Всё дело в одном мгновении

«От лица Юкки»       Убираться вместе — даже весело. Напоминает летнюю подработку в школах — подмёл, собрал рассыпавшиеся вещи, помыл пол и так далее… Поэтому сейчас я, перебирая документы, рассказывала Ацуши какие-нибудь забавные истории из моей жизни: — А Дазай такой: то что я залез в воду в одежде не значит, что я дурак. — А дальше? — Он научил меня плавать. Было страшно. Хорошо помню, что Дазай отплыл вместе со мной подальше, где не достаёшь ногами до берега, поддерживая меня, а я оттуда закричала: «Куникида, смотри где я плаваю!» и показала ему язык, но именно в этот самый момент Дазай отпустил меня, отплыл подальше и сказал: «Плыви до берега!»… Я думала, утону… Это была борьба не на жизнь, а на смерть.       К моему удивлению Ацуши-кун слушал все мои истории очень внимательно, иногда улыбаясь, но в этот самый момент — который, наверное, я запомнила до конца жизни — он засмеялся. Тихо и низко — но искренне. — Убирайтесь уже, хватит болтать, — недовольно сказал подошедший Куникида. — Зануда, — фыркнула я, уже было отвернувшись к полкам но, вспомнив кое-что, повернулась обратно, — О, Ацуши, а я рассказывала тебе, как Куникида… — Юкки, не надо, — резко побледнел Доппо — … С виду такой добропорядочный человек… — Замолчи. — … Когда все общественные туалеты были заняты, он пошёл в кустики и… — Пожалуйста! — …Обжёг зад крапивой!       Куникида со всей силой вцепился руками в папки, не спуская с меня красноречивого взгляда, так и говорящего: «ПАРЭЖУ!!!» Ацуши сначала хмыкнул, а потом, посмотрев на Доппо, захихикал, прикусив ребро ладони. Очкарик посмотрел на нас настолько испепеляющими взглядами, что я ещё удивляюсь, как от нас не остались две кучки пепла, и вернулся к работе. — Юкки, смотри, — Ацуши показал пальцем на папку, которую я держала в руках, куда я сразу же посмотрела. О боже… — Юкки, видишь? Это же… — ПАУК! — я с криком откинула эту папку подальше и пронзительно завизжала, когда насекомое переползло мне на руку. Все в штабе обернулись на этот крик, начав наблюдать словно цирковое представление. — Ты чего? Это же просто маленький паучок! — СНИМИ ЕГО С МЕНЯ! СНИМИ! — я принялась безжалостно колотить другой папкой себе по руке, по которой в панике металось насекомое, явно не хотевшее помирать. — Иди сюда, маленький паучок, — ласково (!) произнёс Ацуши и снял его с трясущейся в истерике меня и, положив его к себе на ладонь, после отправил за шкаф, обернувшись ко мне. — Ты что, боишься пауков? — Я ВООБЩЕ насекомых не люблю, — я ахнула, зачем-то тряся в воздухе рукой, — пойду-ка я помою руки…       … И заодно возьму яблоко с маленькой кухни в штабе. Я не ела с утра! Хрумкая зелёным фруктом я зашла в офис, где все в этот момент расхваливали Ранпо. Все сразу же посмотрели на меня. Они хотят, чтобы я сказала, что Ранпо супер-офигенный-детектив с набитым ртом? Я подняла большой палец вверх, пробубнив: — Красафчик ваще, — и принялась за работу, доедая яблоко и боясь наткнуться ещё на насекомых.       Я разгребала папки на пару с Ацуши, изредка переглядываясь с ним… Бывало и такое, что, когда я резко поднимала взгляд на него, то замечала, что Ацуши уже смотрел на меня! Это заставляло меня сильно смущаться и я, покраснев, отводила взгляд. Чёрт, таким темпом и он сам догадается, что я к нему что-то чувствую. — Юкки, ты и Ацуши идёшь вместе с Ранпо, — будничным тоном сказал Куникида, и подойдя, ударил меня краем папки по голове, отчего я слегка зашипела от боли: — За что? — Я случайно, — ответил блондин, но спалил себя победоносной ухмылкой. Ага-ага, знаем мы ваше «случайно». Так, о чём это я? А, я же иду вместе с Ацуши и Ранпо! Юху! — Да! — тихо воскликнула я, чтобы никто не услышал. Не хочу, чтоб меня снова посчитали на психованную дуру. Хотя, все и так считают меня психованной дурой, так что ладно. Когда мы спустились вниз, в кафе на нижнем этаже, я резвой козочкой крикнула официантке: — Мацухо-сан! — Да-да, Дазай сказал мне её и имя, и фамилию. А ещё у неё на бейджике написано, — Дазай здесь? — Нет, — та махнула рукой с зажатой в ней тряпочкой, которой она протирала посуду, — Час назад ушёл куда-то. — А, спасибо, — я повернулась к Ранпо и Ацуши, — надеюсь, он не пошёл снова совершать суицид. Те кивнули, продолжив идти к двери из здания. Идя около магазинчика по пути на вокзал, я нагнала Ацуши, встав с ним рядом: — Привет, Ацуши. Как дела? Давно не виделись. Ты так изменился, — весело прощебетала я, заведя руки за спину. — Ага, — парень улыбнулся мне, — наверное, вырос на один микромиллиметр. Я широко улыбнулась, а в голове промелькнула мысль: «А если у тебя зубы жёлтые?», из-за чего я просто растянула губы в скромной усмешке, не показывая зубы. — А Дазай часто так… — неожиданно хотел спросить Ацуши, но резко осёкся. — Что? Часто ли Дазай пытается совершить самоубийство? — Да. — А, ну, время от времени. Как понимаешь, у него вряд ли есть определённый график суицидов, — я снова улыбнулась, — У него есть странная привычка: присылать мне сообщение перед тем, как он хочет наложить на себя руки. Так бы я позавчера и не выбежала с его поисками на улицу, если бы он не написал мне, что хочет «Искупаться». — А тогда, две с половиной недели назад, когда ты сбила меня в толпе, он тоже…? — Угу, — я отвела взгляд в сторону, — у меня был выходной, я гуляла неподалёку от штаба, как вдруг мне пришло сообщение: «Куплена толстая верёвка. Скоро исполнится моя мечта! Поздравления потом!». Я подумала, что он на работе, и побежала туда, но Куникида сказал мне, что он только что освободился и пошёл домой… Я побежала туда, но попала в толпу на улице, где и сбила тебя, — мой голос слегка охрип, стало труднее говорить, — Когда я забежала в его квартиру в общежитии, славу богу, дверь была открыта, он уже… висел… Я поперхнулась воздухом, кашлянув пару раз: — Но с помощью моей силы, — я подняла ладонь, предусмотрительно оглядевшись, чтобы нас никто не заметил; над моей рукой появилась маленькая чёрная печать, из которой вышло лезвие размером с ладонь, очень остро заточенное, — я смогла разрезать ту верёвку. — Ух ты! Твоя сила делать такие лезвия? — Не совсем, — я снова улыбнулась, — это, как бы сказать… Неполная сила моего дара, — Ага, плюс ещё становишься чуть ли не сумасшедшей, в голове мысли «Кромсай-руби», а ещё все раны заживляются. Стартовый набор «Почувствуй себя Мэри Сью». — Мне бы так уметь, — Ацуши слегка погрустнел. — Может, ты так можешь, — я пожала плечами, — например, когти вытаскивать или… хвост? — Если когти то понятно, то хвост то тут причём? — Ну… Это мило, — Ацуши улыбнулся моим словам, — Тебе бы пошли ушки… — Что? — слегка опешив, спросил парень, но Ранпо впереди нас прокричал: — Эй, провожатые, хватит болтать! Я ускорила шаг, быстро добравшись до вокзала, около которого нас уже поджидал Ранпо. Позже, после того, как Ацуши купил билеты, мы дружно сели на поезд. — Чёрт, — резко заговорила я, когда мы проехали уже половину пути, — Я люблю поезда, но по непонятной причине у меня мёрзнут здесь руки, — я сжала замёрзшие ладони в кулак. — Сильно мёрзнут? — спросил Накаджима. — Ну, чуть-чуть… К моему удивлению парень без капли смущения взял мои ладони в свои и чуть сжал. Ой блин, у меня щёки точно покраснели! — Так теплее? — А… Да… Ага… Ранпо, отложив в сторону стеклянный шарик, взглянув на нас с нескрываемым интересом. Я отвела взгляд. «Кажется сегодня всё-таки мой день!» — подумала я, когда шарик из-за тряски в поезде покатился по зелёному сиденью и упал на пол. — Я подниму! — я вырвала свои ладони из ладоней Ацуши и с грохотом упала на пол вагона, ища шарик. Девочка через сиденье от нас встала на ноги и с любопытством на нас посмотрела. — Вот, — я протянула шарик Ранпо, сверкая, надеюсь, «Голливудской» улыбкой. — Спасибо, Юкки, — он принял игрушку, внимательно посмотрев на меня. Я снова уселась на место левее от Ацуши, предварительно сложив руки у груди. А я говорила, что шар моя любимая фигура? *** … Нет, треугольник лучше, ибо он напоминает мне о Билле Сайфере из мультика «Гравити Фолз». Но всё-таки помощь шарика мне неоценима. — Тут человек! — закричал кто-то позади меня, от чего я вздрогнула и отвлеклась от свои «очень важных» мыслей. М-да, в моём стиле — во время дела задуматься о чём-то постороннем. — Ещё одна жертва?! — озадаченно пробормотал Ацуши, после побежав к месту, откуда кричали. Ну и я за ними. Если женщину застрелили, то этот человек может оказаться самоубийцей. Угадайте, кто бы это одобрил? Когда сеть уже почти вытащили, вместе с различным мусором — банки, листья и ветки деревьев, обёртки и… сапоги? Кто выкинул такие хорошие сапоги? Так вот, первым делом я заметила светлые штаны со стрелочками… После чёрную жилетку и серую рубашку с рукавами до локтя… А после и улыбающуюся рожу Дазая. Ну, всё… — Какое совпадение, Ацуши! Что ты тут делаешь? Хэй, неужели я настолько незаметная? Я помахала рукой, прищёлкнула пальцами, станцевала дикий танец. Ноль внимания. Причём от всех. Может мне ещё заулюлюкать? — Вообще-то, я на работе, — ответил Ацуши, — опять топишься? Так, всё, нет сил терпеть. Я бы могла потерпеть, ведь вокруг много незнакомых людей — включая труп неподалёку — но, кажется, в детстве меня слишком часто роняли на голову. — Разойдись! — я отодвинула блондина в сторону и ударила Дазая ладонью по лбу, отчего тут ойкнул, после открыв глаза и, щурясь, разглядел меня: — Юкки? — Нет блин, Куникида, — я снова его ударила, — ты мне вчера обещал что больше самоубиваться не будешь! — Я и не совершаю суицид, это называется… — он поднёс ладонь к подбородку, сложив пальцы в своём фирменном жесте, — «Плыть по течению». — Ой, умник, а тебе мозг не жмёт? — съехидничала я, дёрнув шатена за пряди у лба. — Не жмёт. Что за работа у вас сегодня? — Да там тру… — в голову пришла одна мысль, — Ха! Ой, то есть, там труп женщины… Сотрудник полиции — вроде как Миноура — смотрел на нас с дёргающимся веком. — Женщины? — Дазай задёргался, всё также вися на рыболовной сети, — Помогите мне спуститься! Пока рыбаки и несколько полицейских помогали Осаму слезть, Ацуши подошёл ко мне, тихо спросив: — Не слишком ли это жестоко, зная увлечённость Дазая женщинами? — Жестоко — постоянно пытаться совершить самоубийство, пугая сестру. — Логично, — пожал плечами парень, смотря, как шатен, спотыкаясь, чуть ли не на четвереньках, бежит к трупу женщины. А говорят, что я странная… Пока мужчина страдал над телом, мы молча наблюдали за этим. — … А могла бы умереть и вместе со мной! — вырвалось у Дазая, быстро приведя меня в тихое бешенство. Я уже выступила вперёд, чтобы за волосы оттащить его от жертвы, но тут Миноура озадаченно спросил: — А это что ещё за клоун? — я посмотрела на него с дёргающейся бровью, ибо НИКТО НЕ СМЕЕТ ОБЗЫВАТЬ ДАЗАЯ КРОМЕ МЕНЯ И ЧУТЬ-ЧУТЬ КУНИКИДЫ! (Просто Куникиду я всё-таки боюсь, как задушит одной левой) — ЗАКРОЙ СВОЮ… — Ранпо успел зажать мне рот ладонью (рефлекс уже на мою агрессию поди) и поспешил объяснить: — Наш коллега. Не обращайте внимания, — я хмыкнула и, насупившись, встала за спиной Дазая, похлопав того по плечу: — Всё, Дазай-кун, хватит… — Нет! Великий детектив непременно должен отомстить за неё! Так ведь, Ранпо? Ого, да мне теперь не надо и в кино ходить! Вот, кинотеатр в моём кармане, а точнее — рядом со мной. Тут вам и убийства, расследования, любовь, грусть и пИчаль. — Вообще-то, мне ещё не дали эту работу… — Почему? — Спроси у него, — Эдогава указал на стоящего справа от него Миноуру, который начал гнать дичь о том, что любой его подчинённый превосходит частных сыщиков. — Мья-ха-ха-ха, — не сдержалась я, думая о его наивности и запрокинув голову для пущей сущности злодейки. Ой, я вслух засмеялась? Надо кончать с этой глупой привычкой. Вообще, когда она появилась? Надеюсь, я так всему Агентству сви пошлые мысли не рассказала случайно... Все смотрели на меня. Дазай сам рассмеялся, у Ацуши на лице было написано: «Почему я именно тут? Почему?» — Вы все в своём Агентстве странные, да? — выгнув одну бровь спросил Миноура. Ко мне подлетел Дазай, обняв одной рукой, а другой взъерошив волосы на затылке: — Нет, это семейное, да, сестрёнка? — Слушай, я, конечно, люблю обнимашки, но приходи, когда от тебя не будет пахнуть застоявшейся водой, — проворчала я, пытаясь вырваться, — Хватит, все же смотрят! А-а, стыдно, я покраснела! — А-а-а, неприятно, когда лезут, да? — с ехидностью воскликнул Дазай, дёргая пряди моих волос на затылке, отчего я всё больше пыталась вырваться, но меня всё сильнее прижимали к пальто. — ХВАТИТ! — запищала я. — Прекратите! — не выдержал Миноура, быстро отдёрнув меня за плечи от шатена. Надеюсь, у него в кулаке не остались пряди моих волос, — Мы расследуем дело об убийстве! Ведите себя прилично!       Я, скромно потупившись, отошла к Ацуши, пока Ранпо начинал мучить этого… А, сержанта Сугимото. Когда сержант выдал информацию о том, что умершая работала над делом о продажном политике, и, может, её убила Мафия, Дазай начал объяснять, что не может это быть Мафия, ведь у девушки не сломана челюсть… Интересно, А Дазай так убивал? От осознания этого слегка заслезились глаза. Хотя ну его, всё в прошлом, сейчас Осаму так не поступит и т.д. Только спокойно! — … Выходит, в неё потом выстрелили ещё дважды… - Кто куда входит-выходит? А. Ой.       Оп-па, а это уже зацепка! Если потом окажется, что Сугимота и есть убийца, то я станцую победный танец. Я взглянула на Дазая — как всегда, его лицо было спокойно и абсолютно непроницаемо. Когда Миноура и Ранпо начали ссориться, моё лицо тоже было непроницаемо, а вот Ацуши офигевал от происходящего. Миноура… Почти старик… А со стариками у меня всегда были плохие отношения: — Вы можете наконец успокоиться? — в истерике крикнула я, отталкивая Ранпо и Миноуру друг от друга, а после спародировав старика, — «Мы расследуем дело об убийстве! Ведите себя прилично!» Тот глубоко вздохнул, устало помассировал переносицу, и, подняв взгляд на Ранпо: — Ну, давай, одарённый… — Я справлюсь! Вы не слышали о моём кредо? «Пока у меня всё хорошо, всё отлично!» Ага-ага, а у меня кредо: «Не откладывай на следующий день то, что можешь съесть сегодня». Я захлопала в ладоши: «Юху! Сейчас будет магия!». — Всё ясно, — сказал Эдогава, поправив свои очки, — Убийца… ты.       Я вздрогнула, ибо пару секунд мне казалось, что он указал на меня, стоящую около сержанта Сугимото. Я вскрикнула и резко отпрыгнула от парня, сразу же подумав, что это смотрелось довольно странно. Это он?! Я уже приготовилась танцевать обещанный победный танец, но Сугимото начал отрицать то, что он убийца. Я не выдержала, поняв, что что-то меня сегодня прёт: — Чего ты как баба?! Сознайся, будь мужиком! — Но это не я! — виновато опустил глазки парень, покрываясь испариной. — Спасибо, Юкки, но я справлюсь сам, — уничтожающим взглядом посмотрел на меня Ранпо, отчего я поспешила отойти в сторонку, к Дазаю. «Позже» Я шла чуть впереди Дазая с Ацуши, смотря на идущего вперёд Ранпо. Это… довольно необычный день, ведь за сегодня я: 1. Случайно показала всем свой лифчик! 2. Вела себя как ПОЛ-НЕЙ-ША-Я истеричка! 3. Расплакалась без причины! 4. Сражалась как храбрый воин! 5. Испытывала желание убить Дазая! 6. И чуть не прослезилась от истории сержанта Сугимото! Ещё немного, и можно будет уходить в психбольницу. И вот мы вместе идём домой! Желудок заворчал, явно скучая по еде. Ммм, макарошки с острым соусом… — Юкки, о чём опять задумалась? — схватил меня за плечи Дазай. — О еде, — честно призналась я, — Как ты догадался, что я задумалась? — Ты смотрела в одну точку, а ещё, когда ты задумываешься, то полностью сосредотачиваешься на своих мыслях и начинаешь слегка косолапить. О, ужас! Всё это время Ацуши видел как я косолаплю! Я хотела сравняться с Ацуши, но юноша резко спросил: — Забавно, но я замечаю, что не ты, не Дазай непохожи друг на друга, хотя вы родные брат и сестра! Я скосила глаза на шатена, который, встретив мой взгляд, сказал: — Но мы не родные друг другу. — А, вы сводные? — Мы и не сводные, — меня уже пробирает на ха-ха, — Мы вообще не родственники… — А… Как так? — Расскажу тебе как-нибудь потом, — я махнула рукой, — Это довольно долгая история. А теперь идём домой!