Nine in one room

Глава 6. Путешествие с платформы номер девять и три четверти. Часть 3.

      По истечению отведённого на перерыв времени все вновь стали рассаживаться по местам. Гермиона и Джинни, заварив на всех ароматного чая и приобщив к делу Гарри и Рона, разносили всем кружки с горячим напитком.       – Спасибо, – хором поблагодарили близнецы Поттера, забрав каждый свою кружку и одарив брюнета яркими, тёплыми улыбками. Парень кивнул и улыбнулся им в ответ, садясь на ближайший диванчик и забирая свою кружку из рук Рона, который уселся рядом с другом.       Рядом, недовольно закатывая глаза, самая младшая из семьи Уизли пыталась отдать чай слизеринскому старосте.       – Да бери уже, во имя Мерлина. Это самый обычный чай. В кружку не плевала, отраву не подсыпала, так что успокой свою обострившуюся подозрительность и просто пей.       Драко, что-то невнятно пробурчав, всё-таки взял предложенный напиток, устраиваясь поудобнее в своём кресле, а рядом Гермиона отдавала кружки преподавателям. И пока остальные устраивались на свои местах, Джордж неспешно перелистывал страницы, в поисках нужного фрагмента. Прокашлявшись и обратив на себя внимание, он начал читать:       – Местность за окном резко изменилась. На смену возделанным полям пришли леса, реки и зеленые холмы. Кто-то постучал в дверь купе. На пороге появился круглолицый мальчик, мимо которого Гарри проходил, когда шел по платформе. Выглядел он так, словно собирался вот-вот расплакаться. — Извините, — сказал мальчик. — Вы тут не видели жабу?       – Мистер Долгопупс действительно до сих пор не нашёл свою жабу? – удивлению Северуса не было предела.       – К сожалению, он её ещё долго не найдёт, – тут же последовал ответ от Гарри.       – И вот с этого момента наше купе превратилось в какой-то проходной двор, – драматично вздохнув, произнёс шестой из братьев Уизли, а после громко ойкнул от прилетевшего со стороны Гермионы подзатыльника.       – Для профилактики, – хмыкнув, произнесла она, пока брюнет пытался скрыть смех за кружкой, чтобы и ему самому не прилетело.       Рон, недовольно что-то пробубнив, потёр место удара, а после обратил внимание на брата, приготовившись слушать дальше.       – Рон и Гарри дружно покачали головами, и мальчик начал причитать. — Я потерял её! Она вечно от меня убегает! — Она найдется, — заверил его Гарри. — Да, наверное, — грустно произнес круглолицый. — Что ж, если вы её увидите… И с этими словами он ушел.       – А вот, Гарри, ты сказал, что Невилл ещё долго не найдёт свою жабу… Как долго он вообще её искал? – неожиданно поинтересовалась самая младшая из Уизли.       – До самого прибытия в замок, если не ошибаюсь, – ненадолго задумавшись, ответила вместо друга Гермиона.       – Серьёзно? – удивлению Джинни не было предела.       – Меня больше поражает, как ты такие мельчайшие детали помнишь, – с не меньшим удивлением интересуется гриффиндорский староста.       Его подруга только плечами пожимает, не зная, что сказать. У неё просто хорошая память.       — Не пойму, чего он так волнуется. — Рон пожал плечами. — Если бы я вез с собой жабу, я бы потерял её еще на платформе. Хотя моя крыса немногим лучше жабы, так что не мне об этом говорить. Крыса всё еще спала, уютно устроившись у Рона за пазухой. — Может, она давно умерла, а может, и спит — разницы никакой. Выглядит одинаково, — с отвращением проговорил Рон.       Троица гриффиндорцев дружно морщится и в очередной раз напряжённо переглядывается. Гарри делает мысленную пометку, спросить у близнецов про крысюка.       – Я всё никак не пойму, чего вы так странно реагируете на эту крысу? – недоумённо поинтересовался Драко, обводя взглядом троих друзей.       – Вот когда будем третью книгу читать, тогда и узнаешь, – ответил ему Поттер.       А деканы, наблюдая за своими учениками, только больше убедились в своих подозрениях.       — Вчера я пытался её заколдовать, чтобы она стала желтого цвета — я подумал, что так она будет выглядеть поинтереснее, — но ничего не получилось. Я тебе сейчас покажу, смотри… Рон порылся в своем чемодане и вытащил оттуда потрепанного вида волшебную палочку. Она была выщерблена в нескольких местах, а на конце поблескивало что-то белое. — Шерсть единорога почти вылезла наружу, — смущенно заметил Рон. — Итак…       – Мистер Уизли, это же может быть крайне опасно, вот так колдовать не своей палочкой, которая к тому же ещё и в таком состоянии! – воскликнула Минерва, одарив шестого Уизли строгим взглядом.       – Всяко лучше, чем когда она ещё и сломанная, – пробубнил Рон, вспоминая свой второй курс и неудачные попытки колдовать. И не только свои. Но в прочем, Локхарт сам виноват, его никто не просил палочку отбирать и на них с Гарри наставлять.       За своими размышлениями рыжеволосый староста пропустил тот абсолютно шокированный взгляд, которым его одарил Малфой. Благо, профессора его не услышали, чтоб разбор полётов устраивать и лекции читать.       – Не успел он поднять палочку, как дверь купе снова открылась. На пороге снова появился круглолицый мальчик, но на этот раз с ним была девочка с густыми каштановыми волосами, уже переодевшаяся в школьную форму. Её передние зубы были чуть крупнее, чем надо.       – Ай! За что?! – недовольно воскликнул брюнет, потирая бок и с возмущением смотря на ущипнувшую его подругу.       Гермиона одарила его выразительным взглядом и снова потянула к нему руку с намерением в очередной раз ущипнуть. Гарри, заметив это, поспешил отодвинуться на другой конец диванчика, прячась за шестым Уизли под его протесты.       – Да это же не я придумываю все эти описания, а автор книги. Все вопросы к нему. К ней… Ты меня поняла.       – Это не отменяет того факта, что всё написанное в книгах строится на твоих впечатлениях и мыслях, – поучительным тоном произнесла староста Гриффиндора, а после ненадолго задумалась. – Хотя это странно. Как кто-то может настолько точно передавать то, что происходит в твоей голове? Я бы допустила мысль, что ты в мельчайших подробностях рассказал этому автору всю историю своей жизни, а она уже на основе этого постаралась передать как можно точнее твои чувства и видение мира, но тут же есть книги, в которых рассказывается про будущее…       Комната ненадолго погрузилась в тишину, ученики и преподаватели осмысливали слова девушки. А ведь действительно, каким образом незнакомый человек мог с такой точностью передать всё в своих книгах? И, что важнее, как смог написать про будущее? При условии, конечно, что это самое будущее, описанное в книгах, правдиво. Откуда вообще взялись эти книги?       Не придя к каким-то логическим ответам, все дружно решили отложить эти вопросы на некоторое время. Возможно, дальше всё станет куда понятнее.       — Никто не видел жабу? Невилл её потерял, а я помогаю ему её отыскать. Так вы её видели или нет? — спросила девочка прямо-таки начальственным тоном.       – Профессор МакГонагалл, – обратилась к декану Джинни.       – Да, мисс Уизли? – Минерва обратила внимание на ученицу.       – А вы случайно не поэтому назначили Гермиону старостой? – намекая на этот самый начальственный тон подруги, поинтересовалась девушка.       – И поэтому тоже, мисс Уизли.       — Он здесь уже был, и мы ему сказали, что не видели, — ответил Рон, но девочка, кажется, его не слушала, её внимание было приковано к волшебной палочке в руках Рона. — О, ты показываешь чудеса? Давай, мы тоже посмотрим. Она опустилась на свободное сиденье, и Рон занервничал. — Э-э-э… — нерешительно протянул он. — Ну ладно. Он прокашлялся и снова поднял палочку: — Жирная глупая крыса, перекрасься ты в желтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет. Он помахал палочкой, но ничего не произошло. Короста по-прежнему оставалась серой и всё так же безмятежно спала.       – Серьёзно? Хотя с твоим умением колдовать я даже не удивлён, – язвительно протянул Малфой.       – Моё умение колдовать тут вообще ни при чём! – с возмущением отозвался рыжий, а после перевёл взгляд на братьев. – Просто кое-кто решил, что это будет забавно – придумать пару рифмованных строк и заявить, что это вполне рабочее заклинание.       – Дорогой наш Ронни…       – Мы же не виноваты…       – Что ты…       – Такой доверчивый! – близнецы переглянулись и посмотрели на своего младшего с самым невинным видом, на который только были способны.       Рон отвернулся, махнув на них рукой. А Джинни и Драко дружно закатили глаза на это представление.       — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и всё получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас? Она говорила очень быстро, и всё же Гарри уловил смысл сказанного и забеспокоился. Но, посмотрев на Рона, по его застывшему лицу убедился, что тот тоже не выучил учебники наизусть.       – Я что, правда столько всего тогда сказала? – ужаснулась Грейнджер, недоверчиво смотря на своих друзей.       – Ага, – те дружно кивнули. – Слово в слово.       – Кошмар какой, – девушка прикрыла лицо руками и тяжко вздохнула.       – Могло быть и хуже, – хмыкнул слизеринский староста, вспоминая свою первую встречу с героем Магической Британии. Северус, услышавший это, вздохнул, вспоминая свою собственную встречу с Поттером.       — Я — Рон Уизли, — пробормотал Рон. — Гарри Поттер, — представился Гарри.       – А сейчас мы можем наблюдать самое начало чего-то удивительного. Первое знакомство, которое приведёт к зарождению крепкой дружбы, – повернувшись к троице друзей, в шутку начала Джинни, изображая из себя журналиста. – Не хотите как-то прокомментировать этот знаменательный момент?       – Полагаю, мы все не ожидали, к каким приключениям это знакомство приведёт.       – Как и весь преподавательский состав, мистер Уизли, – ответила своему ученику профессор трансфигурации.       – К слишком опасным…       – Невероятно опасным…       – Чудовищно опасным приключениям, – Фред и Джордж обеспокоенно смотрели на четверых младших гриффиндорцев.       Зная феноменальную способность Золотого трио находить приключения на свои головы и неспокойный характер их сестры, удивительно как Хогвартс всё ещё стоит целый и невредимый. А ещё ведь они вдвоём постоянно какие-то розыгрыши придумывают и устраивают. Хотя, пожалуй, приключения, в которые систематически влипают Гарри, Рон и Гермиона, всё-таки переплёвывают их проделки. Чего только стоит Тайная комната Слизерина с этим его василиском. Да, в очередной раз подслушали разговор взрослых. Нет, им вовсе за это не стыдно. Имеют право знать, что приключилось с их братом, сестрой и Гарри.       — Ты действительно Гарри Поттер? — Взгляд девочки стал очень внимательным. — Можешь не сомневаться, я всё о тебе знаю. Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и твое имя упоминается в «Современной истории магии», и в «Развитии и упадке Темных искусств», и в «Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке». — Да? — только и вымолвил Гарри. Он был слишком ошеломлен, чтобы сказать что-то более значительное. — Господи, неужели ты не знал? — удивилась девочка. — Если бы я была на твоем месте, я бы прочитала о себе всё, что можно найти в книгах. Да, вы не знаете, на какой факультет попадете? Я уже кое-что разузнала, и хочется верить, что я буду в Гриффиндоре. Похоже, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, думаю, что попасть в Когтевран тоже было бы неплохо… Ладно, мы пойдем искать жабу Невилла. А вы двое лучше переоденьтесь, я думаю, мы уже скоро приедем. И она ушла, забрав с собой круглолицего.       – О Мерлин! Гарри, прости, пожалуйста. Мне очень стыдно, что я так себя тогда повела.       – Да всё в порядке, Герм, – поспешил успокоить подругу Поттер, придвинувшись ближе к ней и заключив в объятия.       Драко, который явно хотел в очередной раз высказаться по этому поводу, был успокоен одним взглядом своего декана. Нечего им тут очередной спор развязывать и драгоценное время терять.       — Не знаю, на каком я буду факультете, но надеюсь, мы с ней окажемся на разных, — прошептал Рон и засунул волшебную палочку обратно в чемодан.       Настоящий Рон, который тоже присоединился к дружеским объятиям, тут же получил очередной подзатыльник.       – Ауч! Больно же!       – Добро пожаловать в клуб пострадавших от рук Гермионы Грейнджер, – Гарри засмеялся, отодвигаясь как можно дальше, чтобы не попасть под раздачу. – Вы второй, кто вступил к нам, а потому получаете звание почётного члена клуба. Поздравляю!       – А можем ли мы…       – Вступить в этот клуб? – близнецы Уизли тут же заинтересовались, переводя взгляд с младшего брата на Поттера.       – Какие вообще условия, для попадания в этот клуб? Насколько сильно надо пострадать? – ни к кому не обращаясь, задумалась Джинни.       – Если получить кулаком в нос считается, то я, получается, тоже имею право на вступление к вам, – вспомнив не особо приятный момент с третьего курса, обратился к брюнету Малфой.       – Кстати, да. Вы нам подходите, добро пожаловать в клуб. Вам также предоставляется почётное звание, – кивнув с важным видом, заявил Гарри.       – Благодарю, – не менее пафосно ответил староста Слизерина.       – Какие же вы придурки, – Гермиона рассмеялась над этим представлением.       Деканы, сидя в сторонке от общего балагана, просто наблюдали за развлекающимися учениками, не спеша их прерывать.       — Ничего у меня не вышло, и всё из-за этого глупого заклятия. Джордж меня уверял, что оно сработает, а теперь мне кажется, что он сам его придумал, чтобы надо мной подшутить. — А на каком факультете учатся твои братья? — спросил Гарри. — Гриффиндор, — кивнул Рон, снова погрустнев. — Мама и папа тоже там были. Не знаю, что будет, если я попаду на какой-нибудь другой. Неплохо было бы попасть в Когтевран, но не представляю, что будет, если меня определят в Слизерин. — Это тот факультет, где учился Волан… Ты-Знаешь-Кто? — Ага, — кивнул Рон и замолчал. Вид у него был какой-то подавленный.       – А я вот никогда не понимал, почему вообще такое распределение по факультетам идёт? Ну, то есть, в какой-то степени это дань традициям, да. Но ведь программа обучения для всех одинаковая. Или я не прав? – поинтересовался Гарри. Его этот вопрос интересовал уже довольно давно.       – Помимо дани традициям, мистер Поттер, – за просвещение своего ученика, конечно же, принялась МакГонагалл. – Это ещё и значительно упрощает жизнь студентов. Гораздо легче ведь жить с теми, кто схож по характеру, интересам. Проще завести друзей, меньше конфликтов.       – Я бы позволил себе не согласиться, – припоминая опыт прошлых лет, пробубнил себе под нос Гарри. – Да и с возрастом ведь люди меняются. Характер, мировоззрение, цели, приоритеты. Может ведь быть такое, что человека распределили на один факультет, а потом, через пару лет, ему будет подходить совершенно другой.       – На моей памяти таких прецедентов не было, – ненадолго погрузившись в воспоминания, ответила ему декан.       – Может о них просто никому неизвестно, кроме самого ученика. Меня, например, Распределяющая шляпа предлагала отправить в Слизерин, – пожав плечами, будто это само собой разумеющееся произнёс Гарри, заслужив громкое «Что?!» со всех сторон и ошарашенные взгляды.       – Потти, ты сейчас серьёзно? – ошеломлённо поинтересовался Драко, в неверии смотря на парня. Подумать только, знаменитый Гарри Поттер, казалось бы, до мозга костей гриффиндорец, и мог оказаться на Слизерине. Какие неожиданные новости вдруг открываются.       – Вполне, – кивнув парню, ответил брюнет. Шок Малфоя, да и всех остальных, можно было понять. Не каждый день кто-то объявляет, что мог оказаться на другом факультете. Причём на факультете, ученики которого не особо ладят с учениками его нынешнего факультета.       – Мистер Поттер, потрудитесь объяснить более подробно, как такое возможно? – поинтересовался профессор зельеварения. Несмотря на тщательно контролируемое выражение лица, взгляд мужчины всё же выдавал его шок и полное недоверие к ситуации.       – Если вы про то, что я в итоге оказался на Гриффиндоре, профессор, то тут всё просто. Я просто попросил шляпу не отправлять меня на Слизерин. А если про то, что я мог оказаться на вашем факультете, то, кажется, речь была про подходящие черты характера, – парень ненадолго задумался, пытаясь вспомнить тот давний случай. – Уверен, мы довольно скоро прочтём об этом в книге.       После его слов все соглашаются на время отложить обсуждение этого вопроса. Декан Гриффиндора делает небольшую заметку на одном из листов, подробнее изучить столь странное, до этого момента неизвестное явление и постараться найти упоминание подобных ситуаций. Возможно, им придётся пересмотреть кое-что в давно устоявшейся системе обучения.       – Знаете, а ведь Гарри в чём-то прав, – неожиданно подала голос Гермиона, всё это время усердно размышлявшая над словами друга. – Мы знаем такой случай, когда характер человека с возрастом настолько поменялся, что Распределяющая шляпа могла бы отправить его на другой факультет.       – Петтигрю, – тут же поняли её Рон и Гарри, на что получили от подруги утвердительный кивок. На лицах преподавателей тоже читалось понимание, стоило только вспомнить всю ситуацию. А вот остальные казалось, не до конца понимали, что девушка имеет в виду. Однако про это тоже было решено рассказать позже. Примерно тогда же, когда в книге будут описываться нужные события.       — Знаешь, мне кажется, что усы у Коросты посветлели, значит, заклинание хоть немного подействовало, — произнес Гарри, чтобы отвлечь Рона от мрачных мыслей. — А твои старшие братья, которые уже кончили школу, они чем сейчас занимаются? Гарри было любопытно, ведь он плохо представлял себе, что делают волшебники, закончив школу.       – На самом деле было бы здорово, если бы существовали какие-нибудь курсы для родителей маглорожденных волшебников, где им бы более подробно объясняли про магический мир, – задумчиво произнесла гриффиндорская староста. – Ну и летний подготовительный лагерь для детей, да.       – Что Вы имеете в виду, мисс Грейнджер? – поинтересовалась заинтересованная МакГонагалл.       – Да вот хотя бы взять то, о чём подумал Гарри, – начала рассуждать девушка. – Маглорожденные и их родители ведь узнают о волшебстве только когда им приходят письма из Хогвартса. Нет, я, конечно, допускаю, что некоторые могут узнать раньше, если у них есть знакомые маги, но в большинстве своём это ведь не так.       – Герм, давай ближе к сути, – прервал её Гарри, зная, как подругу иногда в её размышлениях может заносить всё дальше и дальше от изначальной темы.       – А, да, точно. Так вот… На таких курсах родителям бы давали краткий экскурс по магическому миру. Такие основы, которые для людей, выросших в волшебных семьях, на первый взгляд могут показаться чем-то элементарным и  незначительным, но не будут таковыми для людей, выросших среди магглов. Рассказывали бы, какие перспективы есть у детей в дальнейшем, чем они смогут заниматься после выпуска из школы. Сомневаюсь, что большинство родителей так легко соглашаются отпускать своего ребёнка в незнакомое место, где у него сомнительные перспективы на будущее. У маглов после выпуска из школы принято поступать в университет, там ещё несколько лет отучиться по выбранной специальности и получить диплом о высшем образовании. А это в свою очередь даёт больше возможностей устроиться на хорошую работу и обеспечить себе спокойное и стабильное будущее. Да, некоторые не поступают, или поступают и не заканчивают учёбу. Ситуации всякие бывают, но тем не менее…       Все молча внимали размышлениям девушки. Кто-то мысленно представлял возможность реализации такой идеи, кто-то сравнивал систему образования магического и магловского миров, а кто-то просто узнавал для себя что-то новое.       – Это… Очень хорошая тема для дальнейших раздумий, мисс Грейнджер, – согласилась со своей ученицей МакГонагалл. Женщина придвинула к себе чистый пергамент и записала эту идею для дальнейшего рассмотрения. Ей бы стоило поговорить об этом, если и не с директором, то хотя бы с остальными преподавателями. Конечно, сами они этим заниматься не смогут, у них и без того обязанностей хватает. Но вот предложить эту идею и ранее упомянутый мисс Грейнджер подготовительный лагерь для маглорожденных волшебников попечительскому совету, чтобы те в свою очередь обсудили и представили всё в Министерстве, они вполне себе могут.       – Кажется, ты их слишком загрузила информацией, – прошептал Поттер, наклонившись к подруге.       – Думаешь? – Гермиона окинула взглядом остальных присутствующих и признала правоту друга. – Возможно, стоило немного повременить со своими идеями…       Гарри хмыкнул и, поднявшись с дивана, подошёл к соседнему, на котором расположились близнецы. Он легонько потормошил обоих, прерывая их размышления, после чего попросил Джорджа продолжить чтение.       — Чарли в Румынии, изучает драконов, а Билл работает на банк «Гринготтс» и уехал в Африку по их делам, — пояснил Рон. — Ты слышал о «Гринготтсе»? А что там на днях случилось, слышал? «Пророк» об этом писал… хотя да, у маглов же другие газеты… В общем, кто-то пытался ограбить сверхсекретный сейф. Гарри вытаращил глаза. — На самом деле? И что случилось с грабителями? — Ничего. Вот почему об этом так много писали. Их не поймали. Папа говорит, что наверняка это был сильный темный волшебник, иначе бы ему не удалось пробраться в «Гринготтс» и залезть в сейф, а потом выйти оттуда целым и невредимым. Но самое странное, что грабители ничего не похитили. Конечно, все боятся, что за этим стоит Ты-Знаешь-Кто.       – Да, в общем-то, правильно думали, – пробубнил себе под нос герой всея Магической Британии, а после уже куда громче поинтересовался, обращаясь к профессорам. – Почему вообще подумали о Волдеморте, если считалось, что он уже лет десять как побеждён?       – Страх перед этим человеком, мистер Поттер, был настолько силён, что не отпустил людей даже спустя столько времени, – на удивление, ответил ему не кто иной, как Северус, хоть и в своей ехидной манере.       – Более того, даже тогда оставались люди, искренне полагавшие, что его возрождение это всего лишь дело времени, – декан Гриффиндора дополнила своего коллегу.       Парень кивнул, благодаря обоих взрослых за ответ.       – Гарри судорожно обдумывал услышанное. Теперь, когда кто-нибудь или даже он сам упоминал Вы-Знаете-Кого, ему становилось немного страшно. Наверное, так и должно быть, раз теперь он оказался в волшебном мире. Но лично ему было намного удобнее произносить имя Волдеморт, потому что он не задумывался, произнося его, и оно совсем его не пугало.       – Просто для тебя это было чем-то новым, – Джинни повернулась, чтобы посмотреть на друга. – Ты всю жизнь прожил с маглами, ничего не знал о магическом мире и событиях, которые тут происходили. В нашем же случае… Наши родители жили в военное время, видели все те ужасы, что тогда творились. Мы в свою очередь выросли, слушая, в том числе и истории о тех годах. К тому же неосознанно перенимали привычку взрослых не произносить его имени. Вот и получается, что это как… Взглянуть на ситуацию под другим углом.       – Думаю да, – согласно кивнул брюнет. – Одна из причин так уж точно.       Джордж тем временем продолжал читать:       — Ну, а про квиддич ты, конечно, слышал. — В голосе Рона была абсолютная уверенность. — Ты за какую команду болеешь? — Э-э-э… Вообще-то я не знаю ни одной команды, — признался Гарри. — Да ты что! — Рон выглядел потрясенным. — Это же лучшая игра в мире!       – Дорогой наш Ронни…       – А как же так…       – Вышло, что про различие газет…       – Ты вспомнил, а про…       – Отсутствие квиддича у…       – Маглов, забыл? – тут же отвлеклись от чтения близнецы, решив немного подействовать Рону на нервы.       Их младший пробубнил себе под нос что-то, что понял только он сам, и отмахнулся от братьев.       – Читайте уже дальше.       – И Рон начал объяснять Гарри, что в квиддич играют четырьмя мячами, что в каждой команде по семь игроков и у каждого есть свое место на поле и свои функции. Потом он начал описывать самые знаменитые матчи, на которых ему удалось побывать со своими братьями. Потом рассказал, какую метлу он бы себе купил, если бы у него были деньги. Рон объяснял Гарри тонкости правил игры, когда дверь купе снова открылась. Но это уже был не потерявший жабу Невилл в компании Гермионы Грейнджер.       – Сказать по правде, я тогда практически ничего не понял, особенно когда речь зашла о правилах и в целом про устройство игры, хотя слушать твои объяснения было интересно, – поделился с другом Гарри, откидываясь на спинку дивана и удобнее устраиваясь на своём месте.       – Почему ты не сказал? Я бы как-то понятнее постарался объяснить, – шестой из детей Уизли выглядел растерянным, услышав слова зеленоглазого парня. Тот же в свою очередь только пожал плечами. Ему всегда было легче воспринимать новую информацию визуально и на практике, чем на слух. О чём он и рассказал.       Гермиона, молча выслушав его, задумчиво поделилась своими мыслями:       – Я как-то читала в одной из книг по психологии, что все люди по-разному воспринимают информацию. Там выделялось несколько групп, сейчас уже не вспомню их названия, но суть в том, что одни люди лучше воспринимают информацию на слух, другие – когда видят текст или конкретные примеры, третьи лучше понимают через прикосновения. Конечно, это не прям строгое деление, любой человек может совмещать два или сразу все, просто иногда какой-то способ восприятия для одного человека работает не так хорошо, как для другого. Думаю, в твоём случае это последние два.       – Ух ты, – Рон удивлённо посмотрел на девушку. – Сколько вообще всякой разной информации ты знаешь?       – Я просто люблю читать, – гриффиндорская староста закатила глаза.       Гарри не сдержал улыбки, наблюдая за привычной перепалкой друзей.       – Мисс Грейнджер, не могли бы вы рассказать об этом подробнее, когда мы закончим чтение главы? – подала голос профессор трансфигурации.       Гермиона отвлеклась от перепалки с Роном и посмотрела на остальных людей в комнате, которые смотрели с явным интересом, услышав новую информацию.       – Конечно, профессор, – легко согласилась девушка, кивнув Минерве. Та кивнула в ответ и поблагодарила, после чего дала Джорджу отмашку продолжить чтение.       – В купе вошли трое мальчишек, и Гарри сразу узнал того, кто был в центре, — тот бледный мальчик из магазина мадам Малкин, где Гарри покупал школьную форму. Сейчас он смотрел на Гарри с куда большим интересом, чем тогда в магазине. — Это правда? — с порога спросил бледнолицый. — По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер. Значит, это ты, верно?       – Ни «здравствуй», ни «как дела?», – Джинни обернулась к слизеринскому старосте и окинула его недоверчивым взглядом. – А как же светская беседа? Нет бы, о погоде заговорить, поинтересоваться, хорошо ли добрался до платформы… А ты вот так сразу с порога и к делу.       Драко аж растерялся от неожиданности и просто молча внимал словам рыжей, переводя свой недоумённый взгляд с неё на её братьев, которые в этот момент пытались сдержать рвущийся наружу смех.       – Действительно, Малфой, как же светская беседа? – усмехнувшись, поддержал подругу Поттер.       – Ой, да ну вас, – отмахнулся от них блондин, совершенно неаристократично фыркнув и закатив глаза, после чего отвернулся, чтобы не смотреть на веселящихся гриффиндорцев.       Его крёстный покачал головой на такое ребячество всех студентов и переглянулся с коллегой.       — Верно, — кивнул Гарри. Те двое, что пришли с бледнолицым, были крепкие ребята, и вид у них был довольно неприятный. Стоя по бокам бледнолицего, они напоминали его телохранителей. — Это Крэбб, а это Гойл, — небрежно представил их бледнолицый, заметив, что Гарри рассматривает его спутников. — А я Малфой, Драко Малфой.       – Бонд. Джеймс Бонд, – ни с того, ни с сего произнёс Гарри, проведя ассоциацию между представлением Драко и сценой из фильма, которую когда-то мельком увидел по телевизору, пока Дадли переключал каналы в поисках чего-нибудь интересного.       – О, Мерлин, Гарри! А ведь это действительно похоже, – Гермиона, единственная из присутствующих, кто поняла отсылку, захохотала. Она облокотилась на плечо друга, на пару с ним безуспешно пытаясь сдержать смех.       – Это опять…       – Что-то магловское? – не понимая такой бурной реакции друзей, поинтересовались близнецы, пока остальные с разными эмоциями наблюдали за хохочущими ребятами.       – Да, персонаж из фильмов и книг, – кое-как успокоившись, пояснила девушка.       – А фраза Малфоя была очень похожа, и напомнила мне об этом, – пожав плечами, дополнил брюнет.       Остальные их друзья понятливо закивали. Драко даже после объяснения смотрел на двух выросших среди маглов гриффиндорцев с лёгким прищуром. Северус припоминал, что что-то такое слышал, возможно, именно поэтому имя и показалось ему смутно знакомым. Но по настоящему, он ни книгами, ни уж тем более фильмами об этом персонаже не интересовался. Минерва просто наблюдала за своими подопечными с лёгкой улыбкой.       – Рон прокашлялся. Гарри показалось, что он таким образом сдерживает смех. Драко Малфой неодобрительно покосился на Рона. — Мое имя тебе кажется смешным, не так ли? Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Мой отец рассказал мне, что если видишь рыжего и веснушчатого мальчишку, значит, он из семьи Уизли. Семьи, в которой больше детей, чем могут себе позволить их родители. Выдав эту убийственную тираду, Малфой снова повернулся к Гарри: — Ты скоро узнаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всем разобраться. Он протянул руку для рукопожатия, но Гарри сделал вид, что этого не заметил. — Спасибо, но я думаю, что сам могу понять, кто чего достоин, — холодно заметил он. Драко Малфой не покраснел, но на его бледных щеках появились розовые пятна. — На твоем месте я был бы поосторожнее, Поттер, — медленно произнес он. — Если ты не будешь повежливее, то закончишь, как твои родители. Они, как и ты, не знали, что для них хорошо, а что плохо. Если ты будешь общаться с отребьем вроде Уизли и этого Хагрида, тебе же будет хуже. Гарри и Рон одновременно поднялись со своих мест. Лицо Рона стало таким же медно-красным, как и его волосы. — Повтори, что ты сказал, — потребовал Рон. — О, вы собираетесь с нами драться, не так ли? — презрительно выдавил из себя Малфой. — Да, если ты немедленно отсюда не уберешься, — храбро заявил Гарри, хотя, если честно, голос его был куда смелее, чем он сам. Всё-таки Крэбб и Гойл были намного крупнее, чем они с Роном. — О, мы вовсе не собираемся уходить, правда, ребята? — усмехнулся Малфой, поворачиваясь к своим спутникам. — А к тому же мы проголодались, а у вас тут куча еды.       По мере чтения голос Джорджа дрожал всё сильнее от сдерживаемой ярости, а руки с силой сжимали книгу, слегка сминая страницы. Предыдущая атмосфера лёгкости и веселья разом улетучилась. В блондина впилось несколько яростных взглядов, от которых он вздрогнул. Он улавливает громкое возмущение декана Гриффиндора, переглядки и какой-то нехороший блеск в глазах двух шутников, гнев на лице рыжего пятикурсника, гневный шёпот седьмой Уизли, бормотание крёстного, пристальный взгляд Поттера и то, как он, отвернувшись, что-то бормочет Грейнджер. Та в ответ кивает и подсаживается ближе к Рону, стоит только брюнету встать.       – Профессор Макгонагалл, нам нужен небольшой перерыв, – просит зеленоглазый, беря Джинни за руку и отводя её к диванчику, где Гермиона уже пытается успокоить Рона.       – Конечно, мистер Поттер, – переглядываясь со Снейпом, отвечает Минерва.       И пока Северус отводит слизеринского старосту в сторону для профилактической беседы, Гарри и Гермиона успокаивают четверых Уизли, а профессор трансфигурации решает немного пройтись, дабы дать своим ученикам успокоиться и поговорить, не смущая их своим присутствием.       Импровизированный перерыв занимает больше времени, чем хотелось бы, но спустя определённый промежуток времени все вновь расселись по местам, чтобы продолжить чтение. Гермиона осталась сидеть рядом с младшими Уизли, а Гарри пересел к близнецам.       – Гойл потянулся к лежавшим на одном из сидений «шоколадным лягушкам». Рон прыгнул на него, но, прежде чем ему удалось коснуться Гойла, тот издал ужасающий крик. На руке Гойла повисла Короста, впившаяся ему в палец маленькими, острыми зубами. Крэбб и Малфой попятились назад, а Гойл размахивал рукой, пытаясь стряхнуть крысу и завывая от боли. И как только Короста наконец разжала зубы и отлетела в сторону, ударившись о закрытое окно, все трое молниеносно испарились. Наверное, они подумали, что в купе прячется еще множество крыс, а может, они услышали шаги, потому что через секунду в купе заглянула Гермиона Грейнджер.       – Хоть какая-то польза от этого крысюка всё же была, – фыркнув, прошептал Рон. Услышала его только подруга, которая поддержала его согласным хмыком. Пожалуй, это действительно единственный случай, когда от Петтигрю хоть на что-то сгодился.       — Что тут у вас происходит? — спросила она, глядя на разбросанные по полу сладости и Рона, державшего за хвост крысу. — Думаю, что она потеряла сознание, — произнес Рон, обращаясь к Гарри. А потом повнимательнее присмотрелся к Коросте. — Нет… не могу поверить! Представляешь, она снова уснула. Короста на самом деле спала. — Ты раньше встречался с Малфоем? — поинтересовался Рон. Гарри рассказал об их встрече в Косом переулке. — Я слышал о его семейке, — мрачным тоном начал Рон. — Они одни из первых перешли обратно на нашу сторону, когда Ты-Знаешь-Кто исчез. Они сказали, что он их околдовал. А мой отец в это не верит. Он сказал, что отцу Малфоя не нужно было даже повода для того, чтобы перейти на Темную сторону.       – Не лезь не в своё дело, Уизел, – огрызнулся Драко, задетый таким высказыванием о его семье.       Огрызнуться в ответ Рону не дала Гермиона, шикнув в его сторону и схватив за плечо Джинни, которая уже готова была вскочить и высказаться. Гарри в свою очередь напряжённо переводил взгляд с Фреда на Джорджа и обратно, благо те не высказывали своего недовольства и даже взглядом Малфоя не удостоили.       – Драко, – с нажимом произнёс декан Слизерина, в упор глядя на крестника, дабы тот успокоился. Не хватало им ещё одного перерыва. Зельевар кивнул близнецам, безмолвно прося читать дальше.       – Гермиона всё еще стояла на пороге купе, и Рон повернулся к ней: — Мы можем тебе чем-нибудь помочь?       – У тебя заняло порядочно времени, чтобы обратить на меня внимание, – Гермиона шутливо подтолкнула друга в плечо, стараясь переключить его внимание.       – Да уж, – Рон хмыкнул и обернулся к девушке, слабо улыбнувшись. Он ценил, что та пытается отвлечь и его, и Джинни, и не дать их взрывному темпераменту проявиться в полной мере. Семейная черта, чтоб её.       — Вы лучше поторопитесь, иначе не успеете переодеться. Я только что была в кабине машиниста и разговаривала с ним. Он сказал, что мы уже почти приехали. А вы тут что, дрались? Хороши, нечего сказать. Еще не доехали до школы, а уж попали в неприятную историю! — Это Короста дралась, а не мы. — Рон сердито посмотрел на девочку. — Может быть, ты выйдешь и дашь нам переодеться? — Разумеется. Я вообще-то зашла к вам просто потому, что во всех вагонах жуткая суета, все ведут себя как маленькие дети и носятся по коридорам. — Гермиона презрительно хмыкнула, как бы говоря, что не одобряет такого поведения. — А у тебя, между прочим, грязь на носу, ты знаешь? Рон проводил её свирепым взглядом, а Гарри уставился в окно. За окном, там, где высились горы и тянулись бесконечные леса, начало темнеть, а небо стало темно-фиолетовым. Поезд замедлил ход.       – Знаете, а меня порой удивляет, как вы вообще подружились, учитывая разность ваших характеров и то, что первое время вы вообще друг друга на дух не переносили, – Гарри улыбается, поворачиваясь к своим лучшим друзьям. Те отвечают ему пожатием плеч и лёгкими улыбками.       – А по-моему, в этом нет ничего удивительного, – подала голос Уизли. – Вы все дополняете и уравновешиваете друг друга, хотя может сами этого и не замечаете. Но со стороны это очень легко заметить.       – А ещё…       – Вас объединяет множество…       – Приключений, в которые вы…       – Систематически влипаете.       – После такого просто невозможно…       – Не подружиться, – согласились с сестрой Фред и Джордж, улыбаясь Золотому Трио.       – Гарри и Рон быстро сняли куртки и натянули длинные черные мантии. Мантия Рона была ему немного коротковата, из-под нее высовывались спортивные штаны. «Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнесся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно». Гарри так разнервничался, что у него даже живот скрутило, а Рон сильно побледнел, и веснушки на его лице стали еще ярче. Они рассовали остатки сладостей по карманам и вышли в коридор, где уже толпились остальные. Поезд всё сбавлял и сбавлял скорость и, наконец остановился. В коридоре возникла жуткая толчея, но через несколько минут Гарри всё-таки оказался на неосвещенной маленькой платформе. На улице было холодно, и он поежился. Затем над головами стоявших на платформе ребят закачалась большая лампа, и Гарри услышал знакомый голос: — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, Гарри, у тебя всё в порядке? Над морем голов возвышалось сияющее лицо Хагрида. — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной! Поскальзываясь и спотыкаясь, они шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что Гарри показалось, будто они пробираются сквозь лесную чащу. Все разговоры стихли, и они шли почти в полной тишине, только Невилл, тот мальчик, который всё время терял свою жабу, пару раз чихнул.       – А всегда первокурсников по такой темени ведут? – поинтересовался староста Гриффиндора, глядя на братьев и сестру. Те дружно кивнули, вспоминая собственное прибытие в первый год обучения.       – У нас постоянно кто-нибудь да спотыкался, пока мы шли, – припомнила Джинни. – Ещё и толкучка знатная была, все хотели быть поближе к Хагриду с его фонарём.       – А нельзя ли как-то осветить тропу до озера? – повернувшись к преподавателям, поинтересовалась Гермиона. – Идти в таких условиях, правда, было жутко неудобно.        – Ещё и после целого дня поездки на поезде, – поддержал подругу Поттер.       – Мы обсудим это с директором, мисс Грейнджер, мистер Поттер, – ответила подросткам их декан, а Снейп просто кивнул. Ещё бы директор начал к ним прислушиваться в данных вопросах, дружно подумалось обоим профессорам. Ведь не раз уже эту тему поднимали всем педагогическим составом. И даже так ничего внятного они не добились. Директор выслушал, покивал, а после и вовсе забыл, словно этого разговора и не было. Кто его разберёт, этого Дамблдора.       — Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда! — О-о-о! — вырвался дружный, восхищенный возглас. Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд. — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега. Гарри и Рон оказались в одной лодке с Гермионой и Невиллом. — Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперед! Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.       – Это было очень красивое зрелище, – мечтательно вздохнула Гермиона, вспоминая, как впервые увидела Хогвартс.       Ученики поддержали её дружными кивками и такими же вздохами. Деканы смотрели на своих подопечных с пониманием, вспоминая свои собственные ощущения, когда впервые увидели Хогвартс. Невероятная красота, которую все они сохранят в своих воспоминаниях на всю свою жизнь.       — Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утесу. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в темный тоннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни. — Эй, ты! — крикнул Хагрид, обращаясь к Невиллу. Хагрид осматривал пустые лодки и, видимо, что-то заметил. — Это твоя жаба? — Ой, Тревор! — радостно завопил Невилл, протягивая руки и прижимая к себе свою жабу.       – Наконец-то он её нашёл, – Джинни, кажется, радовалась найденной жабе больше самого Невилла. Остальные гриффиндорцы дружно рассмеялись, глядя на самую младшую из них. Даже Малфой, что до этого только молча слушал и иногда хмуро поглядывал на остальных, помня лекцию от своего декана и стараясь лишний раз не нарываться, едва заметно улыбнулся от такого энтузиазма рыжеволосой девушки.       – Хагрид повел их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Еще один лестничный пролет — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. — Все здесь? — поинтересовался Хагрид. — Эй, ты не потерял еще жабу? Убедившись, что всё в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.       – Конец шестой главы, – объявляет Джордж, торжественно захлопывая книгу.       – Что ж, мы подошли к событиям, которые будут происходить в Хогвартсе, поэтому, смею предположить, что дальнейшее чтение пойдёт куда быстрее, – заключил Северус, обводя цепким взглядом всех учеников. Все дружно кивнули.       – Тогда предлагаю обсудить некоторые вопросы, пока не наступило время отбоя… – произнесла профессор трансфигурации, просматривая несколько пергаментов.