Бесконтрольно

Мы мыслим, а, значит, готовы к ошибкам.

Миллс оказалась права, в особняке находилась добрая половина жителей Сторибрука, большую часть из которых она тихо ненавидела. Ненависть была обоюдной, но конфронтация пребывала в состоянии молчаливого презрения к друг другу, так что остальной части города не приходилось отсиживаться за крепкими дверьми, пока кто-то выяснял отношения на высокой ноте. Как только они приехали в дом Свон, Генри тут же покинул мать, буквально повисая на ошарашенной блондинке. Он, подобно обезьяне, вскарабкался к ней на руки и теперь обеими руками крепко обнимал ее за шею, что-то восторженно шепча Эмме на ухо. Девушке понадобилось около десяти секунд, чтобы прийти в себя и обнять мальчика в ответ, ласково целуя его в косматую макушку. Они удалились вглубь дома, заставляя остальных гостей изумленно смотреть им вслед. — Что это на него нашло? — хмурится недовольно Кэтрин, которая бесшумно подошла к Миллс. Реджина отчетливо улавливает в ее голосе нотки ревности. — Полагаю, что мой сын нашел еще одну пятничную подругу, — произносит Королева, скрывая ехидную ухмылку за стеклом бокала с вином. Миссис Нолан собирается ей что-то ответить, но в залу возвращается счастливый подросток, позади которого идет не менее довольная Свон. Генри подносит деревянную свистульку к губам и начинает наигрывать какую-то мелодию, при этом ужасно фальшивя. — Парень, на задний двор, играть только там, пока не научишься, — строгим голосом говорит Эмма, но продолжает сохранять улыбку на лице. Мальчик мчится на задний двор и плотно закрывает за собой двери. — Что это? — холодно интересуется Королева. — Подарок Генри, я попросила Джеппетто выстругать ему свистульку, — беспечно пожимает плечами Свон. — Чуть позже я ему дам несколько уроков, чтобы он не наносил урон нежному слуху окружающих, — смеется довольно девушка. — Она мне не нравится, — шепчет Кэт на ухо Миллс, которую даже заметно передергивает от столь близкого контакта. — А больше похоже на подкуп, — возражает Реджина, делая от Нолан пару шагов в сторону. — Вы так пытаетесь извиниться перед ним за субботу? — Вы все еще злитесь, — вздыхает блондинка, сокращая между ними расстояние. — Если вы обещаете не плеваться ядом, то я извинюсь лично. — Я соврала, она мне нравится, — раздается снова возле правого уха Миллс шепот Кэтрин. — Оставь нас, — рычит на нее Реджина, которую нервирует вторжение в ее личное пространство. Кэт испуганно дергается и с обиженным видом удаляется прочь. — Может моего и сына легко подкупить… — С вами будет непросто, — признается вслух Свон. — Почему всем ослепительно красивым женщинам обязательно нужно быть такими стервами и злюками? — Потому что красивые женщины никогда не достаются слабакам, мисс Свон, — надменно парирует Реджина. — Этот переезд изрядно меня вымотал, так что я больше суток проспала без задних ног. И мне действительно жаль, что беспечно и чересчур самоуверенно положилась на свою выносливость, но… — В конечном итоге, у каждого человека есть своя грань возможностей, — перебивает ее спокойный голос Голда. — Добрый вечер, Реджина. — Эндрю, — коротко кивает ему Королева, попутно одаривая презрительным взглядом. — Как обычно суешь нос не в свои дела? — Ты сегодня на редкость сдержанна, дорогуша, — смеется противно антиквар. — Может, еще по бокалу, и мы в очередной раз поупражняемся в витиеватых оскорблениях друг друга? — Хей, Эндрю, почему бы тебе не пригласить мисс Френч на танец? — вмешивается в их диалог Эмма. — Кажется, Белль совсем одиноко на этом вечере, даже ее отец и тот вальсирует с Бабулей. — С чего бы этой молодой и красивой леди тосковать в одиночестве? — вскидывает удивленно брови Голд, тут же забывая про Миллс. — С того, что она отвергает все предложения и ждет кого-то особенного, — закатывает глаза Свон. — Шагай уже, старый прохиндей, и даже не смей ворчать о том, что не умеешь танцевать или Белль тебя ненавидит, — добавляет она. — Весь город и так уже судачит и там и сям, что вы влюблены в друг друга. — Я думал, что тебя совсем не интересуют местные сплетни, — усмехается криво мужчина. — Ага, настолько, что я просто не заметила, как вы постоянно смотрите друг на друга, — смеется блондинка. — Так, я серьезно, Эндрю, иди уже, у меня приватный разговор с Реджиной. — Так она точно мне не откажет? — опасливо уточняет Голд, на что Миллс и Свон тут же насмешливо фыркают одновременно. — Ладно — ладно, я все понял, — он поднял руки в примирительном жесте. — Наслаждайтесь вечером, дамы. — Итак, когда нас наконец-то никто не отвлекает, могу ли я извиниться перед вами? — делая жалобные глазки, спрашивает Эмма. — Цветы лишь были способом немного сгладить мою вину, но, в конечном итоге, о том, как мне жаль, я должна вам сказать лично. — Какую цель вы преследуете, мисс Свон? — холодно спрашивает Королева, отнимая у проходящий мимо Руби бокал вина и залпом его осушая. Лукас секунды три смотрела на нее округленными глазами, а после выдернула из рук Лероя фляжку с виски и, фыркнув, гордой походкой направилась к танцующей толпе. — Эмма, черт подери! — знакомый голос перекрыл басы музыки, и все присутствующие уставились на проем входной двери. — Пропустите его, — крикнула нанятым охранникам Свон. — Какого лешего? — взбешенно рычит Галлахер, поправляя измятый пиджак. — Ты хоть представляешь, как я волновался, когда ты внезапно исчезла? Даже записки не оставила! Как так можно, Эмма? Меня чуть инсульт не хватил! Мы вместе уже одиннадцать лет! — кричит он, а Реджина от его слов делает несколько шагов назад. — И ты просто послала все к черту. Мы же семья, Свон! Неужели я не заслужил даже пары строк от тебя? Ты просто бросила меня! Уехала непонятно куда, пока мое сердце разрывалось на части. Я уже немолод, милая, но тебя видимо ни капли не беспокоит здоровье твоего престарелого друга! — упрекнул ее Питер. Миллс почему-то облегченно выдыхает, услышав, что этот незнакомец друг Свон, а не ее муж или бойфренд. — Пит, я оставила записку, — хмурится непонимающе Эмма. — Я знала, что ты приедешь, как только поймешь, что мой номер недоступен. Ты должен был увидеть белый конверт, который лежал на тумбочке для писем с твоим именем. — Знаешь, что я увидел, когда приехал в твой дом? — негодует адвокат. — Лилит, которая невозмутимо упаковывала твои картины в коробки! — Что? — нижняя часть челюсти блондинки здоровается с паркетом особняка. — Как она вообще попала в дом? — Наверное, тебе стоило сменить коды на сигнализации после вашего с ней… — Питер осекается, настороженно косясь на Миллс. — Мы можем поговорить наедине? — Превосходная идея, Галлахер, — язвит Эмма. — Иди за мной. Боже, в этом городе никто меня не знает, — она нервно стучит пальцами по дубовому столу в своем кабинете на втором этаже. — Этот город просто живет за счет сплетен, — истерично смеется девушка. — Однако, их заботят только собственные соседи… Как ты вообще нашел меня? — Ты купила дом, — угрюмо оповещает ее Питер. — Пару дней назад Элла принесла мне бумаги, где находился и договор о покупке какого-то особняка на твое имя. Как твой личный юрист, я получаю все документы, которые так или иначе связаны с приобретением какой-либо недвижимости. — Господи, — Свон закрывает ладонями лицо и смеется. — Я заплатила наличными, но совсем прошляпила тот момент, когда Голд говорил о том, что этот дом принадлежит администрации Сторибрука. Само собой, они тут же нашли все данные обо мне и направили договор тебе. Ты позволил Лилит забрать мои картины? — спросила она. — Нет, конечно, — хмурится Галлахер. — Я пригрозил ей полицией и буквально вышвырнул из дома. — Что она сказала тебе? — Что ты разрешила ей забрать все картины, — передернул плечами мужчина. — Значит, она нашла мое письмо первой, — осеняет догадка Эмму. — Блядь, она такая сука! — взревела яростно блондинка. — Почему Пейдж просто не может оставить меня в покое? — Потому что ей нравится доставлять тебе боль, она - скрытая садистка, — бормочет Пит. — Идем, — Свон протягивает ему руку, глаза ее наполняются бесноватым светом. — Здесь много странных людей, но ты просто очаруешься ими и этим городком. Постарайся, не упоминать мою бывшую жену. И особенно подбирай слова, когда я представлю тебя Реджине. — Нем, как могила, — усмехается адвокат, принимая ее ладонь. Эмма представляет его, как своего старинного друга из Вашингтона. Гостьи тут же облепляют Пита, как мухи, расспрашивая о столице Америки. Галлахер с огромным удовольствием рассказывает им последние новости. — Какое счастье, что вы не додумались подарить всем детям по свистульке, иначе бы это был не вечер, а самая настоящая каторга, — жалуется ей Кэтрин, всучив Эмме бокал шампанского. — Спасибо, но я не пью, — Свон отставляет алкоголь на ближайший столик. — Так вы решили приударить за Реджиной? — невозмутимо спрашивает ее Нолан. — Приударить? — удивленно смотрит на нее девушка. — Я не собираюсь никого бить… — Я не говорю о насилии, — давится вином собеседница. — Вы ухаживаете за Джиной? — И ни за каким джинном я тоже не ухаживаю, — хмурится Эмма. — О, Генри, — радостно восклицает она. — Пригласишь эту милую леди на танец? — Конечно, — улыбается в ответ подросток, пряча свистульку в карман брюк. — Позвольте вас пригласить, синьора? — обращается к Кэт с очаровательной улыбкой он. — Без сомнений, мой маленький принц, — елейным голоском отвечает ему Нолан, ухватившись за руку своего юного кавалера. — Мы сразим всех наповал. — Боже, не приведи, — бормочет себе под нос Эмма, глядя им вслед. Она взглядом разыскивает Реджину и находит ее рядом с Белль и Голдом, которые обнимают друг друга. — Наконец-то, еще один демон обрел покой, — усмехается девушка, протискиваясь сквозь толпу навстречу брюнетке. — Реджина, потанцуете со мной? — спрашивает она, видя, как приклеенная улыбка с нескрываемым облегчением сползает с лица Миллс. — Вам стоило сделать это раньше, прежде чем Френч попросила меня стать ее подружкой невесты на свадьбе, — шипит недовольно на ухо блондинке Королева. — Вот как? — изумляется Эмма. — Пару танцев — и они уже спешат лететь в Лас-Вегас. — Не понимаю, чем вы заслужили такую честь, но Голд собирается вас сделать первым свидетелем со своей стороны, — хищно склабится Миллс, кружась в танце. — Вы так умело выпытываете мои секреты, что в скором времени мне придется придумывать новые, — хмыкает Свон. — Отстранение Грэма — и вот вы уже стали желанной гостьей практически во всех домах Сторибрука, — тянет раздраженно Королева. — Но не в вашем? — уточняет блондинка. — У вас уже есть собственный дом, — хмурится Реджина, выбираясь из ее объятий. — Мне нужно отойти. — Прям-таки, — склабится Свон, возвращая Королеву в кольцо своих рук. Она утягивает ее на террасу, которая пустует в лунном свете ночи. — Сначала я тебя поцелую, а потом приглашу на свидание, — Эмма пристально смотрит на женщину, не оставляя ни одной из них возможности для побега. — Я залеплю вам пощёчину, — сообщает ей глухо Миллс. — Ты можешь ударить меня, но только не по лицу, — тихо произносит Свон, наклоняясь к губам спутницы. Она увлекает Реджину в страстный и пылкий поцелуй, щедро снабжая его гаммой эмоций, что горячат ее кровь. — Ваши извинения приняты, мисс Свон, — хрипло говорит Королева, когда Эмма отстраняется от нее. — Но впредь, сначала приглашайте девушку на свидание — и только потом целуйте. Эмма смеется и продолжает счастливо хохотать, когда двери на террасе закрываются за спиной Миллс. Она уверена, что брак с Лилит был необдуманным поступком. Что она никогда не любила ее, что это была лишь страсть, которую они обе ошибочно приняли за влюбленность. Что-то царапается и скребется о грудную клетку Свон, которая прижимает подушечки пальцев к своим губам, словно пытаясь спрятать их от ветра, что холодным порывом обдает ее разгоряченное тело. Она не желает разделять с ним свой первый поцелуй с Королевой Сердец. Эмма хочет утолиться им до саднящего горла осадка. Она просто мечтает запечатлеть это соитие губ не только в своей памяти, но и сохранить часть его волшебства на своей террасе.