Янтарь. Между строк

— И все же я не уверена, что план хороший. На робко подавшей голос Лире скрестились сразу несколько взглядов: светло-голубой — Гвена, пыльно-серый — Сельвин и золотисто-желтый теперь — Ивейна. Последний смотрел на нее с какой-то немой просьбой, и Лира тут же пожалела, что заговорила. — Другого у нас нет, — отрезала Сельвин. — Что ты предлагаешь поменять в последний момент? Сама же и придумывала. В ее пальцах, больше привыкших держать меч, мелькали светло-золотистые пряди, складывающиеся в очередную тоненькую косичку. Ивейн мужественно терпел пытку, так как больше никто из посвященных косы заплетать не умел, а магией могли случайно повредить с трудом выведенный цвет. — Да знаю я, — фыркнула Лира, огладила рукоятку трости, выделанную под змеиную голову, и покачала головой. — А вдруг раскусят? — Лира, — терпеливо отозвался Ивейн и охнул, когда Сельвин вернулась к макушке, чтобы начать новую косу, — даже Деллен обозналась. Как ты думаешь, люди на улицах очень часто рассматривают кого-то из звездных принцев достаточно близко, чтобы вот каждую черточку лица знать? — Тем более, если Сельвин будет, — задумчиво добавил Гвен, — кого еще она может сопровождать-то? Даже если кто-то что-то заподозрит, по логике, зачем ей связываться с самозванцем, если ей могут в любой момент распотрошить память? Как здорово было иметь друзей, принявших, одобривших и исполнивших такой безумный, казалось бы, план. — Часа, думаю, хватит? — деловито уточнила Сельвин, принимая из ее рук трость. О болезни Светлейшего в столице знали, и никто бы не удивился, что их звездный принц слегка прихрамывает и опирается на трость. В самом деле, подумала Лира, разве кто-то посмеет приблизиться настолько, чтобы уловить разницу в лицах между оригиналом и подделкой… или обнаружить, что в одном сапоге вместо человеческой плоти металлическая конструкция. — С головой, — отозвался Гвен. — На все вопросы связи с внешним миром у принцев есть сателлиты или даже их помощники, так что вам будет достаточно просто помелькать немного у главного храма и еще в паре мест. Светлейший все-таки выбирал какие-то дела, которые он не доверял мне, и периодически выходил сам. Лира протянула руку и осторожно, пока Ивейн не смотрел в их сторону, пожала его пальцы с благодарной улыбкой. Гвен всегда умел ее успокоить. — Но если что, мы будем неподалеку и вмешаемся, — сказала она уже увереннее. Сельвин кивнула, доплетая последнюю косу, и щелкнула сплетенными в замок пальцами. — Ты зря волнуешься, — набрасывая на плечи одну из оставленных хламид Светлейшего, заметил Ивейн. По его лицу уже побежала призрачная волна, прибавляющая ему с десяток лет, и она уже полностью добила ощущение. Разве что Светлейший никогда не смотрел на нее так, неуверенно, выжидая одобрения. Но это она, совсем не чужая. Лира сделала шаг к нему, приподнялась на цыпочках, чтобы оказаться вровень, и в последний момент неуклюже мазнула губами по щеке. Даже ей, посвященной в тайну и твердо знающей, кто находится под маской, после всего что происходило до Ивейна, оказалось крайне неудобно нежничать по-привычному. — Достаточно похож? — негромко спросил Ивейн. — Только говори поменьше, — засмеялась Лира, прижимая палец к его губам. — У тебя голос отличается. — Да кто будет вслушиваться, я тебя умоляю, — протянула Сельвин, поправляя золотистые косы. — Идеально вышло, мне кажется. — Ощущается одинаково, — подтвердил Гвен, прикрыв на пару мгновений глаза. — Так что сангин тоже на подозрения не натолкнет. Ну если уж для Гвена голос крови молчал, то и для остальных разницы не должно было ощущаться, и это окончательно успокоило Лиру. Едва перешагнув порог, Ивейн расправил плечи, гордо распрямился, сжал пальцы на змеиной голове трости, и, царственно позволяя Сельвин следовать за собой справа и на полшага позади, направился к главному храму. Лира наблюдала за тем, как они идут, со значительного расстояния, сливаясь с толпой, чтобы никто не заподозрил, что она следит за копией Светлейшего, сопровождаемого Меченой в небольшом променаде по городу. Гвен — она точно знала — тоже наблюдал за ними с какой-то другой точки, но так искусно отвлекал от себя внимание, что она даже вглядываясь в окружающую толпу не могла его заметить. Даже зная, что он где-то поблизости. В храм за ними Лира не последовала, осталась ждать в скверике, раскинувшемся рядом, даже купила себе мороженое, изображая отдыхающую студентку, и чуть не пропустила их выход. Издалека все казалось идеальным, вот он, Светлейший неторопливо спускается по ступеням, окидывает людей покровительственно-снисходительным взглядом, точно говоря как бы между прочим «да, не все в порядке, но только попробуйте об этом заикнуться и меня пожалеть». И в этот момент, вырвавшись из плена восхищения почти-мужем, Лира заметила одну деталь. На рукояти трости смыкались обнаженные пальцы. Они забыли о перчатках. Никогда, ни единого дня за все годы, что Лира провела бок о бок со звездным принцем, он не появлялся вне своей спальни без перчаток! Да, светлых, да, имитирующих цветом кожу, но перчатки на нем всегда были, и только она могла прикасаться к его рукам. Оставалось надеяться, что и Сельвин заметит промах, а до этого момента они догадаются никого не трогать. Иначе, со страхом озираясь, подумала Лира, если кто-то заметит, что Светлейший не ограждает больше себя от людей, в чье прошлое он мог бы заглянуть, заметит, что тех пугающих сил больше нет, то весь их план «скрыть, что его высочеству Люциану совсем дурно» полетел бы к праотцам. Держась на том же приличном расстоянии, Лира пыталась высмотреть Гвена, попутно наблюдая, куда Ивейн и Сельвин направятся. Но ни Гвена не было видно, ни попыток справиться с проколом. Следуя плану изображать занятость и список дел, эти двое свернули на большую торговую улицу — вокруг них само собой образовывалось пустое пространство, и Лира благодарила судьбу, что в Чатене нет настолько сумасшедших, чтобы лезть к звездному принцу. Пускай и копии. Все шло совсем прилично, они заглянули в книжный, который всегда поддерживал Люциан, и там Лира в годы учебы могла рассчитывать на самое лучшее. Пятнадцать минут, и они появились на выходе. Ивейн коснулся перил, брезгливо встряхнул рукой и тут — Лира даже дыхание задержала — умница Сельвин услужливым жестом протянула ему черные перчатки. Якобы на замену испорченным. На душе отлегло. Потом они оказались почему-то у ювелира, проторчали полчаса — Лира от волнения даже снова потащилась за мороженым — а когда наконец вышли, Сельвин смотрела так устало, что сложно было понять: то ли играет в замученную просьбами тирана, то ли Ивейн действительно что-то отчудил. Но когда на их пути оказался магазинчик с травами, что совершенно точно было чистой инициативой Ивейна, смешанной с профдеформацией, Лира уже была готова ломануться следом, предчувствуя дурное. Ее перехватили на полпути. — Этого не должно было быть! — горячо зашептала она, замечая лицо Гвена. — Светлейший даже если для лаборатории, никаких трав кроме как у него самого, не берет! Зачем они туда потащились? — Знаю, — пробормотал Гвен, перехватывая ее за талию, будто они пара влюбленных, излишне занятая своей страстной драмой. — Тихо, Сель все держит под контролем, ты же ее знаешь, ну? Лира, солнышко, выдохни. Пока что мы там не нужны. Успокаивающий голос друга и теперь остудил ее пыл, и Лира почувствовала себя неуютно. В самом деле, почему она не подумала об этом? — А теперь давай спрячемся, пока нас не заметили, — напомнил он, склонился, так, что остриженные по плечи светлые волосы скрыли ее лицо, прижался губами совершенно целомудренно, если не механически, рядом с ее ртом, точно ссорящиеся влюбленные наконец мирились, и пользуясь моментом ошеломления Лиры, потянул за собой куда-то в сторону. — А если нас узнали? — возмущенно зашептала она, косясь на дверь травяной лавки на другой стороне улицы. — Между прочим, не мне тебе напоминать, ты же женат! А что, если она узнает, что подумает? — Прохожие нас не узнали, — Гвен тихо засмеялся, наконец выпуская ее. — Со мной отвлечение внимания сработало и на тебя, те, кто проходил мимо, воспринял просто как абстрактную парочку, которая мешается посреди улицы и так раздражает, ты даже не представляешь. Удобно внушать кому-то эмоции, подумала Лира, демонстративно дуя губы. Было что-то такое притягательно-ужасающее в его даре. Наконец в дверях появилась Сельвин, следом за ней царственно-гордо выплыл Ивейн, но было в них обоих что-то нервное, и Лира в один момент прекратила кривляться. — Иди, — негромко сказал Гвен. — Я рядом на случай, если надо будет отбиваться, но сейчас к ним пойдешь ты одна. Но вместо того, чтобы, как они планировали, развернуться и отправиться домой, Сельвин махнула, вызывая ближайшую карету. Тут Лира плюнула на конспирацию и помчалась к ним, старательно делая вид, что крайне удивлена встрече. Но стараться в общем-то и не пришлось, волнение замечательно заменяло удивление. — Что у вас случилось? — шепнула она, делая шаг между ними, и Ивейн накрыл ее плечо ладонью в перчатке, казалось бы, покровительственным жестом, но Лира почувствовала, как он переносит часть своей тяжести на нее. Надо осмотреть протез, мысленно сделала пометку она. Когда карета оказалась рядом, и Ивейн захромал по ступенькам еще сильнее, чем мог бы даже не играя роль, мысленная пометка получила рядом еще и красный восклицательный знак. — Его высочество напугал хозяина лавки чуть ли не до мокрых штанов, — проворчала Сельвин, когда они оказались внутри, так, что никто кроме них, не мог бы ее расслышать. — Придрался к организации процесса, закатил такую уничижительную речь, я думала, удар человека хватит. — И зачем нужно было это делать? — Лира торопливо захлопнула дверь, вручила шар-двигатель Сельвин и бухнулась на колени, торопливо стаскивая в узком пространстве сапоги с Ивейна. — Родной мой, что тебя за муха укусила? Ивейн поморщился, шумно вздохнув. Призрачная волна снова мелькнула по лицу, стирая и десяток накинутых сверху лет, и золотистый цвет глаз. Шов на культе закровил, как Лира и опасалась, и рискуя ткнуться в движущейся повозке лицом, самое меньшее, в колени Ивейну, она торопливо наложила ладони на раненую плоть. — В чем я прокололся? — спросил он, старательно отводя взгляд. — Светлейший не то что не отправляется за травами, — старательно направляя потоки к ране, пояснила Лира, повторяя сказанное Гвену несколько минут назад, — он не лезет вообще к столичным травникам. А знаешь почему, ревнивый ты лис? Потому что у него ты есть, за какой Тенью ему нужен кто-то еще? Естественно, хозяин и думать не мог, что ты… то есть Светлейший у него объявится собственной персоной! Шов затягивался, кровь останавливалась, и мрачная тень на лице Ивейна наконец исчезла. — Идиота кусок, — фыркнула Лира, устало ткнулась лбом в колено, и Ивейн протянул ей руку, все еще затянутую в темную перчатку, помогая подняться и усесться рядом. — Зато с подарком для тебя. — Он заявил ювелирам, что хочет порадовать на свадьбу одну хорошую девочку и интересовался, какие камни лучше подойдут к рыжим волосам, — невинно прокомментировала Сельвин, выглядывая в окно. Лира замерла на секунду, вопросительно посмотрела на нее, потом на Ивейна, и почти истерично, сбрасывая напряжение всего дня, расхохоталась. Пожалуй, непредсказуемость действительно была его вторым именем.