Изгой

***

Когда меня отправили домой, первым делом мне хотелось спать. Просто завалиться на свою теплую кровать и окунуться в успокаивающий сон, который в конце превратиться в болезненный кошмар и заставит с судорогой выйти из него. Каждый раз одно и тоже. Чувство, что меня охватывает страх, заставляет с глухим криком проснуться. На шее красуется плотная повязка, которая почти не вызывает раздражения. Хотя в некоторые моменты кожа испытывает ужасный зуд, что плохо сказывается на моей коже. Порой у меня возникает сильное желание расчесать свою рану, содрать ее полностью. Из-за потери голоса, я уже не мог нормально общаться с матерью или вообще что-либо сделать. Так как показать все на руках было чертовски сложно и неудобно. Сначала я был очень расстроен этим фактом, что придется больше месяца находиться в таком положение. Плюсов я не вижу. Но случилась одна вещь, которая заставила меня поверить в себя и не сдаться.

Мама

Мама дала мне толчок вперед и поддержала в нужную минуту. Когда мне было совсем плохо, и я был готов просто умереть от этой безысходности, то она пришла и сказала, что сделает все, что возможно, чтобы со мной всё было хорошо. И когда она сказала, что мы вместе будем учить язык жестов, то я был и вправду рад… Главная поддержка, которую я так и хотел… Я ее получил. Поначалу было сложно, очень сложно. Когда я пришел в школу, и мне пришлось использовать обычную тетрадь для общения, было… как-то больно… Знать, что ты даже слово сказать не можешь, вызывало чувство скованности. Я знал, что нужно просто ждать. Ждать того дня, когда голос вернётся и все будет как раньше. Но сложа руки сидеть тоже не хотелось. Поэтому на предложение матери я согласился. Сначала мы изучали обычные слова для повседневной жизни. Пробовали правильно складывать пальцы, что было самое трудное. Будто бы пальцы сами не хотели становиться в нужную позу! Но спустя день, я даже не заметил, как все наладилось. Такой успех меня радовал… Мы изучали: слоги, гласные, как оказалось, что и цифры имеют нужную форму пальцев. (Хотя я до последнего был уверен в обратном.) Выучив несколько фразочек, и пусть даже с неформальными ошибками, но я смог! Я смог! Тогда мы с мамой отправились в торговый центр, и у нас случилась очень неловкая ситуация… Из-за толпы, нас почти разделило на разные стороны здания, но, увидев в толпе знакомый силуэт, то попытался позвать ее… Но все было не так, как хотелось. Горло просто с болью сжалось, что почти не позволяет вдыхать воздуха, но, успокоившись, я увидел, как и мама заметила меня. Вроде бы она пыталась докричаться или что-то типа такого, но из-за толпы я ничего не услышал. В этот момент я поднял свою руку на всю длину вверх и стал показывать, молясь, чтобы мама все заметила. И когда я увидел одобряющий знак в виде «Окей», то направился в нужное место. К выходу. Я сказал, что буду ждать ее возле выхода, но мне казалось, что я как-то неправильно поставил указательный палец и она подумает о другом, но, слава богам, когда ко мне сзади подошла мама. Я и вправду был готов расплакаться, как маленький ребенок, который потерялся… Наверное, это ещё один плюс, почему я начал учить этот язык. Отец все чаще стал задерживаться на работе, что бывало да так, что он не приходил и днями. Он писал ночью, что задерживается, что у него важное задание и не сможет сегодня прийти. Мне было достаточно видеть по телевизору, что «Герой номер один — Всемогущий, одолел ещё одного злодея». Мой отец — герой. Даже герои должны отдыхать, но, кажется, он почти и не знает этого слова. Всегда на работе, но я чувствую, что он рядом, поддерживает меня. Пишет вспомогательные СМС-ки на телефон, было даже когда он по телевизору сказал мне: «Не сдавайся». Кажется, мне всё-таки повезло с отцом.

***

Через три дня… должен вернуться он. Тот самый альфа, который и сделал меня таким… Я не должен скидывать свои проблемы на него, но… В этот раз он… Показал мне, что означает фраза: «Смерть в спину дышит». Я и вправду в уме складывал прощание с матерью, отцом, одноклассниками и всем сердцем винил себя за эту слабость. Но меня спасли. Спасибо… Каччан. Интересно, когда он вернётся в академию, он будет вести себя так, словно ничего и не было? Или поменяет свое мнение и извинится? Тодороки? И извиниться? Звучит, как бред самоубийцы. Возможно… Он захочет сделать то же самое и на следующей тренировке.

***

Стоя уже перед самой дверью, смотря на табличку «1-А» — я все же боюсь. Я боюсь войти в класс и встретиться с ним взглядом. Боюсь увидеть его убийственный взор, и… сорваться? Скорее всего, я не смогу сдержать эмоции и попросту расплачусь. Аккуратный толчок в плечо и меня уже с силой затаскивают в класс. Я чувствую на себе прожигающий взгляд, разворачиваюсь. Как только увидев те самые глаза, я тут же опускаю голову на пол, чтобы попросту не расплакаться. Все же страх сковывает мои движения, и я еле как подхожу к своей парте. Сзади слышатся грохот, а когда я разворачиваюсь к ее причине, то снова хочу отвернуться. Спрятаться. Кацуки отчитывает Тодороки, который так же прожигает и его взглядом. Их «хорошую» беседу прерывает учитель, призывающий к послушанию. Бакуго как-то понимающе посмотрел на меня, проходя возле моей парты к своей, присаживаясь. Каччан точно стал другим.

***

Перед обедом ко мне подошла исцеляющая девочка и попросила к ней подойти после занятий, что я так и сделал. Собравшись, почти самый последний из класса, я тут же направился в нужное мне место. Дойдя до нужной двери, я тут же постучал, а когда передо мной встала маленькая бабушка, то я тут же зашёл внутрь. Сначала она развязала мне бинты, а после начала наносить мазь, которая слегка обжигала кожу, что вызывали ещё один зуд. Но… это можно стерпеть. Потом она тщательно осмотрела меня на новые раны, а после замотала шею так, что даже дышать выходило с трудом. Посоветовав, как правильно ухаживать за ранением, меня отпустили. За все это время я почти ничего не чувствовал, даже запах родителей не мог уловить, но сейчас нос словно пробило, и я снова учуял знакомый успокаивающий аромат горького кофе с привкусом шоколада. Пусть я и не чувствовал ничего, кроме него, но я очень хорошо чувствовал ауру. И та, что незамедлительно идёт за мной, не то, что пугала, а просто приводила к панике. Я не выдержал, и за порогом решил спрятаться, дождаться того самого начала, что все это время шел за мной. Каково было мое удивление, когда из-за угла вышел никто иной, как сам Тодороки. По спине пробежали тысячи мурашек, я чувствовал, что вот и все, конец. И когда меня грубо схватили за воротник рубашки, я был готов. Готов попрощаться с жизнью. Я вздрогнул, когда он приблизился ко мне, а ноги сами подкосились, сердцебиение усилилось — почти выпрыгивая из груди, заставляя задыхаться от боли в груди. Я сел на корточки, ожидая удара, но удивился, когда его не поступило, а наоборот. Он сел рядом, приблизился к моей шее и начал срывать с меня только что навязанные бинты. Все тело сковалось, когда влажный язык прошёлся по кадыку, заставляя выдохнуть сухо и тревожно. На глазах наворачиваются соленые слезы, а этот язык пытался ещё обильнее смочить уже мокрую шею. Запах шоколада. Этот запах просто ворвался в мои лёгкие, заставляя дышать все глубже и чаще, а когда мою ключицу стали покрывать чувственные и слегка влажные поцелуи — я был готов скулить, не от боли и даже не от страха, а оттого, что это приносило успокоение. В один миг что-то переклинило, и Тодороки просто отпрянул назад, так же часто дыша, но тут же ушел…

***

Возвращаться домой совсем не хотелось. А от воспоминаний о том поцелуе в кабинете исцеляющий девочки и от того влажного языка… Мою лицо просто горело от стыда и смущения. Что этот Тодороки вообще делал? Что он пытался сделать? Но когда я дотрагиваюсь уже к сухой коже, то чувствую большое облегчение. Зуд полностью исчез, а боль в горле уже не была такой сильной. Щеки были липкими от засохших слез, а шея покрыта недавними засосами, что останутся до самого утра… Идти домой даже не хотелось, сама сущность вела себя странно. Ей было до безумия приятно, что произошло с ней за эти дни с этим альфой, но не может же быть, что моя сущность омеги тянется именно к нему… А этот запах терпкого шоколада? Это же был его запах… Даже с моим притупленным нюхом — его я чувствовал слишком сильно. Сейчас думать об этом было только стыдно, хочется поскорее лечь в кровать и снова окунуться в мир грез. Но сегодня мои сны были без кошмаров.

***

Проснувшись, я впервые почувствовал сильный голод, который только мог быть, и тут же направился на кухню, уплетать за обе щеки рисовую кашу. Сил было много, энергия просто переполняла меня. Даже снова замотанная шея не вызывала дискомфорта. Как сказал нам учитель, то сегодня будет важная новость. Так что нужно не опаздывать, а то бог знает, что со мной будет.

***

Учитель стоял возле своего стола, уставший и, по видимости, весь измотанный. Мы сидели за партами, наше внимание полностью уделялось сенсею, и мы не осмеливались даже прерваться. — Итак, — начал учитель, но его прервал звук входной двери. Тодороки Шото стоял запыхавшийся и, по видимости, не выспавшись. Он поклонился в знак извинения и, получив одобрительный кивок, прошел внутрь. Запаха — нет. Когда он прошел возле моей парты, в кончиках пальцев отдалось приятное покалывание, но посмотреть на альфу — не получится. Когда уже полностью все были на своих местах, то учитель снова начал: — Мы отправляемся в спортивный лагерь. В этот момент весь класс загудел, полностью обрадовавшись этой новости. Но почему-то это было странно. Разве спортивные лагеря не делают на летние каникулы? Сейчас же у нас прошло лишь три месяца с начала занятий. А тут такое… Айзава-сенсей тут же показал свою разгневанную гримасу, и все успокоились. Только из-за стола встал староста, который, по видимости, и решил показать свое возражение. — Я знаю, что ты хочешь спросить, — так же устало выдал учитель. Иида же, в свое время, неловко посмотрел на сенсея и тут же сел. — Сейчас это не сильно афишируется, но по указаниям людей сверху, то на нас готовятся напасть. Класс тут же удивлённо посмотрели. — Мы решили сделать небольшую подготовительную форму обучения, где вы за неделю научитесь обращаться со своей причудой лучше. Мы не можем вас эвакуировать, даже зная о нападении, но мы не знаем, когда именно это случится. И лучшего решения, как подготовить вас раньше, у нас не нашлось, — уже серьезным тоном говорил Айзава. Нападение? Злодеи хотят на нас напасть? Это было неожиданным заявлением. Мы даже полгода не отучились… Ясно! Злодеи решили напасть на нас до того, как мы станем сильнее, и на слабую добычу… будет проще. — Не думайте, что вы будете развлекаться. Да и на улице не лето. Готовьтесь к тому, что вам придется сражаться с настоящими злодеями. Класс слушал учителя, иногда переговаривая с соседом, но не спрашивая лишнего. Это будет для нас первый раз, когда мы вступим в бой, но ведь мы будем готовится? Да и сколько всего их нам тоже неизвестно. Будем надеяться на то, что герои будут рядом, и в нужный момент помогут нам, а если нет… То нам придется вступить в бой. — Так как зима близко, а на улице не жарко, мы приняли решение, что проведем лагерь в здании, которое будет построено специально для этого случая, — так же монотонно сказал учитель. — И лучше никому не говорите про это, мы не знаем, как поведут себя злодеи. Мы все с пониманием кивнули и приготовились к уроку.

***

Значит, нападение на геройскую академию? Если злодеи решили, что справятся, то они либо слишком самоуверенные, либо они достаточно сильные, чтобы дать отпор про-героям. Я должен научиться использовать свой квирк, не причиняя себе большого вреда. Да, пальцы больше не ломаются, но сильную боль все же оставляет. Я ещё не до конца контролирую эту мощь. — Эй, Деку, - сзади слышится мягкий голос, а когда я поворачиваюсь, то вижу Урараку. — Тоже думаешь о нападении? — кивок в знак согласия, и мы вместе серьезно смотрим друг на друга. Очако берет со стола ручку и тетрадь, начиная писать в ней. «Мы же не знаем причину нападения?» Отрицательное покачивание головой, и Урарака снова принялась к бумаге. «Ты боишься?» Очако смотрит спокойно, ни капли не демонстрируя паники, но теперь ручку взял я. «Немного» «Сейчас мы должны усердно постараться, чтобы в нужный момент дать отпор» Урарака прочитала спешно и тут же посмотрела мне в глаза, она улыбнулась, вставая из-за парты. — Мы едем на выходных, так что сегодня нужно уже собрать вещи. Не забудь, — помахав рукой, сказала уходящая девушка. А ведь точно. Сегодня же четверг.

***

Как нельзя странно, но конец недели был очень даже спокойным. Никто не приставал, никто не потыкал им, самое главное, что в моей жизни не появился Тодороки. Порой на уроках я чувствовал холодный взгляд, но он был не такой, как раньше. Не такой убийственный. Все нужные мне вещи уже были собраны в одну большую сумку и небольшой рюкзак, мы собрались на выходе из академии. Рядом были три автобуса и, самое главное, что оказывается с нами будет ещё параллельный класс. Значит, они тоже должны будут готовиться. Рассаживаясь на свободные места, я уже был готов, что ко мне сядет Урарака или на крайней мере Киришима, но, когда я оказался один — было немного грустно. Я уже собирался засыпать, когда автобус включил двигатель, как ко мне рядом подсели. От усталости я лишь краем глаза посмотрел на парня, а когда от ярких красок в глазах у меня появилась четкая картинка, и это был Тодороки, то я был готов провалиться под землю. Но со стороны альфы ничего дальше не последовало, он лишь достал книжку и принялся ее читать. Усталость все же брала надо мной верх, и, буквально через две минуты, я спал без задних ног.