(Non)-Player Character

Фенг Лан продолжала лежать в игровых очках, когда её младший (на пять минут, но всё же) брат, бросив трубку, без оглядки вылетел из квартиры, звеня ключами от мотолёта. Юношу звали Фенг Ян Мин, и как бы он не старался, смог подоспеть только к слезливому прощанию любимой с материальной версией финального босса «Второй жизни». Хоть и больного, но всё же красивого мужчину хотелось прибить, но конкретно в тот момент — никак не за содеянное с Владыкой и херову тучу принесенных неприятностей. А чисто из принципа. Он и представить не мог, что сейчас происходило по обе стороны реальности, и только Гуи своим тихим беспокойством вернул его на грешную землю, сетуя на то, что Принц так и не появился. — Так она в игре ещё, — сказал он недоуменно и громко, не сразу осознав, насколько великую тайну выболтал. Зуо Линг Бин изобразил зверский фейспалм, недооценив гениальную глупость профессора (что продолжал непонятливо хлопать глазами). Так бы они и стояли, если бы не телефон Лолидрагон. Но лишь запихнувшись обратно в грави-кар девушка осознала весь смысл сказанного. — Как это в игре? Принца стёрли у меня на глазах, а остальных выбило после! — Но она не снимала очков, — возразил Фенг, — даже не пошевелилась, пока я с тобой разговаривал. — Только не говорите мне… — просипел Зуо, белый, как мел, и только двое поняли его без лишних слов. — Да о чём вы?! — Принц заперт внутри игры, — произнесла Лолидрагон в полнейшей тишине, — точно как Саншайн и Кеншин. Отчаяние на лице Гуи было выразительней всего. *** Цепи растворились и Владыка бессильно рухнул на пол, не в состоянии отвести взгляда с россыпи снежинок, что пока не успела исчезнуть. Он не замечал ни Каэлуса, что озадачено на него пялился, ни давно привычного ощущения, умноженного на миллиарды — игроки покидали его мир один за другим, и никак не по собственной воле. Не прошло и пяти секунд, как внутри не осталось никого. Отец, Лон Дьен, манипулировал ловко, избавляясь от всего лишнего, и не слишком торопился с захватом своего лучшего творения. Владыка прекратил сопротивление, и более ничто не могло встать у него на пути. Он стёр Принца, единственное любимое Владыкой существо, прямо у того на глазах. Но этого было мало. Стереть его последнюю надежду на спасение, двадцатилетнюю девчонку, чьё реальное тело находилось за тысячи километров, стоило ему лишь пары дополнительных строк программного кода. Теперь она больше никогда не проснётся. Владыка один не знал, почему отец так медлит, заставляя его страдать лишние минуты, лишние секунды. Снежинки давно уже развеялись, а Каэлус продолжал молчать в непонимании, когда невидимый воздух собрался в нечто вполне видимое, вполне… живое. Кровавоглазый Принц в исступлении моргнул, осматриваясь, но было в этом нечто странное. Словно… — Эй, — прозвучало низкое, — что с вами? Владыка вздрогнул. Он даже не заметил, как хрупкая фигурка подобралась впритык, полностью шокированный увиденным ранее. Не в силах сопротивляться, он поднял руку и коснулся светлой кожи самими пальцами. Парень, что пытался помочь ему подняться, беспристрастно моргнул снова. — Принц… Он наклонил голову, ожидая услышать ещё что-нибудь кроме едва различимого шепота, но дождался только тишины. — Принц? Владыка застыл в ужасе. Он знал это выражение. Пустое, почти лишенное эмоций, оно всё же отличалось от других NPC, созданных им же. На дне прекрасных глаз плескались ещё не осознанные эльфом тоска, печаль и сожаление. А затем и боль, а тонкие пальцы аккуратно смахнули влагу с чужой щеки. — Не надо… Почти умоляюще. Но он так и не закончил предложение. Он не помнил слова «плакать», не помнил своего «имени». Посмотрел на свою руку, рассматривая слезу, и прижал ладонь к груди, а глаза расширились. — Почему… Ему было больно. Владыка прижал юношу к себе, не успев и подумать — так люди успокаивали своих собратьев, как тот же Принц Ледяную Феникс. Хрупкое тело мелко задрожало в его руках, но ощущения начинали увядать, а тело — исчезать. Правильно осознав происходящее и собрав последние силы мужчина посмотрел на третьего, но ничуть не лишнего, собираясь озвучить ему свою последнюю волю. — Каэлус, отец взывает ко мне. Присмотри за ним и отведи к нашим собратьям. Теперь он один из нас. И, растворяясь прямо в воздухе, Владыка грустно улыбнулся шокированному до предела андрогинному полубогу.