Достучаться до небес

– Ааа! Ааа! – стонал Даня, закатывая глаза от счастья. Ваня, зажмурившись от резкой боли, перевел дыхание и вошел в брата. Даня вжался в дверь, прислонившись лицом к стеклу. Время замедлилось. Оно стало вязким и тягучим, как мед. Медленно, медленно... до фейерверков в душе, до искр перед глазами. Ваня собрал все силы в кулак и уверенно двигался, превозмогая боль. – Блять! – вдруг воскликнул Данила. – Что? Больно? – спросил запыхавшийся Иван. – Родители, Ваня! Шатен взглянул в окно. Папа Антон придерживал дверь маме Полине. Оставалось меньше минуты. – Твою мать! – Ваня быстро натянул джинсы и потянулся к ремню. Даня на скорую руку пытался застегнуть пуговицы на рубашке, но те упорно не поддавались. Кое-как справившись с рубашкой, блондин схватился за Ванин ремень. – Дай сюда! – пряжка щелкнула как раз в тот момент, когда папа открыл дверь машины. Даня перевел испуганный взгляд на отца. Он все ещё сидел в опасной близости от Вани. – Вы че такие взмыленные? – нахмурился папа Антон. В этот момент на сидение опустилась воодушевленная мама Полина. – Простите, что так долго, мальчики. Я правда торопилась. «Вот в этот раз, мама, лучше бы ты не торопилась...» – Ой, а что с твоей рубашкой, Дань? – спросила женщина. Даня перевел взгляд на рубашку и понял, что сейчас самое время провалиться сквозь землю. В торопях он застегнул пуговицы неровно. – Аа.. нет. Ничего. – пролепетал Данила и принялся исправлять допущенную ошибку. Видимо мама была в такой эйфории, что не предала этому особого значения, а вот отец внимательно следил за ними в зеркало заднего вида. Даня многозначительно посмотрел на брата и покрутил пальцем у виска. Ваня пожал плечами. Что он, знал что ли, что в кое-то веки мама Полина окажется чуточку быстрее? До дома они доехали довольно быстро, каким-то чудом минуя пробки. – Ванечка, выходи. – пролепетала мама Полина, открывая сына дверь. – Ой, а чего у тебя пуговица на джинсах не застегнута? «Пуговица. Твою мать!» – Аа.. эм... не знаю. Случайно наверное расстегнулась. – выдавил шатен, опираясь на новенькие костыли. Папа, похоже, услышал их непродолжительный диалог и, кажется, ему это не понравилось. Дойдя с помощью мамы до комнаты, Иван рухнул на кровать. – Ванечка, тебе принести чего-нибудь? – мягко спросила Полина, но голос её прозвучал несколько иначе. Как-то... слегка напряжённей, чем обычно. – Не, не надо, мам. – Ну ладно. – кивнула женщина. – Ой. Ахахах! – нервно улыбнулась мама, столкнувшись в дверях с Данилой. – Если будет что-то нужно, зовите. – с этими словами она вышла в коридор и прикрыла за собой дверь. Даня намотал по комнате пару кругов. – Они что-то заподозрили, Вань. – констатировал блондин. – С чего ты взял? – С того! Ты видел, как смотрел на нас папа Антон? А как странно вела себя мама Полина? Они заметили наши косяки. Это плохо, Вань. Очень плохо! – И что ты предлагаешь? – проворчал Ваня, старась сесть. Получилось корявенько и теперь парень замер в полулежачем положении, опираясь спиной на подушки. – Быть осторожнее. Вести себя... ну, как-то похолоднее, когда рядом родители. – пожал плечами Данила. – Прекрасный план. – с сарказмом ответил брюнет. – У тебя есть идеи получше? – выгнул бровь Даня. Ваня только цокнул в ответ. – Думаю, ты не хуже меня понимаешь, что, если родители узнают, нам конец. Они нас просто четвертуют. – продолжил блондин. – Ну да. – хмыкнул Иван. – Особенно я не хотел бы попасть в руке к маме Лиде. Хотя, в этом вопросе папа Антон тоже не сахар. – Сахара не будет нигде. – хмыкнул Даня. – Можешь не сомневаться.