Убей меня, если сможешь

      — Рейчел. Рейчел, не беги так!       Блондинка даже не пытается вслушиваться в то, что ей так усиленно кричит сопровождающий. Рей несётся по серым коридорам и постоянно смотрит по сторонам, правда, девочка даже не знает, что именно должна найти в этом бесконечном потоке однотипных помещений. Она бежит сначала в одну сторону этого корпуса, но, не найдя там ничего, тут же разворачивается и бежит в обратном направлении, все ещё надеясь хоть на какой-то оставленный ей знак. В горле уже пересохло, дыхание сбилось от продолжительного бега, а сердце забу́хало в висках, заставляя блондинку, наконец, остановиться и окинуть разочарованным взглядом слегка поплывший коридор.       — Рейчел Гарднер! Если ты хотела выйти в туалет, то он совсем в другой стороне! — отпыхиваясь не меньше, чем сама Рей, выдыхает полицейский, останавливаясь в двух шагах от девочки.       — Я знаю.       Как всегда, коротко и сдержанно, отчего мужчину немного кривит, но он подходит к ней и тем не менее хватает за руку, хотя прекрасно помнит, что эта девчонка особенно не любит, когда к ней лишний раз прикасаются. Абсолютно наплевав на это, он предпринимает попытки потащить ее вслед за собой, легко, без особой силы, но тут же оборачивается назад, когда чувствует сопротивление, и изумлённо приподнимает брови.       — В чем дело?       Блондинка не торопиться отвечать на поставленный вопрос. Она лишь поднимает на него блеклые глаза, которые тут же вспыхивают искрой злобы, и какое-то время смотрит на него: она надеялась, что он хотя бы по взгляду поймет ее недовольство, но этого почему-то не произошло. Полицейский так и продолжал сжимать ее хрупкое запястье в руке и вопросительно смотреть на раздраженную девчонку, то ли не желая замечать очевидного, то ли будучи на это неспособным.       — Я вам не мешала, когда вы уходили пить на рабочем месте, — тихо, протягивая каждую букву, говорит она и чуть склоняет голову на бок.       — Что ты…       — Я не мешала вам, когда вы брали деньги у девчонок за одну-единственную сигарету. И я не мешала вам, когда вы уходили в какой-либо кабинет с одной из девочек постарше, запираясь там.       Охранник отпустил Рейчел и опасливо взглянул на нее, сделав пару шагов назад.       — Откуда ты знаешь?       Блондинка еле заметно улыбнулась, но эта улыбка, вместо того, чтобы успокоить, неприятно кольнула мужчину, заставив его нахмуриться.       — Просто не мешайте мне. Тогда не будет никаких проблем.       Девочка неторопливо побрела в прежнем направлении, убедившись в том, что полицейский хотя бы на время отстал от нее. Но не успела она сделать и пары шагов, как замерла на месте, с гневным непониманием смотря вглубь коридора. Рей даже скривилась оттого, кого увидела перед собой: ее блондинка не видела целый год и не видела бы еще, как минимум, столько же; а судя по дерганному поведению пришедшей, та застала какую-то часть разговора, но попыталась это всячески скрыть, нацепив на лицо нечто похожее на счастье из-за встречи со старым знакомым. Рей поморщилась.       — Ой, Рейчел, привет, — протягивает темноволосая девушка и дружелюбно улыбается, хотя светловолосая прекрасно видит, что таким образом стоящая напротив пытается скрыть свое волнение. — А что ты тут делаешь? Сейчас же вроде ты должна учиться.       Вопросительные нотки в глазах темноволосой не заставляют блондинку даже просто шевельнуться; эта раздражающая особа появлялась всегда в самые неподходящие моменты, а оттого некое удивление в голубых глазах тут же сменилось на гнев, уловив который, девушка поежилась. Охранник же, что все это время стоял за спиной Рейчел, решив, что ему тут делать особо нечего с двумя странными девчонками, тихо и неторопливо пошел обратно на свой пост, за чем работник полиции проследила несколько вопросительно, выбирая между «окликнуть» и «забить», в конце концов, остановившись на варианте просто промолчать.       — Почему ты на меня волком смотришь? Ты не рада меня видеть? — спрашивает девушка, как только мужчина скрывается за поворотом.       — Конечно, рада, Ань, — тихо отзывается девочка, так и не поменявшись в лице. — В качестве приветствия могу красиво пробить твой череп. В последнее время предпочитаю делать все аккуратно.       — Как… мило, — кривится пришедшая и начинает неторопливо приближаться к блондинке, тогда как Рей попятилась назад. — Ты боишься меня? — вырывается у Ани, из-за чего она еле заметно улыбается, заставляя собеседницу скривиться еще сильнее.       — Могу задать тот же вопрос, да вот только уже знаю на него ответ.       Девушка остановилась. От прежней приветливой улыбки не осталось и следа: Аня даже как-то презрительно взглянула на блондинку, отчего Рей несколько насмешливо улыбнулась. Девочка отчего-то ждала этого взгляда, а когда же получила его в свою сторону, то не смогла удержать каменного выражения лица.       — Ты стала какой-то разговорчивой. Он в этом виноват?       — Откуда такая уверенность? Он же в тюрьме, не так ли?       Губы блондинки дрогнули в насмешливой полуулыбке, когда она заметила, что Аня заметно напряглась.       — Или вы его упустили, раз ты пришла сюда? — выдохнула Рей, в очередной раз убедившись в том, что тогда в коридоре стоял вовсе не мираж. — Смешно.       — Не то слово, — нахмурилась темноволосая, скрестив руки на груди. — Просто оборжаться.       В коридоре на какое-то время повисла тишина, которую никто из девчонок нарушать не собирался. Каждая смотрела на другую по-злому, испепеляюще, и если же Аня пыталась проникнуть Рейчел в сознание, то блондинка просто надеялась, что сможет убить темноволосую хотя бы взглядом: она несколько устала от существования настолько раздражающей девушки.       — А разве ты не за ним тут бегаешь? — тихо спрашивает Аня, на что Рей лишь склоняет голову на бок.       — В классе было душно, да и, честно сказать, скучно, поэтому я решила побегать. Даже с охранником поругалась, что ты могла наблюдать ранее.       Из-за вечно каменного лица Рей Аня не могла до конца понять, врала девочка или же нет, но не успела она даже открыть рот, чтобы что-то сказать, как блондинка медленно перевела взгляд куда-то за девушку и с интересом уставилась туда, будто бы увидев там нечто удивительное.       В голове работника полиции промелькнула мысль, что Зак не заставил себя долго ждать и прямо сейчас стоял у нее за спиной, из-за чего тут же обернулась назад, уже готовясь нападать… Но, к ее удивлению, коридор как пустовал, так и оставался абсолютно пустым. На присутствие кого-то здесь ранее даже намека никакого не было, из-за чего девушка нахмурилась, раздраженно сжав кулаки. Рейчел отчего-то решила посмеяться над девушкой, как решила работник полиции, а потому Аня уже собиралась сказать пару ласковых слов этой до ужаса вредной девчонке; но тягучую тишину вдруг разбили чьи-то быстрые шаги за спиной девушки, на что она машинально обернулась.       — А ну, стой! Вернись немедленно! Рейчел, твою мать!       Блондинка предпочла даже не пытаться тратить силы на то, чтобы попытаться услышать то, что ей кричала вслед Аня. Ей нужно было срочно найти того, из-за кого здесь появилась эта девушка. Сейчас ей это было просто жизненно необходимо.       — Рейчел Гарднер! Немедленно остановись, иначе я буду вынуждена стрелять!       Аня постепенно начинала нервничать, потому как блондинка исправно бежала в сторону выхода, а на пути не попадалось ни одного полицейского, что в какой-то степени настораживало. Да и Рейчел тоже заметила эту странность, но она же восприняла данный расклад, как знак того, что действительно двигалась в правильном направлении. Зак, пока шел либо сюда, либо обратно, видимо, куда-то девал встречавшихся у него на пути охранников, заставляя их просто испаряться из коридора, чему блондинка в очередной раз улыбнулась, но на этот раз как-то тепло и азартно: она не знала, что здесь делал Зак, но впервые за два года ей приходилось убегать; впервые за все это время происходило хоть что-то интересное.       В конце коридора замаячил очередной поворот, до которого Рей бежала уже из последних сил, впрочем, как и Аня, не отстающая от нее ни на шаг. У блондинки в голове упорно вертелась мысль о том, что нужно найти место, где можно было бы хоть немного отдохнуть, но кругом по-прежнему ее окружали лишь голые стены и бесчисленные двери различных классов и кабинетов, а от этой мысли становилось совсем тоскливо. Завернув за угол девочка заметила торопливо идущего в сторону лестничной площадки полицейского, увидев всего лишь его удаляющуюся спину, которая и вовсе через секунду пропала где-то на лестнице. Но не успела Рейчел даже просто приблизиться туда, как ее резко схватили за руку и потащили назад, из-за чего она, потеряв равновесие, да и в принципе из-за усталости, послушно полетела в ту сторону, уже постепенно свыкаясь с мыслью, что ближайшее время ей, видимо, придется провести в карцере.       Вот только ее как-то по-хозяйски обхватили руками, крепко прижимая к себе, а дверь вслед за тем, как блондинку затащили в какое-то помещение, закрылась. Рей стала прислушиваться к резко появившейся тишине, которую разбивал лишь быстрый стук каблуков проносящейся мимо Ани, которая, видимо, проследовала за тем полицейским на лестницу. Девочка слегка напряглась, когда по ее голове легко провели теплой ладонью, но взглянуть в лицо человека, который ее обнимал, она так и не решилась. Вместо этого девочка на мгновение зажмурилась, давая себе время для осознания того, что произошло, и глубоко вдохнула, тихо кашлянув в сторону.       Она стояла, уткнувшись носом в плечо неизвестного, который отчего-то слишком привычными для него движениями поглаживал блондинистую голову и глубоко дышал. Рейчел же до сих пор вдыхала воздух слишком быстро и рвано, а сердце и вовсе будто бы пыталось вырваться наружу, резкими ударами разбивая грудную клетку в мелкий порошок. Все ее тело слегка подрагивало от усталости, а ноги в какой-то мере подкашивались, из-за чего блондинка почти висела на обнимающем ее человеке, который не торопился ее отпускать. От этого Рейчел недоверчиво поморщилась и слегка встряхнула головой, насколько это было возможно, прислонившись ухом к чужой грудной клетке и начиная слушать гулкое биение двух сердец, ненадолго прикрыв глаза; ей требовалось какое-то время, чтобы прийти в себя после утомительного бега.       Рука девочки опустилась незнакомцу на грудь и медленно скользнула к плечу, неторопливо перемещаясь на горячую шею неизвестного, но тем не менее до боли знакомого человека. Тонкие пальцы мягко очертили линию на колючем шарфе, скрывающем его лицо, и аккуратно стянули мешающий предмет вниз, нежно проведя тыльной стороной ладони по шероховатой щеке; от этого блондинка неожиданно даже для себя вздрогнула, как только почувствовала все эти шрамы на коже родного ей человека. Вслед за столь эмоциональной реакцией последовал удовлетворенный смешок парня:       — Долго ещё в молчанку играть будем?       Рей неторопливо поднимает на говорящего голубые глаза и чуть отходит от него назад, будто бы пытаясь подобрать нужные слова, которые все это время вертелись у нее на кончике языка. Она вновь подолгу всматривается в шрамы и ожоги, неприятно искривляющие черты его лица, а когда в очередной раз заглядывает в его, как всегда, насмешливые глаза, то начинает свирепеть, что, вообще, не было свойственно ей ранее.       Рей быстро окидывает взглядом помещение, в котором ей пришлось находиться, и видит большое количество школьных парт; правда, почему же этот кабинет был свободен, из-за чего Зак, не раздумывая, ввалился именно в него, для девочки оставалось загадкой. Но как только блондинка замечает, что убийца в очередной раз открывает рот, чтобы что-то сказать, она хватает рядом стоящий стул за ножки, который оказался, к слову, увесистым, и тут же запускает деревянное изделие в недолгий полёт; после этого предмет мебели с грохотом ударяется о холодный пол в том месте, где буквально секунду назад стоял брюнет, успевший отскочить в сторону в последнее мгновение.       Зак ещё какое-то время опасливо смотрит на обыкновенный стул, который сейчас почему-то внушал больше паники, чем возможность быть обнаруженными, и медленно поворачивает голову в сторону пыхтящей блондинки, как-то ошарашенно смотря на ее подрагивающий силуэт.       — Какого черта ты припёрся?!       Свой бросок она завершает именно этими словами, из-за чего лицо брюнета тут же кривит в возмущении, но тем не менее он все равно старается не срываться на разбушевавшуюся Рей; поэтому слова подбирает довольно долго, чтобы те были более менее мягкими и цензурными.       — Наверное, ты хотела сказать, что рада меня видеть.       Вместо ответа в него запускают очередной стул, от которого парень отскакивает, как от чего-то ужасно горячего.       — Прекрати этот блядский обстрел! Иначе начну обороняться!       Но блондинка даже не собиралась останавливаться, и в воздух тут же взмыло еще несколько стульев, а вслед за ними и криво стоящая парта, очень кстати попавшаяся брюнету на глаза. На все помещение стоял жуткий грохот, если не на весь этаж, но почему-то никого из них даже не волновала мысль о том, что кто-то мог это услышать, особо не напрягаясь, и, как минимум, прийти разбираться с происходящим самостоятельно.       — Зачем ты здесь?!       — В смысле «зачем»?!       — В прямом! Мне крайне интересна причина, по которой ты решил здесь появиться!       — Ну, даже не знаю! Что я мог забыть в колонии для несовершеннолетних, когда самому уже третий десяток пошел?! — парень на секунду замер, слегка нахмурившись, чтобы осознать только что им же сказанное. — Какой же я, блять, старый, пиздец, — как-то отстраненно пробормотал убийца, потерянно посмотрев перед собой.       — Так ещё и тупой! Видимо, за два года ты совсем забыл, как нужно пользоваться собственным мозгом!       Зак снова перевел раздраженный взгляд на блондинку, что сжимала в руках очередной стул, и недовольно выдохнул воздух, говоря, таким образом, неприязненное «объяснись», отчего Рей на секунду прикрыла глаза, тяжело вздыхая, и поджала губы.       — Судя по твоим царапинам на роже, которые перестали кровоточить совсем недавно, ты опять каким-либо образом покалечился, хотя это неудивительно, — хмыкнула блондинка, на какое-то время поставив «снаряд» на землю. — Это может значить лишь то, что ты уже откуда-то, предположим, упал, и успел обработать царапины, да и переодеться. Из этого делаю следующий вывод: из тюрьмы ты сбежал приличное время назад.       Рей с силой вцепилась пальцами в деревянную спинку стула, слегка сжав зубы.       — Исходя из этого, ты мог уже раз десять пересечь границу легальным или нелегальным способом и быть уже далеко отсюда, — процедила девочка, резко подняв предмет мебели у себя над головой. — Но ты почему-то до сих пор здесь, когда мог уже быть далеко от местных правоохранительных органов!..       Зак с каким-то неверием сощурил глаза, правда, вслед за этим в него, наконец, прилетел стул, на который парень просто не успел обратить внимание; потому предмет мебели металлической ножкой приземлился прямо в плечо брюнета, а деревянной сидушкой на черноволосую голову, отчего убийца тут же болезненно зашипел, снимая с себя прилетевший в него «снаряд».       — Это и есть та причина, по которой ты злишься?!       — Хочешь, процитирую одного моего знакомого? — раздраженно поджав губы, отзывается Рей и слегка хмурится.       — Ну, предположим, нет…       — «Ты идиот»! — будто бы пропустив мимо ушей сказанное парнем, выкрикивает блондинка и тут же тянется к рядом стоящей одиночной парте, к которой уже несколько раз до этого примерялась, но в такие моменты тут же отскакивала в сторону от летящей в нее мебели.       — И ты хочешь сказать мне, что я должен был бросить тебя в этом дерьме, а сам — смыться?! — рычит брюнет, швыряя в Рей то, до чего смог, не глядя, дотянуться, а то есть каким-то учебником, который схватил, видимо, со стола учителя.       Рей лишь тихо пискнула, потирая ушибленное плечо, а на вопрос брюнета неуверенно кивнула головой, заставив его поморщиться и тяжело вздохнуть. Совсем не так он представлял их встречу после долгой разлуки.       — Я, блять, человеком, случайно, не ошибся? Это точно та самая Рей?       Эти вопросы летят куда-то в воздух нерешительным эхом, а девочка лишь пожимает плечами, потому как ей самой был неизвестен ответ на этот вопрос. Но спустя мгновение, она снова начинает разговор на прежнюю тему, отвернувшись чуть в сторону.       — Тогда бы ты точно сбежал… Я не хочу, чтобы тебя казнили. Тупоголовый идиот…       — Безмозглая дура.       Зак сделал нерешительный шаг в сторону девочки и остановился, ожидая хоть какой-то реакции блондинки, но она все так же стояла на месте, отведя взгляд, а потому продолжил медленно приближаться к Рей.       — Сволочь.       — Ебанутая на всю голову.       Ещё шаг.       — Ненавижу тебя…       — Врешь.       Брюнет уже стоял перед Рей, а она лишь растерянно прятала от него глаза, медленно отходя назад. Тогда он потянулся к хрупкому запястью блондинки и резким движением дёрнул вверх, чтобы, наконец, обратить внимание голубых глаз на себя; ему надоел этот бессмысленный спор, да и взгляд брюнета быстро скользнул на настенные часы, которые показывали уже половину седьмого утра, отчего Зак тут же поморщился, вспомнив о словах Кэтти.       — Да, вру… Да какая, к черту, разница? — проскулила блондинка и устало зажмурилась, когда парень ощутимо тряхнул ее за плечо.       — Прекрати эту истерику на ровном месте, — прохрипел парень и сжал пальцы на бледной коже ее руки, но Рей даже не поморщилась; зато Зак слегка нахмурился, в очередной раз окинув раздраженным взглядом рваные шрамы, оставленные тупым ножом или же тем, что, вообще, для этого не было предназначено: даже в этом деле она была неумолима и бескомпромиссна, берясь выполнять задачу тем, что хотя бы отдаленно напоминало нечто нужное.       Рейчел же снова изобразила на лице полное отсутствие эмоций, когда брюнет чуть сгорбился, чтобы оказаться с девочкой на одном зрительном уровне. А уловив взгляд убийцы, блондинка даже и не подумала ему объяснять то, что, как ей казалось, было и без того понятно; потому просто молчала, пока глаза желтого и черного цветов не оторвались от разглядывания ее изрезанного запястья и не взглянули на нее снова.       — У нас совсем не осталось времени. Машина уже стоит внизу. И что бы ты там не надумала себе, сюда я пришел только ради тебя и только за тобой…       — Раз стоит, так пошли, — отмахнулась Рей, говоря таким образом, что их разговор откладывается на потом, но несколько раздраженный взгляд намекал на совсем скорое возобновление их столь «воодушевленной» беседы.       Зак же предпочел сделать вид, что просто не понял, или же не уловил довольно-таки мощные импульсы, которые посылала блондинка, а потому только равнодушно глянул в голубые глаза.       — И не смотри так на меня. И парту поставь, она тебе не пригодится. Рей, давай ты попытаешься убить меня потом, хорошо? Просто у нас время ограничено.       — Как скажешь…              — Ты точно уверен, что тебя не видели? — как-то опасливо поглядывая по сторонам, спрашивает Кэтти и аккуратно садиться на пассажирское место рядом с водителем.       — Вроде да. Да даже если и видели, какие-либо подозрения появятся, если мы будем стоять здесь слишком долго.       Доктор откинулся на сидение и подложил руки под голову, безучастно уставившись в серый потолок автомобиля. Не сказать, что он совсем не переживал за Зака, отправившегося в одиночку к блюстителям закона, но отчего-то парень был уверен в том, что тот, кого он знал почти всю свою сознательную жизнь, справится с поставленной задачей, какой бы невыполнимой она ни казалась. Слишком уж хорошо он знал упертого брюнета, даже против своей воли, ведь когда-то их общение все же было похоже на взаимоотношения близких людей; тогда они действительно были лучшими друзьями, хоть и единственными друг у друга, ведь мало кто мог вытерпеть этих двоих рядом с собой… Но цепочку мыслей Дэнни прерывает сидящая рядом женщина, которая устало откидывается назад, тихо скрипнув кожаным сидением, чем и привлекает его внимание.       — Да я не об этом.       Сказать это получается как-то сдавленно и тихо, и Кэтти слегка ежится, заправляя за ухо выбившуюся из растрепавшейся шишки розоватую прядь. Дэнни лишь переводит на нее несколько отстраненный взгляд, не меняя положения, и тяжело вздыхает, прикрывая глаза: не хотел он снова начинать этот разговор.       — Не нужно так беспокоиться. Будешь постоянно нервничать, подцепишь какую-нибудь заразу, а мне придется тебя лечить. Не посадят меня.       — Ну ты хотя бы тогда обратишь на меня внимание, если я заболею… — обиженно вздохнула зеленоглазая и устремила свой взгляд в окно, смотря на то самое сероватое здание, откуда в скором времени должны были выйти «заключенные». — Все время тратишь на помощь другим, в особенности, Заку… Я не говорю, что это плохо.       Она поворачивается в сторону доктора и какое-то время смотрит в его глаза, то ли думая, что сказать, то ли выбирая, как сказать.       — Просто в последнее время ты забываешь о моем существовании напрочь. Хотя, видимо, я и это заслужила, когда пыталась приковать все твое внимание лишь к себе, — усмехается она, скрещивая руки на груди.       Светловолосый на мгновение хмурится, пытаясь понять, к чему Кэтти все это говорит, как в голове появляется одна очень интересная мысль, которую он торопится проверить, начиная разговор следующим образом:       — Я что-то опять сделал не так? — расплываясь в легкой улыбке, спрашивает Дэнни и разворачивается к собеседнице всем корпусом, уже готовый, в крайнем случае, слушать про все свои прегрешения, которые женщина время от времени любила ему припоминать.       Но, судя по всему, Кэтти не была настроена агрессивно: она даже не кидала в сторону доктора презрительные или разочарованные взгляды, как это всегда бывало в подобных моментах. Женщина лишь ненадолго обернулась на парня и как-то грустно улыбнулась.       — Нет, я просто подумала о Заке и Рей… Те ещё психи, но они так тянутся друг к другу, будто и жизни не представляют друг без друга… — протягивает она и снова устремляет свой взгляд в окно, в то сероватое здание, откуда в скором времени должен был выйти хотя бы кто-то один из той страной парочки, в идеале же — оба.       — Так, — отрезает Дэнни. — тебе не хватает подвигов с моей стороны? — уже прямо начинает спрашивать доктор.       И Кэтти тут же поворачивается к парню, растерянно бегая глазами по салону автомобиля, почему-то тут же поморщившись из-за неуверенности даже в собственных мыслях, которые она не особо торопится озвучивать.       — Ну не то, чтобы…       — Понятно, просто нужен принц на белом коне, — задумчиво протягивает он и чуть поджимает губы, одобрительно кивая. — Будем работать в этом направлении, раз тебе не нравится…       Но его слова вызывают лишь лёгкую улыбку зеленоглазой, которая и вовсе превращается в заливистый смех спустя мгновение, вызывая лишь растерянность доктора.       — А ты тоже, оказывается, со странностями, — смеётся Кэтти и тянется тонкими пальцами к его плечу, вслед за чем он лишь разводит руками в стороны, склоняя голову на бок.       — А у кого их нет?       — Тоже верно, — протягивает она и слегка приближается к нему, все это время неотрывно смотря в глаза. — Вот только не надо с собой ничего делать. Будет достаточно и того, что я буду получать чуть больше твоего внимания, чем за последние полгода.       Она почти невесомо касается его сухих губ своими, медленно проведя ладонью по его шее, и тут же отстраняется от доктора, после чего по телу парня рассыпаются приятные мурашки; пару секунд он ждет, пока схлынет это несколько сковывающее ощущение — нежные прикосновения любимого человека завораживают, а оттого он чуть заметно усмехается тому, какую реакцию организма эта женщина вызвала обычным поцелуем. Дэнни тянется рукой к ее лицу, медленным движением убирая в сторону мешающие пряди волос, и аккуратно проводит лёгкую линию на щеке, какое-то время наблюдая за изменениями во взгляде зелёных глаз.       — Если только ты настаиваешь.              Зак и Рей бежали по коридору, все так же прячась от людей, которые так или иначе могли находиться на этаже или же лестницах. Брюнет постоянно следил за тем, чтобы девчонка не отстала, чтобы случайно не упала из-за усталости или же неаккуратного движения во время бега. Да и Зак, вообще, теперь старался держать блондинку в поле своего зрения, а как только она каким-то образом оказывалась за его спиной, он слегка замедлялся и пропускал ее вперёд, продолжая движение в том же направлении. Рейчел же предпочитала никак не комментировать подобное поведение парня, хотя ей очень сильно хотелось сказать по его поводу ещё несколько слов, которыми она не успела «кинуть» в него в том кабинете; но сделать это не позволял ком в горле, возникший в результате «внеплановых спортивных тренировок», которые ей любезно предоставил убийца, пришедший сюда, как оказалась, по ее душу, хоть и звучало это слишком уж неправдоподобно. Поэтому она лишь молчала.       Вспоминая их отношения два года назад, ей было сложно поверить в столь простую истину, о которой можно было подумать в первые же секунды появления этого убийцы, да и из-за того, что Зак это подкрепил своими словами — что он просто так, без задней мысли пришел за ней, сюда, из тюрьмы. Рей прекрасно знала, что она раздражала брюнета до черноты в глазах, что она совсем не нравилась ему ни как личность, ни как девушка, да даже в силу того, что она была гораздо младше смертоносного убийцы; она знала: вернулся он к ней тогда из-за того, что отвык от одиночества за те полгода, которые они провели вместе, и она была просто уверена в том, что за ней он пришел не из-за того, что так захотел, а потому, что так было нужно, для его собственного спокойствия. От подобных мыслей становилось совсем уж тоскливо, а разогнавшееся сердце будто бы вмиг успокаивалось, когда блондинка осознавала, что он здесь совсем не ради нее, что он здесь только ради себя. Но хоть как-то влиять на его мозг она не могла, да даже не имела права, и мыслей Рей читать не умела, хотя каждый раз, когда она видела настолько проницательный взгляд этого убийцы, всегда тут же захотевала узнать, о чем он думал в данную секунду. Но как тогда, так и сейчас это не представлялось возможным, а потому блондинка просто засунула куда подальше свое эгоистичное любопытство и продолжила движение вдоль серых коридоров, которые так осточертели ей за все это время, что она уже почти не глядя перемещалась по старому зданию, пытаясь хоть как-то отвлечься мыслями от Зака и этого противного места.       Все это время они так и продолжают петлять по бесконечным коридорам: в какие-то моменты Зак сам вспоминал дорогу, а когда-то Рейчел уже спокойно сворачивала в какую-то сторону, недоуменно смотря на потерявшегося в пространстве брюнета, и тяжело вздыхала, упорно тыкая тому пальцем в нужный коридор.       — Так куда мы идём? — в какой-то момент все же решает спросить блондинка, до этого лишь догадываясь об их конечном месте назначения.       — Так это… В туалет. Который на первом этаже, возле администрации.       — А зачем?       — Там окно.       — И что?       — Я в нем шурупы выкрутил, — тяжело дыша, отозвался Зак и тут же остановился, впрочем, как и Рей, ведь теперь в коридоре они были не одни.       В пяти метрах от них, согнувшись пополам и делая глубокие, быстрые вдохи, стояла все та же Аня, упираясь руками в колени: все это время она бежала так же быстро, точно так же постоянно вслушиваясь в различные звуки на этажах, которые только смогла обойти, и теперь же, наконец, нашла эту парочку. Когда парень смог узнать в стоящей перед ними старую знакомую, лицо Зака тут же озарила лучезарная улыбка, когда же Рей помрачнела еще сильнее, чем до этого, только лишь при виде этой ужасно надоедливой девушки. Брюнет отчего-то был рад видеть темноволосую, с которой всегда было крайне интересно «играть» в пятнашки, а потому даже не сдержался от восторженного смешка, на который Аня тут же подняла голову, пытаясь сфокусировать взгляд на убийце.       — Вы, — протягивает она, жадно глотая воздух ртом. — Отсюда, — прерывисто выдыхает девушка. — Не уйдете.       — Не поверишь, — усмехается Зак. — Где-то я уже это слышал. Совсем недавно слышал.       — Вероятно, в тюрьме, когда сбегал? — уже спокойнее спрашивает Аня, постепенно приходя в себя, на что получает одобрительный кивок головы со стороны брюнета.       — Точно. Именно там.       — Мне кажется, есть тема куда важнее, чем твое дежавю.       Аня до сих пор дышит тяжело и быстро, но ее рука уже тянется к кобуре, висящей у нее на поясе.       — Я не позволю сбежать двум неуравновешенным психопатам на свободу, — тихо протягивает она и сжимает рукоятку огнестрельного предмета, так и не достав его наружу. — Вы не должны отсюда сбежать.       — Не надоело? — поморщившись, спрашивает блондинка и окидывает работника полиции презрительным взглядом.       — Вообще-то, надоело. Но это всего лишь моя работа.