ID работы: 7523610

Кристаллическая Жизнь.

Mass Effect, Stellaris (кроссовер)
Джен
NC-17
В процессе
2483
TheMiCarry бета
Размер:
планируется Макси, написано 48 страниц, 12 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
2483 Нравится 428 Отзывы 752 В сборник Скачать

Глава вторая: Север — это вниз.

Настройки текста
Примечания:
      Закончив трапезу, я вернулся обратно на ноги. Мысли тоже были более-менее структурированы и усвоены, в том числе и чужеродные. И их содержание пусть и было представлено черно-белой картинкой, а иногда и вовсе контурами — всё же смерть неплохо так повредила «мозг» моего сородича — была весьма богата на подробности... но вот эти подробности совсем меня не радовали. Амфибии пользовались оружием, в том числе и стрелковым, сделанным из сырого металла — во всяком случае, мне хотелось надеяться, что это сырой металл, а не сплавы — дерева, кожи животных и кусков моих сородичей. Всё это позволяло сделать один очень неприятный вывод: мы для них — всего лишь ресурс, и успешно добываемый. А значит, лучшая стратегия — это где-то спрятаться, ведь я очень сильно сомневаюсь, что я один такой уникальный. Возможно, есть другие колонии, ведь оторванные когти и лапы в руках некоторых гуманоидов превышали размер мертвого собрата, а тут я таких даже не наблюдал, даже память молчала. Во-вторых, дело пахнет Вархаммером, и это уже заставляет меня вспоминать все известные молитвы и копать как можно глубже. Кроме шуток и воспоминаний о прошлой жизни, эти земноводные — как я их только уже не обозвал — были колдунами, которые могли испускать огонь и бить зарядами электричества. Хорошими такими разрядами, которые прошивали слои камня. И в памяти моего собрата не было ни одного эпизода, в котором бы не фигурировали эти «маги». Конечно, всё это может быть стечением обстоятельств, вот только лучше я буду держать в уме условие, при котором вся раса этих земноводных является «псайкерами», что, скорее всего, так и есть, раз тут у нас буквально целая бескрайная пустыня наркотика для развития псионики. Так что пока у меня не будет достаточно «мяса» или своих колдунов, то лучше я к ним лезть не буду, а буду убегать и прятаться, а также молиться чтоб меня не нашли.       Ну а в-третьих, похоже, я попал в полную жопу. Вархаммер 40K — мир вечной войны, буквально вечной. Геноцид всего, что шевелиться, а что нет, шевели и убивай. И молись, молись и ещё раз молись, чтобы тебя не разорвало экстерминатусом. Учитывая мою сущность «поганого ксеноса», крайне поганого, прошу заметить, т.к. у меня и вид жукообразный и колдовство в наличии, то всё. Выстраивай оборону, жри, убивай, заражай, проводи сеансы медитации и прислушивайся к голосам в голове — вдруг некоторые из них не твои. Хотя есть шанс, что я — какой-то сомнительный подвид тиранид, и это снимает с меня беспокойство о ещё больших «бедах с башкой», обеспечивая целый ворох других проблем. Конечно, можно всё свести к паранойе, но лучше я буду беспокоиться, чем в один не очень прекрасный момент ко мне заявится полчища грибов для «лутания и пастука» и отправят меня на вечные муки или того хуже, на респавн.       А потому, окончив рефлексию, я подрядил воинов и подрядился сам на роль почётных землероек, и вместе с тройкой рабочих, забравшись в самый дальний угол пещеры, мы принялись делать то, что нужно делать в любой опасной ситуации — копать глубокую яму. Пусть со стороны это кажется смешным, да и воины к копанию не привыкли и пытаются «отлынивать» на голых инстинктах от непрофильной работы, но мы копали без отдыха и без перерыва, иногда копая некоторые ответвления в сторону пустыни для того, чтобы сделать этакие желоба, по которым песок сам будет спускаться сюда какое-то время, пока не кончится. Довольно примитивная технология, но она существенно сокращает время. Нам не надо бегать туда-сюда, мы можем просто поесть из жёлоба. Главное — не забывать рыть его так, чтобы «песок» не засыпал основной проход, поскольку я пару раз накосячил, и пришлось делать обходные туннели.       Пока мы копали «винтовой лесенкой», я не забывал рыться в генетической памяти на тему более профессиональных землекопов, песконосов и камнегрызов. Они были, не могло их не быть, так как терраформирование и ландшафтный дизайн для существ роевого типа — вопрос первостепенной важности! А потому на несколько дней или даже недель я погрузился в полу-медитативное состояние, где я копал, ел и расшифровывал, собирал пазл и решал уравнение под общим названием «генетическая память» со строго определённой целью.       Спустя некоторое время я нашёл нужные шаблоны. Первый — практически классический жук-рогач за исключением того, что его «рога» могли быть прижаты к телу и разведены в разные стороны, а ещё не имели «ветвления», но зато имели вид этакой гнутой кувалды или дубины. Зато бил он этими жвалами-кувалдами со страшной силой и буквально мог дробить скальные породы и слои тяжёлых металлов, а за счёт вторых, более мелких и аккуратных челюстей, а также кислоты, которая вырабатывалась его организмом, был в принципе не только универсальным крушителем скальных пород, но и плохоньким «строителем», однако под мои запросы не подходил. Он был слишком огромен, слишком прожорлив и слишком разрушителен. Безусловно, стаи таких «разборщиков» способны срыть гору в довольно короткие сроки или устроить локальное землетрясение — в теории и с большим извращением — но мне требовался перфоратор, а не отбойный молоток.       Вторым вариантом был кислотник-тунелепрокладчик. Существо, чем-то похожее на муравья, но с маленькой головой, без грудного сегмента, огромным брюшком и сосуще-грызущим ротовым аппаратом. Он буквально присасывался к камню и плевал на него кислотой, а полу-растворенный субстрат запасал внутри себя. Вариант был бы идеальным, но было несколько «но». Существо было тупым как пробка, ему был нужен поводырь, особый симбионт, который подключается к мозгу и постоянно транслирует необходимую линию поведения для особо безмозглых созданий, которых и вовсе можно записывать в разряд органических машин, также оно требовало времени на выращивание. Самое неприятное, рано или поздно это существо разносило настолько сильно, что то просто умирало, либо умирало из-за многочисленных проколов брюшка, из которого доставали «цемент». Система выведения отходов у него просто не была предусмотрена, да и ело существо не само, «машину» нужно было останавливать, посыпать ей путь «едой», и только потом снова «включать».       Третий вариант – медведка, причём вполне обычная и без изменений, за исключением того, что состояла из кристаллов и металлов. Вариант ещё более прожорливый, чем рогач, но наиболее универсальная и менее крупная в своей начальной стадии, чем он. При этом она была вполне нормальным существом, а не «биомеханизмом». Правда, к ней нужны были те, кто будет выносить «мусор». Подумав над последней идеей, я просто выточил тележки, колеса, более-менее круглые, и взгромоздил их на спины рабочих, после чего начал тренировать их таскать мусор и выкидывать его из гнезда. Так действительно получалось быстрее, даже без всяких медведок, но шаблон на одну я заложил, помимо этого увеличив количество маток и рабочих. Инстинкты требовали от меня производить больше воинов, но я счёл за лучшее их подавлять.       Постепенно колония переезжала всё глубже и глубже, попутно увеличивая численность, причём довольно быстро, так что вскоре я позволил «завести» вторую медведку, очень и очень прожорливую — она одна ела как тридцать рабочих. Многие матки и рабочие не только из первого, но и из второго поколения уже совершили одну «линьку», став почти вдвое больше себя предыдущих, а воины, которые полиняли дважды, уже составляли одну вторую от размера мертвеца. Правда, полностью лишились возможности копать, но зато отлично использовались мной как тяговые лошадки, хотя и были не совсем «довольны», что находятся не подле меня.       Да, ещё один момент: мои «миньоны» тоже имели некие зачатки телепатии и даже транслировали свои эмоции. В основном, это была радость, выражение привязанности, благодарность мне, беспокойство в связи с нехваткой места или еды. Собственно, так я и понимал, что требуется расширения сети пещер или новый «пылепровод», а ещё беспокойство о том, что мне опасно ходить без сопровождения, что проявляли воины и медведки как более продвинутые существа, которые прекращали работать тогда, когда я появлялся в зоне раскопок, и меня теоретически могло прибить. Так что, в итоге, единственное, что я делал — это ел и рос, руководил расширением муравейника, численностью популяции, изучал генетическую память и «игрался» с псионикой.       Спокойно я сидеть не мог, и мне не позволила бы ситуация. В один не прекрасный день на нас обрушился шторм. Что вообще представляет человек при слове «шторм»? В повседневной жизни, как правило, это ветер, ломающий деревья, а при сильно неблагоприятных обстоятельствах — срывающий крыши не особо крепких домиков. Куда более опасные шторма ломают здания, разрушают инфраструктуру и вообще способны стирать небольшие деревеньки и наносить серьёзный ущерб инфраструктуре города. Шторм же, который обрушился на нас, моментально убил всех тех, кому не повезло выйти из пещеры — рабочие, которые в тот момент там были, разлетелись в мелкую взвесь, и единственное, что я «увидел» их глазами перед тем, как они умерли, это десятки молний, бьющие в землю. А после гнев стихии ощутил и весь улей. Он буквально содрогнулся от многочисленных ударов, а треск непрекращающихся разрывов и звуки электрических разрядов врывался в сознание неестественным грохотом. Несколько секций тут же обрушилось, и я спешно отдал приказ перегнать всех маток в самый отдалённый и глубокий туннель, а также перетащить туда яйца с наиболее поздней стадией развития, которым до вылупления оставалось совсем чуть-чуть.       Рабочие, наскипидаренные моими мыслями и эмоциями, стали выполнять поручение крайне быстро, да и некоторые матки сами ломанулись вон с самых верхних этажей, куда тут же ворвался ветер, из-за чего пару не особо удачливых маток просто стёрло в пыль. Но времени всё равно не хватало, и очень скоро некоторые секции были попросту завалены. Хотя эвакуация проводилась в крайне быстром темпе, спасать всех не удавалось — буря, обрушившаяся на нас, явно с высокой вероятностью была олицетворением такого понятия как электрический ад. Она била и била, не прекращаясь, и вскоре рухнул и второй этаж, погребая нас глубже и убивая тех, кто не успел выбраться оттуда — восемь рабочих и ещё две матки, что куда больнее резануло мой разум. Одна из них была первого поколения и была куда больше, производительней, да и связь с ней была куда как крепче.       Оставшиеся матки спрятались под одну из медведок, в то время как вторая начала копать практически ровно вниз. А буря и не думала утихать, и вскоре я услышал, как рухнули некоторые секции третьего этажа, но часть держалась. Дальше буря чуть поутихла, хотя треск и хруст не прекратились, а просто стали куда как тише. Раскопки продолжались, а я сидел и думал. Думал, где достать еду. Все каналы, по которым спускался песок, располагались на втором и третьем этажах, ниже мы просто не успели проложить путь. Безусловно, у нас были запасы, натасканные для медведок, вот только этого хватит максимум на полтора дня. При ОЧЕНЬ сильной экономии. Питаться скальной породой — не вариант, это по человеческим меркам даже хуже, чем хлеб и вода, но вот если разбавлять, то можно растянуть на три дня.       А буря и не думала утихать, она продолжалась, и вскоре мне стало понятно, что и третий этаж рухнул полностью, а к раскопкам приступила вторая медведка. Путь наш длился уже, казалось, полдня и мне на ум пришла довольно неприятная, но креативная идея. Несколько почти созревших яиц были выпотрошены, а содержимое их съедено, хотя как сильно меня коробило от всех ассоциативных цепочек и «предсмертных криков» нерождённых. Гримдарк и мир смерти: агрессивные аборигены-колдуны и природа, включая климат... х*ли я удивляюсь. Получившиеся «бочки» я использовал, чтобы консервировать туда смесь, так было куда легче её переносить. Матки вообще в мыслях излучали едва ли не истерику и, наверное, уже накинулись на меня, если бы это было хотя бы теоретически возможно, но вот «ненависти» я хлебнул достаточно. И то, что она была направлена на ситуацию, а не на меня — помогало слабо, так как я точно мог представить, куда бы её направило более свободно мыслящее существо. Ещё один мрачный плюс условно коллективного разума — какое бы дерьмо ни случилось, тебя не станут презирать и ненавидеть... разве что только ты сам, но на рефлексию у тебя точно нет времени. Если, конечно, хочешь выжить.       На второй день наш импровизированный караван уже вошёл в некоторый ритм, а моё желание выжить стало коллективным. Единственные, кто ел вдоволь, был я, так как если голодал я, то замедлялась вся стая, а всё из-за того, что мои мысли становились бы медленнее, и медведки, потому что я всё ещё слышал проклятый треск ударов молний о камень, а значит надо было продолжать копать, хотя мы и зарылись уже довольно глубоко. Пара рабочих и одна матка умерли от голода. Таким образом, с начала катастрофы наша численность сократилась в половину.       На конец третьего дня, когда я думал, без кого у меня будет третье поколение, без рабочих или без маток, наш караван рухнул вниз. Буквально. Пол под нами провалился, и я полетел вниз. Когда я уже мысленно составил первую строку завещания и приготовился к мучительной боли посмертия, то просто приземлился и ударился о каменную поверхность подземной пещеры. При ударе о землю у меня отлетела одна из четырёх ног, что было больно, но терпимо. Умер один из воинов, и одна медведка, очень неудачно приземлившись... на огромные кристальные пики, отливающие ярким зеленым цветом, а также оттенками синего и пурпурного. И выглядели они очень и очень «аппетитно» для моих инстинктов. Отдав приказ «жрать» всем выжившим, коими были одна медведка, один воин, двадцать рабочих и восемь маток, а также восемь яиц с тремя матками и пятью рабочими, те, которые не были пущены на провиант и бочки для провианта, я выдохнул. Хотя бы от голода не умрём... я надеюсь.
Примечания:
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.