XVIII.Паззл жизни
4 апреля 2019 г., 00:30
Прошла пара дней с Рождественского Бала, и работа в секретном штабе молодых и амбициозных Мстителей пошла полным ходом. Ребята искали информацию о Камнях Бесконечности, складывали все легенды и мифы воедино. Парни учили элементарным приёмам самообороны, а девушки старались оставить хоть какие-то знания о первой помощи в головах учащихся. Многие студенты писали письма родителям с просьбами рассказать что-то или прислать необходимые материалы. Гриффиндорцы тщательно искали информацию, связанную с хотя бы примерным местоположением Джеймса Барнса.
— Ты связывалась с Рамоной? Как они вообще? У них есть что-то связанное с его исчезновением? — Стив сидит на одном из кресел в углу их убежища, стараясь скрыться за стеллажами с книгами. Они с Пегги возглавляли поисковую группу, что пыталась собрать по крупицам нить событий загадочного исчезновения их товарища. Роджерс был сам не свой в последние недели, до сих пор прокручивал в голове момент их расставания в Хогсмиде и всячески винил себя в том, что случилось. Ему было тяжело, очень. Никто не узнает, но первой причиной, по которой староста Когтеврана присоединился к Мстителям, была надежда найти Баки.
— Увы, Рами знает не больше нашего. Они все, естественно, беспокоятся, тут и думать не надо, но вот только одна Рамона рискует пойти наперекор профессорскому составу Дурмстранга и уйти с обучения на некоторое время, чтобы помочь нам в поисках, — Картер устало прочёсывает пятернёй обычно аккуратно собранные волосы, что сейчас находились в некотором беспорядке, и чуть съезжает в кресле напротив. Её взгляд цепляется за вырезки из газет, прикрепленные к стене в их уголке. Нужно сложить все детали паззла, но как, если не хватает доброй половины. — Безбашенная девчонка. Такая же, как и её брат.
— Боже, прошу, скажи ей, что не стоит так рисковать. Я прекрасно её понимаю, но лучше ей остаться в школе. Тем более, Брук и Артур наверняка последуют её примеру в таком случае, а это обернётся полной катастрофой. Миссис Барнс мне это не простит, — Роджерс потирает переносицу, вспоминая письмо, которое он получил от матери Баки после того, как её оповестили об исчезновении сына. Кажется, у него до сих пор наворачиваются слёзы, когда перед глазами вновь возникает это "Прошу, найди его, Стиви".
— Ты прав. Как всегда, — уголки губ девушки чуть приподнимаются. — Иногда мне кажется, нет вещей, в которых ты можешь допустить ошибку.
— Есть, — тихое слово звучит словно камушек, брошенный в колодец. Парень вновь потирает переносицу и поднимает взгляд на Картер. — Я запутался, Пегс. Во всём.
Гриффиндорке не нужно слов, чтобы понять, о чём говорит Стив. Она давно всё знает. Поэтому лишь снисходительно улыбается.
— Я знаю. И помогу тебе разобраться. Тебе нужно выговориться. Сказать всё, как есть. Понять это сначала для себя.
— Мне... мне так неловко перед тобой, Пегги. Так... стыдно. Ты просто чудесная девушка, я не встречал кого-то более умного, сильного и понимающего. Ты делаешь мою жизнь красочной и интересной, — Роджерс отводит взгляд к потолку, пытаясь собраться с мыслями. — Но я не могу так. Не могу обманывать тебя дальше. Не могу обманывать себя. Потому что ты прекрасна как девушка. Но не моя. Я не могу больше встречаться с тобой.
— Потому что... — Пегги чуть отклоняет голову в сторону, ожидая верного ответа.
— Потому что я испытываю чувства к другому человеку, — это определенно даётся Стиву тяжело, так как он шумно выдыхает и смолкает на какое-то время. — Не знаю, как именно это назвать, но мне безумно тяжело без него, без его присутствия в своей жизни рядом. Я никогда был настолько зависим от человека. И вряд ли когда-нибудь ещё буду. Скажи, как давно ты знаешь? И почему не сказала раньше? Почему продолжала вести себя как обычно?
— Потому что тебе нужно было самому дойти до этого. Самому понять и принять себя и свой выбор. Я знала это, наверное, ещё тогда, когда мы только познакомились. Догадывалась, по крайней мере, что так будет. Иногда ты не можешь просчитать чего-то в своей жизни, как ты привык делать. Поэтому живи сердцем, а не головой. Иногда это полезно, — Картер продолжает улыбаться, прикрыв глаза. — Я очень рада за тебя, Стиви. Честно. Потому что мало кто заслуживает быть счастливым человеком. Ты определённо из тех, кто достоин этого.
— Но буду ли я таким? Я ведь понятия не имею, взаимны ли мои чувства.
— Боже, Стив, ты такой балбес иногда, знаешь? — Пегги по-доброму смеётся, приподнимаясь в кресле. — Баки смотрит на тебя взглядом влюблённого щенка столько, сколько я его знаю. Да даже когда он нас с тобой знакомил, он и то светился ярче солнца, рассказывая, какой ты хороший. Смысл его шуток не поймёт только тот, кто старается его не понимать. Он столько раз намекал, но ты либо воспринимал это как очередной всплеск юмора, либо просто игнорировал, в упор не видя очевидного.
Когда девушка озвучивает имя, которое до этого ни разу не фигурировало в данном ключе разговора, Роджерс привычно пунцовеет, всё ещё с трудом стараясь переварить всё то, что на него свалилось.
— Значит так, слушай сюда, мой хороший, — Картер наклоняется вперед, упираясь локтями о колени. — Мы найдём его — ты найдёшь — и ты тут же расскажешь ему обо всём. Всю правду. И Мерлин, прошу тебя, от всей души, береги его вечно ищущую приключений задницу. Вы идеально дополняете друг друга, и твоя задача — охлаждать жаркий пыл нашего румынского парня и вовремя его тормозить. Свою задачу он и сам прекрасно знает. Я по-прежнему буду твоей горячо любимой подругой, к которой ты можешь обратиться по любому поводу, но мы, если не возражаешь, будем друзьями без привилегий. Я всегда рядом, но теперь у тебя есть и будет человек, которому ты по-настоящему можешь отдать всего себя без остатка, получив такую же отдачу в ответ. Прошу прощения за повелительный тон, но ты иногда действительно жутко тормозишь, Стиви.
— Понял-принял, — парень наконец улыбается, по-приятельски пихая Пегги в плечо за последние слова. — Спасибо.
Их задушевный разговор прерывает Сэм, выглядывающий из-за стеллажа, что составлял своеобразный вход в их маленькую поисковую обитель.
— Эй, голубки, так и будете дальше ворковать или дадите задание Пьетро, который уже отчаливает в своём первое шпионское плавание?
— Уже? — Картер подрывается со своего места. — А который час?
— Час Икс, блин, Пегс, не время тормозить. Поторопитесь, если у вас есть, что сказать, — Уилсон уходит к главной точке их базы, где сейчас столпилась бо́льшая часть членов их отряда. Стив и Пегги спешат за ним.
Оказавшись на месте, они едва видят Максимофф, что был в эпицентре событий. Да и позже сильнее видно его не становится — в воздухе парит одна голова, ведь мантия-невидимка уже на плечах юноши. Ванда что-то беспрестанно шепчет на ухо брату, держа его за руку. Тот одновременно пытается слушать и её наставления, и слова Энтони. Довольно непросто, но Пьетро справляется.
— Так, узнать о планируемых действиях со стороны Щ.И.Т.а и профессорского состава в целом. Это раз. Запомнить всё, что будет сказано о Камнях. Это два. Понять ситуацию с процессом обучения. Это три. Не попасться на глаза никому и остаться незамеченным. Это четыре. Что-то ещё? — он припоминает все те мелкие детали, что входили в предыдущие пункты, попутно вспоминая предостережения от Стефана и Локи.
— Узнать, что известно о местонахождении Баки Барнса. Это пять, — утверждает, не просит Пегги Картер, подходя ближе. — Всё, что получится. Это важно.
— Понял, — Максимофф понимает всю важность и именно этого поручения, и всей его миссии в целом. От него зависит дальнейшая деятельность Мстителей. Он не может их подвести.
— Вроде ничего не упустили. Старайся даже думать потише, потому что профессор Ксавьер тоже, естественно, будет на собрании, — говорит напоследок Старк, похлопывая слизеринца по плечу. — Мы верим в тебя. Давай, ни пуха ни пера.
— К чёрту, — улыбается Пьетро, накидывая на голову мантию, полностью растворяясь в воздухе.
— Только не облажайся, как на последнем матче по квиддичу, — весело вслед кричит Бартон. Уже у самого выхода из Выручай-Комнаты слышится "Не волнуйся, не облажаюсь"
***
Максимофф тихо крадётся по коридорам, стараясь добраться до кабинета директора как можно быстрее. Он то и дело сверяется с Картой Опустошителей, избегая ненужных встреч и выискивая способы свернуть, не делая крюка. Пьетро шепчет себе под нос список информации, что ему просто необходимо запомнить, и пытается убедиться, что он абсолютно не волнуется. Ага, как же. Дрожь Карты в его руке говорит сама за себя. Ему просто невероятно повезло, что, когда он уже подходил к кабинету, с другой стороны коридора шла Сьюзан Шторм. С ней-то он и прошмыгнул в самое таинственное место школы, в котором он частенько бывал из-за своих розыгрышей и не самых остроумных шуток. "Вот это я, конечно, Человек-Невидимка," — думал он, но тут же замолчал у себя в голове, вспоминая предостережения по поводу способностей профессора Ксавьера. В кабинете уже начиналось бурное обсуждение. На небольшом балкончике около витражного окна стоял профессор Фьюри, о чём-то оживлённо разговаривая с Марией Хилл и Филом Коулсоном. О чём-то не самом приятном, судя по его хмурому лицу. Джессика с Люком тихо беседовали с Хэнком Пимом. Хела, Старейшина и Хеймдалль замолчали, едва Пьетро оказался в комнате, будто почувствовав его присутствие. Остальные только подтягивались, сумбурно здороваясь друг с другом и ожидая начала собрания. — Что ж, думаю, надо начинать. Семеро одного не ждут, — из комнатки под балконом выходит Чарльз своей неспешной возрастной походкой. Он быстро пробегается глазами по всем присутствующим и его взгляд задерживается на пару секунд на том месте, где стоял Максимофф. Парнишка уже успел проститься со своей жизнь, но вскоре Ксавьер продолжил осмотр кабинета. Сказать, что Пьетро испугался до чёртиков — ничего не сказать. — Вы все прекрасно знаете, зачем мы здесь собрались. Мистер Фьюри, прошу, спуститесь со своими собеседниками вниз, мне не очень удобно разговаривать с вами, пока вы вне поля моего зрения. Так вот, вернёмся к основной сути. Часть из вас находится в стенах Хогвартса по известным всем вам причинам. Начиная похищением одного из студентов и заканчивая проблемами мирового масштаба. Думаю, стоит начать с меньшего. Мистер Удонта, поведайте нам информацию, что долетела до вас не из самых простых источников. Пьетро напрягается, готовясь слушать и запоминать, как запоминает форму пластилин. Он буквально прожигает взглядом названного отца Квилла, ожидая хоть пары слов. — Результаты неутешительные, но хоть какие-то, — Йонду отходит от книжных полок, шагая к центру комнаты. — Одно радует — парень жив. Но не без печальных новостей. Судя по всему, когда с ним трансгрессировали из Хогсмида, произошёл расщеп. Парнишка остался без руки. Несколько человек вздрагивают и тяжело вздыхают. Было очень жалко такого молодого и уже такого искалеченного. — Однако Чёрный Орден, а мы предполагаем, что это именно он, мастера те ещё. По-видимому смастерили протез. Это, конечно, очень здорово, но просто так они бы мальчишкой не занимались. И вот это уже плохо. Потому что в местах нескольких нападений на волшебников замечали молодого человека с похожей внешностью. И протезом, — Удонта смотрит на Фьюри. Тот лишь качает головой. Профессор Рамлоу повторяет жест декана Гриффиндора, скрестив руки на груди. Опустошитель морщится, отворачиваясь — Брок никогда ему не нравился. — Есть вероятность, что они сделали или пока только планируют сделать из него человека, делающего за них грязную работу. Что-то типа наёмного убийцы. Звучит не красочно, соглашусь. Но, увы, пока существует шанс, что это действительно так, мы не можем расслабиться. Сейчас мы вообще не имеем права расслабляться. — Стало что-то известно по делу Говарда и Марии Старк? — Ксавьер вновь кидает быстрый взгляд в сторону Пьетро. В ответ на вопрос он получает печальный взгляд Йонду. — К сожалению, нет. Но под подозрения попадает и Барнс. Точнее, тот человек, которым управляет Орден и которым раньше являлся ваш студент. Мне бы очень не хотелось, чтобы это было действительно так, — мужчина делает шаг назад, как бы ставя точку в своём рапорте. В воздухе висит тяжесть событий. — Спасибо, Йонду, — Чарльз в своей привычной манере чуть присаживается на край своего рабочего стола. Взгляд его полон глубоких дум, а сам мужчина задумчиво потирает подбородок, явно что-то взвешивая и принимая важные решения. — Что ж, предупреждёны значит вооружены. Такая информация, несомненно, очень важна для нас. Каждое слово сейчас на вес золота. — Профессор Ксавьер, позвольте мне внести вклад в собрание, — Мария Хилл, декан Когтеврана, подходит к директору, становясь рядом, чтобы её слышали лучше. — Нам нужно что-то решить с оставшимися в школе учениками. Если с выпускниками как-то попроще, они более самостоятельные и инициативные, а вот что делать с 3-4 курсами? Так же необходимо определить расписание занятий на второе полугодие. Война войной, но мы по-прежнему остаёмся школой, и крайне желательно, чтобы все ученики получили максимум знаний из тех, что должны были получить по утверждённой ранее программе. — Думаю, мы с Мадам Чо и ещё кем-нибудь сможем преподавать оказание первой помощи, как полагается во всех школах во время военного положения, — предлагает Сьюзан Шторм. Ей кивает Ороро Монро, высказывая желание также помочь в этом деле. — Мы с Броком и Люком займёмся физподготовкой студентов, — Фьюри, хмуро как всегда, оглядывает своих коллег, с которыми они уже это обсуждали. — И у меня есть убедительная просьба, чтобы мисс Одинсон вела ЗоТИ с Джессикой Джонс. Так будет сподручнее. — Хорошо, сэр. Будет сделано, — согласно кивает Хела. У них с Джесс была не самая большая разница в возрасте, так что работать с ней было вполне комфортно. Да и в принципе уже миссис Кейдж была близка по духу дочери Министра Магии. — Мы с Хеймдаллем займёмся усиленным изучением заклинаний, — Старейшина смотрит на директора, как всегда, из-под капюшона, с уважением глядя прямо в глаза. — Думаю, всё будет под контролем у всех, профессор Ксавьер. Директор благодарно кивает Яо, отталкиваясь от стола и выходя в центр своего кабинета. — Тогда целесообразно будет хотя бы на время пока прикрыть эту тему. И заняться тем, что в данный период времени угрожает жизням жителей всей планеты. Наши любимые Камни Бесконечности, — Чарльз затемняет комнату с помощью взмаха волшебной палочки, после чего возводит руки к потолку, и воздухе возникает огромных масштабов проекция карты мира. — Все мы знаем, что у Таноса в руках уже два Камня. Нам просто необходимо не допустить, чтобы он и его Чёрный Орден собрали остальные четыре. И в этом состоит наша основная на данный момент задача. Найти Камни. Итак, Камень Реальности и Камень Силы мы уже упустили. Камень Времени, насколько известно, находится в надёжных руках наших союзников, верно, Старейшина? Наша задача отыскать остальные три. Нам повезло, что благодаря истории мы знаем хотя бы примерное их местоположение. Он проводит рукой, и на карте загораются разноцветные звёзды. — Тессеракт, являющийся Камнем Пространства, находится где-то в районе России или западной Европы. Жезл или же Скипетр силы, в котором заключён Камень Разума, находится в Африке, и нам необходимо связаться с Т'Чакой, который имеет больше информации о его местонахождении. Самым сложной задачей является найти Камень Души. Те, кто его видели, оставили о нём критически мало информации. На данный момент никто точно не знает, где он может быть. И найти его необходимо любой ценой. Потому что он является самым могущественным Камнем. Упустим его — считайте, война проиграна. — И каков наш план? — Хэнк Пим, занимавшийся в тайне от своей дочери долгие годы изучением Камня Души, решительно настроен по поводу поиска этих древнейших артефактов. С тех пор, как его жена, Джанет, пропала в процессе экспедиции, направленной на поиск именно этого Камня, Хэнк поставил себе цель найти его любой ценой. И вернуть возлюбленную. — Пока наш план — защищать детей. Нам нужна будет интернациональная поддержка в поисках, так что пока мы не найдём союзников — поиски Камней откладываются на неопределённый, но, надеюсь, недолгий срок. Тянуть с таким нельзя, все вы понимаете, чем может всё закончиться в случае задержки. Корпус Нова пал и будет долго восстанавливаться. Нам нужно надеяться на помощь других центров магического контроля. Нам повезёт, если кто-то пойдёт нам навстречу. Как вы знаете, нас многие недолюбливает после Тихой Войны, — голос Чарльза стихает на этих словах, ведь воспоминания ворошат старые раны. Он отгоняет плохие мысли прочь и вновь смотрит на всех стоящих в кабинете. — Думаю, на сегодня всё. С ответственными за подготовку к военным мероприятиям поговорю чуть позже лично. Попрошу задержаться только вас, профессор Фьюри. Благодарю всех за внимание и отзывчивость. Можете возвращаться к своим обязанностям. Как только преподаватели и мракоборцы начинают уходить, обескураженный информацией Пьетро спешит удалиться с ними, чтобы не остаться в кабинете. Он пытается хоть как-то сформулировать "отчёт" для Мстителей, но одно он понимает точно. Про Баки должны знать только Стив и Пегги. Нельзя, чтобы кто-то знал все эти ужасающие подробности. Особенно Тони.***
В обед, как полагается по расписанию, все находились в Большом Зале, в котором осталось только два ученических стола: слишком мало было детей после многочисленных разъездов. Поэтому все давно перестали смотреть на принадлежность к факультетам и стали держаться вместе. Мстители, естественно, не стали исключением, продолжая обсуждать свои планы и за столом, но не слишком громко, конечно. Нельзя было, чтобы руководство что-то узнало. Ребята только приступили к еде, сделав непричастное лицо, как к их столу подошел декан Гриффиндора. — Мистер Старк, можно вас на секунду? — в этот момент часть студентов стала похожа на испуганных ланей в свете фар, и лишь ученики постарше сохранили невозмутимость, в душе трепыхая как осиновый лист. Тони лишь послушно вышел из-за стола, отходя с профессором Фьюри. — И как долго вы планировали это скрывать? — Что именно, профессор? Не совсем улавливаю, о чём вы, — с непривычным спокойствием отвечал парень, сложив руки за спиной и внимательно глядя прямо в глаза преподавателю. — Не делайте из меня дурака. У меня, быть может, и один глаз, но он смотрит повнимательней двух. Я про вашу подпольную шайку, организацию, отряд, называйте как хотите. — Ну, вообще подольше. Но, как вы понимаете, не вышло, — отрицать было бесполезно, так что Старк лишь кивнул в подтверждение слов Николаса. — Я надеюсь, вы понимаете, на какой риск вы идёте, собирая такое количество студентов для вашей самодеятельности, — серьёзно продолжал мужчина. — И я знаю, понимаю, что вы задумали. Тони уже приготовился выслушивать запреты и трехстопные ругательства. Но его глаза удивлённо раскрылись, когда он услышал привычно строгое, но очень искреннее: — У меня только одна просьба. Не угробьте себя. С этими словами Фьюри похлопал парня по плечу и собрался было уходить. — Профессор. У меня тоже есть одна просьба. Позвольте мне съездить домой, — ответом стал кивок и едва заметная улыбка. — Естественно я позволяю. Но помни, что я тебе сказал. Энтони возвращается к остальной команде, что тут же закидывает его вопросами. — Что он сказал? — осторожно спрашивает Локи, аккуратно касаясь руки Старка под столом. Тот улыбается, сжимая руку в ответ. — Что мы всё делаем правильно.***
Тони долго не соглашался, чтобы младший Одинсон поехал с ним, но тот оказался убедительнее. И умнее. Ибо гриффиндорец сошел бы с ума, если бы отправился в место своего детства и место убийства своих родителей в одиночку. Они с опаской выходили из замка, чтобы трансгрессировать, параноидально оглядываясь на каждый шорох и крепко держась за руки, чтобы, если что, успеть исчезнуть хоть куда-нибудь. Внешне поместье Старков совсем не изменилось. Но не для Тони. Теперь оно выглядело устрашающим и отвратительно пустым для сына великого изобретателя. Заснеженные статуи вдоль дорожки к крыльцу смотрелись каменными монстрами из какого-то маггловского сериала, про который рассказывал Клинт. Всё было до боли... мёртвым. Тони долго не решался открыть дверь в собственный дом, но младший Одинсон всё ещё был рядом и помогал бороться с дрожью в теле и состоянием на грани нервного срыва. Только с третьей попытки взмахнуть палочкой дубовая красавица приглашающе заскрипела. Внутри всё было слишком живым. Стояла нетронутая рождественская ель с подарками под ней. Горели свечи. Где-то под лестницей жалобно мяукнул Альтрон, ищущий своих хозяев. Завидев Тони, он тут же юркнул ему в ноги, будто ища защиты. Старку казалось, что он сейчас заплачет. — Ну привет, маленький проказник. Ты почти совсем не изменился с нашей прошлой встречи, — он потрепал кота по загривку, присев на корточки. — Знаешь, мы с тобой теперь похожи. Я тоже напуган. Парень встает, медленно шагая по комнате. Всё осталось ровно так, как было в ночь с 16 на 17 декабря. Вот тут опрокинуто кресло, а вот здесь разбит любимый чайный сервиз Марии, который она выронила из рук, когда несла кофе Говарду. Вот и темные следы чьих-то ботинок на бежевом ковре, ведущие в кабинет. Вот оно всё. От этого становится страшно и холодно, хотя, быть может, это из-за разбитого окна. Тони же отчетливо чувствует дыхание Смерти себе в затылок. Он идёт по следам туда, где, вероятно, всё и случилось. Кажется, сердце ухает куда-то вниз, когда Старк перешагивает порог. Волной накрывают воспоминания с последней встречи с отцом. Тот проклятый дурацкий конец августа. Та дурацкая ссора.Та глупая ошибка, за которую Тони так и не извинился. Он подходит ближе к рабочему столу, на котором лежит дневник. Говард постоянно вёл дневники, с 17 лет, как только стал совершеннолетним. Он хотел оставить память о себе. Хотел, чтобы после него что-то осталось. И он оставил за своими плечами великую империю. И единственного сына. Любимого сына. Тони подходит к книжным полкам, что стояли позади стола у стены. Несколько широких рядов дневников с метками о датах на корешках. Начиная 1975 годом и заканчивая первой половиной 1997. Единственная дыра в этом идеальном паззле — место, где должен стоять последний дневник. Юный Старк смотрит на неё и видит на стене за полкой что-то неясное, похожее на рисунок или узор. Парень использует заклинание, чтобы отодвинуть шкаф, и то, что он видит, заставляет его удивлённо замереть. Родословное древо Старков. Он подходит ближе, проводя пальцами по грубоватой от времени ткани полотна. Древо шло от самого начала их рода с далеких времён. Но его интересовало что-то более близкое к его появлению на свет. Тони вздрагивает, видя чёрное выжженное пятно, под которым значится "Говард". Рядом стоят числа "1958-1978". Рядом, выполненный совершенно в другом стиле, портрет Марии, а чуть ниже — он, Энтони Старк. — Это ваше древо? — вопрос скорее риторический, но Локи задаёт его из уважения, осторожно проходя в кабинет и поглаживая Альтрона, покоившегося у него на руках. — Я даже не знал о его существовании. Почему отец прятал его? И почему его, чёрт возьми, оттуда выжгли? — Тони смотрит на даты, стоящие у пятна с именем Говарда. — 1978... Почему именно эта дата? Он же не умер тогда. — Быть может, для своей семьи — да. Такое случается в семьях довольно консервативных волшебников, — пожимает плечами Одинсон, вспоминая их древо, где было несколько похожих пятен. Эта мысль буквально открывает глаза Старку, и тот, вернув полки на место, начинает судорожно искать дневник с этой датой. И не зря. Он начинает листать его и находит различные закладки с особо памятными событиями. И, удивительно, довольно быстро находит нужную страницу."31 июля Сегодня поразительный день. Удивительный день. Я могу долго перечислять красивые слова, но в них не будет смысла, как в следующих четырех. Я сделал предложение Марие. И она согласилась. Я безумно счастлив. Мне кажется, я самый счастливый человек на планете. Утром, когда всё случилось, мне казалось, что ничего и никто не сможет испортить такой день. О, как я ошибался. Мой любимый папаша, как всегда, принял это как вызов и доказал обратное. Едва я сказал ему, он чуть не убил меня на месте. Нет, я, конечно, ожидал негативной реакции, но чтоб настолько? "Ты, поганец, позор всего нашего чистокровного рода! Взял в жены какую-то оборванку, маггловское отребье! Тебе не стыдно перед своими предками? Ты первый, кому в голову взбрела идея опорочить нашу чистую кровь!". Это было самое отвратительно, что я когда-либо слышал. "Либо ты разрываешь помолвку и кончаешь страдать ерундой и женишься на Дотти Андервуд, либо ты перестаёшь быть моим сыном. Перестаёшь быть в первую очередь Старком. И чтоб ноги твоей больше в этом доме тогда не было!". Вот так я и ушёл. Мне было всё равно на его слова. Он не может приказать мне полюбить другую девушку. Я люблю Марию, так какая разница, кто её родители и какая в ней кровь? Я не понимаю этих устоев. Это глупо, пытаться запереть свои чувства ради тупых традиций и правил. Я так не хочу жить. Я так и не буду."
Тони захлопывает дневник, быстро моргая, чтобы не допустить скатывающихся по щекам слёз. Отец женился на Марии по любви, а не по правилам. Женился на магглорождённой, вопреки велению родителей. Он выбрал счастье, а не вечные оковы семейных устоев. Тони осознаёт, что он всё это время, оказывается, был полукровкой. Оказывается, что от него это скрывали. Но зачем? И почему тогда Говард хотел той же участи ему, что и когда-то давно в молодости хотел его отец? В чём смысл был заставлять жить по правилам, которые сам и нарушил? Тони искренне не понимал. Он ставит этот дневник на место и подходит к столу, где лежит последний. Который никогда не будет закончен. Дневник открыт, будто его хозяин только отошёл и скоро вернётся, чтобы дописать последние слова. Но вместо них — кровь. Запёкшаяся кровь, каплями застывшая на бумаге. Будто ставит точку в последнем предложении. И множество других точек, не имеющих за собой ничего. Тони проводит по бумаге пальцами, фантомно чувствуя отклик, будто в ответ с той стороны мира Говард Старк делает то же самое, соприкасаясь с пальцами сына. Смахнув слёзы, парень ищет в дневнике день их ссоры. Август. Вот и оно."Когда-нибудь, я уверен, ты прочитаешь это, Энтони. После моей смерти или перед ней — неважно. Важно другое. Я понимаю, что всё это неправильно. Понимаю, что сам шёл против этого. Понимаю, что мы с тобой слишком похожи. Но я очень любил отца и после его смерти хотел вернуть уважение. Чтобы он гордился мной хотя бы там, на том свете. И я гнул его линию, заставляя тебя и себя страдать. Только сегодня я понял, что всё это глупо, так бессмысленно. Зачем устраивать этот цирк, зачем носить маски и врать, в первую очередь, самому себе? Я безумно люблю твою мать, Тони. И безумно люблю тебя. Да, иногда практически всегда я просто отвратительный отец. У меня вечно работа, какие-то дела, встречи и прочая мишура. Но ты бы знал, как я хочу провести с вами время. Поговорить с тобой по душам. Мне безмерно важно наше общение, но, увы, мы оба им не дорожим, как следует.
Прости меня, сын. За всё. За все наши бессмысленные склоки и конфликты. Прости за то, что хотел зачем-то перекроить тебя. Сделай свой выбор сам. Послушай своё сердце. Я это сделал и, надеюсь, ещё успею оставить эти слова не только на бумаге. Прости меня, Тони. И помни. Я желаю тебе лучшей жизни. И больше всего на свете я хочу, чтобы ты был счастлив. Я очень люблю тебя, Тони. И горжусь тем, что ты мой сын."
Примечания:
Уф, ребятки, процесс написания главы был очень муторный и долгий, всё будто мешало закончить мне её. Возможно, это воля судьбы, а возможно, это была длительная подготовка ко дню рождения, который был 2 апреля. Тем не менее, глава готова, и мне хочется сказать, что главным подарком является для меня ваше внимание, ваш интерес к работе и ваша поддержка. Я не устану повторять, насколько важной частью моей жизни вы стали. Я хочу ещё раз поблагодарить вас за всё, а особенно за ваши душевные и эмоциональные комментарии и вывод работы в топы. Это всё сделано только вами. Более 6000 просмотров и 60+ лайков. Вы невероятные. Спасибо каждому, кто читает этот комментарий. Без вас эта работа не была бы такой.
Напоследок осмелюсь попросить зайти в нашу группу https://vk.com/multifandomcok, где я так же творю для вас и стараюсь в свободное время(которого всё меньше) развлекать фандомный народ, в особенности, наш Marvel фд, что беспрестанно кушает стекло. Надеюсь, вам станет веселее и вы улыбнётесь смотря на всё это. Может быть, вам даже понравится.
