Sweet bites

      На телефоне высвечивалось пять пропущенных от подруги. Вечером она не даст мне покоя, но я очень рада, что она на работе и мне не придется отчитываться перед ней, как пятилетний ребёнок, за свой внешний вид. Съехала от одного контроллера к другому, называется.       Неожиданное предложение Загорского отвезти меня домой упростило мою жизнь. Тогда бы мне не пришлось позориться на улице в пальто, под которым лишь мужская рубашка, с запутанными волосами, походившие на воронье гнездо, с отёкшим лицом и размазанной тушью под глазами, которую смыть можно лишь средством для снятия макияжа, и вишенкой на торте являются высоченные каблуки. Весь мой вид просто кричал о том, что я недавно вернулась с трассы. Мысленно усмехаюсь, представляя мамину реакцию, если бы я завалилась в таком прикиде домой. Хоть она была ласковой, всегда поддерживала меня, но в воспитании без нотаций, криков и наказаний не обходилось. Один раз, в пятнадцать лет я впервые напилась вдрызг со своим парнем и его другом на старой заброшке. У мамы был шок крайней степени. Минут пятнадцать с тупым выражением лица я пыталась вникнуть в смысл маминых лекций по поводу алкоголя в раннем возрасте. Из одного предложения, я могла разобрать только пару слов. В конце концов, мама не выдержала и рассмеялась над тем, что потратила нервы на невменяемого подростка, который с "умным" видом понимает серьёзность ситуации, обозначая многократными кивками.       Я соскучилась по ней, Милане, но не хочу туда возвращаться из-за отца. С тех пор он не удосужился позвонить мне или написать. Моя гордость никак не забудет те обидные фразы, брошенные со злости, поэтому на первый шаг с моей стороны можно не рассчитывать. Максим возможно помнит дом моих родителей, хотя это маловероятно, но я попросила отвезти меня на другой адрес. Пока мы ехали в полном молчании, я придумывала легенду для одной любопытной Варвары, которая на этот раз не упустит вытащить из меня все подробности.       Из-за своей безответственности я пропустила рабочий день в кофейне и даже не предупредила начальницу, но хочется надеяться, что наказание максимум ограничится штрафом. Я не хочу больше напрягать подругу, но так же хочу иной раз побыть в одиночестве, где не нужно перед кем-то оправдываться за свое отсутствие. А из-за всего этого я никогда не накоплю на съемную квартиру даже в Хрущевке. Но сегодня я закончу со всем этим недоразумением. Мне надоело жить с преследуемым безумием, я хочу банальной ежедневной рутины: учиться, работать, заказывать пиццу на дом, смотреть душераздирающие фильмы, а по выходным проводить вечера с друзьями. Из-за одной какой-то неточности, мой мир глобально перевернулся. Становится немного грустно, что я так подло поступлю с Максимом... Но он этого заслуживает. Он и его бездушные дружки с животным отношением к девушкам должны сидеть за решёткой. И это ещё самое мягкое наказание.       Он в своей привычной расслабленной позе за рулём о чём-то размышляет, даже не подозревая, что сегодня их накроет стая фсбшников, ну или кого они там пришлют, не знаю.       На улице становится всё холоднее и холоднее, скоро на Москву обрушится снегопад, и город будет украшен снежинками, наклейками, вывесками со снегурочками и их стариками. Хочется поскорее распрощаться с этим годом, получить диплом и...       — Тут хотя бы есть супермаркет? —спрашивает Максим, оглядывая с опаской двор.       Я даже не заметила, как быстро добрались до Алисы.       — Есть, — закатываю глаза на его заносчивость, отстегивая ремень безопасности.       Да кем он себя возомнил? Если он может позволить себе жить в лакшери районе, не значит, что у каждого второго есть такой же чёрный бизнес.       В выходной день вся парковка была забита машинами. Максу негде было вставать, поэтому он подпер чью-то старенькую опель. Но его это не особо заботило.       — Спасибо за завтрак, — неожиданно серьёзно говорит он.       Я поворачиваюсь к нему, шокированная словами. Он меня сейчас поблагодарил или мне нужно срочно записаться к лору?       Загорский настроен дружелюбно? Ну нет! Только не это!       — Мне не сложно, — быстро отвечаю, чувствуя, как кишки в животе начинают завязываться на маленькие узелки.       — Ты меня удивила.       — Думал, я закидаю тебя яйцами? — нервная шутка вырывается изо рта.       — Как минимум, — Максим немного улыбается, смотря мне прямо в глаза.       Сейчас он искренен, как никогда. Это самое опасное оружие против человека.       — Спасибо, что не бросил меня там, — отвечаю той же улыбкой.       Макс кивает и мы выходим из машины. Он припарковался прямо возле подъезда, и я очень рада, что мне не придётся простужать почки. Подхожу к железной двери, рыская по карманам в поисках ключей, и в ужасе вскрикиваю, увидев сидящего мужчину на лавочке с букетом цветом роз.       — Что ты тут делаешь?       Отец поднимает голову и встаёт.       — Соня, прости меня, я... — его взгляд перемещается куда-то мне за спину.       Нет! Скажите, что он уже ушёл в магазин. Умоляю!       — Какие-то проблемы? — Загорский невозмутимо подключается к нам и обходит меня, становясь лицом к лицу с моим отцом, загораживая своим крепким телом.       Папа непонимающе смотрит на него, а потом поглядывает на меня, и так несколько раз. Мой внешний вид и Максим уже сформировал ложную догадку в его голове.       — Папа, это Максим, он... не важно. Что ты тут делаешь? — отталкиваю непрошенного гостя в сторону, но он, как назло упирается, оставаясь неподвижной скалой.       — Роман Андреевич, — отец первый протягивает руку мужчине, его доброжелательная манера общения сейчас "очень" кстати!       — Максим, — брюнет отвечает на рукопожатие, заметно расслабляясь.       Я стою на месте и смотрю на их руки, раскрыв рот. Этого не должно быть.       — Ты привёз мою дочь? — скорее утвердительно говорит папа.       — Да, — Макс достаёт из внутреннего кармана кожанки сигареты, открывает пачку и вежливо предлагает отцу, тот не отказывается от вредной привычки, и они закуривают.       — Сто лет не курил Чапман, — затягиваясь, говорит папа.       Ещё в машине я подумала об отце, так он словно прочёл мои мысли и решил прилететь сюда на ракете, только выбрал не совсем удачный момент. Вечером мама узнает о Максиме, они уже спланируют нам свадьбу, назначат дату, придумают имена для детей и будут постоянно об этом трепаться и подкалывать меня. Мне очень редко доводилось знакомить своих родителей с кем-то, мама старалась аккуратно говорить на эту тему, но версию лесбиянки я быстро отогнала. Просто не находила по истине достойного человека, который может выдержать напор моих родаков, но они знали об Эрике, соответственно только хорошее, другие отношения я так же не скрывала, но бесконечные вопросы о мальчике преследовали меня постоянно. Не хотелось торопить события или просто считала, что мою родню не все поймут. Только вот с Максимом у меня ничего нет, мы даже не друзья, но он невероятным образом познакомился с отцом. Ужасно нелепая ситуация!       — Гуляли? — с неподдельным интересом спрашивает папа, рассматривая оценивающе с ног до головы Максима.       — Можно и так сказать, — Макс многозначительно смотрит на меня, делая затяжку.       — И как отдохнули?       — Это лучше у Сони спросить.       — Умереть можно, — закатываю глаза, не в силах слушать это враньё.       — Соня, ну что за манеры? — отец одергивает меня. — И часто вы так проводите вечера?       С меня хватит!       — Папа, он просто меня подвёз, не более!       — Чем ты занимаешься, Максим?       — Идём в дом!       — У тебя есть работа?       — Папа!       Максим стоял с прищуренными глазами и смотрел на нас, безотрывно держа сигарету меж пальцев у губ. Он наверняка подумал, что отец считает нас ... парой.       — Так, всё! — отец не на шутку меня выбесил, и я хватаю его за локоть и тяну за собой к железной двери, пытаясь скрыть нарастающую неловкость. — Пошли, я уже до костей замёрзла!       — Ладно, ладно. — он выбрасывает окурок в урну. — Приятно было познакомиться, Максим, увидимся.       — Взаимно.       Они снова обмениваются крепким рукопожатием, и мы наконец заходим в подъезд. Какой стыд!       — Ты не слышишь меня?! Я сто раз тебя спрашивала, зачем ты приехал?! А ты вместо того, чтобы обратить внимание на дочь, общаешься с ним!       — Соня, успокойся, я хочу быть уверен, что Максим порядочный, ведь я кому попало тебя не доверю.       — Мы не встречаемся! Между нами никогда ничего не будет! Тем более я его ненавижу.       — Да ладно, от любви до ненави...       — Нет! Папа, прекрати! Хватит строить немыслимые догадки.       — Не кричи на меня, это раз! — он повысил голос. — Соня, я не слепой, это два. Что мне думать, если ты явилась в бог знает каком виде сюда, а потом Максим прибежал сюда, как сторожевой пёс?       — Ты сейчас серьёзно? — поражаюсь его гениальному умозаключению.       — Полностью, — серьёзно утверждает папа.       Какой же сложный человек. Он говорит, что видит, а не делает мнение исходя из языка фактов. Загорский действительно просто так не стал бы лезть. Вероятно, он среагировал на мой повышенный голос и сразу примчался, только вот меня ждал папа, а не серийный маньяк убийца.       Я понимаю, что они с мамой искренне желают мне счастья, но его у меня не будет с Максимом. У них даже в мыслях не было подумать, чем он только занимается, и насколько опасный человек стоял перед отцом.       — Алиса уже на работе, я думал ты тоже скоро поедешь. Она сказала у тебя рабочий день с 10 начинается, поэтому я приехал пораньше.       — Заходи, — открываю дверь и мы заходим к Лис. — Как тебе дом наркоманки? Ну или как ты там назвал Алису.       — Прости, солнце, я очень погорячился тогда. Просто ты вечно где-то гуляешь, я очень переживаю за тебя.       Прямо в пальто захожу в свою комнату и снимаю верхнюю одежду, накинув махровый халат. Не хочу, чтобы папа видел меня в рубашке Загорского, иначе я только подтвержу его догадки.       — Папа, мне не 12 лет, у меня есть голова на плечах, может хватит контролировать меня? — выходя на кухню, говорю.       Мы садимся за стол, я ставлю чайник и хожу по дому в поисках вазы. Кажется, я видела её в шкафу в зале.       — Соня, я просто волнуюсь.       — И ты решил показать это через агрессию?       — Потому что... Потому что голова у тебя забита не учёбой, я должен был что-то сделать.       — Вышвырнуть из дома, как котенка, самый верный способ.       Ставлю вазу с цветами на стол и подхожу к кухонным шкафчикам, чтобы приготовить чай.       — Я тогда разозлился, но теперь я спокоен. Максим кажется серьёзным.       — Папа!       — Я имею в виду, серьёзным другом, который не в первый раз подвозит тебя.       — С чего ты взял?       — Ну... — отец замялся,не зная с чего начать.       — Что ты знаешь? — обеспокоенно спрашиваю.       — В общем, я на неделе звонил Алисе, спрашивал, когда ты будешь свободна, но во вторник тебя не было. Я просто спросил, как у тебя дела, ну она немного проболталась, что ты пропадаешь где-то, она видела, что тебя кто-то на лэнд крузере подвозил. Я видел машину Максима, вот и сложил пазлы.       Господи, Алиса, ну кто просил тянуть тебя за язык!       — Так, — массирую пальцами у висков, подбирая слова. — Давай проясним. Я и Максим простые знакомые. Он отвёз меня сюда, потому что мне было тяжело добраться до дома. Теперь мы закрываем эту тему, ты больше не задаёшь никаких вопросов и не говоришь маме. Не нужно утешать себя и других ложными надеждами.       — Понял, — отвечает папа.       — Отлично.       В конечном итоге мы помирились, отец понял свою ошибку, а я свою. Мы больше не касались темы о Загорском, но я увидела по его глазам желание услышать больше. К его сожалению, я не могу все выложить, ведь ни я, ни он, в скором времени больше не увидим Макса. Серьёзным он показался... Да он настоящий агрессивный урод, считающим себя пупом земли. Для него абсолютно ничего не значат человеческие жизни и их чувства. У него какой-то важный заказ в Дубае и для этого работает в университете, где с легкостью можно обдурить не один десяток глупых студенток, которые млеют от одного его вида, а он и рад этим воспользоваться. Внешность у него не отнять, только вот под этой красивой картинкой нет положительных качеств от слова совсем.       После лёгкого разговора с папой, душа наполнилась легким теплом. Наверное, именно этого мне не хватало — просто обсуждать учёбу, работу, какие-нибудь попутные моменты, беззаботно смеясь над шутками папы. Через час он пошёл домой, взяв обещание передать от меня привет маме и Милане.       После того, как я закрываю дверь на замок, пулей бегу в ванную, вымывать из себя вчерашний позор, но на секунду замерла, когда начала расстегивать пуговицы. Прижав гладкую ткань к носу, вдыхаю полной грудью пьянящий аромат его одеколона. Этот запах полностью обволакивает моё тело, перенося меня снова в ту тёмную квартиру, где я лежала рядом с ним, чувствуя тепло его кожи. Мне захотелось снова пережить этот момент, хотелось вернуться в прошлое и коснуться его... С неохотой снимаю рубашку, включив душ. Стоя под горячей струёй воды, я вспоминаю его тёплые руки на моей талии, когда он перехватил меня на балу у Матвея. Этот пронизывающий до костей взгляд, заставляющий утопать с головой в его чёрных глазах. И эта чёртова улыбка сегодня, которая застала врасплох. Все эти словесные перепалки, угрозы, желание придушить друг друга и ненависть образовали между нами какую-то скрытую непонятную связь. Я уже перестала воспринимать Максима, как опасный объект в отношении меня. Я даже немного привыкла к его обществу и отвратительной манере общения. Он многое скрывает за своим безразличием, может он и не такой придурок.       Нет... Я не могу допустить мысли, что он мне нравится.       Выворачиваю вентиль холодной воды на всю, вздрогнув от ледяного потока. Это помогает отрезвить разум и сердце. Максим — бездушная сволочь. Он плохой человек, который заслуживает суровой расплаты. Я его ненавижу.

***

      Видел бог, не хотела я сдавать Загорского, когда была просто идеальная возможность выложить его с потрохами. Я не хотела лезть в его дела, но он перешёл черту. Кто дал ему право распоряжаться чужим будущем? Я боялась, что он убьёт меня, но сейчас я уверена, что он не успеет даже выйти из своего борделя, как приедет конвой и повяжет всю шайку. Он не остановится, я это знаю, но всё должно прекратиться. Пару месяцев назад, я не воспринимала всерьёз все эти пропажи девушек, мне было абсолютно все равно на происходящее вокруг, потому что я просто жила своей жизнью и не видела в подробностях все это дерьмо. Но стоило этому коснуться меня, я словно очнулась из глубокого сна. Я знаю, что в моих руках не весь мир, но хотя-бы эта малая часть поможет мне прекратить весь этот бред, который поглотил невинных людей. Пусть полиция не всех сможет найти, но хоть что-то, хоть маленькую дольку.       Жаль, что Артур... не помню отчества того мента, не дал мне свой телефон. И как назло, не помню номер участка, который он упомянул. Поэтому я пошла в ближайшую районную полицию. Хмурые мужчины зрелого возраста не совсем были приветливы, но мне удалось добраться до участкового. Захожу внутрь душного тесного кабинета, заваленном кучей бумажной волокиты с папками в шкафах, на тумбах, подоконнике и столе, за которым сидит взрослый мужчина лет сорока, уткнувшись в компьютер. Он как будто даже не заметил моего присутствия, продолжая лениво тыкать пальцами по клавиатуре.       — Здравствуйте, я пришла написать заявление, — мешкаясь на месте, ожидаю его ответ.       Наконец он отрывается от монитора, и не смотря в мою сторону, будто уже за пару секунд я успела ему надоесть, недовольным тоном сказал:       — Ну присаживайтесь, сейчас дам лист. О чём писать будем?       Присаживаюсь на старенький стул с потрепанной обшивкой, беря в руку ручку, которую он положил на лист.       — Я хочу написать заявление на опасного преступника, совершившего моё похищение и торговлей людьми, — выпаливаю на одном дыхании, чувствуя, как сердце в груди сжимается.       Так нужно...       Выкинь всё из головы и сделай это наконец!       Не будь у него на поводу, ты должна это прекратить...       — Загорский Максим Олегович напрямую связан со всем этим, и у меня есть прямые доказательства.       Мужчина сразу встрепенулся, суетливо набирая кому-то о рабочему телефону.       — Николаев, зайди, здесь по твоей части девушка одна пришла... — он бросает на меня напряжённый взгляд, от чего я ещё больше заволновалась, ковыряя ногти.       На секунду я задумываюсь: а не совершаю ли я ошибку всей своей жизни? Что меня ждёт? Может я зря затеяла спасти мир, играя за неопытного супергероя? Нет, я не должна жалеть о своём выборе. Нужно запихнуть все эмоции и чувства поглубже в задницу, холодно рассуждая здравым умом.       Через пару минут, в кабинет заходит сотрудник помоложе. Мужчина постарше, молча выходит из-за своего стола, покидая помещение.       — Добрый день. Полковник Морозов Михаил Юрьевич, — он доброжелательно протягивает мне руку, но я пожимаю её не сразу, вставая ещё в больший ступор. — Слушаю.       Он садится на место своего коллеги, складывая на столе ладони в замочек и устремляя свои проницательные голубые глаза прямо в мои.       — Не бойтесь, я не кусаюсь, — он хищно улыбнулся, не догадываясь, что в моей голове выражает далеко не самые положительные намерения.