Всё дело в одном мгновении

      Утро не заладилось с самого начала, ибо когда только я проснулась, в голову полезли плохие мысли и ещё каждый предмет, около которого я проходила, так и норовился свалиться мне голову или на мизинец — пластмассовый тазик, стоящий на шкафу в коридоре или, к примеру, утюг. Тем более, после вчерашнего все мои мысли о том, что нас ждёт — как сказал Дазай, Мафия не ждёт с местью. Ха-ха, думаю, Акутагава позабавится, размазывая мои внутренности по стене. Хотя это будет довольно кратковременная радость. Кстати, о Дазае: после того, как мы привезли Ацуши с Танидзаки и Наоми к доктору Йосано, он сказал, что, пожалуй переночует сегодня у себя дома. Так даже лучше, но… Из-за одиночества мне казалось, что плохое настроение пожирает меня. Волнение за Ацуши, за Дазая и страх перед тем, что нас ждёт — всё слилось воедино, воплотившись в густой сгусток плохих мыслей, что засели в моей душе. Дзынь!       Я вздрогнула, уронив стакан, с петляющим узором на стекле, на пол. Он, разумеется, разбился, расколовшись на тысячи прозрачных и сверкающих, как алмазы, осколков. «… Так, Юкки, успокойся… По крайней мере, у тебя есть Дазай, он тебе как брат — всегда поддержит и поймёт…»       Я присела на пол, начав собирать осколки, как вдруг один из них глубоко впился мне в палец. Я выдернула его и из раны, кровь, скатываясь вниз, потекла по руке. Полностью заживёт через минуту… «… Но нужна ли я Дазаю?» «Через 3 часа»       Моя странная задумчивость продолжалась довольно долго — в таком же состоянии я пришла на работу, написала отчёт, спросила Акико о состоянии Ацуши — с ним, кстати, всё хорошо. Такая же «сомнамбула» вместо меня сидела на важном, по мнению Куникиды, собрании. — Из-за действий Ацуши наш штаб подвергается серьёзной опасности со стороны Портовой Мафии…       Я, бездумно смотря в разложенные передо мной бумаги, крутила в руках очередной стакан, наполненный водой. Я сделала глоток, освеживший меня и мою пересушенную ротовую полость. -… А ты как думаешь, Юкки? — Я полностью согласна с тобой, Куникида, — я подтвердила что-то, чего сама не слышала. — Ты думаешь, надо провести со шкетом вразумительную беседу? — Да. — Ты согласна написать пару отчётов сегодня? — Да. — Так, ладно, пойду-ка я отолью, — заложив руки за голову, встал со стула Ранпо. — Да, — на автомате ответила я, секундой позже удивившись, почему все замолчали, — Эм… Нет?       Все снова синхронно вздохнули, пока я осматривала их лица: улыбающегося Кенджи, равнодушную Йосано и насмешливого Дазая. Чёрт, он опять потом надо мной стебаться будет из-за этого. Я сделала ещё один глоток воды из стакана и замолчала — казалось, в моём рту так сухо, что, если я заговорю, он треснет. — Так, ясно, ты даже не слушала, — Куникида смерил меня укоризненным взглядом и посмотрел на планшет с закреплёнными на них бумагами. — Юкки-чан, о чём ты думаешь? Или О КОМ? — Осаму подмигнул мне, положив голову на ладонь руки.       Тут меня переклинило и я, глаза которой стали размером с пять рублей, застыла. Очнулась я, когда все уже вставали из-за стола. Так, надо что-то делать с моей эмоциональностью. Я начала вставать со стула, как чьи-то — хм, интересно же чьи — перебинтованные руки с крупными ладонями прижали меня к стулу. — Хэй! — крикнули мне в ухо, — Чего такая хмурая? — Настроение плохое, — я махнула рукой. — Видно, — он оглядел меня с ног до головы, — рубашка мятая, волосы плохо расчёсаны и… эээ…       Я проследила за его красноречивым взглядом и увидела что белая майка, находившаяся под расстёгнутой голубой рубашкой, сползла вниз, обнажив маленький, первого размера, бюстгальтер небесного цвета. Я вспыхнула и мигом поправила майку, устремив глаза на Осаму: — Я что, так почти всё собрание просидела? — Почти всё, — он обезоруживающе улыбнулся, обнажив все свои тридцать два. — Не мог меня предупредить как-нибудь? — Неа, — шатен мотнул головой, — Во-первых, на собрании разговаривать нельзя, во-вторых, очень весело было смотреть, как на тебя все косятся. Брат рассмеялся, оглядев мои красные щёки: — А в-третьих, ты почти спала!       Чёрт, как я буду всем в глаза смотреть? Нет, конечно, там и смотреть практически не на что, но всё равно стыдно! Ох, а директор тоже видел? Вообще, у меня достаточно странное физическое развитие — в 14 лет у меня был рост 147 см и грудь, кхэм… Как бы поточнее выразиться… Как говорят в России: «Доска — два соска». За два года я нормально так подросла, набрала недостаток в весе и даже приятно округлилась. Ну, и, конечно, пошли всякие разнообразные процессы, необходимые для жизнедеятельности женского организма… «Дазай! Дазай! У меня кровь» — звонила я в четырнадцать с половиной лет утром самоубийце, который мирно спал: «Что? Какая кровь?» «Ну… Эээ… Я проснулась, а на простыне пятна крови» На минуту в трубке зависло молчание — похоже, у Дазая только включались мозги после сна. «Алло?» «Чёрт… И как назло, Акико в отпуске… Жди, я сейчас приду» Этот день, полный незаменимого выражения смущения на лице Дазая и веселящейся меня я не забуду никогда. Я вообще, мало что забываю. — Хватит смеяться, — заявила я Осаму, — У меня ПРОСТО плохое настроение с утра! — Да? И это… — И это никак не относиться к… — Шкет очнулся, — произнёс вошедший Куникида, когда я начала вставать со стула. — К Ацууушииии! А-А-А-А-А-А-А-А! — по непонятной мне причине, именно в этот момент моя нога подвернулась, нелепейшим образом зацепившись за ножку стула и я упала, успев опрокинуть его и удариться челюстью о второй, стоящий рядом. В глазах от неожиданно нахлынувшей боли звёздочки заплясали тверк. — А ты говоришь, что это не из-за Ацуши, — ухмыльнулся Дазай, опустившись на одно колено (Ох, как романтично бы это было в другой обстановке!) рядом со мной и сочувствующе похлопав меня по плечу. Куникида, вместе с Ранпо довольно скептически оглядывая место трагедии моего эго, сказал: — Он, кстати, сейчас придёт. Решив в этот раз не восторгаться столь бурно я, хрипло застонав, присела опираясь рукой на край стола и встала: — Э, ну, это отлично, я рада за него! — Привет, Юкки, — на моё плечо опустилась бледная рука юноши и я еле-еле снова удержалась, чтобы не упасть как подкошенная, пока Ацуши приветствовал всех. — П-привет! — громко пискнула я, сама удивившись, как звучал моя голос: как писк укурившегося марихуаны комара. Все повернулись в мою сторону: — Э-эм, Юкки, Ацуши отошёл в туалет, — сказал Эдогава, окидывая меня странным взглядом; я явно заметила, как на его лице проскользнула усмешка — чёрт, так все узнают, что я влюбилась. Как глупо! Вообще, как я могла так тупо зависнуть на где-то минуту? И это только из-за присутствия Ацуши? Господи, да я даже общаться же с ним нормально не смогу, если буду так себя вести. — Я тоже пошёл. В кафе, — мимо прошёл Дазай, проскользнув около бдящего днём и ночью Куникиды в дверь Агентства.       Я обескуражено подняла опрокинутый деревянный стул и присела на него. Вокруг меня все занимались своими делами: Кенджи с маниакальным выражением лица рассматривал цветок, Ранпо крутился на стуле, а Куникида, открыв ноутбук, начал сосредоточено что-то писать. А в центре этого умиротворения сижу я, красная как помидор, судорожно вцепившаяся руками в древесину. — Слушай, у тебя всё в порядке? — я опять вздрогнула. — Ацуши, ты не мог бы перестать так подкрадываться? Меня уже второй раз за день чуть инфаркт не хватил, — Накаджима поморщился из-за того, что я повысила голос, — прости, — сказала я, секундой позже, — Настроение плохое. — Ничего, — мы с ним одновременно встали, смотря в лица друг другу. Я начала успокаиваться. — Я рада что ты… — за окном, видимо, на соседней улице, прогремел взрыв и я рефлекторно пошатнулась вперёд, ухватившись за плечи Ацуши. Через секунду я отстранилась, — … Что ты меня понял, да, — и, как глупая дурочка, подошла к окну, смотря на снопы взвившегося вверх дыма, хотя хотелось с истеричным хохотом и плачем одновременно убежать подальше отсюда — а лучше всего к Дазаю на ручки. — Как думаешь, что там произошло? — тихо спросил юноша, касаясь оконной рамы рукой. — Можем сходить посмотреть. «Через полчаса» — Мне надо написать отчёт, а то Куникида потом съест меня на ужин, — неловко пошутила я, видя как Ацуши расстраивается из-за увиденной трагедии. — Да, — он грустно улыбнулся, — А я погуляю чуть-чуть. Это не будет считаться за прогул? — Неа, — я махнула рукой, — Вон, Дазай сейчас в кафе ошивается. Никак не отпускает шанса соблазнить ту официантку.       Хотя Осаму, скорее всего, отдельный случай — он мог прогуливать когда угодно, ведь ни вопли Доппо, ни предупреждения директора на него не действовали. Мне же прогуливать совесть не позволяет. Накаджима снова улыбнулся. Я повернулась к нему спиной: — Я пошла, до встречи, -я сжала руки около груди. — До встречи, — пробормотал Ацуши, слегка удивлённый моим поведением, как я уже убежала в сторону здания, где на четвёртом этаже располагалось Агентство. Но не успела я и шага сделать, дойдя до двери, как меня словил за руку Куникида. Чёрт. — Юкки, поможешь мне в архиве, — и устремился туда. Мне оставалось только со вздохом устремиться за ним. В специальной комнате, отведённой под архив, было навалено много разных папок, нужных в Агентстве. Документы бережно находились в шкафах, каждая полка которой была пронумерована и отмечена. — Из-за твоего Ромео здесь неразбериха, — сказал очкарик, протянув мне лёгкие папки, заполненные документами. Ромео? — Чего зависла? — мужчина озадаченно смотрел на меня сверху вниз. Я резко осела на стоящий рядом стул, покрытый полиэтиленом. У меня резко началась истерика. — П-почему вы называете его м-моим Ромео? Я сама не поняла, почему это так вывело меня из спокойствия — скорее всего то, что он как раз-таки не является моим Ромео. Мы же не встречаемся — и вообще, знакомы три дня. — Потому что всем видно, что он тебе нравится. — А я ему нет и…и… Ничего не видно! — я встала и резко рванула у него из рук эти несчастные папки, — Не твоё дело! — Успокойся.       Так, он прав. Дыши, Юкки, дыши. Сделав глубокий вздох я вышла из архива и зашла в лифт — через секунду за мной зашёл Куникида, с такой же стопкой в руках, только побольше. А у меня неплохо получается сдерживать самообладание. Так я думала, едя в лифте. И тогда я не задумывалась о том, что это самообладание разрушится в пух и прах, когда, выйдя на нужный этаж, мы наткнёмся на Ацуши с сумкой на плече. — Ауч! — я врезалась лбом в скулу юноши, уронив документы, которые, словно прячась разлетелись по углам, — Да что ж за день-то такой! — в сердцах высказалась я, поднимая глаза на потирающего щёку Накаджиму. — Прости, я не видел что ты вышла, — он поправил сумку и отошёл от меня, взглянув на выход. — Шкет, лучше помоги нам донести документы. Хэй, ты куда собрался? — вопросительно спросил Доппо, когда Ацуши, игнорируя его вопрос, пошёл к двери, напоследок обернувшись. — Не волнуйтесь. Теперь Агентство в безопасности, — он улыбнулся. Э? Героем что ль решил заделаться? — Уходишь…? — хриплым голосом спросила я. — Да, — он снова улыбнулся и вышел за дверь. Я медленно осела на пол, слушая крики Куникиды: — Шкет, вернись я сказал… Рейко, ты чего? — спросил Доппо, увидев, как мои плечи задёргались в истерике (Он назвал меня по фамилии! Что-то новенькое!).       Блондин обеспокоенно присел рядом. Либо передозировка грусти на мой день, либо что — я почувствовала, как моё желание того, чтобы Ацуши всегда оставался рядом, пугающе обострилось, и от осознания, что он сейчас уйдёт, и я его больше не увижу, стало больно-больно внутри, словно что-то порвалось или надломилось. — Да… Я… Он… И ушёл… — я всхлипывала, сама внутри не понимая, почему заплакала. Видимо, из-за плохого настроения, плюс из-за стрессовой ситуации. Язык заплетался, и я не могла ничего выговорить, мямля слова, словно младенец. — Вставай, Юкки, — мужчина поднял меня за локти, разворачивая к себе, — Успокойся. Иди в штаб, отдохни. Я тут сам закончу. — А-ага, — я с шумом втянула ноздрями воздух и сопли, которые всё равно потекли обратно при вдохе. На деревянных ногах я направилась в офис. — Куникида… Всё в порядке, Юкки? — доктор Йосано оказалась рядом за доли секунды, перехватив мои запястья, — Что случилось? — Ац-цуши, ушёл, — просипела я, пока меня подводили к столу, где собрались почти все. — Куда? — Отсюда. Не знаю, куда. Раздался звук открываемой двери — сзади подошёл Куникида, положив руку мне на плечо: — Решил что таким образом спасает Агентство от Мафии, — он кивнул на меня, — И её до истерики довёл. — А тебе не поровну что с ним? — не очень-то вежливо поинтересовалась Акико. Я уже собралась ответить, как вдруг дверь штаба слетела с петель, с шумом падая на пол. Все разом обернулись на толпу людей, ввалившихся к нам. — Простите что без предупреждения, — с невесёлой ухмылкой заявил седой длинноволосый мудак, — Всё закончиться очень быстро.       Картина получилась довольно комичная: Все сотрудники, включая меня, оторопели, только я ещё была красная от слёз, с опухшими глазами и мокрыми щеками. Я всхлипнула и слегка шлёпнула себя по щеке, пытаясь взять над собой самообладание. Всё расплывалось перед глазами, но я явно увидела, как люди Мафии вскинули оружие, целясь в нас. Так, Юкки, не зевай.       Я молниеносно присела, когда, хм, «люди в чёрном» застреляли. Пули оставили некрасивые следы от себя на стенах и выбили стёкла в окнах, осколки которых сверкающим потоком хлынули на улицу, напугав проходящих мимо людей. Я схватилась за стоящий неподалёку стул, и, подняв его, отскочила от кинжала, выпущенного какой-то черноволосой выскочкой, которую я в последствии и вырубила этим же стулом. Девушка упала на пол, а я с криком «Кабаванга!» уже вывела из строя других сотрудников Портовой Мафии, орудуя не стулом, а только его отломанной ножкой.       Один из налётчиков ухватился за моё плечо, пока я проносилась мимо и, вынув нож, сделал неожиданный выпад. Но я, как истинный ниндзя, прокрутившись, вырвалась из захвата и, опустившись на четвереньки, с силой лягнула мужчину в голень отчего тот, охнув, упал и, ударившись затылком об пол, вырубился: — Ха-ха, знай наших! — возликовала я, начав ползти по полу и давая всем обломком стула пендаля по пути. Чёрт, уже чувствую себя чёртовым князем Киевским. Да-да, того самого, из мультика «Илья Муромец и Соловей-разбойник». Только тот орудовал вилкой. Да, мама мне многие мультики показывала. Правда, помню не все... — Юкки, больно же! — воскликнул кто-то в джинсовом комбинезоне, в ком я через секунду узнала Кенджи, которого я чуть не лишила анальной девственности ножкой от стула. — Прости, -я поморщилась и решила, что хватит мне прятаться тут, около пола! Я что, хуже всех? Это был риторический вопрос. С такими мыслями я встала, но тут же получила в лоб локтём. Кажется, именно из-за таких ударов начинают развиваться опухоли. — Ты офигел? — я вмазала кулаком скуластому мужчине по носу, отчего тот болезненно скривился и, в довершение всего, пару раз саданула ему в пах, под конец вырубив ударом в висок. — Остановитесь! Эээ, у меня галлюцинации начались, или это был Ацуши? Ухты, и правда он! С растрёпанными волосами, спущенной лямкой (ммм, эротика) штанов и испуганными глазами — но всё же он. По лицу расползлась глупая улыбка. — Опять пересчитывать бюджет, — проворчал Куникида, делая записи в блокноте, после чего перевёз взгляд на меня, — Юкки, где ты взяла этот обломок стула? Чёрт, только бы он не узнал, что это я сломала стул! — Эээ, да кто-то из налётчиков сломал, да, — оправдывалась я, сжимая ножку в ладонях.       Доппо возмущённо цыкнул, возвращаясь к записям, а я словила улыбочку от Ранпо. Он то наверное видел, как я, вырубив черноволосую, ударила стулом по столу, в последствии чего, от него осталась лишь часть. Я задумалась, уставившись в пол и вернувшись в реальность только тогда, когда уловила краем уха своё имя: — … Как Юкки, вон она тоже сегодня расплакалась. Вы друг друга стоите…       Ацуши заплакал? Вопреки мнению многих девушек «Настоящие мужчины не плачут», мне показалось это очень милым. Но я не позволю Доппо раскрывать мою тайну о симпатии! — Куникида! — возмущённо вскрикнула я, катапультировав обломок стула в затылок блондину, — Хватит уже! Видя, что надвигается буря с именем Куникида Доппо и чувствуя, как на лбу появляется неоновая надпись с буквами «R.I.P», я схватила первую попавшуюся папку с документами и сказала: — Давайте убираться!