Цветок чёрной пустыни

Принцесса подняла глаза на горизонт, и вдруг среди барханов неподалёку начала появляться гора, которая, будто стенами возвышалась посреди пустыни. Эрлин потёрла ладонью глаза, пытаясь понять, не мираж ли перед ней. Но скалы не испарились в воздухе, а остались стоять на месте, отбрасывая длинную тень. Всё же девушка не могла поверить своим глазам, но другого выхода не было. Это была единственная надежда на спасение, и она не собиралась её упускать. Даже если эта надежда лишь призрачный силуэт, что лишь заманивает путников, прирекая их на неминуемую гибель, которая и так была близкой. Смог начал медленно двигаться в сторону, в которую его направила девушка. Змей тяжело дышал, немного постанывая, это было и понятно, ведь его ранение было довольно глубоким. Даже не смотря на то, что Эрлин зашила, немного обработала и перевязала рану, истощение и боль всё же остались, и, скорее всего, усиливались из-за обезвоживания организма. Совсем скоро они вошли в ту самую тень, созданную возвышавшимися горами. Только сейчас Эрлин поняла, что скалы, утонувшие в песках, имеют форму круга, будто ограждая нечто от палящего солнца пустыни. Кое-где виднелись зелёные листья плюща, что плелся вверх по крутым камням, а местами сквозь песок прорастала трава, что было несомненно редкостью в этих краях. Именно эта виднеющаяся местами зелень наталкивала на мысли, что где-то рядом есть источник свежей воды, вот только его ещё нужно было сначала найти. Не имея ни малейшего понятия что делать, Эрлин лишь решила пойти вдоль крутых скал, надеясь рано или поздно найти пещеру или что-то подобное, но между веток плюща, что буквально свисал с огромных рыжих глыб, Эрлин вдруг заметила небольшую расщелину. Смог, не раздумывая, почему-то, направился именно туда. Они оказались в небольшой пещере, которая проходила сквозь скалу, будто тайный ход сквозь стены замка. В конце виднелся просвет, буквально завешенный плещем, который разъехался в разные стороны, когда через него прошёл чёрный мустанг с наездницей. То, что открылось перед её взором, несомненно, удивляло. Посреди пустыни, огороженный рыжими скалами и скрытый от посторонних глаз находился оазис. Он очаровывал своей зеленью и прохладой, что тянулась от небольшого озерца в самом центре. Вместо раскаленных песков землю устилал зеленый ковёр из травы и цветов. Деревья местами стояли одиноко, а местами объединялись вместе с кустами в небольшие рощи, особенно возле озёра. Пахло свежестью, и воздух перестал обжигать лёгкие. Даже солнце здесь, казалось, перестало жечь кожу своими лучами. Смог быстро, без любой команды, направился к озеру, как только заметил его. Но если честно, Эрлин против этого не была, ведь жажда уже давно высушила её кожу и губы, от чего те потрескались. Конь вошёл в воду по колени, благо верёвки, которыми привязывались носилки со Змеем, были довольно длинными, и тот даже не замочился. Принцесса тем временем спрыгнула с коня и стала зачерпывать ладонями воду, а потом жадно глотать охлаждающую жидкость. Вдоволь напившись, она достала из сумки флягу и, наполнив ее, быстро поднесла к губам убийцы. Он жадно выпил всё до дна, хотя фляга была довольно большая. Совсем скоро девушка уже с помощью Смога, перетащила убийцу под высокое дерево, которое чем-то было похоже на дуб, вот только листья у него были большие с острыми концами. Она осторожно вложила ассассина в тени, и первое о чем нужно было позаботиться, так это о еде, ведь водой они уже были обеспечены. Но, прежде всего, Эрлин расстегнула чёрный плащ своего спутника и проверила повязку, которая уже успела пропитаться кровью. Кажется, о еде придется забыть на некоторое время. Девушка тяжело вздохнула и, поднявшись с места, направилась прямиком в заросли. Глаза тут же стали искать знакомые очертания лечебных трав, которые её научил собирать лекарь во время очередной эпидемии в Форине. Несколько таких растений все же нашлось. Отвар из найденных ягод поможет снизить температуру, сок из одних трав можно было использовать как антисептическое средство, а из других как заживляющее. Зоркий глаз Эрлин заметил даже маленькие синие цветы, под старым пнем, отвар из которых избавлял от боли. С этим набором принцесса вернулась к Змею. По дороге назад она собрала немного дров, чтобы разжечь костёр и приготовить все необходимые снадобья и лекарства. Времени на это ушло довольно мало, поэтому она быстро приступила к обработке раны. Сняв пропитанную кровью повязку, Эрлин тут же начала усердно вытирать её оставшимися клочками ткани, и тут же смачивать швы соком из найденных трав. Листья, что помогли бы заживить рану, она наложила сверху и осторожно примотала их чистыми отрезками ткани, заново перебинтовав его бок. Когда с этим было покончено, девушка наконец смогла отправиться на поиск еды, оставив Змея на поляне в тени дерева, прихватив с собой лук и позаимствовав нож убийцы. Так как стрелы кончились, ещё возле водопада, Эрлин решила сделать их самостоятельно, нарезав довольно толстых, но эластичных веток, так как учил её брат. Помнится, она была ещё ребёнком, когда он подарил ей лук и начал учить стрелять. Сейчас в её голове чётко, будто на повторе крутилась одна и та же фраза, которую произносил Оллгар: «Не стоит надеяться, что лук со стрелами ты всегда сможешь найти в оружейной. Лук может поломаться, а стрелы закончится посреди битвы. Поэтому ты должна научиться находить выход с любой ситуации. Хотя сейчас тебе это кажется бредом, но однажды это тебе пригодится, и ты вспомнишь мои слова». И правда, он был прав, как никто другой в этой жизни. От этих воспоминай, на глаза Эрлин вдруг накатились слёзы, которые она тут же попыталась остудить, ведь сейчас было не до этого. Пускай её брата больше не было в живых, но Оллгар всегда будет жить в её мыслях и в её сердце. Успокоив себя этим, девушка всё же доделала несколько стрел, осторожно вставив обрезанное перо на конец стрелы. Взяв одну из них, она натянула тетиву и запустила её в старый пень. Стрела со свистом разрезала воздух и встряла точно в то место, куда и целилась принцесса. — Спасибо братишка, — приговорила она в пустоту, зная, что её никто не слышит, — теперь можно идти на охоту, — лёгкая улыбка покрыла её губы. Девушка тихо шагала по рощи, прислушиваясь к любому шороху и держа лук наготове. К счастью охота продлилась не долго. И поспособствовал этому заяц, выскочивший на поляну в нескольких десятков метрах от неё. Молниеносная реакция Эрлин помогла ей метко запустить стрелу точно в цель. Несколько минут спустя она уже разделывала будущий ужин. Время прошло довольно быстро, и так же незаметно подобрался вечер, погружая во тьму сумерек пустыню и возможно единственный в своём роде оазис. В воздухе разносился приятный аромат жареного мяса и дыма, и лишь пламя костра тускло освещало пространство под деревом, где лежал бессознательный Змей. Эрлин сидела слева от него, время от времени проворачивая тушку кролика над огнем. Она не успела и понять, когда глаза начали медленно закрываться от усталости, погружая её в сон. И девушка, через бессилие поддалась этому сладкому расслаблению, что навалилось на её голову. Возможно, принцесса продолжила бы так сладко спать, если бы не голос, который, разорвав тишину, пробудил её ото сна. Эрлин резко распахнула глаза, пытаясь найти источник звука. Уставший взгляд тут же перенёся на Змея, которого трусило в ознобе. Он стонал от боли и в бреду произносил непонятные фразы. Девушка тут же подвинулась к нему поближе. Протягивая белые пальцы к его коже, она прикоснулась к шее. Ей на секунду показалось, что под рукой находится распеченный на солнце песок, который закипит, если на него резко вылить холодную воду. На самом то деле температура его тела поднялась, и это сложно было бы не заметить. Но вот почему? Возможно из-за перегрева организма, а возможно из-за заражения, которое ему было уже не избежать. Если бы он сказал немного раньше ей о своём ранении, то она предотвратила бы это состояние. Но он же упрямый и не нуждается в ничьей помощи. Эрлин, немного сонная, пошла набирать в чашу свежую воду. Вернувшись в лагерь, она нашла в одной из сумок на седле Смога, что все это время пасся у озера, свой камень и несколько клочков ткани. Фредион оказался как никогда, кстати, когда девушка забросила его в чашу. Она смочила ткань уже ледяной водой, но вот следующая проблема, чтобы использовать компресс, нужно было сначала освободить его лицо от чёрной кожаной маски. Но вот Эрлин точно помнила, как он говорил, что свое лицо он скрывает от всех. И стоит ли сейчас снимать с него маску? Не приведёт ли этот поступок к чему-то серьезному? Может он не просто так оставляет своё лицо загадкой для остальных? Все эти вопросы мучили Эрлин в данный момент, но так или иначе сейчас не было другого выхода, кроме как сделать это. Поэтому принцесса откинула подальше все сомнения и легко стянула маску из змеиной кожи с его лица. И какого же было её удивление, когда вместо уродливого убийцы в возрасте, каким он рисовался в голове, перед ней оказался довольно красивый парень, лет двадцати семи. По крайней мере, Эрлин именно столько бы ему и дала из-за его внешности и немного грубого голоса. Смуглое лицо имело немного квадратные очертания, от чего чётко вырисовывались скулы. Прямой нос и немного пухлые губы выглядели совершенно на его лице. Чёрные густые волосы тут же упали на лоб Змея. Для Эрлин стало загадкой, почему он вообще её носил, но слева вдруг стал заметен шрам, который проходил по лбу через глаз и заканчивался на щеке. Такую отметину можно было оставить лишь клинком или же острием меча, но вот кто смог подойти к лучшему убийце настолько близко, чтобы ранить. Он ведь не подпускал к себе врагов на расстояние вытянутой руки, но судя по его манере общения и поведения можно было с уверенностью сказать, что ассасин вообще никого не подпускал к себе достаточно близко. Конечно, это было связано с его работой, ведь привязываться к кому-то или открывать тайну своей личности для него было попросту опасно. Люди, которые его знают, могут пострадать, и в последствии именно он будет винить себя в этом. Наверное именно поэтому убийца сторонился людей, пытаясь держаться подальше от всех этих уз, отношений и даже простого общения. Смоченный водой компресс сразу же охладил его полыхающую кожу. Девушка тем временем поставила завариваться чай из ягод и трав, которые бы помогли снизить температуру. Когда тот вскипел, Эрлин дала ему немного времени чтобы остыть, а потом, осторожно приподняв голову ассасина, поднесла чашу к его губам. Он сделал пару маленьких глотков. Но все же его тело продолжало дрожать в ознобе. Змей разговаривал и стонал в горячке почти всю ночь. Его бредни сначала не имели четкого смысла, но вскоре Эрлин начала различать в них отдельные слова и фразы. Особенно чётко звучало имя «Мира», которую он, в бреду, просил не делать чего-то. И эти просьбы часто переходили на безумный крик, что пробивал до дрожи в теле. Ей было неприятно наблюдать за его страданиями, но и уйти она не могла. Поэтому просто время от времени отводила взгляд в сторону, понимая, что помочь ему она сейчас не сможет ничем. Принцесса лишь изредка прикрывала глаза, но полноценно уснуть ей так и не удалось.