже расследовал в этой области и понял, что я мучу воду. Связался со мной, предложил объединить усилия. Сказал, что у него есть нечто очень ценное для меня, что перевернет все мое расследование. Кажется, фотографии. В тот день, когда я приехал к нему, на Аполлон Хауз напали. И теперь Коллинс мертв. Стив, во мне словно два человека. Один кричит, что я должен остановиться. Сжечь все и жить дальше мирной жизнью. Сыграть уже свадьбу — знал бы ты, сколько раз мы ее переносили из-за моей работы, — порвать все связи с этим делом, замести следы. Но другая моя половина требует продолжать. Я подобрался близко, раз пошла ответная реакция. Я очень близко, и я должен узнать правду. Я зациклился на этом ассасине. Он был хобби, поиск Несси на выходных — вдруг повезет. Но последнее время он занимает все мои мысли. Днем. Ночью. Снотворное все хуже помогает. Я должен узнать. Помоги мне. Помоги узнать и не сдохнуть. — Том, я чертовски плох в шпионском деле. Но я клянусь тебе, что сделаю все возможное. Чтобы защитить тебя, уж точно. Том передернул плечами. — У тебя таких, как я, триста миллионов. Или семь миллиардов. Ты же после битвы за Нью-Йорк защитник всей Земли. — Хватит. Ты попросил — я пообещал. А слово я держу. Том неловко кивнул. Вздохнул. Поднял голову, подставляя лицо первым откровенным лучам солнца. — Спасибо. Я не рассчитывал на твою поддержку. Думал, отправишь в полицию или к Щ.И.Т.у. Стив помотал головой, пряча в карман один листок с описанием Зимнего Солдата и возвращая Тому другие. — Спасибо, — повторил Том. — Но я должен бежать, пока мое отсутствие не заметили. — Я свяжусь с тобой, если что-нибудь найду. Том махнул на прощанье рукой и торопливо направился к выходу из парка. Стив же зажмурился, запрокидывая голову, складывая молитвенной лодочкой руки. Он прижал эту лодочку к переносице, вдавливая до боли, сглатывая. — Господи… — фальшь. — Прошу, Боже… — снова фальшь. Давай уже честнее, Стив. — Баки… Баки, как мне тебя не хватает. Я не вытягиваю. А ты бы смог. Помоги мне выпутаться, помоги мне… Проклятье. Баки… Как бы ты поступил? Что бы сделал? Со Стивом не хотел разговаривать даже внутренний голос.

* * *

Том приоткрыл дверь, стараясь не скрипеть. Энн еще спала. Облегченно выдохнув, он спрятал рюкзак в тумбочку и спустился на кухню. Еще напряженное тело требовало чашки чая. Остановиться. Выдохнуть. Подумать. Ты на этой дороге давно, деваться с нее некуда, теперь обо всем знает Стив, и должно стать легче. Должна вернуться уверенность. Это же, мать его, Роджерс. Том плеснул кипятка в чашку. Включенный на беззвучный телефон завибрировал. Странно, Тому казалось, что тот сел еще по дороге от парка… «Здравствуй. Ты один? Не желаешь ли прогуляться? Не заржавел ли еще без заданий? Пора возвращаться, сегодня красивый рассвет». Рука набрала ответ: «Слушаю. Внимаю». «Цель: Николас Фьюри. Метка на карте выслана. С гарантией результата. Сохранять режим до завершения миссии». «Подтверждено». Буквы пропали с экрана, словно этой переписки и не было, но он уже не замечал. Он сунул телефон в карман и бегло спустился в подвал. Не глядя на кодовый замок, он набрал комбинацию, вошел внутрь, открыл сейф и достал оттуда жилет. Микро-Узи. Ножи. Гранатомет. Содрал с руки чулок искусственной кожи и запер его вместо оружия. Маска. Очки.

* * *

Солдат — Центру: Устранение не удалось. Центр — Солдату: Посреди города? Не добил загнанного зверя? Почему? Солдат — Центру: Цель скрылась в канализации. Преследование нецелесообразно, риск засады. Тепловая сигнатура направилась в сторону Арлингтона. Центр — Солдату: Принято. Высылаю варианты укрытий цели.

* * *

Домой Стив вернулся не сразу. Ему нужно было подумать. Он добрел до кафе Бет к его открытию и теперь мял листок бумаги, переваривая утренний разговор заново. Пробивать информацию через сеть Щ.И.Т.а он не собирался точно. Не сейчас. Может, зря, но Стив перестал считать ее удобной паутиной данных. Теперь она больше походила на хищного паука. «Озарение» — проект не одного дня, и был запущен, когда Стив пользовался сетью раньше или просил Наташу — уровень ее допуска всегда превышал Стивов. И все же сейчас не хотелось даже прикасаться. Стив не мог пересилить себя. И голос Тома, когда тот говорил о Щ.И.Т.е, Стиву не понравился. Том не хотел впутывать их, значит, Стиву тоже стоило остерегаться. Вторым приходящим на ум вариантом была Наташа. Даже без влезания в данные Щ.И.Т.а у нее были связи. И если уж говорить о советском пространстве, к кому еще обращаться? Но именно здесь и крылись сомнения Стива. Он верил Наташе. Верил. Хотел верить. Но не знал, стоит ли трогать эту тему. Возможно, ее еще связывают старые обещания. Клятвы. Не мешающие работе, но… Пальцы собирались протереть дырку в исписанном листе, и Стив поспешил спрятать его назад в карман, бросая на стол монетки за кофе и сбегая. Основное «но» заключалось в том, что у Наташи и у Фьюри были секреты от Стива. И меньше их не становилось, несмотря на то, что Фьюри Стиву показал хеликэрриеры, а с Наташей они преломили шаурму. И Стив, кажется, начал их понимать, потому что своим он не собирался делиться ни с кем без крайней на то необходимости. Он что-нибудь придумает. Кирпичи из стены между ним и Томом перекладывались в эти новые стены, от которых Стив столько избавлялся. Он не хотел, но прекрасно чувствовал, как это происходило. Стив замер возле своей двери. Изнутри квартиры доносилась музыка, как и подсказала миловидная соседка. Стив, конечно, сбегал в спешке и мог бы забыть отключить что угодно — от утюга до электробритвы, но он совершенно точно знал, что он и не включал в ночи пластинку с «It's been a long, long time». Он вообще не сдувал пыль с патефона уже несколько месяцев. Стив собрался, мысленно прокладывая траекторию передвижения по квартире. Засада может ждать за дверью ванной, или, что скорее, из-за поворота в кухню. Успеть бы подхватить щит. Очевидная ловушка — зачем бы тем, кто искал что-то тайно, включать музыку? Но Стив не знал других способов проверить, кроме как войти внутрь и узнать, что за чертовщина происходит. В кресле посреди гостиной сидел Фьюри. Просто сидел, развалившись расслабленно, и слушал гребанного Гарри Джеймса. А еще он прижимал к телу кровящую и малоподвижную руку. — Не помню, чтобы давал вам ключ, — пробормотал Стив, выдыхая и опуская щит на пол. Кажется, он начал понимать, почему самый распространенный недуг двадцать первого века — стресс. Даже он, привыкший к войне и постоянной готовности, уже был готов признать, что у него вот хронический, и попроситься назад в спокойное прошлое. Фьюри нес полную чепуху про несуществующую жену, якобы выгнавшую его из дома, пока его пальцы набирали на экране смартфона сообщение. «Щ.И.Т. скомпрометирован», — прочел Стив. Два слова. Всего только два слова. Стив видел их и чужую разбитую жизнь, пытающуюся собрать себя по кускам у него в кресле. Всего два слова, и понимание обволакивало мозг, делая все сложнее и в то же время яснее. Доказывая предчувствиям, что они не лгали. Фьюри открыл рот, продолжая слеплять слова в бессмысленные фразы, но договорить не успел. Здоровенный снаряд прошиб стену и выбил Фьюри из кресла. Кровь брызнула на ковер. Стив упал на пол рядом: рану не осмотреть, но все слои темной ткани пропитались кровью. Фьюри был жив, хотя мышцы на лице свело от боли, а на губах тоже клокотала кровь. Он схватил Стива за край куртки и притянул к себе, тихо булькая на ухо: — Береги это. Не доверяй никому. В ладонь лег маленький кусочек металла. — Делай что делал. Справишься, — сказал Фьюри, прежде чем начал захлебываться. Стив перевернул его на бок, давая крови стекать изо рта. В комнату ворвалась… соседка?.. Стив почти не удивился пистолету в ее руках. Она представилась агентом, бросилась к Фьюри и принялась передавать информацию. Она вызывала подмогу из Трискелиона: скорую, оперативную, пыталась оказать первую помощь сама и определенно была в этом лучше Стива. А Стив должен был делать то, что делал. Что умел лучше всего. Подхватив щит, он понесся по траектории выстрела туда, где засел убийца. Стив не считал выбитые двери и вмятины в стенах, он просто бежал вперед. Хватит дерьма. Он не позволит людям вокруг умирать в этих проклятых играх вот так — в собственном доме или в доме друга, а не в бою. Стив видел мельтешение впереди, он нашел убийцу, но не мог его догнать. Тот прыгал по перекрытиям и крышам, словно гепард по джунглям, он ориентировался и группировался куда как лучше Стива. Но каждому свое. У Стива все еще было преимущество, и стоило им оказаться на открытом пространстве большой плоской крыши, Стив замахнулся и метнул щит. На вибраниумном крае со скрежетом сомкнулись металлические пальцы. Они тускло бликовали, не давая шанса ошибиться. Зимний Солдат медленно повернул голову. Его лицо скрывала маска, а поверх нее на Стива смотрели глаза убийцы. Стив не видел отсюда ни их цвета, ни выражения точно, но он грудью почувствовал цепкий крюк. «Сегодня не ты моя цель, свободен», — и щит легко летит назад, врезаясь в живот, сметая с места, заставляя согнуться и чертить кроссовками полосы по крыше в попытках удержаться. Когда Стив поднял голову, крыша была уже пуста.

* * *

Стив смотрел сквозь стекло операционной, но видел не тело Фьюри, а отражение бардака из собственной головы. Том оказался прав. Зимний Солдат существует. И не просто существует, а действует здесь и сейчас. Возможно, Стиву стоило написать Тому. Только как? «Привет, Том, представляешь, я встретил Зимнего Солдата, он подстрелил моего друга, теперь я считаю его пульс с дисплея. Здоровый малый оказался этот Зимний Солдат!» Стив провел ладонью по лицу. Какими мелочными, какими нелепыми казались его желания уйти из Щ.И.Т.а, его мысли о шпионаже! Сейчас, когда Фьюри умирал у него на глазах, Стив понимал, что у таких, как они, увольнений не бывает. Увольнительных. И если война сменила одежку, то голодной она осталась как прежде. Стиву пора меняться, чтобы соответствовать. Он должен суметь противопоставить новому облику войны хоть что-то. Потому что он не собирался отдавать ей жизни, за которые считал себя в ответе. Хлопнула дверь. Рядом появилась Наташа и прильнула к стеклу. — Расскажи мне о стрелке, — не успев продышаться, приказала она. Зеленые горки пульса вытянулись в ровную линию. Медики схватились за дефибриллятор. Стив отвернулся, смотря на Наташу. Она больше не вжималась в стекло, а отстраненно наблюдала за происходящим. На ней не было лица, но Стив все равно чувствовал, как внутри него срабатывает стопор. Ведь по какой-то причине чип лежал в его кармане, а не в Наташином. Фьюри пришел к нему и запретил доверять. Поэтому Стив выдавил минимум: — Быстрый. Ловкий. Сильный. Железная рука. Наташа едва уловимо дернула бровью, и Стиву захотелось разнести все в этой смотровой к чертям. Знала. Поняла. К ним присоединилась Хилл, Наташа расспросила ее о баллистике, и это узнавание на лице и в голосе стало уже настолько откровенным, что ни с чем не спутать. Стив сжал зубы. Что она делала в Аполлон Хауз, она так и не рассказала. Откуда знает о Зимнем Солдате? Что она знает… Медики объявили время смерти, а они стояли здесь втроем. На одной стороне, вроде, но это если в черно-белой съемке смотреть. А мир давно перешел на цветную. И Стив понял, что и он — тоже. Только что. Не успев проводить хотя бы мысленно Николаса Фьюри в последний путь, он стоял и думал о том, что еще скрывает Наташа. Насколько они оба — вместе и каждый отдельно — могут доверять Хилл. Стив заставил себя снова посмотреть в операционную. Фьюри лежал там уже без трубки во рту, а врачи покидали помещение один за другим. Покойся с миром, сэр Николас Джей Фьюри.

* * *

Стив бережно прикрыл дверь. Наташа выскочила в коридор первой и уже ждала его, злая. Злость вымела из нее все остатки скорби, и она смотрела в упор на Стива. — Что он делал у тебя дома? — Я… я не знаю, — вздохнул Стив. В этом даже было немного правды. Стив не знал, почему именно он — тот, кого Фьюри не считал должным посвящать в свои секреты, кто мог сейчас сделать меньше всего. Стив не стал кричать Наташе в лицо «Умер он там!», хотя очень хотелось именно этого. — Ты никогда не умел врать, — поджала она губы. Те начинали дрожать. — Нат… — Вы… мудаки. Оба! — вскрикнула она. — Он не должен был так поступать со мной. Не сейчас! И ты. Ты его не спас! — слезы брызнули из ее глаз, она затряслась всем телом. — Может он за этим к тебе и пришел?! Чтобы Капитан Америка сделал свою гребанную работу! А ты… — Наташа пошатнулась и оперлась на Стива. Стива обжег стыд, и он позволил Наташе уткнуться лбом себе в грудь. Стив провел ладонью по хрупкой спине, не зная, что сказать. — Нат… За спиной раздался голос Рамлоу — У.Д.А.Р. быстро прибыл в квартиру к Стиву, помог с доставкой Фьюри и теперь тоже весьма потерянно слонялся по больнице. — Кэп, тебя вызывают в Трискелион. — Только меня? Рамлоу развел руками. Наташа выскользнула из объятия, прикрывая глаза ладонью. — Иди, я… — она поспешила к туалету. — Кэп! — напомнил о себе Рамлоу. Стив распрямился и, словно приводя себя в порядок, провел руками по карманам. Пусто, чипа не было. Стив сделал шаг в сторону поворота, за которым скрылась Наташа, но Рамлоу снова требовательно повысил голос: — Кэп, это срочно. — Да. Да, я иду, — пробормотал Стив, сверля взглядом стену.