о любви в двух словах

      и в один из дней Сокджин просыпается раньше будильника и, от нечего делать, бредет на кухню, планируя приготовить завтрак для остальных. он приоткрывает окно, позволяя утренней прохладе ворваться в комнату, и на ходу натягивает футболку, раздумывая, чем можно удивить донсенов.       он уже заканчивает с нарезкой овощей, когда раздается звук шагов. Сокджин предполагает, что это кто-то из макнэ, тоже страдающий привычкой вставать раньше будильника, и закатывает глаза, уже готовый терпеть приставания и "хен, ну да-а-ай попробовать!". кто-то, позевывая, входит на кухню, но Джин не оборачивается — занят рисом.       в следующую секунду он слышит, как к нему подходят, и он уже собирается развернуться и заявить "до завтрака не трогай", угрожая ложкой, как предполагаемый Чонгук обхватывает его со спины и утыкается носом в шею, оставляя нежный поцелуй там же.       Сокджин выдыхает.       — хен, почему ты не спишь так рано? — хриплым после сна голосом интересуется Намджун, ведя губами по коже.       — тот же вопрос могу задать и тебе, — стараясь говорить ровно, отвечает Сокджин, и недовольно косит глаза. — ты можешь не мешать? у меня опять все подгорит.       — да? а в прошлый раз ты был не против.       Джин мгновенно вспыхивает и пытается ткнуть Намджуна локтем, но тот, тихо усмехнувшись, уворачивается, успев еще и оставить ощутимый даже сквозь футболку поцелуй в плечо.       — в прошлый раз никого не было дома, — сердито забормотал Сокджин, когда Намджун все-таки соизволил отстать и плюхнуться на стул. — да и вообще, эти твои выходки...       — безумно тебе нравятся? — мурчит лидер, и Сокджин задыхается от этой наглости. — брось, хен, не делай вид, что секс на столе тебя не заводит.       — я не...       Намджун снова посмеивается. только что же был сонной картошкой, и как его может развозить на такие вещи с самого утра?       — давай не будем об этом хотя бы сейчас, — тихо просит Сокджин, помешивая рис в кастрюле. — вдруг за дверью стоит Тэхен и подслушивает. у него ума хватит.       в ответ ему раздается тишина. Джин думает, что Намджун, видимо, раздумывает над очередной остротой, и уже пытается сообразить, чем можно парировать. но когда молчание затягивается, он начинается беспокоится — не могли же его слова обидеть?       когда он оборачивается, с губ вырывается невольной смешок. Намджун, сгорбившись, полулежит на столе, беззаботно посапывая. губы невольно расплываются в улыбке, когда человек, который в обычное время носит образ сурового рэпера и ответственного лидера, сейчас выглядит совершенно по-домашнему и беззащитно. и в груди от этого разрастается, подобно цветку, дикая нежность.       Сокджин не удерживается, откладывает ложку и, сократив расстояние за два шага, целует спящего Намджуна в щеку, прикрыв глаза.       в следующую секунду его резко хватают за запястья и затягивают в глубокий поцелуй, подхватывают под задницу и усаживают на колени, игнорируя возмущенное мычание.       — придурок, — бормочет Сокджин, едва успев спасти чудом не разварившийся рис. Намджун хмыкает, пальцем почесывая засос, который хен буквально минуту назад оставил ему на ключице.       — сам виноват.       Джин досадливо стонет и, за мгновения до того, как дверь распахнется, и в кухню, мгновенно разрушая весь покой, ворвется Тэхен, шепчет "все равно люблю тебя". и удовлетворенно слышит в ответ "я знаю".