Бесконтрольно

Чтобы верить, что всё склеить…

Реджина распахивает дверь еще до того, как Свон успевает нажать на дверной звонок. Они удивленно смотрят друг на друга, словно впервые встретились. На самом деле так и можно считать, они действительно в первый раз столкнулись лицом к лицу. Эмма восхищенно разглядывает лицо Миллс и сразу же подмечает, что маленький шрам над верхней губой совсем не портит красоты брюнетки, а, даже наоборот, придает ей еще больше шарма. А Реджина наконец-то перестает ощущать на своем затылке чей-то прожигающий взгляд, ведь теперь он сканирует ее лицо. И Королеве почему-то доставляет большое удовольствие то, как блондинка буквально впитывает в себя каждую черточку ее лица. Впрочем, и сама Эмма выглядит привлекательной. Роскошные белокурые локоны, подтянутая фигура, накачанные руки, серо-зеленые глаза и фарфоровая кожа. — Мам, мам, — Генри обиженно тянет ее за рукав черного пиджака и заставляет Миллс оторваться от изучения незваной гостьи. — Я пригласил мисс Свон поужинать с нами, ты же не против? — гостья оказывается званой. — Мисс Свон любезно согласилась подвезти меня до дома, и я подумал, что также могу ее отблагодарить, если она наконец-то поест домашней еды. Свон переводит восхищенный взгляд на мальчика, и ее просто разрывает от дикого желания зааплодировать этому маленькому манипулятору прямо сейчас. — Здоровая еда, — добавляет наставительно подросток, — помогает человеку держать себя в тонусе и почти никогда не болеть, — цитирует он слова матери. Реджина смотрит на сына секунду, две, три, пять, а после утвердительно кивает. Она делает шаг назад, освобождая дверной проем и бархатным голосом произносит: — Несомненно, милый, — ее пальцы касаются непослушной копны волос на голове сына и взлохмачивают ее еще больше. — Добрый вечер, мисс Свон. Прошу вас, проходите. — Эмма, — улыбается едва уловимо блондинка. — Меня зовут Эмма. Мисс Свон больше подходило бы, если бы я была вашим боссом или же вы — моим, — она слегка прищуривается, бросая на Миллс многообещающий взгляд. — Это вам, — Свон протягивает женщине букет белых хризантем. — Конфеты, — напоминает ей Генри, плотоядно косясь на коробку с шоколадом. — Получишь их после ужина, — усмехается Эмма, не сводя с Реджины глаз. — Если твоя мама не станет возражать. — Ма, можно мне конфеты? — послушно спрашивает у Миллс подросток. На лице брюнетки читается удивление, ведь сын редко когда в этом вопросе спрашивает у нее разрешения. — Посмотрим, — уклончиво отвечает Королева и приглашает всех пройти к столу. Она ставит еще один набор столовых приборов для Эммы и раскладывает по тарелкам мясную лазанью. Реджина расспрашивает сына о школе, оценках, домашнем задании и даже о планах на эти выходные. Она и Свон одновременно кривятся, когда мальчик упоминает мисс Бланшар, которая воодушевленно агитирует директора школы повесить портрет Эммы на почетную доску. — Теперь я местная суперзвезда, — натянуто смеется блондинка, украдкой смотря на Миллс. — Это правда, — почему-то соглашается с ней Королева. — Все замечали, что мистер Хамберт немного нервный, но до срыва его довести смогли только вы. Она произносит это серьезно и уверенно, но Эмма нутром чует, что в ее словах присутствует тщательно замаскированная издевка. — Будем считать, что вы так выразили свою благодарность мне за то, что я избавила вас от назойливых ухаживаний Грэма, — отвечает спокойно Свон, встречаясь с Королевой взглядом. — Пожалуй, я пойду к себе, — кашляет тихонько в кулак Генри, сползая со стула. — Спасибо за ужин, мама. Эмма, спасибо, что подвезла и составила нам компанию этим вечером. Всем доброй ночи, — он вежливо откланивается и удаляется на второй этаж особняка, понимая, что ответ он явно сейчас не получит, так как женщины увлечены молчаливым противостоянием друг другу. — Прекрасные манеры, — подмечает Свон, продолжая испепелять Миллс взглядом. — Благодарю, — коротко кивает головой Реджина. — Говорят, что вы опрокинули на мистера Хамберта поднос с кофе? — Говорят, что вы продали душу Дьяволу за свою красоту, — парирует блондинка. — И если уж вы так хотели обо мне узнать, то вам стоило обратиться напрямую к первоисточнику, а не подсылать ко мне этого неврастеника, — жестко припечатывает она женщину. — Именно это заставило вас опрокинуть на шерифа кофе? — усмехается насмешливо Миллс. — Технически он сделал это сам, я имею к этому всего лишь косвенное отношение, — хмыкает в ответ Эмма. — Инициатива наказуема, так что Грэма постигли последствия его фальшивого благородства. И потом, это было довольно-таки весело — смотреть, как орет от боли тот, кто пару минут назад угрожал вам пистолетом. Вы так не считаете, Реджина? — Фальшивое благородство? — уточняет женщина, игнорируя вопрос Свон. — Шериф оказался чересчур предсказуем. Когда я отказалась предъявить ему документы, он придумал иной способ, чтобы нарыть на меня информацию, — улыбнулась блондинка. — Отпечатки пальцев на чашке кофе, — догадывается тут же Реджина. — Это многое объясняет. — И, к слову, к нервному срыву Грэма не только я приложила руку, — вздергивает насмешливо брови девушка. — Я просто стала последней каплей. — Что вы хотите сказать? — нахмурилась непонимающе Королева. — Этот парень потратил полтора месяца на ухаживания за вами, но все время получал отказ, — прямолинейно озвучивает ей свою мысль Эмма. — Смею предположить, что его это невероятно злило и однажды он бы просто сорвался. И тогда, кто знает, чем бы все это закончилось для вас обоих. — Уж не намекаете ли вы, мисс Свон, на то, что спасли меня от потенциального насильника-психопата? — цедит сквозь зубы сердито Миллс. Ей не нравятся ни мысли девушки, обличенные в слова, ни даже предположение о том, что Хамберт мог оказаться действительно маньяком. — Я всего лишь хочу сказать, что нам всем повезло, что вся эта история с неустойчивой психикой бывшего шерифа не обернулась сущим кошмаром и была вовремя предотвращена, — поясняет спокойно Свон. — Итак, Генри сказал, что в эти выходные хотел бы посмотреть, как Майкл Тилман чинит автомобили? — Я была бы вам крайне признательна, если бы вы перестали говорить намеками и сразу переходили к сути дела, — промокнув губы салфеткой, холодно сообщила Реджина. — Моя машина нуждается в небольшом ремонте, и я собиралась как раз к нему поехать в субботу утром, чтобы он провел диагностику Ауди, — сказала Эмма. — А так как я не очень люблю, когда в моей машине копаются без моего личного присутствия, то я проведу в автомастерской ровно столько времени, сколько мистеру Тилману понадобится, чтобы привести автомобиль в полный порядок. — Таким образом вы пытаетесь мне сказать, что нам с Генри поехать лучшего всего к Майклу в воскресенье? — откровенно ерничает брюнетка. — Нет, вы могли бы приехать и в субботу, — устало вздыхает Свон, понимая, что Реджина ни капли не пытается облегчить ей задачу. — Наверняка, вам будет скучно наблюдать за ремонтом, поэтому мы сможем развлечь себя разговорами, заодно вы и спросите меня о том, что вам интересно знать обо мне. — А вы, конечно же, попытаетесь пробраться и в мою душу, не так ли? — с издевкой произносит Миллс. — Ну, я могу опросить местных жителей и собрать о вас кучу слухов и ими утешить свое любопытство, но вряд ли из всего того, что мне скажут, будет хотя бы одна пятая правды, — парирует Свон. — Спасибо за ужин, Реджина. Передайте мою благодарность также Генри за приглашение и пожелание ему спокойной ночи, — она встала из-за стола и направилась к выходу из особняка. Почему-то Эмма знала, что Миллс агрессивно отреагирует на то, если она вдруг решит помочь ей на кухне и убрать грязную посуду в раковину или посудомоечную машину. — Всего доброго, мисс Свон, — донеслось ей вслед. Блондинка усмехнулась и бесшумно закрыла за собой входную дверь. Эмма вернулась в гостиницу и сняла номер на ночь. Руби не задавала лишних вопросов, а Бабуля, наоборот, радушно поприветствовала ее, предварительно поругав внучку за то, что та поторопилась подготовить номер Свон к сдаче. На следующее утро девушка первым делом отправилась в цветочный магазин Мо Френча и сделала заказ на доставку цветов на имя Реджины Миллс. Она даже набросала от руки короткую записку со словами благодарности за вчерашний ужин. Цветочник понимающе улыбнулся, когда Эмма озвучила ему заказ и имя получательницы. — Мисс, какие именно цветы? Вы ничего указали, — спросил Мо. — Думаю, розовые каллы вполне сойдут, — ответила Эмма. — Кстати, вы не подскажите, как мне добраться до мистера Голда? — Прекрасный выбор, — одобрительно закачал головой цветочник. — Лавка Голда в конце улицы, самый последний дом. Узнаете по вывеске. — Спасибо, — Свон расплатилась за цветы и поспешила к автомобилю. Она хотела решить вопрос с жильем уже сегодня, дабы дать всем понять, что решила присмотреться к городу и его жителям повнимательнее. Хотя, на самом деле, ей была интересна только Реджина и, может быть, немного Генри, а еще Руби и тот смышлёный парнишка, что приходился сыном судье Спенсеру. Миссис Лукас она тоже включила в список интересных горожан. Колокольчик на двери антикварного магазинчика мелодичной трелью оповестил хозяина о прибытии посетительницы. Сухопарый и пожилой мужчина тут же поспешил навстречу клиентке, ослепительно улыбаясь. — Мисс Свон, доброе утро, — поприветствовал ее антиквар. — Меня зовут Эндрю Голд. Чем могу вам помочь? — В этом городе, наверное, только мертвый не знает меня в лицо, — проворчала Эмма. — Я хочу арендовать дом в городе. — Но я не занимаюсь недвижимостью, — развел руками Голд. — Я держу лишь этот магазинчик. — Не скромничайте, — небрежно отмахнулась от его слов девушка. — Вы совсем не похожи на того, кто занят лишь одним делом и совершенно не интересуется ничем другим. — А вы действительно разбираетесь в людях, — ухмыляется антиквар. — Желаете чашечку жасминового чая? Я как раз заварил его… — Словно знали, что я к вам приду, — хмыкнула Свон. — Впрочем, не откажусь. Мистер Голд… — Просто Эндрю, дорогуша, — перебил ее мужчина. — Проходи сюда, — он махнул рукой в сторону комнаты спрятанной за шторой, а после прошел к входной двери и перевернул табличку на надпись «закрыто». — Не люблю, когда кто-то нарушает мое чаепитие, — пояснил Голд, поймав на себе недоуменный взгляд девушки. — Есть какие-то особые пожелания к дому? — спросил он, доставая с полки шкафа несколько буклетов. — Главное, чтобы он был полностью оснащен, в добротном состоянии и не заброшен, — пожала плечами Эмма. — Хм, — протянул задумчиво антиквар. — Тебе нужен маленький или большой? Палисадник? — Может будет проще, если ты сам что-то выберешь, а мы просто съездим и посмотрим их потом? — предложила Свон, которой совершенно не хотелось тратить свое время на разглядывание буклетов. Она всегда выбирала себе жилье по своим внутренним ощущениям: нравится — не нравится. Дом мог быть симпатичным внешне, но его внутренняя атмосфера оказывалась давящей и не комфортной. — Превосходно, тогда допивай чай и поехали смотреть, — обрадованно хлопнул в ладони мужчина. Ему нравился такой подход гостьи. Мало кто решался довериться выбору и вкусу Голда, поэтому у того никогда не было шанса кого-то изрядно удивить. — Он выставлен на продажу, — сообщил он, когда Эмма, посмотрев один-единственный дом, который выбрал Эндрю, заявила, что готова арендовать его. — Это для общего сведения, если ты вдруг решишь окончательно сюда переехать. — Сколько? — поинтересовалась блондинка и, услышав цену, вскинула изумленно брови. — Что с ним не так? Он же прекрасен, — растерялась она, окидывая особняк восхищенным взглядом. Дом действительно был красив, массивен и выполнен в викторианском стиле. Он имел три этажа, семь огромных спален, большую залу и кухню. На заднем дворе были построены беседки из дуба, вымощенные дорожки к лесу, оснащенные фонарями и цветочными клумбами. Особняк был настолько великолепен, что Эмма влюбилась в него с первого взгляда. — В нашем городе не так много жителей, которым по карману такой дом, да и потом, он создан для большой семьи и требует к себе повышенного внимания и ухода, — пояснил Голд. — Хозяева умерли и дом отошел в управление города, но его содержание обходится слишком дорого, поэтому цена такая низкая. — Тут потребуется домработница, садовник и возможно даже дворецкий, — рассмеялась Свон. — Едва ли я буду успевать спуститься с третьего этажа до того, как звонивший в дверь решит, что дома никого нет. — Разве он того не стоит? — прищурившись, спросил Эндрю. — Ах, да ладно, ты уже и сам прекрасно знаешь, что я куплю его, — фыркнула насмешливо Эмма. — Когда в него можно заселяться? — Я улажу вопрос с мэрией в течение пары часов, после подпишем договор и можешь заезжать, — оповестил ее мужчина. — Хочешь взять его в рассрочку? — Нет, — ответила девушка. — Оплачу сразу и наличными. От подобного заявления глаза Голда моментально расширились. Он, конечно, подозревал, что Свон не из бедных, но кто таскает с собой столько наличных? — Оставь мне свой номер, я позвоню, как все будет готово, — немного придя в чувство, произнес антиквар. К пяти вечера Эмма Свон стала полноправной владелицей особняка на окраине Сторибрука. Она пригласила Лукасов и Миллсов на новоселье в следующую пятницу, а также и самого Голда, даже не догадываясь о том, что Реджина и Эндрю недолюбливают друг друга. Генри обрадовался приглашению, в отличии от своей матери, которая хмуро смотрела на короткое сообщение от Эммы, силясь понять, откуда у той взялся ее номер телефона. — Мы же пойдем, мам? — умоляющим голосом спросил Реджину подросток. — Но пятничные вечера ты проводишь у Ноланов, — напомнила ему женщина. — Мы можем их позвать с нами, Эмма не будет против, — уверенно заявил мальчик. — Может тебе стоит сначала спросить ее об этом, а потом уже приходить к подобным выводам? — раздраженно ответила мать. — Я уже спросил, — улыбнулся очаровательно сын. — Также я узнал, что семейство Спенсеров тоже пригласили, а еще там будут Лукасы, Уэйл, Арчи и Грейс с отцом. — Что-то подсказывает мне, что на этой вечеринке соберется половина города, — бормочет себе под нос женщина. — Большую часть из которых я на дух не переношу. — Кэтрин сказала, что с удовольствием присоединится к нам, — радостно воскликнул Генри, получив от пятничной мамы сообщение. — Вот только Дэвид дежурит в следующую пятницу вечером. — Ладно, — сдалась Реджина, — но мы уйдем оттуда, как только я скажу. — Хорошо, — активно закивал головой подросток. — Ты лучшая, — он обнял мать и побежал к себе в комнату. Обустраиваясь в новом жилище, Свон попутно ломала голову, как лучше организовать вечеринку по случаю новоселья. Ее оптимизм испарился в ту же секунду, когда прошла эйфория от покупки и пришло понимание того, что она ни черта не смыслит в организации праздников или званых ужинов. Подоспевшая служба спасения в образе Руби, предложила взять хлопоты на себя, тем самым освободив блондинку от стресса и переживания. — Будут дети, им тоже должно быть весело, — предупредила ее Эмма, радуясь возможности избавиться от этой обязанности. — Все будет ок, милая, — усмехнулась Лукас. — Бабуля займется готовкой, остальное на мне. Иди и разбирай свои скромные пожитки. Разобрав вещи и прикупив всякую домашнюю утварь, включая полотенца, постельное белье, занавески, салфетки и прочее, Эмма без сил упала на кровать. Сон в мгновенно обнял блондинку. Проснулась она около девяти утра и, испив чашку чая, направилась в автомастерскую Тилмана. — Мисс Свон? — удивился Майкл. — Я ждал вас еще вчера… — Вчера? — недоуменно посмотрела на него девушка. — Мы же договаривались с вами на субботу. — Все верно, — кивнул утвердительно мужчина. — Она была вчера, а сегодня воскресенье. — Не может быть? — ахнула ошарашенная блондинка. — Я проспала больше суток. Миллсы приезжали вчера? — Да, и Реджина выглядела крайне недовольной, а вот Генри с радостью мне помогал чинить грузовик Дэвида, — поведал ей механик. — Черт побери, я так замоталась с этим переездом, что просто спала без задних ног, — растерянно почесав подбородок, пробормотала Свон. — Оставляю вам машину, Майкл. Позвоните мне, как почините ее. — Конечно, мисс Свон. Кстати, поздравляю вас с покупкой дома, — добродушно улыбнулся Тилман. — Спасибо, вы же придете? — спросила вежливо Эмма. — Если вы настаиваете, — скромно потупил взгляд мужчина. Его редко куда приглашали, он хоть и был отзывчивым и приятным человеком, но не мог похвастаться огромным количеством друзей. — Безусловно, детей тоже приводите, — ответила Свон. — Гензель и Гретель, кажется? — Да, — выдохнул счастливо механик, обрадованный тому, что Эмма помнит, как зовут его детей. — Благодарю вас за приглашение, мы непременно будем. До встречи, мисс Свон. — Всего доброго, Майкл. Мо Френч был крайне удивлен, когда в его лавку завалилась запыхавшаяся девушка и сделала заказ на доставку Реджине Миллс очередного букета цветов. Только в этот раз цветком, выбранным Эммой, была рута. Мо знал, что рута означает раскаяние, но не мог и подумать, что Свон буквально за три дня успеет напортачить настолько, что ей придется извиняться перед Королевой Сердец. — Извинения стоит приносить лично, — упаковывая букет в красивую обертку, произнес Френч. — Я пока еще не готова принять яд королевской кобры, — усмехнулась криво Свон. — Вы бы не могли ей отправлять такой же букет вплоть до пятницы? — Записка? — интересуется с усмешкой Мо. — Одной вполне будет достаточно, — Эмма протягивает ему карточку, на которой ручкой написаны извинения и ее сожаления. Мистер Френч исправно доставляет букет каждые следующие шесть дней в одно и то же время. Кабинет Миллс уставлен рутами. Генри не перестает спрашивать у матери от кого цветы, но та отмалчивается, бросая сердитый взгляд на букеты. Реджине не нравится подход Эммы, она не принимает извинения и комкает записку, в которой лишь короткое «Прости, мне очень жаль». Этого недостаточно для того, чтобы сердце Королевы растаяло и злость прошла. Ей хочется швырнуть цветы Свон прямо в лицо, однако воспитание и здравый смысл удерживают ее от подобной оплошности. — Если они тебе не нравятся, то мы можем сжечь их в нашем камине, — предлагает Генри, когда мистер Френч доставляет матери очередной букет, а та смотрит на них с таким презрением, что те начинают вянуть прямо на глазах. — Обязательно, если это продолжится, — произносит Реджина, опуская цветы в вазу с водой. — Или кончится, когда ты уже наконец-то примешь извинения, — парирует мальчик. — Что? — поймав на себе вопросительный взгляд матери, говорит он. — Я спросил у мистера Френча, что это за цветы и что они означают. Кто-то явно искренне раскаивается в своей ошибке, раз тратит столько денег на все эти букеты. — Извиняться через цветы можно только в том случае, когда у человека нет возможности попросить прощения лично, — качает головой Миллс. — Значит ли это, что у тебя появился очередной поклонник, который пригласил тебя на свидание, но не пришел? — любопытствует подросток. — Если да, то сначала выслушай его объяснения, а потом уже поступай так, как считаешь нужным. — Мне дает советы собственный сын, — смеется Реджина. — А что, если я скажу, что этот человек нравится тебе, но не мне? — О! — удивленно протягивает Генри. — И что же Эмма успела натворить такого, чего ты ей не можешь простить? — С чего ты взял, что это мисс Свон? — хмурится Королева. — Боже, мам, это простая логика. На вашу первую встречу она принесла хризантемы, что означают уважение и уверенность в безупречности, потом были каллы, которые подразумевают под собой высшую степень восхищения, а теперь рута. В этом городе, кроме Френча, в цветах еще знает толк Эмма. Может быть и Голд, но сомневаюсь, что именно он посылает тебе цветы. — Она обещала, что приедет в субботу, привезет свою машину на ремонт, — несвязно объясняется Реджина. — Это было ее предложение, которое она не сумела реализовать. — А причины? — Какая разница, если она хотела провести с тобой время, но не выполнила обещанного? — хмурится брюнетка. — Со мной? — хохочет Генри. — Если уж на кого и запала Эмма, так это на тебя. И все эти букеты говорят только о том, что она извиняется перед тобой. Просто поговори с ней, уверен, что у нее есть объяснение. Реджина хочет возразить, но продолжает молча смотреть на сына. ***