Романтика Рейха 4: Субмаринные макароны

На утро Гиммлер не подавал виду, что случилось что-то внештатное. Хотя в каюте творился полный бардак. Герману наверное снился жирненький свиной окорок, поэтому он начал громко и смачно чавкать во сне. Мюллер проснувшись, сразу же закурил сигарету, несмотря на все недовольные взгляды и возмущения о том, что это подводная лодка и курить тут запрещено. Но Мюллер никогда не следовал таким правилам – он позволял себе курить в танке у Пайпера, и разве лодка Дёница чем-то отличалась? Шелленберг недовольно накрылся одеялом с головой – мало того, что навоняли, так еще и свет врубили на всю, выспаться не дадут нормально! Геббельс выглядел так, как будто ночью глаз не сомкнул, а на все вопросы не отвечал ничего, кроме как «Плохо спалось на новом месте». Рейхсфюрер надел парадную форму, которую нашел в своем же чемодане. Хорошо, хоть чемодан оказался рядом! Он также не помнил, каким образом выносил его из дома. Он решил, что Гитлер должен быть неподалеку, хотя бы в соседней каюте. Он причесался и пошел на поиски фюрера. Стыдно признаться, но на подводной лодке он был впервые. Осторожно продвигаясь по узкому коридору, он уже представлял, куда нужно будет бежать, если вдруг внутрь начнет литься вода. Увидев первую же дверь, он постучал. А вдруг фюрер именно там? Внутри послышалась возня, и вскоре двери отворились. На пороге стоял не фюрер, а лучший друг – Гейдрих, в пижаме, на которую наспех был накинут эсэсовский пиджак. - Райни, как же я рад тебя видеть, я думал, я там с ума сойду! Он не стал дожидаться приглашения, и вошел в каюту. - Так… Погоди. Ты сам в каюте тут, как король, а я почему в той общаге оказался? – нахмурился шеф СС и поднял строгий взгляд на друга. - Сам же вчера захотел, Карл тебе предлагал, между прочим, отдельную каюту, а ты сказал мол нет, не хочу отрываться от коллектива, я не римский император чтобы спать как король. Честно говоря, Хайни, я тебя и сам не мог узнать, так ты себя вел странно, - покачал головой шеф РСХА. - Честно тебе скажу – сам не могу понять, что произошло. Но неважно. У меня к тебе вопрос. Важный. Он не мог собраться с силами, чтобы рассказать о своем провале в памяти и быстро думал над тем, как же спросить у друга все, что надо, и не вызвать подозрений. Тот сразу приобрел серьезный деловой вид. - Британия! – воскликнул рейхсфюрер, делая акцент на этом слове. - Да, Британия, - утвердительно ответил друг. Гиммлер сжал кулак и потряс им над головой. Он думал, что будет выглядеть, как Зевс с молниями, но со стороны это выглядело как обычный шаманский танец. Главное что эмоций было много. - И задание фюрера… - он подходил издалека. Вот бы сейчас мастерство Мюллера – сразу бы узнал что к чему, - крутилось в голове, - а так изобретать теперь, с чего начать речь… Гейдрих кивнул, и сложил руки под подбородком. - Что именно хочет фюрер в Британии, как ты считаешь, друг мой? Действительно ли его цель – единственная? Мне почему-то кажется, что его планы простираются намного дальше, - выпалил Гиммлер и сам поразился своей искрометной находчивости. Так незаметно провести такой пируэт! - Что я тебе могу сказать, друг мой, - Гейдрих постучал длинными пальцами по столу, - Я уже думал об этом. И я, конечно ж, понимаю, что фюрер и Руди были лучшими друзьями, и что желание поговорить – естественно, я бы и сам так сделал, улети ты в Британию, например… Он тяжко вздохнул, в то время как Гиммлер все больше и больше удивлялся и даже уже не мог раскрывать глаза еще больше. То и дело он протирал быстро потеющие очки. Вот зачем Британия, все из-за этой дружбы и предательства! - Но у меня есть подозрения, - продолжил Райни, - что фюрер не сможет забыть все это. И ты же знаешь Гитлера, Хайни. Как только они скажут друг другу привет, и как только тот расскажет Гитлеру все, что знает, то тот сразу придумает новый хитроумный план. Да, он помнит о герцоге Гамильтоне, через которого его друг хотел договориться с Черчиллем, и всей Британией как с братской державой. Но тогда нам противостоит Китай, потому что коммунисты поддержат своих красных братьев. Остается надеяться, что Черчилль уговорит и Рузвельта… Ты тоже об этом думал, Хайни? Я правильно тебя понимаю? Гейдрих вопросительно поглядел на собеседника, но тот был в шоке, поэтому грыз ногти и не мог ничего сказать. Так вот зачем они плывут туда! - Да, правильно, - наконец согласился он, и это было лучшее, что он мог сказать, - Но зачем туда едут все? Мы с тобой, Риббентроп вообще зачем нужен – он же ничего не умеет! - Для беседы с герцогом шотландским, чтобы наладить дипломатические связи, и хотя Йоахим в действительности ужасный министр, Гитлер думает, что он очень хорош. Знаешь, Хайни, хотя фюрер говорил, что Руди был не прав, но все-таки смотри как на него подействовало, он взял на заметку эти обходные пути и теперь пытается воссоединить Рейх и Британию. - Да знаю я, знаю, - Гиммлер сделал вид, что и так все ему известно, хотя в голове крутилось множество вопросов. На часах было раннее утро, и попрощавшись с другом, рейхсфюрер решил пойти в каюту, в которой проснулся, и уснуть. Но уснуть у него не получалось – странное волнение мешало настроиться на отдых. Еще и как назло закончилось снотворное! Гиммлер недовольно покрутился и накрыл голову подушкой, чтобы не слышать ярый храп Геринга. И он совсем не догадывался, что именно снотворное – причина его амнезии, и что ему очень повезло, что оно закончилось. Откуда-то заиграл марш авиации. - Хорошо, что с нами не поехал Ширах, а то бы слушали не это, а его россказни, - недовольно проворчал Геббельс, натягивая носки. - А чем вам не угодил марш летчиков? – спросил Геринг, стоя у патефона в углу, отгоняя облачка сигаретного дыма, которые прилетали с кончика сигары Мюллера. - А Зепп бы сейчас про танкистов пел вслух, - заметил Мюллер, который сидел сверху как орел на втором ярусе кровати и наблюдал, кто что делает. Гиммлер открыл глаза и теперь уже при свете лампы смог сам найти свои очки. Какое хорошее утро! - Да спросите лучше, чем не угодил этот номер гостиничный и узкие коридоры лодки, - министр пропаганды лучезарно засмеялся, он любил шутить, но не всегда получалось удачно. Геринг молча закатил глаза, но не стал отвечать, а ведь ему намного сложнее было преодолевать эти узкие проходы. - Скоро завтрак, а где тут столовая, кто знает, геноссен? – спросил он. - Да я бы и сам не против узнать, - ответил Гиммлер довольно, у него сегодня было хорошее настроение, ведь за завтраком все начнут обсуждать новости и планы действий, а он узнает всю недостающую информацию. Шелленберг хихикнул под одеялом, он вспомнил, как они позавтракали в поезде с рейхсфюрером зелеными бутербродами.