1.
2 ноября 2018 г., 10:47
1976-й
У них была странная дружба. С ароматом спелых яблок и привкусом крови, сочащейся из разбитой губы. С постоянными спорами и мелкими ссорами, глупыми, пустыми обидами, но неизменно искренняя и чистая. Такая, про которую говорят: «Товарищ за товарища в огонь бросится.» Это было действительно так, если вдуматься. Не считая, конечно, того, что началась их дружба с драки. Этот день запомнился всем четверым надолго. Врезался в память, осел где-то на периферии сознания и всю жизнь был рядом с ними. Как неискоренимое напоминание о том, ради чего они, собственно, и жили. Шел 1976 год, когда Валерку Филатова перевели из детдома в спортивный интернат. Все было в новинку: и новые лица ребят, и новые правила, и новое место жительства — район, в котором отныне приходилось жить Валерке, находился в московских трущобах. Здесь он раньше не бывал. И не знал правил местной ребятни, а потому в первый же день нарвался на неприятности. Сашка Белов, которого никто и Сашкой не звал, а все звали исключительно «Белый», словно какого героя книг о приключениях, вроде Атоса или Арамиса, сидел вместе со «своей бандой» на перекладине у новой спортплощадки. Слева от него, жуя травинку, вытянулся прямо на траве Витя Пчёлкин; справа, поджав под себя длинные ноги, сидел долговязый и нескладный Космос. Он первый заметил Валеру. Еще издалека разглядел в коренастой фигурке Филатова угрозу и поспешил поделиться с друзьями своей находкой: — А это еще кто? Пчёлкин приподнялся на локте и, зевнув, лениво посмотрел в указанную другом сторону. — Без понятия, — ответил он и снова уронил рыжую голову на пригретую солнцем землю. Космос встал на ноги и свистнул. Громко, пронзительно, да так, что Валера услышал и, словно почувствовав, что его окликают, повернул голову в сторону друзей. — Эй!!! — заорал Космос, вытягиваясь, как струна, во весь свой длинный рост и нелепо размахивая обеими руками сразу. — Эй! А ну иди сюда!!! — До оставь ты его, Кос, — попробовал воззвать к здравомыслию друга Сашка, но куда там. Когда Космос заводился, его уже было не остановить. Главные, подумал Валерка, завидев колоритную троицу. В детдоме его быстро приучили к тому, что среди всех ребят есть те, кому подчиняются, — «главные» — и те, кто подчиняется — «обычные». И если в детдоме Валерка смирялся с диктатом сверстников, то теперь он «обычным» быть не хотел. Совсем. Поэтому он принял самый уверенный вид, на который только был способен, и пошел к звавшему его мальчишке. — Сейчас он у меня получит! — заносчиво крикнул друзьям Космос и, наклонив голову вперед и бодаясь, как бык, пошел на вторгшегося на их территорию незнакомца. — Да что ты взъелся на него? — крикнул ему вслед Сашка. — Хочу! — рявкнул в ответ задиристый Космос, и Саша предпочел этим его ответом удовлетвориться. Витя Пчёлкин никак не вникал в заварушку, устроенную Космосом. Ему не было никакого дела до незнакомого мальчишки, а о причине, по которой Космос злился вот уже целую неделю, он знал, и эта причина кроме досады и раздражения в нем ничего не вызывала, поэтому он предпочитал не думать о ней. Причина была, в сущности, пустяковая, но для Сашки и его компании очень даже существенная. «Их место» — краешек заброшенного пляжа на самой окраине, куда они так любили сбегать долгими летними вечерами, заняли какие-то наглые парни с чужого района. Они были старше их года на два точно, да к тому же выше всех, не считая, конечно, Космоса, на целую голову. Уступать кусок заросшей травой земли по-хорошему они не хотели; драться с ними было глупо и не продуманно. Во-первых, их в два раза больше; во-вторых, они крепче и сильнее. Любимое место было потеряно для них навсегда, это было ясно каждому. И все более-менее смирились с этим. Все, но не Космос. Который вымещал свою не растраченную ярость на всем, что попадалось под руку. — Страх потерял, да?! — кричал он на Валерку, надвигаясь на него прыгающей неровной походкой. — Решил, что это место свободно? А это место за-анято!.. — протянул он с видимым удовольствием, наклоняя голову в бок, и тут же был свален на землю мощным правым хуком. Пока он выплевывал свою речь в лицо Филатову, тот времени не терял: примеривался, оглядывая противника, и, сочтя его ничем не примечательным, не стал долго тянуть и врезал тому в челюсть: смачно, быстро и уверенно. Космос с глухим стуком приложился о землю, но тут же вскочил на ноги. Его глаза разбегались в разные стороны, и у него никак не получалось собрать их в кучу. В голове гудело и звенело, на языке было солоно из-за прокушенной щеки, а взгляд застилала пелена ярости. С разъяренным криком хотел он уже прыгнуть на обидчика, но его остановил Саша, который уже стоял рядом, с интересом разглядывая новенького. — Подожди, Кос, — сказал он, на лету перехватывая направленный на Валерку кулак. Саша оценивающе оглядел крепкую фигуру мальчишки — на вид их ровесника. В его голове созрел план. — А сможешь вот так же еще кое-кого побить? — спросил он у Валерки. Филатов подумал и ответил — твердо, но без лишней самоувернности: — Смогу. А кого надо? — Да есть тут пара-тройка экземпляров, — уклончиво ответил Саша, тщетно пытаясь скрыть мстительную улыбку.***
Они пришли на пляж в тот же день. Грозные, суровые, настроенные решительно и безапелляционно отобрать свои владения обратно. Их встретили ехидными криками и улюлюканьями: — Что, пришли в гости? Милости про-осим… — За вход три копейки, за экскурсию дополнительная плата!!! — А за борзых вообще штраф, — добавил кто-то язвительно, имея в виду Космоса, известного на районе как самый вспыльчивый и взбалмошный мальчишка московских трущоб. — Не реагируй на провокацию, — осадил готового кинуться в драку друга Саша и вышел вперед. — У меня есть предложение, — сказал он громко и уверенно. — Я предлагаю честный бой. Кто победит, тому земля и достанется! Среди противников прошел заинтересованный рокот. Кто-то недоверчиво косился в сторону трех мальчишек, стоявших за Сашкиной спиной, кто-то откровенно гоготал над предложением Белого, кто-то самоуверенно округлял грудь и разминал костяшки пальцев, готовясь к драке. Предложение Саньки Белого — мальчишки с окраины — пришлось по душе местной шпане. — Лады, — выразил готовность драться самый рослый из всех. — Когда начинаем? — Сейчас. Драка была яростной, но недолгой. Сначала дрались четверо против четверых, но уже спустя несколько минут бойни, противники, поняв, что сила не на их стороне, все вшестером пошли в откровенное нападение, и на песчаной отмели развернулась настоящая битва. Дрались не на жизнь, а на смерть. В воздух то и дело взметались песчаные тучи, отовсюду слышались звуки возни и крики; Валера Филатов работал сосредоточенно и тихо, и вскоре пляж был очищен его стараниями. — Знай наших!!! — почувствовав близкую победу, заорал Космос и пнул ногой одного из недругов. Это была победа. Побитые, грязные, с оторванными рукавами и штанинами, но безусловно счастливые и довольные собой, вернулись они в свой двор. Они отвоевали землю, которая, в сущности, никому не была нужна, но на которую зарились все трущобские мальчишки без исключения. — Ну, пойду я, — сказал на прощание немногословный Валерка и развернулся, чтобы уйти. Саша сплюнул на землю кровь, утерся рукавом и, глянув поочередно сначала на Космоса, потом на Витю, остановил его: — Да погодь ты. Как хоть зовут тебя? — Валера Филатов. — Вот что, Валера Филатов, — Саша улыбнулся, обнажив дырку в переднем ряду зубов. — Давай с нами! — Что с вами? — переспросил Валера. — Да все с нами, — ответил ему лукавый Пчёлкин и усмехнулся. Так началась их дружба — жарким летом 1976-го, когда в их маленьком мире было все просто и понятно и солнце над их головами еще не жгло, а грело.
