антиванский бренди

— Здесь так жарко. Амелл начинал обгорать. Зевран начинал чувствовать себя виноватым. — Ты должен был напомнить мне, что тебе нельзя так долго находиться под солнцем. Не понимаю, как ты вообще выжил, когда мы столько времени ходили по Ферелдену. — В Ферелдене нормальное солнце! — Страж взвыл, стоило ему прохладными от мази руками коснуться стремительно краснеющей спины. — А не… это. — «Это» подарило мне мою шикарную кожу, мой Страж, прояви немного уважения, — он мурлыкнул на ухо чужое игриво, и Амелл фыркнул тихо. — В конце концов, что тебя привлекло, как не этот очаровательный оттенок? — Возможно, меня привлекло то, что ты в то время болтал гораздо меньше. — О, и я узнаю об этом только через одиннадцать лет? Мой Страж, ты так жесток! Амелл швырнул в него первое, что попалось под руку. «Первым» оказалась какая-то жутко древняя книжка, одолженная с магистрессы перед отъездом. Книжка трагично закопалась в песок, так и не достигнув своей цели и потеряв по пути пару закладок. — Полагаю, Мэйварис нас убьет. — О, ну зачем так критично, мой Страж, — Зевран рассмеялся, напрочь игнорируя чужие поджатые губы. — Она нас всего лишь покалечит. — Если раньше это не сделает это проклятое солнце. — Мы можем вернуться домой, если пожелаешь. Страж фыркнул только. Упрямый. Зевран, наверное, потому и купился одиннадцать лет назад — потому что упрямые маги с детским любопытным блеском в глазах — это то еще захватывающее сочетание. — Ну уж нет, — Амелл повел плечами, будто уточняя, что там с его спиной. — Я пришел загорать и купаться. Как видишь, я уже сгорел. — Следующим пунктом будет утонуть? — Или утопить тебя. — Оу, — он оставил спину мага в покое, когда убедился, что мазь полностью впиталась, и переполз на чужие колени, — я знаю один способ, чтобы сделать мою трагичную кончину посредством утопления гораздо приятнее. От его нагло двигающихся бровей Стража пробрало на смех. От рассмеялся в ответ, обнимая его за плечи. Маг тихо зашипел — кожа была все еще жутко чувствительной, — но смеха не прервал. — Пойдем купаться, мастер антиванского соблазнения, — тепло проурчал Амелл, и Зевран с нарочитым неудовольством слез с чужих коленей. — Предпочту «топить» тебя дома. — Где тебе не будет угрожать ужасное антиванское солнце? — Ну, пока я вижу одно антиванское солнце, и оно мне безумно нравится. — О-о-о, мой Страж, ты такой романтик. То, что его после смешка нещадно окатили водой, оказалось таким ожидаемым и правильным, что ему ничего не осталось, кроме как принять правила игры.