Thanatifora farsa

      Время летит быстро, и первый месяц осени пролетает так же стремительно, и на носу уже первый матч ежегодного турнира по квиддичу внутри школы. Играют Гриффиндор и Когтевран, две сильнейшие команды Хогвартса, хотя, надо отметить, сборные всех факультетов к этому году являются очень мощными и сыгранными командами, так что все игры до единой будут зависеть от воли судьбы. — Обе команды уже готовы ринуться в бой, и в последний раз проговаривают свои победоносные тактики. Дадим им немного времени перед выходом и пока проговорим список игроков. Команда Когтеврана: Самый зоркий ловец последних нескольких лет, ловкий, быстрый, про таких говорят "глаз-алмаз", — Клинт Бартон под номером 57. Два талантливых загонщика, будто родившихся для этой игры. Стивен и Стефан — уже имена говорят об их слаженности. Стефан Стрэндж — про таких говорят "в тихом омуте черти водятся", номер 110. Стив Роджерс — капитан сборной Когтеврана, именуется самым вежливым игроком в квиддич, — за все 7 лет его обучения ни разу не нарушал правила игры. Номер 41. Великолепная тройка охотников: Т'Чалла Удаку, превосходный игрок, в поле неистов словно зверь. Иногда кажется, что играть в квиддич у него в крови. Номер 52. Хоуп Ван Дайн, единственная девушка в команде, что, несомненно, ничуть не приуменьшает её способностей, а, скорее, подчеркивает её особенность и профессиональность в этом деле. Порхает как бабочка, жалит как оса! Счастливый номер 7. Следующий игрок не нуждается в представлении, его имя говорит само за себя. Ракета! Хитер как лис, быстр и стремителен как кролик, изворотлив как уж — это всё про него. Номер 76. И последний в списке, но однозначно не по значению — Джеймс Роудс, более известный как Роуди. Вратарь команды Когтеврана. Держится на метле, будто всю жизнь провёл в полёте. Настоящая боевая непробиваемая машина. Номер 118.       Толпа взрывается аплодисментами, свистом и громкими кричалками. Пегги шумно выдыхает. Это было довольно сложно. После того, как Тони буквально вышвырнул её из команды, а решить эту проблему никак не вышло, декан факультета, профессор Фьюри, предложил альтернативу — стать комментатором матчей вместо преподавателя Полётов Брока Рамлоу, что занимался этим последние годы. Картер эта альтернатива пришлась по душе: она могла совмещать сразу два хобби, попутно практикуя умение лаконично говорить, что необходимо ей в будущем, при этом оставаясь в гуще спортивных событий. — У тебя хорошо получается, — ободряюще говорит профессор Ксавьер, сидящий рядом на трибуне. — Продолжай. И, главное, не волнуйся.       Девушка кивает и, сделав глубокий вдох, с былым жаром продолжает вещать. — А теперь, дамы и господа, команда Гриффиндора: Ловец и по совместительству капитан команды. Да-да, это он, любимец публики Тони Старк. Говорить больше ничего не буду, вы и так всё прекрасно знаете. Ну и, конечно, номер. Никто и не сомневался. Номер 1. Мощнейшие загонщики: Баки Барнс и Тор Одинсон. Баки на поле как рыба в воде, всегда знает, где и кто находится. Под его чутким взором не скрыться бладжеру. Номер 42. Когда в руках Тора бита, команда может чувствовать себя в полной безопасности. Семья Одинсон известна школе первоклассной игрой в квиддич на протяжение долгих лет и продолжает нас удивлять. Удивит ли номер 83 нас и сегодня? Вновь прекрасно подобранное трио охотников нам предоставляет Гриффиндор. Все, как на подбор, атлеты-воины, словно сошли со страниц мифов о героях. Леди Сиф, новый игрок в команде, ранее состояла во втором составе, сегодня мы впервые увидим её в деле. Но не сомневайтесь в мощи этой девушки. Она ещё задаст вам жару! Номер 102. Фандрал Дэшинг, один из первых красавцев школы, как сообщают нам внутренние источники, прекрасный игрок, который почти никогда не промахивается. Говорят, когда он улыбается на поле в солнечную погоду, можно ослепнуть. Будьте осторожны! Номер 119. Вторая девушка в команде, но борется за мяч под стать широкоплечим спортсменам сборной Железного Легиона — Валькирия! Поистине боевая девчонка. Номер 70. Ну и завершает этот список прекрасных игроков вратарь сборной Питер Квилл под номером 4. Его на поле мы видим так же часто, как и прекрасную Гамору Лонг — 180 номер, которая сейчас сидит на трибуне и поддерживает свою команду. Однако, вернемся к Питеру. Лорд Пойманных Мячей — именно так по-дружески именуют его товарищи по команде, и они чертовски правы. Такой вратарь достоин именоваться Лордом.

***

      Команды стоят у входа на стадион в нетерпении от предстоящей игры. Их пробивает мандраж азарта, ребята то и дело перекидываются какими-то шутками между собой. Первые игры, конечно, ничего особо не решают, но хорошо начать тоже надо, чтобы набрать баллов для дальнейших игр турнира. Каждая из команд буквально на взводе, когда называют списки игроков. — Надери им зад, птенчик. У тебя всё получится! — кричит Наташа Бартону через ограду под трибунами, куда они забрались, чтобы быть с друзьями перед началом игры, ибо через раздевалку уже не пускали. Клинт посылает ей в ответ воздушный поцелуй. — Прости, Бак, ничего личного.       Барнс усмехается на слова подруги, но видит, с какой нежностью та смотрит на когтевранца и ничего не говорит. Он всё понимает. — Прости, Стив, я тебя жалеть не буду. Если не успеешь увернуться от бладжера — косяк не мой, — усмехается он, смотря, как парень из команды-соперницы фыркает. — Я тебя умоляю, Баки. Кто ещё кого будет до больничного крыла нести, помяни моё слова. Ты иногда как неуклюжий медведь. Отрастил широченные плечи — стал ещё более легкой мишенью, — гриффиндорец, кажется, доволен таким ответов, ибо одними губами говорит "один-один, Стиви".       Тор стоит ближе к ребятам-под-трибуной, то и дело подбадривая Сиф, которая совсем немного волновалась перед игрой. — Не ссы, подруга. Всё будет в порядке. Пока я под боком, можешь не беспокоиться, подстрахую, если что, — приятельски пихает её в плечо Валькирия, и Чемберс порядком расслабляется. — Удачи тебе. Не убейся, пожалуйста, будь так добр, — с нежностью говорит Джейн Фостер, которая болеет отнюдь не за свою команду в синей форме. Одинсон, пока ещё есть время, тянется через ограду и целует свою девушку. Риггс показательно морщится, выражая своё "фи" публичным нежностям. — Удачи, Тор. Никогда не понимал, что Вы нашли в этом диком спорте, но ты в нём крут. Не свались только с метлы, — желает Локи, едва заметно улыбаясь. Этих слов достаточно, чтобы брат засиял.       Звучит сигнал, и все игроки уже вот-вот должны взлететь в небо, но слизеринец вдруг окликает одного из ребят. — Эй, Фан! — тот оборачивается, глядя на парня с некоторым удивлением. — Solum deinceps non retro, per spinis-spinis ad sidera*.       Дэшинг расплывается в широкой улыбке и буквально кричит в ответ, наперерез зашумевшей публике. — Si erit de caelo*! — и в этот же момент обе команды взмывают в воздух, разлетаясь по полю. Тор, слышавший эти несколько слов на латыни, лишь ухмыляется, улетая на свою позицию. Старк же от этого опять не в восторге. — Что это, чёрт возьми, было? — перекрикивая трибуны спрашивает он у Фандрала. — Забей, Тони, — улыбка не покидает лица охотника, когда он оставляет капитана их команды.       Игра началась.

***

      Уже в первые минуты чувствуется накал страстей на поле, тонущем в общем крике. Игроки рассекают воздух на метлах, сопротивляясь порывам ветра и занимая всё более удачные позиции. Гриффиндорцы вели более наступательную политику, занимая всё пространство. Команда же Когтеврана пока держалась вместе, чуть поодаль друг от друга. — Первые пять минут матча уже позади, а мы пока не видим ни одного забитого мяча. В данный момент квоффл находится у игрока под номером 7. Хоуп крепко держит его у себя... О, что мы видим, капитан Когтеврана четко отбивает бладжер в сторону Валькирии, и, пока львы отвлечены на неё, Хоуп уходит в воздушную яму, сопровождаемая номерами 52 и 76. Вот они уже на территории противника. Барнс пытается откинуть мяч в сторону Ван Дайн, та передаёт квоффл Ракете, ловко уходя от удара загонщика Гриффиндора. О, что мы видим, опасный момент. Сиф бросается к 76-ому, но тот резко уходит вверх, почти перпендикулярно земле, через голову бросает мяч и... Сборная Когтеврана открывает счёт! 10:0 в их пользу!       Синяя трибуна буквально волной вздымается, обрушивая всю свою радость на всех присутствующих на стадионе. Баки ближе подлетает к месту, где сидит комментатор, задорно усмехаясь. — Пеггс, ты, если что, всё ещё на нашем факультете. Может, хватит им подсказывать? Я, конечно понимаю, Стив и всё такое, но... — Барнс! А ну лети отсюда! — не в микрофон кричит ему девушка, тут же вспоминая, что рядом сидят уважаемые люди. — Простите, профессор.       Ксавьер лишь улыбается такой юношеской выходке, вспоминая свою молодость.       На трибуне появляются та компания, что стояла "за кулисами" перед матчем. Джейн и Наташа аккуратно усаживаются на скамью, благодаря Пегги за занятые места, а Локи, замыкая их небольшую делегацию, садится ближе к Хеле, что тоже присутствовала на матче и, судя по лицу, была либо не впечатлена, либо думала о чём-то другом. — Команда Гриффиндора, по-видимому, не готова мириться с таким раскладом и тут же идёт в нападение. Довольно импульсивно, хотя, видимо, это влияние капитана. Кстати об этом. Ни один ловец пока не увидел снитча, и интрига, за кем же может остаться победа в сегодняшнем матче, всё ещё остаётся интригой. Сиф, Фандрал и Валькирия в компании с загонщиками целеустремлённо прорубают себе дорогу к вражеским воротам, выстраивая, так называемую, Голову Ястреба[1]. Однако мы видим небывалой сложности приём, кажется, его не было на поле последние лет десять. 110 номер, Стрэндж, отбивая бладжер точно капитану Роджерсу, и тот, в свою очередь, заставляет рассыпаться клин Гриффиндора. Вот это я понимаю, слаженная работа. — Сучка, — шепчет Баки, глядя в сторону Стива, выравнивая положение метлы. — Ну ты у меня попляшешь. — Как бы не было это всё красиво, но команде львиного факультета удаётся удержать мяч на территории противника, и Фандрал, ловко двигаясь зигзагом, крутится у ворот, тщательно контролируемый вратарём Когтеврана Джеймсом. Он явно собирается совершить какой-то хитрый трюк, но, Мерлиновы сапожки, посмотрите, что творит Стефан! Загонщик задевает бладжер, пуская его по косой, и тот летит прямо в 119-ый номер. Гриффиндорского охотника спасает его быстрая реакция, заставившая его сделать Захват Ленивца[2]. Это однозначно спасает ворота, ведь Фандрал теряет мяч. Вот это я понимаю, Гай Юлий Цезарь из мира магии. Стефан Стрэндж — явно находка команды. — Хорош, гад, — довольно произносит Локи, и сидящие рядом с ним соглашаются. Наташа не отрывает взгляда от Бартона: тот мечется по полю в поисках снитча. Старк, видимо, замечает сосредоточенность когтевранского ловца и начинает ошиваться рядом. Романовой кажется, что она одним взглядом подожжет мантию этого напыщенного индюка, если он будет и дальше так жулить. Но, увы, правилами подобная хитрость не запрещена, так что приходится молча терпеть, надеясь, что Клинт заметит хвост за собой.       И он, кажется, замечает, будто чувствуя спасительный взгляд возлюбленной на себе. Парень оборачивается, наблюдая за приближением противника, и начинает ускоряться и создавать иллюзию, что он таки увидел эту золотую искру. Как только Бартон убеждается, что Тони повёлся и начал его преследовать, он резко летит вниз, делая вид, что преследует снитч, всё приближаясь к земле, и в последний момент выходит из пике, устремляясь подальше от места обмана. Старк, что чуть не пашет носом землю, зол как собака, чудом не переломавшая себе добрую часть костей, покрывает когтевранца не самыми добрыми словами, взлетая снова, но уже упустив добычу из виду. — Дамы и господа, только что мы с вами могли узреть прекрасное исполнение Финта Вронского! Браво, Клинт Бартон! Ему ловко удалось провести ловца команды-соперницы, но Тони, похоже, не на шутку рассердился. Берегитесь, во́роны, кажется, вы только что выпустили из клетки разъяренного льва! — в глубине души Картер ликует из-за неудачи Старка. "Так ему и надо," — мелькает у неё в голове, но она не отвлекается, продолжая вести репортаж. — А тем временем Сиф успевает отомстить за капитана и забить в ворота Когтеврана и заработать десять очков, сравняв счет, но Хоуп Ван Дайн, птичка под счастливым номером 7, в долгу не остаётся, тут же забивая в ответ и отвоёвывая эти очки обратно. А вы говорите "женская солидарность". Вот как закипают настоящие страсти! Игра только набирает обороты!       Страсти на поле действительно закипают, но вот нового профессора ЗоТИ это мало волнует в данный момент. Одинсон внимательно всматривается в небосклон, и может показаться, что она просто смотрит за своим братом или так же ищет снитч, но, увы, всё это неправда. Однако, когда Хела замечает небольшую(так казалось издалека, конечно же) птицу на горизонте, она резко выпрямляется. Могучий филин приближался к древнему замку. Девушка аккуратно встает со своего места, поправляя мантию, глядя на директора. — Профессор... — тот понимает её без слов, отпуская. Но вот Локи встревожен тем, как стремительно спешит удалиться со стадиона его сестра. Его обуревают не самые приятные сомнения, заставляющие поежиться. Романова, подумав, что ему холодно, делится принесенным с собой пледом. Вот только это никак не растопит ледяную корку волнения и переживания.       Матч, тем временем, продолжался.

***

      Когда Хела забегает в свой кабинет, там её уже ждут. Около стола, спиной ко входу, стоял Один, внимательно осматривая доску и интерьер помещения. Услышав хлопок двери и приближающиеся шаги он не спешит разворачиваться. Только когда девушка подходит к нему ближе, чем на два метра, он становится полубоком, чтобы видеть свою дочь. — Хела. — Отец, — взгляд её устремлён в пол, не то в знак уважения, не то от тех чувств, что она сейчас испытывает. — Рад тебя видеть. Прости, что так долго. Как только смог — сразу прилетел, — Один начинает ходить по кабинету размеренными шагами. Хела с места не двигается. — Уютно тут у тебя. Как работа? Дети не достают? — Всё хорошо. Мне нравится. Я вспоминаю свои школьные годы, находясь здесь, — говорит она с улыбкой в голосе. — Тут почти ничего не изменилось с тех пор, как я выпустилась. Это успокаивает. — С тех пор, как выпустился я, здесь тоже ничего особо не поменялось, — с усмешкой произносит мужчина, возвращаясь на прежнее место, становясь напротив дочери. — Но, к сожалению, я здесь не для того, чтобы делиться воспоминаниями.       В комнате повисает грохочущая тишина. — Он возвращается, — вырывается из уст Хелы едва слышно, совсем полушепотом. Она поднимает глаза на отца, и в глазах этих плещется совершенно бездонный страх. — Ты уверена? — Я чувствую это, — девушке не хочется верить в свои слова. — Метка... Она буквально горела...А ты знаешь, что это значит. Грядёт нечто, к чему мы не готовы. Никто не готов.       Молчание. Порою, оно говорит больше слов. Один отводит взгляд к окну. Где-то там сейчас кипит жизнь и шумят сотни людей. Но не здесь. Здесь тихо. Набатом случат только встревоженные сердца. — Ты помнишь? — Да, — на лице Хелы изящно, словно кисточкой талантливого художника, вырисовывается ужас. — Тогда ты знаешь, что делать, — голос Одина разрезает мёртвую тишину, ломает её, будто кувалда. — Да, но... — возразить девушке не дают. Она впервые выходит из неподвижной позы, непроизвольно протягивая руку к отцу. — Никаких "но". — Но пап... — Хела! Ты дала мне обещание! Ты должна будешь сделать это. Что ты как ребенок? — и Хела действительно чувствует себя ребенком, той маленькой девочкой, которую отец ругал за разбитое метлой окно. Которую отчитывал за то, что оставила младших братьев без присмотра. Которую упрекал за вызывающий внешний вид и необдуманные поступки. Она снова чувствует себя испуганным провинившимся ребенком, которого отец ругал, потому что любил и хотел, чтобы она стала лучше. И сейчас она не виновата. Они оба это понимали. Но изменить ничего не могли. — Соберись. Я знаю, это тяжело, но ты должна. Так будет лучше. Для всех. И ты это знаешь. — Мне страшно, пап, — какой бы сильной и могущественной волшебницей она не была, она понятия не имела, во что ввязывалась шесть проклятых лет назад. И её ужасало то бремя, которое над ней нависло. Хела была и одновременно не была готова к этому. А ожидание неизвестности только нагнетало ужас и мертвецкий холод, сковывающий внутренности. — Я знаю, милая, — Один подходит к дочери, обнимая её. Этого было достаточно, чтобы та содрогнулась в немых рыданиях. — Но иначе никак нельзя. Сделай это если не ради меня, то хотя бы ради Локи.       Девушка отстраняется спустя некоторое время, и это молчание, повисшее на этот раз, не кажется пыткой. Это была тишина облегчения. — Конечно, пап. Я же пообещала, — она улыбается со скорбью в этих глубоких изумрудных глазах, но в тот момент Хела ясно ощущает гордость, которую испытывает её отец. В тот момент она действительно чувствует себя так, как называла её Фригг. Хела, дочь Одина.

***

— Ух, вот это да! Мне кажется, что сейчас середина июля, настолько жарко стало на поле. То ли это ярость и радость игроков... — То ли наши горящие задницы, — с усмешкой заканчивает для себя Барнс, не вслушиваясь, что же на самом сказала подруга. Счет был наиотвратительнейший. Они шли с Когтевраном ноздря в ноздрю. 110:130 не в их пользу. Клинт, наверняка, сейчас злорадствовал, если не был занят чем-то поважнее. Со снитчем в этот раз было очень туго. Ветер постоянно уносил мяч, заставляя летать его зигзагом, и ловцы то и дело теряли его из поля зрения. И Старк, и Бартон уже вскипали. Дело обстояло плохо. — Эй, Тони, что там по золотому яйцу с крыльями? Ты его хотя бы видишь? — Видел бы и давно бы нашел, не отвлекай ты меня тупыми вопросами, — Тони был действительно раздражен тупыми и безрезультатными поисками иглы в стоге сена. — Почему ты, блять, просто не можешь заниматься своим делом? На следующей игре я заменю тебя Лэнгом. — Тони, твою же мать, почему ты не можешь оставить наши разногласия на "после игры"? Я хочу победы не меньше твоего, мы играем в одной упряжке, я просто хочу помочь. — Не трогай мою мать. Это раз. И два: если хочешь помочь, то не лезь не в своё дело и просто делай свою работу, — с этими словами Старк прочь улетает от загонщика. Он и так потерял слишком много времени за разговором.       А вот Клинт времени даром не терял. Когда он находился рядом со Стивом, обсуждая дальнейшие варианты развития игры, как вдруг в поле зрения на солнце появился золотой отблеск. Бартон как с цепи сорвался, устремившись за снитчем, чуть не сбив с метлы Т'Чаллу, и это, конечно же, не осталось без внимания ловца Гриффиндора.       Клинт мчался на немыслимой скорости, до свиста ветра в ушах, и испытывал что-то среднее между любовью и ненавистью к этой игре, между изнеможением и наслаждением. Он рассекал воздух на метле, чувствуя себя по-настоящему свободным, чувствуя себя той птицей, какой всегда стремился стать. Он мчался за этим долбанным мячом с крыльями, совершенно не думая, что это просто игра, что скоро она закончится и он вернётся на землю. Он не хотел об этом думать. Небо делало его тем, кем он был на самом деле. Птицей. Какой? — не ясно. Каждый раз — разной. И сейчас он чувствовал себя коршуном, что вот-вот вцепится когтями в свою добычу, окончив поединок.       Старк же считал, что нет в эволюционной цепочке существа выше, чем человек. И он чувствовал себя человеком, который хочет взять своё. И он возьмёт своё, он в этом уверен. Он чувствовал себя охотником. Охотником, который вот-вот подстрелит птицу.       Он резко влетает поперёк Бартона, тут же перехватывая инициативу в охоте на снитч на себя. Клинт чуть не перелетает через себя, чудом удержавшись на метле, но потеряв цель. — Сукин сын! Ублюдок! Ты у меня ещё попляшешь, шкура ты драная! — орёт он, выжимая из метлы всё, что мог, пытаясь догнать Старка и снитч, который тот так нагло увёл. — Ох, как же это было грязно. Видимо, капитан Гриффиндора устал играть по-хорошему и пошёл ва-банк. Это было рискованно. Ещё чуть-чуть, и это могло бы стать нарушением, приводящим к удалению игрока с поля. Но, похоже, 57-ой номер не намерен так просто сдаваться. Трибуны буквально ходят ходуном от негодования и триумфа. Все напряжены до предела. Ещё немного, и воздух начнет искриться между игроками на поле. Прекрасное начало сезона, — Пегги пыталась скрыть своё волнение, наблюдая за игрой. Это было одновременно и страшно, и захватывало дух. Ох, сколько же Картер отдала бы за то, чтобы оказаться сейчас на поле, а не здесь.       Тони вцепился в рукоять метлы до белеющих костяшек и онемевших рук, пытаясь догнать этот треклятый мяч. Тот ускользал от него, но, к счастью, не исчезал из виду. Парень не сразу замечает, как, почти поравнявшись, рядом летит Клинт. Он уходит в бочку, пытаясь оторваться от преследователя и приблизиться к цели, но Бартон был не лыком шит. Пока гриффиндорец удивлял публику фигурами высшего пилотажа, он прильнул вплотную к рукояти метлы, буквально сливаясь с ней воедино, что придало его телу большую обтекаемость и увеличило скорость. Снитч был искушающе близко. Счёт пошёл на секунды. Либо пан, либо пропал.       Парень вытягивает левую руку, и со стороны действительно кажется словно она продолжение древка. Кажется, и трибуны, и игроки на поле замерли в ожидании. И вот он уже касается золотого мяча кончиками пальцев...       Но хватает чужую руку, сомкнувшуюся вокруг этого самого мяча. — Чёрт!       Трибуны взрываются от происходящего на поле. Рёв становится просто невыносимым. Кажется, будто все гриффиндорцы в момент объединились в одного большого льва, готового поглотить тёмного ворона. Клинт не собирается отпускать руку Энтони. Их метлы сталкиваются, и оба парня кубарем летят вниз. — Отпусти, блять, Бартон, что ты творишь? Ты угробишь нас обоих! — кричит Старк, пытаясь вырвать руку из цепких пальцев соперника, которые, кажется, действительно стали когтями, впиваясь в кожу до крови. — Что, личико жалко? — Клинт смеётся, и в этом смехе слышится нечто на грани безумия, что пугает даже Тони.       Они находятся в десятке метров от земли, когда когтевранец будто с отвращением отпихивает руку противника, выруливая Иммельманом[3]. Старка подбрасывает от резкой потери веса и он с трудом поднимает себя, одной рукой направляя метлу вверх. Вот уже второй раз за игру он находится в губительной близости с землёй. Только вот на этот раз победа остаётся за ним. — И со счётом 130:260 побеждает команда Гриффиндора!       Трибуны вновь сливаются в оглушающем залпе голосов. Команды спускаются на землю, и ученики уже мчатся чествовать победителя. Только один игрок остаётся в воздухе, игнорируя свисток. Клинт летел над полем с закрытыми глазами, прочёсывая пустой пятернёй воздух, наслаждаясь последними мгновениями его личной, собственной свободы, с блаженной улыбкой на лице.       Он ненавидел, когда его золотую клетку так бесцеремонно закрывали.