Судовой журнал. Гоинг Мерри-го

***

Санджи облокотился на фальшборт, достал сигарету, чиркнул спичкой, и в воздухе поплыл запах его табака, явно смешанного с чем-то ещё. Зоро не слишком любил курильщиков — они дымят, а ты дыши, здоровье порть! — но с этим запахом он был готов мириться. — Ты совсем не удивился, — Санджи не спрашивал, но при этом явно ждал ответа. А что тут можно было сказать? Ему скорее странным казалось, что вечно озабоченный кок — эро-кок, отлично звучит ведь! — был удивлён, чуть ли ни шокирован. Зоро вытянул ноги, прижался спиной к доскам фальшборта, наслаждаясь отдыхом. Погода — дерьмо, но надо пользоваться любой минутой, малейшим шансом передохнуть перед следующим сражением. Покачал в руке бутылку с щедро разбавленным водой ромом и сделал хороший глоток. — Ты же сам видел их вместе, — сказал он, поняв, что Санджи не отстанет. — Чего странного-то? — Видел, — согласился кок, выпуская дым смешными колечками. — Видел, как Луффи на неё смотрел, но прекрасная Нами — красавица, слепой тот, кто не станет смотреть на неё. — И как она юбки укорачивала, чтобы смотреть было удобнее, тоже видел? — хмыкнул Зоро. — Я был рядом, когда она сделала так в первый раз. Потому что он сказал, что ноги красивые, понимаешь? Нет, я не удивлён, что ведьма согласилась. — Не смей оскорблять прекрасную Нами! — тут же среагировал Санджи. Это было даже смешно. Забавно было дразнить его и смотреть, как он весь взвивается, подбирается, как перед атакой. Зоро всегда больше всего ценил красоту смертоносности: в оружии, в людях ли — прекраснее всего смертоносная эффективность. Очередной порыв ветра распахнул неплотно прикрытую дверь камбуза, будто нарочно, чтобы все могли полюбоваться, как бережно ведьма бинтует Луффи руки вымоченными в мази бинтами, каждый палец оборачивая осторожным витком. Он разбил их в хлам, до ошмётков кожи, до мяса. И вряд ли он об этом хоть на секунду пожалел. Зоро тоже ни о чём не жалел, ведь чувствовал, что движется в правильном направлении. Каждый шаг, с той минуты, когда Луффи не дал его расстрелять, делал его сильнее. Санджи отвернулся от него и уставился куда-то за борт. Не то горизонтом любовался, не то морем, кто ж его разберёт? Ветер трепал его волосы и норовил затушить сигарету, наверное, ему тоже не по нутру курильщики. Зоро задрал голову и смотрел на него сквозь опущенные ресницы, ощущал его присутствие рядом всем телом: эдакий сгусток беспокойной энергии. — Значит, к этому всё шло, говоришь? — зачем-то ещё раз уточнил кок, будто бы одного ответа ему мало. — Ревнуешь? — предположил Зоро. Что ещё может заставлять его спрашивать снова и снова? — А ты что, нет? Не всерьёз, а просто… они — вдвоём, а у нас с тобой и у Усоппа — никого нет. — Усоппа обещали ждать, — покачал головой Зоро, снова прикладываясь к бутылке. — Хорошая девушка, но не из тех, что могли бы выйти в море вместе со своим мужчиной. — Любая девушка — прекрасный цветок, который должно защищать и оберегать от любых проблем! — запальчиво возмутился Санджи, а Зоро с болью в груди вспомнил Куину. Нет, говорить о ней он не будет, не готов, но есть и другой пример, совсем рядом. — Пойди, скажи об этом ведьме, и она настучит тебе по дурной башке. Люди не делятся на мужчин и женщин, люди делятся на сильных и слабых. Но дело тут не только в физической силе: каждый должен быть на своём месте и делать то, что у него получается, должен стараться стать лучше, сильнее и умелее, чем есть, только тогда он может считаться сильным. Женщины могут быть сильными, сильнее мужчин, это ты оскорбляешь их, не признавая равными, а не я. Санджи от возмущения чуть не подавился своим дымом, буркнул что-то о невоспитанных варварах и, демонстративно топая подкованными каблуками, отправился на камбуз, принялся там что-то переставлять в шкафчиках — дверь осталась незакрытой, так что Зоро было прекрасно видно, чем он занят. А Зоро действительно не ревновал, он рад был за капитана и ведьму — они друг другу подходили, дополняли так, будто бы самой судьбой им было суждено стать единым целом. Возможно, поэтому и не вырывался особо, когда она заявила, что ему тоже нужно сменить бинты. Уже ночью, засев дежурить в вороньем гнезде, отчего-то он снова вспомнил, как пообещал Луффи, что станет пиратом. Его так и так записали в преступники, но у него был свой путь. Ему всегда было наплевать, станет он героем или злодеем, главное — он должен стать сильнейшим. Стоило ему действительно почувствовать себя частью команды, как на пути встретился Дракуль Михок, и показал, как на самом деле выглядит сила. Зоро не верил в богов, но верил в судьбу. Его имя прогремит на весь мир, непременно. И будет это имя пирата из команды Луффи Соломенная Шляпа, вот что говорила ему судьба. А он был и не против. Поутру Луффи напевал пиратскую песню — что-то там про заточённую на суше Королеву Морей, Зоро особо не вслушивался, потому что слуха у Луффи не было совершенно — тот смотрел на горизонт, заслонясь рукой от яркого солнца, и сам сиял не хуже. Судя по тому, с каким остервенением Санджи надраивал посуду, оставшуюся после завтрака, в «мужскую» каюту Луффи на ночь не приходил. Было немного досадно от того, как он реагирует: сам-то без проблем найдёт с кем приятно провести время, стоит только добраться до берега. Зоро ведь до его поведения не должно быть никакого дела, да вот от чего-то раздражало до безумия. Шторм и сильный ветер остались позади — за кормой, поправил он сам себя, приучая к новым словам, — и погода снова радовала теплом и солнцем. Отметив на карте пройденный путь, ведьма сообщила, что идти им ещё дня два, если, конечно, погода не изменится. Оттуда ещё день пути до острова, на котором Луффи планировал продать морфий, а потом они отправятся в Логтаун, ближайший остров к проливу Обратной Горы, единственному возможному пути на Гранд Лайн. — Я думаю, там можно будет задержаться, — сказал Луффи, разрабатывая пальцы. Сжимал-разжимал кулаки, упирался в столешницу растопыренными пальцами и переносил на них вес. Нами косилась на него неодобрительно, наверняка хотела бы попросить подождать, дать ранам как следует зажить, но при этом прекрасно понимала, как их безопасность зависит от того, насколько они в форме. Сам Зоро утром уже пробовал отжиматься. Привычную свою норму выполнять не стал, но разогнать кровь по мышцам было приятно. — Какие-то конкретные планы? — спросила ведьма, стряхивая на пол измельчённый песок, которым всегда присыпала записи, чтобы убрать излишек чернил. — Церковь Единого там точно есть, — подмигнул ей Луффи. — Будем честны не только перед законом, но и перед твоим Богом. — А что на счёт твоих Богов? — она отвела взгляд чуть в сторону и непослушную прядь за ухо заправила немного суетливым жестом. Зоро смотрел на это, стараясь не показать удивления. Ведьма рыжая была сильной, всегда и во всём, так казалось. А выходит, что не совсем. С чего бы ей неуверенной быть, когда слепому видно — чувства взаимны? — Да церемония, вроде, похожа, — Луффи небрежно пожал плечами. — Кольца сойдут за ритуальный обмен дарами, обещания, данные при свидетелях, опять же. Всё сходится. Праздничный пир, кстати, как символ дальнейшей жизни: чем больше всякого вкусного, чем искренней веселье, тем лучше должна сложиться совместная жизнь. — Будет торт, и пир, и всё самое лучшее! — просиял кок, отвлекаясь от своих кастрюль. — Всё, чего только пожелает прекрасная Нами! — Торт хочу с мандаринами, — тут же заявила она, снова становясь привычной рыжей ведьмой. Будто не было ни неуверенности, ни странного напряжения. Вот и хорошо, нечего себе проблем на ровном месте сочинять. Город, название которого Зоро опять забыл сразу же после того, как услышал, встретил их настороженно: подозрительными взглядами стражи в порту, суетливо потирающим руки купцом, которому предназначался груз. Зоро стоял там суровый и хмурый, всем собой изображая внушительную охрану, Нами торговалась, как ведьма, которой она и была, а Луффи под конец очень внушительно так посмотрел на придурка, взявшегося с ними спорить, и сказал, что или так, или они найдут кого-нибудь другого, кому продать товар. За всю встречу он сказал хорошо если десяток слов, но каждый раз купец нервничал всё сильнее. Пересчитав полученные деньги, ведьма рыжая хмыкнула и сказала, что Луффи, оказывается, вполне может вести себя как нормальный капитан. В ответ он только моргнул, сунул палец в нос и заявил, что пора бы пожрать. Весь эффект суровой серьёзности моментально растворился, как капля спирта в бочке воды — ни за что не поверишь, что она там есть. Хотя жрать действительно хотелось: на споры с купцом они угробили чуть ли не полдня. Санджи с Усоппом уже успели вернуться с продуктами, да и воды натаскали. Но, чтобы не ждать, пока будет готов обед, Луффи предложил отправиться в трактир. Пока кок ворчал, что он приготовил бы всё гораздо лучше, чем какой-то там трактирщик, Луффи уткнулся носом в очередную газету. Когда Нами уселась рядом, пристроила подбородок на его плече и тоже принялась читать, всё ворчание Санджи тут же сошло на нет. Понять его реакций у Зоро никак не получалось. Санджи ведь действительно не ревновал, по крайней мере, не всерьёз, а так, скорее: «Одному можно, а другим — нет?», или что-то вроде того. Чёртов эро-кок влюблялся в каждую встречную юбку, искренне, с полной отдачей, но максимум на полчаса, ему хватало. Отчего-то это скребло противно на самой грани сознания. С собственной привычкой тщательно следить за всем, что происходит вокруг — даже, когда все думают, что он спит, а на самом деле это немного не так — не обращать внимания на выкрутасы Санджи становилось всё тяжелей. Раздражение накапливалось быстрей и быстрей, скоро обычных тренировок станет недостаточно, чтобы сбросить его. — О, Усопп, смотри, это тебе! — вдруг радостно крикнул Луффи. Чуть не макнул газету в блюдо с печёной картошкой, но передал тому последний лист, с объявлениями. Зоро не очень их разбирал, какие нормальные, а какие на самом деле шифр и читать их надо совсем по-другому, так что последние страницы газет он привык игнорировать. Его интересовали листовки пиратов и статьи о том, за что же это им такие цены за голову назначили, остальное — бесполезная бумага. Но для Усоппа несколько коротких слов — от Кайи великому воину моря — ценнее всего на свете. Мол, получила письмо, чему очень рада. Сама жива-здорова, чего желает ему и всей остальной команде. Ничего особенного, когда пишут кому-то другому, но так важно, когда для тебя. Усопп даже вырезал этот кусок и спрятал в недрах своей необъятной сумки. Больше в газете ничего нужного не оказалось, так что, доев всё то, что приволок им трактирщик — дослушав заодно ворчание чёртового кока о качестве продуктов и умениях поваров — они решили потратить остаток дня на осмотр города. Усопп вызвался присмотреть за кораблём, Нами утянула Луффи в сторону лавки портного, а сам Зоро подумал, что самое время поискать замену мечам. С одним было как-то неуютно, голым и то приятнее бы себя чувствовал. Куда делся чёртов кок, он даже думать не хотел. Увы, остров не славился оружейниками, и то, что ему готовы были предложить, никак не стоило ни требуемых денег, ни его внимания. Он до позднего вечера ходил кругами по не такому уж большому городу, дважды вляпался в драку, купил бутылку вполне сносного рома и совершенно разочаровался. Оставалось надеяться на Логтаун, как на крупный торговый город. Не может такого быть, чтобы там не нашлось пары пристойных мечей!