Кэрил: сборник мини

Эту фигуру сложно было перепутать с какой-то другой. Расправленные плечи, уверенная стойка, только что убитый ходячий у ног. Шапка коротких волос, тяжелый рюкзак за спиной, какой-то новый шарф, который даже в такой ситуации был как-то по-хитрому закрученным: так, как умела только она. И удивленный взгляд широко распахнутых голубых глаз. Удивленный? Неверящий? Растерянный? Настоящий?.. Никто из группы, едва выбравшейся из Терминуса, куда каким-то чудом повалили вдруг ходячие, заставив хозяев этого странного места бежать, спасаясь и забывая о пленниках, даже не смотрел в ту сторону. Не смотрел, пока Дэрил судорожно не вздохнул, протирая глаза, убеждаясь, что все увиденное — правда. Не смотрел, пока он, не успевая даже подумать, не решиться, испугаться, не рванул вперед, не видя перед собой ничего, кроме этого, небесно-голубого, почему-то такого растерянного взгляда. И где-то там, в параллельном мире позади него, раздался вздох Мэгги, вскрик Саши, всхлип Карла. И где-то там, очень далеко, его плечо дернулось от удара пролетевшего мимо на еще большей скорости Рика. И где-то там, неизвестно где, вдруг послышалось знакомое хныканье Джудит. Шум голосов, смех, вопросы, рассказы, плач — все было там. Тут же было только тепло: тонкие руки, медленно взлетевшие вверх и коснувшиеся его затылка, светлые глаза, неуверенно заглянувшие в его, нежные губы, уткнувшиеся ему в шею, мягкие волосы, в которые он зарылся лицом, горячая слеза, скользнувшая куда-то ему за ворот. Вся она — тут, рядом, с ним. — Привет, сладкий, — прошептала она едва слышно. — Скучал по мне? А он только кивнул несколько раз, понимая, что она не видит, но ведь сама все знает. Очередное глупое прозвище. Такое чертовски приятное, словно они снова оказались в залитом солнцем тюремном дворе, где она подшучивала над ним каждый день, невинно хлопая глазами и широко улыбаясь, а он смущался, тайком пожирая ее взглядом. — Это кто? Женщина вашего лучника? — устав наблюдать сразу за несколькими сценами воссоединения и не определив связи лишь одной, громко поинтересовался Абрахам. — Да! — довольным голосом ответил Глен и тут же обнял упрямо смотрящую в землю Мэгги, которая не могла скрыть слез при виде счастья других. Дэрил отступил на шаг от высвободившейся из его объятий Кэрол и виновато покосился на девушку, чью сестру он не уберег. Каково ей сейчас стоять тут, видеть эту встречу и понимать… Черт! Они найдут Бет. Найдут. Теперь уже точно и наверняка. Чудеса ведь случаются! Впервые в жизни, сегодня и сейчас, Дэрил поверил в это всем сердцем. — Вы… Как вы?.. — лишь качал головой Рик, передавая дочку протянувшему руки счастливому Карлу и до сих пор еще не придя в себя от потрясения. И почему друг был так уверен, что Джудит больше нет? Почему он сам, Дэрил, тогда так просто поверил, что нет ни Рика, ни Кэрол, никого? Снова открывший рот, чтобы что-то сказать или, хуже того, спросить, Граймс вынудил Дэрила, понимающего, что тот сейчас не вполне контролирует себя, и может невзначай дать понять Тайрису, что Кэрол виновна в смерти Карен, шагнуть к ней, устраивая руку на ее талии и настороженно оглядываясь. Больше он ее не отпустит. Не позволит ей уйти. Не даст кому-то ее прогнать. А она криво улыбнулась, осторожно поглядывая на него. Еще не зная, что он уже в курсе. И что он не понимает только одного: почему она сделала это? Почему она?! Уж лучше бы он… *** Полумрак кухни позволял скрыть подрагивающие руки и встревоженный взгляд. Кэрол наливала кофе, который, несмотря на то, что был растворимым, издавал непередаваемый аромат, и старалась не смотреть в сторону сидящего за столом и медленно толкающего пальцем свечу в стакане то в одну, то в другую сторону Дэрила. После того, как она рассказала группе обо всем, произошедшем с ней, с Тайрисом и с девочками, он не проронил ни слова. Кроме короткой фразы о том, что хочет кофе. Который она и готовила для них двоих, когда все остальные, разошедшиеся по своим временным комнатам, уже спали. — Сядь, — не выдержав того, как она, оттягивая момент предстоящего разговора, достает из шкафчиков все для быстрого приготовления завтрака, схватил ее Дэрил за запястье, вынуждая опуститься на стул, который он пододвинул слишком близко к своему. — Кофе на ночь — не лучшая идея, — зачем-то сообщила Кэрол, беря чашку в руки, делая первый глоток и обжигаясь. Но боли она почти не ощутила, на мгновение вспомнив совсем другую кухню, другой вечер, детский смех и тишину потом. Ту тишину, где-то глубоко внутри, которую ничем не получалось разрушить. Ни криком, ни плачем, ни машинально выговариваемыми, лишенными смысла словами, подбираемыми ею для сегодняшнего рассказа. Вот только тихий голос всколыхнул что-то в ней. Едва слышный, хриплый, неуверенный шепот. — Как ты? — вглядывался в ее лицо Дэрил, уже опустошивший быстрыми большими глотками свою чашку и, кажется, даже не заметивший, каким горячим и каким вкусным был кофе. — Нормально, — соврала она, наверное, в тысячный раз в своей жизни — при звуках этого вопроса, кто бы ни спрашивал, привычные слова сами слетали с ее губ совсем не сладкой ложью. — Ты врешь, — припечатал он. — Я вру, — послушно согласилась Кэрол, чувствуя, как задрожали ее губы, порываясь встать и отвернуться. Вот только Дэрил оказался быстрей, снова рывком притянув ее стул вплотную к своему, схватив ее в охапку и не позволив шелохнуться, даже вздохнуть. — Я… я думал, не увижу тебя больше, — после минутной паузы признался он. — И… — И что? — непонимающе подняла она голову. — Я… Дэрил замялся, не сводя с нее взгляда и едва заметно склоняясь ближе. Закрывая вдруг глаза, неловко прижимаясь губами к уголку ее губ и сжимая в руках почти до боли. Теплый, жадный, торопливый поцелуй и очередная заминка, новый робкий взгляд исподлобья, нервно теребящие края ее футболки пальцы даже не замечающего это Дэрила. Нужно ли что еще, чтобы забыть обо всем вокруг и, наконец, услышать? Стук собственного сердца, шумящий в ушах, его прерывистое дыхание, чьи-то шаги в глубине дома, ветку, порывом ветра ударившуюся об окно. Звуки жизни со вкусом кофе. — Кофе, — тихо прошептала она, хватаясь обеими руками за ворот рубашки Дэрила и с трудом сдерживая улыбку при виде его непонимания. — Ты зайдешь ко мне на чашечку кофе? — Что? — не слышал он даже последовавших за шагами голосов Рика и Мишонн вдалеке. Не им одним не спаслось этой ночью. — Какой еще кофе, черт?! — Какой захочешь, — потерлась Кэрол губами о его тут же послушно приоткрывшиеся губы и, воспользовавшись моментом, молниеносно встала со стула. — К тебе? — все еще не мог ничего понять Дэрил, хмурясь и крепко сжимая ее руку в своей, не спеша подниматься. — А почему не… Черт! Ты… ты уверена? Одна секунда — и он уже рядом, скользя отчаянно-робким взглядом по ее телу: мучительно медленно, долго, так, что, казалось, он гладит ее, проводит ладонями, касается губами. — Уверена? Конечно, уверена, сладкий, — шутливо подмигнула она ему. — Я так давно не пила кофе. Кажется, что вообще… никогда. — Угу, — резко потянул он ее за собой, проявляя невероятную осведомленность в том, какую комнату Кэрол выбрала для себя. — Давно. Слишком. Одной чашки будет мало. Три. — Три? — Минимум. Кэрол только охнула, прижатая к запираемой Дэрилом на ощупь двери, отгораживающей их от всех и всего, и закрыла глаза. Все равно ничего не видно. Только слышно: торопливые поцелуи, стук его упавшей на пол жилетки, шорох ее футболки, полетевшей туда же, ее собственные чертыханья и его смешок, когда он, наплевав на пуговицы, с которыми оказалось так сложно справиться, стащил рубашку через голову, скрип кровати под двумя телами, сдавленный вздох, тихое хныканье, слишком громкий стон, хриплое рычание. Целых три чашки кофе. Долгожданного, крепкого, желанного, после многих лет жажды… Первая: торопливо и быстро, жадно, обжигаясь, почти не различая вкуса, чертыхаясь, задыхаясь и продолжая пить. Только жар, только желание, только разливающееся по телу облегчение. Вторая: неспешно и долго, маленькими глотками, закрывая глаза, замирая от удовольствия, вдыхая аромат, слизывая с губ, шепча слова одобрения, выдыхая тихий стон. Только вкус, только наслаждение, только разливающееся по телу удовольствие. Третья: утром, медленно, почти лениво, маняще, улыбаясь, нежась, зная, как лучше всего, но вдруг делая новый глоток и понимая, что впереди еще много открытий. Только тепло, только сладость, только разливающееся по телу счастье. Кофе?