Президент школьного совета

/От лица Кейт/ Даня всё-таки привёз меня обратно в корпус. Я даже немного соскучилась по этому месту. Панк принёс мой чемодан прямо в прихожую, что очень удивляет, и высказал всё, что он думает по поводу его веса. Вещи я так и оставила в прихожей, а сама же предложила Дане остаться на чай. Он даже не сопротивлялся. Мы прошли ко мне на кухню. Даня уселся на стул, а я поставила чайник. Панк осматривался, будто у меня где-то пакет с травой лежит или того хуже. Пускай, он ведь никогда не был у меня. Пока я заливала кипяток в чашки, Даня спросил: — Ты всё ещё его любишь? — этот вопрос был как гром среди ясного неба. И почему он решил это спросить? — В смысле? А почему я должна была перестать его любить? — мне казалось, что я это спрашиваю у себя, нежели у Панка. Ведь все мы люди, и устоять перед соблазном сложно, даже если понимаешь какие могут быть последствия. — Значит то, что он тебе врал и изменял, вообще никак не отразилось на чувствах к нему? — ставлю чашки с чаем на стол, сажусь рядом с парнем и подставляю его чашку к нему с тарелкой печенья. И что отвечать, если не знаю, как реагировать на поступок Глеба? — Мне неприятно, но ведь я его на коротком поводке не держу, не думаю, что должна его разлюбить лишь потому, что он оступился. И почему ты спрашиваешь? Думаю, мы можем и сами справиться, — опускаются глаза вниз, рассматриваю узоры на стеклянном столе, ведь это так интересно… Боюсь наговорить лишнего: вдруг та обида, которая сейчас во мне сидит, просто выйдет мне боком. Не думаю, что Глеб умеет просить прощения. — Потому что он не стоит этого, ты уехала на четыре дня, а он сразу загулял. Пусть хоть подавится своей ревностью, но я считаю, что, например, Славик тебе больше подходит. Пусть даже если Глеб мне и друг, но ты ведь тоже моя подруга, — прости, что? Мне, конечно, тоже нравится Слава, но рассматривать его, как мою пару не хочу. — Почему ты решил, что Морти мне подойдёт больше? — Кейт, я с Глебом знаком давно. Он хороший, но индюк ещё тот, его ЧСВ выше Эвереста. А Славик — простой и хороший парень, распиздяй и тоже любит себя, но это всё в меру, — звучит, как реклама, но я с ним согласна. Эта пара похожа, но разница у них огромная. — Я не знаю, Даня… Я люблю Глеба, он придет сам, вот увидишь, — я отчаянно верила в то, что я ему всё ещё нужна, он мне доверяет. А Молли — просто щель. — Я тебя понял. Хорошо, Кейт, я, пожалуй, пойду. Спасибо за чай, — Даня встал и отправился в прихожую. — Это тебе спасибо, Даня, — выхожу к нему. — Ой, нашла, за что благодарить, — подошёл поближе и расставил руки для объятий. Обнимаю, он такой тёплый… — Всё, я ушёл. Решила, что нужно разгружаться, чемодан сам себя не разложит. К сожалению. Хотя, это хороший повод навести чистоту в «доме». Кстати, нужно ещё найти место для всех моих наград, их уже слишком много для маленькой полочки. Включила музыку и приступила к задуманному. Длилось это недолго, с музыкой всё как-то быстро убралось, и даже силы на готовку остались. Но мне постучали в дверь. Так как глазок не предусмотрен для этой двери, открываю, не зная, кто по ту сторону «берега». — Дарова! Можно? — ой, Боже. Лимонка пришла, и не одна, а с пакетом. — Ой, привет. Да, заходи, — пропускаю Славика в свои покои и закрываю за ним дверь, ибо он родился в лифте. — А почему ты пришёл? — А ты не рада? — проходит в залу и заваливается на диван. — Нет, я очень рада тебя видеть, но зачем? — падаю рядом с ним, подгибаю ноги под себя. — Думал, что ты скучаешь и грустишь. Вот и пришёл. Я по дороге купил пиццу, захомячим? — вот как он это делает? Вот откуда он знал, что я хочу пиццу? А если это «Пепперони» то, я даже и не знаю куда его, на битву экстрасенсов или на шоу талантов… — Да, давай. Тебе какой чай? Или ты кофе будешь? — забираю пакет с пиццей и ухожу на кухню. Морт идёт за мной и усаживается на стол, да-да, слово «стул» в его словаре, судя по всему, отсутствует. — Давай зелёный. И если можно, две ложки сахара и лимон, — сел и мотыляет ногами. — Заказ принят. Сидели мы около часа. Кстати, с пиццей он угадал, как — не знаю, но всё же. Пока сидели, успели протереть пол, катаясь по нему. А вот нечего было меня щекотать, я ведь тоже могу напасть. А по нам и не скажешь, что нам шестнадцать лет — годиков семь точно. Но самое главное то, что я отвлеклась от своих мыслей о блондине. А ещё мы решили посмотреть фильм. А пока смотрели, играли в парикмахера. Это было забавно. Теперь не я принцесса, а он. Когда фильм уже подходил к концу, Слава сказал: — Глеб тебя бросил… — вот опять! Как гром среди ясного неба. — Но ты не волнуйся, у тебя есть я и другие парни с нашей банды, — почему с банды? Потому что они ещё те бандиты: дерутся, ругаются, пристают к прохожим, когда скучно. Я бы бежала, но здесь слишком хорошо, чтобы уходить. — А почему он тебе не сказал? — даже не знаю, что чувствую, ведь надежда на то, что он одумается всё ещё, живёт где-то внутри. — Сказал, мол «Не знает тебя. Что ты чужая» и всё в этом духе. Убил бы за такие слова, — хватает меня за талию и усаживает к себе на колени, обнимает. Я не сопротивляюсь, я даже за. Я обнимаю его в ответ. — Ты только не плачь из-за этого урода. Хорошо? — Он не урод. Просто запутался. Думаю, ему нужно время и помощь. — И что ты хочешь сделать? — отодвигается и откидывается на спинку дивана. — А ты мне поможешь? — он посмотрел на меня, типа «Придумала что-то, и меня в это втягивает» — Я за любой кипиш. — Так вот..... /От лица Глеба/ На часах уже семь, значит скоро приедут парни и накормят меня. Больничная еда мне не нравится. Зря вчера отказался. Представляю, как Макс вручит мне пакет с домашней едой от Юли. Ммм… Кстати о девушках: мне звонила Молли утром и сказала, что придет «поиграть» и «развлечь» меня. Вот чертовка… Стук в дверь. В дверях появляется Макс, Даня и Славик. И каждый что-то принёс. Значит, с голоду не умру. — Приветствую, Вас. Мы Вам гостиницы принесли, — сказал Панк, закрыв за всеми дверь. Я улыбаюсь, рад их видеть. — И вам утро доброе, — голос хрипит, долго молчал. — Как жизнь? — Это мы у тебя хотим спросить. Вот держи, — Максим ставит пакеты на небольшой столик рядом с кроватью. — Нормально. Уже ходить разрешают. Сказали, что через три дня выпишут. — Ясно всё с тобой. Телефон сел? Я зарядник принёс. — Ну, там где-то 3%, спасибо, что принёс, — Макс протягивает мне зарядник, а я принимаю вещь и ставлю телефон заряжаться. — А чё Кейт не пришла? — Ну, ты ведь её видеть не хочешь и прогнал тогда, с чего это она придет? — возмутился Слава так, будто это я его выгнал, а не её. — Да ну и похуй. Когда парни ушли, я решил посмотреть, что они мне приволокли. В одном пакете немного моей одежды: три футболки, двое джинс и носки. В другом еда: яблоки, йогурт, жареная картошка, которую скорее всего делала Юля, и небольшие дополнения в виде котлет. С голоду точно не умру, 100% на самом дне лежит что-то типо термо-коробки. Когда достал и открыл её, обнаружил там свои любимые, нет, не так, обожаемые блины с шоколадом и сгущенки. Догадываюсь, от кого это, ведь это только моя девочка знает, как я их сильно люблю. Стоп! Кто? Моя девочка. Нет, уже не моя. Как-то и приятно, что не послала меня, но и обидно, что бросил.