За пропастью

Утром Магистр вновь исчез, прихватив набор своих жутко дорогих артефактов, а Томас пошел работать в поте лица. Улицы ранним утром по обыкновению пустовали, со стороны причала дул соленый ветер. Воздух еще не прогрелся, и приятно тянуло прохладой. Спускаясь вниз по улице, Томас раздумывал, как бы ему быстро и бесплатно научиться читать. Он ощущал себя настоящей деревенщиной, разговаривая на знакомом языке и не представляя, как пишутся буквы и слова. Достигнув причала, Томас завернул за угол к складу и тут же шмыгнул обратно. Деревянные массивные двери были открыты, и у входа торчало около пяти стражников, трое из которых держали у стены недовольных грузчиков. Направленные на них пики определенно не способствовали хорошему настроению. Внутри стоял злой как черт управляющий и, едва сдерживаясь, наблюдал за копошащимися в вещах стражниками. Через минуту со склада на свет вынесли клетку с Русиком, заметно потускневшим от хандры и лежащим почти бездвижно. Даже тычки острием меча в бок не заставили его хотя бы поднять голову. Управляющий что-то гневно зашипел, пытаясь отобрать у стражи находку, но его грубо отпихнули. Один, с гербовой накидкой на спине и иным, чем у остальных, шлемом, — капитан стражи — подошел ближе, открыл клетку, вытащил кинжал из-за пояса и, держа одной рукой фамильяра за шею, вогнал его зверьку под ребра. Томас понял, что не дышал все это время. Его мучило неприятное покалывание в груди, обостряющееся при дыхании. Русик лишь коротко дернулся, словно ожидал боли, и замер. Томас больше ничего не чувствовал. Кинжал легко выскользнул обратно, на нем не было крови. Капитан принялся раздавать приказы, и часть стражи поспешила в город, другая же осталась у склада и уходить не собиралась. Освобожденные грузчики перекинулись сочувствующими взглядами и под пинки управляющего вернулись к работе. А у Томаса ее больше не было. С выстукивающим хорошо знакомый ритм страха сердцем Томас как можно скорее добрался до убежища, промчался мимо Зои, не обратив внимания на ее обращение, и залетел в комнату Магистра. Его будут искать. Узнают, что у фамильяра был владелец, и пустятся в его поиски. Найдут и заодно спрятавшихся магов. Он должен уйти как можно дальше, где никто не будет преследовать, пугать, пытаться убить. В абсолютной тишине раздался стук в дверь. Томаса моментально прошиб холодный пот. Когда он успел закрыться? — Томас? — с беспокойством спросил тонкий женский голос. — Ты… в порядке? Молчание за ответ не сошло, поэтому последовал следующий вопрос. — Я войду? В комнату бесшумно проскользнула Исэль. На ней не было привычного плаща и обмундирования следопыта, лишь безразмерная туника и плотные охотничьи штаны. Ее тонкие запястья выглядывали из рукавов как тростинки. — Ты бледен. Что тебя тревожит? Исэль подошла ближе и опустилась на колени рядом с Томасом, заглядывая ему в лицо. Томас понимал — если он заговорит, ему придется рассказать все с самого начала. — Я безработный. — Почти у всех здесь нет работы и дохода, но главное не это. Несмотря на то что еды мало и жить приходится под землей, мы свободны. Мы семья. А от безработицы еще никто не умирал. — Если я вдруг умру? — Томас, ты как маленький. Разумеется, я тебе не позволю. Почти безвылазно торчать в убежище оказалось сложнее, чем Томас думал. Хуже всего было то, что ему приходилось делать сосредоточенный вид, когда кто-либо смотрел на него во время чтения. Слова от внимательного и серьезного взгляда на них понятнее не становились, скорее наоборот. Томас подумывал начать заняться анализом письменности — выписать буквы и хитростью заставить кого-нибудь из убежища их прочитать. Хитрость, однако, была не его конек. Тревожные сны на время отступили, давая передышку. Спать Томас от этого лучше не стал благодаря все тому же Магистру, зато теперь он не боялся уснуть. Иногда у него даже получалось мгновенно отрубаться. Единственным, что заставляло Томаса нервничать, было внимание к нему Магистра, интересующегося его магическими знаниями. Он настаивал на практике, впрочем, безуспешно, и упрашивал призвать что-нибудь еще — гарантия безопасности была бы обеспечена охранным кругом. Томасу становилось тошно от одной мысли об этом. Читать Трактат о чароплетении — именно так называлась та ветхая книга Магистра — не стало проще, когда Зои колко отметила, что больше не может смотреть на его идиотское выражение лица, и забрала книгу. — Не можешь срать — не мучай жопу. Она села на коврик рядом с Томасом. — Да тут хочу, не хочу, а надо, — пожал плечами Томас и вздохнул. — Ты же вроде ученый, так что сидишь смурной? — Зои довольно небрежно пролистнула несколько страниц, словно те не были сделаны из тонкого рассыпающегося пергамента. — Глава семь. Кон-це-пция нового созидания… Ну, и хрень. Хоть что-нибудь из этого пригодится в жизни? — Зои, — со всей серьезностью произнес Томас, — у меня дислексия. — А? Давай не магичить прямо при мне? Не люблю такое. — Я не могу читать. Буквы расплываются. — Как же ты тогда выучился на чародея? — Обычно мне читали — мама или учитель. И, видимо, я привык. Я перестал воспринимать письмо. — Ты, случаем, не болен ничем? Это не заразно? — Если тоже будешь мало читать, забудешь, каково это. — Чего?.. Ты мне в уши-то не ссы. — Зои, пожалуйста, почитай мне. — Томас, ты бредишь? Как это, по-твоему, будет выглядеть? На ночь тоже попросишь? Меня — читать взрослому лбу сказки про, — Зои бросила взгляд куда-то в книгу, — синергию стихий? — Как будто это что-то плохое. Зои долго испытывала его взглядом, видимо, надеясь, что ее поймут без слов. Томас сделал вид, что не понял. — Попроси лучше свою подружку, она в таком лучше разбирается. Да и слова тут непонятные. Трактат перекочевал обратно к Томасу. Зои выпрямилась и сделала шаг вперед. — Прекрати маяться дурью и скажи Магистру. На следующее утро совет Зои уже не казался таким глупым. Магистр вновь отсутствовал в комнате ночью, поэтому Томас отправился на его поиски. Ни Исэль, ни Зои, ни другие жильцы убежища не могли дать однозначного ответа. На поверхность он больше не рисковал выбираться, так как его наверняка разыскивала стража. В итоге пришлось вместе с Зои и другими старостами заниматься разгребанием завалов, заделыванием дыр в стенах и отпугиванием крыс от убежища. Надежней коллектор не стал, но чище — определенно. Вечером вернулись Исэль и Лу и рассказали, как накалилась обстановка в городе из-за поисков магов. Было решено более не покидать убежище, пока не вернется Магистр. У одной из колонн Исэль поймала Томаса за руку, отчего он тревожно дернулся. — Я хотела всего лишь узнать, как ты, — оправдалась она. — Со мной — порядок, — беззлобно ответил Томас и вздохнул. — Я так не могу. — Я тоже. — Сомневаюсь, что мы говорим об одном и том же. — Это не важно. Ты чувствуешь безысходность, словно у тебя нет выбора. Но он есть. Просто не такой, как ты думаешь. — Определенно не такой, — вымученно улыбнулся Томас и обратил внимание грубый мешочек, висевший на поясе Исэль. — Что-то вкусное? — Это кедровые орешки. Вот, возьми. — Зачем ты отдаешь их мне? Исэль хмуро глянула на Томаса и вложила мешочек ему в руку. — Потому что хочу. Теперь они твои. Орешки наверняка были очень вкусные и питательные, и, чтобы не дразнить свою аллергию, Томас угостил ими жителей убежища. Он не оставил попыток поймать Магистра, но если тот и появлялся, то настолько незаметно и беззвучно, что его никто не видел и не слышал. В один из дней Томас вместе с пареньком, ответственным за ремонт той скудной мебели, которая имелась у них, должны были поставить подпорку в комнате, где жили женщина с маленькой девочкой. Руководить вызвался пожилой слесарь (его никто не звал), вклиниваясь с советами в процесс и порой только мешаясь в узком пространстве. Томас попытался сигнализировать хозяйке комнаты, чтобы она мягко спровадила его подальше от потенциально опасного места обвала, и та тут же все поняла. — Шо ты тут стоишь, а? — завопила она. — Не видишь, люди работают, а ты вертишься прямо у балки! Хочешь, чтобы тебя раздавило к чертям, олух плешивый? — Ты, баба, совсем кукухой поехала? Ты кого гонишь-то? Вон, этот, дружок эльфки здесь сейчас все к ебене фене развалит! Как он балку держит, посмотри! — Дак ты ж ему сказал ее поднять! — А он, дурень, к стене прислонил! Сейчас стена рухнет, и потолок за ней, и похоронят нас тут! Не говори под руку, женщина, если не понимаешь ничего! — Слушай, — обратился к Томасу паренек, подвязывая потолочную подпорку, — сбегай на склад за стамеской, а то веревка что-то не цепляется. Выдолбим тут немного, чтобы она не ездила туда-сюда. Дорогу знаешь? Нет? Тьфу ты… Короче, выходишь из убежища и идешь направо до третьего перекрестка, там лестница вниз будет. Не забудь светильник взять. Жутковато там, конечно, но другого места пока не нашли. Выпросив у Зои лампу с магическим огоньком, которую Магистр некогда зачаровал для походов по туннелям, Томас двинулся в сторону склада. Он успешно добрался до третьего перекрестка, но не заметил никакой лестницы вниз, как бы упорно не вглядывался во тьму. Туннели разветвлялись в разные стороны и нельзя было с уверенностью сказать, что там, за поворотом. Так и не обнаружив спуска, Томас решил пройти дальше. Пол внезапно ушел вверх и свернул налево, заканчиваясь стеной. Выставив лампу как можно дальше вперед, Томас разглядел утопленную дверь без каких-либо табличек или знаков. Однако холодок, пробежавший по спине, подсказал, что внутри определенно не было ничего хорошего. Лучшим решением в данной ситуации было просто уйти. Еле различимый шепот защекотал уши, когда Томас развернулся обратно. Внутри у него все упало, и воздух вдруг потяжелел, словно кошмары, оставшиеся далеко позади, оказались прямо за спиной и дышали в затылок. Томас резко обернулся. Они незримо наблюдали за ним. Дверь едва слышно задрожала, выпуская сквозь щели облако темного фантома. В действительности там ничего не было. Томас крепко зажмурился и протер лицо. Воображение разыгралось, усталость взяла верх. Ему нужно больше спать. Даже если приблизиться к двери, она останется такой же неподвижной и закрытой, верно? Да, на ней и вправду лежали сильные чары, Томас чувствовал отголосок чьего-то энергетического фона. Томас зло бросился на дверь, словно она его чем-то оскорбила, и уперся в нее ладонями. Хлипкие петли хрустнули, и повисла тишина. Пространство вокруг застыло, спрессовывая воздух, отчего у Томаса мгновенно взмокла спина и пересохло горло. Страх осел в животе шипастым комком острого беспокойства, почти паники. О Вестники, что за этой дверью? Зачем ее зачаровывать? И почему от нее исходит до дрожи знакомое ощущение опасности? Глухой стук раздался из запечатанного помещения прямо перед Томасом, и он почти умер. Его ничто не спасет — ни дверь, ни чары, ни сиюминутный побег. Шепот просачивался сквозь щели между досок и ткань перчаток, щекоча кожу рук, затекая в уши. По ту сторону Томаса что-то ожидало, звало, просило выпустить или зайти. — Не открою… — произнес он беззвучно, жмурясь изо всех сил, и с усилием оттолкнулся. Кто бы ни колдовал здесь, он должен был уже знать о вторжении. По крайней мере на его месте Томас бы наложил чары обнаружения присутствия или что-то в этом роде. Впрочем, не приходилось долго гадать о личности мага, держащего жуткую комнату в коллекторе под защитой. Даже если маг будет все отрицать, это уже покажется странным — почему не нашел, куда смотрел? Томас сорвался с места, когда почувствовал почти физическую необходимость выломать дверь. Этот трюк с манипулированием сознанием обычно проворачивала всякая нечисть — духи добрые и злые, мертвецы и имморталы. Их общая узнаваемая черта — необходимость присутствия. Нельзя воздействовать на кого-либо издалека, ведь любая магия слабнет на расстоянии, и чем дальше субъект, тем сложнее влиять на него. Поэтому нечисть и селится в домах, в густых лесах у поселений, в замках, ближе к людям, где можно без труда достать жертву. Однако из-за присутствия их легко найти и опознать, что делает их пребывание рядом с людьми весьма коротким. Томас хорошо разбирался в зоологии, ботанике и геологии, умел читать созвездия и определять по расположению планет и звезд Периоды стихий, знал лунные циклы и какие народы от них зависимы, разбирался в особенностях расселения этнических групп, легко вычислял места обитания различных животных, птиц и насекомых. Но он никогда не интересовался оккультизмом или эзотерикой. Великие ученые, изучающие возможности применения магии, уже давно задавались вопросом, стоит считать некромантию естественной наукой или орудием приближения Исхода? В этом Томас также ничего не понимал. Его не успели обучить магическим технологиям, и теперь он видел корень всех бед именно в них. Магия проклята. Какую бы форму ей не придавали, она воздействует на саму ткань мироздания как кислота — покрывая язвами, порождая скверну. Чем больше в воздухе магии, тем больше всякой дряни слетается на нее. Томас по-настоящему ей увлекался, пока не поплатился за излишнее любопытство. Однако причиной его сильнейшего страха сейчас была не нечисть — с ней довольно просто разделаться. Это порождение чего-то более ужасного, с чем некромантия даже рядом не стояла. Нечто темное взывало к нему из глубин комнаты, хотело свободы, искушало открыть врата не иначе как самому Року. Тыльную сторону ладони неприятно жег шрам — напоминание о поспешном решении. Томас еле унес ноги. Думать о посторонних вещах стало возможно только на первом перекрестке. На кой черт он вообще поперся в ту часть коллектора? Очевидно, кроме всякой жути там обитали только безысходность и ловушки Магистра. Желая поскорее забыть об увиденном, Томас глубоко вздохнул и провел рукой по волосам в попытке собраться с мыслями, как вдруг впереди послышался тихий, но вполне реальный человеческий голос. Он становился все различимее, пока Томас приближался, и походил на голос Магистра, что-то мягко кому-то разъясняющий. Они стояли в коридоре перед входом в убежище, поэтому Томас не мог их видеть. Раздумывая между тем, чтобы громко зашагать и тихо подкрасться, он почему-то выбрал второе. — …я лишь говорю, как есть. Вы живете здесь, вместе с ними, помогаете им, разделяете их тяготы. Они молились за вас. — Но мы не последователи! — Впервые Лу — именно он был собеседником Магистра — звучал встревоженным, даже опасающимся чего-то. — Я… А Исэль!.. Кто же тогда будет вас защищать? Разве нас приняли не потому, что вам нужна была помощь? Если Исэль!.. — Она всегда будет нам нужна. Но настали тяжелые времена, когда единственно верным решением будет сыграть роль последователей. — Я должен ее защитить, — твердо сказал Лу, и повисло угнетающее молчание. Томас был уверен, что за углом происходила битва взглядов. Неприятно шаркнул сапог, послышались шаги в опасной близости от местоположения Томаса, и тогда он понял — пора сваливать. — Ты защитишь. — Проникновенность слов Магистра задела даже Томаса, медленно передвигающегося вдоль стены к предыдущему повороту. — Следующей ночью приходи в комнату за третьим перекрестком. Магистр говорил что-то еще, но Томас не слышал. В холодном поту он осел на холодные грязные камни и схватился за голову. Весь этот разговор определенно прозвучал не для его ушей, но по несчастливому совпадению он осознавал судьбу Лу. То же самое ждало и Исэль. И не было никаких гарантий безопасности самого Томаса. Каждый в убежище знал, что Томас маг, и после его появления стража в городе как с цепи сорвалась. Если беженцы начнут исчезать, подозрения падут именно на него. Ему нужно сделать ход первым еще раз. Просидев глубоко в канализации какое-то время, тем самым давая возможность Магистру и Лу разойтись наверняка, Томас нехотя поплелся обратно. Его товарищ по ремонту потолка оказался весьма недоволен задержкой. — Тебя только за смертью посылать! — фыркнул он. — Нашел стамеску? — Не нашел. — А где лампа? — Потерял. — М-да… За лампу Зои тебе голову оторвет. А почему так долго? — Искал дорогу обратно. Перепугался до жути, что буду плутать по коридорам весь день. — Я бы предпочел сгинуть там, чем попасться Зои на глаза. Ладно, сам схожу, может и светильник найду. Держи пока веревку. Двое ранее бранящихся беженцев теперь сидели в разных концах комнаты и временами перебрасывались остротами не первой свежести, например, сравнивали умственные способности друг друга с животными. Когда известные животные кончились, в ход пошли пни и пробки. Томас просидел в ожидании своего напарника достаточно, чтобы дождаться оскорбления хлебом, лаптем и картошкой. Потом женщине, видно, вконец надоел этот цирк, поэтому она выдала коронное «О-о, как все запущено!» и, покачав головой, гордо вышла. Пожилой слесарь оказался сбит с толку и не успел оставить за собой последнее слово. Томас был даже слегка огорчен. Глубоко задуматься о тревожном Томасу не дала Исэль, подскочив аккурат к моменту, когда он вернулся в состояние легкого тремора. — Тебе помочь? — Одетая в грубую, но подшитую в рукавах рубаху, Исэль по-прежнему выглядела обманчиво хрупкой в безразмерных тряпках. — Спасибо, но я тут как-нибудь сам. Ты разве не должна быть в городе, искать новичков? Я тебя каждый день вижу. — В Линдене сейчас небезопасно. Из-за фамильяра сюда могут прибыть каратели, и, если они узнают, что в Королевстве людей незаконно находится эльфийский маг, мне сильно не поздоровится, — произнесла Исэль вполголоса с мягким акцентом. Не будь ситуация такой напряженной, Томас и впрямь бы воспользовался советом Зои, заставив Исэль читать ему всю библиотеку Магистра своим чистым мелодичным голосом. — Это из-за меня… Фамильяр… — признался Томас, тяжело вздохнув. — Я не думал, что само его существование опасно. — О, нет, — испугалась вдруг Исэль, — нет-нет, Томас, это не твоя вина! Фамильяр принадлежал Магистру! Он был создан лишь для поиска новичков. — То есть… Между нами не образовалась связь? Но ведь он умирал без моего присутствия! — Магистр создал фамильяра, но нарочно разорвал связь, чтобы тот искал магический источник для поддержания жизни. Следом за ним появлялись мы с Лу и приглядывали за обнаруженным новичком, пока фамильяр занимался поисками следующего. Схема пока не отлажена, многих мы упустили из-за угрозы обнаружения. — Подожди, по городу же рыщут ищейки! — вспомнил Томас удивленно. — Разве они не должны искать магов или их артефакты? На моих глазах одна обнюхала Русика и попросту ушла! — Ты назвал его Русиком? — Исэль хихикнула, прикрыв рот ладонью. — Очень мило! — Не я, а девочка, которая тут живет, но не суть!.. — Конечно, — подозрительно быстро согласилась эльфийка, — мне тоже нравятся милые клички! И прозвища! На родине меня прозвали Руисс — «лапка», потому что у меня никогда не получался жесткий удар. Вот я и подумала, как похоже! Тебя я бы назвала Чи’Ших. — И что это значит? — не дождавшись пояснения, спросил Томас. — Завиток, — глухо выдавила Исэль, словно стесняясь, но стоило ей признаться, как она хрюкнула от смеха. — Не поверишь, — усмехнулся Томас, — но это было мое детское прозвище. Мама звала меня Чубчик, а отец гордо именовал Вихор! Исэль засмеялась в голос, и в мрачном замкнутом подземелье ее смех делал огни факелов ярче. — Веришь или нет, я хоть и имею магическое образование, но ничего не понимаю в призывах. Моя стезя — зачарование. Светлые эльфы поголовно мастера магии, с рождения нас учат управлять ей инстинктивно, как дыханием. Каждый в итоге становится одним из лучших в своем направлении. Я — из фракции Следопытов, исследую материк и собираю полезную информацию для Королевства. — Что ты тогда делаешь здесь? — поинтересовался Томас. — Чего ищешь? — Того же, что и все, — ответила Исэль, опустив взгляд на свои колени, — чуда Эммедов, наших — всеобщих — покровителей. Баланс нарушен, и кто-то должен вмешаться. Кто-то с божественными силами. Магистр столько сделал ради их появления. — И ты веришь в это? — Не только я. Все жители убежища молятся им денно и нощно. Мы видели алтарь призыва Эммедов, и руны на нем пульсировали, полные энергии покровителей! И едва слышный шепот говорил что-то, наставлял… Я чувствую, ты страшишься этого. Поначалу боялась и я, но такая сильная вера в Магистра и его уверенность в успехе заразили меня. У Магистра, как и у нас, тяжелая судьба, но он был рожден с великим магическим даром, и пользуется им во благо! — Исэль… — едва выговорил Томас, отказываясь осознавать услышанное. — Ты не понимаешь! — ужаснулась она, но тут же сникла и забормотала. — Мой народ… Мы пережили войну с… нет, скорее безжалостную атаку вампиров, которые заражали нас вирусом, пробуждающим жажду крови и жертв! Никто не устоял перед ним — жуткие мутации словно выворачивали их наизнанку, лишали разума, превращали в чудовищ. Мы были первым рубежом, и первые же пали. Тысячи моих сородичей влачат пустое, бесцельное существование в резервациях, огороженные от остального мира, живут в ежедневном кошмаре, — и за что? За что им такое наказание? Они вновь обрели разум, но к счастью ли? Томас должен был промолчать, выждать момент, но не мог. — Способ Магистра не выход… — Мой поиск продолжается уже четыре года! — воскликнула Исэль звонко. Наверняка, ее услышали в общем зале. Даже пожилой слесарь удивленно обернулся. — Я ищу чудо, Томас! Чудо, спасшее бы мой народ от вымирания! И оно должно было быть здесь, в Линдене! — Я понимаю… — Ты не понимаешь! — утвердилась Исэль в своих опасениях и выскочила из помещения. — Исэль! — окликнул ее Томас, погнавшись за ней, но эльфийки уже и след простыл. Вместо нее в зале он обнаружил Магистра, смотревшего на вход в убежище. Стоило Томасу появиться в дверях, как Магистр перевел взгляд на него, увидел на его лице все, что хотел, и подошел к Зои. Та пожала плечами, мол, понятия не имею, что здесь произошло. Томас вернулся в комнату и решил не выходить до возвращения своего напарника. — Тайс, передай соли. Дежурный, зажав во рту кусок хлеба, взял с ящика рядом плошку и протянул напарнику. Тот пальцем ее вскрыл, щедро сдобрив похлебку. Пока они ужинали на посту, Томас разглядывал их кинжалы — хорошо заточенные и удобные, хорошо лежат в руке. Изящные. Беженцам такие не купить, не украсть у торговцев. Сами дежурные, которых Томас ошибочно принял за охранников, выглядели вполне опрятно, ели аккуратно, не спешили. Навскидку им можно было дать не больше тридцати. Тайс производил впечатление угрюмого молчуна, неприветливого к незнакомцам, но чем чаще Томас заговаривал с ним, тем лучше узнавал. Именно он задал ему вопрос о значении рисунка на двери. Тайс рассказал, как они с Марком, его старшим братом, бежали от карателей во время вербовки. Осенью прошлого года в их дом, особняк маркиза Визакна, ворвались маги Ордена Солнца с призывом вступить в Магический комитет. Марк на тот момент только вернулся из Королевского университета магических технологий, в котором преподавал. Едва служители Ордена переступили порог особняка, он схватил заранее приготовленную сумку и увел Тайса через задний двор. Марк знал об опасности и пришел уберечь брата от участи стать оружием в руках комитета. Тайс спрятался в Линдене, ожидая вестей, но уже почти год от Марка ничего не было слышно. Томас хорошо понимал Тайса, ему тоже хотелось знать, живы ли родители, но в сложившихся обстоятельствах им всем оставалось лишь жить дальше. Вопреки предназначению Тайс не желал иметь ничего общего с магией. Отучившись в школе, он занялся семейными делами, так и не получив магического образования. Магистр же не смог добиться от него каких-либо впечатляющих результатов, поэтому отправил дежурить на переходе вместе с Бенитом. Бенит в отличие от Тайса на контакт не шел, порой даже не отвечал Томасу, напоминая Лу. Его история оказалась короткой, но оттого не менее жестокой: Бенит был учеником чародея, возжелавшего бессмертия и впоследствии использовавшего своего подопечного в качестве катализатора для ритуала. Выброс магии выжег магическую сеть в теле Бенита, лишив способностей, отчего тот стал бесполезен для чародея. Тайс встретил его уже здесь, на переходе, скрывающегося от вездесущих умертвителей комитета. — Как-то странно получается, — хмыкнул Томас. — Что? — спросил Тайс, проглотив похлебку. — Вы же знаете, зачем создано убежище? Это… секта. Бенит поднял взгляд с миски на Томаса, но жевать не прекратил, как бы спрашивая «и что?». Тайс вздохнул. — Нас не касаются дела Магистра. — Но он вовлекает в них ничего не подозревающих людей! Учит избирательно, обещает то, чему не суждено быть! И, простите, — алтарь?! — возмущался Томас. — Разве может что-то подобное внушать доверие? — Так пойди и спроси это у Магистра. — Почему вы так спокойны, будто думаете, что в любой момент уйдете отсюда? Кто-нибудь уходил? Хоть раз? — Те, кто ушли, никогда не вспомнят убежища. — Тайс, здесь твой брат не найдет тебя! Полупустая миска громыхнула об ящик, чудом не расколовшись. Тайс угрожающе распрямился и открыл рот, чтобы поставить зазнавшегося новичка на место, как вдруг раздался тихий стук в дверь. Бенит глянул в щель между досками и убрал запор. В проходе из темноты появился Лу, промокший от холодного дождя наверху. Бросив взгляд на Томаса, он зашагал вглубь перехода к убежищу. Не попрощавшись с дежурными, Томас последовал за ним. Когда пост скрылся за поворотом, он наконец решился спросить: — Ты сейчас очень занят? Лу не ответил. — Мне нужна твоя помощь. — Спроси Зои. — Нужна именно твоя. Лу резко остановился и развернулся к Томасу. Его злое выражение лица сбило бы с толку даже Магистра. — Я помогаю только Исэль. — И замечательно! Потому что я как раз ищу ее. Да постой же ты!.. Вновь не удосужившись как-то отреагировать, Лу продолжил нестись на полной скорости к убежищу. Томас почти бежал за ним, не собираясь терять из виду. — Лу, я хочу сказать, что оплошал, и собираюсь ошибку исправить! Пожалуйста, ты наверняка знаешь, где найти Исэль! — Я не могу ее найти, — прошипел Лу, не оборачиваясь. Он снова затормозил, только чтобы в щепки разнести деревянную подпорку тоннеля. Томас предусмотрительно сделал два шага назад, не желая превратиться в тренировочный манекен — удар Лу был достаточно многозначительным. Он ощутил неуверенность. — Послушай, я делаю это ради нее… — Делаешь что? — тихо прорычал Лу, трясясь от злости. «И вправду, что?» — подумал Томас, глядя на широкую напряженную спину перед собой, и не мог выдавить ни слова. Не мог предупредить, разубедить или соврать. Укоренившаяся тревога более не имела выхода, она зациклилась в нем, заканчиваясь в тупике и оттуда же начинаясь. Благородный порыв, не воплотившийся в реальности. — Лу, ты же умрешь… — Лучше я, чем Исэль. — Все напрасно! — Покажи ей это. — Лу расслабил плечи и сник, склонив голову. Затем выпрямился и посмотрел вверх. — Иначе никак. Ночью в комнате Магистра было необычайно тихо, словно здесь не спал ее хозяин. Мерное сопение настораживало Томаса, и он ворочался на лежанке, испытывая дискомфорт в любом положении. По полу в довесок противно тянуло холодным влажным воздухом, забиравшимся в складки покрывала и не дававшим согреться. Томас не мог уснуть, но, честно говоря, он и не хотел засыпать. После пережитого днем и матерый медиум сложил бы свои полномочия. Что хуже всего — для кого-то эта ночь будет последней. Как повлиять на ход событий, не подставив себя, Томас не знал. Он мог раструбить всему убежищу, каким злом поистине является Магистр, что все они заперты с ним по собственной воле, но не стал бы, даже если находился под защитой божественных сил. Потому что не существует никаких богов, а Вестники лишь пешки тех всемогущих существ, стремящихся прорваться в наш мир и сравнять все в нем с землей. Откинув покрывало, Томас сел и посмотрел в сторону кровати. Магистр лежал к нему спиной и, судя по всему, спал. Находиться с ним в одной комнате было неуютно, в голову лезли разные мысли: одна неприятней другой. Хуже всего была та, что возникла еще у двери. Томас отвергал ее так отчаянно, словно она могла овладеть им в любую секунду. Но Томас знал — могла, и овладевала. Магистр ведь не с потолка свое прозвище взял? Если им его нарекли за заслуги или мастерство, то он должен успеть остановить Томаса, прежде чем свершится непоправимое. Томас медленно приблизился, мягко ступая по каменному полу, и навис над Магистром. Кинжал Тайса лежал у него в руке и ждал своего часа. Томас тоже ждал знака, который скажет ему — пора. — Долго ты будешь сопеть у меня над ухом? — проворчал Магистр, приоткрыв глаз. — Доставай уже. Томас испуганно отпрянул, но оружие вынимать не спешил. Магистр сел на кровати лицом к нему. — Почему колеблешься? Один удар, и все спасены. — Ну, да, — невесело усмехнулся Томас, — спасены. — Думаю, мы оба понимаем, что это путь в никуда. Они обречены. Ты можешь убить меня, и судьба этих людей будет зависеть от тебя. Но они поймут, кто виноват, а без моей защиты в убежище моментально заявятся каратели. Ты убежишь или останешься, но исход будет один. — Та комната… — …Или ты можешь оставить все как есть, отбросить принципы и помочь мне с ритуалом. — Никаких эммедов ритуал не призовет. — Именно поэтому я хочу, чтобы ты принял в нем участие. — Магистр резко встал и схватил Томаса за руку, заставив замереть в ужасе. — Сними перчатки. — Нет… — Снимай. — Да пошел ты! — взорвался Томас и взмахнул кинжалом, ранив Магистра. Воспользовавшись заминкой, Томас рванул к выходу из комнаты, а затем — из убежища. Времени думать больше не осталось. Третий перекресток по-прежнему был холодным и мрачным. На земле лежал разбитый, но еще не погасший светильник — знак того, что Томас безнадежно опоздал. Дверь впереди зияла черной щелью, и чары куда-то делись. Вопреки здравому смыслу Томас коснулся ее, удостоверившись в этом, и та заскрипела, открываясь. В комнате кто-то был. Его присутствие ощущалось слишком остро для какого-нибудь фантома. Томас хотел позвать Лу и услышать в ответ голос, который сказал бы ему, что все в порядке, или что все не в порядке, или что на самом деле здесь чья-то древняя гробница, да что угодно! Но не успел вопрос прозвучать вслух, как из глубин комнаты послышался задушенный стон. Светильник опасно мигнул, выхватывая движение на полу. Томас сделал шаг и увидел Лу, лежащего на полу со свернутой шеей. Тусклый свет едва освещал его искривленное тело, лежавшее на спине, но лицом вниз. Конечности также были изломаны и словно держались на шарнирах. Под ним уже натекла приличная темная лужа крови. Томас надрывно задышал, отходя назад, и Лу дернулся в его сторону. От испуга Томас споткнулся и чудом не упал, но светильник погас на три самых долгих секунды в его жизни. Когда свет вернулся, Лу уже стоял на четвереньках и смотрел на него разъехавшимися глазами. Томас бросился из комнаты, слыша, как существо затопало позади, выбивая дверь вместе с петлями. Дверь пролетела вперед на невероятной скорости и разлетелась в щепки о стену. Его преследовали. Он не верил, что это происходило с ним. Силива должна была стать чистым листом, где нужно выживать в дикой природе, а не спасаться от тварей безумного призывателя! Внезапная головная боль мешала думать о путях спасения. Оборачиваться не имело смысла — существо хрипело и перебирало конечностями достаточно громко, чтобы нагонять страха. Томас мчался по туннелю куда-то вперед, но не узнавал местность. Кажется, он случайно свернул на одном из перекрестков и убежал в другую часть коллектора. Здесь на стеллажах стояли деревянные бочки и ящики и тянуло сыростью — примерно так выглядел склад на пристани, значит, где-то должен был быть выход на поверхность, но в темноте отыскать его не представлялось возможным. Бежать дальше Томас не мог — туннель закончился тупиком. В отчаянных поисках укрытия Томас едва не пропустил приближение твари. Взобравшись на стеллаж, он заныкался между ящиками и затаил дыхание. Сердце выстукивало бешеный ритм, заглушая внешние звуки. Существо прошло рядом, не остановилось, потыкалось по углам и прошаркало обратно. Оно даже не стало искать его, что само по себе отличная новость. Значит, его цель не убийство кого-то конкретного. Томас выбрался, как только стихли надрывные хрипы. Теперь — выход. Над этой частью коллектора определенно находился причал, осталось найти слив в море. Если прислушаться, то с противоположной стороны от той, откуда пришел Томас, пахло солью и влажностью. Земля под ногами с каждым шагом хлюпала все больше, вскоре сменившись водой. Томас радостно зашлепал к повороту и свободе, как вдруг навстречу ему двинулась чья-то тень. Без сомнений кто-то из Вестников сильно его невзлюбил, раз удача отвернулась от него в последний момент. Назад дороги нет, подумал Томас и, глубоко вздохнув, выскочил из-за поворота. Эффект неожиданности сработал, и шествующий ему навстречу остановился. Послышался звук натягиваемой тетивы. — Томас?.. И все же Вестники снисходительны. — Ох, хвала небесам… Я чуть не сбил тебя с ног. Думал, мне конец. — Что происходит? Почему ты весь в грязи? — Нам срочно, срочно нужно покинуть коллектор! Здесь небезопасно, возвращаться в убежище нельзя!.. — Томас осекся, когда Исэль одним молниеносным движением вновь подняла лук и отпустила тетиву. Стрела просвистела над ухом, с мерзким звуком воткнувшись во что-то мягкое. Темнота позади заклокотала, заколыхалась и разошлась, являя растянувшуюся в воде тварь с простреленным глазом. — Откуда здесь нежить? Ух, смердит… — Оно преследовало меня от самого убежища. С ним не совладать! Отсюда нужно выбираться и как можно скорее! — запаниковал Томас, схватив Исэль за плечи. — Идем на поверхность, там у нас есть шанс затеряться… — Тише, Томас, ивовые стрелы зачарованы на антимагию, оно больше не встанет. — Это не нежить! Стоило Исэль открыть рот для еще одного вопроса, как от полутрупа раздался булькающий хрип. Торчащая из глазницы стрела придавала ему тошнотворный вид. Томас попятился от него, собираясь бежать к выходу, в то время как Исэль нетерпеливо и даже как-то раздраженно выпустила еще три стрелы в голову твари, укладывая ее обратно в грязь. В коллекторе стало светлее, видимо, кончился дождь, и разошлись тучи. Слышались лишь журчание сливов и сиплые стоны полумертвого существа. Оно не умерло, и Исэль сделала шаг к нему с намерением изгнать нечисть. Но освященный кинжал чуть не выпал у нее из руки, когда лунный свет проник внутрь коллектора. — Не может быть… Исэль едва дышала. Томас понимал, что такими темпами их постигнет та же участь. — Лу пошел на сделку с Магистром, но тот не остановится ни перед чем, пока не убьет тебя. — Это ложь… — Ты прекрасно знаешь, что я не вру. У нас больше нет времени. — Времени для чего? — Пойдем скорее. Пока эта штука жива, мы в опасности. Выход из коллектора находился прямо под пристанью. Томас вдохнул чистый морской воздух, ощутив исходящий от него самого запах нечистот. Учитывая, какие грязные делишки проворачивал в своем убежище Магистр, неудивительно, что не вляпаться не удалось. Вместе с Исэль Томас вышел на мостик под причалом и поднялся по лестнице у склада. Как и ожидалось, капитан стражи выставил дозор, дежуривший у ворот. Мимо них не составило бы труда прошмыгнуть незамеченными, если бы не их уродливая ищейка. Даже издаваемый досками скрип среди шума волн привлек ее внимание, но, видимо, не был достаточным поводом для проверки. — Ты умеешь зачаровывать в полевых условиях? — прошептал Томас, спустившись обратно на мостик. — Для этого мне нужны драгоценные металлы или камни, иначе зачарование пройдет впустую, и какой-нибудь кристалл магии. Но зачем нам?.. — Вот, — Томас достал из своего мешочка кольцо, — опал подойдет для чего-нибудь вроде скрытия присутствия? Самое дорогое, что у меня есть. — Боюсь, что нет, — слегка растерянно отозвалась Исэль, — но если зачаровать на бесшумность, то можно будет использовать легкую поступь. — Лучше, чем ничего. Исэль покопалась у себя в подсумке в поисках маломальского кристалла и выудила один. После короткого ритуала зачарования, проходящего в основном внутри крепко сцепленных ладоней Исэль, она протянула кольцо Томасу. Томас надел его и натянул перчатку обратно. — А ты? — Поверь, я смогу незаметно пройти мимо ищеек, — эльфийка накинула капюшон и, не издавая не единого звука, поднялась на пристань. Томас поспешил за ней. Миновав склад, они двинулись вглубь города. В разгар ночи ощущалось некое напряжение, повисшее в воздухе. Безлюдные улицы патрулировали стражники с факелами, слишком непринужденно, словно не был объявлен розыск подпольных магов. Скрывшись от лунного света в темном переулке, Исэль вдруг остановилась. — Мы же не бросим жителей убежища? — Ты в своем уме? — возмутился Томас. — Коллектор проклят, только могущественные заклинатели теперь смогут туда спуститься. — Что?! Я думала, мы идем спасать жителей! Они погибнут! — Они уже скорее всего мертвы! — повысил голос Томас и тут же нервно огляделся, схватив Исэль за руки. — Послушай, ты говорила, что призыв не по твоей части, поэтому прошу, пожалуйста, поверь мне — тому, кто не раз столкнулся с этим дерьмом. Лу мертв, а то, что от него осталось, обречено шататься по туннелям, нападая на все живое. Он аномально силен и обладает хрен знает какими способностями. То, что его призвало, и рядом не стоит с некромантией. Исэль определенно верила ему. Это отражалось в ее взгляде, когда она отчаянно хотела найти ложь в его словах и не чувствовала противной горечи неискренности. Ей пришлось осознать одну простую вещь — эмпатия не дарует всезнания. Томас мог располагать недоступными знаниями о магии, но что, если он ошибался? Магистр хотел помочь беглецам, но ценой чего? Жители всем сердцем верили в справедливый суд эммедов, но понимали ли они, на что соглашались? Вот почему ее поиск так до сих пор и не завершился. — Мы вернемся в убежище, — упрямо сжала губы Исэль и сбросила руки Томаса. — Нужно забрать вещи и встретиться с Магистром. — Вероятно, его там уже нет. И нам быть не следует. — Мы вернемся, — настояла Исэль, нахмурившись. — Я защищу тебя. Мне нужно убедиться. Просто убедиться. — В чем? — Что ты прав. За время своего путешествия Томасу не раз приходилось принимать решения на ходу. Часто они оказывались весьма неэффективными, что только усложняло ему жизнь, но чем больше трудностей возникало на пути, тем лучше срабатывала его интуиция. С того инцидента дома он практически постоянно находился в стрессе, просчитывая побег на пару ходов вперед. Прибытие в Силиву вселило в него иллюзорное чувство безопасности, заставившее потерять бдительность. Чем хуже становилась ситуация, в которую ему не посчастливилось попасть, тем быстрее росла его осторожность. С приближением ко входу в убежище чувство преследования измотало Томаса до холодного пота. Чужое присутствие позади уже не щекотало — ввинчивалось в хребет. Исэль наверняка заметила его еще раньше, но не подавала виду, так как они оба находились в невыгодной позиции. Любое лишнее движение или звук стали бы сигналом для нападения. Добравшись до спуска в коллектор, Томас глубоко вдохнул прохладного воздуха и последовал за Исэль. Дверь в убежище предстала перед ними грудой щепок. Внутри в туннеле не было дежурных. Осторожно обойдя обломки, Исэль прошла немного вперед и остановилась на полушаге. Рядом с разбитой подпоркой лежало истерзанное тело Бенита. — Должно быть, он пытался задержать чудище, — пробормотал Томас, глядя на его раскуроченную грудную клетку. Бенит сжимал кинжал в руке, отброшенной в другую сторону туннеля. Холодея, Томас нащупал кинжал Тайса на поясе. Что, если они смогли бы отбиться, будь у них второе оружие? — Идем, — хрипло прозвучал голос Исэль. Она держала снятый со стены факел. Звук шагов не раздавался в коллекторе, Томас и Исэль шли под аккомпанемент падающих капель, скрипящих решеток и бегающих крыс — даже те старались не шуметь понапрасну. Путь до убежища оказался чист, однако сами врата пострадали куда сильнее, чем думал Томас. Створки висели криво, и прохода внутрь было не видать за камнями — похоже, убежище замуровали изнутри. Или оно полностью обрушилось. Исэль молча развернулась, повела Томаса к первому перекрестку и свернула направо, где оказался спуск на уровень ниже. — Здесь повсюду вода, поэтому гляди в оба. Разумеется, Томас чуть не шлепнулся в скопление дохлых пауков размером с кулак, когда пытался нашарить ногой под водой ровный выступ. Что-то плеснуло в углу. Томас надеялся, что это не какие-нибудь подводные паразиты. Исэль вскарабкалась на большой камень и заползла в маленькую дыру, уходящую наверх. Подавив приступ клаустрофобии, Томас полез следом. В какой-то момент ему даже показалось, что он застрял, но оказалось, его мешок всего лишь зацепился за что-то. — Если выход завален, я обратно не полезу, — предупредил он, чуть не получив каблуком сапога в нос. Выбросив из дыры факел, Исэль вывалилась вперед и тут же его подхватила, осматривая помещение. Едва высунувшись, Томас тоже обратил взгляд вверх. Они попали в комнату с рассыпающимся потолком, ремонт которой был еще не завершен. Каким чудом при обвале здесь все уцелело? Подав знак, Исэль двинулась вперед, как вдруг из-за дверного проема блеснуло лезвие кинжала, нацеленного прямо ей в голову. От которого она, впрочем, легко увернулась, и тот воткнулся в стену в опасной близости от уха Томаса. Слишком поразительные совпадения! — Зои, — предостерегающе произнесла Исэль, ожидая появления нападающего. — Почему я даже не удивлена тому, что ты жива? — Зои вышла из-за угла и сплюнула на землю. Пропитанная кровью тряпка закрывала ей голову и глаз. Ногу туго обхватывал кусок ее жилетки. — И твой парень тоже. — Кто-то еще выжил? — Тебе-то что? Не хватает материала? Пришла разжиться трупами? — Что ты несешь вообще? — разозлилась Исэль, чуть опустив факел. — Я тебе никогда не доверяла. Я стерпела, когда ты притащила Лу, но когда этот умник пришел сюда, все полетело в херову бездну! — Я приводила всех, кто нуждался в помощи! Чем другие лучше? — Их приводил Магистр, не ты. Ты их только находила. От них никогда не было проблем. И не будет, но тебе так даже лучше, наверное. — Почему ты винишь меня? Зои усмехнулась и шаркнула перевязанной ногой, пнув камешек. — Да вы все предатели гребанные. Думали, раз мы верим в суд Эммедов, нас можно и в другие ритуалы запихнуть? Пускать кровь, приносить в жертву? Лу бы себе глаза вырвал и сожрал, если бы ты попросила, вот он и первым вызвался. Но что-то пошло не так, да? Нужны были еще смерти. Как удобно — убежище совсем недалеко! А мы взяли и дали отпор, а ты, сука, лучше подумала бы дважды, прежде чем возвращаться сюда. — Я не понимаю… Это абсурд, я не знаю, как это произошло! — Конечно, зачем тебе понимать что-то, разбираться с последствиями. Гораздо проще что-то намагичить и оставить, как есть. Обычно так все происходит, а? — Тебе это Магистр сказал? — вступил Томас. — Обвинил во всем нас с Исэль? А сам он здесь? Я очень сомневаюсь. Дай угадаю, он героически выступил против чудища и пропал, верно? — Пошел ты, — прошипела Зои, держа нож в одной руке и другой хватая себя за локоть. — Прикидываешься идиотом, когда на деле больной на всю голову! — Если кто-то еще уцелел, мы выведем вас. — Ты, мнится, не слышал меня… Зои прервал плеск воды и стон, исходящий из дыры в стене, откуда только что вылезли Томас с Исэль. Он раздавался все ближе, к нему прибавилось шарканье каменной крошки. — На выход из комнаты, быстро! — скомандовал Томас, выхватив кинжал из стены, и толкнул Исэль на Зои. Если он правильно помнил, потолочную подпорку решили подвязывать не слишком толстой веревкой, чтобы она не выскользнула из щели. Одного удара острым лезвием должно хватить, чтобы перерезать ее. — Томас! — позвала Исэль из холла. — Сейча-ас… — выдавил он, налегая на подпорку и выбивая ее из пазов. — Есть! Однако потолок как назло решил не обваливаться. Стоны и надрывные хрипы становились различимее, и Томас изо всех сил размахнулся толстым поленом, чтобы ударить по рассыпающейся плите потолка. Послышался хруст камня, и от плиты отвалился огромный кусок, упавший прямо позади Томаса. Напрягшись, как в последний раз, он выпрыгнул из-под камнепада в холл. Комнату полностью завалило. Исэль помогла ему, прокатившемуся кубарем по короткой лестнице и кашляющему от пыли, подняться на ноги и отряхнуться. — Отлично сработано, Томас! Ты отрезал нам единственный оставшийся путь из этой норы! — вспыхнула Зои, прекратив оторопело разглядывать каменную кучу. — Надо было дать ему войти и нас поубивать? — Надо было отдать тебя ему, может, он бы успокоился, — процедила она и плюхнулась на ступеньки, держась рукой за голову. Из самой дальней комнаты холла послышалось слабое писклявое «Зои?». Девочка, некогда жившая с мамой там, где сейчас валялась куча каменных глыб, выглядывала из проема. Зои посмотрела в ее сторону, усмехнулась и засмеялась в голос. — Эрмеды Всемогущие! Мы все покойники! — задыхаясь от хохота, прокаркала она надломленным голосом. — Заперты с сумасшедшими некромантами! Не совсем так я представляла себе собственную кончину. Окруженная отступниками, паскудами без царя в голове! — Что же ты сидишь тогда? — фыркнула Исэль. — Нападай. Убей меня, если тебе станет легче. — За дуру меня держишь? Я к тебе не приближусь. Если хочешь умереть, отползи подальше и вскрой себе горло. И лучше бы тебе удостовериться, что твой труп не восстанет. — Умирать глупо, когда есть надежда на спасение. — Это у кого же? Похоже, что разговор вернулся к началу. *** Исэль сдержанно вздохнула и глянула на Томаса, внимательно исследующего стену рядом с обвалом у главных ворот. Если у него появился какой-то план, Исэль следует помочь ему выбраться, пока обстановка не накалилась до предела. Хотела бы она успокоить выживших, но Зои в красках дала понять, что любые действия с ее стороны повлекут за собой неприятные последствия. В комнате Магистра Томас был настолько сосредоточен на поисках чего-то, что совсем не реагировал на обращения Исэль. После невероятного прыжка сквозь падающие с потолка глыбы он словно забыл об усталости. Поднялся как ни в чем не бывало и, едва переведя дух, принялся обыскивать углы убежища, ползать вдоль стен, копаться в оставленных вещах Магистра. Он был похож на фокусника, которому оставалось лишь нащупать потайной рычаг, чтобы успешно завершить номер. Часики тикали, отсчитывая отведенное время, и если Томас не найдет выход, то кое-кто найдет вход. Странно, что Магистр оставил столько полезных магических штучек в своей комнате. Здесь на полках стояли баночки с глазами и другими заспиртованными частями тел животных, по столу были разбросаны примитивные амулеты-накопители и осколки кристаллов. Разумеется, никаких записей или артефактов, лишь всякий расходный мусор. Из кучи использованных свертков Исэль выудила небольшую простенькую карту Силивы с нанесенными городами, крупными населенными пунктами и прочими примечательными местами. От обычной карты ее отличало лишь наличие странных красных символов и жирных черных точек, поставленных в случайных местах — в лесах на крайнем севере, в деревне на границе Единого Королевства и ее родной страны, на южном острове дроу… И в Краю Вечной Ночи. Чем бы эта карта ни была, Магистр не видел в ней большого смысла. Исэль сделала шаг вперед, делая еще одну попытку привлечь Томаса, как вдруг тот замер у стены и обернулся. — Здесь, — охрившим голосом констатировал он. — Выстрели ивовой стрелой в эту щель. — Это… должно помочь? — осторожно поинтересовалась Исэль, доставая лук. — Просто… сделай. Напряжение Томаса ощущалось в воздухе натянутой струной, ненароком передаваясь Исэль. Естественным, но излишне медлительным движением она отправила стрелу в полет, попав точно в цель. После чего, словно по команде, каменная стена осыпалась, явив темный узкий проход. — Магистр ушел этим путем, — пробормотал Томас, оглядывая туннель изнутри. Его вещи уже были при нем. — Скорее всего, на том конце выход за городом. Идем. — Подожди, я должна привести остальных, — бросила Исэль через плечо, но Томас схватил ее за руку. — Я их не оставлю. — А они бы тебя оставили. Резкость слов ошеломила Исэль, в них прослеживалась ужасающе твердая решимость и холодный расчет. Когда Томас стал обладать столь пугающей готовностью бросить кого-то позади? До их встречи? Осознавал ли он свое поведение? С врожденной эмпатией Исэль хорошо распознавала чужие чувства, и так же легко путалась в них, когда их природа не укладывалась в ее представления о ком-то. — Зачем ты?.. — Я не хочу, чтобы твой поиск завершился здесь. Этим людям некуда пойти, только если ты не поведешь их за собой. Очнись же! Именно от тебя зависит, выживет твой народ или нет! — Но я не смогу… — ослабевшим голосом возразила Исэль, не отрывая взгляда от пола. — Их же… — Оставь беженцев на Зои. Мы нашли для них выход, остальное — за ней. Сейчас она для них единственная надежда. Лучшее, что мы можем — тихо уйти. Все же Томас оказался прав. По пути на поверхность Исэль не раз казалось, будто за стенами в толще земли что-то движется по знакомым наизусть туннелям. Множество ног топтало подземную грязь, вызывая различимую опытным чутьем следопыта дрожь. Исэль постаралась сосредоточиться на дыхании, чтобы не слышать шума позади. Ей было противно от — и страшно за — себя. Когда они выбрались на поверхность, их по-прежнему окружала темнота. Дул свежий ветер, прогоняя из легких привычную затхлость канализации. Вдали город горел огнями факелов. — Куда ты пойдешь дальше? — накинув капюшон, спросил Томас, и Исэль вздрогнула. У нее не было совершенно никакого плана. К тому, что все рухнет в одночасье, она не готовилась, ведь обещания Магистра обнадеживали, заставляли верить, что чудо уже на пороге. — Никуда. Я просто… не знаю. Есть идеи? — Серьезно? У меня даже карты нет, и я не имею ни малейшего понятия, куда ведет эта дорога. Вздохнув, Исэль молча всучила Томасу в руки сверток и горсть амулетов, которые прикарманила для себя на случай, если возникнет ситуация подобная той, на причале. Ей, впрочем, не нужно быстро восстанавливать магию, а Томас наверняка найдет им более полезное применение. — Надеюсь, это поможет тебе в твоем путешествии. Салем Мар’Хаос, фенан нави’ли… улисс тиш. Да уберегут тебя Эрмеды в пути, да поведет тебя звезда покровителя. — Исэль взяла Томаса за руку и начертила что-то у него на ладони. — Это путеводная руна. Она защищает, пока ты движешься вперед. «Пока у тебя есть, куда пойти», — добавила Исэль мысленно. — Спасибо. — Эльфийка подняла напряженный взгляд, но чем дольше смотрела в глаза напротив, тем печальнее он становился. — Надеюсь, мы больше никогда не увидимся. Томас застыл, но спустя мгновение согласно кивнул, не чувствуя сожаления. Бессмысленно искать оправдания, когда все уже произошло. Чудо, которого так долго ждали, свершилось — события сдвинулись с мертвой точки. Их всегда будет разводить дорога.