Древняя магия

      С момента побега из Азкабана прошёл уже год. И он был полон разнообразными событиями, как плохими, так и хорошими. Сириус познакомился с уже повзрослевшим крестником Гарри, восстановил перед ним свое честное имя, раскрыл правду о гибели его родителей, тем самым избавив юношу от так мучавших его вопросов. Он был этому несказанно рад, пусть даже и не смог сделать задуманного изначально: отомстить за своих погибших друзей — убить предателя Питера Петтигрю. Несмотря на такую неудачу, на душе стало намного спокойней: теперь Римус, один из ближайших друзей, и Гарри знают правду, они знают, что Сириус невиновен.       Сейчас Сириус находится очень далеко от своего крестника, на юге Африки, на берегу океана. Здесь так прекрасно. Дыхание захватывало от бесконечного простора, сияющего то синевой отраженных в воде небес, то светло-голубой хрусталью, распахнувшейся на сотни миль вдали. Порой граница между океаном и небом казалась такой призрачной, будто её вовсе не существовало. Он нигде прежде не чувствовал себя настолько свободным, как на этом богом забытом берегу.       Горьковатый привкус на губах тут же заставляет проснуться и беспричинно шататься в такую рань по этому сонному дикому пляжу, обжигая босые ноги промокшим песком, задиристо кричать «э-ге-гей» в лицо упругому ветру, играючи убегать от надвигающейся волны.       Скоро ему придется покинуть этот пустынный пляж: нельзя надолго оставаться в одном месте. Жизнь в бегах сладкой не назовешь. Но рядом был новый друг — Клювокрыл.       Гиппогриф любил кружить над океаном вблизи берега, ловить острыми когтями крупную океанскую рыбу, нежиться под горячим южным солнцем. Клювокрыл всегда возвращался к Сириусу, как бы далеко не улетал, и уже не требовал поклонов от него.       ОН часто думал о Гарри, не забывал писать ему письма. Все его мечты были об одном: однажды Волан-де-Морт сгинет во тьму безвозвратно, а он сам восстановит своё честное имя, и ему больше не придется скрываться от дементоров. Тогда они с Гарри станут настоящей семьёй.       Но также не было и дня, чтобы он не вспоминал время, проведенное в Азкабане. От одной мысли об этом проклятом месте холод пронизывал всё тело, а волосы вставали дыбом. Теперь он сделает всё, чтобы туда не вернуться. Иногда перед глазами, как видение, возникало ЕЁ лицо, печальное и измученное, но такое прекрасное. Но лишь на миг. Эта пленница ему больше не снилась, как тогда в азкабане. Что с ней случилось? Значит ли это, что она погибла? А может, ей все жё удалось сбежать? Ах, как хочется, чтобы это было правдой. А если и нет, ему бы очень хотелось помочь ей. Только узнай он, где она находится… сделал бы всё, чтобы вызволить её из жестоких лап пожирателей.       Сириус сидел в брошенной кем-то старой хижине, построенной из веток и пальмовых листьев, слушал шум дождя и вновь перечитывал последнее письмо от Гарри. Он сообщил, что скоро поедет на Чемпионат Мира по квиддичу и что остаток летних каникул проведет в доме семьи Уизли. Он очень рад за крестника, но всё же кое-что его очень беспокоило: у Гарри снова болит шрам. Что это значит? Сбываются худшие опасения? Гарри Поттеру вновь грозит опасность?.. Столько мыслей кружилось у него в голове, но усталость дала о себе знать, и вскоре Сириус провалился в царство Морфея.       — Это будет наш секрет. Договорились?       — Но, почему, мамочка? — девочка посмотрела на маму непонимающим взглядом больших зелёных глаз.       — Ты не такая, как все. Ты — особенная. Другие могут не понять. Могут позавидовать. Люди бывают очень злыми, кто-то из них может захотеть отобрать это у тебя, — мать пыталась что-то объяснить дочери, но та была слишком мала, чтобы понять.       — Хорошо, я никому не скажу, даже Доре, честно-пречестно, — с грустью в голосе тихо почти шепотом произнесла малышка и, немного подумав, добавила: — но я ведь могу делать это дома, когда нет гостей? Тихонечко, никто не узнает.       — Только под моим присмотром, — согласилась женщина и улыбнулась дочке.       Все вокруг завертелось-закрутилось. Картина сменилась.       Светлая уютная гостиная, довольно просторная, с высокими потолками и большими окнами. В центре комнаты стоял роскошный белый рояль. Девочка лет двенадцати смотрела на увядшую белую розу в глиняном горшке возле окна.       — Эх, что же мне с тобой делать? Ты мне так нравилась, — грустно произнесла девочка, но в ту же минуту просияла. Махнула рукой возле цветка, и тот в мановение ока вернул себе былую красоту и свежесть. — Так то лучше!       Она подняла взгляд на окно и увидела в отражении темный силуэт. Он заставил её вздрогнуть и развернуться. В дверном проёме стоял молодой мужчина в тёмной мантии, лицо обрамляли черные как смоль прямые волосы. Он молча смотрел на неё холодным пронзительным взглядом, многозначительно подняв кверху свой крючковатый длинный нос.       — Северус, Абрахам у себя в кабинете и уже ждёт вас. Вы знаете, куда идти, — произнесла женщина.       — Разумеется, — всё ещё не сводя глаз с девочки, сказал мужчина. Затем резко развернулся, махнув мантией, и последовал к лестнице, ведущей на второй этаж.       — Мама, он видел! — испугано воскликнула девочка и побежала к матери, когда мужчина скрылся из виду. — Я не специально! Я не хотела! Я не знала, что он придёт, — она уткнулась лицом в грудь хрупкой женщины и заплакала.       — Ничего страшного. Он друг, он никому не скажет, — мать обняла дочь и ласково погладила её по темноволосой кудрявой голове.       Светлая комната сменилась на мрачную комнатушку.       На старой кровати сидела девушка, бледное лицо её было сосредоточено. Вдруг веки дрогнули, глаза открылись. Они были взволнованы. Пленница повернула голову в сторону окна, её взгляд устремился на то, что за ним находилось.       Резко всё закрутилось вокруг — картина изменилась вновь.       Старый заброшенный особняк, вернее, он только казался заброшенным. Вокруг были только древние сосны, туман и звенящая тишина.       Сириус вскочил на ноги, едва успев проснуться. Его макушка врезалась в «потолок» хижины, тот отозвался скрипуче-трещащим звуком. От неожиданного сновидения Сириус не знал, что ему делать, что думать. Но одно он понял точно: это была ОНА, живая. И она показала ему, где находится. «Она просит о помощи. Я должен её найти и любым возможным способом вытащить оттуда.»       Сириус открыл потрепанную сумку, вытащил из неё кусок пергамента и перо с чернилами. Одержимый новой целью, он дрожащей рукой написал письмо другу. Ремус обязательно поддержит его, поможет построить план по спасению прекрасной пленницы и, без сомнений, поможет воплотить его в жизнь. Пока птица доставляет письмо, Сириус доберётся до места, о котором знали только он и Ремус, там он и будет ждать друга.

***

      Блэк разжёг огонь в старом камине. Он прилетел сюда сегодня утром. Маленький заброшенный и обветшалый домик стоял в глуши темного дремучего леса. Ближайшая деревня была в многих милях отсюда. Когда-то давно, после выпуска из Хогвартса, он, Ремус и Джеймс пережидали здесь полнолуние: ждали, когда разрешится проблема «по мохнатой части» одного из них.       Уже начало смеркаться. Сириус сидел в темноте и думал о тех нелёгких ночах, которые сейчас казались одними из самых лучших прожитых им. Тлеющие головешки в камине едва могли осветить расстояние в метр. Дверь скрипнула. Кто-то вошёл в дом. Он двигался осторожными шагами. Сириуса ослепил свет на конце волшебной палочки гостя. Тот махнул рукой и светящийся шар взлетел вверх, уже не мешая мужчинам рассмотреть друг друга.       — Бродяга! — радостно воскликнул вошедший.       — Ремус! Друг!       Старые друзья принялись обнимать друг друга. Им этого не удалось сделать в прошлую встречу.       — Рад видеть тебя, дружище.       — А я как рад, ты не представляешь. Как в старые добрые времена, — Сириус обвел взглядом комнатушку.       — Видимо, на тебя это место навевает весьма теплые воспоминания. Не могу похвастаться тем же.       — Опять самоирония, — усмехнулся Бродяга.       — Как всегда, — весело произнес мужчина, но тут же сменил тон. — Ты сильно рискуешь: министерство ищет тебя, ближайших селениях вот уже три месяца рыскают дементоры, жители перепуганы. Знаю, ты показывался маглам за пределами Британии, но Фадж ни на день не прекращает патрулирование Лондона и ближайших к нему селений, всё надеется, что ты рано или поздно вернёшься. Что привело тебя сюда?       — Ты, наверное, решишь, что я совсем спятил. Ты уже так думаешь, — снова усмехнулся Сириус. — Так вот. Ещё сидя в Азкабане, я видел очень странные сны: связанная девушка в плену, пожиратели. Готов поспорить на что угодно, я видел среди них Малфоя. Ремус, они ее пытали! Наверное, она знает какую-то важную информацию, возможно, это связано с Волан-де-Мортом или даже с Гарри. И мне неловко признаваться, но это не единственная причина, по которой эта девушка не выходит у меня из головы. Впервые я увидел её полтора года назад. Потом она не снилась мне на протяжение года. И вот пару дней назад я увидел её снова… Она показала место, где её держат. Я должен что-то сделать! — взгляд Блэка выглядел обезумевшим.       —Хм, — Ремус, всё это время внимательно слушавший друга, задумался на несколько секунд. — Возможно, это просто сон? Человеку может присниться что угодно, и не обязательно это должно что-то значить.       — Нет, Лунатик. Сны мне не снились уже много лет. А такие реалистичные — никогда! — Сириус начал судорожно измерять комнату шагами. Его тень становилось то длиннее, то короче.       — Если ты так уверен, что та девушка не плод твоего страдающего от одиночества разума, значит, она легилимент.       — Возможно… вполне возможно.        — Удивительно! В это очень сложно поверить, так как во все мире существует всего несколько легилиментов, и, насколько мне известно, среди них нет молодых женщин.        — Ремус! Ты говоришь про зарегистрированных легилиментов! Может я тоже не анимаг? — немного раздраженно отозвался Блэк.       — Допустим, она не зарегистрирована. Но почему она пробралась именно в твои сны? Почему не выбрала кого-то из своих знакомых? Вдруг это ловушка: чей-то злой умысел?       — А это мы и узнаем, когда вызволим её из плена! — воскликнул Сириус.       — Что значит «Мы»?       — А ты думаешь, зачем я тебя сюда позвал? Явно не ради теплой дружеской беседы. Ты поможешь мне.       Ремус Люпин — умный и рассудительный человек. Он осознавал, что им придётся очень сильно рисковать, пробираясь в логово последователей Волан-де-Морта. Он не был уверен, существует ли та девушка в действительности. Не спятил ли Бродяга в Азкабане? Может, это все плод его нездорового воображения? Но Сириус очень убедителен. После долгих препираний Ремусу всё же пришлось поверить словам друга и согласиться на это опаснейшее дело.       — Эх, где наша не пропадала… Ну, так какой же у тебя план? — Лунатик тяжело вздохнул. Уж очень ему не нравилась эта затея.       — Она показала мне заброшенный особняк. Там то её и держат. Я знаю, как он выглядит. Я могу туда трансгрессировать.       — Постой! Но ведь министерство следит за твоими трансгрессиями, они сразу узнают, где ты!       — Да. Но они не следят за тобой! Как только мы вытащим её оттуда, трансгрессируешь уже ты!       — Трое человек! У меня не хватит сил. Нас может расщепить!       — Я уверен, этого не произойдет. Ты справишься. Прошу тебя, Ремус! Это не просто моя прихоть… Она может владеть важной информацией! Мы должны знать всё о пожирателях и о том, кому они до сих пор преданы! Только так мы сможем защитить Гарри! Я не смогу спокойно жить, если мы не сделаем этого.       — Возможно ты прав. Мы должны рискнуть. Когда мы должны отправиться туда?       — Сейчас.