Часть 2
12 ноября 2018 г., 12:34
Коннор сомневался. Он очень сильно сомневался, что принял правильное решение и нужный университет. Переехали они всего пару дней назад. Не сказать, что поездка выдалась приятной, Детройт встретил их отнюдь не солнцем и птичьим пением. Второй день шёл ливень, сильный ветер, но Хэнка это ни чуть не огорчало. Дом, в котором они поселились, находился не так далеко от центра и, к слову, от университета тоже. Он был намного меньше того, в котором они жили в Кентвуде, зато довольно уютный и в нём хорошо помещались два человека. Две спальни, небольшая кухня, просторный зал и компактная ванная комната. Мебель привезли вчера, личные вещи уже были расставлены, а Хэнк сразу вышел на работу. Зато Коннор сейчас стоял перед дверями университета и сомневался, что его зачислят в середине года. Всё же, здесь не было вступительных экзаменов, можно было не волноваться хотя бы по этому поводу. По коридору ходили весёлые студенты, обсуждающие какие-то предметы или других учеников. Преподавателей, в сравнении было маловато. Большая дверь в деканат приоткрылась, приглашая юношу войти, и он, всё же сомневаясь в правильности своих действий, тихо вошёл, прикрывая за собой дверь. Кабинет был большой, очень уютный и точно со вкусом обставленный, плюс, света добавляли большие, во всю стену, окна. Правда, сейчас по ним только скатывались капельки дождя. За столом сидел пожилой мужчина, перебирая какие-то бумаги. Услышав хлопок двери, он поднял голову, откладывая их в сторону и с интересом оглядывая молодого человека. Мужчина пригласил мальчишку присесть за стул и взял новую стопку каких-то бумаг с мелко напечатанными буквами.
— Итак, мистер Андерсон, как я понял, вы собираетесь начать обучение, но в связи с важными обстоятельствами не могли поступить в начале года. Так?
Коннор кивнул, протягивая свои документы и положил руки на колени. Ему было непривычно в этом месте, как-то неудобно если можно так выразиться. Он и правда скучал по Детройту, хотел вернуться, но либо его так долго не было, либо это сам город изменился, но всё сейчас выглядело таким далёким и незнакомым, будто он здесь в первый раз. Казалось бы, что может запомнить восьмилетний ребёнок, но Коннор помнил всё, и сейчас ему больше всего хотелось уйти от такого пристального взгляда, прикованного к своей персоне. Декан лишь протянул руку, принимая из рук юноши документы. В кабинете было тихо. После громкого звонка и в коридоре наступила тишина, слышно лишь скрип ручки в руках мужчины и шуршание бумаг. Казалось, время тянулось медленно, слишком долго, а наступившая тишина только давила на уши. Телефон в кармане неожиданно зазвонил, Коннор сразу понял что это Хэнк, потому что никто другой ему звонить как в принципе не мог, и его ни чуть не напрягал тот факт, что в его практически девятнадцать лет у него нет друзей. Коннор только сбросил вызов, отправляя короткое сообщение. Хэнк ждал его у входа в университет. Он сразу после приезда направился в департамент полиции, чтобы получить нужные данные и значок лейтенанта полиции Детройта. Он был несказанно рад этому званию, а Коннор был рад за Хэнка. За всё время, проведённое вместе, они очень сильно сблизились и юноша уже чувствовал в Хэнке не только отчима, а по-настоящему родного и близкого человека, способного защитить его в любой ситуации, какая только может произойти. Всё же, предыдущая его семья уже казалась чёрным пятном на его нынешнем состоянии. Мать он запомнил только по ярким глубоким глазам и каштановым локонам, аккуратными прядями спадающими ей на плечи, а отца и вовсе забыл. Ричард же до сих пор был в его сердце восьмилетним милым мальчишкой, который стоял горой за брата. Интересно только, какой он сейчас?
— Ты уверен, что справишься? Половина года прошла, тебе нужно выучить достаточно большой объём информации. Если не справишься, подойди к одному из преподавателей или ко мне. А сейчас постарайся найти одного из студентов из своей группы. Они должны быть на втором этаже.
Коннор поднялся со стула, принимая в руки подписанную бумагу, а затем молча вышел из кабинета, вежливо улыбаясь. Он не знал куда идти, всё было таким непривычно-незнакомым, благо напротив кабинета висели большие плакаты с расписанием. Юноша переписал его в блокнот, а также название своей группы, а затем спустился вниз. На втором этаже практически никого не было. Коннор неудачно застал середину занятия, поэтому, чтобы не беспокоить студентов, и не отвлекать их от лекции, он решил молча дождаться звонка и только потом поговорить с другими учениками по поводу расписания и нужных книг. Время тянулось ещё медленнее, чем в кабинете декана, зато это была прекрасная возможность изучить хотя бы первый корпус и запомнить расположение кабинетов, чтобы в следующий раз не отвлекаться на долгие поиски нужной аудитории. В холле висели картины. Коннор знал, что здесь есть кружок рисования, возле лестницы горшки с цветами и ещё какие-то декоративные украшения. Большинство студентов сейчас было на парах, только в парке возле учебного заведения сидели некоторые и смеялись. Что-то вызывало у него в душе тревогу, Коннор медленно развернулся, смотря на часы, а затем снова поднялся на второй этаж, терпеливо ожидая окончания лекции. От громкого звонка Коннор слегка вздрогнул, а затем посмотрел на открывшуюся дверь и студентов, выходящих из душного кабинета. Какая-то девушка остановилась, окинула его заинтересованным взглядом, а затем медленно подошла.
— Коннор Андерсон? Новый студент? — Коннор кивнул, подходя немного ближе. Глаза у девушки были карие, глубокие, почти как у его матери. Это единственное, что так ярко запомнилось от неё. — Я президент этого потока. Пройдёмся.
Коннор снова кивнул. Насколько он понял, сейчас у студентов должен быть обед, поэтому нужно было поторопиться, чтобы не отнимать слишком много времени. Они вышли из университета, прогуливаясь по аллее вдоль высоких ровно высаженных деревьев. Девушка долго рассказывала о пройденном материале, о списке учебников, и других студентах, которые будут учиться вместе с ними. Коннор её внимательно слушал, совершенно не замечая того, что до ворот его проводил холодный взгляд ярких голубых глаз. Юноша слегка съежился, будто чувствуя это, но потом списал всё на случайность и пошёл дальше. Он поблагодарил студентку за подробный рассказ и список материалов, а затем также медленно вышел за большие ворота. Хэнк на патрульной машине ждал его около входа. Он был доволен, широко улыбался, сжимая в руке небольшой купленный стаканчик с кофе, а затем медленно вышел из машины, передавая его в руки Коннору.
— Меня зачислили! — Радостно сказал юноша, показывая Хэнку все подписанные документы и список учебников.
— А чего же не зачислить. Тебя домой отвезти? А то у меня ещё работа.
— Нет, в городскую библиотеку, а там я сам дойду.
Хэнк сел обратно в машину, перед этим похлопав сына по плечу, и завёл мотор, выезжая с парковки. Дождь давно прекратился, из-за туч появилось солнце, хоть немного разбавляя серую атмосферу. Коннор был доволен этим днём. До следующей недели оставалось не так много времени, но всё же он надеялся успеть собрать все нужные книги и хотя бы немного подготовиться к семинарам и лекциям. В городской библиотеке была приятная тишина и почти не было людей, что добавляло этому месту свою прелесть. Только зеваки или студенты, которые решили в тишине подготовиться к парам. Коннор отдал список всех учебников невысокой пожилой женщине, а затем и карточку. Ждать пришлось не долго, она принесла стопку книг и вежливо попрощалась. Снова капал дождь, чтобы не намокли книги, их пришлось держать одной рукой, а другой направлять зонтик. Хэнка не было дома. Он не предупредил когда вернётся, даже приблизительное время не назвал, но и не собирался засиживаться допоздна. Юноша приготовил ужин и сел за стол. Хэнк работал в полиции ещё когда Коннор жил с матерью и только сейчас получил звание лейтенанта, он не спрашивал Хэнка за какие заслуги, но всё равно был очень рад, что труды его отчима хоть как-то были вознаграждены. Коннор до сих пор помнит, каким счастливым Хэнк был в тот день и как радовался сам, когда он ему сообщил о переезде в Детройт. Радость и предвкушение от встречи, хотя он даже не знал, жил ли Ричард на прежнем месте или куда-то переехал.
Сегодняшний день прошёл для них обоих тяжело, но продуктивно. Коннор, посмотрев все учебники, сел за стол, намереваясь пройти хоть что-то из предметов и вникнуть в пройденный студентами материал. В комнате была полнейшая тишина, только тиканье часов немного отвлекало, а ещё нахлынувшие воспоминания, которые хотелось прогнать всеми силами. Хэнк в тот раз сказал, что очень хотел бы купить себе собаку, большого сенбернара, которого раньше не было возможности приобрести. Коннор был очень рад слышать эти слова, ведь мама так часто обещала ему щенка, но так и не подарила, оставив мальчишку лишь в детских мечтах и желаниях, он сам не понял, но, кажется, именно в тот момент он стал отделяться от неё. Даже до маленького мальчика доходила мысль, что все мечты лишь останутся мечтами, а желания не так просто реализовать, как кажется на первый взгляд. С Хэнком они очень сблизились, конечно, поначалу казалось, что стена молчания и равнодушия никогда не поможет им разобраться в себе и сблизиться, всё же, Коннор так ни разу и не заговорил с ним о смерти Коула. Обижало ли это его или отталкивало, Коннор не знал, он снова пытался смириться с той мыслью, что он один, что больше не приедет мама, что папа больше не вернётся никогда, но в последний момент стену разрушил сам Хэнк. Он просто сблизился, просто открылся, просто… дал понять себя, и Коннор уверен, что именно это и было тем переломным моментом в их отношениях.
Коннор ни разу не пытался что-то скрыть от Хэнка, после их нелёгкого начала общения и попытки наладить контакт, он долго всё в себе сдерживал, не решаясь заговорить с приёмным отцом, но потом осознание, возвращение детской веры в отцовскую любовь помогло поставить всё на свои места, и Коннор просто открылся, как это сделал и Хэнк. Преодоление пути, которого казалось вообще нет. Сейчас же Коннор не чувствовал себя брошенным, перевернув страницу скучного учебника, он сложил руки на столе, опуская на них голову и постарался отдохнуть, но грустные мысли о не совсем лёгком детстве так манили, голова немного разболелась, он прикрыл глаза и всё же погрузился в приятный мир собственных воспоминаний. Хотя, если так подумать, в них было мало счастья, только боль и детская обида, которая засела глубоко в душе, наровясь там и остаться чёрным пятном. Хэнк вернулся не очень поздно и сразу приоткрыл дверь в спальню Коннора. Зрелище вызвало на его лице улыбку. Голова и руки на слегка смятых тетрадях, приглушённый свет лампы и сброшенные на пол пара ручек. Он осторожно подошёл, к кровати, стаскивая с неё клетчатый тёплый плед, и положил его в аккурат на худые плечи Коннора, который слегка вздрогнул и что-то пробормотал во сне.
Вечер портили только шумные капли дождя по крыше дома, раскаты грома и порывы ветра, на улицу сейчас точно лучше не выходить. Хэнк присел в кресло, сжав в руках кружку с горячим чаем и включил телевизор. Он не сильно устал на работе. Ему сразу выдали напарника по имени Гэвин Рид. Неприветливый молодой человек, но Хэнк сразу понял, что к нему просто нужен свой подход, поэтому сильно не упрекал. Всё же, Коннор был прав, говоря, что в Кентвуде намного спокойнее и лучше, он с ним не спорил, ведь сам прожил там не один год и смог привыкнуть к довольно тихой атмосфере, которую у этого города точно не отнимешь. Дверь в спальню немного приоткрылась. Из тёмной комнаты вышел сонный покачивающийся Коннор, сжимающий на своих плечах тяжёлый плед, а затем плюхнулся на диван, красными после сна глазами глядя сначала на Хэнка, а затем на часы у них за спиной.
— Как дела на работе? — Поинтересовался он, облокачиваясь на мягкую спинку и не без интереса вглядываясь в экран телевизора. Какой-то старый фильм. Хэнк очень любил пересматривать старые фильмы. Коннор тоже иногда их с удовольствием смотрел, пытаясь вникнуть в сложные, иногда запутанные сюжетные линии, которые часто переплетались между собой.
— Хорошо. Ты собрал все учебники, нет никаких проблем?
Коннор произнёс тихое «нет» и продолжил смотреть фильм. Он часто обращался к Хэнку за помощью, а тот никогда не отказывал, даже если был очень сильно занят. Хэнк прекрасно понимал, какая поддержка требуется Коннору, и старался всегда оказывать её, чтобы всё-таки быть ближе, чтобы снова не казаться таким отдалённым отчимом, на которого мать повесила опеку над ребёнком практически без его согласия. Их хрупкий построенный мир быстро рос, с каждой улыбкой Коннора, с каждой его искрой в глазах, Хэнк сам понимал насколько ближе становится к этому мальчику. Приятный вечер, снова проведённый вместе за телевизором. Коннор придвинулся немного, чувствуя, как Хэнк гладит его по волосам, а потом обнимает прижимает близко к груди и целует в макушку. К середине фильма Коннор уже спал глубоким сном, заботливо укрытый одеялом.
***
Время надвигалось быстро. Коннору казалось, что он не успеет выучить весь материал к назначенному дню, но всё-таки, вспомнив о запасе выходных и важном празднике, он со спокойной душой доучивал последний пройденный материал. Хэнк постоянно пропадал на работе. С полученным высоким званием он и часто появляться дома перестал, задерживаясь то на ночных дежурствах, то на патрулировании города вместе с своим напарником. Хэнк иногда о нём рассказывал, всё же, этот человек не вызывал у него восторга. Злой, надменный и высокомерный тип. Хоть Коннор и не знал его лично, со слов Хэнка он узнавал достаточно, чтобы пообещать себе с ним не пересекаться вообще. Тишину утра разрушил громкий звонок на мобильном телефоне, Коннор слегка поморщился, отвечая на него, а потом приложил руку к вискам, чувствуя, как от громкого звука резко разболелась голова. Это был Хэнк, но звучал он как-то обеспокоенно, может рассерженно, по его словам Коннор только понял, что он сейчас со своим напарником в больнице, того ранили, а потом вызвали скорую, чтобы остановить сильное кровотечение. Хэнк только попросил принести ему обед, потому что вряд ли успеет попасть домой. Непутёвый напарник решил, что в рукопашном бою он справится намного лучше, в результате чего получил по носу ножом и упал на землю, чувствуя, как сверху на него падает ещё и преступник. Ночное патрулирование прошло не так гладко, как хотелось бы. Коннор не стал ничего говорить, только собрал в пластиковый контейнер немного еды, что осталась с ужина, а также пару свежих пончиков и кофе, купленный по дороге. Когда Коннор приехал в больницу, Хэнк был не в лучшем виде: грязная куртка после драки, круги под глазами, уставший вид и растрёпанные волосы. Коннор передал еду и, пожелав удачного дня, вышел из больницы. Он хотел весь сегодняшний вечер посвятить учёбе, но необычно тёплая погода после двух дождливых дней и яркое солнце всё же заставили его купить ещё одну кружку с кофе и присесть в парке. Он помнил это место. В детстве они с братом здесь часто гуляли, гоняли голубей по золотым аллеям, рисовали мелками на дорожках, реже пускали кораблики в лужах. Никто бы и не подумал, что в их семье есть какие-то проблемы, но вид всегда так обманчив. Коннору было хорошо с Ричардом. Он единственный на тот момент мог уберечь его, спрятать, а потом обнимать, так долго и крепко, что Коннор сам бы предпочёл остаться в этих тёплых объятиях, но где сейчас Ричард он не знал, даже не подозревал, встретятся ли они вновь или так и будут далеко друг от друга. Лавочка была холодной, но Коннор сжимал в руках стаканчик с горячим кофе и просто готовился к тому, что через пару дней он уже пойдёт в университет. Это было так непривычно, сердце забилось немного сильнее. Не сказать, что он ждал этого дня, просто готовился к нему, хотелось конечно, чтобы всё было идеально. Вспоминая все свои неудачные знакомства в прошлый раз, неуверенность в себе достигла своего апогея. Коннор редко общался в компаниях. Единственными его друзьями были Коул и Алиса, но и их сейчас нет. Вечером надо будет поговорить с Хэнком об этой ситуации, он должен понять, он должен помочь. Но этим вечером Хэнк домой не пришёл. Просто звонок и радость о первом закрытом деле. Куча отчётов, бумажной работы и недовольно ворчащий напарник о никчёмности этой жизни. Сидеть с перевязанным носом он явно был не доволен. Коннор тихо усмехнулся в трубку, а затем пожелал Хэнку спокойной ночи и тоже улёгся в кровать. Беспокойство, страх — это не всё, что он испытывал перед первым учебным днём, его мало что радовало в этой ситуации, он просто надеялся, что сможет увидеть Ричарда таким, каким он его запомнил в детстве: улыбчивым парнем, готовым оказать в любую минуту поддержку и подставить своё плечо. Но мысли снова смешивались в тугой ком, отвлекая от предстоящего первого учебного дня. Страх медленно скапливался внизу, концентрируя своё внимание именно на этой проблеме. Коннор всё же постарался уснуть, но все его мысли снова и снова возвращались к маленькому синеглазому братику. Ночь длилась долго, это точно была самая длинная в жизни Коннора, он так и не смог уснуть, чувствуя, как всё ещё волнуется перед учёбой. Он знал, что места будет мало, потому что перевод в середине учебного года был большой неожиданностью даже для самого Коннора, не то что для ректора или преподавателей. Ближе к утру Коннор был готов. Собрав в кулак все свои мысли и страхи, он всё же решился. Скинул в сумку все необходимые для первого дня учебники, несколько тетрадей и ручек. Привёл себя в порядок, более-менее скрывая синяки под глазами, а затем вышел из комнаты, направляясь прямо к кофе-машине, которую недавно принёс Хэнк, и с гордостью показал все режимы и сорта, которые она может приготовить. Сейчас она была, как никогда, кстати. Коннор достал небольшой стаканчик, пару бутербродов и пошёл к выходу, сжимая кулаки, волнение до сих пор неприятно давило внутри, но Коннор был уверен что справится, просто сам для себя это решил. Хэнка сейчас не было рядом, чтобы поддержать его, но Коннор постарался расслабиться, даже не смотря на пугающие мысли о куче незнакомых студентах. Ворота университета виднелись издалека большими арками. Коннор кивнул сам себе, уверенно заходя внутрь, а затем и поднимаясь по лестнице. Первой парой был семинар, его хоть и не было, на предыдущем занятии подготовиться он успел, даже не используя постороннюю помощь, ещё со школы у него были высокие отметки по математике, он был уверен, что проблем с этим предметом не возникнет. Неуверенно войдя в кабинет, он уселся на первую попавшуюся парту, доставая учебник. Встретившись взглядом с той самой девушкой, с которой он говорил пару дней назад, Коннор только кивнул, а потом вернулся к учебнику. Пара должна пройти гладко, хоть и было не комфортно находиться в аудитории из-за направленных на него взглядов. Атмосферу разбавил только вошедший преподаватель. Он поприветствовал всех учеников, представил нового студента и начал вести занятие. Коннор сидел один. Он никого не знал, но и не торопился знакомиться, одному было немного спокойнее, особенно в первый день нахождения здесь. Преподаватель долго что-то рассказывал, кажется, самостоятельно погружаясь в заданную тему, а не пытаясь вовлечь в неё учеников, но Коннор слушал. Он думал о Хэнке. Тот так и не позвонил со вчерашнего ночного дежурства и юноша всё же начал переживать о его здоровье. День пока что проходил нормально, но следующая пара была лекция, всё же Коннор еле вытерпел этот процесс, чувствуя много взглядов, направленных ему в спину, а на лекции он и подавно будет стесняться, даже если с ним кто-то и сядет. Но нижние парты не занимали практически никогда, поэтому Коннор чётко установил свою позицию: просто сидеть и слушать, друзья ему не нужны, а Ричард, кажется, и не учится здесь вообще, но как бы не так… Звонок снова громкой трелью пронёсся по коридорам, двери открылись и студенты повыходили из своих кабинетов, направляясь на четвёртый этаж. Коннор плёлся позади всех. Он старался не вклиниваться в эту дружную атмосферу. В детстве в старой школе у него действительно было много друзей одноклассников, но сейчас, да и после стольких пережитых событий, он решил не усложнять себе жизнь очередными неуместными контактами в телефоне, а просто приложить все силы и выучиться на достойного специалиста. Возле кабинета собралось много народу, видно, что здесь находится не одна-две группы, а намного больше, и Коннор уже было заволновался, что ошибся этажом или кабинетом, но вовремя подоспевшая темноволосая девушка открыла ключом дверь, впуская студентов внутрь кабинета. Парты шли большой лестницей вверх. Самые дальние уже были заняты, но Коннор и не собирался лезть туда, ведь есть свободные внизу. Гул становился всё громче, а студентов всё больше, Коннор и надеяться переставал, что действительно встретит Ричарда в этом университете, но дверь с громким хлопком открылась, впуская внутрь оставшихся студентов. Все мечты об образе славного улыбчивого синеглазого мальчика просто рухнули вниз, разбиваясь на маленькие стёклышки и рассыпаясь по земле. Коннор не мог оторвать от него взгляда и даже не потому, что давно его не видел. Темноволосый широкоплечий юноша смотрел прямо в душу, высокий ворот чёрной водолазки плотно обхватывал шею. Пышные ресницы, окрашенные чёрной тушью, проколотая бровь, из которой торчали только два небольших чёрных шипа, хеликс в ушной раковине, украшенная такими же шипами нижняя губа и крыло носа. Коннор приоткрыл рот от удивления, но даже не смог помахать ему рукой. Всё, что он получил в ответ от брата — холодный взгляд голубых глаз и полное равнодушие. В душе появилась какая-то обида. А может он просто не узнал его? После этой пары должен быть обед, может Ричард поговорит с ним, и они вместе отправятся в кафетерий, который находится совсем рядом? Но он не получил даже улыбки, тёплого взгляда и ласкового приветствия. Преподаватель опаздывал, пара затягивалась, а Коннор просто надеялся, что Ричард с ним заговорит. Двенадцать лет проведённые порознь, ни одного звонка или сообщения. Мать запрещала всё, а Ричард даже и не пытался. Очень хотелось позвонить Хэнку и поговорить с ним, но он был очень занят, даже если учесть то, что сегодня у него, по сути, выходной. Преподаватель всё же пришёл, отпустил на час раньше, оправдав всё своей занятостью, Коннор решил, что подойдёт. Даже если он будет не один, а с какими-то девушками или друзьями. Студенты быстро покинули аудиторию, вскоре внутри оказался только он и ещё пара не интересующихся программой учеников. Коннор волновался, дрожащими пальцами закрыл дверь, замечая у окна брата, что-то печатающего на телефоне. Подойти к нему оказалось куда сложнее, чем представить их разговор, но всё же, Коннор был готов. Он медленно приблизился к высокому юноше, пальцы всё ещё дрожали, а сердце колотилось как ненормальное. — Ричард… Здравствуй. — Тихо сказал Коннор, беспокоясь, что его голос громким эхом разойдётся по пустым коридорам. Тот оторвал взгляд от гаджета, запихивая его в карман. Вид у него был недовольный, Андерсон не мог понять что же он сделал не так, поэтому улыбнулся, стараясь хотя бы так наладить контакт. — Привет. Ты что-то хотел? — Безэмоционально ответил Ричард. Его абсолютно не заботил этот разговор и продолжать он его, кажется, не намерен был. Коннор вздрогнул от этого тона, убрал руку за спину и отошёл от него на шаг. — Мы не виделись больше десяти лет. Ты не хочешь поговорить со мной, спросить о чём-нибудь? Я скучал по тебе, — всё что получил Коннор в ответ только злую усмешку. По телу прошла дрожь. Не так он себе представлял их первую встречу и не таким разговором он хотел её закончить. Обида начала пульсировать внутри большим комочком. Он ждал этой встречи так долго, а всё, что получает в ответ — это равнодушие, злоба, отвращение. Такое сильное, будто у него сигарету попросили, а не простые пару слов родному брату. Телефон в кармане Ричарда завибрировал, и тот, не извиняясь на прерванный разговор, спокойно ответил, отворачиваясь к окну. Коннор опустил голову, смотря себе под ноги. — Нет абсолютно никакого желания, — сказал также равнодушно Ричард, направляясь к лестнице. — Хотя знаешь… Дам тебе один совет: держись от меня подальше, и тогда проблем у тебя не будет. Это было последнее, что произнёс он, и быстрыми шагами спустился по лестнице. На душе скребли кошки, а на глазах наворачивались слёзы. Коннор не позволит себе заплакать, в запасе есть лишний час, есть время подумать. Юноша накинул на плечи толстовку, и тоже спустился по лестнице. Ричарда нигде не было, куда он свернул, Коннор не знал, да и желание знать пропадало. Ему мог помочь только один человек. Андерсон достал из кармана телефон, глядя на часы, а затем быстро выбежал за ворота университета. Полицейский департамент находился не очень далеко, за пятнадцать минут дойти можно было, но Коннор практически бежал, чувствуя, как слабеют ноги, как от комка в горле не получается даже сглотнуть, а на душе цветущая весна постепенно превращается в загнивающую осень с сухими опавшими листьями и холодным ветром. Здание уже появилось на горизонте. Патрульная машина Хэнка стояла на месте, а его возле участка не было, значит внутри. Коннор осторожно открыл двери, входя внутрь. Огромное помещение с кучей столов, но найти рабочее место Хэнка труда не составило. На столе была небольшая рамка с фотографий, где он обнимает Коннора. Хэнк сидел на кресле, писал что-то на бумаге, а рядом тот самый детектив Рид с налепленным на нос пластырем. Коннор тихонько подошёл, привлекая к себе внимание. Гэвин сразу же злорадно улыбнулся, обнажая ряд ровных белых зубов, а потом поморщился от боли в разбитой губе. — Смотрите-ка. Чей-то хороший мальчик пришёл. А что, у нас нынче пары в полиции проходят или преподаватели курево под партой нашли? — он снова скривил губы в усмешке, а потом получил от Хэнка гневный взгляд и вернулся к отчётам. — Коннор, — сказал Хэнк, поднимаясь с места. — Что случилось? Тебя кто-то обидел?***
— Я ждал с ним встречи двенадцать лет, — прошептал Коннор, сжимая вынутую дома из рамки фотографию. Он взял её с собой и вложил в тетрадь. Просто чтобы была. — Знаешь, сынок, просто дай ему время. Вы слишком долго не виделись, вряд ли он просто так сможет принять тот факт, что ты в городе, а потом он и сам с тобой заговорит. — Хэнк одобрительно улыбнулся, похлопав его по плечу. Они сидели в небольшой столовой, где делали очень вкусный кофе. Коннор только смотрел на коричневую жижу, больше напоминающую топлёный шоколад, по вкусу и аромату также. Но он ничего не ответил, только выдавил из себя добрую улыбку. Хэнк снова его поддерживал. И всегда будет. Он явно не ожидал увидеть такого Ричарда. Его образ совершенно не совпадал с ожиданиями, даже и близко не стоял, но всё же, Коннор был рад, что хотя бы увидел его, такого… было трудно даже подобрать слова. — Ты на пару-то не опоздаешь? — Хэнк демонстративно помахал перед его лицом наручными часами. — А ты придёшь к ужину? Хэнк только усмехнулся и кивнул, желая Коннору удачного дня, вот только было бы здорово, если бы он именно так и прошёл. Две последующие лекции Коннор просто смотрел в одну точку. Сосредоточиться абсолютно не получалось, даже правильно воспроизвести в голове произнесённое преподавателем предложение, и от этого становилось только хуже. Другие студенты часто переводили взгляд то на него, то на Ричарда, а потом просто отворачивались, пожимая плечами. Коннор почувствовал, как в груди всё сжалось когда на него посмотрел брат. Снова он встретился с его взглядом, снова почувствовал пробежавший по коже холодок. Такие яркие в детстве глаза, и такие холодные сейчас. Он внушал опасность только своей походкой и расправленными плечами, что уж там говорить об общении с ним. Но Коннор ни на секунду не сомневался, что всё же найдёт с ним общий язык и им будет также хорошо и весело, как и в детстве, но с каждым новым днём такие же мечты превращались в серый пепел. Ричард был таким далёким, страшно было подойти к нему. Что он говорил тогда, имея в виду проблемы? Коннор сжал фотографию в руках, а затем смял её, убирая в сумку. Снова детские мечты остались лишь мечтами, снова он одинок, снова ему на помощь придёт только Хэнк. И так бы и тянулись не только дни, но и недели, пока однажды, Коннор не почувствовал, как рядом кто-то сел. Он неуверенно повернул голову, замечая рядом в собой невысокого нахмуренного юношу. Светлые волосы, голубые глаза, ничем не примечательный подросток, которого сложно выделить из толпы других. Разве что яркими глазами цвета синего неба. — Я могу чем-то помочь? — Спросил Коннор, загибая уголок листа в тетради и опуская взгляд вниз. Тот только улыбнулся, протягивая руку для рукопожатия и положил рядом свою сумку. Андерсон неуверенно пожал руку в ответ, переводя взгляд на яркие голубые глаза. — Меня зовут Даниэль. Не против если я с тобой присяду? — Коннор только кивнул, всё ещё чувствуя в глубине души засевшую неуверенность, но юноша быстро разрядил атмосферу странным юмором и некоторомы фактами о находящихся в группе студентах. К некоторым Коннор прислушивался, переводя на него удивлённый взгляд, а некоторые и мимо ушей пропускал, стараясь сильно не вдаваться в подробности личной жизни некоторых студентов. — Скажи, — после разговора начал Коннор, стараясь не показывать в своих глазах жгучий интерес, — Ричард всегда был таким… холодным? — слова застряли в горле, но Даниэль просто повернул голову назад, смотря на темноволосого юношу в чёрной кожаной куртке. Его стиль довольно отличался от других подростков. Только чёрная одежда, преимущественно чёрные берцы, такие же джинсы и водолазки с высоким воротом. — Ричард Стерн? — Коннор резко перестал писать в тетради, поворачивая к собеседнику голову. Он очень удивился, услышав у брата совершенно не знакомую фамилию, но вместе с удивлением пришёл и немалый интерес. — Сколько учился в этом университете, столько и был злым, холодным и отталкивающим. Не связывайся с ним лучше, проблем больше будет, даже с тем условием что он твой брат, крутящиеся вокруг него леди изведут потом. Коннор посмотрел на Ричарда, что-то в очередной раз печатающего в телефоне, а затем продолжил читать учебник. Он не знал, как можно хотя бы начать разговор. Коннор хотел узнать о брате многое. Как он жил, что случилось с папой, скучал ли он вообще, но только одного холодного взгляда было достаточно, чтобы вновь кожа покрылась мурашками, а обида от ядовитого равнодушия травила душу. Звонок отвлёк студентов от чтения учебников, Даниэль развалился на стуле, поправляя шнуровку на кроссовках. По парте резко раздался хлопок и юноши повернулись на шум, как и половина аудитории. — Так-так. — Насмешливо произнесла высокая блондинка на тонких каблуках. Коннор её и не заметил сначала. — Два отщепенца, изгоя общества, решили создать свою маленькую армию? Девушка рассмеялась, щелкая по парте своими окрашенными ноготками с нарисованными на них сердечками. Она выглядела довольной, демонстрируя большой вырез на кофте, а затем рассмеялась, надеясь сказать какую-нибудь ещё гадость. — Не твоё дело, Эшли. Отцепись от нас, — рявкнул Даниэль, собираясь ударить линейкой по её длинным пальцам с нарощенными ногтями. Коннору было неудобно, особенно от чувства, что кто-то его защищает, это вызывало больше смущение нежели благодарность. Но блондинка и не думала что-то ещё делать, она выпрямилась и цокая высокими каблуками, поднялась по лестнице, усаживаясь на парту Ричарда. В душе Коннора появилась какая-то злоба, может даже ревность, но подойти и что-то сделать было бы слишком глупо с его стороны. Во-первых, Ричард сам попросил держаться от него подальше, а во-вторых, не сильно-то он и был против, откладывая телефон в сторону и кладя ладонь с крашенными в чёрный ногтями, ей на бедро. Щёки Коннора покрылись румянцем, но он только отвернулся, не собираясь больше на это смотреть. Даниэль сдержал усмешку, похлопал Андерсона по плечу, понимая, что такой спектакль он точно видит впервые. Первая неделя в университете прошла так себе, а Коннор начал мечтать о том, чтобы вернуться обратно в Кентвуд.
