Полицейская тайна

      К вечеру успели поужинать, а так как тетя Су уже вызвала такси, Чимин проводил её, а затем и Тэхена с Йеном. Попрощавшись, парень сперва взглянул на время, было примерно девять вечера. Он поднялся в квартиру, и решил заняться уборкой на кухне, после обширной готовки тёти.       Чоны весь день провели в тех местах, где они часто бывали с матерью. Посетили её могилу. Это был хороший повод для старшего сблизиться с Чонгуком. Позже вечером, парни вернулись в Сеул. Чон отвез младшего домой, а сам же направился к Чимину.       — «Привет малыш, я очень соскучился за сегодня. У папочки есть кое-что для своего принца».       Блондин мыл посуду, когда смс пришло на телефон. Он решил сразу ответить.       — «Хосок, знал бы ты, как я скучал! Сегодня я встретился с Тэхеном. Очень рад был его видеть. И что же ты хочешь мне дать?»       — «Думаю, тебе понравиться. Хочу заглянуть к тебе, встретишь?»       — «Мм, думаю, я встречу тебя на лестничной клетке, после того, как приму душ».       Ответив, парень поспешил в душ. Ему не терпелось опробовать новый шампунь, что он заказал для себя совсем недавно. Успев намочить блондинистую макушку, Чимин наливает на руку шампунь. Жмурясь, он наносит его на мокрые волосы и хорошенько мылит. Включает воду, и старается открыть глаза.       — Что? — В слив душевой убегает вода темного цвета. Чимин смотрит на руки, они тоже черные, — Черт! — парень старательно смывает краску с волос, и хватает тюбик в руки, — Что за шампунь? — смыв с тела краску, Чим видит боковым зрением черные кончики волос. Парень спешно выходит из душевой, и протерев волосы и лицо, смотрит сначала на полотенце — оно все испачкано, а потом в зеркало, — О мой бог!       В отражении черноволосый Чимин. Его настоящий цвет так идет парню, что тот пугается, не помнив себя таким уже давно. Позже, он уже улыбается себе, но все же жалеет о потерянном цвете.       А пока Чон поднимается на лестничную клетку, прибывая на место. Чимина нет, да и не появиться он. Хосок складывает руки на груди, и опираясь о стену, ждет того.       Спешно накинув капюшон от толстовки, Чим выходит из квартиры на лестничную клетку, дабы проверить наличие Хосока.       — Привет! — прячась за капюшоном, парень здоровается с тем, и тут же обнимает, утыкаясь носом в плечо, — Ты подрос…       — Звучит странно, но спасибо, — Хосок обнимает того в ответ, — Что такое? Замерз? Почему в толстовке? — и трет ладонью по спине.       — Нет, не то что бы, — Чимин отодвигается и скидывает капюшон, не поднимая глаз на старшего.       — Ого! — Чон даже смутился, увидев естественного Чимина, только после душа, да еще и черноволосого, — Ты это сам?       — Нет! Это все шампунь, что я заказал себе недавно! — Пак надул губы, — Блин, я столько денег отдал за покраску, а теперь…       — Тебе и так очень хорошо, — Хо чмокнул Чимина в лоб, прижимая к себе, — Это же твой естественный цвет. Я, конечно, влюбился в тебя красноволосого, но сейчас я убеждаю себя, что так ты намного сексуальнее, и милее одновременно.       — Хах! Ну, конечно, возможно, мой цвет мне шел лучше. Но ты меня с другими еще не видел! — улыбнулся.       — Неужели, ты красился во все цвета радуги? Не могу представить тебя с синими или зелеными волосами, природный ты мой… — Хосок обвивает руками талию того и целует в пухлые губы, — Я скучал…       Чимин ответно целует парня, обвивая свои руки вокруг его шеи.       — Я тоже скучал по тебе. Ты сказал, что у тебя что то есть для меня. Что это?       — Думаю, ты сможешь увидеть это внутри квартиры, — двигая парня к двери, Хосок заваливает внутрь, припирая Чимина к первой свободной стене, — Чимин, мне бы хотелось попробовать… — целует в губы, и проникает внутрь языком, поднимая толстовку.       — Х-хос-сок… — выдыхает в губы тому, и попутно стягивает с того верхнюю одежду и шарф, потом стягивает кофту и футболку, молча впиваясь в губы того, пока ноготки царапают мышцы на животе.       Парень рычит от приятных царапаний на прессе. Теперь и Хосок снимает с Чимина толстовку, и зарываясь руками в черную копну волос, сладко целует того, развязано, проникая языком внутрь.       Чимин ответно целует Хосока, виснув у него на шее. Они уже переместились на кухню, а до спальни считанные шаги. Чимин жадно и беспрерывно отвечает на поцелуи старшего, громко вдыхая в перерывах. Сейчас их жаркие тела липнут друг к другу, а Чимин припирает старшего к кухонному гарнитуру, и становиться на колени. Быстро справляясь с ширинкой, Пак умело обхватывает маленькими пальчиками возбужденную плоть старшего, начиная интенсивно двигать руками, вскоре добавляя рот.       — Мс-с, Чимин, — Хосок шипит и закусывает губы, — Хотел задать тебе вопрос, пока мы не начали, — старший гладит по щеке, — Сколько у тебя было до меня?       — Хосок, разве это так важно сейчас? — Чимин продолжает двигать рукой, пока тот не выделяет смазку. Затем брюнет снова обхватывает головку пухлыми губами и начинает скользить по ней языком.       — Ну, ах, просто хочу знать. Это успокоит меня… — Теперь Хосок зарывает руку в темные волосы на затылке младшего, и слегка сжимает их.       Чимин отлипает и вопросительно смотрит на Хосока, пока дорожка слюны повисла от его губ до головки.       — Хосок! — Чимин поднимается с колен. По нему видно, что настрой его пропал, — Когда я хочу сделать тебе хорошо, ты говоришь о таких вещах! Неужели, тебя это волнует больше, чем твой собственный стояк? — Усмехнувшись, Пак снимает джинсы, а затем и белье, опираясь грудью о столешницу, облизывает обильно два пальца и осторожно вводит их в колечко мышц, сжимаясь от приятных ощущений. От того, что Хосок сейчас смотрит становиться еще приятнее, и член парня, поднимаясь, упирается в дверцу гарнитура, — Хосок-а… — парень тихо стонет, когда его ноги подкашиваются, а пальцы снова и снова входят внутрь.       Это действие Чимина еще сильнее заставило Чона проклясть себя за свой язык. Пока Чимин насилует себя пальцами, Хосок пристраивается сзади.       — Заканчивай с этим! — он заставляет Чимина вынуть пальцы, и уже сам входит в разработанную узкую дырочку. Плотно и мокро, Чон трется внутри и дает тому привыкнуть. Теперь он уже не сдерживается, и заводя руки Чимина за спину, придерживая, набирает темп.       Пак стонет, прижимаясь щекой к холодной столешнице.       — Хо-а-а-со-к-а… — парню по началу больно, затем тело пронизывает волна мурашек, вперемешку с экстазом. Легкие рвет на части, и Чимин буквально задыхается. После минутного менуэта, Чимин чувствует, как Хосок ускоряется, и вот он уже не сдерживается, пачкая дверцу гарнитура. Сперма стекает вниз, и продолжает растираться от движений головкой.       Хосок кончает следом, и прижавшись, заполняет Чимина полностью, до немого стона.       — Ах, Чимин! — парень вынимает пульсирующий член, и поглаживает того по талии и бедрам. После Хосок притягивает обессиленного парня к себе и целует его покусанные губы, — Давай-ка примем душ, и в кроватку.       Чон понимает, насколько черноволосый вымотан, поэтому поднимает его на руки, заставляя обхватить торс ногами. Его сексуально-уставший вид лишь топит сердце Хосока еще сильнее. Чон помогает ему помыться, и также относит в кровать.       — Извини, возможно я переборщил. Отоспись перед работой. Я отвезу тебя завтра, и постарайся меньше ходить, пока боль не пройдет.       — Хорошо! — Чимин принимает поцелуй от старшего в лоб, но не дает ему уйти, придерживая за руку, — Хосок, я думал на счет нас. Когда-нибудь, я должен буду сказать своей семье. Тетя сильно волнуется о том, что я все еще один, ну точнее она так думает.       — Не беспокойся об этом. Лучше не думай ни о чем, кроме меня. — Парень теперь целует Чимина в губы, и одевшись, выходит из комнаты. Вещи обоих запачкались и требовали стирки — Хосок закинул их в машинку. Гарнитур, что был запачкан Чимином, тоже требовал чистки. Хосок потратил и на него время. Позже он вернулся в спальню, и устроившись за спиной Чимина, постарался забыть о проблемах, обнимая того и погружаясь в сон.       Среди ночи Пак проснулся, почувствовав некий дискомфорт сзади.       — Мм, Хосок… — сонно бурчит тот, на что парень не реагирует, — Постыдился бы! Что сниться этому извращенцу? — парень цокает и отталкивает спящего на другую сторону кровати. Внимание привлекает телефон Хосока, что лежал на краю тумбы. Чимин осторожничает и берёт его, поворачиваясь на бок. Первым делом, он хотел бы успокоить себя, поэтому открыл чаты старшего. «Ничего, в основном все по работе». «А это что?» Парень открывает диалог с девушкой по имени Ниса. «Оплату получишь, когда отец увидит тебя, раньше можешь даже не рассчитывать!»       — Оплату? — возмущается Пак, но тут же закрывает рот рукой, забыв о спящем владельце телефона позади себя.       Хосок разлепляет глаза, когда до него доносится голос младшего.       — Чимин, что ты делаешь?       — А-эм, — Пак вздрагивает, выключает телефон и поворачивается к старшему, — листал твою галерею, думал ты не будешь против…       — Значит, смотришь чем я живу, — Чон приподнимается на локтях, — И много ты увидел?       — Довольно милая галерея! Я ничего такого не нашел… — улыбнулся, — поэтому я пожалуй лягу спать.       — Значит, тогда и я имею право посмотреть твою галерею, — Хосок протягивает ладонь, ожидая, что Чимин сам положит в неё свой телефон.       Нервничая, Пак дует губы, но всё же отдаёт тому телефон.       — Только не смейся, если найдешь что-то глупое!       — Обещаю, что не буду смеяться.       И Чон действительно открывает галерею, просматривая недавние фотографии.       — У меня уже претензии, что это? — он поворачивает телефон к Чимину, показывая фотографию его и Намджуна в обнимку.       — Ну, мы Джуном хорошо ладим. Теперь то мы сидим за одним столом, мы должны быть друзьями.       — Ты выглядишь счастливым здесь. Тебе было весело? Неужели, он так веселит тебя?       — Он просто друг, Хосок, тебе не стоит так волноваться из-за этого! — Чимин приобнял того за руку, и уткнулся в шею.       — О боже, ты был рыжим! — Хосок удивленно смеется и приближает, — Моя рыжая бестия! — целует Чимина в макушку, — Я думаю, мне тоже стоит перекраситься.       — Ну да-а! — парень улыбчиво принимает поцелуй, — Представляешь, я раньше был влюблен в Техена! Он так сильно мне нравился, но я так и не набрался смелости сказать ему об этом.       — Все же стоило. Хотя, как мне известно, он твой друг детства. Лучше не стоит, иначе, кто знает, как он отреагирует на такое.       — Да, думаю ты прав. И все же, сейчас он выглядит счастливым. Думаю твой брат, он стал причиной. Когда Тэхен пришел забирать меня в тот день, я боялся Чонгука и не мог даже подумать, о том, что такой молодой парень окажется чертовски классным полицейским. Но Тэхен, он не побоялся, наверное, из-за своей должности.       — Ты только что расхвалил моего брата при мне… — Чон цокнул.       — Ну прости, — разговор прервало смс, выплывшее на верхнем поле телефона, — Кто это?       — Юнги? Почему он пишет тебе среди ночи? «Чимин~и солнце, я соскучился по тебе, очень сильно». Чимин если Юнги только твой Хён, почему он пишет тебе подобное? Тебе стоит сказать ему, чтобы он отстал, или, — Хосок быстро набрал текст, — я сделаю это сам!       — Зачем так грубо! — Чимин забрал телефон из рук Хосока, добавив к его сообщению пожелания доброй ночи.       — К чему эта слащавость? — Хосок забрал телефон обратно себе, — Да чего он, черт возьми!       — Тц, Хосок! Он всего лишь проявляет дружелюбие и симпатию.       — Я тоже проявлял к тебе симпатию, и погляди, чем это закончилось. И тем более, сейчас, переступив черту отношений как коллеги, мы подвергли себя опасности. Знаешь же, что уставом участка коллегам запрещено иметь отношения между собой!       — Но Хосок, какая разница? Это наш выбор и наша жизнь! Мы вправе сами решать кого любить!       — Это так, но не с нашей работой, милый. Эти люди — есть закон, и они судят нас за нашу ориентацию, пол, возраст и так далее. За все, что бы мы не делали. Мы — отдел ОВС, а значит с нас спрос выше, чем с других. Мы получаем больше других, но так же больше всех жертвуем.       — Прости… — бормочет Пак, пока его не прерывает еще и звонок, — Да!       — Чимин, привет! Прости, что так поздно звоню. Это Хён Вон! Мы можем сейчас поговорить?       — Хён Вон? А-эм, что случилось?       — Позвонил так, потому что работа бы не позволила сделать раньше, знаешь же. Я хотел бы увидеться с тобой, если это возможно.       — Ну, возможно. А по какому поводу?       — На счет работы. Чимин, у нашей компании большие проблемы. Наше здание выкупают под офис для прокуратуры. Слышал, участок нашумел, когда была проверка, поэтому посольство США присылает новых рабочих. Наш офис уходит под число отстраиваемых. И чтобы выиграть суд, и отвоевать наш офис — нужен ты. Ты хорошо спасал нашу компанию многие годы!       — Но Хён Вон, сейчас я в ОВС, и не являюсь рабочим вашей компании.       — Это не проблема! Тебе нужно лишь подписать временную отставку у себя в участке.       — Может, я попрошу прокурора Кима во всем разобраться?       — Нет, не тревожь прокурора, иначе он поднимет кипишь! Чимин, прошу, поговори с начальством участка. Ты нужен нам!       — Ладно, — соглашается Пак, — я не обещаю, но постараюсь, конечно.       — Спасибо, я чрезмерно тебе благодарен! Тогда, до завтра!       — До завтра!       Хосок вопросительно осмотрел парня, когда тот сбросил звонок.       — Кто звонил?       — Хён Вон, со старой работы. У них там проблемы. Нужно выиграть суд, иначе компанию отдадут под строительство офисов прокуратуры. Мне нужно помочь им, Хосок, могу я рассчитывать на тебя?       — Неужели, я должен дать тебе отставку из-за этого? Чимин, это глупо! Ты часть нашего отдела, и теперь уже не связан с этой компанией. Неужели они не понимают, что отставка — риск. Что если Сонён пронюхает? Теперь то за нами США следит! Эта Хайза, и тот паренек, что был с ней. Чимин, я не могу пойти на такое!       — Ты не слышал о дружеской помощи? Хосок, неужели работа — это все, что тебя волнует?       — Теперь нет, — Чон тянет Чимина к себе, заставляя лечь сверху, — У меня теперь есть ты. Ты — то, что волнует меня больше чем работа.       — Значит, ты должен помочь мне! Иначе, я подумаю, что я менее важен, чем работа.       — Чимин, все же тебе не стоит так рисковать нами. Может попросишь Кима все уладить? У него есть хорошие прокуроры, думаю, он уж точно поможет тебе.       — Какой ты, все-таки, идиот, Хосок! — Пак зло сползает с груди старшего, — Тэхена нельзя вмешивать в это! Если он узнает о том, что пришлют новых работников, то поднимет всех на уши! Нам это не нужно. Сейчас, он счастлив, и это главное для меня. Я не хочу, чтобы у него были проблемы.       — Ты так сильно привязан к нему? Что будешь делать, когда у него кто-то появиться, и он перестанет вытаскивать тебя из передряг?       — Ну, смерюсь, наверное. Мы с ним друзья и должны принимать выбор друг друга. Может, ему я первому расскажу о тебе. И кстати, ты расскажешь Чонгуку о нас?       — Он думает, я озабочен кое-кем другим. Я делаю видимость, что у меня кто-то есть и он не париться по этому поводу. Думаю, я скажу ему, но позже.       — Знаешь, мне кажется, у Чонгука тоже кто-то появился. Поговори с ним об этом, вдруг он расскажет. А я спрошу у Тэхена насчет него!       — Чимин, ты правда не смыслишь в этом! Они нам ничего не скажут. Если эти двое сошлись, и общаются, значит они знают друг о друге, как минимум, что-то. Ты спросишь у Чонгука о Тэхене, так как ты волнуешься за него, а я как братец, расспрошу Кима, и таким образом, каждый что-то да узнает!       После того, как брюнет соглашается, старший выдерживает паузу, а после снова спрашивает:       — Скажи, Чимин, что тебе во мне нравится?       — Что мне нравится? Ну… — приложил указательный палец к пухлым губам, — Ты добрый, милый, мне нравится твоя мужская стойкость. Ты не похож на других именно этим. Несмотря на то, что происходило вокруг тебя, ты остаешься сильным! — улыбнулся смеясь, — Еще у тебя очень большой…       — Мужская стойкость? Ах, это у меня от моего отца. Ну, а за «большого» спасибо, у нас Чонов это семейное. В роду почти нет девушек, мы хороши в сексе, и не только, — усмехнулся, — хотя Чонгук, наверное, первый неудачник. У него еще ни с кем не было, при наличии то такого жезла!       — Может он просто не говорил тебе об этом. Вы не были близки, до того как появились мы с Тэхеном, если я не ошибаюсь?       — Возможно, нам нужны были люди, вроде вас. Сейчас каждый живет своей жизнью, но иногда мне становиться одиноко в квартире, и хочется вернуть его обратно. Я хочу забрать его к себе, но он злиться на меня. Да, я надумал попросить у него прощения, но мне тяжело поговорить с ним. Я всю жизнь только и делал, что упрекал его. С того дня, как не стало сестры, я перестал быть для него братом. Наверное, он ненавидит меня.       — Не думай о нем так! Чонгук хороший парень! Просто поговори с ним. Братская любовь — это очень близкое чувство. Не дай ему исчезнуть из его сердца!       — Возможно, ты прав, — Хосок потянулся и поворошил черные волосы Чимина, — Давай, иди в душ, а я пока завтрак приготовлю.