Президент школьного совета

О, да! Это самое прекрасное утро. Я не шучу. Чувствую нежные прикосновения к своему лицу, рука девушки убирает мои волосы с лица, за ухо. — Глеб, утро доброе, просыпайся, — тихо сказала девушка, убирая руку от моего лица. — Доброе, — я перевернулся на спину и потянулся, Кейт смущённо отвела взгляд. И только сейчас до меня дошло, что я в одних спортивных штанах, без футболки, с натянутым одеялом до поясницы. Ага, значит мужского торса стесняется. Я аж улыбнулся этим мыслям. Хм… Я слишком часто начал улыбаться. — Завтрак готов? — я посмотрел на девушку в одном лёгком халате чёрного цвета с белой окантовкой и белым поясом. Сидела она на коленях, оперевшись на две руки об матрас. — Нет, я только начала готовить. — Тогда, я в ванную, а ты иди на кухню,  — девушка кивнула, я встал, и мы разошлись по комнатам. К счастью у неё была своя зубная щётка, значит, я могу воспользоваться щёткой, которую ей выдали при заселении. Я даже успел принять душ. Но я как самое разумное существо забыл одежду на стуле. Чёрт! Да, я мог надеть свои спортивные штаны, выйти, взять одежду и переодеться, но я не хотел смущать хозяйку. Но одежда решила прийти ко мне сама. — Глеб, ты одежду на стуле оставил,  — послышался голос Кейт по ту сторону двери. — Да, я знаю. Ты не могла бы мне их принести? — мда, неловко теперь и мне. — Да, сейчас, — она ушла, а я быстро рванул за полотенцем, чтобы прикрыть наготу. И минуты не прошло, а доставка вещей была уже совершена. — Глеб, я принесла. Открой, или мне оставить их на комоде? — Нет, я сейчас, — открываю дверь, передо мной Кейт, уже одета в школу, держит мои вещи, я их беру, благодарю и закрываюсь обратно. Как же глупо и нелепо. После того как я оделся, я вышел и, о чудо! Запах блинчиков и кофе, сказать, что я как дитя залетел на кухню — ничего не сказать. Но Кейт на кухне не было. А начинать трапезу без неё как-то не вежливо. На моё счастье, она пришла с балкончика ко мне. — О, ты уже вышел. Присаживайся, — девушка поставила две чашки кофе и присела за стол. Я последовал её примеру, тоже сел за стол. Передо мной стояла тарелка с тремя блинчиками политыми шоколадным сиропом. А мне всё больше нравится это утро. — А зачем ты ходила на балкон? — Проверить, насколько на улице холодно. Я так полагаю, руками есть не судьба? — даже боюсь представить, как это выглядит со стороны, ибо совладать с вилкой и ножом было сложно. — А так можно? — девушка кивнула, хотя она и сама не переживала по поводу столовых приборов. — А зачем тогда положила их, если не пользуешься? — Привычка такая, — она лишь пожала плечами и продолжила есть. — Зачем тебе так рано просыпаться? — спустя некоторое время, спросила она. — Я президент школьного совета, я должен с пол восьмого до четырех часов сидеть и подписывать бумаги, куда-то ездить, звонить и тому подобное, а после четырех и до пол десятого вечера, у нас занятия в школе. — Ого, бедолага. — Ерунда, нужно лишь привыкнуть. Так, ладно, мне пора. Ещё увидимся и спасибо тебе, — когда я доел и допил, то встал и пошёл обуваться, Кейт вышла меня проводить. И вот я собираюсь попрощаться, и уйти как: — Ты портфель забыл, — и где моя память? Где? — Ой, да, спасибо, — поднял рюкзак, накинул на плечо. — До встречи, малышка. — До встречи, — я вышел и отправился к себе «на работу». Первые три урока я занимался тем, чем и вчера, а именно купался в бассейне из бумаг. Но после 3-го урока всё, и я в том числе, пошли в столовую. У этого помещения есть один большой недостаток: здесь очень хорошее эхо, потому здесь громче в два раза, чем должно быть. Мы с друзьями взяли свою еду, которая поднадоела, и отправились за наш стол. Но тут моё орлиное зрение увидело Кейт, которая сидела одна, грустная такая. — Слав, скажи ребятам, что я сегодня не буду есть с вами. — Это еще почему? — Славик возмутился. — Мне нужно поговорить с одной девочкой. — Ладно, хорошо, — расстроился, ну и пусть, не обидчивый. Пройдя через ряды столов, дошёл до самого дальнего. — Привет, можно? — Привет… да, присаживайся, — я присел напротив. — Почему сидишь одна? — Глеб, не нужно… — Нужно. — Я не могу рассказать. — Почему? Тебе угрожают? — та лишь опустила голову, глубоко вздохнув. — Ясно. — Глеб, не лезь, сделай вид, что меня не существует. — Нет, я не могу так поступить. Давай сегодня в десять встретимся, поговорим в нейтральной обстановке? — Но после десяти нельзя покидать пределы школьной территории. — А мне льзя. — Ладно… — Значит в десять, возле ворот. — Хорошо, договорились. — Только у меня вопрос, во всём этом Инферно, замешана Молли? — Эта та беловолосая? — Да, а ты даже её имени не знаешь? — Да. — Ясно, мне пора. Ещё встретимся, и не грусти. И вот заветная половина десятого. И вот я уже дома. Как всегда моя любимая ванная, обожаю то ощущение, когда по твоему телу стекает тёплая вода, смывая с тебя усталость. Над выбором одежды пришлось немного подумать, ибо я не часто выхожу на улицу, а на выходных я сплю. Надел я светлые джинсы, белую толстовку с контуром тигра, а под неё чёрную футболку. Думаю, что не замёрзну. Обул самые обычные белые кроссовки, закинул в рюкзак телефон, портмоне, бутылку воды, пропускной и ключи, которые туда полетят после того, как я закрою дверь. Так и сделал. Вот теперь можно идти. Начало десятого. Где её носит? Ах, вот и она бежит. Светло-синие джинсы, нежно розовая водолазка без горловины, белые кроссовки с нежно розовой подошвой. Мне нужно говорить, что это мило? Мило. — Извини, я опоздала, — сказала она, пытаясь отдышаться. А вот и вода пригодилась. — Ничего страшного. Держи, — протягиваю ей бутылку с водой, которую она принимает. — Спасибо, — сказала она, возвращая мне бутылку, после нескольких сделанных глотков. — Не за что. Идём? — Да, а куда? — Тут недалеко круглосуточное кафе есть, туда и пойдём. — Кафе? Но я не брала с собой деньги. — Ничего страшного, я заплачу. И даже не думай сопротивляться, — ну вот опять я её смущаю. Что такое то… — Давай руку, а то ещё потеряешься. Открываю дверь кафе, пропуская даму вперёд, а после захожу сам. Веду за столик возле окна и даю меню. — Заказывай всё, что твоей душе угодно, не стесняйся, — девушка минуту изучала меню, а после сделала свой заказ: — Круассан с корицей и моккачино. — И всё? — меня это очень удивило, ведь я дал полную свободу распоряжаться своим кошельком. — Да, всё. Что-то не так? — Нет, всё хорошо, просто странно. — Что именно? — Не бери в голову, — я сделал заказ, а пока мы ждали, я всё-таки решил начать свой «допрос» — Так что там произошло в первый день? — Глеб, она сказала мне молчать… — А я говорю, чтобы ты говорила. — После того как я тебе помахала, то она меня выловила и сказала, что ты принадлежишь ей, и я не имею права с тобой контактировать, — вот сука, сделала меня своей личной вещью, дак ещё и качает права, которых не существует, ущемляя права другим. — Потом начала говорить, что я шлюха, а я лишь сказала, чтобы на себя посмотрела, — Хах, а девчонка молодец, себе цену знает. — После чего набросилась на меня, хватая за волосы, а я перевернула её и пыталась перекрыть воздух, чтобы ослабить её. А потом пришли и сказали, что нас ждут в кабинете директора после уроков. — Ваш заказ, — к нам подошла миловидная официантка. — Спасибо, и счёт пожалуйста принесите, — девушка ушла, а я начал распределять заказы. — Продолжай. — Пока мы шли, она сказала, что если я попробую отрицать, моя школьная жизнь превратится в ад. — А как так получилось, что ты сидела одна? Тебе ведь влиться в новый коллектив очень просто. — Молли, сказала, чтобы я не светилась. — Вот сука… — тихо выругался я. — Она не сука, просто любит тебя. — Просто хочет больше власти. — Почему ты так думаешь? — Кейт, это не человек, это подлая крыса. Ей слово любовь не знакомо. — Ясно… — Ты только не переживай, всё будет хорошо. Ты можешь вести самый обычный образ жизни, не бояться угроз. Если что, где мой кабинет ты знаешь, я всегда помогу. — Спасибо, — мы как раз поели и мне пришла отличная идея. — Идём прогуляемся по парку? — у нас на территории есть огромный парк, я там часто гуляю когда есть время, а осенью там ну уж слишком красиво. — В парк? Не поздно? — Не переживай, я же с тобой. Я тебя, если что, проведу. Идём, — кладу пару купюр в счёт, встаю, протягиваю руку Кейт, та охотно принимает жест, и мы выходим на улицу. Пока мы сидели в кафе, то на улице потемнело и похолодало. Кейт тут же поежилась от холода. — Тебе холодно? Давай, я тебе свою толстовку дам, наденешь. — А ты? Не нужно беспокоится, всё хорошо, мне не холодно. — Вот не нужно мне врать. У меня есть с собой кофта, я надену её, а ты мою толстовку, — всё же иногда моя забывчивость идёт мне в плюс, я забыл достать кофту из рюкзака, когда пришёл домой. — Неловко как-то. — Неловко будет, когда ты заболеешь, а я даже ничего не предпринял, чтобы этого не случилось, — я снял толстовку и отдал её девушке, та взяла её в руки, но не надела. Я же достал кофту и надел на себя. — Она мятая… — ого! Мне сделали замечание. — А ты отмороженная. — Как-то двусмысленно прозвучало. — Хах. Это не оскорбление. А теперь надень. Быстро, — девушка посмотрела на толстовку секунды три и надела. Внутри я ликовал. — Так бы сразу. Идём. — Глеб… — Что? — Зачем ты со мной возишься? — Скучно мне, давно проблем не было. А теперь есть, — я наврал, ну, а что я ей скажу? «Прости, но ты мне понравилась»? Глупо как-то. — Ну, не хочешь говорить не говори, я тебя не заставляю, — хех. Мне не поверили. — Слушай, а как ты здесь оказалась? — Тебе как интересно это услышать? — Было бы не интересно — не спрашивал. — Я хочу хорошее образование, чтобы поступить в хороший ВУЗ, и когда мой дядя узнал о моих серьёзных намерениях, предложил сделку: я получаю высокие отметки по всем предметам, а он пристраивает меня сюда. Я выиграла эту сделку, и теперь я здесь. — А что не так с той школой? — мы уже идём по парку, раскидывая цветные листья ногами. Здесь так хорошо… — Глеб, ты когда-нибудь смотрел передачи, где до финала доходит лишь один самый сильный человек? — она остановилась, поворачиваясь ко мне лицом. — Да, но к чему ты ведёшь? — А к тому, что если ты хочешь иметь хоть какое-то место в этом заведении, то всё лишь в твоих руках. Если хочешь, покупай мнения других, устраивай срач на ровном месте, грызи глотки. Но, тебе никто не поможет. Это звериный угар. — А что за школа? — от таких речей кровь в жилах стынет, осталось лишь страшную музыку на фон наложить. — Мы не имеем номера, адреса или что-то подобное. Сами по себе, никому дела до нас нет. — Подойди поближе, — девушка сделала два шага ко мне. Я обнял её, та даже не ожидала такого. — Теперь ты ученица нашей школы, пусть даже тебя здесь притесняет Молли, но у тебя есть я. Верно? — самое странное, что она не вырывается, просто стоит рядом. — Да, всё верно, — она прижалась ко мне всем корпусом, и обняла в ответ. Теперь растерялся я. — Глеб, я хочу домой. Я нагулялась. — Хех, ладно идём. Знаете, что? Я не хочу идти домой, я бы до последнего тянул время. — Вот мы и пришли. Всё, увидимся, — уже собираюсь уходить, но… — И всё? Так просто? Может хоть на чай зайдёшь? — ничего себе. Я думал, что на этом наш с ней день закончится, но нет. — Звучит заманчиво, — внутри я опять ликовал. Но показывать этого я не хотел. Не так поймёт. — Тогда почему стоишь? Заходи. И вот мы мило сидим, пьём чай с печеньем, делимся удачным и не очень опытом путешествий. Вроде бы мы уже допили чай и вроде пора уходить. Бесцеремонно встал и хочу уйти. Но, опять меня останавливают. — Уже уходишь? — в дверях кухни неожиданно появилась Кейт. — Да, уже поздно… — вот как гулять по парку не поздно, а как уходить так темнота. — А тебя никто не выгоняет, оставайся, — подходит вплотную и обнимает. — Ну, раз никто не гонит, думаю можно и остаться, — обнимаю в ответ. Радуюсь тому, что она сама сделала первый шаг. — Только как поступить с одеждой? — Ничего, не в первый раз. — В смысле? — В прямом. У меня много знакомых, с которыми мы в обнимку спали, лишь в одном белье. Ты только не подумай, я не шлюха. — Я бы так и не подумал. Всё как вчера: лежу, жду её. Входит в комнату, окидывает комнату взглядом, останавливает взгляд на мне, уводит глаза в пол, идёт дальше. — Скоро, вообще голым лежать будешь, — тихо пробурчала она. — Почему тебя это так смущает? — Не знаю, просто. — Хочешь потрогать? — Что? Нет! — Да ладно тебе, дай сюда руку, — машет головой, хватаю руку, тяну на живот, когда рука коснулась плоти то, рука дернулась. Я буквально придавил руку, та лишь покраснела и отвела взгляд. Если бы взгляд был бы человеком, он бы убежал с нашей страны. — Видишь? Ничего страшного не случилось. — Угу… — убираю руку с её руки, и знаете, что? Победа! Она свою не убирает. У меня улыбка, как у Чеширского кота. Так ещё она начала поглаживать его. — А может быть ты мне массаж сделаешь? — А ты не обнаглел? — Андрей всё сказал, мне нужно расслабиться. Так что давай, — переворачиваюсь на живот, и укладываюсь поудобней. — Зря я тебя оставила, — но несмотря на своё негодование, она всё же выполняет мою просьбу. Я не разбираюсь в массажах, потому я не знаю это набор касаний, или она правда умеет его делать. Но одно я знаю точно: это ахуенно. Я почувствовал себя лужицей, которая растеклась на кровати. Меня даже вырубать начало. Поэтому я сказал: — Кейт, я хочу спать, ложись рядом. — Я одна не понимаю, почему ты командуешь на моей кровати? Сейчас на пол полетишь, — ага, только почему-то ложится рядом и обнимает. — Спокойной ночи. — И тебе, малыш.