Будем жить

Брюс простоял возле окна всю ночь, разглядывая гостей, бесцельно шатающихся по улице. Его слегка покачивало от усталости, в глаза же будто насыпали песка. Мужчина сквозь маленькую щелочку в шторе следил за Барбарой Гордон, то появляющейся из ниоткуда, то исчезающей в никуда. Иногда она подходила слишком близко, так, что Брюс мог различить лопнувшие капилляры в её мёртвых глазах. Брюсу показалось, что она знала о слежке. Как будто играешь со своими детскими страхами, спрятавшись под одеяло, наблюдаешь, как в метре от тебя зажигаются зловещие красные огоньки чьих-то глаз. Но ты в безопасности, ведь твоя лучшая защита – это тёплое одеяло. Его защитой были крепкие стены Уэйн-мэнор. Брюс услышал, как пошевелилось одеяло, и обернулся назад, встретившись взглядом с лейтенантом. Тот кивнул ему, бережно укрывая спящего сына. - Хреново выглядишь, Уэйн. Ты что, провёл здесь ночь? – сочувственно спросил Гордон, подходя к окну. Брюс пустил его на свой наблюдательный пост. - Извини. Не могу уснуть, когда тут…такое. Лейтенант покачал головой. - Это только поначалу. Потом привыкнешь. Вот чёрт, - тихо выругался он, не сводя взгляда с Барбары. - Почему она не ушла? - Лейтенант, - попытался оторвать Гордона от не слишком приятной картины Брюс. - Вы знаете, как всё это случилось? Может, вспомните? - Ну, - задумался Джим Гордон, - произошло это не меньше двух недель назад. Мы уже сбились со счёту, как долго длится этот ад. Это произошло, как происходит всякая смертельная ерунда в мире – слишком внезапно, слишком неожиданно. Я был на задании, колесил по городу, пытаясь оценить ущерб от развлечения с пиротехникой этого ублюдка… - Джокер,- выдохнул сквозь зубы Брюс. Он живо вспомнил сцену на званом ужине в честь Харви Дента. Проклятый Джокер сумел вывести Бэтмена из себя. Лейтенант с интересом посмотрел на мужчину. - Не знал, что тебя интересовали новости из криминального мира, Уэйн. По виду, ты обыкновенный богатенький жиголо. Уж извини, конечно. - Внешность бывает, обманчива, - слегка улыбнулся Брюс. - Да-да, разумеется, - Гордон снял очки и принялся массировать глаза пальцами. – Так вот, когда я был на месте очередного преступления, мне по рации поступило тревожное сообщение. Какой-то псих в толпе накинулся на мужика и загрыз его. У меня тогда был неважнецкий день, да и здание, которое взорвал Джокер, не способствовало умению собрать волю в кулак… В общем, я позволил другой дежурной машине поехать туда, разузнать, в чём дело… До сих пор помню крики лейтенанта Колдуэлла. Он пытался позвать на помощь, пока эти…монстры сжирали его заживо. К тому времени вся наша линия была перегружена паническими звонками от испуганных жителей. Это была эпидемия, Уэйн. Мы пытались остановить этих чудовищ, но их с каждым часом становилось всё больше и больше. Когда паника и ужас достигли критической отметки, жители Готэма стали выбегать из домов, хватая походные наборы, пытаясь покинуть город. К тому времени уже отказали телевидение и радио, и теперь никто не был даже в курсе развивающейся ситуации. Мы с Барбарой тоже пытались уехать, но все дороги оказались заполнены машинами. Напуганные до предела горожане создали гигантскую пробку. Барбара всё время говорила, что мы должны выйти из машины и попытаться пойти другим путём. Джимми тогда воспринял всё, как игру. Он всё время твердил, что Бэтмен нас спасёт, - вдруг горькая улыбка исказила губы лейтенанта. – Нам пришлось спасаться бегством: в гигантском заторе из железных коробок оказался зараженный, и ситуация ухудшилась в разы. На мне были жена и сын, я находился в полном отчаянии! Я готов был драться за их жизни… - Ты видел Рейчел Доуз? - охрипшим голосом спросил Брюс. Гордон покачал поседевшей головой. - Я видел, что Харви пытался выехать из города. Надеюсь, что удача улыбнулась им, и они сейчас в безопасности. Нельзя сказать, что Брюсу стало намного легче от этих слов, но лучше довольствоваться малым. Хотя ему претила сама мысль, что Рейчел сейчас может находиться с Харви Дентом, однако, это было бы гораздо лучшим, если бы его подруга бродила по опустевшим улицам города, как жена Гордона. Белый Рыцарь Готэма бы спас Рейчел ценой собственной жизни. В этом плане Брюс безоговорочно верил в Харви Дента. Он должен их найти. Один, или же с компанией. - Ты знаешь, куда они могли направиться? - До того, как вырубилось телевидение, ходили слухи, что в Трентоне есть центр беженцев, - сказал Джим Гордон.- Думаю, туда они и поехали. Мы тоже хотели оказаться там… - Я собираюсь поехать туда, - нахмурившись, ответил Брюс. – Ты можешь отправиться со мной. Джимми нужна другая обстановка. - Я знаю, о чём ты говоришь. Барбара… - Гордон бросил взгляд на шатающихся нелюдей. - Она ведь умерла здесь. Какой-то монстр бросился на неё, прокусил шею. Я должен был застрелить её. Но не смог. И не смогу, - внезапно Брюс увидел, как на глазах лейтенанта блеснули слёзы. Мужчина ободряюще хлопнул Гордона по плечу. Некогда поддаваться эмоциям. Надо собрать вещи. Брюс оставил Джима Гордона наедине с сыном, а сам поднялся в свою комнату. Хорошенько порывшись в вещах, он отыскал простую чёрную сумку, сшитую из хорошей кожи. В неё могло поместиться много вещей. Покидав необходимые предметы одежды на дно, он открыл верхний шкаф комода и достал оттуда две фотографии. На одной были изображены улыбающиеся молодые люди и маленький мальчик с комично серьёзным лицом. Фотография была чёрно-белая и потрепанная по краям. Второй снимок был снят уже на цветную пленку, и на нём в объектив камеры смотрела симпатичная девушка с умным лицом. В её темно-зеленых глазах, казалось, отражалось солнце. Брюс на секунду застыл, будто видя фото в первый раз, затем осторожно положил их в сумку. Мужчина окинул свою комнату беглым взглядом, а затем запер дверь. Теперь нужно было определиться, открывать ли Гордону его самую главную тайну. Снаряжение Бэтмена могло вполне пригодиться: жесткую ткань костюма не прокусили бы никакие даже самые острые зубы. Но чутьём Брюс понимал, что эпоха Бэтмена прошла - кого он собирается устрашать? Зараженных жителей Готэма, которым, видимо, всё равно, кто на них идёт, лишь бы у нежданного путника было свежее мясо? Брюс открыл секретный ход и очутился в Бэт-пещере. На него пахнуло знакомой прохладой. Мужчина нажал на кнопку на приборной панели, тем самым открывая люк, из которого выехал стеклянный лифт. Дверцы бесшумно распахнулись, и перед его взглядом предстал чёрный гладкий костюм. Его защита, его броня, его средство устрашения врагов. Костюм представлялся Брюсу живым существом, опасным и притягательным. Мужчина прикоснулся к матовой поверхности облачения. - Прости, приятель. Не в этот раз, - пробормотал Брюс. Ему казалось, что он предает старого друга. Мужчина повернулся спиной к лифту и принялся осматривать своё оружие. Ему не хотелось стрелять в зараженных; в глубине души Брюс верил, что их ещё можно как-то спасти. Найти антидот, лекарство. Поэтому достаточно взять оружие, чтобы можно было обездвижить противника. Мужчина намеренно заменял слово «враг» «противником». Казалась жутко неправильной даже мысль, что, вместо того, чтобы спасать жителей, он станет их убивать. Это противоречит всем моральным принципам Брюса. «Даже, если какая-нибудь из этих тварей заразит Рейчел?» - ехидно спросил мужчину внутренний голос. Брюс тяжело вздохнул. Он не станет никого убивать. Лейтенант Гордон с сыном уже нетерпеливо ждали его в прихожей. На спинах людей были свёрнутые спальные мешки и небольшие по размеру рюкзаки. Джимми переминался с ноги на ногу, было видно, что ему не терпится двинуться в путь. Лейтенант Гордон тоже выглядел достаточно бодрым, даже его покрасневшие глаза блестели из-под очков. - Ходячие почти разбрелись, - негромко сказал лейтенант, поглядывая на снаряжение Брюса.- Пара штук только бродит. Можно будет и проскочить, чтобы не привлекать лишнего внимания. Брюс кивнул в ответ. Он осторожно открыл дверь, готовый отскочить назад при малейшей опасности. В особняк через приоткрытую дверцу просочилось июльское солнце и легкий ветер. Джим Гордон вскинул винтовку и прицелился. Брюс тихо шагнул за порог, вслед за ним также тихо потянулась и его импровизированная группа. На горизонте было чисто, не считая нескольких ходячих, как их называл Гордон. Они громко шаркали по асфальту и издавали какие-то рычаще-булькающие звуки. Ласковый ветерок поддувал с их стороны и доносил до ноздрей Брюса малоприятный запах разложения. - Предлагаю воспользоваться моим автомобилем, - галантно сказал мужчина, обращаясь к своим спутникам. Гордон пожал плечами. - Не вижу в этом смысла. Дороги перекрыты, на машине из города не выедешь. - Я же миллиардер. Думаю, у меня найдётся что-то подходящее. Брюс внутренне содрогнулся от неуместности шуток. С Гордоном можно было бы и расслабиться, показать своё истинное «я», а не прятаться за надоевшей маской богатенького наследника родительских миллиардов. Именно это и хотел сделать сейчас мужчина. Он покажет Гордону Бэтмобиль. Детище Люциуса Фокса, инженерного гения, это чудо автомобильной техники по безопасности могло обогнать и танк. Бэтмобиль мог проехать по любой дороге. Лейтенант насмешливо хмыкнул и, чуть ссутулившись, пошёл вслед за Брюсом. Мужчина подошёл к гаражу, где стояли его авто, в том числе, и роскошная Ламборгини Мурселаго LP 640, новая спортивная машина, которая обречена гнить, как и остальные груды бесполезного металла. Брюс нажал кнопку на металлической панели, и двери гаража отъехали. Гордон зашёл туда первым, с опаской оглядываясь по сторонам. - Не думаю, что сюда кто-нибудь мог пробраться, - с улыбкой сказал Брюс. - Когда мы нашли твой особняк, твой дворецкий в нём отсутствовал. Какова гарантия, что здесь мы не найдём его зловонный и кровожадный ходячий труп? Брюс поморщился. Совсем необязательно было так отзываться об Альфреде. - Не думаю, что он здесь. Я заглядывал в его комнату, не досчитался вещей. Походных вещей. - А ты не думал, что их могли просто спереть? – саркастически произнёс Гордон, не опуская винтовки. Брюс покачал головой. - На прикроватном столике отсутствовали фото. Зачем ворам понадобились фото? Я уверен, он с Рейчел…и с Харви. - Бог ты мой! – приглушенно воскликнул Джеймс Гордон, с восхищением глядя на отполированный черный капот новенькой Ламборгини.- Я такую только в журналах видел. - Так ты считаешь, что они…мертвы? – задал Брюс давно его мучивший вопрос. Гордон, не отрываясь от осмотра машины, коротко кивнул. - Мертвы, но не совсем. Какая-то часть мозга ещё жива. Та часть, что отвечает за простейшие инстинкты. - То есть, есть шанс, что они… ну, всё понимают? - Не думаю. Всё, чего они хотят, это жрать, - возразил лейтенант, поворачиваясь к Брюсу. Взгляд его карих глаз смягчился. - Послушай, я понимаю, что тебе хочется думать, что надежда ещё есть. У всех, кто выжил, теплится эта надежда, это мизерный шанс, что все зараженные выздоровеют. Но надо быть всегда начеку. - Лейтенант Гордон, - задумчиво проговорил Брюс Уэйн, замирая возле хромированной двери Бэтмобиля.- Я хочу, чтобы вы кое на что взглянули. Лейтенант подошёл к Брюсу, его глаза расширились от удивления. Мужчина переводил взгляд от чудо-машины к её владельцу, и Брюсу стало как-то не по себе от такого пристального внимания. - Но почему…? - растерянно вопросил лейтенант Гордон, впрочем, не надеясь получить ответа. Брюс благодарно кивнул ему. Не хотелось исповедоваться в своей нелегкой двойной жизни, по крайне мере, сейчас. - Джимми…- обратился к сыну Джеймс Гордон и вдруг смертельно побледнел. Паренька не было в гараже. Брюс мог поклясться, что не помнил, входил ли Джеймс-младший с ними в помещение. У него засосало под ложечкой от дурного предчувствия. - Я учил его обращаться с битой, - пробормотал себе под нос лейтенант. – С ним не должно случиться ничего дурного… Они оба вылетели из гаража, будто за ними гналась стая диких псов. Лейтенант тяжело дышал, на висках у него выступили капельки пота. Брюс вновь ощутил знакомую боль в нижней части груди. - Джимми! – крикнул Гордон, совершенно не заботясь о том, что его могут услышать. Ответом им было лишь весёлое щебетание птиц и шелест листьев. Гордон обернулся и показал жестами, что собирается осмотреть за особняком. Брюс кивнул и махнул рукой на машины, припаркованные по другой стороне улицы. Лейтенант подхватил винтовку и, держа прицел, скрылся из виду. Мужчина достал из кармана пояса два железных бэтаранга в форме летучей мыши. Они должны вырубить цель на время. Брюс оббежал всю улицу, заглядывая под каждый капот машины, но мальчика так и не обнаружил. На улице вообще было ни души, ни живой, ни мёртвой. Даже та парочка ходячих куда-то уковыляла, не дождавшись своей добычи. Мужчина ещё раз окинул взглядом местность, но не заметил ничего подозрительного. Он собрался было уже вернуться обратно к Гордону, искренне надеясь, что лейтенант нашёл сына, как его внимание привлёк маленький предмет, пришпиленный ножом к грязно-белой дверце маленького светло-зелёного домика. Брюс неслышными шагами подошёл к крыльцу и смог разглядеть предмет лучше. Это была карта Чёрного Джокера, весело хохочущего и потряхивающего бубенчиками на остроконечной шляпе. Она вся была в кровавых отпечатках пальцев. Что это, послание от Джокера? Как он узнал, черт возьми, что Брюс здесь? Можно было и не надеяться, что эпидемия коснётся и отъявленных злодеев Готэма. Уж кто-кто, а они точно знают, как остаться в живых. Никаких моральных принципов. Брюс ухватился за рукоятку ножа и вытащил его из двери. Лезвие он засунул на пояс, на крайний случай, а карту положил в передний карман рубашки. Какое-никакое, а напоминание, что его помнят и даже ждут. Вдруг мужчина услышал отчётливые звуки борьбы. О Боже, Гордон. Ругая себя за невнимательность, он бросился на помощь своему союзнику. На бегу Брюс достал бэтаранги и сжал их в ладони. Острые края железки пребольно впились в кожу. Забежав за свой особняк, Брюс увидел, как один из утренних ходячих, оскалившись и рыча, пытается поймать Джимми, спрятавшегося в кустах ракитника. Он поискал глазами лейтенанта. Чёрт возьми, где же он, где? Сейчас не время поддаваться эмоциям. Брюс размахнулся и бросил бэтаранг, целясь ходячему в плечо. Боль должна остановить его. Железка точно вонзилась зараженному в мертвенно серую плоть, и тот повернул своё обезображенное, гниющее лицо к Брюсу. Что, чёрт возьми, происходит? Он, что, не чувствует боли? Словно в подтверждение мыслей Брюса, ходячий развернулся и побрёл прямо на мужчину. Его мертвые глаза смотрели куда-то поверх Брюса, а правая нога тащилась по земле, оставляя кровавый след. Мужчина снова метнул бэтаранг, попавший в грудную клетку чудовища и застрявший в ней, но ходячий совершенно не заметил того факта, что его пытаются ранить. Брюс впервые был растерян: обычно ему хватало одного раза бросить бэтаранг, чтобы обездвижить противника. Ходячий протянул к нему свои руки, пытаясь поймать. Ноздри мертвеца раздувались, как змеиный капюшон, и Брюсу стало очень жутко. Он нашарил рукой рукоятку ножа и крепко в неё вцепился. - Пожалуйста, не вынуждай меня этого делать, - почти с мольбой обратился к чудовищу мужчина. Монстр лишь взревел и щелкнул мощными челюстями. Брюс уже приготовился для удара ножом, как вдруг голова чудовища взорвалась прямо у него на глазах, превращаясь в кровавые ошмётки. Брызги крови и мозгов попали Брюсу на руки и на лицо. Он брезгливо вытер руки о штаны. - Чего ты на них пялишься?! – взревел лейтенант Гордон, перезаряжая винтовку. Джимми испуганно жался к отцовской куртке. – Им плевать, кто ты! Их больше не нужно спасать! Теперь ТЫ должен спасаться от… Слова Джеймса Гордона потонули в нечленораздельном бульканье. Брюс с ужасом уставился на возникшую, казалось, из другого измерения Барбару Гордон, сжимающую окровавленные челюсти на горле своего мужа. Её совершенно пустые глаза не выражали никаких эмоций, а ровные острые зубки мерно двигались, вгрызаясь в плоть лейтенанта. - Папочка! – крикнул Джимми и в ужасе прижал руки ко рту. Гордон отчаянно сигналил Брюсу глазами, пытаясь освободиться от мёртвой хватки жены. Джимми поднял биту с земли и замахнулся было на мертвеца. - Мамочка, пожалуйста, не ешь папу, - сквозь слезы взмолился Джимми, не решаясь ударить. Ведь это его мама,он не может ударить маму!Барбара что-то утробно проурчала, погружая свои пальцы в плоть лейтенанта и разрывая ему живот. В Брюсе что-то надломилось. Он больше не мог выдерживать этого, не мог просто стоять и спокойно смотреть, как его союзника пожирает какая-то тварь. «Помоги мне», - побледневшими губами прошептал Гордон, и Брюс, испуская утробный рык, подался вперёд и вонзил нож прямо в правый глаз Барбаре Гордон. Твердая сталь легко прошла сквозь мягкие ткани мозга. Барбара обмякла на лезвии ножа, будто кто-то вынул из неё блок питания. Брюс с ужасом смотрел на то, что натворил. Он только убил Барбару Гордон. Предал один из своих главных принципов. Руки мужчины затряслись,и Брюс отпустил нож. Тело жены лейтенанта упало на землю, как мешок, набитый трухой. - Брюс, - услышал мужчина шелестящий шепот. О Боже, Гордон. Он лежал на траве, обагренной кровью, совершенно белый. У лейтенанта был вспорот живот, и блестящие внутренности выглядывали наружу. Из его горла был вырван приличный кусок мяса, и кровь хлестала из раны, совершенно не думая останавливаться. Лейтенант силился улыбнуться, но его губы разъезжались в гротескной гримасе, скорей напоминающей маску агонии. Джимми прикоснулся ко лбу отца. - Брюс, я хочу, чтобы ты присмотрел за Джимми, - продолжил Джеймс Гордон, - Обещай, что позаботишься о моём мальчике. Брюс кивнул. Он попытался что-то сказать, но слова будто застряли в горле. Внутри него раскрывался ядовитый цветок вины. Мужчина беспомощно глядел на умирающего человека, успевшего стать ему другом. Джимми держался на удивление спокойно. В глубине его карих, как у отца, глаз Брюс прочёл недетскую ненависть и решимость. Он знал этот взгляд. Джеймс-младший поразительно напоминал его самого, когда Брюс потерял своих родителей. Джеймс поманил к себе пальцем сына и о чём-то долго шептал ему на ухо. Мальчик слушал его очень внимательно, его лицо становилось более каменным. Наконец, Гордон закончил говорить и слабеющей рукой пригладил непослушные светлые пряди на голове сына. - Я люблю тебя, Джимми, - прошептал лейтенант Гордон, с горькой нежностью глядя на сына. - Я тоже люблю тебя, пап, - неслышно пробормотал Джимми. - А теперь сделай то, что ты должен, - с мольбой глядя на ребенка, попросил Джеймс. Джимми механически кивнул и поднял лежащую неподалеку винтовку. - Что?..– глаза Брюса расширились, но лейтенант гневно на него посмотрел. - Я уже совершил ошибку, позволив моей слабости победить меня. Пусть мой сын не совершит такой же ошибки. Джимми с отсутствующим выражением лица встал и прислонил дуло винтовки ко лбу отца. Негнущимися пальцами он нажал на курок, и отдача заставила его пошатнуться. От громкого выстрела в небо взметнулись вороны,громко и противно каркая. Джимми также молча повернулся спиной к трупу отца и, повесив винтовку за плечи, пошёл прочь. Брюс вгляделся в то место, где еще недавно была голова лейтенанта. Теперь же там было лишь обезображенная безликая масса. Стекла очков вдавились глубоко вглубь черепа. Брюс встал и не без усилий выдернул нож из глаза Барбары Гордон. Ему надо догнать Джимми.