Ледяная кровь

      Арсений всё-таки оказался в школе. Добровольский, который был на посту директора всего три года, был очень удивлён, когда охрана школы левитировала юношу в Лазарет. Женщина через пару минут оказалась в кабинете Павла Алексеевича, чтобы пересказать весь диалог с парнем. То, что он был шокирован это ещё мягко сказано. Мужчина тут же обратился к женщине, чтобы охрана хранила молчание и ничего не говорили никому. Сам же он набросал несколько писем и просил отправить сейчас же, не откладывая до утра.       Добровольский взъерошил волосы — мальчику нужен сон и пара зелий, ему нельзя было дать расслабиться. Но перенос во времени на столько лет вперёд — это было что-то новое, неизученное этим поколением. Он бы отдал всё, чтобы узнать прямо сейчас всю историю из уст самого парня, но его педагогическая сторона шептала, что он совсем озверел и должен дать ребёнку отдохнуть, хотя бы несколько часов. Директор подошёл к камину и бросив туда немного летучего порошка прошептал имя профессора Зельеварения. Спустя несколько минут мужчина услышал сонный голос профессора. — Директор? Что-то случилось? — Нет-нет, Арсений Сергеевич, мне всего лишь нужно из ваших запасов несколько восстанавливающих зелий, если Вам будет не сложно. — Для кого? — Для юноши с седьмого курса, перетрудился в подготовке к Ж.А.Б.А., — директор как можно беззаботнее усмехнулся. — Я вроде недавно пополнял их запасы, неужели так быстро закончились? — по голосу профессора можно было услышать, что он в недоумении. — Профессор Попов, — успел окликнуть директор в последний момент, — мне нужно в одном зелье тройной эффект, это очень умный мальчик, ему нужно что-то посильнее. — Хорошо, — Арсений не стал расспрашивать, в надежде, что потом всё итак разрешится, — через полчаса я пришлю домового эльфа к вам в кабинет. Директор не был пока уверен, что профессор готов ко встрече с этим мальчишкой. Но об этом потом, время терпит до утра.

***

      Арсений сидел на кушетке. Солнце уже вступило в свои права и рассветные лучи разбудили его. В его руках находился маховик — он рассматривал его и не понимал почему так все сработало. Он должен был перенестись на один день назад, чтобы удалось трансгрессировать к школе. Но десять лет вперед… Мадам Браун случайно проговорилась ему про год, но Попов постарался сильно не реагировать, новый директор несомненно поможет ему и всё объяснит. Не может не объяснить!       Пока юноша сидел в своих мыслях, за ширму беззвучно прошёл директор. Он намеренно кашлянул, привлекая к себе внимание парня, тот сразу же вскинул голову. В его глазах читалось искреннее непонимание и боль. — Меня зовут Добровольский Павел Алексеевич, я директор этой школы, — негромко и с улыбкой на лице представился мужчина. — Вы? Директор? — голос парня был полон недоверия. — Сколько Вам? 25 лет? — Спасибо, юноша за комплимент, но впредь предлагаю Вам следить за языком, чтобы не лишиться пары десятков баллов с вашего будущего факультета, — голос директора был спокоен, он прекрасно понимал, что такое поведение это защитная реакция. — Простите, директор, — мальчик сразу же поник, осознавая, что он все-таки разговаривает именно с директором, — я-я… Был не прав. Мне сложно принять смерть мисс Крамер, когда в моём времени она всё ещё жива. — Это сложно принять, для нас всех это было сильным ударом, ее гибель, — директор положил руку на плечо юноше и крепко сжал в поддерживающем жесте. — Как она умерла? — мальчик был сильно подавлен, он владел важной информацией, а теперь, когда её нет, то смысл в использовании маховика потерялся. — Мы не знаем, никто не знает, — покачал головой мужчина и сложил руки на груди. — Это было неожиданно для школы и совета попечителей.       Арсений резко вскинул голову — он непонимающе уставился на мужчину. Как они могли не знать? Значит ли это, что произошли последствия от действий его опекунши и её гостей? Неужели у них получилось и переворот произошёл?       Добровольский внимательно наблюдал за переменами эмоций на лице юноши — было очевидно, что в его голове прокручивался какой-то сюжет. Он явно не просто так здесь оказался, возможно этот паренёк что-то знал и пытался спасти госпожу Крамер? Сколько вопросов связано с его перемещением, но… Директор помнил, что слишком напирать на него пока не стоило, пока он полностью не восстановится, рисковать нельзя. — Итак, Арсений, расскажите немного о себе, представьтесь полностью, где Вы живёте, с кем, есть ли у Вас родители или опекуны, с кем бы я мог связаться и сообщите дату того дня, когда Вы воспользовались запрещённым маховиком времени, — директор махнул рукой на кушетку в приглашающем жесте. — Не торопитесь, не нервничайте, мы поможем Вам насколько это возможно.       Парень сел на краешек кушетки, глубоко вздохнул, устало потёр переносицу и сложив руки в замок, положил их на колени. Он не решился смотреть на директора, ему требовалось сосредоточиться на своих мыслях, чтобы ответить на все заданные вопросы. — Что же… Меня зовут Попов Арсений Сергеевич, в данный момент у меня есть опекунша, хотя, после моего побега, думаю она прекратит ею быть, — он негромко усмехнулся и продолжил, — моего опекуна зовут Романова Анна Константиновна, я думаю Вы должны были слышать о ней, ее имение располагается в Австрии, я оттуда трансгрессировал сюда. О родителях я не хочу распространяться, думаю, что Вам будет достаточно знать лишь то, что они были оба волшебниками и я являюсь чистокровным волшебником, но без имения. Мне 17 лет, в этом году я перехожу на седьмой курс школы, последний день в моём времени это было 28 августа 2009 года. Вроде на все вопросы ответил.       Закончив свой рассказ юноша поднял голову и увидел реакцию директора — Добровольский стоял с отсутствующим взглядом, а в его голове была целая эпопея мыслей, он видел сходство с профессором Поповым, но не придал этому значения, мало ли людей с похожей внешностью. А теперь всё сходится, мальчишка этот из прошлого профессора, является им самим. Но почему же сам мужчина ничего ему не сказал? Или это являлось серьёзной тайной? Почувствовав тяжёлый взгляд мальчишки он отвлёкся от своих мыслей и постарался мягко улыбнуться взглянув на него. — Что же, история Ваша начинается очень интересно, а теперь я скажу Вам кое-что, постарайтесь сохранять спокойствие, прежде чем Вы с ним познакомитесь, Вам нужно это услышать на словах, хотя бы от меня, — директор щёлкнул пальцами и в его руках появилась колдография преподавательского состава этого года. — Взгляните на это и скажите мне, находите ли Вы кого-то, кто Вас удивит своим нахождением в этой школе?       Юноша нахмурился и принял колдографию из рук директора. Вопрос был очень странно построен, естественно многие преподаватели остались ещё со времён его учёбы. Когда мальчик устал искать что-то неизвестное и хотел уже возмутиться, то заметил то, чего не могло быть. Просто невозможно. Он увидел себя, но более взрослого — угрюмый взгляд, ни намёка на улыбку, волосы едва касающиеся плеч, длинная чёрная мантия, скрывающая полностью стройную фигуру мужчины. — Что это? — прохрипел Арсений и закашлялся. — Как это вообще возможно? Он говорил Вам что-то об этом? Предупреждал хоть как-то? — К сожалению я удивлён не меньше Вашего, — искренне признался Добровольский, покачав головой. — Профессор Попов ни о чём таком не распространялся. Возможно, что при перемещении обратно его память была утеряна или что-то ещё. Сложно сказать что-то прямо сейчас, но я уверен, что мы во всём разберёмся и отправим тебя в твоё время. — А кем здесь он… то есть я работаю? — в Арсении проснулся ребяческий интерес. — Профессор Попов занимает здесь должность Зельевара, а так же он декан факультета Слизерин, — Добровольский не без гордости сказал всё это — ведь он действительно являлся отличным работником, ответственным преподавателем и хорошим другом. — Ничего нового, — усмехнулся юноша и вовсе поник.       Он прекрасно помнил, что заниматься зельеварением было желание его опекунши, она прогнозировала ему глобальное будущее и Романова помогла бы в этом. Арсений выдохнул и болезненно потёр виски. Директор тут же обратил на это внимание. — Вам плохо? — Справлюсь, — отчуждённо махнул рукой мальчик. — Я думаю, что мне следует вступить в ряды студентов до выяснения разных обстоятельств по отправлению меня в моё время. — Согласен, — кивнул Добровольский. — Так же я считаю, что Вам следует учиться на другом факультете, это будет слишком подозрительно, если Вы будете все знать про Слизерин, если даже не учились здесь. Естественно свою личность Вам нельзя никому раскрывать, думаю Вы это понимаете. На какой курс Вы должны были перейти? На седьмой? Думаю, что можно повторить шестой курс, благо Вы всё оттуда уже знаете. — Директор… — прервал бурную речь юноша. — А можно мне хотя бы кому-то одному все рассказать? Кто внушает доверие и не будет трепаться.       Арсений скромно и с надеждой посмотрел на мужчину. Он очень надеялся, что ему хотя бы это позволят. — Зачем? — непонимающе поинтересовался директор. — Это может подвергнуть кого-то опасности. — Пожалуйста… — прошептал Попов. — Я боюсь, находясь в еще большем одиночестве сойду с ума. — Хорошо, — после долгого взгляда проговорил директор. — Сейчас мы поднимемся в мой кабинет и я приглашу профессора Попова и кого-то еще к себе. Вы познакомитесь и я распределю Вас. Договорились?       Вместо ответа Арсений устало улыбнулся и кивнул соглашаясь с решением мужчины. Уже не один и это хорошо. Это явно вселяет надежду! Возможно сам профессор Попов пожалеет, когда возьмёт «самого ответственного» ученика отомстив Шастуну за все его грешки на парах. Ведь Арсений Сергеевич сам запустил матрицу времени, которая ураганом запутает абсолютно всё в его жизни.