Не виноватых нет

POV.Ева Мун Спустя 1,5 месяца. За окном темнеет и я ставлю в микроволновку попкорн для нашего сериального вечера с Сатре. Пускай, я и говорила ребятам, что старшая школа – место, где можно стать другим человеком, я не всегда в это верила, ведь как можно стать другим человеком, когда все твои демоны и неприятели следуют за тобой? Сейчас мне кажется, что переезд с мамой в другой город была не такой уж плохой идеей. Я не верила в волшебное преображение, но после появления в моей жизни подруг, неожиданного интереса к моей личности одного из старшекурсников и посещения крутых вечеринок, внутри меня зарождалась надежда, что может быть все действительно возможно исправить. Но что я скажу сейчас? Сегодня великая ночь Хэллоуина и вместо того, чтобы тусоваться со сверстниками, я как последний лузер, сижу дома. В начале учебного года я и подумать не могла, что вернусь туда же откуда и начала. Вильде и Сана не общаются и как бы мы не старались их помирить, выходило только хуже. Если Бакуш хоть иногда и поддерживает с нами общение, то Хеллеруд, захватив с собой свою лучшую подругу Кристину – теперь развлекается в компании Сары, девушки, которая не раз оскорбляла всю нашу разношерстную пятерку. Нура приняла это как личное оскорбление и теперь, все наше общение с Вильде и Крис заключается в банальном приветствии в коридорах. Дела с Саной оставались лучше, но в последнее время мы все меньше и меньше проводили время вместе. Даже во время подготовки концерта мусульманка отделилась, участвуя в каком-то танцевальном номере с ребятами, чьих имен мы даже не знали. Мы с Нурой выступали с песней. Блондинка научила меня нескольким основным аккордам и, подтянув мои вокальные навыки, мы выступили довольно-таки не плохо. Большую часть, конечно, на себя взяла Сатре, но к счастью, это все позади. Как и курсы по адаптации. Теперь во мне есть хоть толика надежды, что я буду гораздо реже видеться с Кристофером Шистадом. После того субботнего утра наше общение прекратилось: ни пересечения взглядов во дворе, ни разговоров, ни банальной переписки и соответственно, все приглашения на вечеринки Пенетраторов тоже шли мимо нас. И я не знаю, как на это реагировать. В первые несколько недель я была так зла, что подобное молчание только шло на руку, но по мере затухания обиды, всплывал интерес к подобной смены настроения Шистада, затем наступало безразличие, обида и снова интерес и так по кругу. Мне иногда казалось, что он нарочно всегда отводит взгляд и даже на занятиях по испанскому, где нам разрешили по практиковаться со старшекурсниками – он был готов встать в пару с кем угодно, только не со мной. В итоге - я работаю с парнем, у которого характер ничем не лучше, чем у Шистада – Джорджем. Он, конечно, не избивает людей и не сталкивает их в бассейн, но не упустит момента, чтобы указать на твою никчемность. Единственный плюс в нем все же есть - Джордж круглый отличник и несмотря на его ненавистное ко мне отношение, здорово помог мне в практике. Стук дверей отрывает меня от возникших мыслей и я с легкой улыбкой на лице я направляюсь к двери. Может быть, я все же не последний лузер – ведь как-никак провожу я этот вечер не в полном одиночестве. - Я принесла сладости! – кричит блондинка, буквально вваливаясь в прихожую. – И вино. - Ты идеальна, - целую подругу в щеку и направляюсь на кухню, чтобы забрать оставшиеся сладости для киносеанса. Подобранные блондинкой фильмы были пугающими, и находиться двум юным девушкам в квартире было не столь комфортно, как раньше. На все мои просьбы сменить фильм на слезливую мелодраму или хотя бы комедию, Сатре отвечала категоричным отказом. - Сегодня Хэллоуин, ты не забыла? Как же тут, забудешь. Особенно когда мой телефон вибрирует от очередного сообщения Исака, который все еще таит надежду, что мы все-таки появимся на вечеринке в доме Юнаса. Юнас… Я раньше никогда не думала, что всего одна ссора, одно оскорбительное высказывание, может так резко поменять мнение о человеке и свести все чувства на нет. Хотя, наверное, если бы мне было настолько плевать, как я пытаюсь всем доказать, то я бы уже веселилась в компании лучшего друга. Юнас не раз писал мне за этот месяц и в итоге, я сдалась, согласилась на встречу. Вряд ли кто-то из нас тогда думал, что это обернется еще большим скандалом. Васкес бросил лишь одно короткое прости, и все оставшееся время я только и слушала насколько у него тяжелая жизнь: как многие над ним смеются, как старшекурсники не зовут на вечеринки, и венцом всего он потребовал извинения, за то, что я была на вечеринке Кристофера. И почему только я раньше не замечала всего его отвратительного поведения, гнилого характера и такую потребность в сочувствии? Но видимо какие-то чувства внутри меня все же остались, ведь переносить общества Юнаса я не могу. С этим и связана главная причина наших ссор с Исаком, которых в последнее время становилось все больше. После того, как социальная жизнь Васкеса немного пошатнулась, он теперь всегда ходит вместе с блондином. И я ревную, чертовски ревную друга, которого он в открытую использует. Исак обижается на меня за то, что я не могу простить брюнета, за то, что мы не можем, как раньше гулять в одной компании. Я обижаюсь, что Вальтерсен не может хотя бы разграничить время нашего общения. Теперь Исак и Юнас всегда вместе: на улице, в школе, во время ланча. Мне остается только довольствоваться ночными разговорами по скайпу и короткими переписками. - Если хочешь, можем сходить, - тихо произносит Нура, когда на экране моего телефона вновь высветилось имя Исака. - В дом Юнаса?! – слегка повышаю голос. – Ни за что! - Все настолько серьезно? Рассказывать о причинах ссоры с Юнасом казалось чем-то постыдным, поэтому я промолчала. А когда в подобных замечаниях меня обвинил Шистад, я лишь убедилась в правильности сокрытии этой информации. - Давай смотреть фильм, - произношу, чуть успокоившись. - Он же тебе не нравился. Спрятаться от столь выразительного взгляда серых глаз было невозможным. Нура сохраняла спокойствие и словно читала мои мысли, предугадывала мои движения и слова. - Хочешь поговорить? – делаю глоток вина, приводя в порядок мысли. Горьковатая жидкость проникает в организм, и тело обдает жаром. Главное не напиться и не потерять контроль над разумом, который может поведать о многих запрещенных темах. - Почему ты бросила бокс? – девушка решила начать свое наступление постепенно. Умно. - Я не бросала, просто возле дома открыли новый клуб и я хожу на тренировки туда, - я произносила слова гордо, с едва заметной улыбкой. Я все себе весьма логично объяснила. -А чем тебя не устроил факультатив в Ниссене? – Нура продолжала настойчиво давить. - Тем, что я там была единственной девушкой, - и впервые за долгое время, я не врала. – Парни, с которыми меня ставили в спарринг – поддавались мне. Надоело. Хотелось честного поединка. - Всегда предпочитаешь честность? - Лучше горькая правда, чем сладкая и приятная ложь. - Предпочитаешь честность, а сама многое скрываешь, - вот она – Нура Сатре – девушка, которая одним безобидным вопросом, может запросто залезть тебе в душу. - Я не говорю о личном и болезненном, - настороженные нотки то и дело проскакивают в голосе. – Это не ложь. - Ее можно интерпретировать по-разному, - девушка закручивает на палец короткие прямые волосы и явно о чем-то задумалась, но затем, как ни в чем не бывало, произносит. - Ты же знаешь, что всегда можешь положиться на меня? - Как и ты на меня. Бросаю на подругу подозрительный взгляд, и девушка краснеет, осознавая, что часто и сама бывает не достаточно откровенной. - Продолжим смотреть? – наивно улыбнувшись, Нура включили фильм. Переключив все свое внимание на экран, девушка нарочно игнорировала мой пристальный взгляд. Во мне копаться можно, а в себе – не так приятно. Решив, в лишний раз не провоцировать Сатре, вытягиваюсь на белом кожаном диване, держа в руках бокал вина. Не знаю, сколько прошло времени, когда я стала засыпать, но неожиданный экшн в фильме заставил Нуру закричать, а меня подскочить с места, выливая на светлую кофту блондинке красное вино. - Прости, - принимаюсь тараторить и не могу полностью скоординировать действия. – Нужно застирать. Нура пытается успокоить меня и убедить, что все в порядке, но я лишь тащу ее в свою комнату, раскрывая шкаф. - Выбирай любую вещь, - говорю спокойно. Мне было бы не жалко отдать Сатре пол гардероба, даже если я бы и не провинилась. - Ева, - с протестом отвечает девушка. - Не обсуждается. Я провинилась, испортила твою вещь, если хочешь, могу отдать деньгами и… Начинаю копошиться, и Нура хватает меня за плечи, и я теряюсь под ее ангельским взглядом. - Ева Мун. Успокойся. Сейчас же! – блондинка медленно дышит, заставляя меня последовать ее примеру. – Я возьму твою кофту, но только на время, пока мы застирываем мою, хорошо? По взгляду Сатре понимаю, что слышать мои дальнейшие извинения она не намерена, поэтому перестаю протестовать, и валюсь на кровать. - Все что найдешь – твое. Вспоминаю, как разозлилась на Вильде, когда та уронила бокал на ковер, и что не мало важно, именно Нура тогда меня успокоила. Блондинка внимательно разглядывает аккуратно развешанные вещи, указывая на некоторые платья и блузки, которые я практически никогда не надеваю. - Клянусь, я скоро выкину все твои толстовки и свитера, - улыбается подруга. – Обещай хоть несколько раз в неделю надевать что-то прям девчачье. - У меня есть розовая толстовка. Почему мне всегда так отчаянно хочется вступить в спор? Даже в такой безобидный. - А вот в этой, наверно, мы вдвоем поместимся. Девушка протягивает руку в дальний угол и я не сразу понимаю, что она достает фирменную толстовку Пенетраторов. - Ева?! Блядство. - Я все могу объяснить, - быстро проговариваю и это было моей первой ошибкой. - Только не говори, что ты переспала с… - Нура разглядывает толстовку, где красным жирным шрифтом выделено лишь одно имя. – С Крисом?! Позволяю себе тяжело вздохнуть и отвести глаза – и Сатре все понимает. - Господи, Ева! – подруга кидает толстовку обратно и задумчиво протирает лоб. – Я думала ты выше этого. Это же клеймо! - Так я же не хожу в ней в Ниссен и Крис обещал никому не рассказывать и… - Так он поэтому пригласил нас на вечеринку? – блондинка перебивает меня. - Наверное, - прикусываю нижнюю губу. – Я не спрашивала. - А ты знаешь, что когда Кристофер изменил своей девушкой прошлой весной, то она устроила драку с той девчонкой? - У него девушка есть? - Да или… нет. Ходят разные слухи. Вроде как они расставались летом, но сейчас она вернулась и хочет его вернуть. Хотя вроде бы к ней подкатывает кто-то из окружения Криса и… Просто, будь осторожнее. - Без Вильде наши знания школьных сплетен равны практически нулю, - пытаюсь пошутить, но натыкаясь на грозный взгляд блондинки, меняю тему. – Да и не думаю, что я единственная с кем Шистад переспал за период их расставания. Вижу, как сознание Сатре самостоятельно прорисовывает нашу с Крисом историю. Да и можно ли одну совместную ночь назвать историей? В любом случае, чтобы там не было, мне пришлось рассказать Нуре все, с момента глупого уговора с Исаком. Фильмы ужасов сразу перешли на второй план и, открыв новую бутылку вина, оставшуюся часть ночи, мы провели лежа на кровати, обсуждая мою личную жизнь. Сначала посвящать Сатре в такие интимные подробности моей жизни было страшно и непривычно. Я ни с кем никогда о таком не говорила. Иногда подобные темы касались в разговорах с Исаком, но и то, это случалось очень редко. С мамой я не могла обсудить даже свои какие-то симпатии к противоположному полу, а других друзей у меня и не было. Открываться кому-то, кто тебя по-настоящему понимает и принимает тебя и всех твоих тараканов – потрясающе. Не описать словами, какое удовлетворение ты испытываешь в душе, когда из тебя льется твоя боль, непонимание и разочарование и тебя не просто слушают, а действительно слышат, понимают, поддерживают. И вся эта заезженная тема про сильную и независимую вдруг уходит на второй план. Мы разговаривали до самого утра, и блондинка тоже рассказала некоторые секретные подробности своей тайной жизни. А видимо правильно говорится: доверие порождает доверие, доверься, чтобы тебе доверяли. Проспав большую половину воскресенья и придя в себя только под вечер, вызываюсь проводить Нуру до дома. Было достаточно темно, но по необъяснимым мне причинам девушка отказалась вызывать такси. Ее квартал находился всего в двадцати минутах пешком, и мы решили, что это будет хорошей вечерней прогулкой. Так и было. - Позвони, как будешь дома, - строгим голосом, но все еще улыбаясь, произносит блондинка и я направляюсь в сторону своего дома. Сегодня был прохладный, но в тоже время приятный ветер. Осло постепенно засыпал и все меньше людей бродили по засыпанными листьями улицам. Вы же все знаете, как начинаются самые глупые истории? Могу поспорить, что одна из них точно возникает после мысли: нужно сократить дорогу. В тот момент эта идея не казалась мне глупой и безрассудной. А почему нет? Я выросла в этом районе и знаю каждую его улицу, каждую тропинку. Да и даже если что и случиться – я же всегда могу постоять за себя. Вот с этих глупых мыслей и начались проблемы. - Девушка! – при звуке незнакомого голоса автоматически ускоряю шаг. Натягиваю на голову капюшон, словно это действительно мне могло как-то помочь. - Не убегай, - произносит еще один новый голос и я отказываюсь даже думать о том, сколько парней следуют за мной по переулку. Стараюсь как можно быстрее перебирать ногами, сбивая дыхание, спотыкаясь на ходу и снова продолжаю идти. Может быть, они передумают? Мда, сегодня какой-то фестиваль глупых мыслей. - Я же сказал, не обидим, - я даже не слышала, как он подошел, но не позволила себе вздрогнуть, когда его лицо оказалось слишком близко к моему. – А ты красивая. Давай проводим тебя до дома, а то мало ли кто водится в темноте? Мои уши пронзает совершенно неестественный, надменный смех. Дура, дура, дура! Еще минуту черноволосый парень шел рядом, бросая едкие и, как он думал, остроумные шуточки в мой адрес. Я пыталась показать полную невозмутимость, смелость, бесстрашие, но когда он с силой сдергивает мой капюшон, вздрагиваю, отступая назад. Спиной чувствую тело другого парня, того же высокого, но со светлыми, я бы даже сказала крашенными волосами. - Аккуратнее, красотка, - он улыбается и желудок сводит. Я много раз испытывала страх, но сейчас эти чувства иные. Я не чувствовала своего сердца, словно оно уже знало, чем закончится эта роковая встреча и покинуло меня. Меня бросало то в холодный пот и тогда, я не могла пошевелиться, разглядывая лишь шайку озабоченных парней, который крутились вокруг меня словно хищники над дичью, то в жар, когда внутренний голос приказывал действовать и не останавливаться и при любой возможности убежать. Так я и поступила, когда почувствовала руку незнакомца на своей талии. Пробежать мне удалось ровно один метр, пока меня грубо не дернули за руку и противный хруст пронзил все тело. - Полегче, – скомандовал один из парней. Я уже перестала узнавать их по голосам – сейчас, это не самая главная моя проблема. – Не ломай игрушку. Игрушку? Серьезно? Так кто-то еще говорит? Лицо кривится в ухмылке и эта была очередная моя ошибка. Чувствую прикосновение ледяной руки, которая хватает меня за щеки. - Не понравилось как мы тебя назвали? – тихо произносит парень и оставляет на моих губах короткий, но успевший вызвать чувство отвращения поцелуй. Вспоминаю все занятия и заезжаю кулаком по носу, давая себе несколько минут форы, напоследок заезжаю ему между ног. Один на несколько минут повержен, но что делать с остальными? Коротко о том, почему я хотела честных спаррингов. Вот по этой причине: чтобы знать, на что я действительно способна! В своей жизни, кроме факультатива, я ударила лишь одного парня – Томаса. Но и то, несмотря на свой ужасный характер и заносчивость, присущую всем Пенетраторам - у него даже и в мыслях не было, ответить мне той же физической силой. Он матерился, оскорбил, но ударить – никогда. Видимо все школьные уроки по теме: девочек бить нельзя – это шайка психически нездоровых парней пропустила и вот я уже чувствую прикосновение к твердой стене. Всхлипываю, озаряясь по сторонам. Парень, с которого я решила начать, видимо был их главарём с явными проблемами в агрессии. Он раскинул всех в стороны, пробираясь ко мне. Выхода не было. Его компания встала полукругом, закрывая все выходы и сгорали от нетерпения. Первое, что я почувствовала, была жгучая боль в челюсти. Падаю на землю, но незнакомец одним рывком ставит меня на ноги, оставляя на моем лице новую отметину, как особый знак его жестокости. Пытаюсь защититься, ударить его, ведь я же сильная, всегда так думала, но я никогда в жизни не чувствовала себя настолько слабой и беспомощной. Падаю на землю, моля остановиться, но другие парни, словно набросились на меня как на добычу. Подняв мое тело на дрожащие ноги, прижимали к стене. Я перестала чувствовать собственное тело и на этот раз, я этого хотела. Это невыносимо, ощущать, как совершенно незнакомый тебе человек трогает тебя, целует и от мысли, что за этим может последовать, ты в падаешь в панику и твой охрипший голос уже ничем не может тебе помочь. Снова пытаюсь оттолкнуть скопившуюся шайку, но те лишь с новой силой зажимают меня к стене. Закрываю глаза, мечтая отключиться. Что угодно, лишь бы исчезнуть отсюда, как хватка парней ослабевает. Яркий свет фар ослепляет и я слышу, как машина словно протаранила нескольких парней, заставляя их расступиться. Скатываюсь на землю, захлебываясь в слезах. - В машину, - пропускаю все слова мимо ушей, свернувшись клубочком. Голос разума приказывает мне подняться, бежать, уходить пока хоть кто-то решил вступиться за меня. Но я посылаю его куда подальше, продолжая сидеть на промерзшей земле и жалеть себя. - Она наша, - слышу возникший спор. Я никогда не думала, что со мной будут обращаться как с вещью. - Хочешь обсудить? - знакомый голос, звучит строго и уверенно. Я не могла понять кому он принадлежит, имя парня затерялось в моих перемешанных мыслях, как и сила хотя бы поднять голову, чтобы осмотреться. Слышу удаляющиеся шаги и не могу поверить: неужели все действительно закончилось? - У этого психа оружие, - доносится чей-то голос и я снова дрожу. А что если парень, спасший меня, еще больший псих? Беги, Мун – приказывает мне голос, но я не могу пошевелиться. - В машину! – настойчиво повторяет парень. Чувствую, как чья-то рука поднимает мое тело, толкая к автомобилю. Знакомый аромат одеколона пронзает грудную клетку и я поднимаю на брюнета опухшие заплаканные глаза. Шистад.