Fallout Equestria: Dust

      Прогремел очередной выстрел, пока я пыталась вжаться в остатки некогда прекрасного автомобиля, а ныне ржавого куска железа. Я ныла и хныкала от боли, пока Грейв перебинтовывал мне ногу. Мне ещё очень повезло, что пуля прошла по касательной и мне, как сказал пес, досталась лишь царапина, но как же эта царапина болела.        — Глупая, — он пригнулся под автоматной очередью, затем продолжил, — тупая пони. Кто говорит с рейдерами? Ну кто, алмаз тебя подери?       — Да, я глупая… — я застонала от ещё одного прилива боли, —…глупая пони, блин, как же больно!       После перевязки Грейв похлопал меня по плечу и сказал:        — Жить будешь, но без тебя я не выдержу их натиск. Стрелять сможешь?       Жгучая боль постепенно отпускала и я кивнула, вместе с этим проверяя предохранитель на пистолете. Грейв произвел некие махинации на своей лапе, из-за которых та лишилась своих пальцев, а кристалл в её середине стал ало-красным.        — Ну что же… Поехали… — вздохнул он, краем глаза выглянул из-за машины и, поочередно отвечая на выстрелы «любителей посидеть в здании», выбежал из-за укрытия, схватив при этом меня чуть ли не за шкирку, его не сильно заботила моя нога, как впрочем теперь и меня.       Сопровождаемые триадой выстрелов, я на пару с Грейвом выбежали из-под старого куска металла, отстреливаясь. Грейву с этим более повезло, его чудо-лапа производила настоящий фурор, изрыгая прожигающие насквозь кроваво-красные лучи. Мне же с моим проржавевшим пистолетом до этого было ой как далеко. Я откровенно боялась стрелять из-за отдачи, а если и стреляла, то всегда промазывала.       Пригибаясь к земле то ли от боли, то ли от страха словить некий «привет» в свой адрес, я, держа в зубах пистолет, добежала до стены наполовину разрушенного здания, и шмыгнула за угол, где зона обстрела уже заканчивалась. Теперь хоть не страшно было словить пулю.       Остановившись, чтоб перевести дыхание, я, сама того не замечая припала всем телом к стене. Буквально через пару секунд ко мне подбежал прикрывающий меня Грейв и в этот момент… *ба-бах* По видимому, одна из пуль все же попала в его «механический» протез, издав при этом душераздирающий свист, сопровождаемый металлическим лязгом. Он то ли от боли, то ли рефлекторно припал к земле. Помогая ему подползти к месту, где нас не достанут пули, я подтащила его за лапу.        — Эй, братец, ты это, давай не помирай раньше срока… Ты как? В порядке? — с взволнованным тоном спросила я.        — Все, больше никогда не скажу, что железная лапа не нужна, никогда — с паническим смешком протараторил он и поглядел на место попадания. На протезе виднелась лишь небольшая вмятина, продолжаемая неглубокой царапиной. — А знаешь, нам повезло наткнуться на таких косоглазых пони. Они даже в упор попасть не могут. Ха-ха-ха — Грейв засмеялся смехом, который меня очень напугал, он был болезненный, не веселый.        — Я очень рада, что ты в полном порядке, но не забывай зачем мы сюда пришли. Если мы не добудем припасы, мы умрем. А без тебя я так и так умру. — сказав это, я сжала зубы: адреналин отступал, а нога начинала ныть, — Так что давай как-нибудь аккуратно пройдем в это здание, а там уже что-нибудь решим… — сказала я, повторно проверив предохранитель и передернув ручку затвора. Очередной патрон зашел в ствол и издал щелчок. Довольно махнув своей головой, я взяла в зубы пистолет и направилась в сторону черного входа на фабрику следом за Грейвом.       Подойдя к черному входу, я подняла голову выше и заметила облезший и изорванный клочок бумаги, кое-как висевший на двери. По-видимому, раньше он разъяснял о том, что этот выход работает только в экстренных ситуациях. Сейчас не то «раньше», которое было около 200-а лет назад, поэтому он нам понадобится…        И конечно же он был заперт, как и заперты наши надежды. С грустью, я начала впопыхах искать нужные мне отвертку и заколки, но Грейв остановил меня. С легкостью он вырезал своими когтями замок, будто консервную банку.       — Вот для этого и нужны друзья, Тайли. — он подтолкнул меня ко входу, затем, когда я зашла, закрыл дверь со словами, — Я зайду с другого входа, не умри.        Не успела я открыть заново дверь, чтобы его отговорить от этой глупой идеи, как его и след простыл, даже на моем локаторе не было его метки. Ну что ж, я осталась одна, одна в этом злополучном, воняющем машинным маслом, заводе.        Помещение, в котором я была, раньше было чем-то подобным до сборочного цеха: на верху находились многочисленные установки и краны, пол был усеян шестернями, проводами и ещё чем-то подобным, а конвейерные ленты с немногочисленными станками лишь до конца убедили меня в моем суждении. И ещё сюда бежали пони, много враждебных пони, судя по меткам.        Благодаря обширности территории я смогла занять позицию за одним из станков и контролировать главный вход, который впрочем не был таким и маленьким, размером с ангарную дверь дверь, сквозь которую могли проходить несколько таких, как Грейв, не то что десяток пони.        Выдохнув, я прильнула к прицелу, мушка которого в полумраке отсвечивала мятным зеленым. Я ждала с минуту, метки метались из стороны в сторону, но в проходе никого не появлялось. Когда же я услышала не очень лестные выкрики и стрельбу, я лишь сильнее напряглась, и не зря. Один из рейдеров решил то ли проверить это место, то ли просто убегал.        Я тихо поджидала, когда он подобрался на расстояние выстрела и.... звуки стрельбы опять донеслись из глубин фабрики, что привлекло внимание и меня и моего нежданного гостя. Он оглянулся назад, слегка потоптался, затем что-то буркнув нечленораздельное, развернулся и убежал обратно.       Да, я стреляла уже, причем совсем недавно, но это было совсем другое, то была самооборона, а это было убийство. Слегка поразмыслив и поругав себя за свою нерешительность, я решила, что даже если я и не смогла убить этого подонка, то смогу как-нибудь помочь Грейву. И потому я направилась вглубь затхлых, наполненных пожелтевшими бумагами и плакатами, офисов.       Здесь царил свет, хоть он и был слабым мертвенно желтым, но всё же он освещал мне путь. Постоянно оглядываясь по сторонам и пристально наблюдая за красными метками, я вышла к главной лестнице, ведущей на верхние этажи. И на этой лестнице стоял, тихо покуривая сигарету, тухло зеленый единорог с грязной и местами опавшей черной гривой. Его наполненные кровью глаза смотрели на меня. Он сделал затяжку и выплюнул сигарету, магией доставая двухствольное ружье из-за спины.       — Ф-фтой — с пистолетом в зубах проговорила я.       — Что ты там вякнула? — с усмешкой спросил рейдер, спускаясь ближе, — ЧТО? ТЫ? ВЯКНУЛА?       — Фтоять, я буду стфефять — я реально паниковала, и рейдер это видел, видел и подходил все ближе.       Я пыталась отойти назад, но рейдер был быстрее, а когда он был уже в упор ко мне, он направил пистолет себе на лоб и прокричал:       — Ну давай, чего ты, стреляй, тупая ты кляча! — он вжимал магией пистолет себе в лоб.       Я закрыла глаза и спустила курок, но…ничего не произошло, даже щелчка. Когда я открыла глаза, предо мной стояли уже трое, а первый единорог лишь ехидно ухмыльнулся и сказал:       — Поздно. — это прозвучало, как приговор, особенно на фоне злобного хихиканья ещё двоих.       Я брыкалась, кричала, но это было бесполезно, хватка двух единорогов была сильна, сильна и беспощадна. Как только я попыталась завизжать из последних сил, третий земнопони заткнул мне рот какой-то вонючей тканью, отчего мне оставалось лишь мычать и плакать от безысходности. А они смеялись, им было весело и им от меня что-то было нужно.       — Давай сюда её — указал на одно из помещений всё тот же земнопони .       С гоготом они уложили меня животом на стол, предварительно изпинав меня копытами и прикладами за попытку сбежать. В глазах мутнело, кровь заполняла рот, а легкие будто стали раза в три меньше, отчего я все сильнее задыхалась. Я пыталась бороться, но удар в затылок меня и вовсе выбил из себя. А они гыгыкали, они раздвинули мои задние копыта и привязали те к ножкам металлического стола.       Я, слегка придя в себя, опять попыталась взбрыкнуть, что было безуспешно. Слезы застилали все глаза, тряпка не давала отдышаться, а они всё смеялись.       — Ну, кто первый? — сказал кто-то из них.       — Ты её словил ты и давай.       — Ну хорошо-с. - с нейкой гордостью и напыщенностью сказал единорог.       Вдруг я почувствовала, как мой комбинезон начинают рвать и я наконец осознала, ЧТО они хотели со мной сделать. Они не просто хотели меня убить, им этого было мало, они хотели меня уничтожить, убить меня, моё достоинство, истерзать мою душу.        И я завизжала что есть мочи, мне было плевать на тряпку, что сделала мой крик ничем, я визжала, я пыталась брыкаться, дергаться, пыталась лягнуть кого угодно, но веревки впивались туго в мои ноги и держали крепко. Им в этом помогали и единороги, придерживающие мою заднюю часть магией. Я уже чувствовала, как разорвали комбинезон, я уже была готова смириться с этим, но я продолжала визжать, зажмурив глаза, чтобы не видеть этого.       Я продолжала плакать, когда меня выносил на плечах Грейв. Я продолжала рыдать, не смея открывать глаз, а он всё нес меня, лишь слегка поглаживая. Я била копытами его, кричала и проклинала его, а он всё нес меня, не проронив ни слова. Я хныкала, чувствуя во рту ту тряпку, чувствуя то унижение, а он всё нес меня, тихо шагая…в неизвестность.       Как только закрылась дверь, а Тайли лишь удивленно обернулась, Грейв уже поднимался по старой пожарной лестнице на крышу, откуда собирался направиться прямиком к заложникам. Да, он знал о шайке рейдеров, снующих здесь и о захваченных пленниках, но умолчал об этом. Грейв вообще не хотел брать с собой столь молодую пони на столь опасное путешествие, а тем более оставлять ту наедине с самой собой, но что-то подсказывало ему, что этот путь он должен пройти один. Пуля, попавшая ему прямиком в то заклятое место, напомнила о временах былых.       — Грейв, Грейв, они отовсюду, они палят отовсюду, мой мальчик — пес вместе с одним из старцев его племени бежали к палатке с больными матерями, — займем оборону, Стиллхарт уже должен быть на месте.       Рядом на землю спустился бронированный пегас. Металлические пластины, покрывавшие его всего напару с хвостом и глазами шлема, похожими на фасеточные у блотспрайта могли сеять страх среди пони, но не среди алмазных псов.        Псы рефлекторно напали на непутевого бойца и разорвали того в клочья, после уже собирались продолжить путь, как на них обоих обрушился град из сгустков плазмы. Старец, осматривая дыры в своем теле, захрипел и упал, а Грейв с опаленной шерстью побежал дальше к месту из которого в небеса лился огонь трассеров, кося чуть ли не целые крылья пегасов.        Всё поле было покрыто обожженными и расплавленными телами бойцов, где-то догорали палатки, на одном из штырей висел пробитый насквозь пегас Анклава, а последний бастион все огрызался пулеметными очередями, не допуская к себе никого, кроме своих. Грейв бежал, бежал на огни свободы, когда его окликнул Блоумайнд — один из сильнейших псов его племени.       — Грейв, агх — нижняя часть его тела была погребена за обломками летающего фургона-бомбардировщика, — помоги мне поднять.       Подбежавший пёс благополучно исполнил команду и они вместе смогли оттянуть горящий обломок, вот только одна из ног Блоумайнда была вывернута под неестественным углом. Как только потерпевший осмотрел свою ногу, он обессиленно упал на спину и сказал:       — Что ж, сегодня я отбегал свое, — он продолжал лежать неподвижно, лишь тихие вздыхания говорили о том, что он все ещё жив. Затем воин с обеспокоенностью указал на небо, — Грейв, опять эти фургоны, убирайся, сейчас будет жарко.       Грейв взглянул на товарища, затем в сторону бастиона. Свист падающих мин ознаменовал старт, старт его гонки за жизнь. Начали взрываться первые мины, погребая под собой и оставшихся в живых и мертвых, расплавляя плоть и землю, раскидывая обрубки конечностей. От грохота пес прикрыл голову лапами, но не перестал бежать. *бабах*, *бабах*, *бип-бабах*. Его спина загорелась пламенем, но он не перестал бежать, мины обогнали его, но он всё равно не переставал бежать, потому что знал, что нужен бастиону.        Прикрывая голову, Грейв бежал, не разбирая дороги, не видя, что творилось впереди. А впереди догорали последние бронированные палатки, плавились пулеметы, как и сами псы. Последнюю бомбардировку они не выдержали и пали, пали смертью храбрых.       Грейв остановился, когда понял, что ни взрывов, ни стрекотания пулемета уже не было слышно. На секунду ему показалось, что он и вовсе оглох, но нет. Просто бой был окончен и не в его пользу. Пес огляделся по сторонам, но увидел лишь уничтоженные баррикады, догорающие ветви…и тела, очень много тел, даже слишком. Здесь были как и его товарищи псы, так и пони, и нельзя было понять, кто же понес больше потерь в этой бойне. «Неужели…неужели я остался один?» — спросил себя Грейв, оглядываясь по сторонам и надеясь увидеть хоть кого-то. И он увидел.        Напротив него поднимался светло-коричневый пегас с выделяющейся черной бородкой, который не был облачен в типичную для таких, как он, силовую броню. На нем был опаленная и разорванная местами униформа темных цветов с золотыми пуговицами. Поднявшись, они оба посмотрели друг другу в глаза, и каждый увидел в них боль другого. Так бы они и смотрели друг на друга, если бы не удивление офицера. Тот указал копытом на что-то позади Грейва, чуть погодя он начал размахивать копытами кому-то. Немного озадаченный пес развернулся, что бы увидеть…заходящего на него бронированного пегаса.       *фзааап*       Грейв отмахнулся от старых воспоминаний и направился к двери, ведущей на второй этаж здания. Пока он пытался протиснуться сквозь узкий лестничный проем, то услышал, как кто-то ходит и судя по звукам, этот кто-то приближался. Пес замер, даже дыхание затаил. Пони, судя по всему, хотел подняться по лестнице, но то ли из-за каски на его голове, то ли просто от слепоты не заметил огромного пса, стоящего прямо на лестнице, и благополучно ударился о его тело. Грейв через силу вытянул механическую лапу из-за спины, больно ему мешал проём и постучал по каске пони, и тот её благополучно снял. Единственный опухший глаз смотрел на пса как-то недоуменно.       — Ты кто такой? — рявкнул рейдер.       — Я стена. - шутливым, насколько это возможно для пса, ответил Грейв       — Стена? И что ты тут забыла? — пони слегка наклонил голову.       — Я тут всегда была, — тихо ответил Грейв.       — Лаадно — рейдер прищурился, отчего казалось, что его и без того больной глаз сейчас и вовсе лопнет, затем развернулся и ушел, говоря себе, — Пора заканчивать с этой дрянью.       А пес, посмеиваясь, продолжил дальше пролазить и когда наконец его тело освободилось от оков злополучных стен, он смог вздохнуть полной грудью и осмотреть пустующие коридоры.       Неизвестно, куда ушел тот пони, но теперь самым важным было найти заключенных пони. Обходя длинные залы, наполненные различными досками, макетами и диаграммами, Грейв наткнулся на одну вещицу, некогда ранее не виденную. Это был стеклянный шар, помещенный в ящик со стеклянной дверцой. К сожалению, Грейв не умел читать, а лишь считать и потому не смог прочесть надпись на ящике, а лишь взял шар и спрятал его в маленькую сумку на своем ремне.       Постепенно дорога пыльных коридоров привела его к единственному освещенному на весь этаж залу, вход в который охраняли двое рейдеров в свете маленького фонаря. Один из рейдеров уже был знаком псу по недавнему их знакомству.       — Да я тебе отвечаю, я со стеной разговаривал — говорил один другому.       — Да что ты бредни несешь, опять накурился, да? Эй, нарколыга? — докуривая сигарету, грязно-желтый единорог посмотрел туда, где секунду назад стоял его друг. Теперь там красовалось лишь кровавое пятно, уходившее в темноту. — Твою мать, нарколыга?       Грейв прицеливался из своей лапы, но что-то пошло не так и вместо выстрела произошел лишь тихий щелчок. Рейдер же в свою очередь услышал этот щелчок и маленький красный свет из темноты. Ему этого хватило он с криками начал стрелять в темноту.        Разорвав когтями шею непутевому рейдеру, Грейв поспешил войти в комнату, чтобы убедиться в правильности своих мыслей. Этот зал был точной копией предыдущих, лишь за небольшими исключениями: здесь горел свет от строительных прожекторов на штативах и здесь было с десяток связанных пони.       Действовать надо было быстро и потому, освободив больше половины, Грейв сказал готовится к обороне, а сам вышел из зала с металлическим столом наподобие щита и направился к главной лестнице дальше по коридору.        Пока пони помогали друг другу освободится, Грейв встречал рейдеров лазерным огнем. Из-за проблем с перезарядкой и малым темпом стрельбы, пес начинал постепенно отступать под натиском нескольких автоматных очередей.       — Эй! — прижимаясь к земле, произнес жеребец, — Эй, как там тебя? Помощь не нужна?       Грейв взглянул на новоиспеченного бойца и кивнул.       — На раз, два, три! — и они начали ответную, даже более агрессивную атаку. *фззап*, один из рейдеров засветился красным, а через секунду с громким шипением от него осталась лишь одна пыль. *Бах бах бах* Ещё один упал, начав захлебываться в крови. Грейв выцеливал одного из автоматчиков, но как назло один из рейдеров кинул им гранату:       — Ловите подарочек, уроды. — прокричал один из атакующих и в их сторону полетела граната.       — Ты забыл чеку выдернуть, идиот! — прокричал ему второй, расстреливая обойму в темноту.       Когда граната прилетела, пес сразу осмотрел ту и, удостоверившись в глупости рейдера, забрал гранату. *Фззап, фззап, щелк* Грейв ушел на перезарядку, пока пони с револьвера стрелял в тех, кто успел пробежать в одну из комнат и теперь оттуда пытался достать их. *Бах* голова рейдера взорвалась кровавыми ошметками.       К ним подошел ещё один, который был вооружен автоматом.       — Такс, как обста… — *Бах бах бах бах* — ладно, понял. — пони прижал копытом свой шлем.       И тут со стороны рейдеров послышался кобылий крик, затем даже визг. У Грейва внутри похолодело, он понимал, кто сейчас кричал.       — А кто это там кричал? — обеспокоенно смотря на пса, спросил пони в шлеме. — Эй, большой парень, ты знаешь?       — Знаю, — прорычал пес, доставая гранату, — это мой друг и я иду её спасать, вы со мной?       Оба переглянулись, затем первый сказал:       — А то как же!       Граната, отскочив от мусора, нагроможденного рейдерами в качестве защиты, упала аккурат в середину последней группы. *Бабах* Мусор был уничтожен в клочья, как и рейдеры. Перезарядив оружие, трое перелезли через расстрелянный металлический стол, и и быстрой трусцой, осматривая помещения, направились к лестнице. *Бах* Пони с револьвером добил одного из бандитов.       Как только они пришли на первый этаж, им пришлось разделится на две части: жеребцы в одной и пес в другой. Грейв, наблюдая за моргающим освещением, то и дело прислушивался к различным шорохам, он действовал на пределе своих возможностей и очень боялся за одной из дверей увидеть уже мертвую Тай. Но вот он услышал какой-то злобный, можно сказать ядовитый смех, и ярость начала наполнять его. Может он и не был уверен, что именно они схватили, или может уже убили, её, но он был уверен, что они за это заплатят.       — Ох, сейчас будет жарко, парни — усмехнулся зеленый единорог, держа в магическом поле отрезанный кусок униформы.       -Смотри, как она визжит. — добавил земнопони, — Поняла наконец, что с нами шутки плохи.       Зеленый единорог подошел к привязанной и удерживаемой магией земнопони, он наслаждался моментом его власти над ней, он был счастлив.       Грейв вбежал в комнату и увидел, как трое пони удерживали Тайли, эту беззащитную и наивную кобылку, это создание, ещё не понявшее всех ужасов Пустоши. Он действовал незамедлительно: его когти рвали плоть, его лазер выжигал глаза, но сам он плакал. Грейв искромсал троих пони менее чем за пол минуту, те даже не успели опомниться, но ему было не до этого. Его переполняла ярость, ярость к самому себе, к своему опрометчивому поступку, к своей глупости, ко всему своему псиному нутру. И не важно, успел ли он вовремя или нет, этот шрам ярости и страха будет теперь с ними обоими навсегда.       Заляпанный с головы до ног в чужой крови, Грейв тихо отвязал сжавшуюся в страхе Тайли и без слов понес её подальше от этого места. Он чувствал, как она дрожит, слышал её всхлипы, неровное дыхание. «Отпустить её одну в логове рейдеров, зачем, тупой ты пёс? Не знаю, хотя кого я обманываю, я знаю» — мысли в голове алмазного пса сводились к одному и тому же. — «Всё из-за прошлого, из-за той одежды, того выстрела в механо-лапу, я просто увидел в ней того пегаса.»       Сжимаясь от неистовой боли, Грейв видел, что у него больше не было лапы, её оторвало. Ворочаясь и рыча, он понимал, что вот и всё, что совсем скоро ему придет конец. Пес сжимал лапу и не мог видеть, как к нему, воющему на всю округу подбегали разномастные пони, среди которых были и земнопони, и единороги. Ему вкололи какой-то укол и он уснул, считая, что уснул навсегда, уснул один, один единственный.       Но вот он уже сидел с перебинтованным обрубком вместо лапы и думал, что именно из-за пегаса его сделали таким жалким. Грейв держал обиду на того командира, не подозревая о истинных и благих намерениях оного, он считал, что без него смог бы сам решить свою судьбу. Ещё он ненавидел весь Анклав за то, что они оставили его в живых, а других нет. Он остался один и решил быть одним…навсегда.       «Хотел быть одним, вот, получай то, что заслужил за это» — Грейв, пытаясь утешить больше себя, нежели искалеченную Тайли, начал её тихо поглаживать. Это помогало и всхлипы прекращались, ненадолго.       Грейв нес Тайли в Писволл, в безопасный город, где можно было отдохнуть. Он не просил, но выжившие пони увязались за ним по пятам, безмолвно, словно чувствуя, что выпало на душу кобылке. Большую часть дороги они молчали, но когда считали, что кобылка на плече уснула, начинали тихо перешептываться о жестокости рейдеров и их месте в обществе.       Иногда Тайли с яростью и криками начинала бить Грейва, проклиная того за то, что оставил её одну. Грейв в ответ лишь сильнее прижимал к себе пони и пытался скрыть свои скупые, но всё же капли слез.

***

      «Здравствуйте, жители Эквестрийской Пустоши, с вами я, ДиДжей Пон3 и у меня для вас хорошие новости. Все же из вас, мои милые пони, знают, кто такие рейдеры? Конечно знают, и все мы знаем, насколько эти подонки опасны и на что способны. Так вот, одна смелая пони смогла чуть ли не в одиночку освободить пленных пони и уничтожить всех рейдеров на фабрике Нью-Моторс, это близ Писволла и Пустотелой Горы. С десяток пони смогут сегодня уснуть у себя дома благодаря ей. Вот она, истинная храбрость, которая нам так необходима, пони. Эта пони, пример для подражания, пример для всех нас. Спасибо за внимание, пони мои, а теперь, немного музыки, музыки… о пылающей любви!»