Обратный отсчет

В метро людей немного, но достаточно, что бы Чимин почувствовал себя в безопасности. Он старается не думать о странном разговоре, который успел услышать, прежде чем спустился на бег и вставляет в уши наушники. Он вообще старается не думать о сегодняшнем происшествии, когда включает плеер и прикрывает глаза, позволяя вагону увозить себя все дальше от этого злополучного моста. Нервы шалят, и его немного колотит адреналином, поэтому по приезду домой Чимин забывается в компьютерной онлайн игре, расправляясь с кровожадными монстрами и выполняя миссии своего клана. Так он и залипает в экран, пока часа в два ночи не обнаруживает себя задремавшим в компьютерном кресле. Чимин лениво переползает в постель, не удосужившись даже умыться и раздеться. Он плюхается поверх одеяла в домашней футболке и растянутых спортивных штанах и вырубается почти сразу, оставляя прошедший день позади.

***

— Ну, как? — восторженный и бодрый голос не узнать невозможно даже со сна. — Что как? — Как на свидание сходил? Или вы… — Чимин слышит на том конце чужую ухмылку, но он даже злиться не может, потому что просто хочет спать. — Никак, она не дождалась меня, пока я торчал в пробке. Кажется, Хосок умер от удивления и оставит наконец Чимина в покое досыпать, но нет, это лишь показалось, потому что скорее всего его друг просто крайне удивился, поэтому его молчание продлилось несколько секунд, прежде чем он начинает смеяться и сообщает очевидное. — Ну и лох же ты, — тянет Хосок. — Отвали, — Чимин отключается, откидывая телефон на подушку и ворочается в кровати, пытаясь устроиться удобнее, но упущенный сон не идет не при каких обстоятельствах, не смотря на то, что всего семь утра. Отлупить бы Хо за ранние звонки в воскресенье. Интересно, существует ли уголовная ответственность за то, что разбудил человека ранним звонком без важной на то причины? Чимин валяется еще где-то около часа, пытаясь приманить к себе сон, но тот безвозвратно ускользает в уходящую ночь, и парень наконец лениво разлепляет глаза, жмурясь от проникающего в его комнату луча солнца, что словно нарочно светит в глаз. — Ну что, хорошо спалось тебе, похититель душ? Если бы Чимин стоял, то челюсть, следуя законам физики, непременно бы упала вниз, но Чимин лежит, и потому лишь давится внезапным приступом нервного кашля.

***

Пару месяцев назад скажи кто-нибудь Чимину, что он будет видеть приближение смерти к другим людям, он бы посмеялся, посмотрев на собеседника как на идиота, и попросил бы не болтать чепуху. Если бы на прошлой неделе ему бы сказали, что его почти постоянным спутником станет демон (он гордо величает себя жнецом), а его самоназванным наставником станет ангел, который на ангела то не шибко тянет, он бы точно покрутил пальцем у виска и держался бы от такого психа подальше. Но как показывает практика, никогда нельзя рубить с плеча, потому что будущего никто не видит. И тех тайн, что вселенная нам приготовила, не узнать заранее. Но Чимину, к сожалению, никто подобного не говорил и не предупреждал. Иначе он бы хоть немного подготовился. — Как ты можешь пить эту гадость, я не понимаю, слишком сладко же, — Чимин шипит в ответ и отодвигается от слишком близко придвинувшегося парня, который нюхает содержимое чиминового стакана, и со стороны все эти движения скорее всего выглядят странно, потому что никто кроме Чимина этого парня не видит. — Это какао, — бубнит Чимин и кусает сырный конвертик. У него сегодня поздно лекции заканчиваются, поэтому перекусить хорошенько не помешает. Брюнет в ответ хмыкает и пожимает плечами. Чимину не нравится что за ним следят таким вот наглым способом даже не спросив разрешения, но ничего сделать он не может, потому что причин как минимум две: первая — от прилипшего к нему клейма «похититель душ» так просто не избавиться, хотя Чимин даже не понимает, в чем собственно его вина; а вторая — демон жуть какой красавчик, и Чимину немного льстит такое его полное присутствие в его жизни. И нисколечки не страшно даже, хоть и напрягает конечно, все же жнец за его спиной — это не то, чего Пак больше всего ждал от этой жизни. И еще проблема: у Чимина не получается уговорить не следить за ним хотя бы дома, ведь дома он привык отдыхать в одиночестве. Но Юнги непреклонен, поэтому прямо сейчас после буфета следует за Чимином в мужской туалет (хотя бы у Чимина дома он этого себе не позволяет). — Так, — оборачивается Чимин и скользит взглядом по коридору, что бы не услышал никто его болтовню с «самим собой». — Тут постой, не зачем за мной в уборную переться. — Ты планируешь побег? — Юнги щурится с подозрением. — Мне больше делать нечего, — вздыхает он.- Тем более это невозможно. — Рад, что ты это понимаешь. — Но я хочу., — уши Чимина краснеют немного, а Юнги непонимающе смотрит на него строго и недоверчиво. — Я не хочу, чтобы ты стоял и смотрел так, пока я… — Что я там не видел? — наконец до демона доходит причина смущения его спутника и он заливается хриплым смехом, поднимая руки вверх. — Окей, жду тут. Он садится напротив двери на подоконник и насмешливо подмигивает, а Чимин задается вопросом, что бы было, если бы демон, что сидит сейчас за дверью и ждет Чимина был бы девушкой? Испытывал бы Чимин такой же подозрительный трепет при взгляде на это существо, или ощущения были бы другие? Возможно ли, что демоны вообще существа бесполые, и если да, то почему Юнги обернулся именно парнем? А потом его несет немного не в ту сторону, и Чимин размышляет над первичными половыми признаками. Когда после многочисленных вопросов без ответа Чимин задумчиво моет руки и выходит из уборной, подоконник пуст и Юнги нигде нету, и Чимин бы вздохнул с облегчением, если бы на все окно напротив не красовалась надпись кровью (Чимин в принципе не сомневается, что это просто умело подобранный тон краски): У меня дела, вернусь позже. Ты никуда не сбежишь. А ниже более мелкими буквами: П.С.: ты в курсе, что жнецы могут видеть через стены если захотят? ~ Мимо проходящие студенты с волнением и удивлением поглядывают на жутковатую надпись на окне и косятся на Чимина, что стоит возле двери в туалет с алеющими ушами и, то ли от злости, то ли от смущения, с места сдвинуться не может.

***

— Ты точно ангел? — Чимин недоверчиво наблюдает за Тэхеном, пока тот пускает ментальные слюни на приближающего к ним Хосока. Чимину, честно говоря, уже почти плевать кто из этих двоих с ним болтается. Сегодня очередь Тэхена, хотя ему иногда кажется, что Тэхен таким образом просто отлынивает от своих прямых рабочих обязанностей. Он скептично хмыкает, позволяя с каждым днем все больше вольностей в общении с этими ребятками. — Ты не выглядишь праведником или кем-то вроде этого. — Ты думал я обет безбрачия храню? — Тэхен улыбается совершенно идиотской улыбкой и тут же затыкается, когда к Чимину и его невидимому для окружающих спутнику приближается Хосок со спортивной сумкой за плечами. Он смотрит сквозь стоящего напротив него ангела и улыбается Чимину. — Привет. Чо как? На тренировку идем? — Чимин в ответ дружелюбно кивает и подхватывает свою спортивную сумку с пола. Они сегодня чуть ли не с боем выбили себе тренировочный класс с новеньким ремонтом, зеркалами в пол и хорошей аппаратурой — единственный такой в этом корпусе. Поэтому конечно Чимин идет. Тем более нога почти не беспокоит последнюю неделю, как раз с тех пор как ему повстречались ангел и жнец. Если уж ему суждено жить, то он будет делать все, что делал ранее, делая вид, что ему плевать с высокой колокольни на фигню, что творится в его жизни. Раньше Чимин как раз так и делал. Вечернее солнце заглядывает в окна университетского коридора, по которому они идут в танцевальный класс. Чимин задумчиво шагает следом за своим другом, а чуть позади плетется Тэхен, что без крыльев и сверкающего нимба над головой, одет в обычные черные джинсы с дырками, высокие ботинки, рубашку светлую и пальто бежевое с разбавляющим весь его образ ярким полосатым шарфом едва ли не всех цветов радуги. Наверное, если он внезапно взмахнет крыльями, то непременно запутается в этом своем шарфе. Тэхен на ангела не похож совсем — Чимин укореняется в своем мнении во время их последующих встреч. Тэхен на демонёнка больше смахивает: шумный, болтливый, глупый местами, и иногда делает очень не ангельские вещи, одна из которых — подглядывать за Хосоком в раздевалке и в душе после их тренировок. Где такие ангелы берутся, Чимин не понимает. Ругаться бесполезно, потому что Тэхен совершенно не слушает то праведное и благоразумное, что пытается ему втолковать Чимин. Тэхен, определенно, на ангела не похож. Он похож на совершенно обычного человека: со своими вредностями и глупостями, с оригинальным вкусом на окружающие вещи, но при этом не критикующий все и вся, как это делает брюнет. И Чимин вполне допускает, что если бы Тэхен был студентом с его потока, он бы смог с ним подружиться. С Юнги же все сложнее. Чимин иногда даже не уверен, жнец ли он, или демон-искуситель. Он не трогает Чимина, не говорит почти ничего превышающее его полномочия «надзирателя». В отличии от Тэхена на контакт почти не идет. Только подшучивает над Чимином и заставляет его краснеть при любых ситуациях, которые смущения не должны подразумевать. Чимин все не может забыть ту оставленную надпись на окне, но ведь это был просто ответ на то, что Чимин попросил его остаться за дверью, и ничего более, верно же? Во всяком случае, интерес он к Чимину не проявляет. И не объясняет ничего. Никто из них ничего не объясняет. Ведь, если задуматься, Чимин общается с ангелом и жнецом, с какого перепугу то? Он что, реально избранный какой-то, и Хосок был прав насчет супер способности после удачного спасения от смерти? — Глупости все это, — себе под нос вздыхает Чимин, разминаясь и разогревая мышцы. — Что? Ты что-то сказал? — кричит с другого конца зала Хосок и возвращается с пультом от музыкального центра на центр зала и кладет его недалеко, начиная разминаться вслед за Чимином. Чимин отрицательно машет головой, поглядывая краем зрения на Тэхена, что сидит сейчас на полу скрестив ноги и со скучающим видом смотрит в пустоту вместо собственного отражения в зеркале. Он сидит спиной к ним с Хосоком, но у Чимина есть определенная способность улавливать настроение окружающих, не волшебный дар, просто чуткость, наверное, и сейчас он чувствует волны грусти исходящие от сгорбившейся на паркетном полу фигуры. — Мне не грустно, просто жаль немного, что не могу видеть себя красавчика в зеркале, — шутит Тэхен, но Чимин по его дрогнувшему голосу понимает, что все не так просто. Однако незаметно кивает, зная, что ангел его «услышит». На самом деле Чимин даже не удивляется, что Тэхен отвечает ему на его не озвученные мысли, хотя сама суть пугает. Интересно, Тэхен может читать все мысли? Чимин старается сосредоточить свое внимание на занятии и пошире развести ноги в шпагате, чувствуя как горят мышцы, морщится, разминая пальцами мышцы. — Не все, только те в которых есть упоминание обо мне, — и Чимин тут уже усиленно начинает думать о пони, проверяя сказанные Тэхеном слова, тот лишь ухмыляется и, поворачивая голову к Чимину, подмигивает. Чимин пытается не думать вообще не о чем, но палится, вспоминая невозмутимое лицо Юнги, когда тот зачем-то копается в шкафу Чимина в поиске, как его «надзиратель» выразился, «подозрительных вещичек» и находит надежно спрятанные наручники, обрамленные розовым мехом. Их Чимину подарили на совершеннолетие дурацкие друзья, честное слово, он не при чем. И вообще он был уверен, что выбросил их вместе с коробкой, и откуда они взялись в его шкафу вновь — одному Богу известно. Чимин красный, а Юнги ржет. Чимин чувствует себя самым большим неудачником на этой планете.

***

— Я очень рад за тебя, бро, это так круто, — восторженно лепечет Чимин, поднимая очередной стакан с обжигающим горло спиртным и делая глотки, один за другим. В груди вместе с радостью за друга улавливает неприятное ощущение зависти, обжигающее горло вместе с горячительным, хотя успех Намджуна все вполне естественен, потому что Чимин на прослушивание не попал даже. Его шанс будет только в следующем году, наверное. Хосок, впрочем, тоже не прошел. Но тому наверняка обиднее, потому что он метил в рэперы наравне с Намджуном. Но почетным словом «трейни» зовется теперь только последний. Тренировки начинаются с завтрашнего дня и, наверняка, своего друга они теперь будут видеть редко. — Университет бросишь? — вид у Хосока не расстроенный совершенно, он уплетает мясное блюдо, не поднимая глаза на собеседников. — Нет, доучусь. Только занят сильно буду, — меланхолично вздыхает Джун и кивает официантке, что принесла в их комнату еще одно из заказанных ранее блюд и несколько бутылок соджу. — Сегодня плачу я. — Круто! — радуется халяве Хосок. А Чимин откидывается на диванную спинку, чувствуя как нетренированный организм быстро пьянеет, он лениво жует закуску и улыбается в ответ болтающим друзьям, кивает им иногда, пьет, когда наливают, а голова кружится все сильнее, размывая блики светомузыки в этой комнатке в бешеную карусель. Намджун включает музыку и микрофон, на экране появляются первые строчки популярной лирической песни. Хосок подскакивает к нему на импровизированную сцену перед экраном и хватает бубен, что от ударов в такт музыке начинает мигать разноцветными огоньками. Джун ужасно поет, интересно, будут ли делать из него универсального артиста, но Чимин уверен заранее, что такая идея будет обречена на провал. Чимину хочется тоже спеть, что бы показать как надо, но он лишь мотает головой, когда Хосок пытается вытащить его из-за стола и втянуть в шутливый медленный танец. А еще Чимин почему-то чувствует себя одиноко. Поэтому опрокидывает в себя еще один стаканчик соджу, дополняя свое и без того дерьмовое самочувствие новыми красками. — Зачем столько пьешь, если не умеешь это делать, дурень? — Пак слышит за спиной знакомый голос, но не оборачивается, вцепившись в умывальник и так и стоит, наблюдая за стекающей горячей водой и паром, что поднимается к самому лицу и обдает влажным теплым воздухом. Чимина покачивает на волнах, и ощущается все довольно дурно и странно, а в голову словно напихали кучу несвязных мыслей, но раз до уборной он дошел, пройдя несколько метров от их комнаты, значит все не так плохо. Чимин в своих физических силах уверен, как обычно. Но он даже не пытается загадывать, насколько убого выглядит в глазах стоящего позади него парня. Чимин зажмуривается, набирая в ладони прохладную воду и ополаскивая свое лицо, в попытках хоть немного привести себя в чувства. Дверь внезапно с громким хлопком распахивается, и в помещение уборной буквально вваливается Хосок, издает радостный звук при виде Чимина и, судя по всему, отвлекается на друга, забывая зачем зашел. — А чего ты тут? Мы заждались! Пойдем петь нашу любимую песню срочно, — он налетает на Чимина и утыкается острым подбородком тому в плечо, а одной рукой приобнимает за шею со спины и так и повисает на парне. Чимин любит скиншип впринципе, да и что в общем то плохого в пьяных дружеских обнимашках? Единственное, что сейчас его беспокоит, это собственная неустойчивость, и угроза показать содержимое желудка. Хосок своим весом и нетерпеливыми покачиваниями вносит ощущение карусели, и Чимину резко плохеет. Он цепляется в умывальник в попытках удержаться и думает, что время для объятий не самое удачное. Но Хосок не замечает состояния Чимина и продолжает трясти его. За спиной раздается недовольный рык и, кажется, даже Хосок вздрагивает немного, настороженно оборачиваясь. Взъерошенного и слегка красного от злости Юнги он конечно же не видит. — Пошли, — говорит уже тише Чимину и тянет его за запястье к выходу, прекращая дергать его. Его самого заносит и он едва не стукается лбом о дверной косяк. Однако во время сработавший встроенный навигатор в режиме «алкогольное опьянение» работает у Хосока пречудеснейшим образом. Он ловко уворачивается вместе с Чимином и толкает дверь ногой, почти вываливаясь в неоновый полумрак узкого коридора. — Пойду, — то ли Хосоку отвечает, то ли Юнги сообщает, озорным и затуманенным взглядом на брюнета глянув напоследок. Чимин одиноким себя уже не чувствует, хотя перспектива еще год ждать прослушивания ему конечно не улыбается, но по крайней мере Юнги вернулся, хотя четыре дня о демоне не было ни слуху ни духу. И не понятно, из-за чего Чимину было грустнее больше. Чимина уже подмывало пройтись по самым злачным местам и спасти кого-нибудь, только бы Юнги вновь ходил за ним хвостиком и бубнил. Тэхен так же почти не появлялся, но объяснял это тем, что работы много навалилось. И хотя с Тэ было достаточно весело болтать, скучалось почему-то больше по молчаливому и угрюмому Юнги.

***

Погода выдалась на редкость дождливой. Сеул заливает второй день противным дождем, который Чимин ненавидит всеми фибрами своей души, потому что обычно в дождливую погоду у него раскалывается голова. А теперь еще и нога ноет из-за относительно недавней травмы. Парню даже лень вставать с кровати и что-то готовить, когда в окна стучит затяжной дождь. К счастью, выходные. Чимин надеется, что воскресенье унесет эту нехорошую погоду с собой в забытье, и новая неделя будет полна солнца и тепла. Друзья, в отличии от Чимина, все в делах. Даже Хосок, что кроме танцевального класса редко где задерживается, уехал на выходные к родителям, оставив Чимина одного в этом огромном Сеуле. На Чимина накатывает тоска вперемешку с депрессивными нотками. Он слушает дождь по стеклам и тихую музыку из портативной колонки. Внезапно вспоминает, кто может вывести из этого состояния, хотя бы попробовать можно. — Хен? — Чем занимаешься, Чонгук? — В автомастерской дяде помогаю, — отвечает тот, и слышится шуршание в трубке. Видимо берет мобильный поудобнее, зажимая плечом и ухом, потому что Чимин слышит звук скрежета металла. Скорее всего Чонгук и сейчас занят. — А что ты хотел? — Скучно немного, и чувствую себя не очень. Думал тебя вытяну куда-нибудь, — Чимин понимает, что тут тоже пролетает. Он все еще не очень уверен, хочет ли куда-нибудь идти в такую погоду, но на то он и Чимин, что бы хотеть противоположных вещей. В трубке слышится задумчивое дыхание и звон железок. — Блин, — ругаются, кажется, не на Чимина, поэтому он послушно молчит и ждет вердикта лежа на кровати с трубкой. Наконец шуршание стихает. — Да, давай куда-нибудь вытянемся. Если хочешь, можешь прийти в мастерскую и подождать меня. Мне надо закончить. А потом я свободен, хен. — Диктуй адрес, — Чимин лениво скатывается с кровати и вставляет ноги в тапки.

***

— Хэй, пупс. Ты чего тут делаешь? Я тебя дома по привычке искал, только мотался зря, — Чимин вообще то стоит никого не трогает, рассматривает коллекцию наклеек из старых жевачек Турбо Супер, которыми залеплена вся стенка возле столика в углу автомастерской. Чонгук в это время где-то в каморке копается, детали ищет для мотоцикла. Подумать только, такой мелкий еще, а уже чинит такие серьезные вещи. Хотя Чонгук Чимина уверял, что дядя все равно все проверит и поправит, если что. Да и сложные вещи он ему не дает трогать. -Ась? — «пупс» оборачивается, готовясь обнаружить там Чонгука, ну или на худой конец его дядю, который, к слову, оказался весьма дружелюбным и общительным человеком. Тот недавно вышел в магазин, чтобы угостить «гостя моего любимого племянника» раменом. Но обнаруживает он там не дядю, и даже не Хосока. — Ооо, какие клевые, — отпихнув Чимина, ангел, деловито засовывая свои крылья (которые иногда ему лень полностью прятать, и они так и остаются торчать из его спины, как аксессуар с детского утренника) за пояс каких-то тренировочных штанов, подскочил к стене с наклейками и подвис на несколько секунд, рассматривая чужие сокровища, тыкая затем пальцем в фантик с изображением красного кабриолета. — Эту хочу. — Это не мое, нельзя. И не шуми, пожалуйста, — зашипел на него Чимин и попытался оттащить неугомонного ангела от наклеек. — Может лучше поработать сходишь, то есть слетаешь? Я сейчас с другом. — Офигеть, не успел я прийти, уже прогоняешь. И этого человека я спас от смерти, — Тэхен картинно всхлипнул и поднес ладонь к лицу Чимина, стискивая парня за щеку. — неблагодарный человечик. Но я тебя прощу, если отдашь мне эту наклейку. — Я же сказал… — Еще десять минут, хен, и я свободен! — из подсобки показалась довольное лицо Чонгука: видимо нашел то, что искал. На его щеке поблескивал след от машинного масла, а волосы были перевязаны жгутом из платка, но челка уже давно выбилась и то и дело лезла парню на глаза. — Ой, а кто это с тобой? — Где? — Чимин привык что Тэхена никто не видит. Слышите, никто и никогда! — Ну как где? Хен, — рассмеялся парень и кивнул пареньку с офигевшей физиономией рядом с еще не совсем сообразившим Чимином. — Ты друг Чимина? Я не против погулять всем вместе, буду рад познакомиться. Я — Чонгук. — Эм, Тэхен, — ангел, кажется, глубоко задумался, но даже не удивился, рассматривая Чонгука, что у последнего, кажется, даже слегка покраснели уши. Смущенный Чонгук быстро ретировался к мотоциклу, в котором должен был что-то почистить и подкрутить, а Тэхен наконец с ликующим блеском в глазах повернулся к Чимину. — А я то думаю, где я его видел! — Ну да, я его спас. Это один из тех, из-за кого Юнги на меня ругался, — пожал Чимин плечами. — Ну, неееет, — Тэхен пристроился задницей на край стола, — ты не понимаешь. Я видел его досье у нас. Ну, там., — он перешел на шепот и указал глазами на потолок. Чимин посмотрел на потолок вздыхая. — Наверняка там на всех есть досье. — Не тормози, Чимин, — ангел посмотрел на парня, как на умственно отсталого. Столь очевидные вещи, а этот человек тупит по страшному, ну как так можно. — У него досье в нашем отделе лежит. — Он ангел, что-ли? — рот Чимина медленно пополз вниз. — Пока нет, но станет им, — Тэхен направил взгляд в сторону, где на другом конце гаража копался в мотоцикле Чонгук, и в его глазах едва отражается грусть и жалость, что Чимину аж не по себе. — Очень скоро.

***

— Что мне сделать, чтобы спасти своего друга? — Чимин идет в наступление, и настолько он уверен в себе, что демон щуриться неуверенно, а действительно ли тот самый тихий Чимин перед ним. — Опять решил работы меня лишить? — Плевать мне на твою работу, — в запале выдыхает Чимин и едва не роняет свою сумку, замахиваясь ей на Юнги, который демон, между прочим. Он стоит посреди пустой прогулочной дорожки, по которой по обыкновению ходит на остановку. К счастью, в данный момент тут кроме Чимина из людей никого, иначе вызвали бы дурку, не иначе. — Мне Тэхен сказал, что мой друг умрет скоро, и должен будет стать ангелом. Демон молчит, скрестив руки на груди и смотрит на Чимина. Кажется, слова последнего наконец заставили его задуматься над чем-то. Он смотрит на агрессивно дышащего паренька, и в его темных демонических мыслишках идет поиск нужных ответов, а также оценка нужды в их озвучивании. Чимину под этим тяжелым взглядом становится некомфортно, слишком уж серьезными становятся глаза создания напротив. Наконец Юнги как-то недобро ухмыляется и делает шаг к Чимину, тот в панике шагает назад, запинается о камушек и едва не летит на землю. — А что же ты хотел, дорогой мой, — не без удовольствия наблюдая за балансирующим Чимином пожимает плечами демон. — Ты думал, что отберешь у меня душу, и все? Думал, что сделаешь благородное дело по спасению жалкого человечишки, и принесешь тем самым ему счастье? Он делает многозначительную паузу, с удовлетворением отмечая растерянность в глазах собеседника. Чимин неуверенно кивает, и демон хмыкает, подмигивая. — Нихуяшечки, — говорит. — Заварил кашу — вот, получи и распишись. — Вообще-то, говорят «расхлебывай», — в любой ситуации будь как Чимин, и вставляй свои «пять копеек». — И вообще-то, я в курсе, что, у вас с Тэхеном был спор на какую-то ерунду. И ты сам выбрал меня, как жертву! Все это из-за тебя, по факту. — Блять, эта балаболка огребет по полной, — демона немного перекашивает, и он резко шагает к Чимину, обнимает того цепко за талию и дергает на себя, от чего Чимин, потеряв в ногах опору заваливается на Юнги, ощутимо ударяясь подбородком о чужие плечи. Демон же даже не дрогнув, прижимает к себе пытающегося вернуть себе устойчивое положение Чимина и выдыхает ему на ушко. — Даже если так, жертва. Ты просишь демона о помощи? Ты можешь предложить мне что-то интересное взамен? И кусает его за мочку уха так со смаком, облизывая самый краешек, еще раз ухмыляясь и выдыхая оцепеневшему от смущения Чимину в ушную раковину так жарко, что дурацкие мурашки по коже. Чимин сглатывает шумно, а в голове становится немножечко пусто. Демон удовлетворенно хмыкает, трогая острым клыком многострадальную Чиминову мочку с маленькой круглой серьгой из медицинской стали и растворяется в воздухе. Жертва, что лицом и ушами близка к насыщенному бордовому, в ту же секунду летит плашмя на землю, лишившись внезапно исчезнувшей опоры. И продолжает лежать абсолютно молча. Гребанный демон не только подразнил его тело, но и проник в самые сокровенные мысли, словно вывернул наизнанку его секреты и, прости Господи, вытащил из самых потаенных мыслей стыдливое такое влечение к весьма конкретному, весьма наглому порождению тьмы.