Парк юрского периода

А в кафе Блейз перевел взгляд с опустевшего стула на невинно выглядящего Драко и задал короткий вопрос, - И что это было, Малфой? - Что? – Изобразил удивление Драко. - Ты и этот грязнокровка. Весьма смазливый, впрочем. - Ай-яй-яй, - Драко осуждающе покачал головой, - с такой политкорректностью, дорогуша, работа в Министерстве тебе не светит. А вот мистер смазливая мордашка будет работать именно там. - Хорошо-хорошо, - Блейз поднял руки, признавая безоговорочную капитуляцию, - но почему ты думаешь, что этот волшебник первого поколения попадет хотя бы на порог Министерства? Драко взял руку Блейза, с минуту полюбовался безукоризненным маникюром и принялся медленно загибать пальцы. - Он будет учиться в Хоге, следовательно, его опекун обладает достаточной властью и способен безболезненно расстаться с частью финансов. Сам мальчик-с-красивыми-глазками достаточно хорош, чтобы удержать свое место в кроватке опекуна и после школы. А такого лапочку любой старикашка будет держать рядом с собой. - Чтобы быть уверенным, - улыбаясь, закончил Блейз. – Тогда я, пожалуй, тоже продолжу наши дружеские отношения. Тем более, что мы всегда сможем по дружбе переспать. - Но-но! – Драко пихнул его кулаком в бок, - Я его первым нашел. *** *** - Как прошел день? – опекун ловко орудовал ножом и вилкой, разбирая запеченного карпа. Гарри внимательно следил за его действиями, пытаясь добиться того же изящества, - А? А, отлично, сэр. Я познакомился с Драко Малфоем, сыном… - Я знаю, кто такой Люциус Малфой, - оборвал его опекун. – Как ты посмел навязываться к нему? - Я не! – Гарри задохнулся от возмущения. – Он сам подошел ко мне, а потом позвал в кафе и угостил мороженым. И пригласил меня на праздник середины лета, поиграть в квиддич, - голос сам по себе постепенно сходил на нет, и закончил Гарри совершенно убито, - Ловцом. Опекун замолчал и молчал до тех пор, пока не доел карпа. - Ты немедленно напишешь письмо с извинениями и уверишь мелкого Малфоя, что не можешь терять время, готовясь к началу занятий. Веселье у Малфоев откладывалось года на два, но что Гарри мог? Только втянуться в повседневную рутину: завтрак, минет, учебники, обед, учебники, ужин, несколько минут сдачи задницы во временную аренду, сон. Учебники волновали больше всего. Гарри с ужасом выяснил, что его великолепный аттестат по СОВАм годится только на растопку каминов. Его знаний не хватало даже на понимание некоторых тем. Успокаивало лишь наличие прекрасной библиотеки и собственная способность впитывать знания. Если к концу лета мозги не поджарятся от перенапряжения, то в занятия он вступит более-менее подготовленным к шестому курсу. *** *** Люциус почтительно поприветствовал высокого гостя и, приятно улыбаясь, провел его в карточный салон. Обладая приличным даже по меркам Малфоев состоянием, Розье, тем не менее, никогда не пропускал возможности обыграть подчиненных. Избавившись от непосредственного начальства и перецеловав целую кучу дамских ручек, хозяин имения присоединился к другу юности. Снейп мрачно изучал дно бокала. - Ищешь утопившуюся истину? Северус глотком опорожнил бокал и плеснул себе еще вина. - Люциус, ты сильней меня в казуистике. Скажи, можно ли постельную связь с воспитанником и обучение его в Хогвартсе трактовать в качестве «отметить, как равного себе»? Рука лорда Малфоя дрогнула, но заметно это стало только по всколыхнувшейся в бокале рубиновой жидкости. Люциус неторопливо устроился в кресле рядом со Снейпом и незаметно огляделся по сторонам. Внимания на них не обращали. - Это продолжение нашей беседы пятнадцатилетней давности? Неужели отыскался еще один претендент на героя… - Т-с-с-с, - Снейп многозначительно указал взглядом на пристраивающегося рядом с сервировочным столиком старичка. – Говорят, твоя жена вырастила какой-то особо необычный аконит. Не покажешь? В теплице гостей не было, отпугивала влажная жара и сильный запах земли с перегноем. Люциус небрежно ткнул тростью в грядку, - Вот этот экземпляр должен расцвести к исходу седьмого месяца. А твой цветочек? Снейп с отвращением изучил предложенный экземпляр и в тон Малфою ответил. - Точно тридцать первого июля. Не чистый вид, но и не лесной дикарь. - Гибрид? – Люциус удивленно поднял брови, - Но как он мог оказаться в… вне родной теплицы? - Выпололи во время борьбы с сорняками. В теплицу впорхнула молодящаяся ведьма с полным предвкушения лицом и крепкий молодой человек с тяжелой нижней челюстью и угрюмым терпением в глубоко посаженных глазах. Завидев хозяина имения дама принялась многословно и слишком подробно пояснять, что мистер Флинт пообещал показать ей редкую орхидею. Мистер Флинт тоскливо смотрел в сторону и молчал. Люциус серьезным голосом посетовал, что совершенно ничего не понимает в растениях и извинился, что не сможет помочь. С тем и покинул общество любвеобильной вдовы и будущей звезды квиддича. Теперь они со Снейпом медленно направились к квиддичному полю. Теперь они говорили без прикрас. - Значит о родителях юного полукровки можно сказать, что они трижды бросали вызов темному лорду? - Поттеры, - небрежно ответил Снейп. – Они сражались до последнего. Ребенка извлекли из-под ее тела. Разбираться с родней было некогда, и его сразу отправили в приют. А потом никто и не вспомнил, что был такой Поттер. - Так почему ты вдруг о нем вспомнил? - Потому что вчера нам объявили о новом учащемся Хогвартса. Воспитаннике, что удивительно. Малфой споткнулся на ровном месте. Снейп заботливо придержал его под локоть, - Официально мы должны ничем не выделять его из общей толпы учеников, а неофициально – не дай Мерлин мальчик хоть пальчик порежет. Предупреждая неизбежный вопрос, с чего я решил, будто Поттер воспитанник нашего… Потому что директор сделал такую многозначительную мину, объявляя о невозможности открыть имя опекуна, что догадались и почтовые совы. - Почтительно умолкли? - Обосрались. - Прекрасно. Как мы теперь поясним свое пятнадцатилетнее молчание? - Люциус, - Снейп приложил ладонь козырьком ко лбу и всмотрелся в кружащиеся в небе метлы, - тебе не надоело выполнять обязанности министра, но считаться его секретарем? Малфой в свою очередь помахал рукой стремительно сорвавшемуся в пике ловцу, - Недавно один подвыпивший зельевар сетовал на непрофессионализм директора Хогвартса. Его недовольство было несколько сильнее моего. Тонкие губы Снейпа сжались так, что превратились в едва заметную линию. Но он быстро оправился от всплеска привычного раздражения и ровным голосом ответил. О вспышке ярости свидетельствовала лишь едва слышимая скрипучесть голоса. Как при ларингите. - Как можно всерьез принимать человека, который подбирает преподавателей, руководствуясь лишь одним критерием: способность пить наравне с господином директором. - Но он соратник Повелителя, не так ли? - Точно такой же, как и господин министр, - с отвращением выплюнул Снейп. - Оставим обсуждение начальства, - Люциус ненавязчиво придержал Снейпа за локоть, поворачивая в сторону от стайки визжащих девушек, - А то ненароком дойдем до чьей-то паранойи. Перед ними опустилась метла, и с нее соскочил Драко. - Добрый день, профессор. Рад видеть вас в добром здравии. Можно мне спросить… Люциус жестом остановил сына. - Ты был абсолютно прав. В Хогвартсе, действительно, будет учиться воспитанник. - Уиии! – Драко выбросил вверх сжатый кулак, - А кто его опекун? Снейп метнул Люциусу предупредительный взгляд, но тот и сам принял предельно безмятежный вид, - Один чиновник из Министерства. У него часто бывают экстравагантные идеи. - Значит, я могу продолжать знакомство с Гарри? Люциус протянул сыну метлу. - Не особо увлекайся. Все же не наш круг общения. Драко счастливо закивал. *** *** Честно заработанную монетку сберечь не удалось. Мерзкий, невзлюбивший Гарри с первого же дня эльф нашел ее и торжественно выложил на стол перед опекуном. Еще и уши скорбно свесил, мол, смотри, хозяин, мы ему доверяем, а он золото прет. Историю появления денежки была рассказана два раза сначала словами, а потом мыслями. Опекун вломился в воспоминания Гарри бешеным слоном. Через пару минут вечности Гарри готов был принять на себя вину за исчезновение Эскалибура, ответить за начало столетней гоблинской войны и признаться в уничтожении пары цивилизаций – лишь бы закончить эту жуткую головную боль. Последующую порку вприкуску с нотацией о недопустимости подобных эскапад и гипотетическом позоре опекуна в случае его, то есть гарриной поимки на горячем. Гарри воспринял, как панацею от страданий. Горела всего лишь задница, а не мозги. Впрочем, все было не так уже и плохо. Выпороли за дело, а просто так опекун руки не распускал. Жизнь могла бы быть вообще прекрасной, если бы Гарри не начал беситься с жиру. Наевшись хорошей еды и отойдя от постоянной необходимости защищаться, Гарри зачудил. Сначала ему захотелось, чтобы его не выгоняли из кровати после секса. Зачем ему оставаться он и сам не понимал, но хотел. А еще хотел, чтобы его хотя бы раз обняли и просто подержали в объятиях. Парочки в приюте вечно лизались, тогда Гарри лишь пренебрежительно фыркал на «телячьи нежности», но теперь хотелось чего-то такого, ласкового. И если уж его телом пользовались, то хотя бы похвалили бы. Вернувшись к себе, он запирался в ванной и общался с собственной рукой, но с каждым днем удовлетворение становилось все меньше. Поэтому по утрам Гарри пребывал в мрачном состоянии. Но опекуну было откровенно плевать на его настроение и желания. Он пользовался им, как удобной вещью – подушкой например. Пока не нужна, сидит тихо у себя и не мешается. Захотел спать – взял и попользовался. То есть перевернул мордой вниз, попой вверх, механически оприходовал и отослал. Хорошо хоть с гостями не делился. Но таковых Гарри и не наблюдал. В этом доме они жили только вдвоем. Не считая ябеды-эльфа. Так что злиться непонятно на что Гарри мог только в своей компании. Он и злился. На себя, на опекуна (очень тихо и тайно) и на все, что попадалось на глаза. Но первого сентября для разнообразия Гарри нервничал. Он таращился в тарелку и крошил хлеб. Неожиданно идея обучения в элитной школе магии и колдовства стала казаться не такой уж и привлекательной. Над ним точно будут измываться все чистокровные балбесы. А он не сможет даже выругаться в ответ. На эту тему опекун высказался предельно точно и емко: Никаких скандалов. Единственная жалоба и сидеть будешь со слезами. И мало того, что он не сможет даже огрызнуться, так должен будет еще и вежливо называть их господами. Потому что статус воспитанника. - А если они сами? - Пожалуешься мне, разберусь. Тебе пора. Гарри схватил собранную с вечера сумку и побрел к камину. Расписание ему выдали вчера после обеда, так что времени уложить, разобрать и опять сложить сумку хватило. Строгого взгляда опекуна хватило, чтобы Гарри быстро сменил мрачное выражение лица на вежливую мину. - Кабинет директора Хогвартса, - пролепетал Гарри срывающимся голосом и шагнул в позеленевшее пламя. Вышел он в просторной светлой комнате, уставленной тяжелой мебелью и бутылками. На жердочке у окна сидел гигантский ворон и делал вид, что он чучело. Рядом с вороном обнаружился маг в щегольской, но ужасно помятой мантии. Маг обернулся на неуверенное «Доброе утро, сэр» и, кивнув, продолжил заниматься роскошными бакенбардами. Гарри переминался с ноги на ногу и угрюмо молчал. Закончив прихорашиваться, маг перевел внимание на Гарри. - Я директор Долохов. Распределять тебя нет смысла (недостоин – перевел Гарри), но посещать занятия ты будешь по плану факультета Слизерин. И это большая честь, - наставительно добавил он. - Спасибо, сэр, - промямлил Гарри. Наступало время пытки, а он все еще не был готов. Хотелось оттянуть его на максимально возможный срок, но директор обладал быстрой размашистой походкой и стремительностью нюхлера на охоте. Устремившийся за ним Гарри настолько сосредоточился на попытках не отстать, что совершенно неожиданно обнаружил себя стоящим посреди Большого зала и таращимся на всемирно известный потолок. Директо Долохов небрежно подтолкнул его вперед, к преподавательскому столу, развернул лицом к учащимся, - Знакомьтесь, это Гарри Поттер. Приписан к факультету Слизерин, но не относится к нему. Все, с представлением закончено. И Гарри в одночасье остался один под шквалом любопытствующих взглядов. Панически оглядевшись, он неуверенно направился к столу под серебристо-зелеными штандартами. Оттуда ему кто-то махал рукой. Малфой, вспомнил Гарри и свернул к нему. Драко встал навстречу и дружески протянул руку, - Приветствую в нашем серпентарии. Блейза ты уже знаешь, а остальных сейчас представлю. Из всей массы имен Гарри заполнил лишь Нота – тощего длинного парня с песочного цвета неухоженными волосами и длинным ртом. И только потому, что этот рот крайне презрительно изогнулся, а его владелец брезгливо отодвинулся подальше от Гарри. - У тебя расписание есть? Сегодня отвратительный денек. Сдвоенные с грифами Зелья, потом час перерыва, Руны с воронами, обед и еще Темные искусства. Хорошо хоть, что послеобеденные уроки всего два раза в неделю. - Знаю, мистер Малфой, - вежливо ответил Гарри. – Опекун сказал, что в эти дни я буду обедать в школе. - Как-как ты меня назвал? – рассмеялся Драко, - играешь в домового эльфа? Гарри с трудом удержался от резкого ответа и предельно дружелюбно ухмыльнулся. Про себя он решил вообще никак Малфоя не называть. Лучше так, чем напороться на неприятности. По дороге куда-то в подземелье Малфой, не затыкаясь ни на минуту, рассказывал обо всем вокруг. Вся его трескотня сливалась в одно сплошное бла-бла-бла. Особенно по сравнению с молчаливым Блейзом. Гарри напрочь забыл его фамилию, но помнил, что на лице итальянца не было такой ехидной ухмылки. Удивление по поводу неподходящего знакомства приятеля, но не выражение «у нас с тобой одна тайна на двоих». Разбираться с Блейзом и его рожей было некогда, Драко распахнул дверь в класс. - Слизерин традиционно занимает ряд у окна. Лучшее место. Хочешь сесть со мной? Гарри хотел сесть один, но кто интересовался его мнением? Малфой уже выхватил у него сумку и швырнул на стул рядом с собой. Пришлось сесть. В дверь с гиком влетела группа учеников в красно-черных мантиях. Предводительствовал долговязый нескладной рыжий с наглой рожей. Шлепнувшись за последнюю парту, он тут же уставился на Гарри. - Глядите, у слизов появилась слизеринская шлюшка. Эй ты, как тебя, небось хорошо даешь, раз тебе Хогвартс оплатили? Гарри низко опустил голову и вцепился в парту, удерживая себя на месте. Устроить драку в первый же день в его намерения не входило. За него ответил Малфой. Он вальяжно развернулся на стуле и издевательски приподнял бровь, - Хочешь найти опытного наставника, Уизел? Правильно делаешь, новая мантия тебе бы не повредила. Тогда, - он заговорщицки понизил голос, - обратись к вашему полукровке. Такую опытную давалку я и в Лютном не видел. Финни, крошка, отсосешь на перемене? Два галеона. - Финниган, десять баллов с Грифиндора за непристойные предложения. – Высокий брюнет с шикарно развевающейся мантией и орлиным носом быстро прошел по проходу между рядами и, эффектно развернувшись, встал за кафедру. Взгляд черных глаз на минуту остановился на Гарри и скользнул дальше. - Начался очередной учебный год, и я хотел бы узнать, кто из вас сохранил за лето хоть крупицу знаний. Тест. Он взмахнул палочкой, и стопка пергаментов сорвалась с кафедры и дружным косяком разлетелась по классу. Гарри с ужасом подтянул к себе доставшийся ему листочек и, сглотнув, прочитал первый вопрос. Малфой сдал свою работу первым. Гарри с трудом оторвался лишь при звонке. Вышел из класса он в крайне подавленном настроении. За дверью его ждал Блейз. Он широко улыбнулся и протянул руку, - Драко несколько занят. Он попросил меня устроить тебе экскурсию по школе. Хочешь? Гарри не хотел, но чем занять целый час? И он послушно поплелся за Блейзом. Тот неожиданно оказался неплохим гидом. Он подробно рассказывал, как пройти в библиотеку, показывал скрытые проходы. По одному из них они попали в большую аудиторию амфитеатром поднимающуюся в темноту потолка. - Здесь раньше устраивали собрания родителей. Пойдем наверх, там классная фреска. Тащиться за фреской Гарри не пожелал. Тогда Блейз пожал плечами и вернул на лицу неприятную ухмылку. - Не хочешь и не надо. Действительно, зачем зря ноги бить? Можно и здесь. - Что… можно? Блейз шагнул вплотную и дотронулся пальцем до губ Гарри, - У тебя красивый рот. Мой член будет идеально смотреться в нем. Пять галеонов за минет. У Гарри мгновенно пересохло во рту, и он с трудом выдавил из себя, - А почему не два, как этому… - он забыл имя, но Блейз понял, о ком идет речь. - Ах, - он знающе рассмеялся, - Финниган наша местная знаменитость. Безотказная штучка. Больше двух он и не стоит. - А я, значит, пока пять. – Гарри коротко, без замаха, врезал итальяшке кулаком под дых. И еще раз. По прежнему опыту драк он знал, угрожать, требуя молчать о случившемся, самая большая ошибка новичков. Этим ты сразу показываешь, что боишься разглашения. Поэтому он почти нежно обнял пошатнувшегося Блейза за талию и заговорил прямо в искаженное удушьем лицо, - Спасибо, что показал местные достопримечательности, но нам, вроде, пора? Урок скоро начнется, а тебе еще умыться надо. Ты так неловко упал. С тобой так часто случается? – Он оглянулся на дверь и замер. У них был свидетель. Малфой. Драко с округлившимся в удивлении ртом стоял в проеме и глупо хлопал глазами. Запугать сразу двоих было практически невозможно. Еще более невозможно было сделать это с двумя чистокровными плейбоями, находясь в шкуре воспитанника. Гарри оставил Блейза в покое, молча оттер плечом Драко с дороги и вышел. - Будешь ябедничать? – Малфой отмер от потрясения и негодующе уставился на Блейза. Забини уже отдышался и теперь страдальчески потирал живот. Но на негодование друга он ответил кривой ухмылкой. - Ни. За. Что. Неспортивно будет, не находишь? - Спортивней все же завалить? А вдруг опекун запретил ему изменять? Блейз изобразил тупое недоумение Гойла, дежурная слизеринская шутка. - А мне то что? Он же не заткнул его задницу пробкой? Драко вскинул бровь в немом восхищении, - А вдруг именно заткнул? - Меня возбуждают твои грязные мысли, Драко. Не найти ли мне Финни? - Иди-иди, а я поищу Гарри и поговорю с ним. Блейз хлопнул себя по лбу. - Ты прав. Надо найти Гарри и извиниться. - Первым тебе не стать. Сниму сливки, и только потом наступит твоя очередь. Блейз рассмеялся и хлопнул друга по плечу. Спорить с одним из Малфоев себе дороже. Лучше уступить. Тем более, что не убудет. Драко наиграется и сам отдаст, лишь бы ему не докучали. На руны они немного опоздали и сесть рядом с забившимся в угол угрюмым Гарри не смогли. На обед он тоже отправился один и сел за дальний конец стола. Рядом с первоклашками. Но разве Малфои пасовали перед трудностями? Драко небрежно отослал стайку мелочи с места и сел рядом. - Блейз идиот, - без обиняков начал он. – Но никому не расскажет. Сам виноват. - Точно, - жизнерадостно поддакнул подсевший Блейз. – Но врезал ты мне здорово. Я заметил у тебя рунический словарь Стеля? Выбрось это барахло, я подарю тебе Дюден. Неожиданное всепрощение насторожило Гарри больше, чем яростное обещание нажаловаться всем и каждому, если Гарри не… Ясно, что эта парочка не просто так демонстрирует ему яростное дружелюбие и гостеприимство. Особенно после трепки. Если нормальному человеку вломить от души, то другом он станет только после ответного удара. И то не сразу. Но правила в этой богадельне писал не он, поэтому Гарри, чуть поколебавшись между таким же дружелюбием и легкой обидой, изобразил очаровательную доверчивость. С чем и просидел весь обед, слушая разговоры слизеринцев и поддакивая им.