Fallout Equestria: Dust

      Вы когда-нибудь задумывались, насколько сильно место нашего пребывания отражает нас самих? Я вот как-то над этим не думала, не то чтобы времени не было, просто в голову такие мысли не приходили. Но сейчас, сейчас было самое время для этого.       Оказавшись в том помещении, где нам должны были выдать специальное обмундирование, мы увидели нечто новое. Вся комната, которая когда-то было достаточно обширной мастерской и где могли работать не менее 3-х пони, сейчас представляла собой хаос. Все стены, даже потолок, были закрыты различными вывесками и плакатами, все возможные рабочие места представляли собой горы одежды различной паршивости, а на вершине этих гор красовались свечи, которые горели неестественным синим пламенем. Куча ящиков, доверху наполненных бутылками и крышками от них, стенды, на которых красовались все возможные и невозможные значки и медали. Заканчивал этот маскарад на противоположной от входа стене огромный по всем меркам черный флаг. На самом же флаге красовалась белоснежная буква «Е», окаймленная звездами и двумя распахнутыми крыльями.       Но даже в таком по всем меркам ужасе прослеживалась нейкая строгость к деталям. Все эти горы одежды были одинаковой высоты, а плакаты не были наклеены друг на друга, они равномерно покрывали все стены, даже не цепляя друг друга.       Под флагом красовалась кровать, накрытая брезентом, из-под которого виднелось чьё-то копыто.        — Эй, техник, чего спим в рабочее время? — стягивая брезент, произнес Айрон.       В ответ послышалось лишь недовольное бормотание. Как только специфичное одеяло было убрано, перед нам предстал техник — спящий коричневый пони с седой козьей бородкой и такой же седой гривой, но это не самое странное. Странным было то, что этот пони был пегас и это, наверно, был единственный пегас на всё убежище.        — Эй, папаня, на Эквестрию напали! — слегка прикрикнул в его ухо Айрон. Техник среагировал незамедлительно, влепив мешающему ему пони затрещину.        — Встаю я, встаю, кричать только не надо. — Он потихонечку сел на кровать и обвел нас всех достаточно скучающим взглядом, после слегка прищурился, будто припоминая кого-то из нас. Что-то для себя отметив, он слабо кивнул и его лицо засияло странной, даже немного пугающей улыбкой.        — Добро пожаловать в мой храм, молодые пони, что старый Брохнштайн может вам предложить? — улыбка не спадала с его лица.        — Нам бы это, — слегка засуетился Кайл, — оборудование для обнаружения газов и одежку какую-нибудь.        — О, так вам нужен пип-бак, ну хорошо, сейчас только поищу. — и он начал разгребать одну из куч одежды, предварительно задув свечу.        Поиск ожидал быть долгим, и нудным, по крайней мере для моих друзей. Пока техник, раскапывал гору хлама, он попутно с этим начал рассказывать нам довольно странные, а порой и несуразные истории о разных пони, о необычайных существах и даже о неких странных организациях, одна из которых занималась тем, что везде и отовсюду собирала тостеры и уносила в свои ямы. Рассказы были прерывистыми, быстро сменялись между собой и, хоть мне они и казались интересными, Айрон с Кайлом так не считали. Эти двое поочередно перебивали Брохнштайна словами «Ну скоро ты там, дед?» или «А может помолчим».       Вскоре, после примерно получаса различных историй из жизни, оба моих товарища уснули сладким сном. После этого техник, закончив последнюю историю, с грустью вздохнул:        — Никто техника слушать не хочет, а зря они так — произнеся это, он спокойно слез с остатков одежды, заглянул под свою кровать и достал оттуда один ящик. — Только тсс.        — Вы сейчас серьезно? — не знаю почему, но мне от этой ситуации было весело.        — Абсолютно, Тайли, абсолютно — он тихо открыл ящик и достал оттуда пип-бак, затем передал его мне — Пользоваться умеешь?        — Вроде умею. — я смутилась, — А откуда вы мое имя знаете?       Техник немного помялся, но ответил:        — Я родителей твоих знал, а значит и тебя. Вот и узнал спустя столько времени.       Только я хотела спросить ещё что-то, как он меня перебил:        — А теперь к одежде. Её у меня хоть и много, — он окинул взглядом помещение, — но нормальной на самом деле мало. Все эти тряпки ничего не стоят против радиации или пуль, хотя последние тебе врятли светят, а поэтому надо бы тебе найти что-нибудь по достойнее того рванья, что вы все носите.       Ещё немного покопавшись в ящике, он выудил оттуда бежевый комбинезон с множеством застежек, ремнем, и дополнительными прошитыми вставками на груди. Там же, на груди, находилась эмблема, точно совпадающая с той, что я видела на флаге, но к моему сожалению, Бронштайн безапелляционно содрал её и выкинул с глаз долой. Затем он достал небольшой белый респиратор.        — Так, чего-то не хватает, ах да, обуви. — на пол полетели две пары высоких черных сапог.        — Вот, дорогуша, почти целая офицерская униформа, надежнее не найдешь.       Я выгнула бровь:        — Офицерская?        — Да, да, она самая, не сиди на месте, надевай давай. — он немного суетился, пытаясь надеть на меня этот комбинезон. — А друзьям твоим за неуважение к старшим я дам пару комбинезонов на пару размеров меньше, ты же не против? — представив эту картину, я прыснула со смеху.       Через час мы все стояли подле той самой переборки, переминаясь с ноги на ногу.        — Я порву его потом, почему ей дали нормальный костюм, а нам какую-то хрень, которая ещё и жмет? — осматривая себя, произнес Айрон.        — Как по мне, это все очень и очень злая шутка — буркнул в довесок Кайл.        — А как по мне, ребята, вы очень даже ничего. Хорошая защита и… — я не выдержала и рассмеялась. Они демонстративно отвернулись. — Ну ладно, чего вы?       Оба фыркнули. Я, отсмеявшись уже в какой раз, передала им респираторы и фонарики.        — Ну, да хранит нас Селестия — произнес Кайл и вырубил электричество на щитке.        Пока Айрон с Кайлом освещали путь фонарями, я смотрела на экран пип-бака и никак не могла понять, как та среда, в которой мы находимся, могла быть чище, нежели та, в которой мы живем постоянно? Загрязнение кислорода было раза в два меньше, нежели в привычном нам окружении. А ядовитых газов и вовсе не наблюдалось. Я поделилась наблюдениями с Кайлом, но тот лишь пожал плечами.       Уже на пол пути от последнего места раскопок мы заметили, что на нас светит тусклый, но всё же луч света.        — Луч света. — Айрон усмехнулся, — Мы что, умерли?        — Смотря на вашу униформу, умереть можно было только со смеха. — я тихо усмехнулась.        — Эт точно, мы не все во вкусе стариков. Он любит молоденьких — парировал Айрон, впрочем, он сразу поплатился за это, когда я дала ему пинка.       Оказавшись у щели, я все же решила снять респиратор и попытаться вдохнуть этот чистый воздух. И я была приятно удивлена: воздух был свежим и никакого удушья я не чувствовала, о чем и сообщила товарищам. Айрон решил не парить морду и тоже снял респиратор. Кайл же наотрез отказался этого делать        — Ну, если это не газ, то что тогда там? — единорог постучал по камням, те послушно осыпались. — Ой, а так можно было?       Общими усилиями и парой кирок мы всё же прокопали достаточно пространства для того, чтобы пролезть. Как только мы с Кайлом помогли пролезть немного застрявшему Айрону, то все дружно решили осмотреть то место, где мы находимся. А находились мы в небольшой пещерке, которая на первый взгляд заканчивалась обрывом, но это только на первый. Оказавшись у края, мы поняли, что до уровня земли около двух метров высоты, что не является какой-либо проблемой для нас. Вот только не все так считали.        — Мать твою… — заикаясь, произнес Кайл, затем он осмотрел окрестности, после взглянул на небо. — Мать твою! — он задрожал, а через секунду и вовсе убежал обратно, не реагируя на наши возгласы. Айрон даже хотел схватить его, но что-то его остановило.        — Убежал. — с грустью сообщил единорог.        — Убежал. — подтвердила я.       Мы оба смотрели на нечто, нечто огромное. Наши маленькие шахты и даже залы были ничем по сравнению с этим. Я была шокирована, у меня не было слов, даже мысли улетели из моей головы.

Я узнал, что у меня Есть огромная семья: И тропинка, и лесок, В поле — каждый колосок! Речка, небо голубое — Это все мое, родное. Это Родина моя! Всех люблю на свете я

      — Да-а — всё ещё удивленно произнесла я, затем уже более уверенно — Да! Я помню этот стишок, мне его бабушка рассказывала. Вот только…        — Вот только нету неба голубого. — как-то обреченно сказал единорог.        — Как и лесов, всё какое-то безжизненное…        — Мертвое…       Мы начали понимать, что есть эта самая поверхность. Айрон и вовсе фыркнул, затем произнеся что-то наподобие «Пойду проверю кое-что» ушел обратно.       Я не верила, я просто не хотела верить в то, что поверхность представляет из себя лишь безжизненную пустыню с ядовито-песчаным небом. На мое счастье, пустыня все же не была пустыней. Я видела и нейкий городок, состоящий из небольшого количества домов, и даже нечто подобное на завод. Это меня немного утешило, я хоть и не была уверена в том, что там кто-то и будет жить, но надежда присутствовала.        А ещё я увидела скелет пони. Он находился в нескольких метрах и от меня и мне необходимо было спуститься, чтобы хоть как-то осмотреть его. Не надо считать меня какой-то ужасной пони, мне сам скелет не был интересен, мне была интересна другая вещь — сумка. Переборов животный страх, я все же спустилась, это стоило мне испачканного комбинезона, но все в целом прошло неплохо. Оказавшись ближе, я даже без медицинского образования смогла понять причину смерти этого пони. Так уж вышло, что череп его был раздроблен, а виновник этого события находился неподалеку. Неприятно осознавать, что вся твоя жизнь может оборваться вот так просто. Поначалу ты есть, а потом тебя уже и нет, поминай, как знали.       Достав уже порядком изношенную сумку и раскрыв её, я была порядком удивлена содержимым. Пара нечитаемых записок и что-то гнилое, что когда-то могло быть едой, меня не сильно привлекали, а вот пистолет с патронами меня очень даже заинтриговали. Да, я стреляла с пневматического ружья давным давно, но это ни в какое сравнение не шло с настоящим оружием. Конечно, моя расовая принадлежность обязывала меня пользоваться им не самым приятным способом, однако это мелочи жизни земнопони, с которыми приходится мириться.       Я не удержалась и решила протестировать сие чудо в действии. Зарядив его, хоть и с трудом, мешал слегка заржавевший механизм, я взяла его в зубы, прицелилась куда-то в воздух и выстрелила.       Ох, как же это было больно. Отдача наградила мои зубы всей своей мощью и с испуга я даже выплюнула пистолет. После я уже начала отплевываться кровью, десны все же не были готовы к таком испытанию на прочность…       Как только испуг ушел, а кровь прекратила выливаться, словно бушующий ручей, я смогла забрать пистолет, вот только теперь была небольшая проблемка — куда его девать-то? На комбинезоне были слишком маленькие карман, а в зубах его держать, так меня неправильно поймут.       На выход пришла всё та же сумка, благополучно очищенная от ненужного хлама. Кстати говоря, в одном из карманов я обнаружила немного-немало 20 крышечек. Не особо зная, что с ними делать, я решила, что подарю их нашему технику, когда буду возвращать одежду. Я не заметила, как на экране отобразились надписи: «Сумка экипирована» и «Отступник взят». Мне бы очень хотелось пойти на изучение нового мира, но всему надо знать меру, мой первый опыт и так закончился тем, что я похожа на какого-то кровопийцу. Ещё раз попачкав костюм, я не без трудностей смогла забраться обратно в пещеру, а после и в шахту. Мне казалось странным, что никто похоже и не ждал меня.       Все встало на свои места, когда я пересекла переборку. Там, наряду с моими друзьями стояло несколько сотрудников охраны с дубинками наготове и сам смотритель собственной персоной. Он окинул меня странным, даже злым взглядом.        — А чего это мы гуляем так поздно? В карцер её, а мне доклад на стол, черти поганые… Я сглотнула.