Любовь моя, Гордость моя

Все, кто хотел поступить на мракоборца, проводили в запретной секции библиотеки хотя бы один вечер в неделю. Это было нужно, чтобы сдать экзамен по ЗОТИ. Желающих было немного, так что мадам Пинс было нетрудно следить за тем, какие книги ученики берут в свои руки. Но в тот вечер библиотекарь так устала сортировать учебники по нумерологии, что решила на пару минут прикрыть глаза, сидя на своём рабочем месте… и уснула. Возможно, если бы накануне ночью она не беседовала через камин со своей дальней родственницей о том, сколько же лжи в последнее время пишут в «Ежедневном Пророке», и выспалась, не случилось бы то, что произошло в тот вечер. Ева всегда любила уроки ЗОТИ, но зельеварение давалось ей гораздо лучше. Надо признать, загадочное бульканье тягучих тёмных жидкостей, их таинственный блеск и манящий запах не могли оставить Штольц равнодушной. Она легко справлялась с созданием самых непростых зелий, а её тонкие аккуратные руки легко нарезали и разминали бобы, корни и листья. Ева умела правильно подбирать пропорции и размешивать так, чтобы ничего не расплескалось, не взорвалось или, чего хуже, просто не пропало. На уроках зельеварения Штольц всегда чувствовала себя в своей тарелке; родители даже подарили ей хороший, качественный котёл на шестнадцатилетие. Такие были, в основном, у преподавателей, и Ева очень гордилась своим оборудованием. Блестящий серебристый пузатый напарник не раз помогал девушке сварить что-то необычно качественное, и это всегда производило на преподавателей впечатление. В Ильверморни способности Евы, конечно, не оставили без внимания, но только Хогвартс помог ей раскрыться полностью. Профессор Слизнорт практически сразу заметил успехи слизеринки. Она проводила в кабинете зельеварения достаточно времени вне занятий, чтобы и профессор Снейп, преподававший зельеварение несколько лет назад, также заинтересовался её способностями. Оба преподавателя отмечали, что Ева могла бы однажды занять их место и вести этот предмет в школе, нежели уходить в Министерство и работать с оборотом зелий в магическом сообществе Великобритании. Еве льстило такое внимание, но ей нравилось, что её способности замечают и ценят. В тот день она сидела в запретной секции и читала тоненькую книжку о литературе, которую во все времена использовали тёмные волшебники Великобритании. Среди прочего были описаны сборники сочинений оборотней всех возрастов, учебники по некромантии, целые тома заклинаний (вероятно, абсолютно нерабочих) для создания ядов из всего, что окружает заклинателя… и самая, пожалуй, известная книга – «Тайны наитемнейшего искусства» за авторством Оула Буллока. Ева остановилась. До этого она жевала яблоко, но теперь же аппетит у неё пропал. Занимаясь защитой от тёмных искусств, Штольц не раз интересовалась проклятиями, различными опасными существами, историями, связанными с ними… Но её руки ещё ни разу не доходили до этой книги. Любой исследователь, чем дальше он продвигается в науке, ощущает всё больше любопытства, точно аппетит приходит к нему во время еды. Ева подумала, что, возможно, для сдачи экзамена ей понадобится много знаний, да и в пределах школьного курса таким, как она, нередко бывает тесно… Да, ей стало любопытно, что пишут в книгах, о которых можно только разве то почитать в других книгах. «Тайны наитемнейшего искусства» лежали за стеклом в небольшом шкафчике, запертом на обычный замок. Ева заглянула за стеллаж, у которого обычно сидит мадам Пинс, и, убедившись, что библиотекарь сладко спит, поднесла палочку к замку: -Алохомора! С громким щелчком замок открылся. Ева тут же вновь глянула на мадам Пинс, прикрыв рот руками. Библиотекарь ещё спала, и Штольц перевела дух. Осторожно открыв стеклянную дверцу, девушка взяла книгу в руки. Это был достаточно крупный том, облачённый в чёрную кожу, уже давно потерявшую вид и упругость. Проведя пальцами по пыльной скользкой поверхности, Ева ощутила нечто странное: с одной стороны, ей вдруг стало дурно, точно она взяла в руки тушку животного, с другой же внутри появилось сильное желание заглянуть внутрь, будто книга хотела, чтобы её прочли, обладала собственной волей. Штольц огляделась по сторонам и вернулась туда, где сидела. Положив книгу на стол, девушка несколько секунд смотрела на неё, после чего открыла. «Почему я раньше не догадывалась почитать её? Нужно было всего лишь дождаться, пока мадам Пинс перестанет за мной следить…» - Ева на мгновение даже испугалась собственных мыслей, точно они не принадлежали ей, а кто-то другой сидел в её голове и произносил это тихим шепчущим голосом. Пожелтевшие от времени страницы были написаны от руки, кое-где их края даже были обожжены, словно кто-то пытался уничтожить книгу с помощью огня. Ева пробежалась глазами по страницам. В книге были приведены подробные инструкции по использованию непростительных заклятий. Оказывается, нельзя просто крикнуть «Авада Кедавра», направив палочку на недоброжелателя; нужно именно хотеть его убить, желать ему смерти. Раньше Ева этого не знала. Перевернув страницу, девушка вдруг услышала шёпот. Слегка наклонившись, она поняла, что он будто бы исходит от самих страниц. Внезапно Еве стало не по себе: ей показалось, будто бы и без того тусклый свет ламп в библиотеке стал ещё тусклее, словно мрак вокруг начал сгущаться. На странице было описано приготовление весьма любопытного зелья. Оно называлось «Микстура ясновидения». Ева, пару минут назад боязливо заглядывавшая в запрещённую к прочтению книгу, теперь уже полностью погрузилась в чтение, склонившись над тёмным фолиантом. Судя по рисунку, зелье имело тёмно-фиолетовый цвет, блестело и светилось в темноте и помогало тому, кто сделает хотя бы глоток, читать мысли других людей. «Легиллименция – это дар, данный человеку с рождения, но я нашёл способ ненадолго обрести его, - прочитала глазами Ева. – Это зелье призвано открыть путь в чертоги людского сознания и узнать, о чём думает собеседник. Его действие длится от десяти минут до суток, в зависимости от дозировки и количества добавленных змеиных глаз». Штольц глянула на рецепт. Там были перечислены ингредиенты разной степени жуткости: глаза трёх разных змей, экстракт белладонны («Любимое растение Дьявола», - подумала Ева.), несколько крыльев фей («Редкий ингредиент!»), а также драконья кровь. «Глаза змей нужны, чтобы увидеть все три направления мыслей человеческих: о себе, о других и о магии, - прочла взглядом Ева. – Белладонна нужна, чтобы исцелить невежество и нежелание видеть и слышать, крылья фей – чтобы отправить собственные мысли в полёт из своей головы и впустить туда чужие, а кровь дракона – чтобы заживить раны, которые оставит на рассудке использование этого зелья». Ева отметила, что создатель рецепта был весьма и весьма талантлив. Она продолжила читать: «Однако я не рассчитал количество драконьей крови, необходимое для сохранения рассудка при неоднократном использовании зелья. При злоупотреблении оно способно свести человека с ума так же, как сходят с ума к тридцати годам практически все легиллименты. Зелье необходимо использовать с осторожностью и ни в коем случае не менять количество любого из ингредиентов – это убивает выпившего». Штольц с ужасом подумала о том, какой эксперимент поставил создатель рецепта, чтобы узнать это. Девушка задумалась. С момента её разговора с Джоном Тейлором прошло несколько дней. За это время Штольц навела порядок в своей голове и решила последовать совету юноши и не пытаться самостоятельно расследовать убийство Мактавиша, хотя ей казалось, что она уже в нескольких шагах от ответа на свои вопросы. Теперь же, когда в её руки попал столь любопытный рецепт, Ева подумала: а что если она попробует сварить это зелье, используя все свои способности, и прочитает мысли подозреваемых в причастности к этому прежде, чем они успеют что-либо заподозрить? Даже если она передумает, пузырёк с подобной жидкостью точно пригодится, да и желание её сварить, как показалось Еве, так или иначе не даст ей покоя. Отчего-то ей хотелось просидеть здесь всю ночь (а может, и больше), читая «Тайны наитемнейшего искусства» и изучая всё новые и новые заклинания и зелья, о которых не расскажут профессора. Настроение Евы резко улучшилось, и она почувствовала прилив энергии. Не замечая ничего вокруг, Штольц ещё раз перечитала рецепт, переписала его на маленький кусочек пергамента и перевернула страницу. Там было описание какого-то заклинания. «Колдовство, позволяющее принудить человека совершить…» - только и успела прочитать Ева, как вдруг прямо перед её лицом книгу кто-то захлопнул. -Эй, я читаю! – гневно выпалила Штольц, поднимая глаза, и тут же её сердце пропустило удар. Прямо перед ней стоял собственной персоной Джеймс Рэндалл. -Сколько злобы в голосе, - усмехнулся он. – Снова играешь в опасные игры, Штольц? -Я была занята, - Ева почувствовала странную злость, буквально охватившую её. – А ну открой обратно! Вместо этого Рэндалл взял книгу в руки, не собираясь её возвращать. -Очнись, новенькая! – серьёзно произнёс он. – Она хочет, чтобы ты её прочитала, поэтому ты будешь злиться каждый раз, когда кто-то будет отвлекать тебя. Помолчав несколько секунд, Ева почувствовала, как раздражение отступает, и перевела дыхание. Ей вдруг стало стыдно за то, что она накричала на Джеймса. -Прости, я вспылила, - вздохнула девушка. – Нужно вернуть книгу на место. Рэндалл кивнул. Пока он возвращал «Тайны…» в шкафчик, Ева прибрала на столе, за которым сидела, разложив на места оставшиеся книги. -Ты что-то хотел? – спросила Штольц, когда они закончили наводить порядок. -Да, - Джеймс повернулся к ней, убирая руки в карманы. – Уже скоро Рождество, и профессор Слизнорт устраивает традиционный праздничный приём для отличившихся в течение семестра учеников. Туда традиционно ходят парами. Ева вопросительно приподняла бровь. -Я хотел бы пригласить тебя, - невозмутимо произнёс Джеймс. На несколько мгновений повисла тишина. -Ты шутишь? – спросила Ева. – Разве ты не желаешь мне страданий всех видов за то, что я победила тебя на глазах у всех? -Нет, - Джеймс приподнял брови и покачал головой. -И ты не хочешь наслать на меня все проклятия из той, - Ева кивнула на «Тайны…» в шкафчике, - книги за то, что я покинула команду и накричала на тебя при всех? -Нет, - повторил Джеймс, усмехнувшись. -Тогда чего ты добиваешься? – спросила Ева. -Я хочу наладить отношения со старостой своего факультета, - ответил Рэндалл, протягивая Еве руку. Недоверчиво глянув на Джеймса, Ева пожала её, однако парень тут же приподнял тоненькую ладошку слизеринки и поцеловал её худые длинные пальцы. -Я хочу, чтобы те, за кого я теперь в ответе (то есть, вся школа) уважали и любили меня, а не боялись. Я хочу быть полезен Хогвартсу, ведь я всем сердцем люблю его. Всё, что я делаю, я делаю на благо нашей школы, - спокойно произнёс Джеймс, глядя на удивлённое красное лицо Евы. – Мои методы иногда, конечно, не всем понятны, но, уверяю тебя, я ещё ничего не делал не в интересах Хогвартса. -Стэн тоже делал всё ради школы, - ответила Ева, убирая руку. -Я – не Стэн, - вздохнул Джеймс, - но постараюсь стать ему достойной заменой. Никто из вас ещё не видел, как я буду решать проблемы на посту старосты, но вы все уже здорово ополчились на меня, желая свергнуть. Я что, похож на Фирса? Ева покачала головой. -Я пытаюсь наладить отношения, потому что не люблю жить во вражде с окружающими. Отец учил меня уважать своих коллег-волшебников. Ну так что, ты согласна пойти со мной? Джеймс выразительно посмотрел на Еву. Его тёмные глаза блеснули на секунду, а лицо выражало только холодную уверенность, ту, с которой Рэндалл играл в квиддич или отвечал на занятиях. Он был талантливым колдуном, пусть не везде преуспевающим, но находившим в себе силы учиться на «отлично». На несколько мгновений Ева забыла обо всём, глядя в его тёмные, холодные глаза. -Я согласна, - улыбнулась она. Ева шла по замку в приподнятом настроении, и не могла сама себе объяснить, в чём была причина. Нет, она не была рада тому, что Джеймс пригласил её (она даже подумала, что он, наверное, вновь пришлёт вместо себя Джонатана под Оборотным зельем). Но отчего-то щёки девушки краснели каждый раз, когда она вспоминала, как Рэндалл поцеловал её руку. Решив поговорить об этом с Алисой, которую Слизнорт тоже наверняка пригласил, ведь она была одной из лучших учениц на своём потоке, Штольц направилась в сторону гостиных Слизерина. Не доходя до них, она вдруг услышала знакомые голоса за углом, в соседнем коридоре. Один из них принадлежал Алисе. -А ещё как-то раз я случайно разбила луноскоп Стэна. Он был в таком ужасе! Ева остановилась, не желая прерывать разговор. -Я уверен, ты это не специально, - второй голос, к небольшому удивлению Евы, принадлежал Мэтту Брейвери. – Я сам как-то раз сломал папину палочку. Он меня под домашний арест на неделю посадил! Раздался смех. Ева вздохнула и вышла из-за угла. -Привет! – с лучезарной улыбкой поздоровалась Алиса, заметив её. Мэтт тоже обернулся и, улыбнувшись, поздоровался: -Добрейший вечерочек, Ева. Чего такая довольная? Штольц даже не заметила, как её лицо приобрело совсем радостное выражение. Надо сказать, видеть Алису впервые за столь долгое время такой счастливой было приятно. Ева не раз замечала, что её подруга проводит теперь большую часть свободного времени с Мэттом (похоже, это началось с той тренировки в дуэльном клубе). Видимо, это помогало Алисе восстановиться после всего, что случилось, и Ева радовалась, что ей, наконец, полегчало. Конечно, рядом с вечно лучезарным Мэттом – и грустной ходить? -Пригласила кого-то на Рождественский приём у Слизнорта? – Алиса игриво приподняла брови. -Как ты догадалась? – удивлённо спросила Ева. -Я сама только что позвала Мэтта составить мне компанию. С кем ты пойдёшь? Ева посмотрела на друзей, нервно прикусив губу. Да уж, они не будут рады, когда узнают. -Вообще-то, это меня пригласили, - произнесла она, сжимая подол мантии. -Кто? – спросила Алиса, слезая с подоконника, на котором сидела. – Тот парень с Хаффлпаффа, который на прошлой неделе на тебя в столовой глазел? -Нет, - Ева покачала головой. – Это… Это Джеймс. Алиса прикрыла рот руками. -Серьёзно? Рэндалл? – даже Мэтт удивился. Ева кивнула. -Он точно что-то задумал! – выпалила Алиса, слегка нахмурившись. – И ты согласилась? Не боишься, что он перевернёт на тебя поднос с драконьим фаршем или отправит купаться в грязном снегу? -Нет, - Ева покачала головой. – Мне почему-то не кажется, что он желает мне зла. Алиса с тревогой посмотрела на неё. -А ты не влюбилась ли в него? -Нет! – Ева замахала руками в стороны. – Он просто сказал, что хочет наладить со мной отношения, я же староста Слизерина! -Я ему не доверяю, - выдохнула Алиса. – Помнишь, что его дружок со мной сделал? -На посту старосты школы Джеймс немного изменился, - вспоминая слова Рэндалла в библиотеке, ответила Ева. -Ты защищаешь его? Ушам не верю! – выпалила Алиса. Штольц хотела было ответить, но подруга перебила её: -Ладно, прости за резкость. Это твой выбор, я мешать не буду. Я просто хочу, чтобы ты была осторожна, ладно? С этими словами Алиса сделала шаг вперёд и крепко обняла Еву. -Ты мне как сестра, понимаешь? Ты меня защищала, помогала мне, вот и я хочу помочь. Будь осторожна. -Я буду, - улыбнулась Ева, обнимая Алису в ответ. -А если что случится, мы этому змею уши-то надерём! – хохотнул Мэтт. *** Приём состоялся на следующий день. Ева аккуратно расчёсывала волосы, едва достававшие до её худых бледных плеч. Она редко надевала платья, но говорили, что одеться нужно торжественно, так что пришлось. Оно было у девушки всего одно – то, что она надевала на Осенний бал. Алиса уже собралась, и Мэтт забрал её несколько минут назад. Ева с тревогой ожидала, когда за ней, как подобает джентльмену, зайдёт Джеймс. -Я хочу наладить отношения, - прозвучал в голове девушки голос школьного старосты. – Я хочу, чтобы меня любили, а не боялись. «Я не боюсь тебя», - мысленно ответила ему Ева, глядя на своё отражение в зеркале. На мгновение она увидела там маленькую девочку с косичками, сидящую в ожидании у кабинета директора Ильверморни. Она думала, что её отчислят за ту стычку с однокурсниками, но родители вступились за Еву. Она и не чувствовала себя виноватой. Никто не может безнаказанно издеваться над ней. Никто. Внезапно в дверь женской спальни постучали. Ева убрала расчёску, выпрямилась, посмотрела на своё отражение ещё раз. Теперь это точно была она: Ева Штольц, семнадцать лет, последний курс Хогвартса, а вокруг был не коридор у кабинета директора Ильверморни, а комната в подземельях под Чёрным озером. Подойдя к двери, Ева открыла её. На пороге стоял Джеймс в роскошном строгом костюме тёмно-синего цвета. Он не был похож на маггловский: длинные полы пиджака доставали почти до щиколоток Рэндалла, а вдоль рукавов и краёв шёл золотистый блестящий кант. Если присмотреться, на брюках и грудной части пиджака можно было увидеть узоры, вышитые нитями ещё более тёмного цвета, чем ткань. -Добрый вечер, - улыбнулся Джеймс, поворачиваясь боком и подставляя девушке локоть. -Здравствуй, - кивнула Ева и, взяв старосту под руку, направилась с ним к выходу из подземелий. Они шли в молчании несколько минут. Ева не решалась начать разговор; её также тревожило то, что она даже не подумала взять хотя бы маленькую сумку с палочкой (дамских клатчей у девушки не было вообще). Оставалось лишь надеяться на то, что Алиса была неправа, и Джеймс ничего плохого не задумал. -Отлично выглядишь, - внезапно произнёс он, когда они прошли мимо хранилища профессора Снейпа. – Почему ты так редко носишь платья? -У школы есть форма, - ответила Ева. – Спасибо за комплимент, у тебя тоже отличный костюм. -Он сшит на заказ, - ответил Джеймс, улыбаясь. – Да, форма есть, но как же выходные? Я не раз видел тебя в Хогсмиде и на территории школы в каких-то маггловских рубашках и… Рэндалл задумался, видимо, вспоминая слово. -Джинсах? -Да, джинсах! – он закивал. – Ну и название… -Ты так плохо разбираешься в маггловской культуре? – Ева приподняла бровь. -А я должен её знать? -Это входит в обычный курс маггловедения. -Если поможешь, я разберусь, - Джеймс усмехнулся. – Ладно, шучу, пока что я справляюсь сам. И ты, видимо, тоже. -Ты о чём? – спросила Ева. -О книгах, которые ты читаешь. Ты же понимаешь, что если я расскажу об этом учителям, тебя исключат? Штольц испуганно уставилась на Джеймса. Повисла неловкая тишина. «Я об этом даже не подумала!» - пронеслось в голове у Евы. -Расслабься, - Рэндалл рассмеялся. – Я никому тебя не сдам, иначе о нашем факультете ещё больше будут думать как о пристанище тёмных волшебников. -Но, получается, так и есть? -Получается, да. Ещё несколько мгновений они шли молча. -Ты не будешь возвращаться в команду? – неожиданно спросил Джеймс. – Нам всё ещё не хватает игрока, а следующий матч будет сразу после каникул. -Я буду готовиться к Ж.А.Б.А. В команду не вернусь, - ответила Ева. -Это не из-за поведения других охотников? – спросил Джеймс. – Помнится, они обидели тебя, когда вы общались в последний раз. -Нет, - отрезала Ева. – Меня подобное не задевает, не в первый раз такое слышу. -Не задевает, потому что ты привыкла, или потому, что это говорят не те люди? – хитро произнёс Джеймс. Ева не стала отвечать. Осознав, что он сказал что-то не то, Рэндалл тут же спросил: -Там будут подавать веселящую воду, огневиски… ты не пьёшь такое? -Нет, - ответила Ева. -Тогда я поищу тебе что-нибудь полегче. Держись возле меня, на этом приёме будет много не самых приятных личностей. Штольц посмотрела на старосту. Похоже, он был предельно серьёзен. -И ты будешь меня от них защищать? – спросила девушка. -Пока ты со мной – да. Я должен тебя защищать, - Джеймс выразительно посмотрел на Еву, слегка прижав локтём к себе её руку. Штольц почувствовала, как что-то ёкнуло в её груди. Когда они вошли в зал, где проводился Рождественский вечер, там уже собралась большая часть гостей. В основном, это были ученики, которых Ева ранее видела на собраниях Клуба Слизней, но присутствовали и некоторые учителя: профессор МакГонагалл, профессор Снейп, ещё пара преподавателей… В углу о чём-то болтали старосты трёх факультетов со своими парами, а ближе к окну одиноко пил огневиски из бокальчика Джонатан Тейлор. Заметив Еву, он улыбнулся. Штольц непроизвольно улыбнулась в ответ. Джеймс в это время пытался раздобыть для них что-нибудь выпить и приветствовал профессоров. Слизнорт заболтал его разговорами о нововведениях Фирса, так что у Евы появилась минутка, чтобы поискать Алису и поболтать с ней. Однако, похоже, Мактавиш была занята общением с однокурсниками Мэтта, тоже приглашённых сюда. Они стояли уютной компашкой около профессора МакГонагалл и наперебой рассказывали ей что-то. Ева про себя отметила, что Алисе, возможно, лучше было бы на Гриффиндоре, ведь она так комфортно чувствует себя в обществе львят с этого факультета… -Скучаешь? – голос, раздавшийся за спиной Евы, вывел её из раздумий, и она обернулась. Рядом стоял Джон Тейлор. -Немного, - ответила Ева с улыбкой. -Ты пришла с Джеймсом? – неожиданно спросил слизеринец. Ева кивнула. -Да, именно так. А что? -Традиционно сюда ходят парами, но я явился один, - Джон горько усмехнулся. – Думал, если ты тоже одна, мы могли бы… Штольц смутилась. Да, она была наслышана о романтических подвигах этого человека, но… -Я не бабник, - словно прочитав её мысли, произнёс Джонатан. – Я хотел пригласить тебя, но нигде не мог найти. -Все эти дни я торчала в библиотеке, - Ева виновато улыбнулась. – Если будешь искать в следующий раз, ищи там. Джон улыбнулся. -Конечно. Неожиданно возле них возник Джеймс с двумя бокалами. Он смерил Джонатана серьёзным, неприятным взглядом. -Шеф, Ева, - Тейлор кивнул ему и его спутнице, после чего удалился. Проводив его взглядом, Джеймс подал Еве бокал с какой-то полупрозрачной газированной жидкостью. -Что, умник разглядел в тебе новую подружку? – спросил Рэндалл. -Нет, просто поболтали, - Ева пожала плечами. – Что это? -Просто шампанское. Ничего лучше я не нашёл, - Джеймс мягко улыбнулся и вытянул свой бокал с тем же напитком вперёд. – Ну, что, выпьем за улучшение отношений между нами? -Д-давай, - удивлённо улыбаясь, ответила Ева. Чокаясь, их бокалы издали звон, после чего Джеймс и Ева выпили их содержимое залпом до дна. -Обжигает! – выдохнула девушка, смеясь и кашляя. – Я никогда раньше не пила шампанское… -Со временем к этому вкусу привыкаешь, - ответил Джеймс. – Ну, что, присоединимся к остальным? Он вновь подставил девушке локоть, и они направились в сторону Слизнорта, беседовавшего с профессором Снейпом.