Часть 3.
1 марта 2019 г., 00:35
Всего один твой взгляд, как солнечный удар. И мир, который снова изменился навсегда. От равнодушия до притяжения. Всего одна улыбка в направлении меня. Даша Астафьева «НЕСМЕЛАЯ»
— Доброе утро, солдат. Приятный голос проговаривает последние кодовые слова. Интонации были другими. Куратор Пирс имел глухой, местами срывающийся в крик голос. А этот был тёплым, наполненным каким-то уютом. Хотя, что такое уют Солдат не мог знать. Слова сами всплывали в сознании. Приоткрыв веки, он взглянул в лицо новому Куратору. — Доложить о состоянии, — прозвучала команда. Приятные черты лица, тёплые золотистые глаза и уверенный взгляд. — Функциональность 75%. Необходимы проверка протеза и восстановление физических показателей. Состояние нормализуется. — Подъём, Солдат. Моя фамилия Рамлоу. Я — новый куратор. Обращайся ко мне Командир. Сейчас мыться, затем восстанавливать физические показатели. Как понял? — Команды ясны. Приступаю к исполнению. Пытаясь встать, он не рассчитал, что тело ещё слабо после крио и сотрясает в ознобе. Пошатнувшись, он чуть не упал, но твёрдая рука, удержавшая от падения, помогла выровняться. — Роллинз, Таузинг, помогите принцессе добраться до апартаментов. Сам не дойдёт. Чужие руки подхватили с двух сторон и поволокли безвольного солдата в сторону душевых. Руки скользили, пытаясь удержать мокрое от криогеля тело. Сгрузив его в угол, охрана вышла, оставляя один на один с Командиром. — Ну что, принцесса? Давай мы тебя вымоем, а потом пожрём. — Над ухом раздался хриплый шёпот, а на голову хлынула на удивление тёплая вода. Страх, напряжение отступили, оставляя неверие и мешанину совершенно непривычных чувств. Зажмурившись, Солдат с наслаждением подставил лицо тёплым струям. Вода грела, отпуская холод, сковавший все внутренности. — Вот и хорошо, снежинка. Молодец. На голову легла крупная ладонь, массируя кожу, втирая шампунь, остро пахнущий цитрусами. — Сейчас, ещё немного. Тело ещё трясло, но уже не от крио. Поток тёплой воды иссяк, обдав кожу новой порцией холода. Обхватив себя руками, Солдат глянул на Рамлоу из-под мокрых прядей. — Почему Стив не забрал меня до сих пор? Двери душевой резко распахнулись, и в неё ворвался Пирс. — Срочное обнуление! Обнулить! Мокрого Актива поволокли по коридорам, впихнули в кресло и врубили ток. Боль обожгла, тело выгнуло дугой, а крик сам сорвался с губ. Распахнув глаза, Баки понял, что сжимает железной рукой Стива за горло. Тот сипел, но не мог ничего сделать. Тряхнув головой, он разжал металлические пальцы. Голова гудела, а перед внутренним взором были тёплые золотистые глаза Командира. Свернувшись калачиком, Джеймс затих, пытаясь отрешиться от нового кошмара. Он глянул через плечо на Роджерса и прошептал: — Прости, Стиви. Снова кошмар. Большая тёплая ладонь погладила его по спине. — Я понимаю, Бак. Мне тоже часто снятся кошмары. Барнс криво усмехнулся, но промолчать не смог: — Это немного другое, Стиви. Я снова видел Командира. Видел базу ГИДРы. Меня обнуляли за воспоминания. Снова и снова. Роджерс вздохнул. Встав с постели, он вышел из комнаты. Этот разговор происходил у них каждую ночь. Он жаловался, а Стив говорил, что понимает. Хотя, он не мог понимать. Не мог знать того, что Баки чувствовал там, сидя с капой во рту. Следя за техниками, которые с секунды на секунду должны были его снова убить. Воспоминания возвращались мучительно долго. Долгое время он не мог осознать себя как нормального человека с собственными желаниями, чувствами и эмоциями. После «Озарения» он, следуя указаниям Куратора, долгое время прятался, восстанавливаясь. Будучи лучшим оружием ГИДРы, Зимний Солдат существовал от одного задания до другого. Приходя в сознание после очередной разморозки, слушаясь приказов нового куратора, он чётко выполнял полученные указания. А после садился в кресло в ожидании обнуления. Но всё изменилось с приходом последнего, с приходом Командира. Его стали лучше кормить, могли долго не обнулять и даже не замораживать. В такие периоды в его сознании всплывали обрывки прошлой жизни, о которых строго-настрого запрещено было говорить кому-либо. Рамлоу оберегал его, по-своему опекал, а главное, уже гораздо позже, Баки понял, что его любили. Тёплый взгляд золотистых глаз следил за Зимним, направляя. А когда пришёл приказ убить Фьюри, Командир отдал дополнительные указания. Ранить, но не убивать. Капитана Америку не трогать. При необходимости спасти. Так он и сделал. Выжив, Баки потерял Рамлоу, но обрел Стива и память о нём. Хотя, это было уже гораздо позже. В то время он мог легко убить за Брока, прикрыть его собой, не разбираясь, насколько опасным может быть этот финт. Благодаря ему он научился обходить триггеры. В какой-то момент Джеймс понял, что не представляет своего существования без Рамлоу. Что тогда, в промежутках между обнулениями, зародились чувства, которые Зимний не понимал, но смог вполне осознать уже Джеймс Барнс. Тихо вдохнув запах чистых простыней, Баки понял, что готов отдать многое, лишь бы вернуть всё обратно. Его несмелые попытки обхаживать Рамлоу теперь вызывали только улыбку. Но ощущения дома, тепла и уюта были всё же только рядом с Командиром. — Я знаю, ты не погиб. И я тебя найду, — прошептал он в пустоту спальни.***
Смотря на поросшую молодняком обгоревшую поросль джунглей, Брок прикурил сигарету. Влажный воздух с трудом входил в лёгкие. По спине стекали ручьи пота, образуя мокрое пятно. — И что ты хотел здесь увидеть? Сгоревшие джунгли? Стаю обезьян? — фыркнул сидящий на носороге В’Каби. Мужчина почесал оставшийся на щеке глубокий шрам, но ответил: — Да вот, думаю. Знают ли Мстители, что имеют мага, умеющего открывать порталы? Начальник охраны короля Т’Чаллы закатил глаза: — А тебе то какая беда? Скажи спасибо, что жив остался! Брок усмехнулся, вдыхая горьковатый дым: — Это мощное оружие, иметь которое захотят многие, стоит только намекнуть. Серьёзно взглянув в глаза бывшему наёмнику, В’Каби ответил: — Мы проследим, чтобы желающих не нашлось.
