Сказки на ночь

***

      Чимин, ковыляя на неустойчивых каблуках, шёл по пустынной ночной улице. Дёрнул же его чёрт пойти на поводу у своего лучшего друга и отправиться вместе с ним на ту костюмированную вечеринку.       Да ещё и в таком образе. — Чиминни, — всю неделю нудил Тэхён. — Ну ты представь, как будет круто, если мы заявимся в таком виде. Соулмейты в парных костюмах. Да это будет просто бомба!       Бомба, ага.       Именно поэтому Тэхён выбрал себе элегантный и безумный образ Джокера, а вот самому Чимину выпала сомнительная честь изображать его подружку. Так что в том, что сейчас он плёлся по ночному Сеулу в костюме Харли Квин, была львиная доля именно его вины. Надо уметь вовремя отказывать и тормозить креативность лучшего друга, пока она не пробила стратосферу или дно здравого смысла.       Чимин поморщился и дёрнул вниз край впивающихся в промежность сверкающих трусиков. Нет, в чём Тэхён, конечно, оказался прав, так это в том, что Чимин произвёл на остальных прямо-таки неизгладимое впечатление. Аппетитные бёдра туго обтягивали сетчатые колготки, сочные полушария ягодиц выглядывали в высоких разрезах микроскопических шорт, больше напоминающих трусики-танга, а кроп-топ открывал соблазнительный вид на подтянутый живот с очерченными кубиками пресса. Блестящая куртка, высокие ботинки на каблуке, алая помада и блондинистый парик с розово-синими прядями дополняли откровенный образ.       Положа руку на сердце, Чимин сам бы переспал с собой в таком виде, но Тэхёну, естественно, знать об этом было не обязательно, а то неизвестно, что он придумает в следующий раз.       В общем, всё шло просто замечательно, но потом Тэхён ухлестнул за какой-то юбкой, и Харли Квин осталась без своего Джокера. Пожав плечами, слегка нетрезвый Чимин принял абсолютно дурацкое решение отправиться домой пешком. Хотя, судя по тому, что он сейчас ковылял на каблуках по ночной улице, волоча за собой по земле биту, вопрос о степени его нетрезвости следовало пересмотреть.       Где-то позади раздались крадущиеся шаги. Чимин замедлился, чувствуя, как по спине пробежали мурашки, и явно не от ночного холода. Он обернулся, но никого не заметил: густой сумрак властвовал, не давая свету редких фонарей диктовать свои условия. Передёрнув плечами, Чимин неосознанно ускорился, стараясь побыстрее дойти до конца переулка, ведущего к главной освещенной улице.       Чтоб он ещё раз пошёл с вечеринки пешком — да ни за что на свете!       Пообещать он, впрочем, ничего себе не успел: шаги раздались уже прямо за спиной, а над ухом прозвучал вкрадчивый мужской голос: — Красотка, куда спешишь?       Чимин сглотнул и хотел было перехватить покрепче биту, но не успел — говорящий впился в его плечи и резко развернул. — О как, — протянул парень. — Да тут у нас не красотка, а красавчик. Интересно. — О-отпустите меня, пожалуйста, — тихо пролепетал Чимин, чувствуя, как чужая рука опускается с плеч сзади по спине и практически по-хозяйски оглаживает открытую часть ягодицы. — Пожалуйста, н-не надо. — Ну почему не надо, — усмехнулся парень, уже огибая рукой бедро и медленно, но неуклонно подбираясь к паху. — Расслабься, тебе понравится.       Чимин закусил губу и резко дёрнулся влево, но был тут же остановлен. Стальная хватка буквально пришпилила его к каменной стене, а на шее вовсю хозяйничали чужие губы, в то время как руки собственнически ощупывали все доступные округлости. — Пожалуйста, — слабо прошептал Чимин, уже не пытаясь вырваться. Кажется, шансов на спасение нет. — Эй, а ну, отпусти девушку, — резкий окрик остановил потенциального насильника и заставил обернуться.       Со стороны главной улицы к ним решительно приближался какой-то парень, явно вознамерившийся прийти на помощь несчастной жертве. — Шёл бы ты мимо, — любезно предложил насильник, не выпуская из хватки добычу.       Чимин замер, переводя настороженный взгляд с одного на другого.       Нежданный спаситель, видимо, был не робкого десятка. С усилием оторвав от Чимина удивлённого насильника, он влепил кулаком ему в грудь, вынуждая отступить, и уже собирался парой хуков объяснить тому, почему стоит слушать, когда тебе говорят «нет», как замер сам.       Забитая жертва слегка придушила его прижатой к шее битой и вкрадчиво рыкнула неожиданно низким тоном: — Тебе же сказали, иди мимо. Вот и иди, — Чимин отпустил биту, позволяя нежданному спасителю отпрянуть и рвануть прочь от сумасшедшей жертвы, а сам повернулся к насильнику и с тревогой осмотрел его на предмет возможных травм. — Гук, ты как? — Всё хорошо, хён, — Чонгук, поморщившись, потёр место удара. — Кто же знал, что это не переулок, а какой-то проходной двор. — Главное, что он ушёл, — махнул битой Чимин и осмотрелся. Улица оптимистично безмолвствовала. — Так на чем мы остановились? — игриво уточнил Чонгук и вновь толкнул Чимина к стене. — Стой смирно, красавчик, и веди себя тихо, — он схватил Чимина за заднюю сторону шеи, побуждая посмотреть себе в глаза. — Уверен, тебе понравится, — низким голосом добавил он.       Чимин прыснул. Он укусил себя за губу, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, но в результате сделал только хуже: хрюканье явно не способствовало поддержанию нужной атмосферы. — Ну хё-ё-оон, — с укором заныл Чонгук, выпуская Чимина из объятий. — Малыш, прости, но тот идиот выбил меня из колеи, — Чимин безуспешно старался успокоиться и вжиться обратно в роль жертвы, но получалось не очень. — Я сейчас настроюсь, и мы продолжим.       В итоге всё-таки признав поражение перед абсурдом ситуации, Чимин согнулся пополам и расхохотался, выпуская на волю сдерживаемые эмоции. Чонгук моментально надулся. Он ведь всё подсчитал: костюм Чимина, время, его путь назад. Их ролевая игра складывалась идеально, он даже успел ощутить, что Чимин начал возбуждаться от происходящего, и уже предвкушал яркий оргазм, как тот придурок всё им обломал. — Малыш, ну, не переживай, — Чимин уже успокоился и вернулся к своей обычной искушающе-соблазнительной натуре. Дотянувшись до мочки уха своего парня, он лизнул впадинку, горячо выдохнув: — Поехали домой, и я покажу тебе, как сильно раскаиваюсь в своём ужасном поведении.       Чонгук сглотнул и, схватив Чимина за руку, быстро потащил его к машине. Он прекрасно знал, что извиняющийся Чимин — это самое горячее зрелище, которое ему когда-либо доводилось видеть.       Забытая всеми бита осталась одиноко лежать на пустынной ночной улице…